Автор: Александр Комозин

А кандидаты в преемники, естественно, пошли вверх

Служба изучения общественного мнения VP-T продолжает определение первой сотни наиболее влиятельных российских политиков с указанием их рангового положения (с 1-го по 100-е) и среднего балла, фиксирующего "вес" каждого из них - как со знаком (положительным или отрицательным), так и без знака влияния на внутреннюю и внешнюю политику России. В последнем номере журнала за 2005 год, представляя результаты нашего экспертного опроса, напоминаем правила проведения исследования.

В предварительный список для экспертной оценки помимо имен политиков, признанных ведущими в октябре этого года, были включены пятьдесят фамилий государственных и общественных деятелей, активно проявивших себя в ноябре. Меру и знак их влиятельности, как всегда, определяли эксперты - руководители центральных средств массовой информации, известные политические обозреватели и политологи.

Для оценки использовалась 10-балльная шкала. Если тот или иной политик в минувшем месяце вообще не сыграл никакой роли, ему выставлялась нулевая оценка. На основании среднего балла - без знака и со знаком влияния - был составлен список российских политиков, оказавших в ноябре, с точки зрения экспертов, наибольшее влияние на российскую политику.

Наиболее заметным политическим событием ноября стали кадровые изменения в администрации президента и правительстве.

Судя по статистическим показателям, они были восприняты экспертами позитивно. Так, в первой десятке ведущих политиков не оказалось ни одного "минусовика", во второй десятке только один имеет отрицательное значение среднего балла влиятельности со знаком, а во всей сотне лишь 15 "минусовиков" (24 в октябре). Столько положительных оценок в этом году политики получали лишь в августе, но тогда в первой двадцатке рейтинга было 4 "минусовика". Средние баллы влияния (без знака) изменились мало: снизились на несколько сотых балла и в сотне, и в двадцатке, и в десятке.

Сложно говорить об оптимальном уровне оценок, полученных путем опроса. Тем не менее в данном случае имеется нечто, похожее на оптимум.

В ноябре не было событий, которые могли бы характеризоваться как чрезвычайные (теракты, стихийные бедствия, громкие скандалы) - подобные события обычно повышают градус политической напряженности, что соответственно выражается в скачкообразном увеличении средних баллов рейтинга. Отсутствовала и ситуация явной (в известном смысле чрезвычайной) разрядки напряженности. Как это было, например, в марте этого года, после спада массовых протестных выступлений, вызванных монетизацией льгот (успокаивать пришлось, как бы это сейчас ни казалось странным, не только беднейшие слои населения, но и крупный бизнес; об этом см. в комментариях "Политического класса"

стр. 103

стр. 104

стр. 105

N 3 и 4), в рейтинге резко уменьшилось число политиков-"минусовиков" и заметно снизились средние баллы влияния без знака. По последнему показателю мартовские и апрельские рейтинги имеют минимальное значения за 11 месяцев нынешнего года. Итак, статистика фиксирует позитив.

Персональный состав верхней части рейтинга позволяет говорить об усилении консолидации власти. Начиная с 2000 года руководители трех ветвей власти впервые всем составом вошли в ведущую двадцатку политиков. Именинником следует считать председателя Совета Федерации, а заодно и лидера Партии жизни Сергея Миронова , в ноябре впервые преодолевшего планку двадцатки (20-е место в ноябре против 37-го в октябре). В этом месяце вернулся в двадцатку лидер партии "Единая Россия" и председатель Государственной Думы Борис Грызлов (16-е место в ноябре против 23-го в октябре).

Имелась, впрочем, и конкретная причина повышения рейтинга Грызлова: партийный съезд в Красноярске. Вообще съезд получился пафосным. В частности, неоднократно звучала мысль о том, что надо брать власть в свои руки (любопытна прозвучавшая в трибуны съезда фраза, похожая на оправдание: "Тем более что нас называют партией власти"). Слова были тут же подкреплены делами. В "Единую Россию" вступили вице-премьер Александр Жуков (22-е место в ноябре против 17-го в октябре) и министр сельского хозяйства Алексей Гордеев (65-е место в ноябре против 55 - 57-го в октябре). Правда, рейтинг ни одного, ни другого не вырос. Но это уже другой вопрос, связанный с перераспределением полномочий в правительстве.

В первой десятке рейтинга - сотрудники администрации президента и члены правительства. Исключение одно - московский мэр Юрий Лужков (9-е место в ноябре против 13-го в октябре). Рекордсменом политического роста, согласно экспертизе, стал бывший губернатор Тюменской области, а ныне глава администрации президента Сергей Собянин (10-е место в ноябре, в октябре не входил в ведущую сотню политиков).

Политики, представляющие бизнес, пусть даже номинально занимающие государственные посты, оттеснены на более низкие места рейтинга. Последнее, в частности, относится к губернатору Чукотки Роману Абрамовичу (14-е место в ноябре против 5-го в октябре; единственный "минусовик" двадцатки). Собственно, и во второй десятке политиков от бизнеса только двое. Кроме Абрамовича в нее входит глава РАО "ЕЭС" Анатолий Чубайс (13-е место в ноябре против 19-го в октябре). Из двадцатки выпал глава ОАО "Газпром" Алексей Миллер (23 - 24-е место в ноябре против 14-го в октябре). Не вошел в ноябрьскую двадцатку рейтинга и министр здравоохранения и социального развития Михаил Зурабов , один из постоянных антигероев нынешнего года (21-е место в ноябре против 16-го в октябре).

Свидетельством консолидации власти может служить и десятка политиков, имеющих наиболее положительные значения средних баллов влиятельности со знаком. Среди героев месяца люди, занимающие высокие государственные посты. Исключение составляет (если это можно считать исключением) Патриарх Московский и всея Руси Алексий II , практически постоянно входящий в почетную десятку (11-е место в ноябре против 15-го в октябре). Первые два места в десятке героев занимают два выдвиженца: Дмитрий Медведев и Сергей Собянин. В ней же новый полпред президента на Дальнем Востоке Камиль Исхаков , впервые номинировавшийся для экспертизы (89-е место в ноябре). Это, кстати, подчеркивает позитивный настрой экспертов по отношению к кадровым перемещениям, ведь, по сути, политик оценивается положительно авансом. Наконец, в почетной десятке - два первых лица государства: президент страны Владимир Путин и председатель правительства Михаил Фрадков (6-е место в ноябре против 4-го в октябре). Обратим внимание, что у президента подрос средний балл без знака влияния (8,03 против 7,87), как и средний балл со знаком (+2,26 против 1,34). Именно последний показатель позволил Путину вернуться в число героев месяца.

Такова ситуация, если смотреть на нее в целом. Теперь рассмотрим ее изнутри, с точки зрения персональных перемещений и возникшей в связи с этим расстановки сил в верхнем эшелоне власти.

Внедрение Путиным двух своих ближайших соратников в правительство (о Медведеве было сказано, другим вице-премьером стал министр обороны Сергей Иванов ; 5-е место в ноябре против 9-го в октябре) послужило поводом для многочисленных рассуждений и предположений на тему о том, кто станет будущим президентом страны. СМИ запестрели заголовками, в которых обыгрывалось слово "преемник". Ноябрьский рейтинг предоставляет некоторую информацию на эту тему. Вычленим и проанализируем ее.

Начнем, однако, с экскурса в историю вопроса.

Напомним, что разговоры о преемнике Путина появились почти сразу после начала его президентства. А в 2002-м, и особенно в 2003-м, данная тема присутствовала в СМИ постоянно. Еще более горячей она стала после 2004 года. Сложилась традиция связывать каждое более или менее заметное политическое и социально-экономическое событие в стране с пресловутым преемником. За подобного рода рассуждениями чаще всего скрывался вопрос о выборе стратегии развития. Однако поскольку рейтинг народного доверия Путина остается неколебимым, а срок его президентства отмерен Конституцией до 2008 года, рассуждения о путях и средствах движения переходили в плоскость преемничества. Явно или неявно происходила подмена политологического типа мышления пиар-технологическим, лучше приспособленным для оперирования виртуальными событиями (имиджем, например), чем фактами.

На наш взгляд, ответ на вопрос о преемничестве надо начинать с ответов на более фундаментальные вопросы: каково реальное направление движения страны, какую страну власть, во-первых, хочет, а во-вторых, может построить. От того, какие изменения будут внесены в общество до 2008 года, какие средства задействуют, зависит, каким окажется преемник. Не хотелось бы гадать, как в таких случаях говорят, "каркать", но не исключена ситуация, когда стране понадобится диктатор, чтобы избежать катастрофы социального взрыва, а нынешние стенания по поводу якобы имеющего место авторитаризма покажутся детским лепетом.

Кроме того, до 2008 года надо еще дожить, страна беременна радикализмом. Об этом свидетельствуют статистика расслоения доходов населения, а также замеры общественного мнения. Следует отметить, что подготовительная работа для того, чтобы избежать социального взрыва, за последние годы была проделана. Во времена президента Бориса Ельцина (кстати, в октябре еще входившего в сотню ведущих

стр. 106

политиков) один из главных постулатов постсоветского времени звучал следующим образом: "Все, что хорошо для "Газпрома", "ЛУКОЙЛа", ЮКОСа и т.д., - хорошо и для государства". Приход Путина к власти этот постулат переформулировал: "Все, что хорошо для "Газпрома", "ЛУКОЙЛа", ЮКОСа и т.д., - должно быть хорошо для государства". В настоящее время дело движется к тому, чтобы в императиве долженствования сменились акценты: "Все, что хорошо для государства, - должно быть хорошо и для "Газпрома", "ЛУКОЙЛа" и других гигантов бизнеса". Будем надеяться, это не последняя формулировка. Например, будет по-настоящему хорошо и для среднего и мелкого бизнеса.

Повторим, до 2008 года надо еще дожить и многое успеть сделать. Сводить дело к тому, что новые назначения - лишь спецоперация по продвижению преемника Путина, вряд ли стоит. На это указывают и результаты экспертного опроса. Медведев, которого чаще других номинируют как преемника, хоть и прибавил в баллах влиятельности, но так и остался на 3-м месте рейтинга. Между ним и Путиным по-прежнему заместитель главы администрации Владислав Сурков (хотя и несколько потерявший "вес" в баллах). Между Медведевым и Сергеем Ивановым эксперты поставили главу МЭРТа Германа Грефа (4-е место в ноябре против 6-го в октябре). Премьер Михаил Фрадков отодвинулся на 6-е место, но вряд ли это можно считать утратой влиятельности в сложившихся обстоятельствах. Скорее наоборот - стратегически от появления двух новых замов он выиграл. Со слов Путина, перестановки в правительстве сделаны по просьбе Фрадкова. Но дело даже не в словах (хотя и на вербальном уровне ситуация любопытна: премьер попросил, и ему тут же дали в замы двух ближайших соратников президента), а в том, что произошло подтверждение факта: Фрадков - надежный инструмент в руках Кремля.

Конечно, выдвижение Медведева и Иванова "на хозяйство" - возможность дать им показать себя, выйдя из-за спины Путина (точнее, из-за его рейтинга), заработать авторитет. То же относится и к Собянину и, вполне вероятно, к немалому числу других политиков. Мы не раз писали в комментариях к нашим рейтингам, что Путин остро нуждается в политиках, имеющих собственный авторитет, а не "подсвеченный" президентом. Еще раз скажем, данные перестановки означают не только это. Кремль принял решение руководить правительством напрямую. Вполне вероятно, что это вынужденное решение и очень непростое, если вспомнить традицию взаимоотношений администрации президента и правительства последних 15 лет. Собственно, и ранее влияние Кремля на политику правительства было решающим, но лишь в общем и целом.

Уход в отставку бывшего премьера Михаила Касьянова (80-е место в ноябре против 81 - 82-го в октябре) изменил ситуацию. Внешне правительство стало полностью лояльным президенту, но тем не менее слышать вежливые отказы со стороны министров-либералов Германа Грефа и Алексея Кудрина (8-е место в ноябре против 7-го в октябре) в ответ на свои инициативы Путину приходилось неоднократно. Последнее, разумеется, нормально. Однако, с другой стороны, президент и общество так и не дождались от ключевых министров сколько-нибудь внятной программы экономического роста, стратегии развития. Складывается впечатление, что министры присутствуют в правительстве главным образом функционально, а не как политики, обладающие собственной волей. Напрашивается вопрос: может быть, воля навязывается им со стороны, если целевые установки Кремля отвергаются (удвоение ВВП, например)? В настоящее время происходит радикальное перераспределение полномочий в правительстве, в том числе между новыми заместителями премьера и министрами экономического блока. Есть основания полагать, что полномочия последних будут серьезно урезаны.

Обратим внимание на двух политиков - Лужкова и Чубайса. Антагонизм обоих имеет давнюю историю. К слову, это единственные на данный момент политики, на протяжении более десяти лет практически постоянно входящие в первую двадцатку рейтинга (см. нашу рубрику "Постоянные и переменные"). Возможно, поступки двух данных персон помогут лучше понять ситуацию, сложившуюся вокруг экономического блока правительства.

Чубайс неоднократно заявлял, что правительство в целом проводит экономический курс, заданный в свое время Егором Гайдаром , самим Чубайсом и другими младореформаторами. Со стороны Грефа и Кудрина подтверждений такого рода заявления слышно не было, но не было слышно и опровержений. Лужков - постоянный антагонист курса Гайдара и Чубайса. В нынешнем ноябре на съезде "Единой России" мэр Москвы подверг жесткой критике курс нынешних министров-либералов. Несимметричный ответ последовал незамедлительно. Удар нанес куратор либералов Чубайс. Он выступил с заявлением, что зимой при температуре минус 25 градусов в Москве будет отключаться электричество. Лужков назвал заявление главы РАО "опасным и абсолютно неприемлемым для тех, кто отвечает за энергоснабжение" и пообещал обратиться к президенту и в правительство, что позднее и сделал. Чубайс встретился с Путиным. Затем последовали уточнения со стороны главного электрика страны, из которых можно было понять, что Москва без света все же не останется.

Какую цель преследовал Чубайс, делая подобное заявление? Несомненно, имело место лоббирование интересов РАО (тарифные ставки, инвестиции, в том числе иностранные). Однако и политический подтекст скрыть невозможно, на это указывают время и место (через несколько дней после критического выступления Лужкова, объект "электрической атаки" - Москва). Смысл поступка Чубайса в том, чтобы отвлечь внимание, свести принципиальные разногласия к межличностному конфликту, косвенным образом дезавуировать критику - путем дискредитации субъекта критики. Пиаровская акция, как поливание соком оппонента, только масштаб иной.

Рейтинги Лужкова и Чубайса в ноябре заметно выросли, но Лужков опережает оппонента. Не будем преувеличивать значимость этого обстоятельства в споре данных политиков. Обратим внимание на следующее: уже трое политиков "лужковского гнезда" стали губернаторами с подачи президента. Причем за последние месяцы. Вначале Новгородскую область возглавил Валерий Шанцев (86 - 88-е место в ноябре против 61-го в октябре), затем Калининградскую - Георгий Боос (83 - 85-е место в ноябре против 49 -50-го в октябре), а совсем недавно Ивановскую - Михаил Мень .

В заключение - о выборном процессе. Выборы в Московскую городскую Думу привлекли внимание к лидерам политических партий. О росте рейтингов Грызлова и Миронова говорилось выше. Рейтинг лидера ЛДПР Владимира Жириновского почти не изменился, хотя и остается высоким (34 - 35-е место в ноябре против 36-го в октябре). В то же время существенно выросли рейтинги лидера КПРФ Геннадия Зюганова (37-е место в ноябре против 58-го в октябре) и партии "Родина" Дмитрия Рогозина (43-е место в ноябре против 73-го в октябре). Выборы, прошедшие в Чечне, положительно сказались прежде всего на авторитете 1-го вице-премьера правительства республики Рамзана Кадырова (41 - 42-е место в ноябре против 51 - 52-го в октябре). Президент Чечни Алу Алханов остался за пределами ведущей сотни политиков.

В ноябре в ведущую сотню политиков кроме упоминавшегося Камиля Исхакова вошли Алексей Улюкаев, Александр Волошин, Элла Памфилова, Сергей Дарькин и Андрей Исаев . Покинули сотню Александр Лебедев, Александр Торшин, Игорь Артемьев, Олег Вьюгин, Владимир Яковлев, Владимир Васильев, Борис Ельцин и Константин Пуликовский .

Из почетной десятки государственных и общественных деятелей выбыли председатель Счетной палаты Сергей Степашин , председатель РСПП Александр Шохин , министр по чрезвычайным ситуациям Сергей Шойгу , министр природных ресурсов Юрий Трутнев , помощник президента по международным делам Сергей Приходько и председатель Конституционного суда Валерий Зорькин . Список героев, внесших максимально позитивный вклад в политику, согласно ноябрьской экспертизе, пополнили 1-й заместитель председателя правительства Дмитрий Медведев, глава администрации президента Сергей Собянин , полномочный представитель президента на Юге России Дмитрий Козак , председатель Центрального банка РФ Сергей Игнатьев , полномочный представитель президента на Дальнем Востоке Камиль Исхаков и президент России Владимир Путин .

По сравнению с октябрем в списке антигероев, оказавших, с точки зрения участников экспертизы, наиболее сильное отрицательное влияние на политику России, появились директор Фонда эффективной политики Глеб Павловский , губернатор Чукотки Роман Абрамович и лидер партии "Родина" Дмитрий Рогозин . Из десятки выбыли генеральный прокурор РФ Владимир Устинов , помощник президента по СМИ Михаил Лесин и министр образования и науки Андрей Фурсенко .

Постоянный адрес данной публикации: