М. Изд-во "Мысль". 1968. 438 стр. Тираж 5000. Цена 1 руб. 65 коп.
На протяжении многих лет гражданская война в СССР изучалась главным образом в военно-историческом аспекте. Политическая жизнь всего российского общества в целом, участие партий и социальных слоев в борьбе лозунгов и идей привлекали меньшее внимание исследователей. Перелом наметился только в последние годы, когда историки обратили свое внимание на деятельность мелкобуржуазных партий в годы гражданской войны1 . Рецензируемая книга Л. М. Спирина закономерно продолжает эту тенденцию. От вышедших ранее книг ее отличает широта охвата темы: исследуются все основные политические партии, - автор стремится увязать партийную борьбу с классовым содержанием общественных процессов. Впервые в советской историографии предпринята попытка дать общий очерк политической борьбы в один из самых острых периодов русской истории. Потребность в подобной книге, хотя бы даже в форме краткого справочника, ощущалась очень давно. И если политическая жизнь в лагере революции, руководимом Коммунистической партией, в нашей литературе была освещена довольно удовлетворительно, то о лагере контрреволюции советские историки рассказывали все еще скупо. Между тем за границей существует огромная белоэмигрантская литература, которая продолжает пополняться и в наши дни2 . Эта литература используется буржуазными фальсификаторами в целях искажения истории гражданской войны в России. Советские же историки еще мало противопоставляли писаниям западных авторов свои исследования и публикации. И в этом отношении книга Л. М. Спирина отвечает актуальным задачам советской исторической науки.
Большой фактический материал, собранный автором, неоспоримо подтверждает важный вывод: "В эпоху империализма, в периоды острейшей классовой борьбы не может быть никакого государства или правительства "чистой демократии". Законы классовой борьбы неумолимо подводили к такому решению: либо диктатура пролетариата, либо диктатура буржуазии, середины не было" (стр. 271). Эсеровские и меньшевистские концепции "третьей силы", будучи осуществлены на практике, очень быстро приводили к переходу власти в руки либо белых, либо красных. Очень показательным было и то, что членов эсеровских комитетов и депутатов Учредительного собрания постепенно сменили в белых правительствах такие люди, как А. В. Кривошёин и П. Б. Струве.
В книге привлечен широкий круг источников. Автор привлек материалы мелкобуржуазных партий, хранящиеся в ЦПАИМЛ и ЦГАОР СССР, которые до сих пор недостаточно использовались или совсем не использовались в нашей исторической литературе. Это позволило обстоятельно осветить эволюцию указанных партий, их течений и групп, их сложные политические и идеологические повороты. Назовем в этой связи проведенный автором анализ деятельности III съезда партии левых эсеров. На основании приведенных Л. М. Спириным материалов становится несомненным, что мятеж 6 - 7 июля 1918 г. готовился левоэсеровскими вождями планомерно. Помимо фондов центральных архивов, автор широко привлекает и материалы некоторых местных архивов. В целом они использованы удачно: примеры по отдельным уездам и даже волостям не носят иллюстративного характера, как это часто бывает, а конкретизируют жизненным материалом неизбежный схематизм крупномасштабных обобще-
1 См. П. И. Соболева. Октябрьская революция и крах соглашателей. М. 1968; Н. В. Рубан. Октябрьская революция и крах меньшевизма. М. 1968; К. В. Гусев и Х. А. Ерицян. От соглашательства к контрреволюции (Очерки истории политического банкротства и гибели партии социалистов-революционеров). М. 1968.
2 Вот только несколько изданий последних лет: "Марковцы в боях и походах за Россию". Кн. 1. Париж. 1962, кн. 2. Париж. 1964; Л. Масяков. Гибель Уральского войска. Нью-Йорк. 1963. В. Н. Звягинцев. Кавалергарды в великую и гражданскую войну. 1914 - 1920. Париж. 1966; А. А. Федорович. Генерал В. О. Каппель. Мельбурн. 1967; Н. М. Мельников. А. М. Каледин - герой луцкого прорыва и донской атаман. Париж. 1968.
ний. Архивные материалы локального характера приведены в основном по районам Поволжья и Урала. Автор давно изучает гражданскую войну в этих местах3 , хорошо знает источники. Но, к сожалению, в связи с тем, что столь же подробно не освещены другие районы гражданской войны, поволжско-уральский материал часто приобретает несвойственный ему масштаб на общем фоне всей картины гражданской войны. Сошлемся на один пример. В монографии подробно и глубоко показаны обстоятельства белоказачьего мятежа в Оренбуржье в 1918 году. Верно отмечено, что местные советские руководители не сумели использовать классовое расслоение среди казачества и своей прямолинейной (а порой и ошибочной) политикой по отношению к казакам-середнякам подтолкнули их в лагерь атамана А. И. Дутова. По нашему мнению, аналогичное положение было типично для многих казачьих районов страны. Рецензируемая же книга не дает материалов для обобщающего вывода, так как анализ социального размежевания и классовой борьбы на Дону и Кубани - в этих главнейших резервуарах белогвардейских армий юга России - выполнен бегло, на общеизвестных примерах.
В строго документированной монографии Л. М. Спирина имеются, к сожалению, некоторые небрежности в источниковедческом оформлении. Так, автор приводит данные о гибели за июль - сентябрь 1918 г. 15 тыс. "сторонников Советской власти" в 22 губерниях, указывая, что это "по неполным данным". Но ссылки на источник нет, методика подсчета тоже не сообщается (стр. 185). Имеются и неточности: известно, что А. И. Деникин стал во главе Добровольческой армии не просто "веской 1918 г.", а 13 апреля. Автор цитирует английское издание воспоминаний Р. Локкарта, не указывая, что есть и русский перевод4 . В некоторых случаях Л. М. Спирин ограничился известными материалами, не привлекая новых. В итоге некоторые важные темы решены описательно. Таков, например, раздел о левоэсеровском мятеже, об убийстве Мирбаха.
Интересны суждения автора о классовой структуре России и ее изменениях в ходе гражданской войны. Вместе с тем именно здесь, пожалуй, больше всего проявляется некоторый схематизм. Стремление во что бы то ни стало привязать каждую партию к определенному классу или социальной группе иногда приводит к курьезам. Наиболее заметно это в оглавлении второй части книги, когда получается, что в рубрике "Классы (!) революции и их партия" остается фактически один "рабочий класс", а вся остальная Россия занесена в рубрику "Классы и партии контрреволюции" (стр. 437). Вопрос об участии классов в гражданской войне, вероятно, гораздо сложнее, чем принадлежность к той или другой политической партии. Поведение каждого отдельного человека, которые в совокупности и составляли народ, также было сложнее и определялось не одной классовой принадлежностью и социальным происхождением. Автор порой слишком много внимания уделяет общим местам и понятиям, что ведет иногда к упрощенно социологическому подходу при анализе рассматриваемых явлений. Подобный подход проявляется, например, в том, что при расстановке сил во враждебных армиях автор руководствуется непосредственно имущественным положением сражавшихся. На самом деле все было сложнее. Главари южнорусской контрреволюции по своему происхождению были в большинстве выходцами из того слоя, который в XIX в. назывался "разночинцами". Крупным помещиком среди них был только П. П. Скоропадский. Еще более важным является то обстоятельство, что основная масса бойцов и белых и красных армий состояла из молодых крестьян. Упрощенная социологизация приводит иногда к такому утверждению (поданному к тому же в категорической форме), будто крупная буржуазия из Москвы и Петрограда бежала на юг, а мелкая и средняя - в Поволжье (стр. 133). Источники автор здесь не приводит, но в той мере, в какой они знакомы нам, можно сказать, что бегство буржуазных элементов из центра "а окраины определялось множеством факторов, среди которых был и такой, весьма случайный - на какой поезд удалось попасть.
Недостатком книги является отсутствие характеристики деятельности и влияния правых политических партий. Следует отметить, что правые в 1917 г. совершенно обойдены вниманием наших историков. Л. М. Спирин посвятил им одно примечание на стр. 44. О росте правых в годы гражданской войны, об оживлении монархических воззрений среди некоторых обще-
3 Л. М. Спирин. Разгром армии Колчака. М. 1957.
4 Р. Локкарт. Буря над Россией. Рига. 1933.
ственных групп и слоев "почти не говорится. Слабо освещена деятельность кадетской партии, хотя автор усиленно подчеркивает, что именно кадеты были основной партией контрреволюции. После 1918 г. о кадетах не упоминается в книге: Мало места уделено эмиграции. Между тем как раз кадетская эмиграция началась очень рано.
В целом же монография Л. М. Спирина читается с большим интересом. В лучших своих разделах автор удачно избегает бесстрастного тона изложения, который, увы, широко распространен в исторической литературе. Одна из наиболее ярких частей книги - вторая, и та ее глава, в которой повествуется о "высшем накале классовой и партийной борьбы". Автор совершенно прав, выделяя в этой связи осень 1918 года. Еще были впереди Касторная, Каховка и Перекоп, были впереди упорные сражения и бои с белыми армиями, но пик, вершина ожесточения и классовой ненависти были пройдены именно осенью, во второй половине 1918 года. Л. М. Спирин описывает кулацкие восстания с их жестокой злобой, рассказывает о кровавых эсеровских мятежах, белом и красном терроре.
Несколько слов о научно-справочном аппарате книги. Во введении и подстрочных примечаниях автор вводит в научный оборот большое число новых фактов и литературы, указывает на забытые или малоизвестные исследования. В этом его большая заслуга. Двадцать страниц петита составляют приложения к книге. В основном это таблицы, и они будут использоваться специалистами не реже, чем сама книга. Речь идет прежде всего об итогах выборов во Всероссийское учредительное собрание. Автор дополнил известные данные по 67 губерниям сведениями еще по одиннадцати, которые были собраны при подготовке к изданию "Истории гражданской войны в СССР" в тридцатых годах. Интересна также сводка о численности организаций РКП (б) в 1917 - 1920 гг. по данным 50 губерний и областей и таблица о казаках и казачьих хозяйствах в России в 1917 году. Вместе с тем вызывает недоумение то обстоятельство, что в приложении помещен список членов ЦК кадетской партии в 1917 г. (стр. 415). Ведь персональный состав руководства партий эсеров, левых эсеров и меньшевиков указан в -подстрочных примечаниях (стр. 83, 89, 98). Если это сделано только потому, что в кадетском списке 66 фамилий и о" выглядел бы в подстрочном примечании громоздким, то это все же не причина для такого выделения кадетского руководства.
Досадно, что в книге, где упоминается примерно 600 - 700 политических деятелей, нет даже глухого именного указателя. Нет и географического указателя, хотя речь идет буквально обо всех местностях России. Очень хорошо, что в книге дана карта военного положения Советской России в 1918 г. (хоть и с некоторыми ошибками), но количество карт явно могло быть большим. Точно так же нельзя не приветствовать наличия большого числа иллюстраций, но качество их воспроизведения плохое. Это, разумеется, вина уже не автора. Хотелось бы выразить надежду, что тот важный шаг, который сделан книгой Л. М. Спирина в изучении общественно-политической жизни российского общества в годы гражданской войны, не останется единственным, и мы увидим в ближайшие годы новые труды в этой области.
Новые публикации: |
Популярные у читателей: |
Новинки из других стран: |
![]() |
Контакты редакции |
О проекте · Новости · Реклама |
Цифровая библиотека Украины © Все права защищены
2009-2026, ELIBRARY.COM.UA - составная часть международной библиотечной сети Либмонстр (открыть карту) Сохраняя наследие Украины |
Россия
Беларусь
Украина
Казахстан
Молдова
Таджикистан
Эстония
Россия-2
Беларусь-2
США-Великобритания
Швеция
Сербия