Кандидат физико-математических наук Б. Б. ДЬЯКОВ, старший научный сотрудник Физико-технического института им. А. Ф. Иоффе РАН
23 сентября 1918 г. в составе вновь образованного Государственного рентгенологического и радиологического института (ГРРИ) под руководством А. Ф. Иоффе был сформирован физико-технический отдел. С этой даты началась история Физико-технического института (ФТИ), с 1960 г. носящего имя А. Ф. Иоффе.
стр. 85
Первоначально в отделе числилось 25 человек, и уже в 1919 г. Иоффе написал первый отчет об их деятельности, отметив, что за год они стали авторами 34 научных работ (в трети из которых встречается термин "рентгеновские лучи").
29 ноября 1921 г. ГРРИ разделили на Медико-биологический, который возглавил один из основателей ГРРИ, известный врач-рентгенолог М. Неменов; Радиевый, руководимый выдающимся ученым, академиком В. И. Вернадским, и Физико-технический рентгенологический институты. В 1923 г. 65 сотрудников последнего разместили в собственном здании. "...Открытие института, - писал Абрам Федорович жене, - прошло великолепно. Народу - сколько вмещал зал, много приветствий и очень теплых. Обстановка была роскошная, во всех комнатах налаженные уже работы. Все были поражены зрелищем совершенно оборудованного европейского научного института, чистого и изящного. Вечером был ужин ... с тортами, мороженым, заливной рыбой и даже белым вином. Скатерти, посуду мы получили из Зимнего дворца*, а зелень, гирлянды и разноцветные фонари соорудили сами. Кроме того, в мастерских изготовили три роскошных люстры. Словом, в две недели все здание преобразилось так, что мы сами его не узнал и...
Институт уже оборудован и работать в нем можно, нужно только сосредоточиться ".
В тот период здесь в основном изучали свойства твердых тел рентгенографическим методом. А. Ф. Иоффе (с 1920 г. - академик) и его сотрудницы М. В. Кирпичева и М. А. Левитская при участии Л. С. Термена, в частности, исследовали механические свойства кристаллови получили лауэграммы** кристалла каменной соли, на которых обнаружили этапы его дробления, что стало одним из первых признанным в мире успехом коллектива. Другое достижение (под руководством Н. Н. Давиденкова) заключалось в обнаружении прерывистого характера деформации в твердых телах.
Значение этих, в настоящее время уже классических работ, помимо всего прочего, заключалось еще и в том, что они сыграли стимулирующую роль в упрочнении многих материалов различной природы и собственно в изучении физики прочности. В 30-е годы XX в. А. П. Александров и С. Н. Журков (будущие академики) развили эти идеи в работах по упрочнению стекла и кварца.
Упоминание Александрова нуждается в небольшом пояснении. Дело в том, что, кроме пополнения института из числа студентов физико-
* В связи с работой сотрудника ФТИ Л. С. Термена по оборудованию Эрмитажа сигнализацией, а может, по существовавшей тогда практике, новообразованный институт получил на обзаведение мебель и многое другое из бывшего царского дворца. Так что в отдельных кабинетах главного здания и сегодня можно видеть предметы старинной меблировки (прим. авт.).
** Лауэграмма - распределение рассеянного неподвижным монокристаллом рентгеновского излучения непрерывного спектра, зафиксированное на фотопленке (прим. ред.).
стр. 86
механического факультета Ленинградского государственного университета, Иоффе привлекал молодых ученых из других городов, приглянувшихся ему своими работами. Так, в 1925 г. в институте появился будущий руководитель советского атомного проекта И. В. Курчатов*, а несколько лет спустя - целая "команда" из Киевского рентгеновского института (Иоффе их "заметил" на съезде физиков в Одессе в 1930 г.): сначала А. П. Александров**, затем Д. Н. Наследов, В. М. Тучкевич (будущий академик), П. В. Шаравский.
И .В. Курчатов и А. П. Александров возглавили вполне самостоятельные и новые по тому времени направления исследований: первый в течение нескольких лет работал в области сегнетоэлектричества***, второй - в физике полимеров.
В 1932 г. науке стали известны нейтрон, позитрон, дейтерий, была осуществлена первая искусственная ядерная реакция, на основе квантово- механических представлений о туннелировании возникла теория выпрямляющего контакта металл-полупроводник. Отвечая на вызовы времени, в ФТИ формируются два направления исследований - физика полупроводников и ядерная физика, во главе которой А. Ф. Иоффе ставит И. В. Курчатова.
В 30-е годы к открытиям в физике ученые ФТИ добавили ядерную изомерию на примере изотопа брома и спонтанное деление ядра урана. Они также предложили нуклонную (протон-нейтронную) модель атомного ядра и электрокапиллярную схему его деления. При активном участии И. В. Курчатова в Радиевом институте создали циклотрон и начали строительство более мощного его собрата в ФТИ (однако в связи с начавшейся Великой Отечественной войной в 1941 г. дело не довели до конца, основные части установки перевезли в Москву, где он и был запущен). А в нашем институте циклотрон ввела в строй в 1946 г. группа под руководством Д. Г. Алхазова, и на нем были получены первые микровесовые образцы плутония и нептуния.
Впрочем, в предвоенные годы тематика института, естественно, не ограничивалась только ядерными проблемами. Вот краткий перечень достижений его ученых в других областях за тот период: "Создание теории прохождения электронного тока в пустоте с учетом максвелловского распределения электронов по скоростям" (В. Р. Бурсиан), "Предсказание существования парамагнитного и ферромагнитного резонанса" (Я. Г. Дорфман), "Разработка кинетической теории жидкостей" (член-корреспондент АН СССР Я. И. Френкель), "Открытие разветвленных цепных химических реакций и создание их теории" (академик Н. Н. Семенов, удостоенный за это Нобелевской премии в 1956 г.), "Разработка концепции дырок - пустых (вакантных) узлов в кристаллической решетке и выяснение их роли в процессах переноса" (Я. И. Френкель), "Разработка квантово-механической теории диамагнетизма электронного газа" (академик Л. Д. Ландау), "Предсказание существования экситона и разработка его теории" (Я. И. Френкель), "Разработка теории выпрямления тока на контакте металл-полупроводник" (А. Ф. Иоффе, Я. И. Френкель), "Приложение идей статистической физики к тяжелым ядрам" (Я. И. Френкель), "Теоретические и экспериментальные исследования по нелинейной акустике и физике музыкальных инструментов" (Б. П. Константинов - академик с 1960 г.) и др. В силу особенностей работы любого научного учреждения в СССР, даже такого известного, как ФТИ, далеко не всегда можно понять, какие же в действительности там про-
* См.: Е. П. Велихов. Его мечта - создать солнце на Земле. - Наука в России, 2003, N 1 (прим. ред.).
** См.: Н. Н. Пономарев-Степной. Во главе атомной отрасли. - Наука в России, 2003, N 2 (прим. ред.).
*** Сегнетоэлектрики - вещества, в определенном интервале температур обладающие самопроизвольной электрической поляризацией (прим. ред.).
стр. 87
водили изыскания. Прежде всего это касается оборонных работ и спецзаданий. Тем не менее, по мере открытия доступа к архивам, удалось установить следующее.
Одним из первых по времени (1933 г.) исследований ФТИ по оборонной тематике стала работа физика-теоретика М. П. Бронштейна по определению скорости движения самолета в "слепом" полете. А уже в конце 30-х годов тут изучали "бесследовое" движение торпед, радиолокационное обнаружение целей, неконтактные взрыватели, способы обнаружения подводных лодок, антикавитационную* защиту гребных винтов, бронезащиту аэронавигацию и установление контакта "субмарина (в подводном положении) - самолет" и средства противодействия такому контакту в случае его нежелательности.
Но наиболее впечатляющим стал разработанный в лаборатории А. П. Александрова метод противоминной защиты (размагничивания) кораблей - создание приборов, предохраняющих корабль от взрыва неконтактных мин.
Достижения ученых института в решении военно-технических задач дали блестящие результаты во время Великой Отечественной войны. Так, оснащение войск противовоздушной обороны радиообнаружителями "Редут-К", разработанными под руководством Ю. Кобзарева, привело к настоящей революции в средствах выявления самолетов противника, а размагничивание кораблей в боевых условиях на Балтике, Черном море, в Сталинграде, на Северном и Тихоокеанском флотах позволило СССР не потерять от магнитных мин ни одного корабля, оснащенного созданной в ФТИ системой.
В военные годы институт эвакуировали в Казань, где продолжались работы для нужд фронта. В блокадном Ленинграде осталась группа сотрудников во главе с физиком П. П. Кобеко (член-корреспондент АН СССР с 1943 г.). Они не только сохранили здание и оставшееся оборудование, но и выполняли ряд ответственных исследований, жизненно важных для обороны города: определяли прочность льда Ладожского озера, по которому проходила Дорога жизни, разработали антигангренный медицинский препарат, спасший множество жизней, и, конечно, участвовали в размагничивании боевых кораблей Балтийского флота.
Вторая мировая война в значительной степени изменила лицо физики. По известным причинам большинство работ приняло закрытый характер. Недавнее рассекречивание многих материалов ФТИ показало, насколько тогда в институте был велик масштаб исследований и высок их уровень.
Прежде всего это касается ядерной физики. В СССР деятельность, связанная с организацией работ по созданию атомной бомбы, началась с отправленного 5 марта 1938 г. письма сотрудников ФТИ председателю СНК СССР В. М. Молотову о необходимости создания соответствующей экспериментальной базы для дальнейших изысканий. К сожалению, тогда это предложение не было оценено. И лишь 14 августа 1943 г. А. Ф. Иоффе по согласованию с властями страны издал исторический приказ о переводе первой группы наших ученых в Лабораторию N 2 (будущий Институт атомной энергии, ныне Российский научный центр "Курчатовский институт") для реализации проекта по разработке отечественной атомной бомбы. В списке его участников со стороны ФТИ мы находим самого А. Ф. Иоффе, 79 человек из 13 разных лабораторий института, а также 24 сотрудника циклотронной лаборатории. Между тем в первые послевоенные годы весь численный состав ФТИ не превышал 300 человек!
В 1950 г. директором ФТИ был назначен А. П. Комар. При нем в соответствии с задачами космических
* Кавитация - образование в жидкости полостей, заполненных газом, паром или их смесью, что ведет к разрушению поверхности гребных винтов, гидротурбин и т.д. (прим. ред.).
стр. 88
исследований и укрепления обороноспособности страны у нас возникло новое направление - физическая газовая динамика. Позднее в этой области Ю. А. Дунаев успешно решил проблему тепловой защиты спускаемых космических аппаратов и боевых головок ракет (1953 - 1961 гг.).
С зарождением физики высоких энергий в институте широким фронтом развернули работы по физике ускорителей и нейтронной физике. Был создан филиал института в Гатчине (с 1972 г. самостоятельный Ленинградский - ныне Петербургский - институт ядерной физики им. Б. П. Константинова РАН), где запустили самый лучший для того времени ядерный реактор ВВР-М.
С 1958 г. по инициативе И. В. Курчатова в ФТИ занялись термоядерным синтезом. И прежде всего решали задачи диагностики горячей плазмы потрем направлениям: корпускулярная, сверхвысокочастотная и оптическая. Для этого были построены и введены в действие специальные установки - токамаки ТУМАН-2, ТУМАН-2А, ФТ-1 и ФТ-2. А в 1980 г. заработал более крупный токамак ТУМАН-3, на котором проводили эксперименты по сжатию плазмы по малому и большому радиусам, а также по комбинированному. Соответствующие работы в области управляемого термоядерного синтеза у нас продолжают и поныне.
Все направления исследований, развернутые в послевоенные годы, получили дальнейшее развитие при Б. П. Константинове (директор с 1957 по 1967 г.). С его именем связано решение таких задач, как разделение легких изотопов, изучение космоса, околоземного пространства, астрофизика и др.
В 60-е годы Б. П. Константинов и М. М. Бредов составили программу астрофизических исследований, базирующихся на новых концепциях и возможностях их экспериментальной проверки. Изучение микрометеоритов в околоземном пространстве (1962 - 1972 гг.) опровергло представления о существовании плотного пылевого облака вокруг Земли. Тем самым создатели космической техники в большинстве случаев могли не предусматривать специальную антипылевую защиту в конструируемых ими аппаратах.
Проведенная в конце 60-х годов сотрудниками института серия опытов на борту космических станций "Зонд", "Союз", "Космос" открыла спорадические потоки трития и гелия-3 солнечного происхождения. В результате был обнаружен новый класс солнечных вспышек, связанных с плазменными эффектами.
В начале 70-х годов были проведены приоритетные эксперименты по изучению поверхности естественного спутника Земли с использованием аппаратов "Луноход-1 и 2", определен химический состав поверхности Моря Дождей и кратера Ле Монье.
Вместе с тем в эти годы в ФТИ активно развивали палеоастрофизику, основанную на использовании природных "архивов" космического излучения: кольцевых срезов стволов деревьев, кораллов, льда и т.д.
В нашем институте всегда занимались теоретической астрофизикой. Так, еще в 20 - 30-е годы Я. И. Френкель и Л. Д. Ландау выдвинули ряд концепций космологии, ядерной астрофизики и физики сверхплотных звезд. Радиационное равновесие звезд и применение второго начала термодинамики к Вселенной изучали М. П. Бронштейн и Л. Д. Ландау (1933 г.). В 40-е годы сотрудники Л. Э. Гуревич и А. И. Лебединский разработали теорию образования планет и изучали проблему взрывов новых и сверхновых звезд.
В 60-е годы астрофизические исследования значительно расширили. Активно изучали роль физического вакуума в космологии и на первых стадиях эволюции Вселенной, исследовали нейтронные звезды и квазары, занимались реконструкцией химического состава материи и
стр. 89
Фотокопия распоряжения А. Ф, Иоффе о распределении денежной части полученной им Сталинской премии. 1942 г.
физических условий ранней Вселенной, физикой космических лучей и т.д. Во всех этих областях в ФТИ получены приоритетные результаты.
В конце 60-х годов у нас произошло второе рождение голографии. Прежде всего это было связано с появлением лазеров, существенно упростивших проблему формирования и регистрации изображений. В ФТИ создали оптические элементы, трехмерные изображения, разрабатывали полупроводниковые регистрирующие среды (стеклообразные халькогениды) для записи голограмм, приемники преобразователей некогерентного света в когерентный, фототермопластические регистрирующие устройства, фоторефрактивные кристаллы для анализа вибраций и т.д. Совершенствовали источники излучения (первые полупроводниковые лазеры) и т.д.
В 1967 г. директором ФТИ стал еще один яркий представитель школы А. Ф. Иоффе, впоследствии академик В. М. Тучкевич. При нем большой размах приобрели работы по физике полупроводников и созданию приборов на их основе. Фундамент для этого закладывался здесь еще в 30-е годы. Тогда в институте родилась теория "запорного слоя" (p-n перехода), базирующаяся на туннельном механизме* (А. Ф. Иоффе и Я. И. Френкель), было определено разделение проводимости полупроводника на собственную и примесную (В. П. Жузе и Б. В. Курчатов). А. Ф. Иоффе активно разрабатывал теорию термоэлектричества. Проводимые в те годы исследования охватили все известные области физики твердого тела, превратившись из работ отдельных ученых в целые направления и школы. Отметим экспериментальное подтверждение существования квазичастицы экситона, что дало импульс развитию нового направления - оптики и спектроскопии полупроводников - под руководством члена-корреспондента АН СССР Е. Ф. Гросса.
Эти исследования в 50-е годы проводили под руководством А. Ф. Иоффе в организованном на основе его лаборатории Институте полупроводников. И в 1954 - 1956 гг. здесь было открыто явление глубокого проникновения килоэлектронвольтных ионов в полупроводники, что стимулировало разработку метода имплантации, который стал эффективным инструментом производства микроэлектронных элементов.
В конце 50-х - начале 60-х годов в ФТИ развернули работы в области магнетизма неметаллов, впервые синтезировали ферриты-фанаты с ванадием и висмутом - прозрачный ферримагнетик RbNiF 3 . Примерно в то же время начали исследования ферро-антиферромагнитных резонансов и спиновых волн.
А. Ф. Иоффе инициировал также изыскания в области физики неупорядоченных систем. Был обнаружен класс стеклообразных халькогенидных полупроводников, позднее нашедших широкое применение в технике.
Полупроводниковая "революция", под знаком которой уже более 50 лет протекает не только развитие физики, но и современной цивили-
* Прохождение частицы (в данном случае - электрона) сквозь потенциальный барьер, имеющее квантово-механическую природу (прим. авт.).
стр. 90
зации, проявилась в ФТИ созданием первых отечественных точечных диодов и транзисторов (1950- 1951 гг.), высокочистых монокристаллов германия и кремния, плоскостных диодов и транзисторов с р-п переходами (1953 г.), соединений типа A III B V (1950 г.), первых в СССР плоских фотодиодов (1954 г.), силовых преобразователей - германиевых выпрямителей на ток до 500 A и обратным напряжением до 150 - 200 B(1957 г.), открытием стимулированного излучения в арсениде галлия (1962 г.).
После внедрения в промышленное производство полупроводниковых приборов на основе германия и кремния дальнейший поиск выявил, что арсенид галлия - наиболее подходящий материал для создания приборов (прежде всего лазеров) с исключительными параметрами при работе в условиях высоких температур.
Исследования 60-х годов способствовали выдвижению в ФТИ концепции лазера с двусторонней гетероструктурой, т.е. структурой, где в контакте ("гетеропереходе") находятся разные полупроводники и при этом внутри полупроводника с широкой запрещенной зоной* имеется тонкий слой другого полупроводника с меньшей шириной запрещенной зоны. При определенных условиях достигается высокая плотность инжектированных носителей, а свет полностью сосредоточивается в среднем слое структуры, играющем роль волновода. Была обнаружена и идеальная гетероструктура - самосогласованная решетка для арсенида галлия в виде твердых растворов AlGaAs, в которой и происходили указанные эффекты.
Дальнейший поиск новых гетероструктур с согласованными между собой решетками дал возможность получить разнообразные гетеропереходы при использовании более сложных твердых растворов, что позволило независимо варьировать постоянную решетки и ширину запрещенной зоны. Это способствовало появлению фотокатодов и, особенно, лазеров для волоконной связи в инфракрасном и видимом диапазонах.
Ныне общепризнано: про фесе в данной области был обеспечен работами ученых ФТИ. Как следствие их усилий появились лазеры с распределенной обратной связью, образуемой дифракционной решеткой на поверхности вол новодного слоя. Исследования гетероструктур привели к открытию ряда фундаментальных физических явлений, резкому улучшению характеристик практически всех известных полупроводниковых приборов и созданию совершенно новых их типов.
Конечно, не все достижения нескольких поколений ученых института нашли отражение в настоящей статье. Тем не менее об одном, непосредственно относящемся к нашим дням, следует сказать. Речь идет о результате многолетних исследований, увенчавшихся присуждением руководителю этих работ, нынешнему директору института, академику Ж. И. Алферову Нобелевской премии за 2000 г. "за разработку полупроводниковых гетероструктур, используемых в высокоскоростной и оптоэлектронике".
Иллюстрации предоставлены автором.
* Зона в энергетическом спектре полупроводника между валентной зоной и зоной проводимости (прим. авт.).
New publications: |
Popular with readers: |
News from other countries: |
![]() |
Editorial Contacts |
About · News · For Advertisers |
Digital Library of Ukraine ® All rights reserved.
2009-2026, ELIBRARY.COM.UA is a part of Libmonster, international library network (open map) Keeping the heritage of Ukraine |
US-Great Britain
Sweden
Serbia
Russia
Belarus
Ukraine
Kazakhstan
Moldova
Tajikistan
Estonia
Russia-2
Belarus-2