The Washington Post в своей статье за 28 мая решила еще раз обратить внимание своего читателя на иностранных добровольцев, которые кинулись на помощь Украине по просьбе президента Зеленского. Поначалу тысячи романтически настроенных ребят штурмовали пункты регистрации добровольцев на территориях посольств и консульств Украины в разных государствах. Подавляющее большинство из которых весьма туманно представляли с чем им придется столкнуться в борьбе за демократию в Украине.

Самыми частыми жалобами иностранцев обычно являются отсутствие экипировки и недостаточное вооружение. Один из американцев, попросивший не называть его полное имя ограничившись Дакотой, рассказал, что его отряд занимался охотой на российские танки семь недель. Самым ненормальным, по его мнению было то, что даже ветераны боевых действий оказались не готовы к интенсивности боестолкновений и плотности огня, когда пуля летит так близко от твоего носа, что ты ощущаешь запах порохового газа, который она за собой увлекает.

Расчет на хорошую боевую подготовку, воодушевивший около 4000 парней из Америки, оказался не верным. Ветераны, которые привыкли воевать с необученными и слабо вооруженными повстанцами, без тяжелой артиллерии, связи и беспилотников, быстро поняли, что то, с чем они столкнулись в Украине, диаметрально отличается от их представлений о войне.

Правительство США не поощряло участие граждан Америки в конфликте в Украине, хоть и не запрещало законодательно. Доводы сводились к попыткам объяснить насколько сложна и опасна ситуация на поле боя и предлагали помогать демократии другим способом.

Сейчас Дакота находится в своем доме в Огайо, лечит травму головы, полученную в Украине. Из его рассказа становится понятно, что большинство его товарищей не намерено продолжать «борьбу со злом» как им это представлялось, после гибели соратников.

Ранее Дакота служил контрактником в Афганистане, но в боевых действиях не участвовал, решив, что этого опыта вполне достаточно, он бросил колледж из-за «праведного негодования» и въехал в Украину в первые дни вторжения. Он обучал военнослужащих ВСУ обращению с «Джавелинами» в северо-западных пригородах Киева. Первый его боевой опыт был достаточно печальным, поскольку им не выдали батареи для пусковых установок, а без них ракеты «Джавелин» просто тяжелая труба.

После того, как его отряд накрыла артиллерия, вспоминает Дакота, они разбежались и заняли позиции в брошенных домах, большинство из которых горели. К концу второй ночи восемь из 20 иностранных добровольцев сбежали, кто-то портил оружие, кто-то наносил себе травмы.

Подобные рассказы сообщает и ветеран немецкой армии, просивший называть его Паскаль. Он говорит, что с самой первой миссии у них отсутствовала связь, российские войска прослушивали их рации и им приходилось пользоваться WhatsApp, что сработало как наводка и их обстреляли сразу же после обмена данными. Координация отсутствовала и понять где свой где чужой было практически невозможно, уходившие на разведку практически никогда не возвращались. Уже находясь в Польше Паскаль описывает свои попытки помочь как «нет шансов» и удивляется, что ему удалось выжить.

Своим опытом поделился с The Post и никогда не служивший в армии американец украинского происхождения представившийся как Техас. По его словам, на решение отправиться в Украину повлияла фотография горящего родного города. Сейчас он уже вернулся обратно в Хьюстон и сидя в своем офисе рассуждает об опыте который получил в ходе его краткого пребывания на родине. Он также как и Дакота охотился на танки, а теперь в унылом офисе, погрязнув в затянувшемся бракоразводном процессе, понимает, что познал контраст жизни и смерти и теперь его домашняя жизнь лишена смысла.

Дейн Миллер, ветеран армии США, оценил свои силы скромнее и решил отправиться в Польшу, чтобы помогать определять степень годности потенциальных иностранных добровольцев. По его признанию, в большинстве случаев кандидаты в легионеры считают что их «чванство» способно заменить соответствующий боевой опыт и всегда ошибаются. Слишком сильно отличаются условия, оснащение, да и способы ведения войны, к которым привыкли американские ветераны – это дало им иллюзию всемогущества, которая по итогу разбилась.

Permanent link to this publication: