В последние годы заметно активизировалась исследовательская работа в области изучения истории советского крестьянства и колхозного строительства в СССР. Это во многом было связано с подготовкой к столетию со дня рождения В. И. Ленина. Коллективы ученых и отдельные исследователи, готовясь к знаменательной дате, создали ряд работ, посвященных ленинскому кооперативному плану, его разработке и осуществлению в СССР1 , в союзных и автономных республиках, краях и областях РСФСР2 . Изданы материалы сессий историков-аграрников, приуроченных к ленинскому юбилею3 . Вышли в свет и труды, освещающие отдельные проблемы и периоды аграрной истории советского общества4 . В большей своей части эта литература в историографическом плане еще не рассматривалась. К XIII Международному конгрессу исторических наук, состоявшемуся в 1970 г. в Москве, был подготовлен обзор литературы по истории советского общества. Но за его рамками остались работы 1970 г. и ряд трудов, изданных в 1969 году5 . В настоящем обзоре предпринимается попытка кратко рассмотреть работы по истории советского крестьянства, изданные в 1968 - 1970 гг., как правило, в связи с подготовкой к 100-летию со дня рождения В. И. Ленина. Литература по национальным республикам, нуждающаяся в специальном разборе, охарактеризована преимущественно в плане выявления общих черт и некоторых особенностей процесса социалистического преобразования сельского хозяйства на местах.
1 М. В. Гамаюнов. Большие перемены. Ленинский кооперативный план и его осуществление в СССР. М. 1968; "Ленинский кооперативный план и борьба партии за его осуществление". М. 1969; "Советское крестьянство. Краткий очерк истории (1917 - 1969)". М. 1970; Л. Е. Файн. История разработки В. И. Лениным кооперативного плана. М. 1970; Г. В. Шарапов. Ленинский кооперативный план и его международное значение. М. 1970.
2 "Очерк истории колхозного строительства в Таджикистане (1917 - 1965 гг.)". Душанбе. 1968; М. Яхъяев. Победа ленинского кооперативного плана в Таджикистане. Душанбе. 1968; А. С. Сапаров. Торжество ленинского плана социалистического преобразования сельского хозяйства в Туркменской ССР. Из опыта работы партийной организации Туркменской республики по развитию колхозного строя в период 1953 - 1965 гг. Ашхабад. 1968; А. Ю. Ибрагимова. Победа ленинского кооперативного плана в Узбекистане (1929 - 1933 гг.). Ташкент. 1969; "Торжество ленинского кооперативного плана в Узбекистане". Ташкент. 1970; А. И. Халилов. Трудящиеся Азербайджана в борьбе за осуществление ленинского кооперативного плана. Баку. 1970; "Ленинский кооперативный план и его осуществление в Татарии". Казань. 1970; "Ленинским курсом. Торжество ленинского кооперативного плана на Кубани". Краснодар. 1970, и др.
3 "Советское крестьянство - активный участник борьбы за социализм и коммунизм". Доклады и сообщения участников межвузовской научной конференции, посвященной столетию со дня рождения В. И. Ленина. Барнаул. 1969; "В. И. Ленин и крестьянство". Материалы межвузовской научной конференции. Воронеж. 1970.
4 Р. Х. Аминова. Аграрные преобразования в Узбекистане накануне сплошной коллективизации (1925 - 1929 гг.). Ташкент. 1969; К. Г. Левыкин. КПСС - организатор колхозного производства в годы второй пятилетки. М. 1969; М. А. Вылцан. Советская деревня накануне Великой Отечественной войны. М. 1970; Ю. В. Арутюнян. Советское крестьянство в годы Великой Отечественной войны. Изд. 2-е. М. 1970, и др.
5 См. "Работы советских историков за 1965 - 1969 гг.". М. 1970, стр. 39 - 41.
стр. 154
Тематика, хронологические рамки и география опубликованных трудов весьма разнообразны. О широте интересов историков-аграрников советского периода можно судить, в частности, по материалам их конференций. Так, в Барнауле секция "Крестьянство в период Октябрьской революции, гражданской войны и восстановления народного хозяйства (1917 - 1925 гг.)" обсуждала 23 доклада и сообщения, секция "Советское крестьянстве - активный участник борьбы за социализм (1926 - 1937 гг.)" - 29 докладов и сообщений, секция "Крестьянство в период борьбы за полную и окончательную победу социализма в СССР - 19 докладов и сообщений, секция "Крестьянство и некоторые проблемы развития советской деревни в период развертывания строительства коммунизма" - 25 докладов и сообщений. При всем разнообразии тематики исследований можно заметить все же тенденцию к созданию работ широкого плана, обобщающих опыт нашей страны в осуществлении ленинских идей социалистического преобразования и дальнейшего развития сельского хозяйства. В этих трудах содержится развернутая характеристика ленинского кооперативного плана, на большом конкретном материале показывается, как под руководством Коммунистической партии он претворялся в жизнь. Много внимания уделено анализу состояния и развития сельского хозяйства в послевоенные годы. Авторский коллектив монографии "Ленинский кооперативный план и борьба партии за его осуществление" при анализе процесса массовой коллективизации опирался на ряд документов ЦК ВКП(б), впервые вводимых в научный оборот.
В центре внимания авторов большинства работ, вышедших к ленинскому юбилею, вполне естественно, оказались проблемы социалистического преобразования сельского хозяйства на основе ленинского кооперативного плана. Подтверждена еще раз ставшая уже общепризнанной точка зрения, что В. И. Ленин разрабатывал кооперативный план в течение длительного времени, а статьи "О кооперации" завершили эту работу. Известные разногласия вызывают лишь отдельные рубежи формирования кооперативного плана6 . В то же время справедливо подчеркивается, что основные идеи ленинского кооперативного плана, ленинские принципы хозяйственного строительства получили дальнейшее развитие в решениях Коммунистической партии, в ходе коммунистического строительства. Авторы коллективной монографии об осуществлении ленинского кооперативного плана в СССР ставят вопрос о соотношении в кооперативном плане вопросов технической и социальной реконструкции сельского хозяйства. Они приходят к выводу, что В. И. Ленин не считал машинизацию и электрификацию сельского хозяйства в массовом масштабе необходимой предварительной предпосылкой производственного кооперирования крестьянства. Заслуживает внимания и попытка авторов той же книги уточнить содержание ленинского принципа ступенчатости процесса кооперирования крестьянских хозяйств в том смысле, что не обязательно каждое хозяйство должно было пройти все ступени кооперации7 .
К аналогичным выводам приходит и Л. Е. Файн. "Ленинское положение о необходимости определенных материально-технических предпосылок для социалистического преобразования мелкотоварного производства, - пишет он, - нельзя понимать догматически, как необходимость выжидания определенной зрелости материально-технической базы". Автор считает также, что ленинский кооперативный план не предполагал обязательную многоступенчатость в его осуществлении, что "по мере накопления опыта и роста технической оснащенности сельского хозяйства возможности непосредственного производственного кооперирования возрастали"8 . В работе Л. Е. Файна поставлен также вопрос об объеме ленинского кооперативного плана. Автор выступает против трактовки кооперативного плана только как плана социалистического преобразования крестьянских хозяйств и полагает, что основными задачами его являлись также преобразование путем кооперирования мелких предприятий кустарей и ремесленников в крупные социалистические промышленные предприятия и организация кооперативным путем распределения материальных благ в социалистическом обществе среди рабочих, кресть-
6 См. Ю. Д. Ченцов. Ленинский кооперативный план и его освещение в историко-партийной литературе. "В. И. Ленин и крестьянство", стр. 54 - 58; "Ленинский кооперативный план и его осуществление в Татарии", стр. 18; Л. Е. Файн. Указ. соч., стр. 13 - 14.
7 "Ленинский кооперативный план и борьба партии за его осуществление", стр. 49, 53 - 54.
8 Л. Е. Файн. Указ. соч., стр. 308, 316.
стр. 155
ян, кооперированных кустарей и интеллигенции. В этой связи в книге особо подчеркивается мысль В. И. Ленина о поголовном кооперировании всего населения, более широко определяется роль потребительской кооперации9 . Думается, однако, что эта проблема нуждается в дальнейшем обсуждении; во всяком случае, точка зрения о расширении объема кооперативного плана представляется спорной.
Исследователи почти единодушны при выделении основных этапов истории социалистического преобразования сельского хозяйства в СССР. Проблемы периодизации неоднократно обсуждались историками-аграрниками, в частности на всесоюзных сессиях в 1961 и 1969 годах. Попытку пересмотреть общепринятую в настоящее время схему периодизации предпринял Г. А. Чигринов. Он утверждает, например, что сплошная коллективизация в нашей стране в основном завершилась только в 1935 г., а периодом завершения коллективизации и создания колхозного строя считает 1936 - 1940 годы10 . Но подобные суждения не согласуются с реальным ходом исторического процесса, противоречат ряду документов партии. Хорошо известно, что уже к концу первой пятилетки в важнейших сельскохозяйственных районах страны было коллективизировано значительно больше крестьянских хозяйств, чем устанавливалось ЦК ВКП(б) в качестве критерия решения "в основном" задачи сплошной коллективизации (68 - 70% крестьянских хозяйств и 75 - 80% посевных площадей крестьянского сектора). Январский (1933 г.) Пленум ЦК и ЦКК ВКП(б) имел все основания для вывода: "Решена историческая задача перевода мелкого, индивидуального раздробленного крестьянского хозяйства на рельсы социалистического крупного земледелия"11 . Г. А. Чигринов утверждает даже, что начавшийся с 1936 г. второй этап производственного кооперирования крестьянства в СССР не завершился и в 1940 г., он был прерван войной и продолжался после ее окончания (стр. 5 - 6). Однако нет никаких оснований относить, как это делает Г. А. Чигринов, завершение социалистической реконструкции деревни к 1940 году. В ряде исследований показано, что уже к концу второй пятилетки в стране были в основном решены задачи непосредственной технической реконструкции сельского хозяйства, полностью завершилась коллективизация. С переводом колхозов на устав 1935 г., сопровождавшимся подъемом производства, улучшением материального положения колхозников и налаживанием колхозного самоуправления, социалистические производственные отношения в советской деревне окончательно утвердились и были оформлены в законодательстве и на практике12 . В резолюции XVIII съезда партии по третьему пятилетнему плану развития народного хозяйства СССР подчеркивалось, что к концу второй пятилетки была "решена труднейшая задача социалистической революции: завершена коллективизация сельского хозяйства, колхозный строй окончательно окреп"13 .
Проблема предпосылок коллективизации получила в последних исследованиях обстоятельное освещение. Она рассматривается на обширном материале, нередко в хронологических рамках 1917 - 1929 годов. Все авторы подчеркивают, что к концу 20-х годов в стране были созданы необходимые экономические и политические предпосылки для перехода к массовой коллективизации сельского хозяйства. Историки Таджикистана, Узбекистана, Татарии показывают особенности подготовки коллективизации в отсталых национальных республиках. В книге Р. Х. Аминовой специальную разработку получила такая важнейшая для Узбекистана и других республик Советского Востока экономическая предпосылка социалистического преобразования сельского хозяйства, как земельно-водная реформа 1925 - 1929 годов. Автор четко определяет и основательно аргументирует свою позицию по вопросу о характере этой реформы как революционно-демократического мероприятия.
9 Там же, стр. 20 - 21, 304 - 309.
10 Г. А. Чигринов. Борьба КПСС за организационно-хозяйственное укрепление колхозов в довоенные годы. М. 1970, стр. 5, 173.
11 "КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК". Ч. III, стр. 178.
12 См. М. А. Вылцан. Укрепление материально-технической базы колхозного строя во второй пятилетке. М. 1959; "Советское крестьянство. Краткий очерк истории", стр. 267.
13 "КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК". Ч. III, стр. 336.
стр. 156
Дальнейшую разработку получила проблема создания материально-технических предпосылок коллективизации. Во всех последних работах приводятся данные, свидетельствующие о существенных сдвигах в машиноснабжении и машинизации сельского хозяйства к началу массовой коллективизации. Анализируя эти факты, таджикские историки делают следующий вывод: "Известный минимум технического перевооружения... был осуществлен в республике уже к 1929 - 1930 гг. Это было необходимой технической предпосылкой для того, чтобы началось массовое строительство колхозов". "Наличие этой сельскохозяйственной техники, - пишут авторы книги о Татарии, - являлось серьезной основой для коллективизации сельского хозяйства ТАССР". Н. В. Корольков отмечает, что в зерновых районах РСФСР, где была сосредоточена основная часть тракторного парка страны, тракторная обработка колхозных полей уже в канун массовой коллективизации получила заметное распространение14 . Таким образом, преодолевается имевшая место в недавнем прошлом тенденция недооценки реального значения новой техники, преуменьшения степени развития новых производительных сил в сельском хозяйстве. В то же время подтверждаются ранее сделанные выводы о том, что завершение в основном процесса технической реконструкции сельского хозяйства произошло лишь к концу второй пятилетки.
Большое внимание уделяется в новых работах процессу непосредственного объединения единоличников в колхозы. Авторы характеризуют роль Коммунистической партии как руководителя и организатора массового колхозного движения, формы и методы коллективизации, участие в ней рабочего класса - верного союзника крестьянства, общие закономерности и специфику социалистического преобразования сельского хозяйства в различных районах СССР, осуществление политики ликвидации кулачества как класса. В новейшей литературе получила подтверждение и дополнительную аргументацию точка зрения, что поворот широких крестьянских масс в сторону колхозов во второй половине 1929 г. еще не был повсеместным. Авторы обобщающего труда по истории коллективизации еще раз констатировали, что поворот середняка к колхозам в конце 1929 г. произошел лишь в ведущих зерновых районах15 . 1930 годом датируют начало сплошной коллективизации в республиках и районах историки Таджикистана, Узбекистана, Верхнего Поволжья16 , причем в большинстве случаев в этой связи приводится развернутая аргументация. А. Ю. Ибрагимова, анализируя данные о социальном составе колхозов Узбекистана за 1929 г., приходит к выводу, что в колхозы вступали преимущественно батраки и бедняки, а середняк занимал тогда выжидательную позицию; он потянулся в колхозы только с середины 1930 года. В колхозах Таджикистана середняцкая прослойка в конце 1929 г. не превышала 4%, а весной 1930г. достигла 34,1%17 . Таким образом, поворот широких масс крестьянства в сторону колхозов не был единовременным актом, а представлял собой сложный и относительно длительный процесс. На старых позициях в этом вопросе остается Г. А. Чигринов, однако его доводы не опираются на анализ конкретного материала и сводятся, по существу, к терминологическим рассуждениям18 . При этом он игнорирует выводы, содержащиеся в ряде партийных документов, в частности в решениях XVI съезда партии, который при подведении итогов колхозного движения к лету 1930 г. подчеркнул: "Значительная часть середняцкой массы в важнейших зерновых районах вслед за бедняками поняла преимущества крупного общественного хозяйства... и повернула на социалистический путь"19 .
14 "Очерк истории колхозного строительства в Таджикистане", стр. 87 - 88; "Ленинский кооперативный план и его осуществление в Татарии", стр. 91; Н. В. Корольков. В. И. Ленин и вопросы технического вооружения сельского хозяйства (на материалах тракторных колонн и МТС Северного Кавказа и ЦЧО). "Ленин и крестьянство", стр. 97 - 100.
15 "Ленинский кооперативный план и борьба партии за его осуществление", стр. 96.
16 М. Яхъяев. Указ. соч., стр. 32; А. Ю. Ибрагимова. Указ. соч., стр. 46 - 47, 144; А. К. Шустов. Из опыта осуществления ленинского кооперативного плана в Верхнем Поволжье в 1927 - 1937 гг. "В. И. Ленин и крестьянство", стр. 80 - 81.
17 А. Ю. Ибрагимова. Указ. соч., стр. 47, 144; "Очерк истории колхозного строительства в Таджикистане", стр. 43, 57.
18 См. Г. А. Чигринов. Указ. соч., стр. 41 - 44.
19 "КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК". Ч. III, стр. 51.
стр. 157
В работах историков Таджикистана и Узбекистана подчеркивается, что основные особенности и трудности коллективизации в этих, как и в других республиках Советского Востока, обусловливались тем, что последние совершали переход к социализму от полуфеодальных отношений, минуя капиталистическую стадию развития. В ходе коллективизации им пришлось решать и задачи буржуазно-демократической революции (ликвидация феодальных пережитков, преодоление безземелья и малоземелья бедноты и середняков). Коллективизация осуществлялась здесь более медленными темпами и преимущественно в форме ТОЗов (в Таджикистане эта форма преобладала вплоть до конца второй пятилетки), по отношению к байству одновременно действовали два лозунга - ограничения и ликвидации его как класса, применялись особые формы работы с крестьянством (создание союзов бедноты)20 . Можно, однако, упрекнуть исследователей в том, что процессу коллективизации в период второй пятилетки они не уделяют должного взимания. Некоторые из них (например, А. Ю. Ибрагимова) без серьезных на то оснований ограничивают хронологические рамки своих работ, посвященных победе ленинского кооперативного плана, годами первой пятилетки21 . Ход коллективизации на завершающей ее стадии, перевод колхозов на Устав сельскохозяйственной артели, принятый в 1935 г., вообще продолжает оставаться узким местом в нашей историографии. А ведь вопросы, связанные с завершением социальных преобразований в деревне, не потеряли своей актуальности и в годы второй пятилетки. Об этом свидетельствует совещание в ЦК ВКП(б) в июле 1934 г., специально обсуждавшее данный вопрос22 .
Известную остроту в последнее время приобрели отдельные вопросы истории начального этапа сплошной коллективизации, в освещении которых раньше допускались ошибки. В работах некоторых историков, как указывалось в партийной печати, чрезмерный акцент делался на перегибы и искривления партийной линии при проведении коллективизации, а при анализе причин этих искривлений допускалась односторонность23 . В новейшей литературе обстоятельно анализируются как объективные, так и субъективные факторы нарушений ленинских принципов кооперирования крестьянства в начале 1930 года. Особенно подчеркиваются новизна дела, необходимость ускоренных темпов коллективизации, обострение классовой борьбы, стремление многих местных работников скорее завершить коллективизацию крестьянских хозяйств. Отмечается, что ошибочные директивы о форсировании темпов коллективизации дали Среднеазиатское бюро ЦК ВКП(б), ЦК компартий Таджикистана и Узбекистана, Татарский обком партии. Отдельные исследователи считают, что вследствие огромных объективных трудностей ошибки при проведении коллективизации были неизбежны24 . Тем самым как бы оправдываются грубейшие "левацкие" ошибки начального этапа сплошной коллективизации, с чем нельзя согласиться. Путаную позицию в вопросе о перегибах занял Г. А. Чигринов. Эту проблему он рассматривает в двух аспектах: в историографическом и конкретно-историческом. Обращая внимание на односторонность, проявленную некоторыми авторами при объяснении причин этих перегибов, он во второй части изложения сам допускает аналогичные оценки, сводя, по существу, все объяснение к ошибкам Колхозцентра и местных работников25 . Непоследователен автор и в вопросе о том, когда появились искривления и ошибки в колхозном строительстве: сначала критикует тех исследователей, которые считают, что уже осенью 1929 г. коллективизация в некоторых местах искусственно форсировалась и допускались перегибы, а затем сам неоднократно говорит о перегибах "конца 1929 - начала 1930 г."26 .
20 "Очерк истории колхозного строительства в Таджикистане", стр. 89; А. Ю. Ибрагимова. Указ. соч., стр. 83.
21 А. Ю. Ибрагимова утверждает, что в 1932 г. сплошная коллективизация в Узбекистане в основном завершилась, но исходит при этом из показателя коллективизации дехканских хозяйств по республике в целом (стр. 167). При дифференцированном же подходе выясняется, что о завершении коллективизации (в основном) к началу 1933 г. можно говорить лишь применительно к хлопковым районам республики (см. "История Узбекской ССР", Т. III. Ташкент. 1967, стр. 536, 598 - 599).
22 См. "Ленинский кооперативный план и борьба партии за его осуществление", стр. 129.
23 См, "Коммунист". 1966, N 3; 1967, N 11; 1968, N 4; 1969, N 3; "Вопросы истории КПСС", 1968, N 6.
24 А. Ю. Ибрагимова. Указ. соч., стр. 104.
25 Г. А. Чигринов. Указ. соч., стр. 56 - 64.
26 Там же, стр. 44, 46, 56, 60.
стр. 158
В работе "Ленинский кооперативный план и борьба партии за его осуществление" показано, что ошибки и перегибы были вскрыты и решительно осуждены самой партией. Здесь приводятся директивы ЦК ВКП(б), посланные на места в конце января 1930 г. с предупреждением против погони за высокими темпами коллективизации и против преждевременного перехода к ликвидации кулачества (стр. 109 - 110). Авторами показана титаническая борьба партии за восстановление ленинских принципов коллективизации весной 1930 года. В отличие от некоторых других исследователей они считают, что отсутствие в постановлении ЦК ВКП(б) от 5 января 1930 г. конкретных указаний о сроках коллективизации для районов и областей третьей очереди свидетельствовало о предупреждении ЦК партийным организациям этих районов, что им еще рано переходить к проведению сплошной коллективизации (стр. 101). И все же, на наш взгляд, в этой работе анализ причин, породивших искривления и ошибки в колхозном строительстве, недостаточно полон. Фактически все сводится к объективным трудностям и ошибкам местных руководителей. В работе С. П. Трапезникова и в третьем издании учебника по истории партии обращается внимание и на то, что новая классовая политика в деревне, провозглашенная И. В. Сталиным в выступлении на конференции аграрников-марксистов в конце 1929 г., не была должным образом обоснована и разъяснена партийным кадрам (в этой связи не был созван даже пленум ЦК). Многие расценили ее как установку на применение административных мер и под страхом "раскулачивания" стали принуждать крестьян к вступлению в колхозы27 .
Проблема ликвидации кулачества как класса все еще продолжает оставаться одной из наименее разработанных, о чем свидетельствует и литература последних лет. Конкретный материал о ходе этого процесса, приводимый в работах местных историков, страдает отрывочностью, неполнотой. Заслуживает внимания попытка некоторых авторов выделить основные этапы осуществления политики ликвидации кулачества28 . Однако четкой характеристики этих этапов они не дают, приводимые ими цифры об экспроприированных и выселенных кулаках неполны и противоречивы. По-прежнему не ясно, что собой представляли кулацкие хозяйства в конце первой - начале второй пятилеток, каковы конкретные рубежи завершения процесса ликвидации кулачества как класса в различных районах страны. Все эти недостатки связаны главным образом с состоянием имеющихся источников, но думается, что еще далеко не все сделано для выявления и сбора соответствующих документов и материалов.
Значительно результативнее изучаются проблемы становления и развития колхозного производства. Объективная картина состояния сельскохозяйственного производства в период сплошной коллективизации дается во всех работах. Их авторы анализируют как серьезные трудности и недостатки, так и первые успехи колхозов. О больших достижениях социалистического сельского хозяйства в годы второй и третьей пятилеток обстоятельно и убедительно говорится в ряде книг29 . В монографии К. Г. Левыкина рассматриваются политика партии по руководству колхозным производством, узловые проблемы организационно-хозяйственного укрепления колхозов. Обстоятельно разобраны автором вопросы, связанные с размещением и использованием новой техники в колхозном производстве, подготовкой сельскохозяйственных кадров, трудовой деятельностью масс. К сожалению, в книге нет обобщенных данных о динамике роста посевных площадей, урожайности, продуктивности скота, валовой и товарной продукции колхозов. Правильно критикуя статистику того времени за искаженные сведения об урожайности в колхозах30 , К. Г. Левыкин, однако, не приводит данных о фактической (амбарной) урожайности. Между тем завышенными цифрами об урожайности некоторые исследователи продолжают пользоваться до сих пор.
27 С. П. Трапезников. Марксизм и аграрно-крестьянский вопрос. Т. 2. М. 1967, стр. 254 - 255; "История Коммунистической партии Советского Союза". М. 1970, стр. 403 - 404.
28 См. "Ленинский кооперативный план и его осуществление в Татарии", стр. 132, 161 - 162; "Ленинский кооперативный план и борьба партии за его осуществление", стр. 108, 121.
29 См. "Ленинский кооперативный план и его осуществление в Татарии", стр. 194 - 198; "Очерк колхозного строительства в Таджикистане", стр. 124 - 127, 129 - 136; М. А. Вылцан. Советская деревня накануне Великой Отечественной войны, стр. 92 - 138.
30 К. Г. Левыкин. Указ. соч., стр. 13.
стр. 159
Примечательно, что исследователи все больше и больше выходят из круга традиционно разрабатываемых проблем истории коллективизации и колхозного строительства. Делаются, в частности, попытки проследить развитие колхозной демократии с момента возникновения первых колхозов, рассмотреть социальную структуру сельского населения, на конкретном материале показать международное значение ленинского кооперативного плана31 . Изучается также враждебная деятельность церкви против колхозов, история создания переселенческих колхозов32 .
История советского крестьянства в годы Великой Отечественной войны получила в последнее время освещение как в некоторых общих работах, так и в специальных трудах. В "Очерке истории колхозного строительства в Таджикистане" этому периоду посвящена специальная глава, насыщенная богатым фактическим материалом. Наиболее обстоятельно история советского крестьянства в годы войны исследована в работе Ю. В. Арутюняна. Анализируя во втором издании книги последние работы советских историков, автор приходит к выводу, что "внимание исследователей пока недостаточно повернуто к изучению ряда актуальных тем по истории советского крестьянства периода войны", что "многие выводы нуждаются еще в уточнении и углублении"33 . Одной из работ обобщающего характера по данной теме является коллективный труд "Советская экономика в период Великой Отечественной войны 1941 - 1945 гг." (М. 1970). В главах, посвященных сельскому хозяйству, весьма содержательных, насыщенных ценными экономико-статистическими данными, закреплен тот реалистический подход к проблемам сельскохозяйственной экономики периода войны, который был предопределен работами начала 60-х годов. Авторы широко опираются на уже вышедшие исследования, а также вводят в оборот некоторые новые документы и материалы.
Имеющаяся литература позволяет сделать вывод о продолжающемся интенсивном изучении послевоенного периода истории советского крестьянства и колхозного строительства. Вполне естественно, что особое внимание историки уделяют событиям после мартовского (1965 г.) Пленума ЦК КПСС - важнейшего рубежа в истории современной деревни. Они подчеркивают, что после этого Пленума ленинские принципы экономического строительства нашли наиболее полное выражение и в теории и на практике. В решениях XXIV съезда КПСС курс партии на всемерную интенсификацию сельского хозяйства получил закрепление и дальнейшую разработку.
Несколько больше внимания стало уделяться в литературе первому послевоенному пятилетию, связанному прежде всего с процессом восстановления народного хозяйства. Как известно, на протяжении ряда лет значение этого периода в истории советской деревни недооценивалось, в освещении его допускались ошибки34 . Характерно, что большинство авторов в настоящее время выделяют специальные разделы, посвященные восстановлению и развитию сельского хозяйства в 1946 - 1950 годах35 . При этом делаются выводы о чрезвычайно быстрых темпах восстановления производительных сил и производства сельского хозяйства, обусловленных преимуществами социалистического строя, о небывалом трудовом героизме тружеников деревни, об успешном применении и в эти годы различных форм морального и материального стимулирования труда колхозников36 . Исследователи Таджикистана и Туркмении подчеркивают, что после того, как с 1949 г. заготовительные цены на хлопок были подняты вдвое и установлен ряд льгот для хлопководческих колхозов, развитие этой отрасли стало осуществляться быстрыми темпами, и в конце пятилетки планы по производству хлопка
31 См. "Ленинский кооперативный план и борьба партии за его осуществление", гл. III и V; М. А. Вылцан. Указ. соч., стр. 139 - 151; М. В. Гамаюнов. Указ. соч., гл. V; Г. В. Шарапов. Указ. соч.
32 См. статьи И. Д. Эйнгорна, Н. И. Платунова, В. Т. Анискова в сборнике "Советское крестьянство - активный участник борьбы за социализм и коммунизм".
33 Ю. В. Арутюнян. Указ. соч., стр. 32.
34 См. "Очерки по историографии советского общества". М. 1967, стр. 235 - 236.
35 См. "Очерк истории колхозного строительства в Таджикистане"; "Ленинский кооперативный план и его осуществление в Татарии"; Т. Г. Самедов. Экономическое и культурное развитие Туркменистана в годы завершения строительства социализма в СССР (1945 - 1958 гг.). Ашхабад. 1970.
36 См., например, "Ленинский кооперативный план и его осуществление в Татарии", стр. 218 - 219.
стр. 160
в этих республиках были значительно перевыполнены37 . В литературе поставлен вопрос о сроках осуществления массового укрупнения колхозов в различных районах страны. По мнению ученых Татарии, этот процесс, начавшийся в республике, как и повсеместно, с 1950 г., завершился только к концу 50-х годов38 .
Все исследователи показывают, что в период 1953 - 1958 гг. наблюдался непрерывный рост всего сельскохозяйственного производства, успешно осваивались целинные и залежные земли, значительно улучшилось материальное положение колхозного крестьянства. Заслуживает внимания попытка некоторых авторов выяснить соотношение интенсивных и экстенсивных путей развития сельского хозяйства в эти годы, отметить известную непоследовательность в осуществлении мер по подъему сельского хозяйства, разработанных сентябрьским (1953 г.) Пленумом ЦК КПСС39 .
В книгах о Таджикистане и Татарии, в монографии А. С. Сапарова значительное внимание уделяется развитию сельского хозяйства и колхозов в годы семилетки. Примечательно, что подход к освещению этого периода стал более научным, реалистичным. Исследователи анализируют развитие материально- производственной базы колхозного строя, мероприятия, направленные на укрепление и подъем сельскохозяйственного производства, рассказывают о самоотверженном труде крестьянства. Вместе с тем не затушевываются и существенные недостатки в руководстве сельским хозяйством, показывается, как они исправлялись после октябрьского (1964 г.) и мартовского (1965 г.) Пленумов ЦК КПСС. Одновременно делаются попытки преодолеть односторонность в подходе к истории послевоенной деревни, когда изучалась преимущественно политика партии в области сельского хозяйства и ее осуществление по линии развития производительных сил и производства и оставались в тени проблемы, связанные с социальным развитием деревни, культурой, бытом и духовным обликом крестьянства. В монографии А. С. Сапарова, в "Очерке истории колхозного строительства в Таджикистане" охарактеризованы некоторые социальные процессы и культурное строительство на селе. В книге "Ленинский кооперативный план и борьба партии за его осуществление" говорится об основных направлениях процесса выравнивания условий жизни и труда в городе и деревне. Материалы научных конференций показывают, что ряд историков плодотворно изучает социальные проблемы современной деревни40 , культуру и быт крестьянства41 , его духовный облик42 .
Таким образом, литература по истории советского крестьянства и колхозного строительства, вышедшая к 100-летию со дня рождения В. И. Ленина, подводит итог большой и плодотворной работы советских историков-аграрников. Имеющиеся в ней пробелы свидетельствуют о необходимости дальнейшего углубленного изучения истории советского крестьянства и колхозного строительства.
37 "Очерк истории колхозного строительства в Таджикистане", стр. 220 - 225; Т. Г. Самедов. Указ. соч., стр. 82 - 84.
38 "Ленинский кооперативный план и его осуществление в Татарии", стр. 232.
39 См. "Очерк истории колхозного строительства в Таджикистане", стр. 263, 267, 268; "Ленинский кооперативный план и его осуществление в Татарии", стр. 237; Т. Г. Самедов. Указ. соч., стр. 112, 113.
40 См. статьи Н. М. Золотухина, И. Л. Воинова в сборнике "В. И. Ленин и крестьянство"; А. Н: Зуевой и Е. П. Позднеевой в сборнике "Советское крестьянство - активный участник борьбы за социализм и коммунизм".
41 См. статьи Е. В. Денискиной и С. Савоскула в сборнике "Советское крестьянство - активный участник борьбы за социализм и коммунизм"; А. М. Крачковской, Ю. И. Хаустова, В. В. Морохоева и Н. Р. Касьянова в сборнике "В. И. Ленин и крестьянство".
42 См. статьи Н. Ф. Алексеева, Л. В. Остапенко и А. И. Квардакова в сборнике "Советское крестьянство - активный участник борьбы за социализм и коммунизм".
New publications: |
Popular with readers: |
News from other countries: |
![]() |
Editorial Contacts |
About · News · For Advertisers |
Digital Library of Ukraine ® All rights reserved.
2009-2026, ELIBRARY.COM.UA is a part of Libmonster, international library network (open map) Keeping the heritage of Ukraine |
US-Great Britain
Sweden
Serbia
Russia
Belarus
Ukraine
Kazakhstan
Moldova
Tajikistan
Estonia
Russia-2
Belarus-2