| Заглавие статьи | СТРАТЕГИЧЕСКОЕ МАНЕВРИРОВАНИЕ КРЕМЛЯ |
| Автор(ы) | Дмитрий БУЛИН |
| Источник | Политический класс, № 6, Июнь 2007, C. 10-15 |
12 мая - 15 июня 2007
В который раз дискуссия о целесообразности третьего срока и преемниках российского президента оказалась на гребне общественного интереса. Масла в огонь подлил и сам Владимир Путин, который на встрече с журналистами стран "большой восьмерки" (предварявшей саммит в Хайлигендамме) 4 июня обмолвился об увеличении срока президентских полномочий. И хотя сделал он это безотносительно к самому себе, его слова мгновенно облетели мировые информационные агентства.
Фраза президента о том, что "четыре года - конечно, достаточно маленький срок", стала настоящим подарком так называемой партии третьего срока, видным представителем которой является спикер Совета Федерации Сергей Миронов. Еще накануне он сетовал в интервью "Московским новостям" (1 июня), что президент, видимо, бесповоротно решил исполнить обещание и уйти в 2008 году. Теперь у него появилась первая зацепка - может, случайная и сильно преувеличенная журналистами. А может, специально вброшенная в информационное поле с целью прозондировать реакцию общества.
Многие тем временем расценили высказывание Путина как поддержку Сергею Миронову и его партийному проекту - "Справедливой России". Президент Фонда эффективной политики Глеб Павловский в интервью РИА "Выборы" (4 июня) пожалел главного "эсэра": "Бедняга совсем приуныл, когда был вынужден отказаться от идеи продления срока полномочий Путина. Заявление Путина, безусловно, для него поддержка". По мнению политолога, говоря о недостаточности четырех лет, президент обращался прежде всего к избирателям в России, а не к западным странам, которые и без того найдут, за что его покритиковать.
Политолог Александр Кынев решил, что теперь вопрос о внесении изменений в Конституцию можно считать решенным ("Все ли дело в сроке?", АПН.ru, 7 июня). Ее десакрализацию, начало которой якобы положила вышеупомянутая фраза президента, неплохо бы, по мнению автора, совместить с масштабным переформатированием Основного закона. В первую очередь на предмет расширения полномочий парламента, который сегодня ничего не решает. Его нужно наделить реальными полномочиями по формированию правительства. Заодно можно было бы закрепить в Конституции прямые выборы членов Совета Федерации.
Журналист Владимир Соловьев ("Империя без Путина - не империя", "Взгляд", 8 июня) пророчил: "Что-то мне подсказывает, что эпоха Путина как минимум еще года на четыре, и что все преемники, которые есть сегодня, постепенно теряют свои позиции". Эксперт также высказал мысль о том, что как ни крути, а "российская ментальность воспроизводит в каждом поколении империю", где главное не талант, а личная преданность вождю. С видимой болью телеведущий поделился выстраданным: "Быть может, такого рода правление есть меньшее зло по сравнению с красной чумой или псевдодемократическим беспределом".
С критикой на сторонников третьего срока обрушился Дмитрий Юрьев ("Настоящий преемник", GlobalRus.ru, 4, 6, 8 июня). Он усмотрел сходство между ними и "разрозненными отрядами коллаборационистской оппозиции". И те и другие заинтересованы в движении страны к анархии. Оппозиционеры -ради введения внешнего, "демократического" управления. Сторонники третьего срока - ради установления "автаркической уголовно-бюрократической диктатуры".
Еще одно высказывание президента на встрече с журналистами вызвало настоящую бурю (хочется думать, не в стакане). Президент назвал себя "демократом чистой воды" и пожаловался, что "после смерти Махатмы Ганди поговорить стало не с кем": всюду несовершенство. В Северной Америке - пытки и бездомные. В Европе - убийства демонстрантов на улицах (прозрачный намек на беспорядки в Эстонии). На Украине - полное нарушение Конституции, дело идет к диктатуре.
Либеральная общественность на слова Путина отреагировала бурно и возмущенно: кое-кто даже заподозрил президента в невменяемости. Впрочем, нашлись люди, оценившие юмор российского лидера. Заместитель главного редактора редакции РИА Новости Борис Каймаков (колонка в "Общей газете", 6 июня) заметил: "Если бы меня спрашивали, являюсь ли я "демократом чистой воды" раз пять на дню, я бы тоже вспомнил не только Махатму Ганди, но и всех его дальнейших родственников". Для него "речевая раскованность" президента - свидетельство его са-
стр. 10
мостоятельности и уверенности. Журналист поведал о том, как участвовал в подготовке первого интервью Путина западной газете в 1999 году. Департамент правительственной информации составил для него обширный талмуд, который был отложен Путиным в сторону после первого же вопроса. Затем премьер Путин перешел на немецкий язык и "отвечал с юмором, от которого получали удовольствие как немецкие журналисты, так и он сам".
Пока "партия третьего срока" праздновала маленькую победу, продолжалась спокойная и твердая раскрутка двух очевидных кандидатов на пост президента - первых вице-премьеров Дмитрия Медведева и Сергея Иванова. Впервые за многие месяцы эксперты отдавали предпочтение последнему: сказалась его повышенная медиаактивность. 23 мая он провел длительную, в два с половиной часа, пресс-конференцию, приуроченную к ста дням его пребывания на должности первого вице-премьера: говорил о ДОВСЕ, польском мясе и многом другом. 6 июня на встрече с представителями российских молодежных организаций Сергей Иванов опять, как и в прошлом месяце в интервью The Financial Times, позволил себе пройтись по всему спектру политических вопросов, не обходя и международные. Намекнул на то, что государства Восточной Европы по отношению к Западу ныне стали тем же, чем были некогда по отношению к СССР. Оппозицию вице-премьер упрекнул в том, что она чаще пытается не выразить протест, а "создать провокационную обстановку". Наконец, он признался в лояльности концепции "суверенной демократии" - впрочем, ничего не изменится, если назвать демократию "независимой".
Константин Киселев в статье с немудреным названием "Сергею Борисовичу Иванову нужно помогать!" (OPEC.ru, 10 июня) заметил, что конкуренция между преемниками Путина должна проходить на фоне конкуренции идеологий и практических сфер применения. Так, если у Медведева сфера ответственности уже сформирована (национальные проекты: то есть эффективное распределение бюджетных средств с целью повышения качества услуг, оказываемых государством обществу), то у Иванова эта сфера еще только начала формироваться. И помочь нужно прежде всего ему: чтобы танкисты, ракетчики и "научники в погонах" не сильно перекосили его риторику.
За виртуально-аппаратной гонкой преемников наблюдал политический обозреватель журнала "Русский Newsweek" Михаил Фишман ("Преемники: король ринга", 11 июня). "Оба (и Иванов, и Медведев. - Д. Б.) не похожи на полноценных кандидатов, - заключил он, - скорее, они дополняют друг друга, наращивая популярность, формируют коллективный образ преемника". Обоим Кремль прислал помощников: экспертное управление президентской администрации, которое раньше помогало только Медведеву, теперь работает и на Иванова. А пресс-секретарь президента Алексей Громов, по сведениям журнала, лично определяет эфирную политику в отношении каждого.
Ключ к главной шараде страны - на кого падет выбор Путина, - по мнению Дмитрия Бадовского ("Окрестности ядерного чемоданчика", Газета.ru, 7 июня), лежит в плоскости обеспечения преемственности курса. Именно соответствие логике путинского курса (который сам по себе есть не что-то раз и навсегда определившееся, но постоянно корректирующееся), помноженное на личную преданность президенту, определит конечный выбор Владимира Путина. "Если сегодня главной задачей становится противодействие "империализму" и "разрядка международной напряженности", то президентский формат и логику курса лучше всех выражает Сергей Иванов с новыми ракетами и жесткой геополитической риторикой", - отметил аналитик.
Наконец, главный редактор "Политического класса" и "Московских новостей" Виталий Третьяков опубликовал "Сценарий 2007 - 2008: все ясно, даже с Путиным" ("Московские новости", "Политдневник", 15 июня). По его мнению, при условии инерционного развития страны следующим президентом станет Сергей Иванов. Схема передачи власти проста: 9 августа, в восьмую годовщину собственного назначения премьер-министром, Владимир Путин назначит на эту должность Иванова. Сам же Путин станет, скорее всего, секретарем Совета безопасности: сугубо технический пост специально для нынешнего президента может быть "утяжелен" за счет новых полномочий.
Впрочем, очевидность выбора в пользу Сергея Иванова казалась многим не такой уж и очевидной, учитывая любовь президента к неожиданным кадровым решениям. Поэтому интерес к преемникам "второго эшелона" не утихал. 21 мая в журнале "Итоги" появилось большое интервью губернатора Санкт-Петербурга Валентины Матвиенко, где она рассказывала о результатах своей работы. Не обошла она стороной и тему "преемничества". "Думаю, мне известно, - со скромным достоинством сказала она, - кто станет президентом в 2008 году. Поэтому спокойно жду выборов". Майский номер "Политического класса", расширяя собственную портретную галерею преемников, опубликовал материал Вадима Прозорова "Проект "Валентина Великая", где Валентина Матвиенко рассматривалась как возможная преемница Путина.
Другой "претендент в кандидаты" (или "кандидат в претенденты" - кому как нравится) - глава "Рособоронэкспорта" Сергей Чемезов - попал в поле внимания журналистов "Независимой газеты" (28 мая). Из хвалебной статьи "Чемезов держит слово" аудитория узнала, что в своей деятельности он руководствуется не только прибылью, но и интересами государственной безопасности.
стр. 11
Как бы то ни было, точку в вопросе о престолонаследии в современной России ставить преждевременно. Выступая в Вашингтоне 15 июня, помощник президента Игорь Шувалов обмолвился: "Мой президент еще может преподнести всем сюрприз", - чем необыкновенно разбередил уснувшую было фантазию политологов. Немногим удалось сохранить хладнокровие. По всей видимости, с уверенностью можно утверждать лишь одно: Путин еще и сам не определился с выдвиженцем и время определиться у него еще есть.
Оппозиция в мае-июне была активна и строила далеко идущие планы. Впрочем, долгожданного единения в борьбе с "тоталитарным" режимом не получилось. Один за другим у оппозиции стали появляться "единые" кандидаты на пост президента: первым инициативу проявил Виктор Геращенко. На заседании экспертного клуба Института национальной стратегии "Роль оппозиции накануне 2008 года" (15 мая) он прямо заявил о своих планах.
Журналист Олег Кашин проследил политическую судьбу новоявленного кандидата, богатую событиями ("Главный парадокс Виктора Геращенко - его политическая судьба", журнал "Русская жизнь", 8 июня). Председатель Госбанка СССР, затем председатель Центробанка России - власть в стране менялась, а он оставался незаменимым на своем посту. И сегодня, когда "тяжеловесы ельцинских времен выбыли по возрасту, он как был собой, так и остался. Никому не обязан, никому не подчиняется, никого не боится". Вывод Олега Кашина: российская политика для Геращенко мала, как детский костюм. Его политический масштаб гораздо больше масштаба той же "Другой России", поэтому он не сможет стать ее частью. И поэтому вряд ли у него есть перспектива не то что выиграть выборы, но даже преодолеть все процедурные формальности на пути к ним.
В интервью газете "Наше время" (11 июня) Геращенко рассказал о причинах, подвигших его накануне 70-летия ввязаться в сомнительное с точки зрения целесообразности мероприятие. "Чисто персонально мне ничего не надо, - признался он. - Никуда я не лезу. Нет у меня никаких амбиций. За державу обидно. Мы многое можем делать лучше". А с "Коммерсантом" он поделился соображениями о том, что единственным способом придать будущему президенту легитимность остается проведение подлинно демократических выборов ("Непреемник", 31 мая). Это "и Владимиру Путину позволит максимально красиво покинуть свой пост".
Вслед за Виктором Геращенко заявил о притязаниях на пост главы государства Михаил Касьянов, а чуть позже возникла кандидатура Владимира Буковского. Социолог Леонтий Вызов одинаково скептически оценил шансы обоих ("Оппозиция на выборах 2008 года не имеет никаких шансов", АПН - Нижний Новгород, 9 июня). "Популярность Касьянова даже среди сторонников "Другой России" невелика, - отметил он. - А Буковский - фигура позапрошлой эпохи, его сейчас мало кто знает". Сегодня общество стабилизировалось и не испытывает потребности в серьезных изменениях. Только глубокий системный кризис способен пробудить его от этой политической спячки.
Лидер "Народно-демократического союза" Михаил Касьянов, взвалив на плечи груз "кандидатства", стал осторожнее - в частности, отказался от регулярного участия в "маршах несогласных". В интервью радио "Эхо Москвы" (4 июня) он пояснил позицию: "Наступила пора второго этапа (первый этап - марши. - Д. Б.) -это консолидация вокруг программы, затем единый кандидат и осенняя работа по движению к выборам".
Не на объединение российской оппозиции сыграл и ее видный представитель - Борис Березовский. В интервью британской The Financial Times он признался, что финансирует "Другую Россию" (1 июня). Вряд ли он не отдавал себе отчета в том, что значительная часть ее потенциальных избирателей после этого признания от коалиции отвернется.
В конце концов неблаготворно на имидже "Другой России" сказался и локальный скандал, случившийся в ее рядах 11 июня, во время очередного "марша несогласных" в Москве (на этот раз властями разрешенного). Писатель Эдуард Лимонов, один из лидеров коалиции, запретил выступать на митинге Маше Гайдар, дочери известного "младореформатора" начала 90-х. Российское либеральное интернет-сообщество взорвалось негативными комментариями: в "Живом Журнале" эта тема на несколько дней стала самой популярной. Лидер молодежного "Яблока" Илья Яшин в своем блоге (yashin.livejournal.com) усомнился в приемлемости лозунгов подопечных Лимонова. А сам Лимонов, отвечая на критику, открыл в комментарии сайту Грани.ru (15 июня) причины своего решения: "Лично против Марии Гайдар я ничего не имею, она вполне good looking. Но фамилия Гайдар оттолкнет от нас и от нашего единого кандидата на президентских выборах".
Многие воспользовались внешнеполитической активностью президента и выступили с резкой критикой в его адрес, небезосновательно рассчитывая на повышенное внимание западных СМИ. Накануне саммита "большой восьмерки" журналистка Елена Трегубова объяснила английской газете The Independent причины своей эмиграции ("Почему я бежала из России Путина", 5 июня). Статья, написанная в форме открытого письма лидерам стран G8, призывала их поставить вопрос ребром перед Путиным: либо возвращение к демократии, либо исключение России из всех влиятельных международных организаций. Статья грешила пропагандистскими неточностями. Так, Елена Трегубова обвинила режим Путина в том, что он "столь окреп и обнаглел, что угрожает ближайшим соседям -Польше и Чехии". Между тем сего-
стр. 12
дня именно Польша и Чехия, заручившись поддержкой Штатов, угрожают России размещением систем американской ПРО на своей территории. И эти угрозы в отличие от призрачных российских будут претворены в жизнь. Досталось Кремлю и за то, что он "грозит Западу, бряцая ракетами" (видимо, имелся в виду намек Путина на то, что с размещением ПРО в Восточной Европе у российских ракет появятся новые цели). То есть заявление Путина, имевшее более характер недовольной ремарки, чем реальной военной угрозы, противники Кремля поспешили назвать сигналом к началу второй холодной войны.
К леденящим кровь рассказам Елены Трегубовой добавилась выходка российского нацбола, чудом проникшего на финальную пресс-конференцию Владимира Путина в Хайлигендамме. Прервав выступление президента, он стал разбрасывать листовки с описанием ужасов путинской России. В ответ Владимир Путин произнес важные слова (8 июня, kremlin.ru): "Мы никому не позволим нарушать нашу Конституцию - я сам ее не нарушаю и никому не позволю этого делать". И, явно обращаясь к западному общественному мнению, к которому пытаются апеллировать российские оппозиционеры, добавил: "Вы будете иметь дело с той Россией, которую поддержит российский народ, а не которую кто-то хочет видеть со стороны".
Гигантский культурный слой критики Владимира Путина, накопленный электронными и бумажными носителями, пополнился двумя новыми приобретениями. Журнал "Коммерсантъ ВЛАСТЬ" опубликовал 11 июня выдержки из книги политэмигранта и друга покойного Александра Литвиненко Алекса Гольдфарба "Смерть диссидента". Очередная агитационная поделка раскрывала тайные пружины назначения Путина премьер-министром в 1999 году. Видимо, по просьбам другого лондонского сидельца, Бориса Березовского, в книгу была включена сцена братания Путина с олигархом: "Ты должен знать, что в моем лице у тебя есть брат, Борис". Добросовестный читатель должен из этого сделать такой вывод: мало того что Путин - отъявленный душитель свобод и гонитель правдолюбивых олигархов, так он еще и клятвопреступник, ополчившийся на собственного брата.
Другое произведение оппозиционной мысли явилось результатом творчества многих десятков недоброжелателей президента. Свободная интернет-энциклопедия "Википедия" приросла новой статьей, в которой содержится обстоятельная критика российского лидера (раздел "Критика Владимира Путина", ru.wikipedia.org). Авторами была проделана внушительная работа: в списке использованных источников (в основном газетных и журнальных публикаций) фигурирует более двухсот позиций. Систематизированно, но достаточно блекло и неубедительно представлены обвинения в коррупции, покрывательстве коррупции ельцинской "семьи", а также неизменные Чечня, взрывы московских домов, Дубровка, Беслан, гонения на оппозицию и прочее.
Директор Института экономического анализа Андрей Илларионов поделился своими предчувствиями (доклад "Предчувствие катастрофы", 5 июня). Вооружившись "разоблачительной" статистикой, бывший советник президента вновь раскритиковал курс, выбранный Россией. Под огонь критики попал даже тот факт, что Путин во время разговора с журналистами G8 предпринимателей Вексельберга и Абрамовича назвал "господами", а Литвиненко поименовал лишь "голой" фамилией. Это возмутило экономиста. Он пристыдил президента цитатой из святого Августина: "Государство, лишенное правосудия, есть не что иное, как шайка разбойников".
Президент Института энергетической политики Владимир Милов ("Глобалист: контрольная по безопасности", "Ведомости", 13 июня) озаботился проблемой преступности в российском обществе: "При Путине произошел резкий рост числа граждан, ставших жертвами преступлений: в 2005 году их было уже на 34 процента больше, чем в 2000 году".
Политолог Михаил Хазин критиковал экономическую политику правительства и лично министра финансов Алексея Кудрина ("Бухгалтер на воеводстве", "Профиль", 11 июня). "Ни в одной стране мира, - сокрушался он, - ни разу за всю историю человечества не было такого, чтобы бухгалтер был назначен антикризисным управляющим".
Заместитель министра экономического развития и торговли Андрей Шаронов в интервью "Эксперту" (21 мая) рассказал о ходе административной реформы. Следуя логике госслужащего, он остерегся назвать ее провальной (что было бы верно), но не скрыл ее неудач. Среди их причин он назвал, во-первых, завышенные ожидания в обществе: "Мы ведь больше пятисот дней ждать ничего не готовы". А во-вторых, "непоследовательность и стремление к компромиссам".
Председатель Федерации независимых профсоюзов России Михаил Шмаков подверг критике сферу трудовых отношений в стране (интервью "Трибуне", 8 июня): "Забастовочное законодательство в России - одно из самых жестких в мире". Люди не имеют возможности отстаивать свои права. Как результат - "мы единственная страна, где есть работающие бедные".
Впрочем, российская политическая дискуссия развивалась не только в сторону критики власти, но и в сторону критики оппозиции. Сергей Батчиков в статье "Либеральное мифоложество" ("Завтра", 23 и 30 мая) констатировал, что в преддверии выборов "отечественные неолибералы начали наступление на идеологическом фронте", пытаясь в том числе нарисовать картину реформ начала 90-х годов в радужном цвете.
Продолжала муссироваться и тема ущемления свободы слова. Один из создателей НТВ Игорь Мала-
стр. 13
шенко, ныне постоянно проживающий в США и возглавляющий там компанию Overseas media productions, вспоминал времена ельцинской свободы (интервью "Новой газете", 28 мая). Одним из положительных качеств первого президента России он счел слабый интерес к прессе и телевидению: "Смотрел и читал немного. И правильно - а чего их смотреть? У него своя работа, у СМИ своя".
Либеральная общественность расценила назначение телеведущего Михаила Леонтьева главным редактором журнала "Профиль" как дальнейшее наступление на свободу слова в стране. Тем временем сам новый главред, отвечая на возгласы о зажиме свободы слова (интервью "Русскому журналу", 29 мая), заметил: "Внутри СМИ демократия не практикуется. Всякое СМИ может управляться или мягко-авторитарно, или твердо-авторитарно. Никаких других способов управления нет. Демократия так называемая или свобода слова создается конкуренцией разных СМИ. И у нас она представлена самым широким образом".
Внешнеполитическая линия российской общественной дискуссии определялась повышенной международной активностью президента и скандалом вокруг предпринимателей Андрея Лугового и Дмитрия Ковтуна. Через неделю после предъявления обвинения Луговому английской прокуратурой и запросом на его экстрадицию последовал ответный информационный удар. На пресс-конференции в Интерфаксе (interfax.ru, 31 мая) Луговой, в свою очередь, выдал порцию сенсационных разоблачений: Березовский и покойный Литвиненко сотрудничали с британской разведкой. К этому же склоняли и бизнесмена, требуя от него сбора компромата на президента России и членов его семьи. Позднее он дополнил свою версию произошедшего признанием, что его шантажировали, угрожая помешать бизнесу на территории Англии (интервью "Комсомольской правде", 15 июня). Также Андрей Луговой предположил, что отравление Литвиненко может быть не последней главой в этой темной истории: он выразил опасения за безопасность российских оппозиционеров - Касьянова и Лимонова. А в интервью "Известиям" (4 июня) объяснил причину неожиданной "разговорчивости" после полугода молчания: "Публичность - одно из орудий защиты". И не стал отрицать, что текст пресс-конференции согласовывал не только с адвокатами, но и с правоохранительными органами.
Откровения бизнесменов убедили разве что центральные каналы, а большинство экспертов сочли их притянутыми за уши. Наученные горьким опытом российские политологи разумно заключили, что если кто-то и завербовал кого-то, то это Березовский завербовал МИ-6 и использует ее в своих провокаторских интересах. Леонид Радзиховский ("Жара", сайт РИА Новости, 5 июня) задался вопросом, зачем владелец фирмы по производству медовухи нужен английской разведке. Какой компромат на высших должностных лиц государства он может собрать? Зато поверил Луговому его бывший работодатель Егор Гайдар, который в эфире Радио "Свобода" (9 июня) категорически опроверг его причастность к отравлению перебежчика. "Мне трудно представить Лугового в качестве мирового заговорщика, который вместе с детьми едет в Лондон кого-то травить", - подчеркнул Гайдар. Свою позицию бывший реформатор заявил предельно четко еще 29 ноября 2006 года, когда в письме к финансисту Джорджу Соросу назвал Березовского "безжалостным человеком, для которого не существует морали": "Сейчас его главная цель -создать неприятности Путину. Средство - ухудшение отношений России с Западом".
Российско-американские отношения в контексте развертывания систем ПРО в Восточной Европе, обвинений в отступлении от демократии и ответной риторики Владимира Путина вызывали у экспертов все больше пессимизма. Президент фонда "Политика" Вячеслав Никонов (интервью сайту Кремль.org, 7 июня) не увидел в ближайшей перспективе ресурсов преодоления конфликтности: "Впереди избирательная кампания, которая волнует и американское, и российское руководство гораздо больше двусторонних отношений".
Официальные лица, как и подобает, были настроены более позитивно. Председатель комитета Совета Федерации по международным делам Михаил Маргелов уверял, что никакой новой холодной войны между Россией и Западом нет ("Войны нет и не будет", "Ежедневный журнал", 6 июня). Все это пустые разговоры, тиражируемые журналистами и разного рода экспертами, отрабатывающими свой хлеб.
Директор Института проблем глобализации Борис Кагарлицкий в интервью "Русскому курьеру" (9 июня), отвечая на вопрос о критике в адрес Путина из-за рубежа, заметил: "Я не вижу различия между американским президентом и нашим. Чем Буш особенно лучше Путина? Они вполне нашли друг друга".
Политолог Павел Святенков ("Тусовка на высшем уровне", АПН.ru, 6 июня) увидел потенциал успешной внешнеполитической активности России на ниве всемирной защиты приоритетности суверенитета. "Косовский прецедент", если он случится, нужно использовать, чтобы сплотить вокруг себя все государства, обеспокоенные беспардонной политикой Штатов по раздроблению суверенитета. Анонсируя статью политолога в своем блоге (magic_garlic.livejournal.com), редактор сайта АПН.ru Борис Межуев посетовал, что сценарий Павла Святенкова означает новую холодную войну. И нарисовал идеальный вариант развития ситуации (одновременно признав его невыполнимость): раздел сфер влияния между Россией и США. Мы не вмешиваемся в дела Эстонии и Югославии, они - в дела Украины и Белоруссии. А президентом избрать компромиссную фигуру
стр. 14
наподобие Геращенко, мечтал эксперт. Но зачем Западу идти на эти явные уступки, когда можно силой и упорством сорвать весь банк?
Вторил ему политолог Андрей Рябов ("Посреди демократии иногда чувствуешь себя одиноко", "Новая газета", 7 июня). Поскольку экономические ресурсы России и Запада несопоставимы, любая продолжительная и серьезная конфронтация не пойдет на пользу стране. И тогда граждане, искренне готовые сегодня дать отпор злокозненному империализму, будут не в восторге от последствий своего порыва.
Писатель и политолог Владимир Карпец в отличие от многих мобилизации и обострения отношений с Западом не убоялся ("Вопреки всему", Правая.ru, 8 июня). В условиях жесткого геополитического противостояния "России нужен мощный недемократический субъект власти. Речь может идти только о восстановлении монархии или диктатуре, способной объявить чрезвычайное положение и национальную мобилизацию". Приветствовал ужесточение позиции России и профессор МГИМО Андраник Мигранян. "От сегодняшней внешнеполитической линии нельзя отступать, - заявил он во время интернет-конференции, организованной на сайте Медиакратия.ru (7 июня). - Вся ответственность за рост напряжения должна ложиться на плечи Вашингтона".
Партийная интрига в майские дни обострилась: "Единая Россия" уточняла предвыборную программу, а "Справедливая Россия" вербовала новых союзников в партийной среде. "План Путина", принятый 22 мая на съезде ЕР, ознаменовал окончательную ставку политтехнологов "Единой России" на авторитет президента. Максимальное ассоциирование себя с не просто курсом, но с личностью российского лидера стало главным звеном предвыборной стратегии "единороссов". В интервью "Российской газете" Борис Грызлов (22 мая) не скрыл, что партия выдвинет своего кандидата на президентских выборах, но сделает это лишь после декабрьского парламентского голосования. Его подчиненный Андрей Воробьев (руководитель ЦИК партии) подчеркнул (edinros.ru, 31 мая), что конкуренция на думских выборах будет острой, но благодаря "Плану Путина", который поддерживает большинство россиян, у "единороссов" есть преимущество.
Словом "бедлам" описал ситуацию с двумя партиями власти президент фонда ИНДЕМ Георгий Сатаров в интервью сайту Политком.ru (4 июня). У одного патрона может быть всего одна клиентела. В случае же с российской властью клиентелы две. Поскольку создание "Справедливой России" было вынужденным: "ЕР стала отвязываться и терять управляемость" - ее надо было приструнить. Вот и появился "левый проект".
Несмотря на данные последнего опроса ВЦИОМ, который предсказал российским либералам поражение на парламентских выборах (самый высокий процент у СПС - 4,8, но и этого недостаточно, чтобы пройти в новую Думу), лидер "Гражданской силы" Михаил Барщевский не терял оптимизма. В интервью "Собеседнику" (11 июня) адвокат отметил, что борется не за власть, а за влияние на власть. Непонятно, правда, как в суровых российских условиях можно влиять на власть, не обладая ею.
Другая громкая и острая тема, волновавшая умы экспертов, - неожиданный рецидив националистических настроений на юге России, в Ставрополе. Местные русские подрались с местной кавказской молодежью. Михаил Пожарский ("Про Ставрополь", Nazlobu.ru, 6 июня) показал, как скандал намеренно раздувался усилиями активистов ДПНИ и других добровольцев националистического фронта. По его мнению, умышленно нагнеталась истерия - чтобы боялись каждой тени. Между тем "народ с комплексом жертвы и перманентным страхом - это не нация, а именно жертва".
Таковы основные дискуссионные "треки" мая-июня. Завершая обзор политической мысли России за этот период, обратим внимание на наиболее очевидные тенденции. То, что еще в начале мая казалось утопией, свершилось: Владимир Путин сделал мягкий и неочевидный намек на продление срока президентских полномочий. Чем одну часть политического класса привел в восторг, а другую - в трепет.
Тем временем Кремль неустанно расширяет пространство для маневра: именно с этой позиции можно рассматривать заявление Игоря Шувалова о "сюрпризах" на выборах 2008 года. Данный ход несколько убавляет пыл общепринятых преемников и не дает административному ресурсу преждевременно сконцентрироваться вокруг одного из них. Возникает иллюзия активной политической конкуренции, которая добавит грядущим выборам остроты, а будущему президенту - легитимности. Как бы то ни было, а политический класс страны, невзирая на бесконечные гадания, понимает, что Путин еще ничего окончательно не решил. А значит, борьба за влияние на президента продолжится и накалится.
Оппозиция продемонстрировала, что ее единство проявляется лишь во всевозможных маршах протеста критика любых действий власти. Кроме такого "уличного" единства, ничего общего у оппозиционеров нет. Как только дело дошло до позитивной программы, единство разрушилось, а на его месте проросли сразу три "единых" кандидата в президенты. Чем раздробленнее оппозиция, тем меньше у нее шансов выиграть предстоящие выборы. Но тем больше у нее шансов раскачать лодку и пощекотать кремлевские нервы.
New publications: |
Popular with readers: |
News from other countries: |
![]() |
Editorial Contacts |
About · News · For Advertisers |
Digital Library of Ukraine ® All rights reserved.
2009-2026, ELIBRARY.COM.UA is a part of Libmonster, international library network (open map) Keeping the heritage of Ukraine |
US-Great Britain
Sweden
Serbia
Russia
Belarus
Ukraine
Kazakhstan
Moldova
Tajikistan
Estonia
Russia-2
Belarus-2