Многое познается в сравнении. Если с этой точки зрения проследить тенденцию развития отношений между государствами с разным общественным строем за последние годы, то Европа выделяется как регион, где происходят наиболее заметные и знаменательные сдвиги не просто в отношениях между отдельными социалистическими и капиталистическими государствами, а в целом между двумя частями континента, представляющими противоположные социальные системы. Принципы мирного сосу ществования демонстрируют здесь свою действенность, жизненность, становясь все более важным фактором в европейских международных отношениях, несмотря на противодействие со стороны организации Североатлантического пакта и его линию на военно-политическую конфронтацию со странами социализма.
После окончания второй мировой войны в Европе не возникало вооруженных конфликтов, войн. Это отрадный факт, особенно если вспомнить, что было раньше. Однако наиболее безопасным в пожарном отношении может считаться такой дом, в котором вообще нет взрывчато-горючего материала, который не способна воспламенить никакая искра. В этом смысле Европа представляет собой противоречивую картину: деловые связи, контакты между странами социализма и капитализма развиваются здесь параллельно с их противостоянием в рамках военных группировок. Это обстоятельство ограничивает возможности дальнейшего развития мирных отношений между двумя частями Европы и, самое главное, питает постоянный источник потенциального военного конфликта. В буржуазной печати встречаются утверждения, что именно в силу такого чреватого большими опасностями положения, которое может быть определено как "равновесие страха", в Европе, насыщенной, как никакой другой континент, разрушительным оружием, дело не доходило в послевоенный период до самого худшего. Однако строить жизнь на такой "платформе" - все равно что жить на действующем вулкане, надеясь, что он никогда не взорвется! Какова же альтернатива? Это ключевой вопрос для будущего не только Европы, но и других континентов, где период "холодной войны" также оставил свои еще не сглаженные рвы и окопы.
Со второй половины 60-х годов вопрос о европейской безопасности приобрел такую актуальность, какой не было прежде. Теперь за общеевропейское сотрудничество как реальную альтернативу расколу континента на блоки выступают не только общественные организации и отдельные политические деятели или правительства, а большинство государств, представляющих Европу. Дискуссии идут уже не столько о том, желательна или нет единая Европа с точки зрения защиты и укрепления мира, сколько о путях движения в этом направлении. Лед тронулся, хотя завалов, торосов еще немало. Теплые ветры перемежаются с холодны-
стр. 78
ми, заставляя колебаться температуру европейского климата. Однако по сравнению с застоем, царившим в политической атмосфере континента 15 - 20 лет назад, нынешняя обстановка характеризуется такой подвижностью, динамизмом, которые являются хорошим предзнаменованием на будущее. Речь идет не только о дискуссиях по вопросам, ранее не поднимавшимся, но и о ряде достигнутых соглашений, дающих решение некоторых сложных и важных для мира в Европе вопросов. Таковы договоры, подписанные ФРГ с Советским Союзом и Польшей, соглашение по Западному Берлину, а также выраженная в ходе советско-американских переговоров на высшем уровне в Москве в мае сего года готовность СССР и США внести соответствующий вклад в дело разрядки напряженности в Европе.
Имеется четкий ориентир поисков лучшего будущего для Европы. Это выдвинутая по инициативе социалистических государств - членов оборонительной организации Варшавского Договора задача обеспечения безопасности на континенте на коллективной основе.
* * *
Советский Союз и другие социалистические государства после окончания второй мировой войны неоднократно выступали с предложениями по вопросу о коллективной безопасности в Европе. Но только к середине 60-х годов стали складываться благоприятные условия для практического, делового обсуждения этой проблемы. Принятый на сессии Совета НАТО в Брюсселе в середине декабря 1967 г. доклад "Будущие задачи союза" давал представление о том, какие изменения в международной обстановке со времени подписания в 1949 г. Североатлантического договора его участники считали для себя наиболее "существенными". В нем указывалось, что "СССР стал одной из двух мировых сверхмощных держав", "советская доктрина мирного сосуществования изменила характер противоборства с Западом". И далее: "Хотя неравенство между мощью Соединенных Штатов и мощью европейских государств сохраняется, Европа уже оправилась и находится на пути к единству", кроме того, "процесс деколонизации изменил отношения Европы с остальными странами мира"1 . Показательно, что авторы этого доклада в числе перемен в мире, требующих к себе внимания со стороны НАТО, поставили на первое место рост могущества Советского Союза, отражающий общее изменение соотношения сил в пользу системы социализма. Пусть в очень лаконичном виде, но все же этот документ отметил и рост притягательности мирных инициатив Советского Союза и других социалистических стран, хотя эта часть доклада была сформулирована так, будто в НАТО лишь впервые узнали о принципах мирного сосуществования!
Дело в том, что руководители западных государств уже не могли совершенно игнорировать мирные инициативы Советского Союза. Вынужденный и вызванный складывающимися условиями учет этих инициатив изображался не как изменение позиции Запада, а как результат пересмотра политики Советским Союзом. Степень сдвига Запада была довольно относительна, ибо правительства там по-разному реагировали на меняющиеся условия. Несомненным было одно: наметилась разница в подходе США и стран Западной Европы к странам социализма. Американский журнал "Foreign Affairs" в начале 1967 г. характеризовал это явление как расхождение оценок относительно "советской военной угрозы". "Превалирующие в Западной Европе оценки, - писал журнал, - уменьшаются по сравнению с нашими собственными (то есть американскими - В. М.) ...и это является одним из важных факторов ослабле-
1 "Keesing's Contemporary Archives". L. (далее - "Keesing's..."). Vol. XVI, p. 22425.
стр. 79
ния союза" (НАТО. - В. М .)2 . Еще категоричнее выразился на этот счет в своей книге "Прилив в Европе" американский журналист Дон Кук, в течение многих лет работавший корреспондентом в столицах Западной Европы: "Простой факт состоит в том, что европейцы почти совершенно списали со счета угрозу войны в своих дипломатических расчетах, которыми они будут руководствоваться в предстоящий период". И это, по его словам, "делает союзную дипломатию столь трудной для Соединенных Штатов"3 .
Дискуссии носили отнюдь не отвлеченный и академический характер. Они касались многих текущих политических вопросов, из которых узловым был - дальнейшее развитие политики Запада. Другой американский публицист, Дрю Миддлтон, в книге "Кризис на Западе", вышедшей в начале 1966 г. в Лондоне, так писал о дискуссиях в НАТО, в органах "Общего рынка" и на других форумах, где курс военной конфронтации с Востоком Европы прежде не ставился под сомнение: "Каждая организация является полем битвы между сторонниками "европейской" и "атлантической" политики в отношении будущего Европы".
Эскалация американской интервенции во Вьетнаме произошла, когда в Западной Европе еще не оправились от шока "карибского кризиса" 1962 г., заставившего многих политиков среди партнеров США, привязанных к заокеанской стратегии в рамках Атлантического блока, задуматься о последствиях, угрожающих их странам в случае острых международных осложнений. И уже не только для государственных деятелей, а для массы населения в Западной Европе предметным уроком послужил случай, происшедший 17 января 1966 г. с бомбардировщиком "Б-52", когда он столкнулся с другим американским военным самолетом над деревней Паломарес в Испании. На борту бомбардировщика находилось четыре водородных бомбы. Две бомбы врезались в землю, их защитные оболочки раскололись, и в атмосферу попали радиоактивные материалы. Одна бомба упала на дно океана, и ее удалось достать лишь спустя два месяца, и только четвертая бомба достигла суши на парашюте. Очевидной стала опасность, связанная с операциями вооруженных сил США, расположенных на европейских базах. Несколько западноевропейских стран запретили перелеты американских самолетов с ядерным оружием над своей территорией - мера хоть и не столь значительная, но все же достаточно показательная для господствовавших настроений.
"В Европе сейчас бурлит новый дух независимости", - доложил, возвратясь из поездки по западноевропейским странам в начале 1966 г., сенатор Ф. Черч, выступая в комиссии по иностранным делам, которая в течение нескольких месяцев занималась изучением состояния "сегодняшней Европы"4 . В поисках корней центробежных тенденций в НАТО сенаторам следовало бы заняться критическим рассмотрением действий США в различных частях света, и прежде всего во Вьетнаме!
Именно опасностью "автоматического втягивания" в конфликты в результате действий США и вопреки желанию Франции президент де Голль объяснил на пресс-конференции 21 февраля 1966 г. намерение его правительства "восстановить нормальный суверенитет над всем тем, что действительно является французским, как-то земля, море, вооруженные силы..."5 . В письме на имя Л. Джонсона от 7 марта того же года де Голль сообщил об отказе Франции участвовать в объединенных штабах НАТО и предоставлять французские войска в распоряжение НАТО. Вооруженным силам США и штабам НАТО предстояло покинуть террито-
2 "Foreign Affairs", 1967. Vol. 45, N 3.
3 Don Cook. Floodtide in Europe. N. Y. 1965, p. 371.
4 "Foreign Affairs", 1966. Vol. 44, N 1.
5 "Keesing's...". Vol. XV, p. 21601.
стр. 80
рию Франции6 . Это решение не было столь неожиданным, если учесть, что уже с 1963 г. Франция вопреки возражениям Вашингтона принялась за осуществление самостоятельной программы ядерных вооружений, наложила, вето на вступление Англии в "Общий рынок", полгода (с июня 1965 г.) бойкотировала деятельность органов "Общего рынка" и в то же время приступила к развитию связей и контактов с Советским Союзом и другими социалистическими странами под девизом "единая Европа - от Атлантики до Урала", который расшифровывался в Париже как преодоление раскола континента на блоки, то есть шел наперекор генеральному курсу США в Европе, воплощенному в деятельности НАТО7 .
Тем не менее заявление де Голля произвело в Вашингтоне впечатление разорвавшейся бомбы. В ответном послании от 24 марта Л. Джонсон попытался воздействовать если не на французского президента, то на широкую общественность ссылками на "опасности", проистекающие для Запада от таких независимых шагов и "национальных планов, только в общих чертах согласованных с совместными вооруженными силами и планами", под которыми подразумевалась стратегия НАТО8 . В выступлении президента Джонсона 23 марта в Институте дипломатической службы госдепартамента содержались утверждения, будто "попытки полагаться на независимые действия сепаратных сил... уже дважды приводили к мировым войнам до 1945 года"9 . Это поразительное "открытие" говорит лишь о той тревоге, которая охватила Белый дом в связи с решением Франции!
Никакого влияния на французскую политику заявления Джонсона, разумеется, не оказали. К тому времени американскому правительству стала окончательно ясна вся тщетность попыток сцементировать НАТО с помощью проекта так называемых "атлантических ядерных сил", выдвинутого еще при президенте Кеннеди и не оставленного его преемником10 . Авторы проекта хотели одним выстрелом убить двух зайцев: пойти навстречу ядерным амбициям Бонна и в то же время попытаться ослабить воздействие аргументов де Голля о монополии США внутри НАТО на страны Западной Европы. Идея создания флотилии судов с ядерным оружием на борту и смешанными командами из представителей стран - членов НАТО должна была продемонстрировать готовность Вашингтона в какой-то степени "поделиться" ядерным оружием со своими партнерами по Североатлантическому блоку.
Преемник правительства Аденауэра - правительство Эрхарда не скрывало своих вожделений по части "приобщения" ФРГ к контролю над ядерным оружием. Во время своего официального визита в Париж в январе 1964 г. Эрхард поставил перед де Голлем вопрос о совместном обладании ядерным оружием (Франция тогда уже приступила к выполнению программы ядерных вооружений), но натолкнулся на отказ, повторенный в июле того же года - во время следующей встречи с де Голлем. Тогда Эрхард предложил, чтобы Франция и ФРГ создали совместную ракетную систему при условии оставления ядерных боеголовок в распоряжении Франции. И это предложение было отклонено, о чем Эрхард сообщил в интервью газете "General-Anzeiger fur Bonn und Umgegend" после того, как ушел в отставку11 . Попытки Бонна склонить Париж к идее атомного партнерства объяснялись тем, что проект "атлантических ядерных сил" зашел в тупик.
Приносила плоды настойчивая борьба Советского Союза и других социалистических стран против этой затеи, угрожавшей Европе серьез-
6 Ibid.
7 Ch. de Gaulle. "Memoirs of Hope". Цит. по: "Sunday Telegraph", 18.X.1970.
8 "Facts on File". Vol. XXVII, p. 115.
9 "The New York Times", 24.III.1966.
10 Don Cook. Op. cit., pp. 368 - 369.
11 Cm. "Le Monde". 10.III.1967.
стр. 81
нейшими последствиями. Советская дипломатия действовала энергично, используя при этом такой важный канал, как проходившие тогда переговоры по проблеме нераспространения ядерного оружия, в ходе которых значительная роль принадлежала обмену мнениями между СССР и США.
Против соглашения о нераспространении ядерного оружия выступала влиятельная группировка деятелей США (Д. Ачесон, Д. Макклой и др.), придерживавшихся в данном вопросе пробоннской ориентации. Против такого соглашения возражали и высокопоставленные последователи Аденауэра в ФРГ, которые открыто шантажировали своих заокеанских друзей. 24 октября 1965 г. лондонская газета "The Observer" поместила корреспонденцию из Бонна, в которой ставился вопрос: "Если президент Джонсон решит отбросить проект ядерных сил НАТО, о котором в Бонне заявляют как о "жизненно важном" для ФРГ, и приобретет взамен договор о нераспространении с Россией, обратятся ли западные немцы к ярому национализму, будут ли они искать "нового фюрера" и добиваться обладания собственными бомбами, как коварно предупреждает Штраус?" Газета делала вывод, что это вряд ли случится12 . Но в США деятели, сделавшие карьеру на "холодной войне", дирижировавшие процессом ремилитаризации Западной Германии, одержимые ярым антикоммунизмом, использовали все средства, бывшие в их распоряжении, для проталкивания проекта "ядерных сил" НАТО и срыва переговоров о нераспространении ядерного оружия.
В январе 1965 г. на совещании Политического консультативного комитета государств - участников Варшавского Договора, состоявшемся в столице Польши, руководители социалистических государств заявили, что "многосторонние ядерные силы НАТО нацелены на закрепление особого американо-западногерманского блока внутри Североатлантического союза. Это своего рода сделка, посредством которой США стремятся обеспечить свою военно-политическую гегемонию в Западной Европе, а ФРГ за согласие поддержать эту американскую линию получает доступ к ядерному оружию". В коммюнике делалось серьезное предупреждение сторонникам данной затеи: "Коренные интересы всех народов требуют отказа от планов создания многосторонних ядерных сил НАТО. Если, однако, государства - члены НАТО, действуя вопреки интересам мира, станут на путь претворения в жизнь планов создания многосторонних ядерных сил, в какой бы форме это ни осуществилось, то в таком случае государства - участники Варшавского Договора перед лицом серьезных последствий, которые это имело бы для дела мира и безопасности в Европе, вынуждены будут осуществить необходимые защитные меры по обеспечению своей безопасности"13 . На XXIII съезде КПСС в марте 1966 г. говорилось о необходимости в целях оздоровления международной обстановки, укрепления мира и развития мирного сотрудничества между народами "заключить международный договор о нераспространении ядерного оружия, полностью снять вопрос о ядерном вооружении ФРГ или ее допуске к ядерному оружию в любой форме"14 .
К 1966 г. проект атлантических "ядерных сил" находил неизменную поддержку лишь в Бонне. Категорически против этой затеи выступила Франция. Вскоре после визита в СССР министра иностранных дел Турции правительство и этой страны объявило о своей оппозиции данному проекту. Все более колеблющуюся позицию в этом вопросе занимал Лондон. Между тем для одобрения проекта требовалось согласие всех стран - участниц НАТО. В Вашингтоне постепенно стали склоняться к
12 "The Observer", 24.X.1965.
13 "Правда", 22.I.1965.
14 "Материалы XXIII съезда КПСС". М. 1966, стр. 32.
стр. 82
мысли об отказе от этого проекта. С другой стороны, весьма веские соображения заставляли правительство США серьезнее относиться к переговорам о нераспространении ядерного оружия.
Добиваясь выравнивания рядов НАТО после выхода Франции из военной организации этого блока, правящие круги США одновременно стремились создать впечатление, что они не чужды новым веяниям в вопросах отношений Запада с социалистическими странами. В выступлении Джонсона (23 марта 1966 г.), о котором уже шла речь выше, содержались уверения о стремлении США добиваться "примирения Западной Европы с народами Восточной Европы"15 . Спустя короткое время - в начале мая 1966 г. - Джонсон направил в конгресс законопроект о ликвидации тарифных ограничений в торговле между США и социалистическими странами Восточной Европы. Заявление об этом было сделано в связи с церемонией в Белом доме, устроенной по случаю 1000-летней годовщины христианства в Польше. Джонсон напомнил, что около двух лет назад, выступая в городе Лексингтоне, он призвал к "строительству мостов через пространство, которое отделяет нас от Восточной Европы". Объявленная им мера укладывалась в рамки этой концепции. Ее смысл был весьма прозрачен, и сам Джонсон не делал секрета из этого. Он заявил, что видит в торговых контактах средство "оказания влияния на восточноевропейские страны в направлении их развития по пути, благоприятному для всеобщего мира". Однако в том же выступлении он указал на свои надежды, что Польша и другие страны Восточной Европы "осознают силу частного предпринимательства"16 . В Вашингтоне решили направить тягу западноевропейских стран к разрядке напряженности на континенте и улучшению отношений с социалистическими странами по руслу, проложенному при сколачивании НАТО, хотя и несколько замаскированному, чтобы не так выступала его суть, которая состояла в стремлении к желанным для творцов американской политики "переменам" в Восточной Европе.
Состоявшаяся 7 - 8 июня 1966 г. сессия Совета НАТО в Брюсселе проходила в лихорадочной обстановке готовящейся эвакуации американских вооруженных сил и штабов блока из Франции. Если бы это зависело только от Вашингтона, то вряд ли участники этой сессии сочли бы необходимым отвлекаться от "настоящего дела" - приведения НАТО в порядок после удара, нанесенного Францией, - и обсуждать отношения между Западом и Востоком Европы, которые Вашингтон никак не считал в тот момент "актуальными". Однако эта тема заняла в Брюсселе видное место. Заключительное коммюнике участников сессии Совета НАТО хотя и содержало дежурные фразы о "единой Европе", о "развитии отношений между Востоком и Западом", но не предлагало никаких конструктивных мер. В соответствии с линией заправил этого блока в коммюнике указывалось: "Решение германской проблемы остается центральным вопросом отношений между Востоком и Западом", - а это означало, что "мирная ликвидация раскола Европы" ставилась в зависимость от "воссоединения Германии". Глухо говорилось об инициативах, которые "могут способствовать не только устойчивости в отношениях между Востоком и Западом, но и всеобщему благоденствию человечества". И, конечно, особый акцент был сделан на важности укрепления военных устоев НАТО. Правда, обращал на себя внимание тот факт, что коммюнике не содержало ссылок на проект "атлантических ядерных сил"17 . Провал этой затеи имел очень важное значение для дальнейшей борьбы за разрядку напряженности в Европе. Тем самым открывались благоприятные возможности для соглашения о нераспространении ядер-
15 "The New York Times", 24.III.1966.
16 Ibid.
17 "Keesing's...". Vol. XVI, p. 22124.
стр. 83
ного оружия, для недопущения западногерманских реваншистов к ядерному оружию.
Руководители НАТО делали вид, будто они не замечают новых мирных, конструктивных предложений Советского Союза, изложенных в Отчетном докладе ЦК КПСС XXIII съезду, где о европейских делах говорилось следующее: "Приступить к переговорам по вопросам европейской безопасности. Обсудить имеющиеся предложения социалистических и других государств Европы о военной разрядке и сокращении вооружений в Европе, о развитии мирных взаимовыгодных связей между всеми европейскими государствами. Созвать с этой целью соответствующее международное совещание. Продолжать искать пути к решению одной из кардинальных задач европейской безопасности - германского мирного урегулирования, с тем, чтобы на основе признания ныне сложившихся границ европейских, в том числе и обоих германских, государств полностью ликвидировать остатки второй мировой войны в Европе"18 . Пройдет, однако, немного времени, и руководящие деятели США, их ближайшие партнеры, для которых синонимом безопасности всегда был Североатлантический блок, будут вынуждены заговорить об этих предложениях Советского Союза, о мирной программе для Европы, выдвинутой, социалистическими странами - участницами Варшавского Договора. Фактически внешнеполитический диалог о судьбах Европы, несмотря на раздражение Вашингтона, начался. Большое значение имел визит в СССР в июне 1966 г, президента Франции де Голля и достигнутая в ходе советско-французских переговоров договоренность о проведении регулярных политических консультаций между двумя странами по интересующим их вопросам. В итоге визита было подписано соглашение о научно-техническом и экономическом сотрудничестве между СССР и Францией19 . В вышедшей в 1971 г. в Париже книге "Внешняя политика. 1958 - 1969" ее автор Кув де Мюрвиль, в течение десяти лет - до мая 1968 г. - находившийся на посту министра иностранных дел Франции, свидетельствует, что во время переговоров де Голля в Москве "Брежнев впервые затронул вопрос о европейском совещании по безопасности"20 . Показательно, что в своем интервью по телевидению премьер- министр Франции Ж. Помпиду 4 июля, то есть после поездки де Голля в СССР, высказал мысль о том, как важно, чтобы "Европа уверовала в свои возможности"21 .
Важным этапом в борьбе за превращение Европы в зону постоянного и прочного мира были решения, принятые на совещании Политического консультативного комитета государств - участников Варшавского Договора в Бухаресте в июле 1966 года. На повестку дня европейской политики был поставлен вопрос о принятии всеми заинтересованными государствами континента согласованных мер для укрепления мира и безопасности. Декларация об укреплении мира и безопасности в Европе, принятая в Бухаресте 5 июля 1966 г., вскрывала источники опасностей, угрожающих Европе, прослеживала развитие положительных тенденций в политической жизни стран континента, показывала, что и как нужно сделать для того, чтобы решить проблему европейской безопасности22 . Воля к миру, выраженная в конкретной, деловой форме, конструктивный подход к проблемам, волнующим все европейские народы, объективный учет предложений тех, кто придерживается иного мировоззрения, - все это привлекло к Бухарестской декларации пристальное внимание. Наиболее оживленно обсуждались содержащиеся в декларации предложе-
18 "Материалы XXIII съезда КПСС", стр. 32.
19 "Правда", 1. VII. 1966.
20 М. Couve de Murville. Une politique etrangere. 1958 - 1969. P. 1971. Цит. по журналу "Новое время", 7.IV.1972.
21 "Le Monde", 5.VII. 1966.
22 "Правда", 9.VII.1966.
стр. 84
кия о ликвидации военных организаций НАТО и Варшавского Договора как шаге на пути к роспуску существующих военных группировок в Европе и замене их системой европейской безопасности, о мерах военной разрядки на континенте, о признании реально существующих европейских границ, о равноправном участии двух германских государств в усилиях, направленных на развитие и укрепление отношений межевропейского сотрудничества, а также - предложения о созыве общеевропейского совещания для обсуждения вопросов обеспечения безопасности в Европе.
Таким образом, в обстановке явного кризиса агрессивной линии "атлантизма" и начала поисков - пусть сперва и довольно робких - правительствами Западной Европы путей нормализации положения на континенте социалистические государства выдвинули реалистическую и четкую альтернативу продолжению и углублению военного раскола Европы, состоявшую в объединении усилий всех стран континента во имя устранения угрозы войны, консолидации устоев мира и безопасности.
Все более или менее дальновидные, здравомыслящие деятели в среде западноевропейской буржуазии, а также и в США обратили внимание на эти предложения, хотя на первых порах большинство правительств на Западе, в значительной мере под нажимом Вашингтона, воздержалось от положительного отклика на них. В США Бухарестская декларация была встречена весьма сдержанно. Однако такая влиятельная американская буржуазная газета, как "The Christian Science Monitor", в редакционной статье от 13 июля оценивала ее как "весьма примечательное событие". "Не вызывает сомнений, - писала газета, - что Восточная и Западная Европа движутся навстречу друг другу. Напряженность смягчается, и страхи рассеиваются. Выявляется все больше общих интересов".
В начале сентября в коммюнике об итогах переговоров между министрами иностранных дел Польши и Бельгии уже говорилось о желательности созыва общеевропейского совещания. В ноябре 1966 г. на сессии Организации экономического сотрудничества и развития в Париже был проявлен большой интерес к перспективам расширения экономических отношений между Западом и Востоком Европы. Было отмечено появление новых форм сотрудничества в этой области: прямой промышленной кооперации и научно- технических связей. В 1965 - 1966 гг. между странами Западной и Восточной Европы было заключено 13 двусторонних межправительственных соглашений о таком сотрудничестве. На закончившейся в середине декабря сессии ассамблеи Западноевропейского союза впервые в истории этого органа обсуждался вопрос об отношениях с социалистическими странами. Была принята резолюция, в общей форме приветствующая развитие таких отношений23 .
За подобными формулировками скрывались столкновения двух линий, все более выявлявших себя по мере того как проблема отношений между Западом и Востоком выдвигалась на передний план.
Какими должны быть методы и пути продолжения диалога с социалистическими странами? Этот вопрос стоял в центре дискуссий на проходившей в Париже в середине июня 1966 г. ассамблее Западноевропейского союза. Французский парламентарий П. де Бургуэн подверг острой критике доклад, сделанный бывшим английским министром Д. Сэндисом, выразившим недовольство тем, что он назвал "односторонними инициативами" Франции в отношении Советского Союза. Сэндис призвал страны Западной Европы к "согласованности в действиях" в этой области24 . Лондон, как это часто бывало и раньше, выражал взгляды своего
23 "Le Monde", 15, 25.XII.1966; "Le Peuple", 9.IX.1966; "Journal de Geneve", 22.III.1967.
24 "Keesing's...". Vol. XVI, p. 22130.
стр. 85
старшего американского партнера. За океаном с усиливающимся беспокойством следили за шагами Франции, опасаясь, что ее примеру в плане развития связей и контактов с социалистическими странами, последуют другие страны Западной Европы.
Тактика Вашингтона состояла в том, чтобы добиться от своих партнеров по НАТО обязательств не выступать с самостоятельными инициативами в этой области, а действовать только в рамках согласованной линии НАТО. Президент Джонсон, выступая 7 октября 1966 г. в Нью-Йорке, сформулировал эту тактику следующим образом: "Атлантический союз должен стать форумом для проведения все более тесных консультаций. В них должен рассматриваться весь круг совместных проблем - от отношений между Востоком и Западом до урегулирования кризисов". Французское правительство не замедлило возразить против попыток ограничить суверенные права западноевропейских стран. В прессе появились сообщения о демарше Франции в Совете НАТО. Она заявила, что не намерена согласовывать с союзниками свою политику по отношению к Советскому Союзу и государствам Восточной Европы25 .
В итоговом коммюнике Совета НАТО после его сессии в Париже в середине декабря 1966 г. по этому вопросу ничего не говорилось. Американцам не удалось навязать партнерам по блоку свою точку зрения. В целом коммюнике свидетельствовало о дальнейшем расхождении между сторонниками тезиса о военных приготовлениях и теми, кто придерживался тезиса о желательности разрядки напряженности. Руководители НАТО не отказывались от своей негативной позиции, делали, как и раньше, упор на военные приготовления. Коммюнике отличалось более пространными, чем ранее, формулировками о желательности поисков "пути развития более тесного сотрудничества с Советским Союзом и с государствами Восточной Европы". В особом заявлении выражалась поддержка намерения правительства ФРГ "развивать контакты между обеими частями Германии", хотя годом раньше, в итоговом коммюнике сессии Совета НАТО в декабре 1965 г., утверждалось, что правительство ФРГ - "единственное правительство, свободно и законно созданное в Германии"26 , то есть фактически одобрялась авантюристическая и угрожающая миру в Европе "доктрина Хальштейна" - этот продукт аденауэровской эры. Однако санкционированные НАТО заявления правительства Эрхарда о желательности контактов с ГДР скрывали за собой все те же авантюристические расчеты реваншистски настроенных деятелей Бонна, надеявшихся оказать такой нажим на ГДР, который позволил бы тем или иным способом добиться размывания устоев социализма в ГДР.
Все это свидетельствовало о том, что приверженцы атлантизма перед лицом свежих веяний в европейской атмосфере лихорадочно маневрировали, пытаясь сохранить в неприкосновенности нагромождения периода "холодной войны". Но эти маневры предпринимались не от хорошей жизни. Американский журнал "Foreign Affairs" в номере за второй квартал 1967 г. так оценивал перемены, которые принес с собой для Европы 1966 год: "Это был активный для советской дипломатии в Европе год: де Голль ездил в Москву, Косыгин - в Париж, Вильсон - в Москву (дважды), Косыгин - в Лондон; Громыко, а затем Подгорный - в Рим; Демичев, а затем Подгорный - в Вену, беседуя по вопросам торговли, обмена в области культуры и сотрудничества в области техники"27 .
Расколов Европу, творцы Атлантического блока провели опасные рвы не только между государствами, расположенными на Западе и Во-
25 "Facts on File". Vol. XXVII, p. 411; "Frankfurter Rundschau", 26.XI.1966.
26 "Keesing's...". Vol. XVI, pp. 22127 - 28, 21601.
27 "Foreign Affairs", 1967. Vol. 45, N 3.
стр. 86
стоке этого континента, но и среди самой западноевропейской общественности. В Западной Европе насчитывается более 90 млн. рабочих и служащих, из них в промышленности занято свыше 50 млн. человек28 . Это большая политическая сила, но вследствие главным образом антикоммунистической позиции лидеров социал- демократии рабочее движение в Западной Европе не было единым в вопросах обеспечения мира и безопасности на континенте. Участвуя в правительствах ряда стран или даже возглавляя их, представители социал-демократии могли бы оказывать существенное влияние на политический климат в Европе, содействуя разрядке напряженности, сближению государств. Однако в течение почти двух десятилетий, прошедших после окончания второй мировой войны, в рядах руководства социал- демократии Западной Европы в этом вопросе царил негативный дух.
На X конгрессе Социалистического интернационала, состоявшемся в начале 1965 г. в Стокгольме, еще заметнее, чем прежде, выявилось размежевание между сторонниками и противниками реалистического подхода к проблемам войны и мира, в том числе - ив Европе. Американская агрессия во Вьетнаме, ширящиеся масштабы вторжения капитала США в Западную Европу, "кризис перспектив", испытываемый верхушкой социал- демократических партий из-за ее воинствующего антикоммунизма в условиях неуклонного роста сил прогресса, - все это способствовало распространению новых веяний и в среде социал-демократии. На конгрессе проблема взаимоотношений двух мировых систем заняла заметное место. Многие ораторы высказывались за развитие контактов между Востоком и Западом. Различия обозначились в оценке целей таких контактов. Наряду с здравомыслящими голосами было немало таких, которые свидетельствовали о расчетах на использование подобных контактов для расшатывания социалистических завоеваний в Восточной Европе29 .
По мере того как главный пропагандистский конек НАТО - тезис о "советской угрозе" терял силу, те круги на Западе, которые не способны были преодолеть окостенелые догмы атлантизма, изыскивали новые, не столь прямые, менее топорные, но одновременно и более коварные, изощренные приемы воздействия на европейскую общественность. Претендовавший на роль оракула французский буржуазный издатель и публицист Жан- Жак Серван-Шрейбер откликнулся 27 июня 1966 г. на визит генерала де Голля в СССР раздраженной статьей в журнале "L'Express". В ней он пытался обосновать тщетность усилий, направленных на освобождение Франции от американской зависимости. "Можно подписью в Елисейском дворце, - писал автор, - закрыть военные базы (США. - В. М.). Но как заменить фирму "Либби" в Лангедоке, избежать вторжения "Дженерал электрик" в "Бюль", устранить "Крайслер" из "СИМКИ" или "Дженерал моторе" из "Опель"... Как заставить самолеты "Мираж" летать без "Боинг КС-135", как удалить 6-й флот из Средиземного моря?.. Американская империя присутствует повсюду". Осенью 1967 г. во Франции вышла нашумевшая книга того же автора - "Вызов Америки", содержавшая на первый взгляд менее пессимистические выводы. По мнению Серван- Шрейбера, для Западной Европы еще не все было потеряно! Для противодействия американской экспансии она должна идти по пути политического объединения, а ее монополии должны по примеру американских также образовывать все более крупные экономические единицы. Взгляды Серван-Шрейбера и ему подобных встретили положительный отклик за океаном. Там активно поддерживали тезис о необходимости "объединения Западной Европы", имея в виду, что оно будет сочетаться со стратегией НАТО, направленной на всемерное противопо-
28 "Мировая экономика и международные отношения", 1967 N 6, стр. 19.
29 "Правда", 10.VI.1966.
стр. 87
ставление Запада социалистическим странам вплоть до ядерных ракет, нацеленных на СССР и другие страны социализма.
Таким образом, призыв к "объединению Западной Европы", получивший со второй половины 60-х годов более громкое звучание, был по своему характеру довольно противоречивым. В него вкладывалось различное содержание. Но для многих людей в Западной Европе этот девиз представлялся альтернативой безысходному атлантизму. Словом, под влиянием объективно происходивших сдвигов в общей европейской ситуации на континенте в общественном мнении намечались серьезные изменения. Дебаты о путях дальнейшего развития Европы становились все более оживленными.
Для того, чтобы придать движению за прочный мир на континенте широкий размах, вовлечь в него профсоюзы, политические группировки, религиозные организации, интеллигенцию, требовались новые инициативы. Спустя восемь месяцев после встречи руководителей социалистических стран в Бухаресте - в апреле 1967 г. в Карловых Варах собралась Конференция европейских коммунистических и рабочих партий по вопросам безопасности в Европе. Она обсудила положение на континенте, представители партий обменялись опытом и выработали Заявление "За мир и безопасность в Европе", в котором были указаны пути и методы борьбы сил мира и прогресса за европейскую безопасность.
Глава делегации КПСС Л. И. Брежнев выступил на конференции с глубоким анализом сложившегося в Европе положения. В речи Генерального секретаря ЦК КПСС было указано на то, что в послевоенный период позиции капитализма в Европе оказались в значительной степени ослабленными. Вместе с тем Западная Европа восстановила свой экономический потенциал, и некоторые капиталистические страны стремятся проводить более самостоятельную политику. Все громче звучат голоса о превращении капиталистической Европы в силу, независимую от США. "Для нас, коммунистов, - сказал Л. И. Брежнев, - совершенно очевидно, что подобные планы призваны укрепить европейский капитализм и его международные позиции. Но очевидно и другое. Эти планы одновременно расшатывают единый фронт мирового капитала, что открывает новые возможности для европейского и мирового рабочего движения, для развертывания борьбы за мир и безопасность в Европе и во всем мире"30 . Л. И. Брежнев отметил, что рост тенденций к разрядке - это во многом результат улучшения двусторонних отношений между государствами Востока и Запада Европы. Глава делегации КПСС заявил о готовности СССР приступить к обмену мнениями о двусторонних договорах и соглашениях с правительствами тех европейских стран, которые со своей стороны хотят развивать отношения с СССР. Отмечалось также, что Советский Союз готов к улучшению отношений с ФРГ, если ее правительство проявит трезвость в подходе к сложившейся обстановке в Европе, не будет посягать на интересы других стран и народов. Советский Союз готов договариваться о сотрудничестве со всеми заинтересованными европейскими странами в области экономики, науки, техники, культуры как на двусторонней, так и на общеевропейской основе, в том числе -и по линии реализации совместных хозяйственных проектов на континенте.
Значительное внимание конференция уделила задаче объединения усилий всех политических, общественных и других сил в Европе во имя лучшего будущего континента. В Заявлении конференции "За мир и безопасность в Европе" говорилось о готовности ее участников "поддержать любые инициативы и предложения, ставящие своей целью разрядку
30 "Конференция европейских коммунистических и рабочих партий по вопросам безопасности в Европе. Карловы В ары. 24 - 26 апреля 1967 г.". М. 1967, стр. 27.
стр. 88
и укрепление безопасности народов на нашем континенте"31 . Представители коммунистических и рабочих партий Европы заявили, что они не считают себя монополистами в разработке программы действий миролюбивых сил, а намерены внимательно прислушаться ко всем, кто желает вести с ними разговор о судьбах Европы без войн и конфликтов. В Заявлении перечислялись конкретные цели, которые коммунисты считают важными для обеспечения мирного будущего Европы. Этот призыв был обращен к широким кругам общественности, социалистическим и социал- демократическим партиям, профсоюзам, деятелям культуры, христианским силам, молодому поколению, женщинам, буржуазным деятелям, придерживающимся реалистических взглядов - всем, кто не хочет войны и кто дорожит миром. Таким образом, на встрече в Бухаресте в июне 1966 г. и на конференции в Карловых Варах в апреле 1967 г: социалистические страны, коммунистические и рабочие партии выдвинули перед правительствами, политическими партиями, общественностью Западной Европы программу, определяющую цели, пути и средства движения за европейскую безопасность.
Дальнейшая борьба за европейскую безопасность развертывалась по двум взаимосвязанным направлениям - по линии официальной, государственной и общественно-политической. Лидеры социал-демократии, буржуазных партий, относившиеся к проблеме коллективной безопасности как к чисто теоретической, а также правительства стран - участниц НАТО и ведущие деятели этого блока уже не могли не считаться с настроениями общественности своих стран. Примечательным их выражением была статья в газете "La populaire de Paris" - центральном органе социалистической партии Франции - от 24 февраля 1968 г., в которой говорилось: "Строительство Европы не должно больше быть инструментом борьбы против кого бы то ни было. От старой идеи европейского ансамбля, предназначенного для борьбы со странами Востока, следует отказаться".
Высказанная социалистическими странами идея созыва общеевропейского совещания приобретала растущую поддержку. Помимо уже ранее заявившей о желательности разрядки напряженности на континенте Франции, откликнулись малые и средние страны - Бельгия, Дания, Австрия, Финляндия, Норвегия. Переговоры Председателя Совета Министров СССР А. Н. Косыгина с премьером Г. Вильсоном в феврале 1967 г. выявили общее согласие относительно такого совещания. В мае того же года такой же результат дали беседы министра иностранных дел СССР А. А. Громыко в Италии32 . Представители христианских демократов в правительстве ФРГ занимали по этому вопросу негативную позицию, но вокруг них образовывался явный политический вакуум. В Западной Германии усиливалось брожение в связи с разочарованием, которое испытывала общественность по поводу того, что преемники Аденауэра не сделали выводов из провалов его политики. Особенное впечатление на боннских деятелей производило активное развитие советско-французских отношений. В конце апреля 1967 г. с первым после 1944 г. официальным визитом в Москву прибыл начальник генерального штаба Франции генерал Ш. Айере. Во время сентябрьского визита в Польшу президент де Голль высказался за признание существующих европейских границ, что вызвало еще большее недовольство в Бонне. В ноябре в Париже открылся первый франко-советский коллоквиум по вопросам автоматизации в промышленности33 .
Внутри ФРГ все более резким становилось размежевание сил, противившихся любым сдвигам во внешней политике страны, и сил, созна-
31 Там же, стр. 277.
32 "Известия", N 38, 1967; "Правда", 17.V.1967.
33 "Keesing's...". Vol. XVI, p. 22339.
стр. 89
вавших необходимость, причем в интересах самой ФРГ, пересмотра этого курса. В статье, помещенной в американском журнале "Foreign Affairs" за второй квартал 1968 г., министр иностранных дел ФРГ Вилли Брандт писал по поводу внешнеполитических установок Бонна: "Наша политическая цель в одном фундаментальном вопросе изменилась. Раньше мы и наши союзники считали, что соглашение с Советским Союзом и преодоление политических конфликтов в Центральной Европе немыслимо, пока не будет решена проблема раздела Германии... Эта идея остается правильной в сущности своей, но не в той преувеличенной форме, которая выражается в требовании о том, чтобы воссоединение Германии получило приоритет". В статье подчеркивалось "кардинальное значение" для ФРГ отношений с Советским Союзом, ибо "один из самых важных фактов нынешней политической ситуации заключается в том, что Советский Союз стал современной мировой державой, то есть державой, чьи интересы и влияние распространяются на весь мир". В то же время реваншистско-милитаристские круги в ФРГ, в том числе и лидеры ХДС, затеяли с конца 1967 г. новую кампанию с целью срыва соглашения по вопросу о нераспространении ядерного оружия, намечавшегося в Комитете по разоружению в Женеве. Когда к весне 1968 г. такая договоренность была достигнута, Штраус и его единомышленники публично объявили о намерении развернуть в ФРГ кампанию против договора о нераспространении ядерного оружия и против присоединения к нему ФРГ.
Агрессивные круги НАТО активно противодействовали наметившейся разрядке напряженности. В течение 1967 - 1968 гг. разрабатывалась и была утверждена программа военных приготовлений НАТО, рассчитанная на 1968 - 1972 годы. Она предвосхищала продление действия этого пакта и на период после истечения его первоначального 20- летнего срока в 1969 году. В докладе о "будущих задачах НАТО" на первом месте фигурировал призыв наращивать вооружения, а что касается пожеланий о разрядке напряженности в Европе, то они были сформулированы в самой общей форме и не содержали никаких конкретных предложений. Утверждалось, что лишь через НАТО можно будет найти дорогу к будущему миру в Европе. Союзникам США предлагалось воздерживаться от самостоятельных инициатив в развитии отношений с социалистическими странами. Однако теперь американские представители уже не могли, как прежде, проводить свои установки, не встречая возражений со стороны ряда стран, чьи правительства выступали за более сдержанный курс НАТО, за то, чтобы учитывать миролюбивые инициативы социалистических стран. Тем не менее дискуссии НАТО завершались все же так, как этого хотели противники разрядки напряженности34 .
В июле 1968 г. достоянием гласности (разумеется, не по воле его авторов) стал "оперативный план", разработанный Пентагоном и ЦРУ в отношении социалистических стран, и в частности Чехословакии. В нем предусматривался "дифференцированный" подход к отдельным социалистическим странам, сочетание внешнеполитических и идеологических диверсий с попытками ослабить единство социалистического содружества, говорилось о вариантах "освобождения Восточной Германии и Чехословакии"35 . Теперь, с расстояния в несколько лет, еще нагляднее видно, какое значение для дела мира и безопасности в Европе имели действия социалистических стран, предпринятые в августе 1968 г. для защиты социалистических завоеваний в Чехословакии от правых, контрреволюционных элементов, сомкнувшихся с силами империалистической реакции. Решительный отпор контрреволюции в ЧССР показал, что планы, рассчитанные на подрыв позиций социализма, и несбыточны и опасны.
34 "Keesing's...". Vol. XVI, p. 22425.
35 "К событиям в Чехословакии". М. 1969, стр. 320.
стр. 90
Осенью 1968 г. реваншистско-милитаристские круги в ФРГ громче всех бесновались по поводу "событий в Чехословакии". Их планы "расшатывания пограничных столбов" потерпели неудачу. Но именно тогда, осенью 1968 г., в Западной Германии усилились и стали еще заметнее настроения в пользу отказа от аденауэровских установок. Правящие круги США при содействии Лондона пытались воспользоваться этими событиями для закручивания гаек в НАТО, форсирования военных приготовлений в рамках этого блока. Однако результаты, достигнутые американской дипломатией, оказались довольно скромными. Идея европейской безопасности пустила корни, которые уже невозможно было вырвать.
В 1969 - 1972 гг. позитивные тенденции в Европе, наметившиеся с середины 60-х годов, превратились в фактор, имеющий большое значение для этого континента. Твердость и решимость стран социализма в защите их жизненно важных интересов, продемонстрированные весной и летом 1968 г. в связи с осложнением внутренней обстановки в Чехословакии, не могли не приниматься во внимание теми кругами на Западе, которые рассчитывали использовать тенденции к разрядке напряженности для подрыва позиций социализма. Международное Совещание коммунистических и рабочих партий в июне 1969 г. в числе других важных вопросов уделило большое внимание задачам борьбы за прочный мир и безопасность в Европе. В документе Совещания было указано на необходимость "подходить к проблеме европейской безопасности в духе инициативы, стремясь к конкретным, практическим мероприятиям". Совещание выступило в пользу проведения Конгресса народов Европы, чтобы облегчить созыв общеевропейского совещания государств36 . Весь мир снова увидел, что международное коммунистическое и рабочее движение вдохновляется в своей деятельности и идеалами мира и братства между народами, идеалами гуманизма и социальной справедливости.
Единство борцов за лучшее будущее для нашей планеты и прежде всего единство и сплоченность братских стран социализма - вот что было и является главным залогом новых успехов в этой великой борьбе. И это имеет особенно большое значение для Европы. Опыт показывает, что для общего улучшения обстановки в Европе, благоприятствующего делу коллективной безопасности, существенно важны успешно развивающиеся двусторонние отношения между социалистическими и капиталистическими странами. Однако для того, чтобы открыть действительно новые горизонты перед Европой в целом, одних двусторонних связей и контактов мало.
Заслугой социалистической дипломатии является то, что благодаря ее усилиям, инициативе в вопросе о коллективной безопасности процесс расширения двусторонних отношений между странами, принадлежащими к противоположным военным группировкам, сопровождается все более активным обсуждением путей многостороннего участия всех государств, заинтересованных в коренном оздоровлении политического климата на континенте. Кроме того, именно вследствие уверенного развития тенденции к разрядке стало возможным приступить к решению некоторых из наиболее трудных и сложных проблем, вызывавших в Европе напряженность и грозивших серьезными осложнениями.
В 1969 г. государства - участники Варшавского Договора изложили свои соображения о вопросах, которые следовало бы, по их мнению, включить в повестку дня общеевропейского совещания. В заявлении министров иностранных дел этих государств, опубликованном после их совещания в Праге 30 - 31 октября 1969 г., были названы два пункта: 1) об обеспечении европейской безопасности и об отказе от применения силы или угрозы ее применения во взаимных отношениях между госу-
36 См. "Международное Совещание коммунистических и рабочих партий. Документы и материалы. Москва, 5 - 17 июня 1969 г.". М. 1969, стр. 320.
стр. 91
дарствами в Европе; 2) о расширении торговых, экономических и научно-технических связей на равноправных началах, направленных на развитие политического сотрудничества между европейскими государствами37 .
Несколько раньше, в марте того же года, в Будапештском обращении стран - членов организации Варшавского Договора ко всем европейским странам был - уже после событий в ЧССР весной - летом 1968 г. - принципиально подтвержден вывод о необходимости созыва указанного совещания. В начале мая того же года правительство Финляндии заявило о своей готовности выступить в качестве организатора такого совещания. В начале сентября на совещании министров иностранных дел Дании, Норвегии, Финляндии, Швеции, Исландии было объявлено о том, что правительства этих стран поддерживают предложение об общеевропейском совещании. В ноябре за это предложение высказался Ватикан38 .
К этому времени произошла дальнейшая перемена в расстановке и соотношении политических сил в ФРГ, имевшая, как показали последующие события, большое значение для всей европейской ситуации. На выборах в бундестаг, состоявшихся в ФРГ в конце сентября 1969 г., правившая в течение двух десятилетий партия христианских демократов и их баварский близнец - штраусовский социально-христианский союз не сумели добиться необходимого для формирования правительства большинства. К власти в ФРГ пришла коалиция социал-демократов и свободных демократов. Канцлером стал В. Брандт - лидер социал-демократов. 28 ноября правительство ФРГ поставило подпись под договором о нераспространении ядерного оружия. Так, в пользу сил разума закончилась острая борьба внутри ФРГ между сторонниками и противниками этого договора.
Руководители братских социалистических стран, встретившиеся 3 - 4 декабря 1969 г. в Москве, рассмотрели в числе других вопросов и эти перемены в ФРГ. Было отмечено, что если новое западногерманское правительство учтет уроки истории, избавится от балласта прошлого и, действуя в соответствии с духом времени, проявит реалистический подход к проблемам, создающим напряженность в отношениях между европейскими государствами, то это приветствовалось бы как социалистическими странами, так и всеми миролюбивыми народами39 . В начале 1970 г. состоялся обмен письмами между правительствами ФРГ и ГДР по вопросу о налаживании связей и контактов между этими суверенными германскими государствами. Затем произошли встречи между главами правительств ГДР и ФРГ - в Эрфурте и Касселе. Начались и все более активный характер приобретали переговоры между правительствами Советского Союза и ФРГ по вопросам, представляющим для них общий интерес. Договор между СССР и ФРГ, подписанный в Москве 12 августа 1970 г., успешно завершил эти переговоры. 7 декабря был подписан договор между Польшей и ФРГ.
Подписание договоров между ФРГ и СССР, ФРГ и Польшей, зафиксировавших в числе других важных для дела мира в Европе принципов нерушимость существующих на континенте границ, проложило дорогу к тому, чтобы уже в 1971 г. благополучно завершить длительные и нелегкие переговоры по вопросам, относящимся к Западному Берлину, а также дать возможность правительствам ГДР и ФРГ приступить к урегулированию ряда вопросов в отношениях между ними в соответствии с общепринятыми международно-правовыми нормами. Таким образом, некоторые проблемы, существенно важные для обеспечения мира и ста-
37 "Правда", 1.XI.1969.
38 "Rinascita", 14.XI.1969.
39 "Правда". 5.XII.1969.
стр. 92
бильности в Европе, которые предстояло рассмотреть на общеевропейском совещании, начали разрешаться еще до его созыва. Это, разумеется, не означало, что необходимость в таком совещании стала меньше, а лишь свидетельствовало о том, что шансы на его успех серьезно возросли и создались еще более благоприятные условия для его проведения.
Благодаря активной деятельности социалистических стран и поддержке всех заинтересованных правительств предложение о созыве общеевропейского совещания наполнялось все более конкретным содержанием. В меморандуме министров стран Варшавского Договора, принятом на их совещании в Будапеште 21 - 22 июня 1970 г., было уточнено предложение о составе участников такого совещания. Предлагалось, чтобы в нем участвовали все европейские государства, включая ГДР и ФРГ, на одинаковых основаниях между собой и на равных правах с другими европейскими государствами, а также США и Канада. Была положительно оценена инициатива правительства Финляндии о проведении совещания в Хельсинки. В меморандуме указывалось также, что создание прочной системы европейской безопасности сослужило бы пользу проведению ряда общеевропейских совещаний и созданию соответствующего органа по вопросам безопасности и сотрудничества в Европе с участием всех заинтересованных стран. В меморандуме говорилось и о том, что в интересах разрядки и безопасности в Европе желательно рассмотреть вопрос о сокращении иностранных вооруженных сил на территории европейских государств. Этот вопрос мог бы быть обсужден в органе, который был бы создан на общеевропейском совещании. Министры заявляли о возможности обсуждения на совещании вопроса об охране окружающей среды и, кроме того, проблемы развития культурных связей. В заключение в меморандуме выражалась надежда на то, что изложенные предложения встретят благоприятное отношение соответствующих правительств40 .
Значение подписания 12 августа 1970 г. договора между ФРГ и СССР выходило далеко за рамки советско-западногерманских отношений, хотя и в этой области оно было, разумеется, событием исторического значения. Вопреки пессимистическим голосам тех, кто и в ФРГ и в других странах Запада пытался отрицать возможность поворота к лучшему в отношениях между ФРГ и социалистическими странами, а также сеял настроения уныния и мрака относительно возможности сближения Запада и Востока Европы на почве общих усилий в защите и укреплении мира, жизнь засвидетельствовала с полной наглядностью наличие реальных предпосылок для таких положительных сдвигов в Европе. Пророки Мрака и уныния, однако, не сложили оружия. Они стали утверждать, что теперь, мол, непреодолимой преградой для разрядки напряженности является отсутствие нормальных отношений между ФРГ и ГДР и вина за такое положение будто бы лежит на ГДР.
Руководители социалистических государств - участников Варшавского Договора, собравшись в Берлине в начале декабря 1970 г. на совещание Политического консультативного комитета, рассмотрели актуальные вопросы политического положения в Европе. В "Заявлении об укреплении безопасности и развитии мирного сотрудничества в Европе" участники этой встречи снова высказались в пользу коллективной безопасности на континенте. Они подчеркнули, что "без участия ГДР невозможно построить здание прочного мира в этом районе". Было обращено внимание на активизацию агрессивных кругов НАТО, на провокационные действия реваншистских, милитаристских сил в ФРГ. В заявлении говорилось о решимости социалистических стран и впредь осуществлять согласованные совместные действия в интересах обеспечения на-
40 "Правда", 24.VI. 1970.
стр. 93
дежной безопасности в Европе и во всем мире41 . Эта новая инициатива имела важное значение для расчистки пути, ведущего к желанной цели - организации совместных усилий всех заинтересованных стран в деле укрепления мира и безопасности на континенте.
Обструкционистская позиция руководителей НАТО являлась главным препятствием на этом пути. Первая же поездка президента Р. Никсона в Западную Европу в начале 1969 г. показала стремление новой администрации избегать некоторых наиболее одиозных сторон прежней политики США, проводившейся Джонсоном. Никсон заверял, что США намерены отныне считаться с законными интересами стран Западной Европы, не навязывать им свои решения, действовать в духе "равноправного партнерства" и т. д. и т. п.42 . На всех этих заявлениях лежала печать взглядов ближайшего советника президента Никсона по внешнеполитическим вопросам Г. Киссинджера, который в исследовании "Проблемы, стоящие перед страной" (1969 г.) так обрисовал тактику США в отношениях с Западной Европой в связи с развивающимися тенденциями к разрядке напряженности: "Главные инициативы, направленные на улучшение взаимоотношений между Западной и Восточной Европой, должны зарождаться в самой Европе, а Соединенным Штатам надлежит оставаться во втором эшелоне. Однако подобный подход будет эффективен лишь в том случае, если возникнет подлинное согласие в понимании целей... Это потребует гораздо более тесных консультаций, чем ныне..."43 .
Соглашаясь с формальным предоставлением странам Западной Европы большей свободы в развитии связей с социалистическими странами, Г. Киссинджер обуславливал это еще более тесным согласованием тактики западных держав с курсом Соединенных Штатов, разумеется, в рамках НАТО. В дальнейшем во всех программных заявлениях, исходивших от американской стороны, - таких, например, как ежегодные доклады президента США о внешней политике США, - содержались ссылки на необходимость укрепления "сплоченности Запада" как обязательного условия для любых мер по ослаблению напряженности в Европе. Еще в апреле 1969 г. на сессии Совета НАТО представителям США удалось добиться включения в коммюнике такого положения: "Политическая солидарность союза составляет важный элемент в связи с приближением периода расширяющихся контактов Востока с Западом и возможных переговоров. Эта солидарность может наилучшим образом сохраняться при строгом соблюдении принципа полных консультаций в Совете как перед, так и в ходе любых переговоров, которые могли бы затронуть интересы союза или любого из его членов"44 .
Уже к осени 1969 г. стало ясно, что идею проведения общеевропейского совещания поддерживает большинство правительств на континенте. На состоявшейся в том же году брюссельской сессии Совета НАТО впервые в истории этого блока была принята декларация, посвященная теме переговоров Запада с социалистическими странами. Этот документ, состоявший из 15 пунктов, отражал разногласия, разделяющие страны- участницы НАТО в вопросе о том, какой линии им следует придерживаться. В нем было немало слов о заинтересованности Запада в разрядке напряженности, однако второй пункт декларации настораживал. Известная формулировка принципа мирного сосуществования государств с различным общественным строем в этом пункте переиначивалась: говорилось о "невмешательстве одного государства во внутренние дела другого независимо от их политических или социальных систем...". Однако если ставить вопрос о невмешательстве во внутренние дела других го-
41 "Правда", 4.XII.1970.
42 "The International Herald Tribune", 14.IV.1969; "The New York Times", 6.III.1969.
43 "Agenda for the Nation", p. 601.
44 "The International Herald Tribune", 14.IV.1969.
стр. 94
сударств реалистически, то следует ясно представлять, кто практикует или планирует вмешательство в дела других стран. Приведенный пункт декларации Совета НАТО имел целью отвлечь внимание общественности от того главного, что угрожало и продолжает угрожать интересам мира и безопасности, - от политики, приведшей к таким событиям, как затеянная Вашингтоном кровопролитная война во Вьетнаме и другие акции такого же рода. Интересы мира и безопасности диктуют необходимость мирного сосуществования государств независимо от их социального строя - вот постановка вопроса, отвечающая реальному положению дел в мире. Были лишены четкости и те разделы декларации, которые касались вопроса о созыве общеевропейского совещания. Оно обставлялось различными условиями45 .
Выступая в Брюсселе после окончания этой сессии Совета НАТО, государственный секретарь США Роджерс высказался против повестки дня общеевропейского совещания, предложенной социалистическими странами, как "неясной и неточной". Вместо этого для диалога между Западом и Востоком выдвигались такие предложения стран НАТО: "взаимное и сбалансированное сокращение вооруженных сил", "мирное урегулирование для Германии", "Берлин"46 . Однако последний вопрос входил в компетенцию четырех держав - участниц Потсдамской конференции. По той же причине не могло служить предметом рассмотрения на общеевропейском совещании и "германское урегулирование". Что касается "сокращения вооруженных сил", то Будапештский меморандум от июня 1970 г. отнюдь не исключал рассмотрение этой проблемы.
Позиция США повлияла на изменение курса правительства Англии по вопросу об общеевропейском совещании. В начале февраля 1970 г. Г. Вильсон высказался против предложенной странами Варшавского Договора повестки дня совещания. Однако все же не удалось застопорить движение в пользу совещания. В коммюнике Совещания министров иностранных дел государств - участников Варшавского Договора, состоявшегося в Бухаресте 18 - 19 февраля 1971 г., отмечалось, что в ходе двусторонних контактов созданы условия для того, чтобы перейти к подготовительной работе по созыву общеевропейского совещания уже на многосторонней основе47 .
Что следует предпринять для дальнейшего улучшения европейской обстановки? Этот вопрос был поставлен как весьма важный для дальнейшей борьбы за мир в Отчетном докладе ЦК КПСС XXIV съезду партии. В докладе перечислены в этой связи такие меры: созыв общеевропейского совещания, вступление в силу договоров, подписанных ФРГ с Советским Союзом и Польшей, урегулирование проблем, связанных с Западным Берлином, установление равноправных отношений между ГДР и ФРГ, основанных на общепринятых нормах международного права, а также принятие обоих этих государств в ООН, удовлетворение справедливого требования Чехословакии о признании мюнхенского соглашения недействительным с самого начала48 . Таковы меры и шаги, решение которых уже в ближайшее время имело бы для Европы существенное значение с точки зрения улучшения обстановки. Что же касается задач, рассчитанных на более длительный период, то они были изложены в пункте втором Программы мира, выдвинутой XXIV съездом КПСС: "Исходить из окончательного признания территориальных изменений, происшедших в Европе в результате второй мировой войны, осуществить коренной поворот к разрядке и миру на этом континенте, обеспечить созыв и успех общеевропейского совещания. Сделать все для обеспечения
45 "The New York Times", 7.XII.1969.
46 Ibid.
47 "Правда", 20.II.1971.
48 См. "Материалы XXIV съезда КПСС". М. 1971, стр. 25 - 26.
стр. 95
коллективной безопасности в Европе. Мы подтверждаем совместно выраженную странами - участницами оборонительного Варшавского Договора готовность к одновременному аннулированию этого договора и Североатлантического союза или - в качестве первого шага - к ликвидации их военных организаций"49 .
За сравнительно короткий срок, прошедший после XXIV съезда КПСС, была проделана большая работа по претворению в жизнь выдвинутой партией внешнеполитической программы. Пленум ЦК КПСС в Постановлении, принятом 23 ноября 1971 г., высоко оценил "деятельность Политбюро ЦК, направленную на решение одной из центральных проблем современных международных отношений - обеспечение разрядки напряженности в Европе, дальнейшее практическое применение принципов мирного сосуществования и взаимовыгодного сотрудничества европейских государств". Пленум подчеркнул, что в редтние этой задачи весомый вклад вносит дальнейшее развитие советско-французских отношений, которые поднялись во всех областях, и прежде всего в политической, "на новый, более высокий уровень"50 . Советско-французское сотрудничество является хорошим ориентиром для аналогичных усилий на поприще мира и безопасности в общеевропейском масштабе. Это с новой силой и убедительностью выявилось в ходе визита Л. И. Брежнева во Францию в октябре 1971 года. В подписанном Л. И. Брежневым и Ж. Помпиду документе о принципах сотрудничества между СССР и Францией говорится, что политика согласия и сотрудничества между двумя странами призвана стать "постоянным фактором международной жизни". В принятой в итоге визита во Францию Генерального секретаря ЦК КПСС советско-французской декларации указывается, что созыв общеевропейского совещания должен содействовать "такому постепенному преобразованию отношений между европейскими государствами, которое позволит преодолеть разделение континента на военно-политические группировки"51 .
В ходе встречи Л. И. Брежнева с В. Брандтом в Крыму в сентябре 1971 г. было условлено, что СССР и ФРГ будут последовательно развивать сотрудничество в разных областях. Стали проводиться регулярные политические консультации, весной 1972 г. завершены переговоры о заключении долгосрочного соглашения между СССР и ФРГ о торговле и экономическом сотрудничестве.
Европа продолжает движение к созданию системы коллективной безопасности. На сессии Совета Социалистического интернационала в Хельсинки в конце мая 1971 г. была принята резолюция, в которой содержался призыв к правительствам и народам стран Европы и Северной Америки "добиваться проведения совещания по вопросам европейской безопасности в возможно скорейшие сроки". 7 октября исполком лейбористской партии в Англии (которая к тому времени уже не стояла у власти в стране) выступил с заявлением об "отношениях между Востоком и Западом и европейской безопасности", выдержанным в позитивных тонах 52 . В ряде европейских стран, в том числе и в Советском Союзе, в течение 1970 - 1971 гг. были созданы комитеты за европейскую безопасность. Составной частью широкого движения общественности за создание в Европе атмосферы доверия, взаимопонимания и сотрудничества в духе демократии и уважения основных прав человека была инициатива о проведении в июне 1972 г. в Брюсселе Ассамблеи представителей европейской общественности за безопасность и сотрудничество. Она широко и на равноправной основе была открыта для всех политических
49 Там же, стр. 29 - 30.
50 "Правда", 24.XI.1971.
51 "Известия", 13.Х.1971.
52 "The Times", 8.X.1970.
стр. 96
и общественных сил, которые выступают за разрядку и сотрудничество в Европе.
Предстоит решить задачи поистине исторической важности. Развитие событий подвело Европу к важному рубежу. Руководители социалистических стран-участниц Варшавского Договора на совещании Политического консультативного комитета в Праге 25 - 26 января 1972 г. в Декларации о мире, безопасности и сотрудничестве в Европе отразили происшедшие за последние годы позитивные перемены в Европе и изложили основные принципы европейской безопасности и мирных отношений государств этого континента: нерушимость границ, неприменение силы, мирное сосуществование, основы добрососедских отношений и сотрудничества в интересах мира, взаимовыгодные связи между государствами, разоружение, поддержка ООН. В Декларации отмечается, что "к настоящему времени в Европе сложилась такая расстановка сил, когда можно преодолеть противодействие противников разрядки, если вести дело к упрочению мира сплоченно и последовательно"53 . Этот документ исполнен веры в будущее и оптимизма, основанных на тщательно взвешенном, реалистическом анализе развития событий в Европе.
Состоявшийся 19 мая в Москве Пленум ЦК КПСС, заслушав и обсудив доклад Генерального секретаря ЦК КПСС тов. Л. И. Брежнева "О международном положении", всецело одобрил практическую деятельность Политбюро ЦК и поручил Политбюро ЦК "и впредь неуклонно проводить в жизнь Программу мира, выработанную XXIV съездом, и в соответствии с конкретной ситуацией использовать различные формы и методы для ее реализации, органически увязывать решение текущих непосредственных задач настоящего времени с долговременной перспективой и целями борьбы за мир, свободу и безопасность народов, общественный прогресс и социализм"54 .
В центре политической активности в Европе весной 1972 г. в связи с проблемой мира и безопасности на континенте стояла борьба, развернувшаяся в Западной Германии вокруг ратификации договоров, заключенных ФРГ с Советским Союзом и Польшей. Ее главной ареной стал западногерманский парламент, где реваншистско-милитаристские круги в среде оппозиции пытались сорвать ратификацию этих договоров. Это были тщетные усилия. 17 мая бундестаг, а 19 мая бундесрат одобрили эти важные документы, открывающие новые горизонты как перед ФРГ, так и перед всей Европой - горизонты широкого и равноправного сотрудничества государств по превращению континента в зону прочного мира и надежной безопасности.
На очереди дня как задача самого ближайшего будущего стоит проведение общеевропейского совещания по вопросам безопасности и сотрудничества.
Советский Союз и другие социалистические страны могут с законным чувством удовлетворения констатировать, что их усилия в борьбе за прочную разрядку напряженности в Европе так же, как и за оздоровление общего международного климата, приводят к ощутимым сдвигам, результатам.
На фоне положительных сдвигов, происшедших в отношениях Советского Союза со многими капиталистическими странами на почве практического признания и развития принципов мирного сосуществования стран с различным общественным строем, деловые контакты между СССР и США не получили за последние годы заметного развития, хотя ни одно более или менее значительное международное соглашение в целях разрядки напряженности в мире не могло бы стать реальностью без
53 "Правда", 27.I.1972.
54 "Правда", 20.V.1972.
стр. 97
согласованного подхода со стороны СССР и США в силу их соответствующего удельного веса на международной арене.
Переговоры в Москве советских руководителей с президентом США Р. Никсоном 22 - 29 мая привели к достижению договоренности по широкому кругу вопросов, относящихся как к двусторонним отношениям, так и к некоторым важным международным проблемам, включая проблему безопасности и сотрудничества в Европе. В совместном советско- американском коммюнике стороны отметили благоприятное развитие событий в направлении смягчения напряженности в Европе. В коммюнике говорится о намерении двух стран приложить новые усилия для обеспечения мирного будущего Европы, свободной от напряженности, кризисов и конфликтов, и созыва без неоправданной задержки общеевропейского совещания. Было упомянуто о желательности соглашения о взаимном сокращении вооруженных сил и вооружений, в первую очередь в Центральной Европе. Договоренность между СССР и США по вопросам ограничения стратегических вооружений, имеющая жизненно важное значение и для Европы, поскольку она способствует ослаблению угрозы ядерной войны и открывает перспективы продвижения вперед к всеобщему разоружению, вызвала особенно много откликов в различных странах.
31 мая Президиум Верховного Совета СССР ратифицировал договор между СССР и ФРГ. 3 июня после обмена ратификационными грамотами Договоры ФРГ с Советским Союзом и Польшей вступили в действие. В тот же день в Западном Берлине был подписан заключительный протокол четырехстороннего соглашения по Западному Берлину, также вступившего в действие. Итак, под длительным периодом напряженности, трений в Европе из-за нежелания предыдущих кабинетов в Бонне признать итоги второй мировой войны, из-за кризисов, возникших вокруг Западного Берлина, была проведена историческая черта. Это одновременно и финал большого, сложного пути и отправная точка для развертывания новых усилий в общеевропейском масштабе по дальнейшему развитию всего того конструктивного, позитивного, что было достигнуто в области укрепления устоев мира и безопасности на Европейском континенте. Показательно, что на сессии Совета НАТО в Бонне в начале июня было решено от имени правительств - участников НАТО принять приглашение правительства Финляндии провести в Хельсинки многосторонние переговоры для подготовки общеевропейского совещания. Совет НАТО высказался также за желательность обмена мнениями о взаимном сокращении вооруженных сил и вооружений в Европе.
Впереди - новые большие дела. "В повестке дня европейской мировой политики, - отметил Генеральный секретарь ЦК КПСС Л. И. Брежнев, - остается еще немало важных неотложных проблем"55 . Действуя сплоченно, Советский Союз и другие социалистические государства не ослабляют усилий с целью уменьшить и устранить имеющиеся опасности и трудности и использовать все возможности для еще более успешной наступательной борьбы за коренные интересы народов, неотделимые от защиты и укрепления основ мира. Эта борьба приносит все более существенные результаты, и каждый новый успех на этом благородном поприще, в свою очередь, облегчает дальнейшие усилия в том же направлении.
55 "Правда", 6.VI.1972.
Новые публикации: |
Популярные у читателей: |
Новинки из других стран: |
![]() |
Контакты редакции |
О проекте · Новости · Реклама |
Цифровая библиотека Украины © Все права защищены
2009-2026, ELIBRARY.COM.UA - составная часть международной библиотечной сети Либмонстр (открыть карту) Сохраняя наследие Украины |
Россия
Беларусь
Украина
Казахстан
Молдова
Таджикистан
Эстония
Россия-2
Беларусь-2
США-Великобритания
Швеция
Сербия