ELIBRARY.COM.UA is an Ukrainian library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: UA-11447
Author(s) of the publication: ПОЗДЕЕВА Л.В.

Share with friends in SM

Российскому и зарубежному читателю хорошо известны воспоминания И.М. Майского о его работе в качестве полномочного представителя (с 1941 г. - посла) Советского Союза в Великобритании в 1932-1943 гг. 1 Недавно рассекречен дневник этого крупного дипломата 2 . Предлагаемая читателю статья знакомит с записями, сделанными в канун и в первые годы войны 3 .

К написанию дневника Иван Михайлович приступил вскоре после приезда в английскую столицу в октябре 1932 г. В декабре 1941 г. Майскому предстояло сопровождать британского министра иностранных дел А. Идена в Москву на переговоры с советскими руководителями, и он счел необходимым перед отъездом из Лондона передать И.В. Сталину записи за истекшие семь лет. В письме Сталину 6 декабря 1941 г. Майский мотивировал этот шаг опасностью морского путешествия в военное время, а также скромно отметил "известный интерес дневника с исторической точки зрения и желательность его публикации в более отдаленном будущем". "Как-никак, - писал Майский, - за указанные 7 лет я все время находился на крупнейшем обсервационном пункте мировой политики и имел возможность входить в сношения с крупнейшими политическими деятелями Англии и других стран. Направляю мой дневник Вам. Делайте с ним, что найдете нужным". В любом случае, добавлял автор письма, дневник стоит сохранить, ибо он "может пригодиться будущему историку нашей эпохи" 4 . По возвращении в Лондон в начале 1942 г. Майский продолжил свои записи, он вел их и после отзыва с поста посла в июле 1943 г. и назначения заместителем наркома иностранных дел.

Долгие годы историки не имели к дневнику доступа. Отдельные страницы и фрагменты были выборочно включены в документальные публикации министерства иностранных дел России 5 и частично использовались самим автором рукописи при написании воспоминаний. Записи в дневнике текстуально не совпадают с вошедшими в официальные сборники донесениями посла в НКИД СССР. Сведения о большом количестве его бесед и встреч здесь просто отсутствуют.


Поздеева Лидия Васильевна - доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник, консультант ИВИ РАН, специалист по истории второй мировой войны, автор многих работ.

1 Майский И.М. Кто помогал Гитлеру (из воспоминаний советского посла). М., 1962; его же. Испанские тетради. М., 1964; его же. Воспоминания советского посла, в 2-х кн. Кн. 2: Мир или война. М., 1964; его же. Воспоминания советского посла. Война 1939- 1943. М., 1965; его же. Люди. События. Факты. М., 1973; его же. Воспоминания советского дипломата, 1925-1945. М., 1971, 1987 (переиздание воспоминаний о 1932-1943 гг. с дополнениями за 1944-1945 гг.).

2 См.: Стегний П., Соколов В. И.М. Майский: свидетельство очевидца (К 60-летию начала второй мировой войны). - Международная жизнь, 1999, N 8, с. 75-89.

3 Архив внешней политики Российской Федерации, ф. 017а, 1938 год, оп. 1, п. 1, д. 5; 1939 год, oп. 1, п. 1, д. 6; 1940 год, oп. 1, п. 1, д. 7; 1941 год, oп. 1, п. 2, д. 8 (далее - Дневник).

4 Дневник, 1941. Копия письма Майского Сталину 6 декабря 1941 г.

5 Документы внешней политики, (далее - ДВП) т. XXII, в 2-х кн. М., 1992; т. XXIII, в 2-х кн. Кн. 1. М., 1995; Кн. 2 (части 1-2). М., 1998 .

стр. 46


Основная тематика дневника с 1938 г. по июнь 1941 г. включительно - европейская политика Великобритании, СССР и ряда других государств; советско-английские отношения; англо-франко-советские переговоры 1939 г. и причины их неудачи; дипломатия правительств Н. Чемберлена и У. Черчилля; партийно-политическая и общественная жизнь Британии.

К 1938 г. Майский уже более пяти лет находился в Лондоне. Опытный дипломат, хорошо знакомый с "кухней" британской политики, с множеством государственных и общественных деятелей западных стран, воспроизводил факты и события дня по горячим следам, обычно в тот же день. Излагая содержание бесед, он сопровождал их собственными комментариями, красочными зарисовками обстановки и политических персонажей. Написанный, как и все другие его произведения, прекрасным литературным языком, часто в форме диалога, дневник воссоздает картину Европы, рисует запоминающиеся портреты лидеров и политиков. Сочетание увлекательности изложения с аналитическим методом автора усиливает впечатление от его труда.

Ценно и то, что в записях отражены самые первые и свежие, быть может наиболее верные оценки увиденного и услышанного. Суждения автора не всегда здесь категоричны, они не "отшлифованы" в отличие от предназначенных для московского начальства телеграмм. Майский зачастую избегал формулировать окончательные выводы, особенно в тех случаях, когда сомневался или не располагал точной информацией. "Поживем - увидим!" - вот концовка-рефрен многих его записей.

"Дневник И.М. Майского" за 1938 год по своему объему (223 л.) намного больше раздела книги второй "Воспоминаний советского посла", где этому году отведено всего 18 страниц. В дневнике представлен широкий диапазон европейской политики - от аншлюса до Мюнхена и его последствий. В XXI том "Документов внешней политики СССР" за 1938 г. не были включены материалы дневника, и многие сюжеты либо вообще остались "за кадром", либо освещены иначе, чем в донесениях посла. Можно сослаться в этой связи на записи с малоизвестными подробностями бесед Майского с Хорасом Вилсоном, главным экспертом британского премьер-министра по внешнеполитическим вопросам. Характеризуя Вилсона после встречи с ним 10 мая, Майский заметил, что тот "сыграл очень крупную роль в отставке Идена". Любопытна высказанная вскоре Вилсоном оценка Ренсимена, который летом 1938 г. являлся главой британской миссии посредничества между чехословацким правительством и судето-немецкой партией: "феноменально ленивый - физически и интеллектуально" 6 .

События предмюнхенского периода запечатлены также в неизданных записях посла за 12-27 сентября 1938 г., произведенных во время его нахождения в составе советской делегации на сессии Ассамблеи Лиги наций в Женеве. Тесно общаясь там с М.М. Литвиновым, Майский описывал свои беседы с наркомом иностранных дел, его суждения и выступления на Ассамблее Лиги. Беседы с иностранными дипломатами и поступавшая из Лондона информация позволяли лучше уяснить тактику британской дипломатии в последней фазе мюнхенской сделки. "Я видел Гитлера и верю ему", - заявил Чемберлен лейбористским лидерам после своего возвращения из Годесберга 7 .

О договоренности за счет Чехословакии, оформленной Чемберленом и Э. Даладье с Гитлером и Муссолини на Мюнхенской конференции 30 сентября 1938 г. Майский узнал после приезда из Женевы в Лондон. Присутствуя на заседаниях палаты общин 3-6 октября, посол передал содержание выступлений сторонников и противников мюнхенского соглашения, всю напряженную атмосферу дебатов. "Линия водораздела прошла очень резко. С одной стороны, кабинет и поддерживающее его подавляющее большинство правительственной коалиции, с другой стороны, лейбористско-либеральная оппозиция плюс "бунтовщики" в консервативном лагере". Исход голосования был заранее предрешен, однако, по убеждению Майского, сам ход дебатов, их политический эффект оказались для правительства неблагоприятными. Незабываемы


6 Дневник, 1938, 10 мая, 31 августа, л. 63-64, 104.

7 Там же, 26 сентября, л. 156-157.

стр. 47


лица парламентариев: говорили исключительно министры, а "рядовые" сидели молча. "Эллиот, Стэнли, Хор-Белиша молчали как убитые, Эллиот старался даже не сидеть на правительственной скамье" 8 .

В центре "Дневника И.М. Майского" за 1939 г. находятся главные события предвоенных месяцев января- августа - развитие европейского кризиса, маневры британского умиротворения, ход переговоров между СССР, Англией и Францией о пакте взаимопомощи. В дополнение к фактической стороне дела, касающейся политики СССР и западных держав и известной нам по отечественным публикациям 9 , в дневнике сообщается много совершенно новой информации. Важна запись беседы с министром заморской торговли Р. Хадсоном 8 марта, из которой видно, что британское правительство, направляя этого министра в Москву, было осведомлено о контактах деловых кругов Англии и Германии (Хадсон упомянул о предстоявших переговорах между группами промышленников обеих стран). Касаясь своей беседы с главным дипломатическим советником британского министерства иностранных дел Р. Ванситартом 14 марта. Майский так передал его слова о выступлениях Сталина и Мануильского на XVIII съезде ВКП(б): они "вызвали в английских политических кругах сомнения в желании советского правительства сотрудничать с западными державами". Примерно тот же вопрос поставил перед послом Черчилль: что означает речь Сталина на XVIII съезде, отказ от сотрудничества с демократиями? СССР, ответил Майский, всегда являлся сторонником коллективного отпора агрессорам, "но надо, чтобы и "демократии" готовы были бороться с агрессорами, а не болтать" 10 . Известно, что в выступлении Сталина впервые проявилась публично тенденция поворота советской политики к установлению контактов с Германией. Этому в огромной мере способствовала мюнхенская политика Англии и Франции 11 .

Одной из важнейших проблем международной жизни после оккупации Германией Чехословакии стал вопрос о создании объединенного фронта государств для противодействия фашистской агрессии. Британская дипломатия, как свидетельствует Майский на основе беседы с министром иностранных дел Великобритании лордом Галифаксом 18 марта 1939 г., отрицательно восприняла советское предложение о немедленном созыве конференции представителей Англии, Франции, СССР, Турции, Польши и Румынии - наиболее заинтересованных в предотвращении агрессии государств, - назвав такой шаг преждевременным 12 .

18 апреля по вызову Литвинова Майский вылетел в Москву для участия в обсуждении перспектив тройственного пакта взаимопомощи между СССР, Великобританией и Францией. Накануне свои предложения на этот счет выдвинуло советское правительство. 21 апреля на заседании в Кремле у Сталина Майскому, в частности, была поставлена в вину несанкционированная встреча в Хельсинки с министром иностранных дел Финляндии Э. Эркко. Утечка информации в печать о предполагавшемся "мирном фронте" вызвала раздражение у Сталина. В изданных Майским воспоминаниях он умолчал об этом эпизоде 13 . Ничего не сказано о нем и в дневнике.

Мы не найдем также объяснения причин или просто предположений советского посла насчет отставки М.М. Литвинова 3 мая 1939 г. Как замечено исследователями, замена Литвинова означала утверждение линии Сталина и Молотова, подвергавших после Мюнхена сомнению возможность договоренностей с Западом о коллективной безопасности 14 .


8 Там же, 6 октября, л. 169-170.

9 Год кризиса, 1938-1939: Документы и материалы. В 2-х т. М., 1990; ДВП, т. XXII, кн. 1-2.

10 Дневник, 1939,10 марта, 14-15 марта, л. 45-51, 57- 59.

11 Европа между миром и войной 1918-1939. М., 1992, с. 214-215.

12 Дневник, 1939, 19 марта, л. 67. Подробно о предложениях СССР и о всех стадиях его переговоров с Англией и Францией см.: Попов В.И. Дипломатические отношения между СССР и Англией (1929-1939 гг.). М., 1965, с. 397-502.

13 См.: Стегний П., Соколов В. Указ. соч., с. 85.

14 Там же, с. 86.

стр. 48


Знакомство с записями в дневнике, сделанными в начале мая 1939 г., создает впечатление, что Майский стремился как бы развеять такие сомнения, доказать неизбежность уступок со стороны британского правительства. 2 мая, приведя убедительные примеры непоследовательности британской политики, нежелания Чем-берлена и других министров отказаться от мюнхенского курса, посол, тем не менее, выразил уверенность: британский кабинет, "подгоняемый массами", пойдет на заключение тройственного блока с СССР и Францией", "я склонен смотреть оптимистически на "генеральную линию" развития англо-советских отношений" 15 . Майский ожидал и считал неизбежным изменение британской политики в пользу СССР. 9 мая, вслед за появившейся в газете "Таймс" статьей с новым призывом к умиротворению Германии, он уверял: "Время "appeasement" (умиротворения. - Л.П. ) прошло. И хочет этого Чемберлен или не хочет, а придется ему идти на крупные уступки нашей точке зрения. Такова логика положения" 16 .

Впрочем, уже скоро неоправданный оптимизм уступил место скептическим прогнозам. Интересно в этом смысле подробное описание нового путешествия Майского в Женеву и пребывание там 21-27 мая 1939 г. в качестве председателя на сессии Совета Лиги наций. 21 мая Майский встретился там с Галифаксом, который просил объяснить мотивы отклонения Москвой последних британских предложений от 8 мая 1939 г. о пакте СССР, Англии и Франции. Британские предложения, как и ранее, не предусматривали взаимных гарантий трех держав на случай прямой агрессии против одной из них. Посол сообщил министру, что советское правительство готово в интересах достижения соглашения пойти на уступки по второстепенным вопросам, но настаивает на важнейших трех пунктах: тройственный пакт взаимопомощи, военная конвенция, гарантии безопасности для всех "малых" стран от Балтийского моря до Черного моря 17 . При изложении своей беседы с Галифаксом Майский настойчиво подчеркивал советскую позицию: для предотвращения войны необходимы тройственный пакт, подкрепленный военной конвенцией, и "такая мощная концентрация сил мира, чтобы у агрессоров отпала самая мысль о возможности военного успеха". "Если тройственный пакт не принимается англо-французской стороной, - заявил советский посол министру иностранных дел, - нам гораздо целесообразнее пойти путями изоляции и "относительной безопасности" 18 .

Ни в политических, ни в военных переговорах, которые велись в Москве с середины июня 1939 г. советским руководством с представителями британского правительства, Майский непосредственного участия не принимал. Но на основе получаемых из разных источников сведений он дал в дневнике довольно точную их картину. В июле у него не остается сомнений: Чемберлен саботирует переговоры с СССР, пытается "обработать" лейбористскую оппозицию 19 . 18 июля, на другой день после встречи Молотова с британским послом в СССР У. Сидсом, Майский упоминает о появлении у советской стороны сомнений по поводу успеха "всех этих не в меру затянувшихся переговоров". "Судя по некоторым симптомам, - записал он, - не исключена возможность разрыва в самом ближайшем будущем. Впрочем, поживем - увидим!" 20 .

21 августа Майский нарисовал общий ход англо-франко- советских переговоров, включая зашедшие в тупик переговоры военных миссий трех стран. "Еще раз становится ясно, - делается вывод, - что Лондон и Париж не думают всерьез о соглашении... В воздухе пахнет какими-то крупными решениями". Был ли Майский осведомлен о близком повороте во внешнеполитическом курсе СССР? Прямых свиде-


15 Дневник, 1939, 2 мая, л. 115-116.

16 Там же, 9 мая, л. 121.

17 См.: Майский И.М. Воспоминания советского посла, кн. 2, с. 470; Parker R.A.C. Chamberlain and Appeasement. British Foreign Policy and the Coming of the Second World War. London, 1993, p. 229.

18 Дневник, 1939,21 мая, л. 134-138.

19 Там же, 28 июня, 4 июля, 13 июля, л. 176, 183. 189.

20 Дневник, 1939. 18 июля, л. 193.

стр. 49


тельств этому нет. Он привел такой факт: о вылете в Москву Риббентропа для заключения пакта о ненападении с СССР Майский узнал от корреспондента "Интернешнл ньюс сервис", позвонившего ему 21 августа около полуночи 21 .

Эмоциональны страницы дневника с рассказом о настроениях в Лондоне в драматические дни конца августа 1939 г. "Англия стоит на рубеже войны". На спровоцированную 1 сентября 1939 г. нацистами агрессию против Польши Майский в тот же день отреагировал так: "Мир перешагнул сегодня через порог новой эпохи. И он выйдет из этой эпохи совсем иным, чем в нее вступил. Близится время великих перестроек в жизни человечества". Едва ли кто-либо мог тогда представить реальные масштабы и глубину всех тех потрясений, какие человечеству придется испытать в ближайшие годы. Покидая вечером парламент, посол еще раз выразил убеждение: "в мире произошло что-то исключительно важное. Сделан первый шаг в стремительном беге событий, который должен привести Европу, а, возможно, и весь мир к новым берегам" 22 .

В записях 1938-1939 гг. содержится богатый материал для исследования проблем общественной жизни Британии, позиции политических партий и группировок, характеристики лидеров на разных этапах предвоенного политического кризиса в Европе.

Еще в 1932 г., направляя Майского в Лондон, Литвинов наметил общие директивы относительно его деятельности, нацеливая дипломата на улучшение отношений с Англией - ведущей капиталистической державой Европы. Первостепенной задачей нарком определил установление прочных контактов с кругами консерваторов. С ними, в отличие от оппозиции - либералов и лейбористов - советское правительство не имело почти никаких связей 23 .

Майскому удалось завести знакомство с рядом видных деятелей консервативной партии. Крупнейшей фигурой оппозиции был У. Черчилль. На первой же встрече с советским послом в июле 1934 г. он объяснил, что видит величайшую опасность для Британской империи в Германии, а не в советской стране, как он считал в 1919 г. Оставаясь противником коммунизма, Черчилль выражал готовность во имя интересов империи сотрудничать с Советами. При полном согласии Москвы Майский поддерживал с ним в довоенные годы отношения, имея в виду подготовку совместного выступления против гитлеровской угрозы. Конечно, посол отдавал себе отчет в том, что Черчилль "в голове прикидывает, как бы получше использовать "советский фактор" ради сохранения мировых позиций Великобритании" 24 .

Пригласив Майского на завтрак 23 марта 1938 г., через несколько дней после аншлюса, Черчилль изложил свой план создания "великого альянса" государств - союза Англии и Франции при косвенной поддержке США и СССР. В телеграмме об этой беседе, которую Майский на следующий день отослал в Наркоминдел, говорилось о "великом альянсе" государств в рамках Лиги наций и при главенствующей роли Англии, Франции и России (США уже не упоминались) 25 . В мае 1938 г. план опять несколько видоизменился, к "великому альянсу", как предполагалось, СССР мог быть подключен на втором этапе, но на самом деле Черчилль считал, что без СССР - огромного противовеса агрессорам - из этой затеи ничего не выйдет 26 . Спустя же 20 лет, в условиях "холодной войны", о своих взглядах 1930-х годов Черчилль предпочитал не вспоминать. В первом томе мемуаров Черчилля о второй мировой войне относительно бесед с советским послом 1938 г. ничего не сказано, автор ограничился


21 Там же, 21 августа, л. 214-215; 22 августа, л. 217.

22 Там же, 31 августа, 1 сентября, л. 229-233.

23 Майский И.М. Воспоминания советского посла, кн. 2, с. 43-45.

24 Там же, с. 270-271.

25 Дневник, 1938, 23 марта, л. 38-50; ДВП, т. XXI, М., 1977, с. 151-153. По одной из версий, идея "сдерживания с помощью союза" впервые возникла у Черчилля, по-видимому, еще после ремилитаризации Германией Рейнской зоны: Churchill. Ed. by R. Blake, W.R. Louis. Oxford, 1994, p. 205.

26 ДВП, т. XXI, с . 253-254.

стр. 50


одной фразой: "Я отстаивал возможности франко-британо- русского союза как единственной надежды на приостановку натиска нацистов" 27 .

Телеграмма Майского о разговоре с Черчиллем 23 марта 1938 г. цитировалась российскими исследователями. Английский историк Р. Эдмондс также привел выдержку из этого документа с объяснением Черчиллем мотива изменения его прежней позиции в отношении России: тесное сотрудничество Англии, Франции и СССР необходимо в интересах Британской империи и противодействия планам мировой гегемонии Берлина. Существовал, по мнению академика В.Г. Трухановского, еще один немаловажный мотив выступления Черчилля в роли знаменосца борьбы с Германией:

"Это был путь, который вновь мог привести его к власти" 28 . Интересами борьбы с общей опасностью германской агрессии в 1935 г. мотивировал свой поворот к сотрудничеству с СССР также газетный магнат лорд Бивербрук, в недалеком прошлом один из инициаторов шумной антисоветской кампании 29 .

Дневник за 1938-1939 гг. содержит также и другие подтверждения значимости "советского фактора" в заявлениях Черчилля 30 . Однако приоритет в его геополитических планах имел американский фактор. Идеолог англо- американской "общности", Черчилль перед войной доказывал, что в интересах США поддержка союза с Британией. 15 марта 1939 г. он долго убеждал главу американского газетного объединения Роя Говарда, что Англия и Франция - первая линия обороны США "и что если эта линия будет взята Германией, то немцы появятся в Южной Америке и Канаде и станут непосредственно угрожать Нью-Йорку и Вашингтону" 31 .

Важность привлечения США на сторону Британии признавали и некоторые другие видные деятели консервативной партии, в частности министр иностранных дел А. Иден. В кабинете министров он принадлежал к главным оппонентам Чемберлена, выражая несогласие с его недооценкой США и Франции как вероятных союзников 32 . Среди других причин, это привело в начале 1938 г. к смещению Идена с занимаемого им поста. В декабре того же года он посетил США, встретив там благожелательный прием. В больших дебатах в палате общин в октябре 1938 г. Иден, в отличие от Черчилля и других депутатов, не подверг мюнхенскую политику Чемберлена критике 33 . Но в частных беседах, например, с чехословацким посланником в Лондоне Я. Масариком, он раскрывал свою позицию. После одного из разговоров с Масариком Майский писал, что Иден призывает Чехословакию не сдаваться. "Единственный способ предупредить войну - это создание "оси" Лондон-Париж- Москва с дружественным тылом в лице США. Но разве Чемберлен на это способен? Его линия - игнорировать СССР, как если бы эта гигантская держава вообще не существовала. Пакт 4? Без СССР такой пакт просто чепуха". Можно предположить, что осторожность Идена в то время во многом объяснялась слабостью влияния членов консервативной партии, несогласных с правительственной политикой. Как-то он сообщил Майскому о таком раскладе партийных сил: оппозиция насчитывает около 50 человек; по крайней мере столько же членов молча ей сочувствуют; Чемберлена поддерживают около 100 человек, а остальных можно считать "болотом" 34 .


27 Churchill W.S. The Second World War, v. I. The Gathering Storm. London, 1949, p. 245.

28 Трухановский В.Г. Размышления в связи с книгой Робина Эдмондса "Большая тройка". - Новая и новейшая история, 1992, N 2, с. 22; его же. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М., 1968, с. 283; Сиполс В.Я. Внешняя политика Советского Союза 1936- 1939 гг. М., 1987, с. 148; Churchill. Ed. by R. Blake, W.R. Louis, p. 311-312.

29 Майский И.М. Воспоминания советского посла, кн. 2, с. 271-272.

30 Дневник, 1938, 1 сентября, 4 сентября, л. 106-107, 112-112а и др.

31 Дневник, 1939, 15 марта, л. 58.

32 Reynolds D. The Creation of the Anglo- American Alliance 1937-1941. London, 1981, p. 20.

33 Трухановский В.Г. Антони Иден. Страницы английской дипломатии 30-50-е годы. М., 1974, с.170-171, 174- 175.

34 Дневник, 1938, 16 августа, 25 ноября, л. 84, 211.

стр. 51


В мае 1939 г. Идеи открыто высказался в пользу скорейшего заключения союза между Британией, Францией и СССР. В начале июня он выразил готовность отправиться в Москву для ведения официальных переговоров, однако Чемберлен отклонил его кандидатуру 35 .

Что касается США, то ориентация на них Черчилля и Идена еще не одобрялась безоговорочно всеми политиками. Чемберлен критически оценивал перспективу союза с США, считая, в частности, что Британии придется слишком дорого его оплатить. Известные сомнения, но иного рода, существовали у лорда Лотиана, который подчеркивал силу позиций изоляционизма США. Но он же отмечал: президент Ф. Рузвельт, руководители армии и флота все больше осознают, что падение Британской империи означало бы величайшую опасность для США, так как господство на морях перешло бы к Германии, Японии и Италии, и Америка была бы поставлена под удар. "Тем не менее для данного момента на США, как на активную силу в международных делах, рассчитывать не приходится", - таково было мнение Лотиана 36 . В 1940 г., на посту посла Британии в США, Лотиан предпринимал активные шаги к получению американской помощи.

Высказывались, впрочем, и противоположные взгляды. Редактор консервативной газеты "Обсервер" Д. Гарвин, упоминал Майский, в последней статье "обсуждает вопрос о шансах "альянса" между Англией, Францией и Советским Союзом! Правда он приходит к выводу, что СССР несколько сомнительная величина и что лучше ориентироваться на США" 37 .

Ценны части "Дневника 1938-1939 гг.", позволяющие уточнить позицию лейбористов и либералов. Близкие отношения у Майского установились со старейшим деятелем либеральной партии Д. Ллойд Джорджем. Частые встречи, доверительный обмен мнениями и информацией не исключали вначале расхождений по некоторым вопросам. В 1935 г. Ллойд Джордж после посещения Гитлера даже высоко о нем отзывался. В отношениях с ним были "то приливы, то отливы". Но с 1937 г. Ллойд Джордж "уже твердо держал курс против фашистских диктаторов", за сотрудничество с СССР 38 . Он порицал творцов политики умиротворения, неоднократно выражал уверенность в том, что ни британское, ни французское правительства не предпримут эффективных мер для защиты Чехословакии от германского агрессора. Резкое заявление он сделал по поводу подписанного в Мюнхене соглашения 39 .

Касаясь британской тактики на переговорах 1939 г. о тройственном союзе, Ллойд Джордж утверждал, что Чемберлен не отказывается от мысли уклониться от заключения союза с СССР. А при первом же известии о предстоявшем подписании советско-германского договора о ненападении Ллойд Джордж заявил Майскому: "Я этого давно ждал... Как вы могли так долго разговаривать с этим (британским - Л.П. ) правительством?" 40 .

Разумеется, Ллойд Джордж уже не задавал тон и направление политике Великобритании, как это было в бытность его пребывания на посту премьер-министра в 1916-1920 гг. и главы британской делегации на Парижской мирной конференции 1919-1920 гг. И все же к его голосу в прессе и парламенте, критике Чемберлена (а впоследствии и Черчилля) прислушивались многие европейцы.

Позиции либеральной партии все больше ослабевали после первой мировой войны, ведущая роль в оппозиции во второй половине 1930-х гг. перешла к партии лейбористов. Майский раскрывал, с одной стороны, непоследовательность лидеров лейборизма в пред- и послемюнхенский период. Нелестно отзывался он о генеральном секретаре БКТ У. Ситрине, который на съезде Британского конгресса тред-юнионов в


35 James R.R. Anthony Eden. London, 1986, p. 217-218.

36 Дневник, 1938, 17 ноября, л. 208-209.

37 Там же, 18 декабря, л. 222.

38 Майский И.М. Воспоминания советского дипломата, кн. 2, с. 78-92.

39 Дневник, 1938, 19 августа, 1 октября, л. 89-90, 167.

40 Дневник, 1939, 14 июля, 22 августа, л. 190-191,217.

стр. 52


Блэкпуле в начале октября 1938 г. выступил против принятия радикальных решений о поддержке Чехословакии. Критиковал посол лейбористских деятелей за то, что в палате общин 28 сентября они поддержали идею поездки британского премьера на переговоры в Мюнхен 41 .

Вместе с тем в дневнике отображены попытки лейбористских лидеров К. Эттли, А. Гринвуда и X. Долтона, направленные на то, чтобы заставить британское правительство изменить политику в чехословацком вопросе. Чемберлен, принимавший у себя лейбористскую делегацию, категорически отказался, ссылаясь, в частности, на "неясность" намерений России. Лейбористы возразили, заявив, что информация премьера о позиции России противоречит речи М.М. Литвинова на пленарном заседании Ассамблеи Лиги наций 21 сентября 1938 г. 42В ходе парламентских дебатов 3-6 октября лейбористская оппозиция обвинила правительство в игнорировании СССР, в нежелании тесного сотрудничества между Лондоном, Парижем и Москвой 43 .

Майский, отметив высокий уровень организованных лейбористами митингов в стране, оговорил, что С. Криппс, Г. Моррисон, X. Долтон "констатируют большое возбуждение в рабочих массах и одновременно большую растерянность" 44 . В первые дни после Мюнхена, как считал Майский, шансы на формирование античембер- леновской коалиции были невелики. С этим соглашался Литвинов 45 . По данным редактора либеральной "Ньюс кроникл" У. Лейтона, положение Чемберлена было прочным, "ибо по крайней мере 70 % избирателей сейчас безусловно за него" 46 . Значительная часть населения хорошо помнила ужасы первой мировой войны и ее крупные потери, охотно прислушивалась к пропаганде "мира в наше время". В дальнейшем расстановка сил менялась.

В дневнике охарактеризованы более ясно выраженные с весны 1939 г. настроения широких масс населения Британии в пользу борьбы с нацистской Германией. "Необходимость сопротивления агрессии становится всеобщим убеждением, - записал 2 мая 1939 г. советский посол. - Отсюда готовность страны принять конскрипцию (закон о введении всеобщей воинской повинности был принят правительством в конце апреля 1939 г. - Л.П .). Лейбористская оппозиция конскрипции несерьезна и уже начинает разваливаться. Отсюда же колоссальная популярность идеи союза с СССР. На митингах и собраниях во всех частях страны каждое упоминание о таком союзе вызывает бурные овации". Не только рабочие, но и представители буржуазии, особенно мелкой, "идут впереди правительства и требуют тройственного блока Англии, Франции и СССР" 47 .

Неудивительно, что лейбористские деятели Долтон, Моррисон, Ситрин в конце июня от имени Национального совета труда выразили Чемберлену беспокойство по поводу затягивания переговоров с СССР 48 . Тем не менее Галифаксу удалось склонить лейбористов к признанию советской формулы косвенной агрессии "опасной". Кампания британского правительства "оказывает разлагающее влияние даже на кое-каких наших "друзей" в лейбористских и левых кругах", - пришел к выводу посол, назвав в этой связи Гринвуда, Долтона и членов Конгресса мира и дружбы 49 .


41 Дневник, 1938, 5 сентября, 29 сентября, л. 113, 162.

42 Там же, 19 сентября, 21-22 сентября, л. 137, 141- 143. Текст речи Литвинова 21 сентября 1938 г. см.: ДВП, т. XXI, с. 508-509.

43 Дневник, 1938,6 октября, л. 171.

44 Там же, 29 сентября, 13 октября, л. 162, 178.

45 См.: Год кризиса..., кн. 2, с. 114, 127.

46 Дневник, 1938, 19 октября, л. 184.

47 Дневник, 1939, 2 мая, л. 115-116. О требованиях союза с СССР см.: Попов В.И. Указ. соч., с. 380-382. Подавляющее большинство англичан, судя по опросам общественного мнения, высказывалось за союз с СССР. - Watt D.C. How War Came. The Immediate Origins of the Second World War 1938-1939. New York, 1989,p.245.

48 Дневник, 1939, 28 июня, л. 176.

49 Там же, 13 июля, л. 189.

стр. 53


* * *

3 сентября 1939 г. Англия и Франция объявили войну Германии. В дневнике прослежена эволюция взглядов официальных и общественных кругов Англии на события осени - начала зимы, в частности на вступление армии СССР в Польшу, его акции против Финляндии. В день пересечения советскими войсками границы с Польшей 17 сентября Майский спрашивал себя: какова будет реакция Англии, объявит ли она войну СССР, разорвет ли с ним дипломатические отношения? "Не думаю, - предполагал он. - Такая политика ей сейчас явно не по силам. Наоборот, она будет всемерно избегать всего того, что могло бы еще больше отягчить ее и без того трудное положение и способствовать укреплению связей между СССР и Германией". Посол не только фиксировал сделанное британским правительством 18 сентября "беззубое заявление, даже не протест" по поводу советских действий в Польше, но и вновь писал об ожесточенных нападках всей прессы, особенно лейбористской, на советско-германский договор о ненападении, критику его политическими и общественными деятелями 50 .

20 сентября Майский сообщал в НКИД: из разговоров в кулуарах с членами палаты общин видно, что в Лондоне очень довольны занятием советскими войсками польско-румынской границы, в этом усматривают стремление СССР поставить преграду продвижению Германии в Румынию и вообще к Черному морю. Он ссылался на речь в парламенте Р. Бутби, депутат-консерватор появление советских войск на польско- румынской границе оценил как положительный факт с точки зрения национальных интересов Англии 51 .

Заключение договора о дружбе и границе между СССР и Германией 28 сентября 1939 г., как отмечено в дневнике, было с раздражением встречено в политических кругах Британии, но реакция правительства оказалась относительно спокойной 52 . Министры британского кабинета определенно не хотели ссориться с Россией в условиях войны с Германией и тем самым толкать ее в объятия Гитлера. Совершенно ясно высказался Черчилль, ставший в сентябре военно-морским министром. В первой речи, которую он с начала войны произнес 1 октября 1939 г. по радио, Черчилль назвал Россию "загадкой, покрытой мраком неизвестности", но повторил основные выводы своей записки военному кабинету от 25 сентября, а именно: создан "восточный фронт" против Германии; в общих интересах Британии, Франции и России предотвратить распространение нацистами войны на Балканы и в Турцию 53 . Чемберлен заявил о своем согласии с этим выступлением Черчилля.

Первая встреча Майского с Черчиллем, теперь ставшим министром кабинета, состоялась в здании адмиралтейства 6 октября. В дневнике детально воспроизведен их диалог о состоянии англо-советских отношений, подчеркнуто мнение Черчилля об отсутствии между двумя странами серьезных противоречий. Впечатляют слова Черчилля: "Нацизм должен быть сокрушен раз и навсегда. Пускай Германия становится большевистской. Это меня не пугает. Лучше коммунизм, чем нацизм" 54 .

О возможных мерах к улучшению англо-советских отношений у Майского в октябре зондировали почву, кроме того, министр здравоохранения У. Эллиот и А. Идеи (он получил пост министра по делам доминионов), отмечая желание британского правительства "восстановить более дружеские контакты". Молотов в своих указаниях послу в Лондоне 11 ноября 1939 г. подчеркивал: теперешнюю политику Англии определяют не Черчилль, Иден и Эллиот, британские власти занимают в отношении СССР


50 Там же, 17 сентября, 19 сентября, л. 251-252.

51 Там же, 20 сентября, л. 253; ДВП, т. XXII, кн. 2, с. 109-110.

52 Дневник, 1939, 29 сентября, 3 октября, л. 267-269. Позиция правительства Чемберлена в отношении СССР осенью 1939 г. освещена также в кн.: Война и политика, 1939- 1941, с. 17-18, 106-112, 141-145.

53 Churchill W.S. Op. cit., v. 1, p. 399-403.

54 Дневник, 1939, 6 октября, л. 275; ДВП, т. XXII, кн. 2, с. 167-169.

стр. 54


враждебную позицию 55 . Но Майский не упускал случая, чтобы побеседовать именно с этими лицами.

К 1945 г., как известно, концепция "великого альянса" у Черчилля существенно трансформировалась. Неприятие коммунизма, советского господства в Восточной Европе зашло у него опасно далеко 56 . В начале же второй мировой войны ситуация была совершенно иной. 13 ноября 1939 г. он подтвердил советскому послу, что Россия имеет все основания и должна быть доминирующей державой в Балтийском море (в этом "британский интерес"), советские требования к Финляндии оправданны. Что касается вопроса о желательности улучшения англо-советских отношений, то Черчилль сделал любопытное признание: "Ваш пакт о ненападении с Германией развязал войну, но я не в претензии на вас. Я даже доволен. Я давно чувствовал, что нужна война с Германией". Без пакта, как он был уверен, Англия тянула бы, быть может, до того момента, когда уже не смогла бы выиграть войну; теперь же она ее выиграет 57 . О секретном протоколе к договору от 23 августа 1939 г. Черчилль мог не знать.

У советского посла, в отличие от Черчилля, уверенности в благоприятном для Англии исходе войны не было. Сравнивая месяцем раньше внутриполитическую обстановку в Британии в 1939 г. и 1914 г.. Майский допустил, что Чемберлену легче вести войну, чем в свое время Асквиту, лидеру враждовавшей с Ллойд Джорджем группировки либералов. "Но вместе с тем - капитализму пережить нынешнюю войну неизмеримо труднее, чем прошлую. Мне думается, что он ее вообще не переживет, - по крайней мере в Европе" 58 . Оговорим, что такой вывод частично оправдался.

В дневнике, как и в своих донесениях в Москву, посол часто возвращался к оценкам позиции различных политических партий и общественных сил Британии. "Если оставить в стороне компартию (в которой тоже не все гладко по вопросу о войне), то, -писал он в октябре 1939 г., - в остальном рабочем движении нет ни влиятельных организаций, ни крупных "национальных" фигур, ведущих борьбу против войны. Наоборот, Transport House (штаб-квартира лейбористской партии. - Л.П .) и лейбористская фракция бешено воинственны". И основная масса лейбористов, считал он, настроена более воинственно, чем консерваторы 59 .

В 1939 г. посол заметно преувеличивал значение выступлений отдельных лейбористов и местных организаций партии против официального курса лейбористского руководства на поддержку участия Англии в войне с Германией. По его подсчетам, в ноябре около половины фракции было "заражено" не желательными для партийных лидеров идеями. Правда, признал он, "машина лейбористского движения еще крепко в руках Transport House, и борьба против нее будет нелегка" 60 . Можно с полным основанием заключить, что в оценке отношения Британии к войне посол в то время исходил из установки советского руководства на признание войны империалистической для обеих сторон - как Германии, так и англо-французской коалиции. Между тем из бесед с многими англичанами посол получал информацию иного рода. Ллойд Джордж с сентября 1939 г. подтверждал решимость общества поддержать борьбу с нацистским рейхом и довести ее до победного конца 61 .

С осени 1939 г. фокус мировой политики стал смещаться в сторону Финляндии. Вооруженный конфликт с этой страной предвидел Бивербрук и считал, что он явится для британского общественного мнения еще большим шоком, чем советско-


55 ДВП, т. XII, кн. 2, с. 170-171, 183, 278.

56 См.: Ржешевский О.А. Секретные военные планы У. Черчилля против СССР в мае 1945 г. - Новая и новейшая история, 1999, N 3, с. 98-123.

57 Дневник, 1939, 13 ноября, л. 314-318.

58 Там же, 14 октября, л. 284.

59 Там же.

60 Там же, 18 ноября, л. 325-327.

61 Там же, 13 сентября, л. 246. О позиции общественных кругов в отношении участия Англии в войне см. также: Война и политика. 1939-1941, с. 131-137.

стр. 55


германский пакт о ненападении 62 . Почему британская дипломатия не проводит в "финском вопросе" просоветскую линию? - интересовался Майский у Эллиота. Тот основную причину видел в имевшихся у Англии и СССР глубоких взаимных подозрениях. Эллиот упоминал и о сильных профинских настроениях в общественном мнении своей страны, а также о давлении, которое на правительство оказывают лейбористы, тесно связанные с финскими социал- демократами и кооператорами 63 .

Советский посол освещал разные фазы ("волны") антисоветской кампании в Англии, спады и стабилизацию ее отношений с СССР. После начала войны СССР с Финляндией в дневнике появилась запись: "Реакция в Англии бешеная. Печать, радио, кино, парламент - все мобилизовано". Одновременно отмечается выжидательная позиция официальных кругов. Майский не уверен, однако, как поведет себя британское правительство, если война с финнами затянется. "Думаю все-таки, - верно предсказал он, - что на открытую военную помощь Таннерам и Каяндерам Чемберлен не пойдет: не захочет дополнительно к Германии иметь еще СССР в качестве противника в европейской войне" 64 .

В дневнике проводится различие между двумя курсами европейской политики. С одной стороны. Майский отмечал линию большинства министров в Лондоне на "нейтрализацию" СССР, объясняя ее стремлением правительства облегчить для Британии условия ведения ею борьбы с Германией. Эту цель, в частности, преследовали английские заверения о желательности улучшить отношения с СССР и предложения министра торговли О. Стэнли. С другой стороны, "французская концепция" (так определял посол цели Э. Даладье и генерала М. Гамелена) была направлена на подрыв нейтралитета СССР и его втягивание в войну 65 .

В "Дневнике И.М. Майского" за 1940 г. продолжено критическое рассмотрение политики правительства Чемберлена, нюансов его отношения к СССР в ходе "зимней войны". Полагая, что Британия едва ли станет всерьез помогать финнам, посол подчеркивал, что она не прочь использовать "скандинавский фронт" против СССР 66 . Бивербрук, впрочем, предостерегал, что в правительстве и общественном мнении есть серьезные элементы, выступающие за вмешательство в советско-финскую войну даже с риском спровоцировать разрыв отношений с СССР. Сам Бивербрук был против разрыва и считал, что англичане могут "аплодировать финской храбрости, но не должны посылать в Финляндию оружие и амуницию" 67 .

В конце января 1940 г. Майский отметил ряд моментов: британское правительство готовится к отправке в Финляндию "по испанскому образцу" корпуса добровольцев, причем не англичан, а канадцев; "общая кривая советско-английских отношений все еще продолжает идти вниз"; об этом, в числе другого, свидетельствовало изменение позиции Черчилля не в пользу СССР (речь 20 марта); хотя Чемберлен лавирует и еще не готов к разрыву с СССР, премьер такую возможность не исключает, вопрос об оказании помощи Маннергейму приобретает для Лондона особое значение в связи со стремлением вовлечь в войну нейтральные страны 68 . Стремясь подтолкнуть Швецию и Норвегию к открытой интервенции в Финляндию, "Англия всячески раздувает страхи этих стран перед СССР"; но пока этого не достигнуто, ограничивается отправкой в Хельсинки оружия и организацией "стимулированного волонтерства" (выражение Бивербрука) 69 .


62 Дневник, 1939, 15 ноября, л. 323.

63 Там же, 20 ноября, л. 328-329.

64 Там же, 1 декабря, л. 346.

65 Там же, 24 декабря, л. 365-366.

66 Дневник, 1940, 11 января, л. 15.

67 Там же, 4 января, л. 6.

68 Там же, 25 января, 26 января, л. 27-30.

69 Там же, 15 февраля, л. 50-51. См. об этом также: Зимняя война 1939-1940. Кн. 1. Политическая история. М., 1998, с. 243-244, 340-341.

стр. 56


Прорыв советскими войсками в начале февраля 1940 г. "линии Маннергейма" на западном участке, как видно из дневника, побудил Чемберлена и некоторых других политиков к большей сдержанности в отношении поддержки Финляндии, причем эта группа политиков имела перевес. Кампанию за оказание финнам помощи, включая связанную с риском прямую посылку войск, продолжали вести военный министр Л. Хор- Белиша, либералы с их лидерами А.Синклером и газетой "Ньюс кроникл", а также "Санди таймс". В Англии, отмечал Майский, широко распространены опасения насчет того, что СССР и Германия являются союзниками или скоро будут таковыми. Опасения усилились после заключения 11 февраля 1940 г. советско-германского хозяйственного соглашения. Отсюда, в частности, изменение позиции у Черчилля (впрочем, точных сведений у Майского, как он говорил, не было) и у Хор-Белиша70 .

Как и в других случаях, отмечено, что Франция занимала по сравнению с Англией "менее благоразумную позицию"; на заседании Верховного военного совета союзников в Париже 5 февраля французские представители настаивали на разрыве с СССР и предложили отправить в Финляндию экспедиционный корпус. "Чемберлен и Галифакс, правда, отнеслись к данному предложению прохладно, но все- таки" 71 .

Говоря о переговорах, завершившихся подписанием мира между СССР и Финляндией 12 марта 1940 г., Майский указывал на незаинтересованность британского правительства в прекращении "зимней войны". Это было обусловлено, среди прочего, тем, что война, с точки зрения Лондона, ослабляла СССР и его возможности снабжать Германию сырьем и продовольствием. "Вот лицемерие!" - восклицал посол в связи с уверениями Чемберлена лейбористским лидерам, будто он за скорейшее заключение мира 72 . Если английские газеты называли условия мирного договора "невозможными", "унизительными", то Ллойд Джордж счел их вполне удовлетворительными. Он показал Майскому письмо известного английского историка Б. Лиддел-Гарта, который расценил условия мира с военной точки зрения как умеренные и даже мягкие 73 . Справедливо и другое: хотя СССР и укрепил свои стратегические позиции на севере Европы, он обрел в лице Финляндии потенциального противника, который взял курс на сближение с Германией 74 .

С подписанием мирного договора, надеялся Бивербрук, "ушел острый момент из англо-советских отношений, открывается возможность их улучшения". Заметно изменилось поведение лидеров лейбористской партии и ее главного органа "Дейли геральд", занявшей необычно "мягкую" позицию в вопросе о советско-финляндских переговорах и условиях мира. X. Долтон в беседе с советским послом 15 марта заявил: лейбористы считают, что СССР совершил акт агрессии против Финляндии, но признают тот факт, что финская глава "закрыта"; они хотели бы поскорее восстановить с СССР дружеские отношения. Спустя месяц состоялось, подчеркивает Майский, "восстановление дипломатических отношений" лейбористской партии с советским полпредством 75 .

"Зимняя война" окончилась, но Майского не покидало чувство тревоги. "Никто не думает о нависшей грозе, которая вот-вот ударит!.. И вдруг страшный крах и грохот! ... Пришла катастрофа" 76 . У Ллойд Джорджа еще раньше не оставалось сомнений - затишье на западном фронте кратковременно. "Я жду, что весной, вероятнее всего в марте, немцы сделают большой удар против нас через Балканы". Он не скрывал беспокойства и по поводу советских экономических поставок Германии 77 .


70 Дневник, 1940, 21 февраля, л. 54-55.

71 Там же, 8 февраля, 21 февраля, л. 42,54.

72 Там же, 8 марта, 12 марта, л. 60,62-64. См. также: Зимняя война... Кн. 1, с. 351-352.

73 Дневник, 1940, 11 марта, 16 марта, л. 62, 66-68.

74 Севастьянов Г.Н. Правда о Зимней войне 1939-1940 гг. - Новая и новейшая история, 1999, N 1, с.145.

75 Дневник, 1940, 17 марта, 19 марта, 15 апреля, л. 69-70, 81, 114.

76 Там же, 23 марта, л. 82-83.

77 Дневник, 1939, 25 декабря, л. 370-371.

стр. 57


Окончание "странной войны", поворот германской агрессии на Запад Европы, военное поражение англо-французских союзников, - эта тема поглотила все внимание Майского в мае-июне 1940 г. Он подробно характеризовал политические события, предшествовавшие отставке Чемберлена и вступлению на пост премьер-министра Черчилля. Передано крайнее напряжение дебатов в палате общин 7-8 мая. Не смог посол отказать себе в удовольствии изложить версию о конце политической карьеры Хораса Вилсона. 10 мая 1940 г. в 11 часов утра Вилсон, по своему обыкновению, явился в офис, располагавшийся рядом с кабинетом Чемберлена. Там уже сидели сын Уинстона Черчилля Рандольф и Брендан Бракен (в прошлом редактор "Файненшл ньюс", с лета 1941 г. министр информации). Новый глава правительства обратился к вошедшему со словами: "Сэр Вилсон, я слышал, у вас очень много работы в министерстве финансов". Если, добавил Черчилль, станет известно о каких-либо иных, помимо министерства, занятиях Вилсона, то для него найдется другая работа, к примеру "в качестве губернатора Исландии" 78 .

Говоря о банкротстве Чемберлена, посол заметил, что к власти в Англии "пришла коалиция более гибких и дальновидных консерваторов типа Черчилля и Идена с лейбористско-либеральными элементами". Однако и в мае, и в июне 1940 г. Майский критиковал "вопиющую слепоту" правящих классов Англии и Франции, даже писал о "падении великой капиталистической цивилизации, напоминающей по своему значению падение Римской империи" 79 . Подобного рода преувеличения, можно думать, возникали под влиянием капитуляции Франции и пессимистических выводов таких собеседников, как Ллойд Джордж ("Нами управляет плутократия. Она совершенно обанкротилась") и Дж.М. Кейнса. "Кейнс признался, что смотрит на будущее очень мрачно. Господствующие классы Англии и Франции сгнили. Это совершенно очевидно", - записал Майский после посещения Кейнса 12 июня80 .

Параллельно в дневнике еще с мая 1940 г. получила развитие другая тема - о широком одобрении в Британии курса на продолжение борьбы с нацистской Германией. И Ллойд Джордж, и Кейнс, и супруги Веббы, с которыми посол продолжал поддерживать тесные связи, не сомневались: Англия будет сопротивляться долго, упорно, "воевать до конца" 81 . Как это много раз подтверждал Майский, такую же позицию занимало большинство населения страны.

В начале июля акцию с потоплением французского флота в Оране, предотвратившую его переход в руки нацистов, поддержали все круги британского общества. Позиции правительства, престиж Черчилля укрепились, в стране росли настроения в пользу смещения Д. Саймона и других министров-мюнхенцев; Чемберлену в военном кабинете, сформированном 10 мая, был отдан пост заместителя премьера. Движение идет снизу, со стороны крупных тред- юнионов, писал советский посол, но оно развивается также в недрах консервативной партии - "несомненно консервативное большинство против Чемберлена (особенно представители армии, флота и авиации)". Но партийная машина и некоторые другие влиятельные силы хотят сохранить Чемберлена и К о 82 . После отклонения британским правительством 19 июля "мирного" призыва Гитлера сторонники соглашения с Германией временно умолкли; общественные настроения в Британии сильнее всего проявились в требовании: "Не пустим Гитлера на наши острова!" 83 .

Агрессия Германии в Западной Европе поставила под угрозу национальную безопасность Великобритании, ее мировые интересы. Оставшись после поражения Франции без союзников в Европе, Британия изыскивала возможности улучшения


78 Дневник, 1940, 26 мая, л. 154.

79 Там же, 17 мая, 20 мая, л. 142. 147-148.

80 Там же, 15 мая, 12 июня, л. 139, 178.

81 Там же, 18 мая, 14 июня, л. 143-144, 178.

82 Там же, 11 июля, л. 233. Чемберлен ввиду болезни вышел из состава правительства; умер в ноябре 1940 г.

83 Там же, 22 июля, л. 238.

стр. 58


своих позиций. За несколько дней до отставки Чемберлена Майский отмечал, что в Форин офис имеются два течения - за и против переговоров с Москвой; "Чья-то рука все время саботирует улучшение англо-советских отношений" 84 . Новое правительство предприняло шаги для ослабления связи СССР с Германией. Содержание послания Черчилля Сталину, история с назначением Стаффорда Криппса новым британским послом в СССР, его приема в Кремле 1 июля 1940 г. описаны во всех деталях 85 .

Важная встреча нашла отражение в дневнике Майского, хотя его держали в неведении относительно переговоров в Кремле. Краткий перечень вопросов, поднятых Криппсом в беседе со Сталиным в присутствии Молотова, советский посол составил на основе лишь косвенной информации, обозначив следующие темы: общая политика, торговля, Балканы, Проливы 86 . Когда Галифакс (ему оставалось быть министром иностранных дел около полугода) пригласил 10 июля к себе Майского и заговорил о беседе Криппса с советским лидером, то посол предпочел обойтись без уточнений услышанного сообщения: "Так как мне неизвестно содержание беседы, о которой говорил Галифакс, то я, - заметил Майский в тот же день, - счел за лучшее сохранять вежливое молчание и предоставить слово министру иностранных дел" 87 .

Однако дневник, безусловно, дополняет опубликованные в XXIII томе "Документов внешней политики" донесения Майского в Москву по аспектам англо-советских отношений. Автор дает характеристику партийно-политической и общественной биографии Криппса ("Социализм Криппса особый, английский - смесь религии, этического идеализма и практических требований тред-юнионов"), дружественной к СССР позиции нового посла; приведены примеры саботажа чиновниками Форин офис попыток Криппса изменить на более благожелательный тон освещение британской печатью отношений с СССР 88 .

Привлекут внимание исследователя также записи бесед Майского с министром экономической войны Долтоном и заместителем министра иностранных дел Р. Батлером. Долтон одобрительно комментировал действия СССР в Прибалтике и, кроме того, рекомендовал не ограничиваться только Бессарабией, а занять весь нефтеносный район Румынии. Долтону, объяснил посол, очень хочется испортить наши отношения с Германией 89 . Батлер, выступая на секретной сессии парламента 30 июля, осторожно оценил выгоды для Британии от сближения с СССР, но признал объективную выгоду для Лондона от неизбежных трений и конфликтов между СССР и Германией 90 .

По-прежнему часты в "Дневнике И.М. Майского" за 1940 г. ссылки на высказывания Ллойд Джорджа. Важнейшей проблемой британской внешней политики он считал сотрудничество с СССР. Англия одна или даже вместе с США, был уверен он, не смогут победить Германию; "Поэтому нужна Россия"; ключ к исходу войны лежит в руках СССР. 29 декабря либеральный политик о своем разговоре с Черчиллем поведал следующее: премьер-министр хотел бы улучшения англо-советских отношений и будет в этом поддерживать Идена, но едва ли готов идти так далеко, как Идеи, ибо Черчилль хотел бы "выиграть войну" без помощи СССР, чтобы ничем ему не обязываться 91 . Напомним, что Иден за несколько дней до этого, 23 декабря, приступил к исполнению своих обязанностей главы дипломатического ведомства, заменив на этом посту Галифакса. 27 декабря Идеи пригласил к себе Майского и в


84 Там же, 2 мая, л. 123.

85 Gorodetsky G. Stafford Cripps' Mission to Moscow, 1940-1942. Cambridge, 1984; Сиполс В.Я. Тайны дипломатические. Канун Великой Отечественной войны. 1939-1941. М., 1997, с. 246-255.

86 Дневник, 1940, б/д, л. 220-221.

87 Там же, 1940, 10 июля, л. 227. В телеграмме в НКИД от 11 июля 1940 г. Майский в других выражениях передал свой разговор с Галифаксом. - ДВП, т. XXIII, кн. 1, с. 427-428.

88 Дневник, 1940, 8 июля, 27 июля, л. 222-224, 226.

89 Там же, 18 июня, 27 июля, л. 186,246.

90 Там же, 31 июля, л. 249.

91 Там же, 20 сентября, 29 декабря, л. 307-308, 387.

стр. 59


разговоре с ним всячески подчеркивал отсутствие коренных противоречий между Англией и СССР и свою приверженность положениям, содержавшимся в коммюнике, выпущенном в конце его визита в СССР в 1935 г. На поиск "общего языка" между обеими странами, очевидно, и пытался подтолкнуть Ллойд Джордж, надеясь, что с приходом Идена в Форин офис откроются новые перспективы 92 .

Небезынтересно обратиться к некоторым военным и международным вопросам, получившим отражение в "Дневнике И.М. Майского" за первую половину 1941 г. В нем последовательно освещено развитие нацистской агрессии на Балканах. 25 февраля появилось упоминание о встрече премьер-министра Югославии Цветковича с Гитлером, который потребовал вступления Югославии в "новую Европу" 93 . 2 марта, на следующий день после присоединения Болгарии к пакту трех держав, состоялась, по сведениям Майского, беседа министра информации Англии Дафф Купера с "доверенными" дипломатическими корреспондентами о балканской ситуации. Купер был настроен очень пессимистически, он признал, что Англия испытывает большие затруднения с отправкой на Балканы крупных войсковых соединений: у слушателей даже создалось впечатление, что министр подготавливает их к предстоявшей капитуляции Греции 94 . 9 апреля Черчилль проинформировал членов парламента о стремительном продвижении германских войск, их нападении на Югославию и Грецию, прорыве к Салоникам. Молниеносные действия Германии явились неожиданностью для депутатов и самого премьер-министра, он сомневался в способности британских войск сдержать натиск 95 .

В связи с балканской ситуацией Майский еще 15 марта высказал предположение о близкой англо-германской "схватке". В новую "пробу сил" Британия, допустил он, вступает гораздо более крепкой и лучше оснащенной, чем летом 1940 г.; однако "даже и сейчас она еще не готова к большому стратегическому наступлению против Германии" 96 .

"Пробу сил" нацисты замышляли тогда в первую очередь не с Британией; полным ходом они развернули приготовления к широкомасштабной агрессии против Советского Союза. Сведения на этот счет, как теперь доподлинно установлено, поступали в Кремль из самых разнообразных источников. Получал их в Лондоне и Майский. 4 апреля 1941 г. в дневнике с пометкой "Чехи сообщают" указано: через Прагу на границу СССР продвигается большое количество войск; Географический институт в Праге, давно перешедший в руки немцев, спешно изготавливает подробные карты Украины 97 . Вопрос о предстоявшем выступлении вермахта против СССР затронул в разговоре с советским послом 8 апреля Ванситарт. Б. Бракен, встретившись с Майским на следующий день в кулуарах парламента, полушутя советовал России "поскорее снять указатели дорог на Украине". 30 апреля, впрочем, отвечая Майскому, Бракен утверждал, что ничего точно о немецких приготовлениях против СССР британскому правительству неизвестно 98 .

Как Майский оценивал тогда военно-политическую ситуацию? В день вторжения вермахта в Югославию и Грецию 6 апреля 1941 г. он записал: "своей политикой на Балканах Германия фатально заставляет СССР поворачиваться фронтом против нее. Это не значит, что СССР бросится в войну против Германии". "Правда, - добавлял он, - СССР не может примириться с расположением германских тяжелых батарей в Констанце и Бургасе" 99 . Хотя и излагая передававшиеся ему факты о передислокации германских войск к советским границам, посол сомневался в возможности и тем


92 ДВП, т. XXIII, кн. 2, часть 1, с. 238-240, 260.

93 Дневник. 1941, 25 февраля, л. 38.

94 Там же, 2 марта, л. 51.

95 Там же, 10 апреля, л. 83, 85.

96 Там же, 15 марта, л. 61, 65.

97 Там же, 4 апреля, л. 76.

98 Там же, 7 апреля, 30 апреля, л. 84, 111-113.

99 Там же, 6 апреля, л. 79.

стр. 60


более неотвратимости нападения на СССР. Позже он наметил два варианта вероятного поведения Гитлера: 1) Нажим Германии на Турцию с целью выхода в Малую Азию и Египет; 2) Захват немцами Гибралтара, Северной Африки и выход в Иран и Ирак 100 . Ни один из вариантов, иными словами, не предусматривал каких-либо германских акций против СССР. "Было ясно, - делал вывод Майский после разговора с Бракеном 30 апреля, - что вся кампания бритпра (британского правительства - Л. П. ) и английской печати о предстоявшем нападении Германии на СССР не имеет под собой никакой серьезной базы и что она является продуктом "Der Wunsch ist der Vater des Gedankens" 101 (желание - это отец мысли). Тем не менее, в назначении Сталина председателем СНК СССР он слышал "сигнал": война приближается к советским границам: "Наступает время больших и малых решений. Сталину необходимо самому держать руку на руле" 102 .

Судя по наблюдениям советского посла, британские политики по-разному прогнозировали ход войны и развитие отношений с СССР. Ллойд Джордж высказывал уверенность в том, что центром становится Египет. "С полусмехом, - читаем мы в дневнике, - старик воскликнул: война будет решаться у пирамид". Новый пост Сталина он также счел явным симптомом приближения опасности к границам СССР и необходимости принятия советским правительством в ближайшем будущем, возможно еще до конца мая, решений чрезвычайной важности. Но что имел при этом в виду Ллойд Джордж? Первое из таких решений, как он пояснил, - "пропускать или не пропускать Германию на Ближний Восток?". Либеральный политик был убежден в том, что Германия не рискнет сейчас на вооруженный конфликт с СССР, что выиграть войну Англия может только с помощью СССР. Ставку Черчилля на США он вновь подверг критике, подозревая эту страну в аннексионистских намерениях 103 .

Дипломатический корреспондент "Обсервер'' Д. Глазгоу, напротив, скептически рассматривал шансы на сближение Англии как с США, так и с СССР, полагая, что оба эти государства в то время не склонны были менять свою позицию нейтралитета, "сторонних наблюдателей"; помощь из-за океана обещана только на 1942 г., "Америка ничего не дает даром" 104 .

Что касается британского правительства, то оно, как подчеркивается в дневнике, занимало позицию строгой сдержанности в отношениях с СССР. В начале мая, как рассказывал Майскому посланник Швеции в Лондоне Б. Прюц, он поинтересовался у Черчилля, станет ли СССР в случае нападения на него Германии союзником Англии. С бешенством в голосе премьер-министр ответил: "Чтобы разгромить Германию, я готов пойти на союз с кем угодно, хотя бы с самим чертом, дьяволом!" 105 . В действительности же об официальном оформлении союза с СССР тогда речь не шла. За два дня до разговора с Прюцем сам Майский оценил перспективы улучшения советско- английских отношений "мало оптимистично". Как можно понять, посол связывал это с линией рассуждений Черчилля; считая войну между СССР и Германией неизбежной, премьер предпочитал подождать, "когда на советских границах загремят немецкие пушки" и СССР сам придет к Англии 106 . Именно об этом Майскому еще месяцем ранее говорил Ллойд Джордж 107 . Из других источников известно, что 22 апреля 1941 г. Черчилль не одобрил идею Криппса и Идена обратиться с предло-


100 Там же, 26 апреля, л. 106.

101 Там же, 30 апреля, л. 113.

102 Там же, 6 мая, л. 116.

103 Там же, 10 мая, л. 123-124, 126.

104 Там же, 4 апреля, л. 77.

105 Там же. 9 мая, л. 121-122.

106 Там же, 7 мая, л. 120.

107 Британский премьер, по убеждению Ллойд Джорджа, рассуждал так: "Нападение Германии на СССР в самом ближайшем будущем неизбежно - из-за Украины, из-за Баку - тогда СССР, как "спелый плод" упадет с дерева в корзину Черчилля. Стоит ли, поэтому, затрачивать усилия на привлечение СССР? Стоит ли за ним ухаживать?" - Дневник. 1941, 10 апреля, л. 86.

стр. 61


жением к Москве о развитии торговли; премьер-министр рекомендовал проявить в отношении СССР "угрюмую сдержанность" 108 . Известно и другое - советский ответ на поставленный 24 февраля 1941 г. по личной инициативе Криппса вопрос о возможности приезда в Москву Идена и встречи его со Сталиным. "Советское правительство считает, - сообщил 25 февраля первый заместитель наркома иностранных дел СССР А.Я. Вышинский британскому послу, - что сейчас еще не настало время для решения больших вопросов путем встречи с руководителями СССР, тем более что такая встреча политически не подготовлена". Однако Вышинский не исключил наступления такого времени "когда- либо в будущем", но добавил, что "в будущее заглядывать трудно" 109 .

7 июня Черчилль, как упоминает Майский, созвал редакторов ежедневных газет и информировал их о военной ситуации. На вопрос о состоянии англо-советских отношений премьер ответил, что попытки их улучшить оказались бесполезными, что лучше всего предоставить события их естественному ходу. Столкновение между СССР и Германией неизбежно, заявил он далее; концентрация немецких войск на советской границе идет быстрыми темпами, надо выждать. Министру информации Д. Куперу Черчилль дал указание развернуть (помимо Форин офис) кампанию насчет близости советско- германской войны 110 . Таким образом, как будто оправдывались подозрения советского дипломата насчет стремления Британии сознательно сгустить краски с тем, чтобы подтолкнуть Германию на Восток! 111 .

8 интересы Великобритании входило отвлечение сил германского агрессора на борьбу с СССР. Было бы ошибочным, вместе с тем, не вспомнить о том, что за неделю до начала войны глава британского правительства телеграфировал президенту США о завершающих приготовлениях Германии к нападению на Россию. В этом случае, говорилось в послании Черчилля Рузвельту от 15 июня 1941 г., "мы, конечно, окажем русским всемерное поощрение и помощь, исходя из того принципа, что враг, которого нужно разбить, - Гитлер". Американский президент через посла в Лондоне Д. Вайнанта передал Черчиллю, что он немедленно поддержит "любое заявление, которое может сделать премьер-министр, приветствуя Россию как союзника" 112 .

Считал ли на самом деле Майский предостережения и информацию о неизбежной агрессии Германии против СССР только маневром британской дипломатии, заинтересованной в столкновении двух континентальных держав? Последние перед 22 июня 1941 г. записи в дневнике позволяют думать, что таково было направление мысли автора.

Примечателен разговор с Криппсом 18 июня. На упреки британского посла в адрес советской политики Майский ответил вопросом: "Что вы, собственно, хотите - втягивания СССР в войну на стороне Англии?" Криппс отрицал и уверял, что принимает "как факт" стремление СССР остаться вне войны, но подтвердил свое убеждение в неизбежности нападения Германии на СССР в самом ближайшем будущем. Майский возражал, считая это невероятным. По мнению же Криппса, Гитлер совершит нападение на СССР без всякого предупреждения, так как он заинтересован не в получении какого-то количества продовольствия и сырья, а в разгроме страны и уничтожении Красной Армии. После ухода Криппса Майский, как отмечено в дневнике, все еще сомневался и спрашивал себя: "Неужели Гитлер нападет на нас?.. И так и не пришел ни к какому выводу" 113 .

Утро 21 советский посол встретил в Бовингтоне, загородном поместье бывшего премьера республиканского правительства Испании Хуана Негрина, где Майские


108 См. Gilbert М. Winston S. Churchill, v. 6. Finest Hour 1939-1941. London, 1983, p. 1067.

109 ДВП. т. XXIII, кн. 2 (часть 1), с. 416, 419-420.

110 "Дневник, 1941, 12 июня, л. 150.

111 Об этом см. также: Майский И.М. Воспоминания советского посла. Война 1939-1943, с. 137.

112 Churchill W.S. Ор. cit., v. 3, p. 330.

113 Дневник, 1941. 18 июня, л. 153-157. Городецкий Г. Роковой самообман. Сталин и нападение Германии на Советский Союз. Пер. с англ. М., 1999, с. 343.

стр. 62


обычно проводили уик-энды. Одно тревожило посла: неужели война? "В последние 2-3 недели атмосфера Лондона насыщена ожиданием германской атаки против СССР. Об этом пишет пресса, об этом говорят в кулуарах парламента, об этом не раз поминал Черчилль в своих публичных выступлениях, об этом мне уже несколько раз заявлял Идеи, одновременно предлагая нам помощь бритпра 114 (британского правительства - Л.П .), об этом мне с абсолютной уверенностью всего лишь три дня назад сообщил Криппс". Но Майскому все еще не очень-то верится: может быть, это всего лишь проявление британского wishful thinking (принятие желаемого за действительное) 115 .

В тот же день Майскому пришлось выехать в Лондон, чтобы принять в советском посольстве в 16.30 Криппса. Тот сообщил заслуживавшие исключительного внимания сведения: Германия нападет на СССР, возможно, 22 июня, или, по- видимому, 29 июня. Вечером 21 июня, вернувшись в Бовингтон, Майский, по его словам, "уже пришел к выводу, что Гитлер на этот раз не блэффирует, а думает о серьезном нападении. Однако верить в это все-таки не хотелось" 116 .

Не полагаем возможным ни чрезмерно судить Майского, ни соглашаться со всеми его выводами. Трудно абстрагироваться от той чрезмерно трудной обстановки, в какой послу летом 1941 г. приходилось выполнять свою миссию. Нельзя забывать и о взаимных подозрениях и недоверии, постоянно осложнявших отношения обеих стран. Все еще остаются, кроме того, некоторые сомнения. Неясно, например, в чем причины фрагментарности записей Майского в дневнике за вторую декаду июня 1941. Неполно освещена, в частности, его беседа с Иденом 13 июня 117 ; каков был характер инструкций Наркоминдела (если таковые были); получал ли посол из Москвы информацию о стекавшихся туда сведениях насчет нараставшей угрозы германской агрессии?

Одно несомненно: картина международной жизни первой половины 1941 г. представлена в дневнике на фоне все усиливавшейся тревоги и волнений советского дипломата за судьбы своей родины.


114 На встрече с Майским 13 июня 1941 г. Иден сообщил о готовности британского правительства в случае нападения Германии на Россию направить военную миссию и в срочном порядке рассмотреть вопрос об оказании России экономической помощи. - Батлер Дж. Большая стратегия. Сентябрь 1939 - июнь 1941 гг. Перевод с англ. М., 1959, с. 497.

115 Дневник, 1941, 21 июня, л. 158.

116 Там же, л. 159-160.

117 Заметим, что и в XXIII томе ДВП опубликованы не все записи важных бесед Майского - с Иденом 13 июня, с Криппсом 18 июня 1941 г.

Orphus

© elibrary.com.ua

Permanent link to this publication:

https://elibrary.com.ua/m/articles/view/ДНЕВНИК-И-М-МАЙСКОГО-ИЗ-ЗАПИСЕЙ-О-БРИТАНСКОЙ-ПОЛИТИКЕ-1938-1941-гг

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Україна ОнлайнContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://elibrary.com.ua/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

ПОЗДЕЕВА Л.В., ДНЕВНИК И.М. МАЙСКОГО. ИЗ ЗАПИСЕЙ О БРИТАНСКОЙ ПОЛИТИКЕ 1938-1941 гг. // Kiev: Library of Ukraine (ELIBRARY.COM.UA). Updated: 10.02.2020. URL: https://elibrary.com.ua/m/articles/view/ДНЕВНИК-И-М-МАЙСКОГО-ИЗ-ЗАПИСЕЙ-О-БРИТАНСКОЙ-ПОЛИТИКЕ-1938-1941-гг (date of access: 29.03.2020).

Publication author(s) - ПОЗДЕЕВА Л.В.:

ПОЗДЕЕВА Л.В. → other publications, search: Libmonster UkraineLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Rating
0 votes

Related Articles
Джон Грэм Клэверхус
Catalog: История 
5 days ago · From Україна Онлайн
Познание Мира, что зрится безбожнику шествьем по внешней вселенной, людей обмануло: Контакт наш с Иным, его пик, мнят они встречей с миром вовне. А он истинно — Глуби стяжание: Мира, Я нашего, — к коей зовет нас глас Дельф. True Contact is our knowledge of ourselves.
Catalog: Философия 
12 days ago · From Олег Ермаков
Кризис 1929 г. и германский национал-социализм
13 days ago · From Україна Онлайн
Особенности военного противостояния на Кубанской линии в 1832-1833 гг.
13 days ago · From Україна Онлайн
Матвей Иванов сын Дьяк Ржевский
Catalog: История 
13 days ago · From Україна Онлайн
В сознании обывателя прочен стереотип Контакта как встречи землян с инопланетянами, наделяющей нас неким знаньем. Но были в истории два человека, Станислав Лем и Андрей Тарковский, постигшие, что Контакт поистине — это встреча человека с Самим Собой: смертного — с бессмертной своей Сутью. Вот что твердо знали эти двое. В жизни они поругались из-за розни во второстепенном. То главное, в чем они навеки остались едины, я, их любя, дал кратко здесь. The stereotype of Contact as a meeting of earthlings with aliens, endowing us with some knowledge, is strong in the consciousness of the layman. But there were two people in history, Stanislav Lem and Andrei Tarkovsky, who realized that truly Contact is a meeting of a person with Himself: a mortal with his immortal Essence. That's exactly what these two knew. In life, they quarreled because of discord in the secondary. The main thing in which they were forever united, I, loving them, gave briefly here.
Catalog: Философия 
16 days ago · From Олег Ермаков
Контакт с Иным — не встреча с ним как внешним, а осознанье его как Реальности и Сути нашей: прозренье слепца как прорыв наш в Себя. Contact with the Other is not a meeting with it as an external to us, but an awareness of its as our Reality and Essence: the insight of the blindman as our breakthrough into Myself.
Catalog: Философия 
19 days ago · From Олег Ермаков
Контроль над личным составом во французской армии в 1920-е гг.
22 days ago · From Україна Онлайн
Понятие Бог в русско-византийских договорах X в.
22 days ago · From Україна Онлайн
К истолкованию русской революции 1917 г.
22 days ago · From Україна Онлайн

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
 

Actual publications:

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

ELIBRARY.COM.UA is an Ukrainian library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
ДНЕВНИК И.М. МАЙСКОГО. ИЗ ЗАПИСЕЙ О БРИТАНСКОЙ ПОЛИТИКЕ 1938-1941 гг.
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Ukraine Library ® All rights reserved.
2009-2020, ELIBRARY.COM.UA is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Ukraine


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones