Генерал-майор ИТС Н. Э. Носовский
4. На крутом подъеме
Но не только наш завод в первом году третьей пятилетки резко увеличил выпуск пушек и успешно справился с заданиями правительства. 1938 год вообще явился годом успешной работы многих оборонных предприятий, в частности артиллерийских. Выпуск орудий резко увеличился и составил за год 12687 единиц, в то время как в 1935 - 1937 гг. составлял ежегодно в среднем 5020 единиц1 .
Коллективы предприятий соревновались между собой и брали высокие социалистические обязательства. Были учреждены переходящие красные знамена. Они ежеквартально присуждались передовым заводам. На всю страну прославился трудовыми успехами знатный завод "Большевик", отмечавший в 1938 г. свое 75-летие и возглавлявшийся крупным инженером, молодым и энергичным директором Дмитрием Федоровичем Устиновым. Перед началом Великой Отечественной войны Д. Ф. Устинов был назначен народным комиссаром вооружения СССР. Во время войны промышленность вооружения во много раз увеличила выпуск оборонной продукции и обеспечила полностью все нужды фронта. Ныне Д. Ф. Устинов - секретарь ЦК КПСС, кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС. 8 февраля 1939 г. завод "Большевик" был награжден орденом Ленина, а 116 его лучших работников - орденами и медалями. Прославилось также молодое артиллерийское предприятие, директором которого с 1938 г. стал И. А. Мирзаханов. 5 февраля 1939 г. этот завод был награжден орденом Ленина, а 78 лучших его работников - орденами и медалями. 7 февраля 1939 г. награждены 73 работника одного из крупнейших и старейших заводов в системе Наркомата вооружения, предприятия с огромной металлургической базой (директор - В. И. Баринов). Вслед за тем за успехи, достигнутые в промышленности вооружения, был награжден орденом Ленина бывший заместитель народного комиссара оборонной промышленности, ставший народным комиссаром вооружения СССР, Борис Львович Ванников (к тому времени МОП разделился на четыре наркомата).
Я не случайно называю здесь эти предприятия. Взять хотя бы завод, где директором был И. А. Мирзаханов. Его заготовительная база оказалась настолько мощной, что она обеспечивала литьем, поковками и другими заготовками не только свои механические цехи, но и другие предприятия (в том числе наш завод). Коллектив его конструкторов во главе с В. Г. Грабиным создал ряд блестящих образцов артиллерийских систем, отлично показавших себя в годы Великой Отечественной войны. Или возьмем завод "Большевик". Можно без преувеличения сказать, что артиллерия нашего Военно-Морского Флота была в основном продукцией этого предприятия. Его высококвалифицированные мастера производства стали, проката и поковок, его замечательные пушечные мастера славились на всю страну. Недаром и тяжелая сухопутная артиллерия тоже во многом создавалась и осваивалась его людьми. Превосходно трудились в этом коллективе многие, и среди них хочется отметить награжденных орденом Ленина: директора завода Д. Ф. Устинова, главного инженера Л. Р. Гонора (в тот момент он являлся уже директором завода "Баррикады"), главного конструктора И. И. Иванова, слесаря-лекальщика Н. П. Поваляева, секретаря парткома В. М. Рябикова, сталевара Д. П. Щучкина. Наконец, не могу забыть о славных работниках завода, где директором
Окончание. Начало см. "Вопросы истории", 1970, N 10.
1 "50 лет Вооруженных Сил СССР (1918 - 1968)". М. 1968, стр. 193; "Великая Отечественная война Советского Союза. 1941 - 1945". Краткая история. М. 1967, стр. 36 - 37.
был В. И. Баринов, таких, как конструкторы Ф. Ф. Петров, А. Н. Булашев, С. П. Гуренко, В. А. Ильин, которые вместе со всем заводским коллективом создали и освоили большое количество образцов мощных орудий.
Идя навстречу XVIII съезду партии, коллектив нашего завода принял на себя высокие обязательства как по наращиванию выпуска артиллерийской продукции, так и по созданию и освоению новых образцов орудий. К тому времени на заводе сформировался прекрасный коллектив конструкторов. Его душой был Михаил Николаевич Логинов. Он вырос на этом предприятии от рядового слесаря до главного конструктора, Скончался Логинов в октябре 1940 г., еще до Великой Отечественной войны. Но вся наша зенитная артиллерия, участвовавшая в войне, была сконструирована большой группой лиц под руководством и при решающей творческой роли именно Логинова. Его роль в создании зенитной артиллерии (да и не только зенитной) настолько велика, что он заслуживает быть упомянутым в ряду всех наших знаменитых конструкторов и ученых-артиллеристов, таких, как В. Г. Грабин, И. И. Иванов, Ф. Ф. Петров, М. Я. Крупчатников, Б. И. Шавырин. В марте 1941 г. Логинову посмертно было присвоено звание лауреата Государственной премии. Им была создана 45-мм зенитная морская пушка, под его руководством модернизировали 45-мм противотанковую пушку, усовершенствовали 76,2-мм зенитную пушку, создали на базе последней новую 85-мм зенитную пушку (ведущий конструктор Г. Д. Дорохин) и целую гамму малокалиберной зенитной автоматической артиллерии (45- мм, 37-мм и 25-мм), а также 37-мм автоматическую морскую, спаренную палубную и счетверенную башенную установки. На заводском полигоне эти установки демонстрировались перед военно-морским командованием - народным комиссаром Военно-Морского Флота Н. Г. Кузнецовым, его заместителями, командующими флотами и другими лицами. Стрельба из зенитных автоматических палубных установок произвела ошеломляющее впечатление. Все заявили, что огонь из 37-мм зенитных орудий, которые выбрасывают за минуту до 400 снарядов (из счетверенной установки), - новое и мощное средство борьбы с самолетами противника. Одиночные 37-мм автоматические зенитные установки были позже освоены серийным производством и поставлялись Военно- Морскому Флоту.
Большую роль в создании артиллерии сыграли и заместитель главного конструктора завода Л. А. Локтев (стал после смерти Логинова главным конструктором), помощник главного конструктора И. А. Лямин, начальник отдела Л. В. Люльев, помощник главного конструктора Г. Д. Дорохин. Создателями малокалиберной зенитной артиллерии являются также инженеры-конструкторы И. М. Радзивиллович, В. Э. Барышников, В. Г. Асташкин, В. В. Радионов, Н. С. Бавыкин, В. А. Малков, Н. И. Оводов, С. Е. Рыковсков, В. В. Румянцев и другие. В создании морской зенитной артиллерии ведущую роль сыграли конструкторы Л. Л. Райков, А. Г. Гинзбург, Я. Ш. Хафизов, А. П. Баринов и другие. Обязательно следует назвать здесь начальника отдела конструкторского бюро по серийному производству Ивана Николаевича Николаева, скромного труженика, который во время гражданской войны в Испании был там нашим представителем и в огне горячих битв помогал зенитчикам республиканской армии вести огонь из 76,2-мм орудий нашего завода.
Вскоре у нас стали входить в строй новые объекты и дополнительные мощности, причем главнейшим делом был пуск в эксплуатацию корпуса центробежного литья. Старший "военпред и ГАУ полностью убедились в качестве новых изделий и согласились принимать стволы из центробежных отливок наравне со стволами из поковок. Центробежные машины и все оборудование были изготовлены силами главного механика и ремонтного цеха (начальник тов. Горин).
Перевод изготовления труб и кожухов на центробежную отливку взамен поковок дал государству экономию в десятки миллионов рублей. Были освобождены дефицитные мощности металлургического производства других заводов, уменьшился расход металла и сократилось время на механическую обработку труб и кожухов стволов. За изобретение метода отливки цилиндрических деталей из легированной стали центробежным способом 14 марта 1941 г. основным руководителям и авторам проекта Борису Александровичу Любимову и Николаю Ивановичу Подгорскому была присуждена Государственная премия.
Очень любил ходить по цехам и территории завода и подмечать всякие новшества Борис Львович Ванников. Часто бывал он в опытном цехе и наблюдал за изго-
товлением очередных образцов орудий, причем всегда беседовал с конструкторами, направляя их творческую деятельность на повышение боевых качеств орудий и требуя одновременно, чтобы конструкции были технологичными и рациональными. Любил он заходить в механосборочные и заготовительные цехи, знал лично всех начальников цехов, многих конструкторов, мастеров и рабочих. Часто захаживал в кузнечный цех. Начальник цеха Василий Максимович Митько постоянно готовил ему "сюрпризы": то покажет Ванникову серию новых штамповок, которые вызывали у наркома восторг, то еще что- нибудь. Борис Львович, когда входил в цех, обычно начинал с вопроса: "Ну, Василий Максимович, что сегодня покажешь?" И Митько всегда имел про запас новинку. Пожалуй, именно посещения Ванникова помогли тому, что цех довел выпуск штамповок до 96% от числа всех кузнечных заготовок. Часто заходил Ванников и в цех центробежного литья. Борис Львович, беседуя с руководителями завода, начальниками цехов и другими работниками, никогда не подчеркивал своей роли наркома, держал себя просто, умел не только советовать, но и прислушиваться к высказываниям рядовых работников, часто шутил, весело рассказывая различные эпизоды из своей жизни. Его посещения всегда приносили большую пользу. Коллектив завода был более подтянут, всюду соблюдались чистота и порядок, так как все знали, что глаз Ванникова заметит любое отклонение от нормы.
Иногда в выходные дни работники завода ездили в дом отдыха на несколько часов и там порой встречали Ванникова и его семью. И вот однажды его супруга в шутку заявила:
- Все отдыхающие жалуются, что вы им спать не даете. Каждую ночь стреляете из пушек.
Борис Львович тут же вступил в разговор.
- А я, наоборот, сплю спокойно. Раз пушки стреляют каждую ночь, значит, их сборка и испытания идут по графику и программа выполняется. Для меня эта стрельба, как приятная музыка...
В конце второй и особенно в годы третьей пятилетки значительно шагнули вперед не только перечисленные выше артиллерийские заводы. Работали весьма успешно в тот период и другие артиллерийские предприятия, а также многие заводы иных отраслей промышленности вооружения: стрелковой, оптико-механической и патронной. Об этом свидетельствует тот факт, что 8 июня 1939 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР был награжден орденами и медалями 681 работник промышленности Наркомата вооружения СССР за выполнение правительственных заданий, освоение новых образцов вооружения и укрепление боевой мощи Красной Армии и Военно-Морского Флота. Награждены были работники 19 передовых артиллерийских, стрелковых, оптико- механических и патронных заводов, ряда институтов и конструкторских организаций, а также работники Наркомата вооружения. Среди награжденных орденом Ленина: известный конструктор по минометам Борис Иванович Шавырин, директор завода Сергей Кириллович Медведев, директор завода Абрам Исаевич Быховский, директор завода Иван Александрович Уваров. В числе награжденных следует особо отметить заместителя наркома вооружения Ивана Антоновича Барсукова; академиков - научных руководителей института Сергея Ивановича Вавилова и Илью Васильевича Гребенщикова; директора завода Владимира Николаевича Новикова, директора завода Амо Сергеевича Еляна, главного инженера 4-го Главного управления Сергея Ивановича Фрейберга, начальника 3- го Главного управления Сергея Ивановича Ветошкина; главного инженера НИИ Леонида Генриховича Шершня, главного конструктора завода Леонида Павловича Гуляева, главного технолога завода Сергея Алексеевича Зверева (он работал позднее главным инженером ряда оптико-механических заводов), начальника отдела 1-го Главного управления Бориса Абрамовича Хазанова.
Все перечисленные товарищи играли большую роль в деле вооружения Красной Армии и Военно-Морского Флота, в развитии технического прогресса в промышленности вооружения как в довоенный, так и в военный период, а также после войны. Некоторые из них позднее стали видными государственными деятелями страны. Так, Владимир Николаевич Новиков является заместителем Председателя Совета Министров СССР, Сергей Алексеевич Зверев - министром оборонной промышленности СССР, академик Сергей Иванович Вавилов стал в 1945 г. Президентом Академии наук СССР.
После начала второй Мировой войны, а затем в разгар советско-финской кампании программу производства нам резко увеличили. Однажды я и новый парторг завода П. И. Ожигов (бывшего парторга А. В. Куранова назначили директором другого завода) были вызваны в Московский комитет партии, Там собралось много директоров и секретарей парткомов столичных предприятий. Присутствующим объяснили, что Московскому комитету партии поручено в течение месяца изготовить силами московских предприятий несколько тысяч вездеходов для войск, сражающихся на Карельском перешейке. Ввиду бездорожья и тяжелых зимних условий эти вездеходы были крайне нужны фронту. Каждому заводу запланировали изготовить ту или иную деталь, которую затем присылали бы на сборочный завод. Тут же директора получили чертежи своей детали. Нашему заводу досталась полуось. Размеры полуоси были весьма точными. Изучая чертежи и прикинув технологию обработки, мы установили, что задание можно выполнить за месяц примерно на 120 станках 400 людьми. Станки необходимо выделить токарные и фрезерные. А они были полностью загружены на заводе и уже работали целиком на изготовлении оборонной продукции. Все давно разошлись, а мы с Ожиговым все еще прикидывали, как выполнить задание, и пришли к выводу, что выполнение его связано с большим риском и ставит под Удар уже существующую напряженную программу завода. Как же быть?
Узнав о наших сомнениях, секретарь горкома ВКП(б) Г. М. Попов тут же позвонил видному партийному деятелю А. С. Щербакову, в то время находившемуся неподалеку.
- Александр Сергеевич, вот у меня находятся директор и парторг завода имени Калинина. Они сомневаются в возможности выполнения задания по вездеходам. Разрешите вместе с ними зайти к вам?
Когда А. С. Щербаков услышал наше мнение, он возразил:
- А вы думали, что мы, давая это задание, предполагали, что вам это будет легко сделать? Мы знаем, что это - дело серьезное, что у вас имеется своя большая оборонная программа. Но ваш коллектив сильный и квалифицированный. Кому же и поручить сделать эти полуоси, как не вашему заводу?
А. С. Щербаков неоднократно бывал на нашем заводе и хорошо знал его. Тем не менее мы пытались возражать, ссылаясь на необходимость согласования с Б. Л. Ванниковым. Но в ответ услышали:
- Нет, товарищи, вы сюда Ванникова не вмешивайте. Мы не пойдем его просить уменьшить вам программу по пушкам, а считаем, что вы должны выполнить задание Московского комитета. Откровенно говоря, мы не ждали, что вы даже подумаете отказываться от партийного поручения, тем более что Носовский - член Московского комитета партии. Разве не ваша прямая обязанность - помочь выполнить важное и срочное задание правительства? И разве МК партии, в свою очередь, не помогает вашему заводу?
Наш разговор продолжался около часа. Александр Сергеевич проявил большое терпение. Он не давил административно. Тем более не слышали мы никаких "угроз". Наоборот, он говорил очень тепло и сочувственно, просил нас и надеялся, что завод возьмется за дело. Он доказывал, что мы сумеем найти выход и справимся с заданием. Пришлось заявить, что полуоси будут сделаны, и извиниться за отнятое время. А. С. Щербаков ответил просто:
- Спасибо! Я считаю, что время у нас прошло не напрасно. От всей души желаю вам успеха.
Через час у меня в кабинете сидели главный инженер, начальники цехов вместе с секретарями цеховых парторганизаций, главный технолог, начальник инструментального отдела и другие товарищи. Мы с Ожиговым рассказали присутствующим все, что имело место в МК, и подчеркнули, что, не срывая ни на один день программу по пушкам, должны начать через пять дней давать ежедневно еще и 1/25 часть программы по полуосям. Тут же стали рассматривать чертежи. Технологи и инструментальщики взялись подготовить технологию и оснастку в нескольких комплектах, а на шестой день решено было начать в трех цехах и в технологической лаборатории завода (пришлось пойти и на этот шаг) регулярный выпуск полуосей по графику. На высоте оказался цех N 2 (начальник тов. Олевский, секретарь парторганизации тов. Кузьмичев), который взял на себя основную тяжесть задания. Раскрепили по участкам и по сменам надежных коммунистов. Разъяснили всем задачу. Установили премиальную сдельную
оплату. Заготовки полностью привезли на машинах в трехдневный срок. Согласовали с завкомом вопрос о сверхурочных и о работе в отдельные выходные дни. Начался исключительно напряженный, ударный месяц на заводе. Мы старались выполнять задание, не вмешивая сюда главк и Наркомат. А через неделю неожиданно приехал секретарь Московского городского комитета партии Г. М. Попов. Он узнал, что двухдневная "порция" полуосей уже была отправлена на сборочный завод вездеходов, обошел все цехи и участки. Производство шло на полном ходу. Тут он, не скрывая удовлетворения, горячо поблагодарил всех нас и обещал рассказать А. С. Щербакову, что коллектив завода добросовестно и успешно выполняет поручение. И, конечно, оно было выполнено в срок.
5. Первое управление
Поработать директором упомянутого завода мне довелось всего два с половиной года. А в апреле 1940 г. я был назначен начальником 1-го Главного управления Наркомата вооружения. С 1939 г. начальником главка был И. А. Мирзаханов, теперь назначенный заместителем наркома Б. Л. Ванникова. Первым заместителем стал Василий Михайлович Рябиков. Бывший первый заместитель Петр Николаевич Горемыкин был переведен на новую ответственную работу в Совнарком СССР. Одновременно в состав коллегии наркомата были введены Николай Павлович Карасев (зам. наркома по кадрам), Сергей Иванович Ветошкин (начальник 3-го Главного управления - по патронной промышленности), Александр Евгеньевич Добровольский (начальник 4-го Главного управления - по оптико-механической промышленности) и я. В составе коллегии наркомата во главе с Борисом Львовичем Ванниковым были работники, имевшие уже огромный опыт деятельности в промышленности вооружения, крупные инженеры и специалисты, прошедшие большую школу хозяйствования у Серго Орджоникидзе. К ним относились, в частности, заместители наркома Иван Антонович Барсуков (по производству стрелкового вооружения) и Илларион Аветович Мирзаханов (по производству артиллерии), представители старшего поколения работников оборонной промышленности. С момента создания наркомата (1939 г.) более года первым заместителем был П. Н. Горемыкин, тоже обладавший большим опытом работы, весьма квалифицированный инженер. Большинство в коллегии составляли представители молодого поколения. ЦК партии смело и решительно выдвигал их на руководящие посты. Все они окончили, главным образом в 30-е годы, советские втузы, были выращены и воспитаны нашей партией. Немало их было назначено руководителями заводов и в состав руководства наркомата. Так, новому первому заместителю наркома В. М. Рябикову в то время исполнилось 33 года. Ранее он был парторгом завода "Большевик" и заместителем наркома вооружения. Заместитель наркома Н. П. Карасев был ранее парторгом одного завода и приблизительно того же возраста, что и Рябиков. Столь же молодыми были три начальника производственных главков: С. И. Ветошкин, А. Е. Добровольский и я, - прошедшие примерно одинаковую заводскую школу. Весь состав коллегии работал очень дружно, атмосфера всегда была деловая, все мы уважали друг друга, были хорошими товарищами, всегда и во всем помогали друг другу. Б. Л. Ванников умело создавал творческую обстановку в работе коллегии. Он считался с каждым ее членом и со всеми работниками наркомата, поддерживал их инициативу, прислушивался к мнению каждого лица, а в то же время всегда строго спрашивал за работу. Крупной технической фигурой наркомата был начальник Технического управления Эдуард Адамович Сатель. Главным инженером 1-го Главного управления и моим заместителем стал Борис Иванович Каневский, с которым мы слаженно работали и до Великой Отечественной войны и весь военный период. Коллектив управления, куда я был назначен (около 75 человек), по квалификации был подобран хорошо. Начальником производственного отдела являлся Аркадий Осипович Клиппель, до того работавший главным инженером завода, где директором был И. А. Мирзаханов, а еще ранее Брянского арсенала, старый специалист, отлично знавший производство пушек. Главным технологом был Петр Иванович Калинушкин, вдумчивый и собранный инженер, весьма работоспособный, с большой инициативой.
Артиллерийскую промышленность разбили на группы заводов, так что руководство ими в наркомате не было сосредоточено в одних руках. Предприятия мелкой и
средней артиллерии подчинили Первому главному управлению, крупной сухопутной артиллерии - заместителю наркома Мирзаханову, военно-морской и тяжелой артиллерии - первому заместителю Рябикову. Начальником производственного отдела морской и тяжелой артиллерии был Б. А. Хазанов, один из энергичнейших работников наркомата. Около двух месяцев я продолжал руководить прежним заводом и работал одновременно начальником главка. Потом, передав руководство предприятием новому директору Б. А. Фраткину, перешел окончательно в главк, начав новую работу с объезда предприятий. Позволю себе рассказать читателю о некоторых из них. О двух заводах (крупнейших в системе главка) я уже упоминал. ЦК ВКП(б) и правительство, уделяя исключительное внимание развитию оборонной промышленности, в частности артиллерии, решили наряду с реконструкцией и расширением имевшихся артиллерийских заводов и строительством новых передать в ведение Наркомата вооружения ряд заводов из других ведомств. Среди них были Государственный артиллерийский ремонтно-опытный завод (ГАРОЗ), Новочеркасский машиностроительный, один из уральских машиностроительных. Последние два перешли в подчинение непосредственно руководству Наркомата вооружения, а ГАРОЗ был передан в ведение Первого главного управления. В момент передачи этот завод имени К. Е. Ворошилова являлся сравнительно небольшим предприятием. Он производил различную военную амуницию, спаренные и счетверенные зенитные пулеметные установки и осуществлял ремонт различных орудий, в том числе старых и трофейных. При передаче директором завода был инженер-полковник Василий Федорович Елисеев. Он же занимал этот пост в 1933 - 1934 гг., а с 1934 по 1937 г. директором завода являлся Георгий Александрович Дунаев, впоследствии начальник Государственного строительно-проектного института Наркомата вооружения. Оба директора много сделали для развития и благоустройства завода и его поселка, построили ряд промышленных корпусов, жилища, бытовые учреждения, в том числе возвели сад, который и поныне служит прекрасным местом отдыха трудящихся.
Правительство решило организовать на этом заводе производство 37-мм зенитной автоматической пушки образца 1939 г., созданной коллективом завода имени М. И. Калинина. Еще будучи директором этого завода, я вместе с Мирзахановым и Каневским побывал на заводе имени Ворошилова. Там же на месте обсудили меры необходимой помощи. В. Ф. Елисеева отозвали в распоряжение ГАУ. Директором завода являлся Б. А. Каганович (бывший главный инженер завода стрелкового вооружения Наркомата вооружения). Главным инженером завода стал Павел Моисеевич Лапчинский, опытный производственник, ранее проработавший много лет на нашем заводе начальником цеха N 1 и начальником ОТК. Главным конструктором назначили Павла Ивановича Костина, ранее работавшего заместителем главного конструктора на другом заводе В. Г. Грабина. Кроме того, с нашего завода на завод имени Ворошилова направили ряд опытных работников в качестве начальников цехов и отделов. Когда я прибыл на последний уже в качестве начальника главка (май - июнь 1940 г.), оказалось, что завод многое сделал для освоения производства 37-мм пушки, но положение с освоением серийного выпуска было еще тяжелое, программа пока не выполнялась. 37-мм зенитная автоматическая пушка оказалась орешком, который разгрызть было не так-то просто. Такие орудия вообще впервые осваивались в СССР. Многие узлы их отличались от более простых узлов в орудиях неавтоматического действия. Особенно сложным явились магазин и прицел с рядом точных деталей. На заводе менее чем за год были организованы крупный инструментальный цех, производство стального и цветного литья, ковкого чугуна, цехи стволов, прицелов, сборочный и другие. Полигон для испытания пушек создали прямо на территории завода. Были изготовлены тысячи приспособлений и других видов оснастки; пришлось установить сотни станков и других видов оборудования и начинать выпускать пушки прямо с 1940 года. Кадров пока тоже не хватало.
Главк оказал дополнительную помощь заводу, направив туда квалифицированных рабочих с других предприятий (более 100 человек). Скоро во главе цехов, отделов и участков встали опытные и крепкие руководители. Большое внимание развитию завода уделили горком и обком партии. И вот коллектив завода имени Ворошилова начал сам изготовлять все узлы пушки и в течение одного года освоил серийное производство сложной продукции. По тому времени это считалось большим достижением. Красная
Армия стала дополняться новым видом вооружения, необходимым в условиях современной войны. К началу 1941 г. завод вошел в ряды важнейших предприятий - первоклассных артиллерийских заводов страны.
Завод имени М. В. Фрунзе, где я побывал летом 1940 г., - это одно из старейших предприятий, созданное еще в 1840-е годы. Всюду виднелись давнишние и новые корпуса и здания. В 1934 г. наша студенческая группа проходила здесь производственную практику. Завод производил с 1931 г. передки и зарядные ящики для орудий, ремонт артиллерийских систем, револьверные и вертикально-сверлильные станки, а также текстильные машины; до 1936 г. осуществлял модернизацию 76-мм дивизионных орудий образца 1902 г., которые из армии привозились на завод для переделки. Эти пушки возвращались в армию дивизионными пушками образца 1902 - 1930 годов. В том же году завод изготовил пятьсот 76,2-мм дивизионных пушек указанного образца, освоив производство всех узлов и деталей, за исключением стволов. Этот завод - родоначальник изготовления металлических колес для орудий взамен деревянных, что позволило значительно увеличить скорость передвижения и маневренность пушек. Кроме того, тут выпускались 82-мм батальонные минометы, 50-мм ротные, а с 1939 г. - 120-мм полковые минометы. Их создал конструкторский отдел завода под руководством и при решающем участии Героя Социалистического Труда Бориса Ивановича Шавырина. В 1940 г. был организован цех установок для 45-мм дотовских пушек, а в 1939 г. выпускались горные пушки образца 1938 года. Их создал конструкторский отдел под руководством Л. И. Горлицкого.
Наконец, это предприятие выполнило ряд дополнительных заданий в период советско- финской войны, в частности, изготовило все лыжи, на которых зимой передвигались орудия. В момент моего прибытия директором завода был Александр Дмитриевич Каллистратов, а до него - Ф. Г. Сухомлинов и М. Е. Мельников. Главным инженером завода был М. С. Клавсуть, впоследствии директор Ленинградского завода имени К. Маркса. Большое впечатление произвел на меня начальник производства Роман Анисимович Турков, за четыре месяца до начала Великой Отечественной войны назначенный главным инженером. При первой же беседе с ним обнаружилось, что он крупный специалист, большой знаток техники и производства. На все вопросы отвечал лаконично, четко, с полным знанием дела. При его помощи легко было установить, где хорошо, а где плохо и по каким причинам. Он помнил наизусть сотни наименований деталей; знал, в каком состоянии они находятся в производстве; уже в начале месяца точно сообщал все цифры выпуска минометов, пушек и других видов артиллерийской продукции, которые будут сданы заводом к концу месяца. У Туркова, в свою очередь, были надежные заместители - Л. А. Лазаревич и М. Н, Кононов. Конструкторскими делами по всей выпускаемой артиллерийской продукции руководил способный инженер Николай Петрович Антонов. Коллектив завода хорошо справлялся с выполнением государственных планов.
Далее я ознакомился с заводом имени С. М. Кирова. В июне 1940 г. ему исполнилось 155 лет. До 1929 г. он занимался ремонтом артиллерии и делал воинскую амуницию, потом начал изготовлять зарядные ящики и деревянные колеса к пушкам, а с 1932 г. - платформы для зенитных пушек. По трудоемкости зенитная платформа, грубо говоря, составляет 25% всей пушки. Поэтому этот завод можно считать и производившим зенитные системы. Там был квалифицированный коллектив конструкторов по зенитным платформам во главе с тов. Белоостровым. Платформа ЗУ-8, созданная ими, улучшила боевые качества 76,2-мм зенитной пушки образца 1938 года. Эти же платформы шли для 85-мм зенитных орудий. Затем завод производил перестволение 76-мм пушек образца 1902 - 1930 годов и 107-мм образца 1910 - 1930 годов, делал передки и зарядные ящики для 45-мм противотанковых пушек и разные колеса, а позже - 82-мм минометы, ремонтировал старые артсистемы. В момент моего прибытия директором его был Александр Васильевич Куранов, бывший парторг завода имени Калинина. Он быстро завоевал авторитет в коллективе завода, в городской партийной организации и среди всего населения города, а вскоре был избран депутатом Верховного Совета СССР. Уже на заводе я близко познакомился с его заместителем, главным инженером Алексеем Сергеевичем Спиридоновым, четким, деловым и хорошо знающим производство техническим руководителем. Запомнился мне также парторг Михаил Васильевич Корнев, работавший зам. начальника цеха, начальником артиллерийского
отдела и начальником ОТК. Он сражался в Испании с 1937 г., а парторгом стал в 1939 году. Начальником производства был Николай Николаевич Соболев, хорошо знавший дело и умело руководивший цехами специалист. Завод усиленно развивался. Выросли новые цехи, увеличился парк оборудования. Программа выполнялась не всегда, но после установившейся номенклатуры производства, создания качественных чертежей, составления новой технологии, ее отладки и в связи с ростом инженерных кадров и квалификации рабочих завод стал работать увереннее и выполнять программу. Главной номенклатурой его производства остались зенитные платформы.
Затем я прибыл на Киевский арсенал. Он расположен в прекрасном районе. Его окружают зеленые массивы и красивые улицы. Стены предприятия напоминают крепость. На кирпичах его стен видны следы минувших боев. Они изрешечены пулями и снарядами и служат памятником революционных боев за Советскую власть. В 1964 г. этому заводу исполнилось 200 лет. Он является старейшим арсеналом нашей страны. Первый пятилетний план арсенальцы выполнили за 3 года и 3 месяца. За годы второй пятилетки завод выпустил продукции втрое больше, чем за первую пятилетку. 32 его работника были награждены в 1939 г. (среди них директор Федор Кузьмич Чеботарев). В момент, когда я был на заводе, там работало 5 тыс. человек, в их числе 1500 коммунистов и 2 тыс. комсомольцев. Продукцию завод производил самую разнообразную: сельскохозяйственные машины, текстильные машины, токарные станки. Потом гражданскую продукцию стали вытеснять изделия оборонного значения, и в годы третьей пятилетки он стал целиком оборонным предприятием. В 1940 г. он выпускал спаренные и счетверенные зенитные пулеметные установки, 76-мм горные пушки, 107-мм горно- вьючные минометы, производил ремонт почти всех видов орудий. Главным видом продукции у него были зенитные платформы-повозки ЗУ-7 для 37-мм автоматических зенитных пушек. Ознакомившись с предприятием, я не смог упрекнуть в чем-либо серьезном его руководителей. Программа выполнялась неплохо. Чувствовалось, что коллектив был полон решимости и энергии и работал с большим подъемом. Директором тогда являлся молодой инженер Григорий Павлович Шардин, главным инженером - Александр Дмитриевич Бакаев, начальником производства - А. И. Красуцкий, главным технологом - Н. П. Синайский, начальником СКВ - Г. О. Скловский, главным конструктором - И. Г. Кукушкин, начальником важнейшего цеха - И. Е. Хабат, парторгом - тов. Теплицкий. Весь состав инженерно-технических работников был и по численности и по знаниям очень крепким, а Киевский политехнический институт пополнял завод квалифицированными молодыми специалистами. Станочники, кузнецы, сборщики и другие рабочие имели в своем составе много новаторов производства. На заводе трудились целые пролетарские династии. Такие семьи, как Найденко, Марьянченко, Радченко, еще с XIX в. работали там из поколения в поколение.
6. Накануне Великой Отечественной войны
В главке предстояло прежде всего реализовать те обещания, которые были даны заводам во время их посещения. Надо было решить вопросы финансирования, строительства, кооперирования производства, снабжения и другие. О результатах поездки я доложил Б. Л. Ванникову. Он внимательно выслушал меня, одобрил принятые решения и сам оказал помощь главку. Что было основным? Заводы работали не равномерно, не все выполняли месячные планы. Довольно туго шли дела на двух заводах. Только недавно на один из них назначили новым директором А. С. Еляна. Этот завод обязан был в 1940 г. сдать пятьсот 122-мм гаубиц образца 1938 г., которые впервые осваивались в производстве. Гаубица была создана коллективом конструкторов под руководством Ф. Ф. Петрова. Она представляла собой лучший образец такого орудия, и с ним не могли конкурировать любые гаубицы иностранных армий. Но прошло 9 месяцев, а завод не сдал еще ни одной. Пришлось срочно ехать на предприятие. Обнаружились большие перемены. За последние месяцы были построены и организованы новые цехи. А. С. Елян уделял особое внимание строительству и развитию мощностей. Буквально на глазах вырос обдирочный цех. Ранее обдирка заготовок (труб, кожухов, казенников и других корпусных деталей) составляла "узкое" место. Именно из-за нее возникло отставание в подаче заготовок механическим цехам своего и других заводов. И вдруг за несколько месяцев вырос цех-красавец с мощными подъемными кранами,
которые изготовил сам завод. Цех был насыщен оборудованием. Установили станки токарные, обдирочные, глубокого сверления, строгальные, продольно-фрезерные и другие. Создали специальный цех станков и приспособлений, а во главе его поставили очень способного инженера Алексея Николаевича Гурикова (после войны он был выдвинут директором завода фрезерных станков). Произвели реконструкцию термического цеха. Увеличили мощности мартеновского цеха с введением в строй 75- тонной мартеновской печи вместо 50-тонной. Цехи реорганизовали по замкнутому циклу производства узлов. Корпусные детали стали производить по потоку, на сборку подавать узлы в собранном виде. В фасоннолитейном цехе произвели механизацию, вовсю заработали мощные и мелкие формовочные машины. Радовали дела также в конструкторском отделе и опытном цехе у В. Г. Грабина. Там уже были изготовлены образцы 76-мм танковой пушки и 57-мм противотанковой пушки, позднее освоенные в производстве.
Завод хорошо готовился выполнить не только текущую программу, но и новые большие задания. Рабочие, мастера и все работники цехов трудились с большим энтузиазмом. Всюду чувствовался большой и смелый размах. В цехах мне говорили о новом директоре с явным уважением. Он прекрасно разбирался во всех делах. Зайдет в литейный цех, и у всех создавалось такое мнение, будто Елян всю жизнь был литейщиком. Зайдет в кузнечно-прессовый цех, и там создавалось мнение, будто он всю жизнь был специалистом по кузнечно-прессовому производству. И так всюду. А еще больше удивляло, что Елян, не будучи фактически артиллеристом, хорошо разбирался в конструкциях артиллерийских систем и технологии их производства. Большой опорой его во всех делах был главный инженер М. З. Олевский, квалифицированный специалист, хорошо знавший технологию и организацию производства. Он бывал всегда там, где особенно тяжело. А если уж пойдет в цех, который находился в прорыве, то не уйдет оттуда, пока не вытянет. С Еляном они сработались хорошо и полностью дополняли друг друга. Большую роль в решении производственных и технических вопросов играли заместители главного инженера В. Д. Максименко и С. С. Спирин.
Проверил я в цехах выполнение планов и графиков. Нельзя было отрицать, что заготовки, детали и узлы двигались полным ходом и комплектно, что сборка начала работать с полной нагрузкой. А все же отставание от заданных графиков тоже было заметно.
- Ну, какими нашли дела на нашем заводе? - спросили меня Елян и Олевский, когда я зашел к ним после трехдневного пребывания в цехах. Я ответил:
- Если бы это был август, то я бы сказал, что дела идут неплохо. Но так как сейчас вторая половина октября, то скажу, что дела идут неважно.
- Как? Разве вы в цехах не обнаружили никаких перемен или встретили сомнения у кого- либо в том, что программа будет выполнена?
- Перемены в цехах, безусловно, есть. По графикам вы расписали все правильно и даже наметили 30 декабря закончить все 500 гаубиц. И настроение у рабочих неплохое. Но гораздо сильнее факт отставания от утвержденных графиков, а времени осталось в обрез. Можно ли верить вашим обещаниям?
Их явно задели мои слова. "Вот побудете, - говорят, - сегодня у нас на партийно- хозяйственном активе, тогда убедитесь".
- Хотите меня переубедить наличием настроения вместо выполнения заданных планов и графиков? - продолжал я. - Важно то, что я видел и проверил и что реально делается в цехах. Сейчас недопустимо иметь отставание. Если надеяться только на последние дни, так можно просто захлебнуться на самой сборке.
- Давайте поспорим, что программа будет выполнена! - заявил Елян.
- Сдадите все 500 гаубиц? - спросил я.
- Да, все!
- И полностью заготовки другим заводам?
- Да, всю годовую программу.
- Как же вы хотите поспорить?
- Вот давайте на этом листе бумаги оба напишем следующее: "Я, Елян, заявляю, что программа 1940 г. будет вся выполнена и по гаубицам и по кооперированным поставкам". А вы напишите: "Я, Носовский, заявляю, что программа не будет выполнена".
- А что дальше?
- Подпишем оба такую бумагу, и я положу ее в сейф. Пусть она там полежит, а потом посмотрим.
Елян был по натуре человеком задорным, самолюбивым. Любил пари. Допустимо ли это в серьезном деле? А какой будет ущерб? Никакого! И я решил подписать "договор". Бумага была положена Еляном в сейф, и мы пошли на заводской актив. Он прошел по-боевому. Прощаясь, Амо Сергеевич задорно смеялся.
По прибытии в Москву я рассказал обо всем И. А. Мирзаханову, потом Б. Л. Ванникову, который был недоволен до этого Еляном и Олевским за отставание по программе. К концу моего разговора с наркомом подошел и И. А. Мирзаханов. Он обратил внимание на то, что я долго не возвращаюсь, и решил сам зайти. В наш разговор он не вмешивался. Когда я кончил, Б. Л. Ванников стал ходить по кабинету и примерно через две-три минуты вызвал к себе стенографистку. Он диктовал ей с внутренним волнением. Вот содержание текста, который он продиктовал:
"Председателю Совета Народных Комиссаров СССР В. М. Молотову. Коллектив завода, возглавляемый А. С. Еляном, несмотря на создавшиеся трудности с выполнением программы по 122-мм гаубицам, развернул в настоящее время работу таким образом, что безусловно выполнит годовое задание и сдаст все 500 гаубиц. Но тяжелое положение на заводе создается в связи с тем, что Нижне-Тагильский вагоностроительный завод не поставляет заводу для комплектования гаубиц передки и, по-видимому, не поставит их до конца года. Прошу Вашего разрешения сдать гаубицы без передков, отправить гаубицы по назначению в армию и обязать Нижне-Тагильский завод отправить передки отдельно в адреса по назначению ГАУ. Б. Ванников".
Затем руководство наркомата само приняло меры по оказанию возможной помощи заводу. Его работники сдержали свое слово и сдали все 500 гаубиц, а также кооперированные поставки в срок. Б. Л. Ванников ходатайствовал о награждении завода за трудовой успех. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 11 января 1941 г. ряд работников завода был награжден орденами и медалями, в том числе орденом Ленина - директор А. С. Елян, главный инженер М. З. Олевский и сталевар И. И. Набатов. Что касается моего "договора" с Еляном, то читатель может себе представить, как торжествовал он свою "победу" надо мной. Эту бумагу он хранил в сейфе несколько лет, и, когда бы я ни приезжал, он торжественно открывал сейф, вынимал наш "договор" и спрашивал: "Узнаете свою подпись?" Я всегда принимал сконфуженный вид, доставлявший Еляну большое удовольствие.
Но сложности с освоением и выпуском 122-мм гаубицы заключались не только в производственных затруднениях. За более чем восемь первых месяцев 1940 г. вообще ни на одном заводе не было сдано военпредам ГАУ ни одной гаубицы. Это обстоятельство вызвало серьезное беспокойство в правительстве. Вопрос рассматривался в Кремле у председателя Комитета обороны Совнаркома СССР К. Е. Ворошилова (наркомом обороны был тогда С. К. Тимошенко). На заседании присутствовали от Наркомата обороны заместитель наркома и начальник ГАУ Г. И. Кулик, его заместители генерал-полковник артиллерии Н. Н. Воронов (был такой период, когда должность начальника артиллерии Красной Армии была ликвидирована, а Воронова назначили заместителем начальника ГАУ; это ошибочное решение было в начале войны отменено, и Н. Н. Воронов снова стал начальником, а потом командующим артиллерией Красной Армии), генерал М. И. Каюков и другие; от Наркомата вооружения - Б. Л. Ванников, И. А. Мирзаханов, А. С. Елян и я. Мы, а потом руководители ГАУ, каждый по-своему, объясняли причины срыва выпуска гаубиц. Б. Л. Ванников говорил, что чертежи первой серии нуждаются в исправлении; что собирать орудия и сдавать их строго в соответствии с принятыми чертежами, со всеми допусками и с учетом новой технологии производства, как показала практика, нет возможности. Работники ГАУ требуют строжайшего соблюдения чертежей, хотя на практике при освоении первой серии всегда вносятся целесообразные изменения. Вот когда будет освоена эта серия, следует утвердить чертежи окончательно. А сейчас создалось такое положение, что военпреды не дают возможности вводить нужные исправления. Производство застопорилось. Не только гаубицы не собираются. Прекратилось производство отдельных корпусных деталей. Такое положение создалось на двух заводах, причем весьма квалифицированных.
Начальник ГАУ Г. И. Кулик, мало что понимавший в новой технике, со своей стороны заявил, что гаубицы тщательно испытывались на полигонных и войсковых
испытаниях, причем после первых войсковых испытаний гаубица и чертежи исправлялись по замечаниям, выявленным именно на испытаниях, а потом гаубица снова прошла войсковые испытания и была принята на вооружение. Как же можно после этого допускать изменения в чертежах? Военпреды поступают правильно. Если гаубицы не сдаются, виноваты целиком заводы. Вероятно, они применяют некачественную оснастку, не соблюдают технологической дисциплины, слаб контроль на производственных участках.
- Предоставим слово директору завода, - вступил в обсуждение К. Е. Ворошилов. - Скажите вы, товарищ Елян, какие причины мешают вам сдавать гаубицы?
Объяснения А. С. Еляна совпали с высказываниями Б. Л. Ванникова. Он только добавил следующее: "Завод наш находится в еще худшем положении, так как военпред решает в основном все вопросы только после решения их военпредом головного предприятия. А так как военпред последнего решает все отрицательно, то это сказывается в еще худшей степени на делах нашего завода. Если бы Комитет обороны позволил самому заводу решать все вопросы под его ответственность, то будет выполнена вся годовая программа по гаубицам".
Тогда К. Е. Ворошилов поручил Н. Н. Воронову как представителю Наркомата обороны и мне от Наркомата вооружения выехать на оба завода, разобраться с положением дел, принять окончательное решение на месте и дать ход производству и выпуску 122-мм гаубиц. Через два дня мы вылетели на головное предприятие. Вместе с Н. Н. Вороновым из ГАУ были еще человек семь, в том числе заместитель начальника ГАУ М. И. Каюков. От Наркомата вооружения я был один, так как основной нашей опорой при решении вопросов являлись сами работники заводов, хорошо знавшие производство и суть дела. Было обнаружено, что производственная жизнь на втором из упомянутых заводов била ключом, В корпусе, где создавались 122-мм гаубицы, производство шло полным ходом. Детали делались, но на сборке, где собиралось уже немало узлов, гаубицы, за исключением нескольких штук, в полном виде не были собраны. Задел был большим. Он как будто сам просился продвинуться дальше. На сборке уже стало тесно от лежащих без дела деталей и узлов. Картина весьма неприятная.
Собрались мы в кабинете директора предприятия Б. Г. Музрукова. Присутствовали также главный инженер завода Д. А. Рыжков и ряд других работников. Целый день рассматривали причины задержки сдачи гаубиц. От ГАУ выступал в основном старший военпред завода, который докладывал о сущности отклонения от чертежей в разных деталях и узлах гаубицы. Потом начали изучать каждую деталь и каждый узел. Расхождений между военпредами и заводом было немало: в стволе, казеннике, подъемном механизме, деталях затвора, противооткатных устройствах, буквально во всех узлах системы. Военпред не соглашался принимать гаубицы с отклонениями от утвержденных чертежей и технических условий. В общем, он докладывал уверенно, демонстрируя прямо на чертежах сущность отклонений. Казалось, что он был прав. Но главный инженер завода Д. А. Рыжков во всех объяснениях оказался затем значительно сильнее, превосходно разбираясь в технике, конструкции, технологии и производстве гаубицы. Он знал все детали и узлы со многими размерами и допусками, оборудование и оснастку, говорил, что, как и почему получилось при обработке каждой детали и на каждой операции, причем не смотрел ни в какие записи, помнил наизусть сущность абсолютно всех отклонений и спорных моментов и по всем вопросам весьма убедительно доказывал правоту завода. Технология производства была правильной, коэффициент ее оснащенности - весьма высоким. Работники завода очень внимательно отнеслись к делу, изучили каждую операцию, каждый размер и каждый допуск. В результате конструкторы и технологи нашли общий язык и договорились, как целесообразно решить все спорные вопросы, чтобы и гаубицы были качественные и производство шло бесперебойно. Рыжков быстро сумел убедить Н. Н. Воронова и других присутствующих. Особенно стало это ясно, когда на следующий день Д. А. Рыжков показал все, что получается, прямо на станках и на рабочих местах, продемонстрировал практическое применение оснастки, деталей, узлов и работу последних.
Н. Н. Воронов поддержал завод, проблема была исчерпана. Закончив работу на предприятии, мы все в том же составе вылетели на другой завод. По моей просьбе Д. А. Рыжков отправился вместе с нами, ибо полезно было обменяться опытом двум квалифицированным артиллерийским предприятиям, которые производили одну
и ту же гаубицу. На этом заводе обнаружилась примерно та же картина. Затем А. С. Елян, М. З. Олевский и другие его работники тоже сумели доказать свою правоту. Н. Н. Воронов и здесь быстро устранил разногласия. Стало ясно, что гаубицы теперь пойдут. Что касается самого Николая Николаевича Воронова, то хочу воспользоваться случаем, чтобы сказать о нем как о человеке большой внутренней культуры, простом, умевшем относиться с уважением и доверием к производственникам, которые никогда не подводили Красную Армию. Руководители заводов, со своей стороны, чрезвычайно уважали Н. Н. Воронова, всегда отзывчивого к их нуждам и делам...
Наступил 1941 год. 15 - 20 февраля состоялась XVIII Всесоюзная партийная конференция, которая рассмотрела вопросы работы промышленности. Отметив успешное ее развитие за первые три года третьей пятилетки, конференция наметила увеличить в 1941 г. выпуск промышленной продукции по сравнению с 1940 г. на 17 - 18%, в том числе чугуна - на 20%, стали - на 23%, продукции машиностроения - на 26 %. Если в 1938 г. валовая продукция оборонной промышленности выросла на 36,4% по сравнению с 1937 г., то в 1939 г. - на 46,5% по сравнению с 1938 годом. Если в среднем за три предвоенных года третьей пятилетки ежегодный прирост промышленной продукции составлял 13%, то по оборонной промышленности он был равен 39%. Мне посчастливилось присутствовать на этой партконференции, и я помню, как беспощадно вскрывались на ней недостатки в работе промышленности. Конференция потребовала от всех партийных организаций и наркоматов усилить руководство промышленностью в целом и каждым предприятием в отдельности; не успокаиваться средними цифрами по отрасли, а добиваться такого положения, чтобы планы производства выполнялись любым предприятием; поставила задачу добиться ритмичной работы каждого предприятия, цеха и участка, строго выполняя притом ежесуточный график и борясь со штурмовщиной как с основным злом; навести порядок, чистоту и культуру на производстве; работать над совершенствованием новой техники и добиться быстрейшего освоения новых образцов машин; резко поднять производственную, чертежную и технологическую дисциплину; укрепить единоначалие, подняв роль директора и мастера на производстве; вести борьбу за повышение качества продукции2 . Эти решения помогли резко поднять уровень работы в промышленности.
Центральный Комитет партии и правительство систематически и ежедневно уделяли внимание развитию оборонной промышленности. Они занимались подробно не только каждой ее отраслью, но и отдельными предприятиями. Рассматривался каждый новый образец, который принимался на вооружение и ставился на производство. Утверждались планы и мероприятия по развитию мощностей оборонной промышленности и план мобилизационного развертывания производства оборонной продукции. Много заводов из других отраслей были переданы накануне войны всем четырем наркоматам оборонной промышленности. Кроме того, на многих машиностроительных предприятиях различных наркоматов создали специальные цехи по производству продукции оборонной промышленности. А какова была наша артиллерийская техника к началу войны? Можно ли было с ней воевать? На каком уровне она находилась по сравнению с артиллерийской техникой противника? Можно определенно заявить, что советские артиллеристы, ученые и конструкторы сделали все необходимое, что требовалось для войны. Почти все виды артиллерии были созданы вновь, начиная от батальонных орудий и кончая артиллерией Резерва Главного Командования. Эти системы были весьма технологичными в производстве, значительно унифицированы, многие детали были взаимозаменяемы. Все они еще до войны (за исключением 25-мм зенитной автоматической пушки) были освоены в производстве и почти все выпускались большими сериями. "К началу войны, - писал Д. Ф. Устинов, - Красная Армия была оснащена всеми видами современных артиллерийских систем, превосходящими, как показал опыт войны, по своим техническим показателям артиллерийские системы не только германских заводов, но и других оккупированных немцами европейских стран, вооружением которых была оснащена германская армия"3 .
2 "История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941 - 1945". Т. Т. М. 1960, стр. 419 - 424; "КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК". 7-е изд. Ч. III, стр. 425 - 436.
3 "Плановое хозяйство", 1944, N 3, стр. 14 - 15.
Немало было создано новых видов стрелкового вооружения: пистолет-пулемет Шпагина (ППШ), самозарядная винтовка, противотанковое ружье Симонова, отдельные виды авиационного вооружения и другие. Вторым (по времени присвоения этого звания) Героем Социалистического Труда в нашей стране стал знаменитый конструктор - изобретатель стрелкового оружия, создатель известного ручного пулемета Василий Алексеевич Дегтярев. Звание Героя Социалистического Труда было присвоено старейшему изобретателю - конструктору стрелкового оружия Федору Васильевичу Токареву, конструкторам артиллерии Василию Гавриловичу Грабину, Илье Ивановичу Иванову, Михаилу Яковлевичу Крупчатникову, Борису Гавриловичу Шпитальному. Государственных премий удостоились в начале 1941 г. академик А. А. Благонравов, В. Г. Грабин, М. Н. Логинов (посмертно), Л. А. Локтев, В. А. Дегтярев, М. Е. Березин, Ф. В. Токарев, Г. С. Шпагин и другие. Ряду других творцов оружия были присуждены Государственные премии несколько позже, но создавались эти конструкции еще до войны, а проверку они прошли уже в первые месяцы войны.
В годы первых трех пятилеток вся промышленность вооружения, в том числе артиллерийское производство, была строго специализирована. Каждый артиллерийский завод развивался, согласно решениям правительства, для производства определенных видов артиллерийских систем. Определялись номенклатура производства и нарастающий темп выпуска орудий в соответствии с мощностями и характером производства каждого предприятия. Крупные артиллерийские заводы создавались и строились, как правило, с полным металлургическим производственным комплексом. Партия и правительство придавали исключительное значение развитию металлургической базы в промышленности вооружения, в первую очередь на артиллерийских заводах. Качественная легированная сталь стала основным металлом для производства артиллерийской продукции. ЦК партии поставил задачу, чтобы сама артиллерийская промышленность, имеющая богатый опыт в производстве орудийной стали (ведь недаром большой и вполне заслуженной славой по производству легированной пушечной стали пользовались замечательные мастера старых артиллерийских заводов), обеспечивала себя металлом, поковками и литьем. Правительство не жалело средств на развитие мартеновских цехов, цехов прокатного и кузнечно-прессового производства, стального и цветного литья и ковкого чугуна, мощных термических цехов с вертикальными печами и обдирочных цехов, обеспечивавших полностью заготовками и качественным прокатом все артиллерийские, стрелковые и другие заводы Наркомата вооружения. Некоторые артиллерийские заводы (в большинстве более мелкие), которые не имели крупной металлургической базы, все же создали свою так называемую малую металлургию. У них были кузнечные цехи, где производились более мелкие поковки и штамповки, цехи мелкого стального и цветного литья, а кое-где - ковкого чугуна, термические цехи, цехи пружинного и сварочного производства. Строительство, реконструкция и развитие мощностей осуществлялись на всех артиллерийских предприятиях. Строительство же и развитие новых заводов намечалось и проводилось главным образом на Востоке страны, подальше от западных границ. Станочным оборудованием артиллерийские заводы тоже были хорошо укомплектованы.
Тульский и Ижевский оружейные заводы производили токарные, фрезерные и другие станки не только для нужд заводов Наркомата вооружения, но и для всей страны, причем их станки были признаны качественными и дешевыми. Это значит, что технология их производства стояла на высоком уровне. На многих артиллерийских заводах были освоены точное литье под давлением, центробежные отливки, детали ковкого чугуна, более точные поковки и штамповки изделий. Широко стали применяться конструкции орудий из литых и сварных изделий. В сталефасонных литейных цехах работали мелкие и крупные формовочные машины, в кузнечно-прессовых цехах - мощные производительные манипуляторы. Стали применяться наряду с мощными и мелкие подъемные краны (малая механизация), облегчавшие работу и поднимавшие производительность труда. Широкое применение нашло более производительное оборудование: автоматы, полуавтоматы, многорезцовые и многошпиндельные агрегатные станки, протяжные и хонинговальные станки, револьверные, продольно-фрезерные и расточные. Применялись многорезцовые головки, протяжки и другая оснастка. На заводах возникли мощные инструментальные и ремонтные базы.
Большое значение для успеха производства имели созданные конструкторами качественные чертежи артсистем. Орудия серийного производства имели чертежи литера "Б", то есть проверенные, отлаженные и соответствующие передовой технологии. Чертежная и технологическая дисциплина стала строжайшим законом. На заводах было организовано поточное производство многих корпусных (командных) деталей. На сборке стал применяться конвейер с полной или частичной механизацией. Большую роль в создании передовых конструкций и технологических процессов, в развитии мощностей заводов сыграло создание в системе Наркомата вооружения научно-исследовательских, проектно-конструкторских, проектно-технологических и проектно-строительных институтов. Но самым главным достижением был рост квалифицированных кадров - рабочих, мастеров, а также начальников цехов, конструкторов, технологов, руководителей предприятий и других инженерно-технических работников. Росту кадров партия уделяла особое внимание. Артиллерийская академия имени Ф. Э. Дзержинского, Московское высшее техническое училище имени Н. Э. Баумана, Ленинградский военно-механический институт и другие втузы страны вырастили тысячи конструкторов, технологов и командиров производства, в совершенстве овладевших своим делом. Широкое развитие получили стахановское движение и движение многостаночников. Были подготовлены в школах ФЗУ и ремесленных училищах, а также на производственных курсах (индивидуальным и бригадным ученичеством) десятки тысяч квалифицированных рабочих. Умело использовался труд женщин. В цехах мелких деталей и нормалей в основном работать стали только женщины. Многие из них трудились контролерами ОТЕ.
Накануне войны, выполняя решения XVIII партконференции, ряд артиллерийских заводов перешел на ритмичную, ежедневную сдачу продукции. В течение нескольких месяцев перед началом войны все артиллерийские заводы Первого главного управления Наркомата вооружения ежемесячно выполняли план по всей номенклатуре артиллерийских изделий. Артиллерийские, стрелковые и другие предприятия уже тогда работали почти по-военному, в три смены, чего требовала предвоенная обстановка. Не случайно в 1941 г. наградили орденами завод, где директором был А. И. Быховский, и вторично завод имени М. И. Калинина. Из всего этого видно, что война отнюдь не застала врасплох работников промышленности вооружения. Артиллерийское производство накануне войны стояло у нас на твердых ногах, было надежным арсеналом обороноспособности СССР.
Новые публикации: |
Популярные у читателей: |
Новинки из других стран: |
![]() |
Контакты редакции |
О проекте · Новости · Реклама |
Цифровая библиотека Украины © Все права защищены
2009-2026, ELIBRARY.COM.UA - составная часть международной библиотечной сети Либмонстр (открыть карту) Сохраняя наследие Украины |
Россия
Беларусь
Украина
Казахстан
Молдова
Таджикистан
Эстония
Россия-2
Беларусь-2
США-Великобритания
Швеция
Сербия