Нет необходимости доказывать важность изучения Февральской буржуазно- демократической революции 1917 г. - первой победоносной народной революции в России эпохи империализма. Говоря о Февральской революции, В. И. Ленин писал: "Русским рабочим выпала на долю честь и счастье первым начать революцию, то есть великую, единственно законную и справедливую, войну угнетенных против угнетателей"1 .
Между тем Февральская буржуазно-демократическая революция в России принадлежит к числу тем, которым, как говорится, "не повезло" в советской историографии. О ней нет ни одного серьезного обобщающего монографического труда, в котором бы более или менее полно исследовались основные вопросы истории этой революции, да и научно- исследовательских статей в общем-то мало. Фактически нет работ и по историографии Февральской революции2 . Учитывая это, в историографической статье представляется необходимым обратить внимание в первую очередь на такие важные вопросы, как характер революции, ее движущие силы, расстановка классовых сил в канун и в период революции, поведение классов во время восстания в Петрограде и завершения революции. Историко-партийные вопросы данной проблемы ввиду их самостоятельного историографического значения рассматриваются лишь в связи с вопросом о гегемонии пролетариата в революции. Вне рассмотрения остается литература, связанная с проблемой перерастания буржуазно-демократической революции в социалистическую, а также немногочисленные работы о развитии Февральской революции в национальных окраинах.
Вопрос о характере и движущих силах Февральской революции является актуальным и по сей день. Реакционная буржуазная зарубежная литература, опираясь на белоэмигрантские мемуары, в большинстве случаев совершенно отрицает роль народных масс как активных деятелей истории, свергнувших мощным ударом в Феврале 1917 г. российское самодержавие. Она считает "организатором" падения самодержавия русскую либеральную буржуазию, а рабочие и крестьяне (одетые в солдатские шинели) представляются аморфной, пассивной массой, неспособ-
1 В. И. Ленин. ПСС. Т. 31, стр. 67.
2 Попытка историографического анализа двух статей по истории Февраля 1917 г., помещенных в сборнике "Очерки по истории Октябрьской революции" (Тт. 1 - 2. М. 1927), была сделана М. Е. Найденовым в статье "Великая Октябрьская социалистическая революция в освещении советской (русской) исторической литературы" в кн.: "Из истории Великой Октябрьской социалистической революции" (М. 1957). Оценка буржуазной и советской историографии революции дана также в самых общих чертах Е. Д. Черменским в его учебном пособии "История СССР. Период империализма", (М. 1965, стр. 525 - 531).
ной на какое бы то ни было революционное творчество; роль большевистской партии отрицается3 .
Изучение истории Февраля 1917 г. советскими историками началось в 20-х годах, в обстановке острой и напряженной идеологической борьбы, с одной стороны, с русской зарубежной буржуазной литературой, созданной белоэмигрантами, а с другой - с мелкобуржуазными, троцкистскими концепциями и взглядами. К 1927 г. работы, опубликованные за границей и проникнутые враждой к Советской России, исчислялись в тысячах4 . Одним из "духовных отцов" этой литературы был бывший член Временного правительства буржуазный историк П. Н. Милюков, который в своих работах пытался оправдать политику возглавляемой им кадетской партии. В "Истории второй русской революции" П. Н. Милюков превозносил роль либерально-буржуазных кругов, Государственной думы в Февральской революции. П. Н. Милюков и другие политические деятели, некоторые бывшие царские генералы и историки, искажая роль классов в Февральской революции, изображали либеральную буржуазию "доблестной защитницей" интересов народных масс, гегемоном Февральской революции, называли Февраль 1917 г. "славной", "великой", "бескровной", "своей" революцией. В ряде работ они сетовали по поводу своей мнимой недальновидности накануне и в ходе Февральского переворота, который "случайно" привел к Октябрьской революции. Поэтому советской историографии предстояло дать отпор идущей из-за границы идеологической диверсии и показать, "чья" была Февральская революция и "кто" ее действительно совершил.
Борьба с зарубежной контрреволюционной историографией осложнялась тем, что внутри страны мелкобуржуазные идеологи привносили в историческую оценку Февраля 1917 г. свои путаные взгляды, противоречащие марксистско-ленинскому мировоззрению, враждебные ему и смыкавшиеся в ряде моментов с буржуазно-либеральной историографией. Непонимание смысла происшедшего переворота в феврале 1917 г. у мелкобуржуазных историков логически завершилось борьбой с ленинской концепцией истории Февральской революции. Они отстаивали свои взгляды о революционных потенциях русской буржуазии. Всячески превозносилась стихийность движения, умалялась руководящая роль пролетариата, сводилась на нет деятельность большевистской партии. Вышедшая в первом издании в начале 20-х годов книга меньшевистского историка Н. Суханова представляла движение масс в феврале 1917 г. независимым от тех или иных политических партий и обосновывала закономерность утверждения в России власти буржуазной, идущей "на смену" царизму5 . Глубоко неверная оценка Февральской революции содержалась и в работах Троцкого, который "проглядел" изменение соот-
3 См. об этом Г. З. Иоффе. Англо-американская буржуазная историография о Февральской революции в России. "Исторические записки". Т. 78, стр. 5 - 7 и др.; "Зарубежная литература об Октябрьской революции". Сборник статей. М. 1961, стр. 25, 31, 135, 141 - 143, 193, 243 и др.
4 Б. Н. Новое о прошлом в зарубежной печати. "Каторга и ссылка", 1927, кн. 1, стр. 215 - 242. Вот некоторые из этих изданий, вышедших за границей на русском языке в 1918 - 1926 гг.; А. А. Бубликов. Русская революция. Ее начало, арест царя, перспективы. Нью-Йорк. 1918; П. Милюков. История второй русской революции. Т. 1. Вып. 1. Киев. 1919, его же. История второй русской революции. Тт. 1 - 2. София. 1924; Ю. В. Ломоносов. Воспоминания о мартовской революции 1917 г. Стокгольм-Берлин. 1921; Б. Энгельгарт. Революционные дни. Газета "Общее дело", NN 244 - 246. III. 1921; Ф. Вильберг. Крестный путь. Мюнхен. 1922; А. С. Лукомский. Воспоминания. Тт. 1 - 2. Берлин. 1922; Ренэ Сака. Последние 5 дней царского Петрограда (стенограмма выступления П. А. Балка). "Новое время" (Берлин), I.VIII.1923; С. И. Шидловский. Воспоминания. Тт. I - II. Берлин. 1923; Н. Врангель. Воспоминания. Б. м. 1924. В. Шульгин. Дни. Белград. 1925; Н. М. Тихменев. Из воспоминаний о последних днях пребывания императора Николая II в Ставке. Ницца. 1925; Ю. Галич (Гончаренко). Великая бескровная 1917 г. "Сегодня" (Рига) N 57, 12.III.1926; А. И. Деникин. Очерки русской смуты. Т. I. Вып. I. Париж. Б. г. и др.
5 Н. Суханов. Записки о революции. Кн. I. Берлин. Птгр. - М. 1929, стр. 19.
ношения классовых сил на политической арене со времени 1905 года. В своих статьях 20- х годов, как и в "Письмах из Америки", оспаривая ленинское определение Февраля 1917 г, как революции буржуазно-демократической и отрицая революционную роль крестьянства, Троцкий продолжал утверждать, что в России революция могла быть либо буржуазной, либо пролетарской. Троцкий не признал роли Советов после Февральской революции, назвав период двоевластия временем "двоебезвластия".
Успехи в разработке истории Февраля 1917 г. в советской историографии, преодоление влияния буржуазных и мелкобуржуазных взглядов были связаны с овладением советскими историками ленинским литературным наследием, с усвоением ленинской методологии истории, с пониманием оценок В. И. Ленина этой революции6 . Вопрос о ленинской концепции Февральской революции особый и нуждается в самостоятельной разработке. Мы ограничимся лишь указанием на некоторые основные стороны этой концепции по интересующему нас вопросу, чтобы проследить, как она нашла отражение в советской историографии. Главным в ленинской концепции Февральской революции является трактовка Февраля 1917 г, как первого этапа начавшейся в 1917 г. народной революции, как исторически неизбежного преддверия социалистической революции в России. В. И. Ленин еще в 1905 г. предвидел, что победа буржуазно-демократической революции в России будет "началом решительной борьбы за социалистический переворот"7 . В центре внимания В. И. Ленина всегда стоял вопрос о главных движущих силах Февральской революции, о гегемонии пролетариата и его союзнике - крестьянстве. Сразу после Февральской революции В. И. Ленин писал в листовке к русским военнопленным, находящимся в лагерях Германии и Австро-Венгрии: "Рабочие и крестьяне в солдатских мундирах братски подали руку рабочим и крестьянам без мундиров". И далее: "Не Государственная дума - Дума помещиков и богачей, - а восставшие рабочие и солдаты низвергли царя" 8 . Работы В. И. Ленина подчеркивали организующую, мобилизующую роль передового отряда российского пролетариата - большевистской партии - в деле объединения пролетарских демократических сил в борьбе за победу революции. Эта революция, хотя и рассматривалась В. И. Лениным как первый этап, но мыслилась им как необходимый и по-своему завершенный акт. В. И. Ленин неоднократно подчеркивал значение революции 1905 - 1907 годов для Февральской революции 1917 г.: "Без революции 1905 - 1907 годов, без контрреволюции 1907 - 1914 годов невозможно было бы такое точное "самоопределение" всех классов русского народа и народов, населяющих Россию, определение отношения этих классов друг к другу и к царской монархии, которое проявило себя в 8 дней февральско-мартовской революции 1917 года"9 . В. И. Ленин не только предвидел наступление новой, буржуазно-демо-
6 В 1921 г. вышел в свет XIV том Первого собрания сочинений В. И. Ленина. Первая часть тома была посвящена Февральскому перевороту и открывалась работой В. И. Ленина, в которой он давал оценку Февральской революции, - первым "Письмом из далека". В 1924 г. широкому кругу историков стали доступны второе, третье, четвертое и пятое "Письма из далека", вошедшие сначала во 2-й том "Ленинских сборников", а потом в дополнительный, XX, том (ч. 2) Собрания сочинений В. И. Ленина. С 1932 г. эти "Письма" уже регулярно включались в Собрания сочинений Ленина. В 1924 - 1925 гг. вышло в свет несколько тематических сборников произведений В. И. Ленина о Февральской революции. "Письма из далека" выходили и отдельными изданиями в 1925, 1937, 1939, 1944 годах. В 1925 г. вышел из печати XIII том Первого собрания сочинений В. И. Ленина с тематическим подзаголовком "Мировая война 1914 - 1916 гг.". В том же году в Ленинграде Институт Ленина при ЦК РКП(б) издал хорошо комментированные письма В. И. Ленина А. Г. Шляпникову и А. М. Коллонтай с приложением работы В. И. Ленина "Несколько тезисов" - программного документа, указывающего большевикам (за полтора года до революции) программу действий в период революции.
7 В. И. Ленин. ПСС. Т. 11, стр. 120.
8 В. И. Ленин. ПСС. Т. 31, стр. 63.
9 Там же, стр. 12.
кратической революции в России, но и отметил ее особенности как революции, отличной от революции 1905 г., как революции, возникшей в условиях империалистической войны. Ставя вопрос о буржуазно-демократических преобразованиях в результате революции, В. И. Ленин показал, что война обострила все противоречия буржуазно-помещичьего строя, углубила предпосылки социалистической революции. В. И. Ленину принадлежит обстоятельный анализ расстановки классовых сил в период между двумя русскими буржуазно-демократическими революциями10 . Он отметил возросшую политическую роль и организацию русской либеральной, связанной с союзнической буржуазией. Наступление революционного кризиса, первые признаки которого проявились уже в 1915 г., В. И. Ленин видел не только в росте стачечного движения в стране, брожении в широких демократических массах, но и в образовании оппозиционного блока в Государственной думе и в "кризисе верхов". В. И. Ленин рассматривал события в России с позиций борьбы трех политических лагерей, трех политических сил, действовавших на всем протяжении эпохи буржуазно-демократической революции, обнаруживших себя с полной ясностью с начала Февральского переворота. Это, во-первых, царская монархия, глава крепостников-помещиков, старого чиновничества и генералитета; во-вторых, вся буржуазно-помещичья (октябристско- кадетская) Россия "со всеми ее бессознательными прихвостнями" (так называемыми представителями легальных центров меньшевиков и эсеров), "со всеми ее сознательными руководителями в лице англо-французских послов и капиталистов"; в-третьих, "глубокое пролетарское и массовое народное (все беднейшее население городов и деревень) движение революционного характера за хлеб, за мир, за настоящую свободу" 11 . Молниеносный характер Февральского переворота В. И. Ленин объяснял совокупностью ряда моментов. Среди них важное место отводилось "генеральной" репетиции - 1905 году, а также особенностям условий, созданных первой мировой войной. Особый интерес представляет еще не разработанная советскими историками ленинская идея о том, что в период Февральской революции "в силу чрезвычайно оригинальной исторической ситуации слились вместе, и замечательно "дружно" слились, совершенно различные потоки, совершенно разнородные классовые интересы, совершенно противоположные политические и социальные стремления"12 . В работах В. И. Ленина дана всесторонняя характеристика либерально-буржуазного лагеря, действовавшего в качестве самостоятельной политической силы, оппозиционно настроенной к царскому самодержавию, когда дело касалось дележа власти, и предпринимавшей контрреволюционные поползновения, едва речь заходила о спасении монархии и о борьбе с новой революцией. В. И. Ленин показал также политическую неустойчивость мелкой буржуазии, возможные ее колебания "влево" и "вправо". Завершением Февральской революции 1917 г. В. И. Лен им считал образование Временного правительства. В. И. Ленин отметил, что двоевластие - это своеобразный исход революции, и глубоко вскрыл его причины.
С начала 20-х годов стало выходить большое количество научно-популярной и учебной литературы по истории Февраля 1917 года13 . К. Ше-
10 Там же, стр. 12, 21 - 22.
11 Там же, стр. 13 - 14, 16 - 17.
12 Там же, стр. 16 - 17.
13 И. Безработный (Д. Мануильский). Две революции Птгр. 1918; Б. Бреслав. Характер и этапы русской революции. К 1-й годовщине русской революции. Витебск. 1918; А. Зорин. "Первая годовщина великой русской революции. Птгр. 1918; К. Новицкий (К. Петровин). От самодержавия к диктатуре пролетариата. М. 1920; Д. Кин. Война и Февральская революция. Б. м. 1924; К. Шелавин. Очерки русской революции 1917 г. Ч. I. Изд. 2-е. М. 1924; С. Пионтковский. Октябрьская революция в России, ее предпосылки и ход. М. 1924; его же. Февральская революция, популярный очерк. Л. 1925; его же. Февральские дни 1917 г. Л. 1925; Р. Арский. От Февраля к Октябрю. Л. 1925; Е. Кривошеина. Февральская революция. М. -Л. 1926.
лавин, С. Пионтковский, Е. Кривошеина и др. приводили в своих трудах ленинские оценки Февральской революции, стремились показать порочность троцкистских взглядов. Но в сложной идеологической борьбе того времени в определении характера и значения Февраля 1917 г. отдельные, слабо подкрепленные источниками работы порой отражали еще полуменьшевистские взгляды.
В 20-е годы появляются и научно-исследовательские работы по истории Февральской революции. Усилиями первого поколения советских историков была определена основная проблематика, подлежащая первоочередному изучению, предпринимаются первые попытки решения поставленных научных вопросов. В итоге к концу 20-х годов стали появляться подлинно научные, марксистско-ленинские работы по Февральской революции. Этот перелом, помимо роста научных кадров, был обусловлен расширением источниковедческой базы. Ее составили, во-первых, документы и материалы, находившиеся в архивохранилищах. Уже в самом начале 20-х годов благодаря публикации в журнале "Красный архив"14 исследователям стали известны некоторые из документов, рожденные в канцеляриях царских учреждений; часть материалов публиковалась в виде приложения к хроникам и (преимущественно листовки, прокламации, резолюции различных большевистских комитетов) - к книгам. К 10-летию Февральской революции вышла в свет серия сборников документов и материалов. Возглавили эту работу Центрархив, Истпарт ЦК ВКП(б), губернские истпарты, профсоюзные и другие организации15 . Начала выходить мемуарная литература (в виде отдельных книг, статей в журналах "Пролетарская революция", "Летопись революции", "Красная летопись", "Былое", "Новый мир", "Северная Азия" и др.). Советское государство в интересах исследователей, для того чтобы вооружить их в борьбе с антимарксистскими взглядами, предприняло в 20-х годах переиздание ряда мемуаров, принадлежавших лицам из враждебного лагеря - представителям белой эмиграции16 , иностранным дипломатам17 , а также воспоминаний, вышедших из-под пера лидеров мелкобуржуазных партий18 . Одновременно в печати появилось
М. Гейсинский. Февральская революция 1917 - 1927 гг. Л. 1927; С. Петров. Десять лет тому назад. М. -Л. 1927; Ю. М. Бочаров. Февральская революция 1917 г. М. 1927, и др. Обзор этой литературы частично был сделан Э. Б. Генкиной ("Пролетарская революция", 1927, N 2 - 3, стр. 384 - 388).
14 "Красный архив". Систематический указатель публикаций и статей. М. 1957, стр. 42 - 46. "Красный архив. Исторический журнал. 1922 - 1941. Аннотированный указатель содержания". М. 1960.
15 "Рабочее движение в годы войны". М. 1925; "Разложение армии в 1917 г." М. - Л. 1925; "Рабочее движение в 1917 г.". М. -Л. 1926; "Крестьянское движение в 1917 г." М. -Л. 1927; "Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов (протоколы заседаний)". М. -Л. 1925; "Всероссийские совещания Советов рабочих и солдатских депутатов". М. -Л. 1927; "Россия в мировой войне 1914 - 1918 гг.". М. 1925; "Первый легальный Петербургский комитет большевиков в 1917 г.". М. -Л. 1927; "Рабочий класс Урала в годы войны и революции в документах и материалах". Тт. 1 - 2. Свердловск. 1927; "Московский совет профессиональных союзов в 1917 г.". М. 1927; "Октябрьская революция и рабзавкомы". Ч. I. М. 1927; "Протоколы Петроградского совета профессиональных союзов за 1917 г.". Л. 1927; "Солдатские письма 1917 г.". М. -Л. 1927; "Советы крестьянских депутатов и других крестьянских организаций", Т. I. Чч. 1 - 2. М. 1929; "Падение царского режима. Стенографические отчеты допросов и показаний, данных в 1917 году в Чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства". Тт. 1 - 7. М. -Л. 1924 - 1927; "Монархия перед крушением. 1914 - 1917 гг. Бумаги Николая II и др. документы". М. -Л. 1927; "Романовы Н. и А. Переписка Николая и Александры Романовых". Тт. 3 - 5, 1914 - 1917 гг. М. -Л. 1923 - 1927; "За кулисами царизма". Л. 1925; "Буржуазия накануне Февральской революции". М. -Л. 1927.
16 См., например, "Февральская революция и гражданская война в описаниях белогвардейцев". Сборник воспоминаний. М. -Л. 1926; "Отречение Николая II. Воспоминания очевидцев и документы". Л. 1927; В. А. Сухомлинов. Воспоминания. М. - Л. 1927; В. В. Шульгин. Дни. Л. 1925; М. В. Родзянко. Крушение империи. Л. 1929
17 М. Палеолог. Царская Россия во время мировой войны. М. Птгр. 1923; его же. Распутин. М. 1923; Д. Бьюкенен. Мемуары дипломата. М. 1924.
18 Н. Суханов. Указ. соч.
значительное число воспоминаний подлинных деятелей и творцов революции: рабочих, солдат, мемуары деятелей большевистской партии19 . Важным подспорьем для исследователей явились переиздания газет 1914 - 1917 годов20 . К источникам, на наш взгляд, примыкают и многочисленные хроники, хотя они представляют самостоятельный историографический интерес21.
В 20-х годах вышли в свет книги А. Г. Шляпникова о рабочем и революционном движении в годы первой мировой войны и о Февральской революции22 . Его работы противоречивы, им трудно дать однозначную оценку. С одной стороны, они представляют собой документированные мемуары активного участника революции, с другой - это одна из первых попыток дать на основе собственных наблюдений и привлечения документов научную историю Февральской революции и ее кануна. Книги А. Г. Шляпникова страдают и концепционно и фактически серьезными недостатками. Это не только свойственное некоторым мемуаристам преувеличение собственной роли в истории, но и искажение некоторых сторон большевистской работы, например, слабое раскрытие ее органической связи со стачечным движением. А. Г. Шляпников не смог правильно поставить, а тем более решить важные вопросы истории революции и прежде всего ее своеобразного исхода. Раскрывая причины образования меньшевистско- эсеровского руководства в Петроградском Совете, А. Г. Шляпников на первый план выдвигает борьбу политических лидеров, а не изменение состава пролетариата в годы войны, благодаря чему в начале революции соотношение сил на политической арене сложилось не в пользу большевиков23 .
Немало для марксистского освещения истории Февральской революции сделал М. Н. Покровский, хотя в его работах самого начала 20-х годов встречаются противоречивые, взаимоисключающие оценки. В них нашла отражение прежде всего его теория "торгового капитализма". В основе ошибок М. Н. Покровского, как правильно отмечал Е. Д. Черменский, лежало его неверное представление о полном разрыве во время войны между буржуазными и полуфеодальными элементами третьеиюньской политической системы24 . В лекциях, прочитанных в 1923 г., политическую историю кануна Февраля 1917 г. М. Н. Покровский представлял в виде "дуэли" торгового и промышленного капитала,
19 Укажем лишь наиболее значительные из них: А. Г. Шляпников. Канун 17-го года. Воспоминания и документы о рабочем движении и революционном подполье 1914 - 1917 гг. Ч. I. Изд. 1-е. М. 1920 (изд. 2-е - 1923, изд. 3-е - 1924); ч. 2. М. 1922; П. Дыбенко. Воспоминания о революционном движении во флоте. М. 1923; "Накануне революции". Сборник статей и воспоминаний. М. 1922; "Путь к Октябрю". Сборник воспоминаний, статей, документов. Вып. I. М. 1923; В. П. Антонов-Саратовский. Под стягом пролетарской борьбы. Т. 1. М. -Л. 1923; В. Б. Шкловский. Революция и фронт. Птгр. 1921; "Война крестьян с помещиками в 1917 г. (воспоминания крестьян)". М. 1926; "1917 г. в деревне (воспоминания крестьян)". М. -Л. 1929; Г. Королев. Иваново-Вознесенские текстильщики в 1917 г. М. 1927; "От Февраля к Октябрю". Вып. 1. М. 1923: А. Н. Вознесенский. Москва в 1917 г. М. -Л. 1928, и др.
20 М. Ольминский. 1917 г. Полное собрание статей из "Правды" и "Социал- демократа". М. 1926; "Правда", NN 1 - 127. Вып. I. Л. 1927.
21 Н. Авдиев. Революция 1917 г. Т. I. Январь - апрель. М. 1923; В. Максаков и Н. Нелидов. Хроника революции. Вып. I. 1917. М. 1923; см. также изданную бывшими меньшевиками Д. О. Заславскими В. А. Канторовичем "Хронику Февральской революции" (т. I. 1917, февраль - май. Птгр. 1924).
22 Кроме указанных выше воспоминаний, А. Г. Шляпников написал книгу "Семнадцатый год" (тт. 1 - 4. М. -Л. 1923 - 1928); (1 - 3-й тома посвящены январю - марту 1917 г.), а также научно-популярную брошюру "Февральские дни в Петрограде" (Харьков. 1925).
23 В исторической литературе долго бытовало неверное объяснение победы меньшевиков и эсеров в Петроградском Совете, данное А. Г. Шляпниковым, как результата успешной тактики меньшевиков и эсеров, "устремившихся в Таврический дворец", в то время как большевики сражались на улицах города (см. А. Г. Шляпников. Семнадцатый год. Т. I. Изд. 2-е. М. 1924, стр. 148 - 154).
24 Е. Д. Черменский. Указ. соч., стр. 530.
в разгар которой в дело вмешалась "мускулистая рука" рабочего класса25 . Поэтому у него можно встретить определение Февральской революции как чисто "рабочей революции"26 . Вместе с тем М. Н. Покровский одним из первых историков-марксистов (особенно в своих более поздних работах) попытался опереться в оценке Февральской революции на основополагающие идеи В. И. Ленина. Именно ленинская концепция легла в основу критики М. Н. Покровским меньшевистской теории "перерастания" самодержавия в буржуазную монархию27 .
Необходимо подчеркнуть и другую важную для 20-х годов сторону выступлений М. Н. Покровского по истории Февральской революции 1917 года. Не занимаясь специально ее изучением, он опубликовал ряд небольших работ историко-публицистического характера по особо актуальным для того времени вопросам истории этой революции28 . М. Н. Покровский убедительно показал на основе впервые публикуемых им документов контрреволюционную роль буржуазии, разоблачил ее как "маклера" между революцией и царизмом. "Буржуазная революция против буржуазии" - так метко определил своеобразный характер революции М. Н. Покровский. В борьбе с зарубежной реакционной историографией он подчеркивал не столько оппозиционность русской буржуазии, сколько ее связь с самодержавием, стремление прикрыться "даже, и лохмотьями изъеденной молью царской порфиры"29 . В статье "12 марта" М. Н. Покровский разоблачал единый фронт русской и союзнической буржуазии, делавших безнадежные попытки остановить революцию. Говоря о предыстории Февраля 1917 г., М. Н. Покровский отмечал возросшую силу рабочего класса, который неминуемо должен был "обрушиться на голову Романовых"30 .
Путем научных поисков М. Н. Покровский пришел к правильному пониманию гегемонии пролетариата в революции и в своих последних работах не только охарактеризовал Февраль 1917 г, как буржуазно-демократическую революцию, но и подчеркнул влияние рабочего класса и его авангарда - большевистской партии - на мобилизацию сил, на победу в этой революции. "Нелепо умалять это влияние и изображать революцию как стихийный процесс, - писал М. Н. Покровский, - но без энтузиазма масс, без подъема масс вообще никакие шаги невозможны. И сила нашей партии заключается в том, что она умеет этот энтузиазм согреть, умеет этот энтузиазм организовать, предвидеть... направить его
25 М. Н. Покровский. Очерки русского революционного движения XIX - XX вв. Изд. 2-е. М. 1927, стр. 8, 10, 172 и др.
26 Там же, стр. 111.
27 М. Н. Покровский. Исторический смысл Февраля. "Пролетарская революция", 1927, N 2 - 3, стр. 5 - 6. Следует отвергнуть общую тенденциозную оценку взглядов М. Н. Покровского на буржуазно-демократическую революцию вообще и, в частности, на Февраль 1917 года. (См. А. В. Пясковский. Критика антиленинских взглядов М. Н. Покровского на буржуазно-демократическую революцию в России. "Против антимарксистских концепций М. Н. Покровского". Сборник статей. Ч. II. М. -Л. 1940, стр. 394, 431, 434, 444, 452.) А. В. Пясковский взял для исторического анализа главным образом популярные лекции Покровского, прочитанные им в 1923 г. на курсах секретарей уездных комитетов, и потому пришел к неверным оценкам. В ряде случаев критик просто ошибся; так, чтобы доказать антинаучность взглядов Покровского в оценке Февральского переворота в целом, А. В. Пясковский, ссылаясь на статью "Два Октября" (1925 г.), утверждал, что автор "вторым" Октябрем считал Февраль 1917 г. (там же, стр. 440). Между тем эта статья посвящена революции 1905 г. и Октябрю 1917 г. (см. М. Н. Покровский. Два Октября. "Октябрьский переворот". Сборник статей М. Н. Покровского, М. 1929, стр. 96).
28 См. статьи М. Н. Покровского. "Пролог Октябрьской революции" (1921). "Противоречия г-на Милюкова" (1923), "12 марта 1917 г.". (1924), "Исторический смысл Февраля (царизм и буржуазия в Февральской революции)" (1927), "Буржуазная революция против буржуазии" (1927). В сборнике: М. Н. Покровский. Октябрьский переворот; его же. Русская история в самом сжатом очерке. М. 1932.
29 М. Н. Покровский. Исторический смысл Февраля. "Пролетарская революция", 1927, N 2 - 3, стр. 16.
30 М. Н. Покровский. Октябрьский переворот, стр. 114.
по тому пути, по которому должна идти эта волна энтузиазма; она умеет не дать этой волне разбиться зря о берега"31 . Место Февральского переворота в истории страны М. Н. Покровский определял на основании ленинских оценок этой революции (Февраль - "Зародыш Октября")32 .
По инициативе М. Н. Покровского создается большой труд по истории Октябрьской революции, в котором со специальными работами по проблемам Февраля 1917 г. и его предыстории выступили ученики из его просеминария: Э. Б. Генкина, К. Ф. Сидоров и др.33 . Тогда же к 10-летнему юбилею революции вышли в свет и другие научно- исследовательские работы как общего характера (Я. А. Яковлев)34 , так и по некоторым важным вопросам данной проблемы. Среди последних книги (А. А. Блока, Б. Б. Граве, В. П. Семенникова, А. В. Шестакова, К. И. Шелавина, Е. И. Мартынова)35 , а также статьи (С. Петропавловского и др.)36 . В работах Э. Б. Генкиной и Я. А. Яковлева обстоятельно (для того времени) изучена конкретно- историческая канва событий. Эти работы дают в целом правильную ленинскую оценку многих явлений революции.
Историки-марксисты 20-х годов главной задачей ставили определить степень участия народных масс в революции. В связи с этим они начинали с аналитического исследования общей политической обстановки в стране и характеристики классов и их политических партий в отдельности, отдельных "потоков", направлений революции. Если коротко суммировать итоги разработки интересующей нас проблемы в 20-х годах, то они сводятся к следующим моментам. Уже к концу 20-х годов тезис "У истоков Февральской революции - пролетарская стачка"37 стал аксиомой советской марксистско- ленинской историографии. В исследованиях, опиравшихся на ленинскую теорию революционной ситуации, была сделана попытка решить важнейшие вопросы пролетарского движения в период 1914 - начала 1917 гг. и тем самым обосновать закономерность революционного взрыва в Феврале 1917 года. На большом статистическом материале (главным образом в работе К. Ф. Сидорова) была раскрыта динамика стачечного движения в стране, показано соотношение экономических и политических стачек, определены районы интенсивной стачечной борьбы, а также участие в революционной борьбе определенных категорий рабочего класса. "Нужно было, - делал вывод К. Ф. Сидоров, - пережить Октябрь 1916 г. с локаутами, 9 января 1917 г. с политическими демонстрациями и окончательными провалами рабочих групп, дожить до обострения степени продовольственной нужды и тогда только "прийти" к революции"38 .
Э. Б. Генкина, К. Ф. Сидоров, К. И. Шелавин первыми поставили вопрос об изучении не только "количественной", но и "качественной" стороны стачечного движения в 1914 - начале 1917 г.: продолжитель-
31 М. Н. Покровский. Русская история в самом сжатом очерке, стр. 560.
32 М. Н. Покровский. Октябрьский переворот, стр. 97.
33 Э. Б. Генкина. Февральский переворот. "Очерки по истории Октябрьской революции". Т. 2. М. -Л. 1927, стр. 3 - 110; К. Ф. Сидоров. Рабочее движение в годы первой мировой войны 1914 - фев. 1917 гг. Там же. Т. I. М. -Л. 1927, стр. 166 - 331 и др.
34 Я. А. Яковлев. Февральские дни 1917 г. "Пролетарская революция", 1927, N 2 - 3, стр. 61 - 111.
35 А. А. Блок. Последние дни императорской власти. Птгр. 1921; Б. Б. Граве. К истории классовой борьбы в России в годы империалистической войны (июль 1914 - февраль 1917 г.). "Пролетариат и буржуазия". М. -Л. 1926; В. П. Семенников. Политика Романовых накануне революции (от Антанты к Германии). М. -Л. 1926; его же. Романовы и германское влияние во время мировой войны. Л. 1929; Е. И. Мартынов. Царская армия в февральском перевороте. Л. 1927; К. И. Шелавин. Рабочий класс и ВКП(б) в Февральской революции. Л. 1927; А. В. Шестаков. Очерки по сельскому хозяйству и крестьянскому движению в годы войны и перед Октябрем 1917 г. Л, 1927.
36 С. Петропавловский. Дворянство, бюрократия и монархия перед Февральской революцией. "Пролетарская революция", 1922, N 8, стр. 8 - 26.
37 Я. А. Яковлев. Указ. соч., стр. 75.
38 К. Ф. Сидоров. Указ. соч., стр. 326.
ность, упорство стачек, их интенсивность. Они связывали эти вопросы с изменением состава самого рабочего класса.
Большое внимание историки 20-х годов уделили освещению борьбы рабочего класса с буржуазией накануне Февральской революции, стремясь выяснить возможности пролетариата как гегемона будущей социалистической революции. Но недостаточно была изучена другая сторона рабочего движения - борьба пролетариата за общедемократические требования в условиях военно-полицейского режима в годы войны. Отсюда военные поражения, голод и разруха оказывались, по существу, в некоторых работах не факторами ускорения революции, а ее определяющими причинами39 .
В 20-х годах специально не исследовались стачечное движение в Петрограде 23 февраля - 2 марта и руководящая роль большевистской партии в дни восстания. Правда, в отличие от зарубежных историков и мемуаристов, в советских работах начало Февральской революции было верно определено: 23-е, а не 27 февраля - показывалась неразрывная связь революции с предшествующим январско-февральским подъемом стачечной борьбы пролетариата. Стачка на Путиловском заводе, начавшаяся 17 февраля40 , характеризовалась советскими историками как одно из наиболее ярких проявлений этой борьбы в канун революции.
В общих работах Я. А. Яковлева, Э. Б. Генкиной были высказаны интересные мысли о соотношении пролетарской стачки и выступления солдатских масс в дни восстания в Петрограде41 . Однако сам ход восстания излагался в работах 20-х годов лишь на основе сводок Охранного отделения, которые не сопоставлялись с другими документами (воспоминаниями, прессой и пр.), что приводило к одностороннему показу событий и не раскрывало полностью силу и размах стачечного движения.
Историки 20-х годов начали изучать участие демократических непролетарских масс в Февральской революции. Но исследован этот вопрос был еще слабо. А. В. Шестаков выявил некоторые яркие и выразительные факты выступлений крестьян в этот период42 . В других работах правильно отмечалось, что революционность крестьянства в годы войны определялась во многом полукрепостническими отношениями, существовавшими в деревне, зависимостью крестьян от помещиков, что характер этих выступлений был антицаристским, антивоенным, но намного менее значительным, чем выступления пролетариата; историки показывали проявление крестьянского протеста против растущей сельской буржуазии43 .
Они указывали, что первостепенной задачей будущего является изучение работы большевиков в армии44 . Труды о революционном движении солдатских масс в то время находились в стадии подготовки. А пока армия рассматривалась как единое целое (Е. И. Мартынов, отчасти - Я. А. Яковлев)45 . Так, Я. А. Яковлев неверно пытался представить солдатскую массу как "стихийное начало" в революции, которому лишь рабочая демонстрация "дала лозунги свержения самодержавия"46 .
Было бы упрощением объявлять историков-марксистов 20-х годов, исследователей Февраля 1917 г., приверженцами теории "стихийности", как это иногда делалось позднее47 . Они пытались наметить пути реше-
39 Б. Б. Граве. Указ. соч., стр. 194.
40 О дате этой стачки см. Е. К. Барштейн, Л. М. Шалагинова. Партия большевиков во главе революционного подъема масс. "Вопросы истории КПСС", 1957, N 1, стр. 134.
41 Я. А. Яковлев. Указ. соч., стр. 82 - 102; Э. Генкина. Указ. соч., стр. 49 - 53.
42 А. В. Шестаков. Указ. соч., стр. 70 - 75.
43 Э. Б. Генкина. Указ. соч., стр. 39; Б. Б. Граве. Указ. соч., стр. 218.
44 Э. Б. Генкина. Указ. соч., стр. 40 - 53; Е. И. Мартынов. Указ. соч., стр. 3/
45 Е. И. Мартынов. Указ. соч., стр. 42; Я. А. Яковлев. Указ. соч., стр. 47.
46 Я. А. Яковлев. Указ. соч., стр. 95.
47 М. Е. Найденов, рассматривая упомянутый выше сборник под редакцией М. Н. Покровского, писал, что Э. Б. Генкина "повторила теорию стихийности" (М. Е. Найде-
ния вопроса о соотношении стихийности и сознательности в рабочем движении, о руководстве народными массами со стороны партии большевиков. В работах историков 20-х годов показано, что "стихийность" стачечного движения в канун и в период Февраля 1917 г. - это, по сути дела, выступления эксплуатируемых народных масс, способных к организованной борьбе48. Я. А. Яковлев и Э. Б. Генкина отмечали большое значение просветительной работы большевиков для политического воспитания масс. Я. А. Яковлев дал яркую и, на наш взгляд, близкую к действительности характеристику соотношения сознательного и стихийного начал в ходе самой революции. Он писал: "Руководство большевистской партии выражалось не в том, что тов. Шляпников давал те или иные лозунги, - оно выражалось совсем в ином: сотни и тысячи рабочих, учившихся на большевистской "Правде" в 1912 - 1914 гг., прошедших школу 1905 г., знавших о непримиримой по отношению к войне позиции большевиков, воспитанных на неурезанных лозунгах революции против прогнившего самодержавного режима, сливаясь с толпой, иногда выдвигаясь из толпы вперед, стихийно оформляли стихийное же движение сотен тысяч, выдвигая действительно революционные лозунги, поднимая красные флаги, ведя толпу против городовых и офицеров. Таков был тип большевистского руководства в Февральские дни"49 . Хотя Я. А. Яковлев и злоупотребляет здесь понятием "стихийность", приведенная цитата ясно свидетельствует, что автор подчеркивает значение организованной, а не стихийной борьбы, стремится показать тип большевистского руководства; иными словами, он вслед за В. И. Лениным говорит, что "дело идет не о восстании "одичалых масс народа", а о восстании сознательной массы, способной к организованной борьбе"50 . "О стихийном движении вообще никто не говорит, - еще более категорично заявляла Э. Б. Генкина, - после почти 20-летнего существования рабочей партии в России"51 . Достоинством литературы 20-х годов является то, что она отдавала должное деятельности самих участников революции, рабочих-большевиков: В. Каюрова, Н. Свешникова и многих других, являвшихся в те дни организаторами масс.
М. Н. Покровский, Я. А. Яковлев и другие авторы правильно подчеркивали, что большевистская политика активно противостояла попыткам воздействовать на революционное движение со стороны легальных и нелегальных мелкобуржуазных партий и партийных группировок. В то же время историки 20-х годов не закрывали глаза на существование левых, колеблющихся в решающие моменты группировок в мелкобуржуазных партиях52 . Тем самым революционное движение в период Февральской революции представлялось разносторонне.
Не была оставлена без внимания и организационная деятельность большевиков. В небольшой книге, не отвечающей, конечно, современному уровню требований, предъявляемых к историческим исследованиям, но представляющей интерес постановкой ряда вопросов, К. И. Шелавин больше в теоретическом, чем в научно-практическом, исследовательском плане попытался взвесить трудности и успехи организационной работы большевиков, указал на необходимость исследовать состояние большевистских организаций в разных районах страны, их деятельность среди непролетарских слоев53 . Но в целом этот вопрос был изучен
нов. Указ. соч., стр. 299); Е. Д. Черменский отмечал, что все работы 20-х годов рассматривали революцию "как стихийный взрыв масс, заставший якобы большевиков врасплох" (Е. Д. Черменский. Указ. соч., стр. 530).
48 Я. А. Яковлев. Указ. соч., стр. 97 - 98.
49 Там же.
50 В. И. Ленин. ПСС. Т. 10, стр. 114.
51 Э. Б. Генкина. Указ. соч., стр. 59.
52 М. Н. Покровский. Октябрьский переворот, стр. 82; Я. А. Яковлев. Указ соч., стр. 77 - 80.
53 К. И. Шелавин. Указ. соч., стр. 33.
недостаточно. Историки 20-х годов почти целиком доверились здесь А. Г. Шляпникову. Правда, в работах некоторых историков имелись критические замечания в адрес этого автора, главным образом по вопросу о причинах преобладания в Петроградском Совете меньшевиков и эсеров54 . Но авторитет А. Г. Шляпникова оказывал влияние на то, что историки того периода недооценивали организационную работу большевиков в период Февральской революции. Э. Б. Генкина писала, например, что большевики не могли вести систематической работы в годы войны в России ввиду тяжелых репрессий и провалов организаций55 . Я. А. Яковлев недооценивал организационную роль Выборгского комитета Петрограда56 . В некоторых вопросах к выводам А. Г. Шляпникова присоединился и К. И. Шелавин, который писал об отсутствии организационного центра у большевиков в дни Февральского переворота57 .
Историки 20-х годов провели четкую грань между революционностью народных масс и оппозиционностью либеральной буржуазии. Состояние буржуазно-помещичьего либерального лагеря и его отношения с царизмом, история создания прогрессивного блока, причины оппозиционности буржуазии, ее стремление к политической власти были исследованы Б. Б. Граве. Ее книга при всех недостатках, свойственных литературе 20-х годов, является до сего времени единственной работой по этому вопросу.
Тогда же в исторической литературе наметилось некоторое расхождение по вопросу о роли буржуазии в развитии революционного кризиса. Так, подчеркивая оппозиционность либеральной буржуазии, Б. Б. Граве писала, что некоторые либеральные группы буржуазии готовы были идти "на окончательный разрыв с правительством, чтобы принять участие в надвигавшейся буржуазной революции"58 . С этим можно согласиться, лишь имея в виду прогрессистов, которые в политической истории, однако, не сыграли заметной роли. Не они, а кадеты были руководящей силой в буржуазно-помещичьем лагере. И уж совсем неверно считать убийство Распутина "началом этого несостоявшегося дворцового переворота", который в изложении Б. Б. Граве стал почти реальным фактом к Февралю 1917 года59 . На самом деле буржуазия, хотя втайне и лелеяла планы дворцового переворота, никак не содействовала реальному его осуществлению - и не из-за своей организационной беспомощности, а потому, что в этом выражалась, в частности, ее политическая линия. Другие исследователи (Э. Б. Генкина, Я. А. Яковлев) делали акцент на контрреволюционном характере русского либерализма, не отрицая его оппозиционности. Этим они объясняли, в частности, провал попыток организации дворцового переворота, а также исчезновение буржуазной оппозиционности при первых известиях о восстании в Петрограде60 .
Известно, что в своих мемуарах деятели буржуазно-помещичьего лагеря также своеобразно "критиковали" политику самодержавия, объясняли причину Февральской революции моральной деградацией придворной камарильи и преувеличивали роль "незадачливого" царя Николая II. Взгляд на политику самодержавия через призму подобных мемуаров не мог удовлетворить историков-марксистов. Эти мемуары, равно как и материалы Чрезвычайной следственной комиссии (послу-
54 . Я. А. Яковлев. Указ. соч., стр. 107 - 108; Э. Б. Генкина. Указ. соч., стр. 82 - 87, 98 - 99.
55 Э. Б. Генкина. Указ. соч., стр. 37, 57 - 58.
56 Я. А. Яковлев. Указ. соч., стр. 86 - 89.
57 К. И. Шелавин. Указ. соч., стр. 45.
58 Б. Б. Граве. Указ. соч., стр. 385.
59 Там же, стр. 381, 387 - 388.
60 Э. Б. Генкина. Указ. соч., стр. 18 - 25, 27 - 34; Я. А. Яковлев. Указ. соч., стр. 104.
жившие, кстати сказать, основой книги А. А. Блока61 ) - лишь один из видов исторических источников, нуждающихся в особо детальном источниковедческом анализе, а отнюдь не исторические исследования. Частично используя подобные материалы, С. Петропавловский правильно отметил, что самодержавие с его бюрократией и полицейщиной являлось лишь "выражением принадлежности власти в государстве классу помещиков-полукрепостников" и что царизм в годы, предшествовавшие Февральской революции, встал на путь "дикой реакции" и не мог потому обслуживать даже свой далеко не однородный в то время класс. Именно этим объяснил автор недовольство части дворянства политикой самодержавия, того дворянства, которое готово было вместе с буржуазией вступить на путь дворцового переворота.
Итак, распахивая "целину" в изучении движущих сил и характера революции, работы 20-х годов имели недостатки: иллюстративно-схематический метод изложения, слабая научная критика источников. В трудах историков 20-х годов недостаточно освещалась деятельность большевистских организаций. Вместе с тем их работы отличались боевым наступательным духом в борьбе с враждебными марксизму-ленинизму взглядами. Советские историки с самого начала изучения Февральской революции 1917 г. пошли по пути, проложенному В. И. Лениным, освещая ее как революцию народную, главными героями которой были трудящиеся массы, а не либеральная буржуазия. Только приняв эти выводы, можно было научно понять и раскрыть внутреннее содержание и перспективы революции. Изучение Февраля 1917 г. уже тогда понималось как часть большой задачи - выяснения закономерности победы Октябрьской революции.
В последующий период (конец 20-х - середина 50-х годов) исследовательская работа в этой области велась неравномерно. В 1932 - 1935 гг. были изданы сборники документов и написаны работы М. Ахуна и В. Петрова, С. Рабиновича, О. Чаадаевой, раскрывавшие природу солдатских выступлений в армии, настроения солдатских масс, изменения социального состава солдат и младших офицеров62 . Исследователи (особенно О. Н. Чаадаева) сделали в целом успешную попытку показать конкретно-историческую картину складывания союза рабочего класса и революционного крестьянства, раскрывая работу большевиков в этом направлении. Тогда же вышел в свет интересный сборник документов, позволяющий изучать еще один "поток" революционного движения - национально-освободительное выступление народов окраин63 .
В начале 30-х годов вышла в свет небольшая книга Я. Я. Крастыня, посвященная крестьянскому движению в годы мировой войны. Автор использовал главным образом опубликованные ранее источники. Правильно показывая развитие революционной борьбы в деревне, Я. Я. Крастынь, не располагая достаточными архивными данными, невольно преуменьшал ее размах64 .
30-е годы характеризуются прежде всего пристальным вниманием к изучению деятельности большевистской партии, о чем, в частности, свидетельствовали три больших сборника материалов и документов о деятельности большевистской партии в годы войны и Февральской рево-
61 А. А. Блок. Указ. соч., стр. 7 - 22. Историческую оценку работы А. А. Блока см. в статье Л. В. Черепнина "Александр Блок и история" ("Вопросы истории", 1967, N 1).
62 "Царская армия в период мировой войны и Февральской революции (материалы к изучению истории империалистической и гражданской войны)". Казань. 1932; М. Ахун, В. Петров. Царская армия в годы империалистической войны. М. 1929; С. Рабинович. Борьба за армию в 1917 г. М. -Л. 1930; О. Н. Чаадаева. Армия накануне Февральской революции. М. -Л. 1935.
63 "Революция и национальный вопрос". Т. 3. М. 1930.
64 Я. Я. Крастынь. Революционная борьба крестьян в России в годы империалистической войны (1914 - 1916). М. 1932.
люции65 , а также продолжающаяся публикация воспоминаний большевиков66 . Эти источники наряду с теми, что вышли в свет в 20-х годах, составили значительную основу для исследования организационной работы большевиков.
К середине 30-х годов определенные успехи в изучении истории Февраля в советской исторической науке нашли наиболее полное отражение в широко известном обобщающем труде "История гражданской войны в СССР" (т. I)67 . Здесь ясно был выделен народный характер революции, давались характеристики основных политических партий, обобщались факты организационной деятельности большевиков-ленинцев в революционном движении. Впервые в советской историографии в "Истории гражданской войны", кстати сказать, написанной с большим литературным мастерством, было показано в качестве отличительной особенности буржуазно-демократической революции в России участие в революционном движении народов национальных окраин. Вместе с тем нам представляется неверным, что в этом труде взаимоотношения политических сил накануне Февраля 1917 г. сводятся к схеме "двух заговоров", так называемого заговора самодержавия против революционного народа и дворцового заговора дворянско- буржуазных верхов против самодержавия с целью предотвращения революции. Известно, что В. И. Ленин, отмечая заговор либеральной русской и союзнической буржуазии, готовящей дворцовый переворот, всегда подчеркивал сложный переплет в борьбе политических сил, который невозможно уложить в какое бы то ни было прокрустово ложе схемы68 .
В конце 30-х, в 40-х годах не было опубликовало ни одной исследовательской работы по Февралю 1917 г., а в лекциях69 , предназначенных для учебных целей, появились односторонние, подчас ошибочные трактовки отдельных положений этой проблемы. Руководящая роль пролетариата и партии большевиков в этой революции преподносилась порой декларативно. Были преданы забвению многие активные деятели революции70 . В исторических работах появились поверхностные, схематические и упрощенные оценки Февральской революции как порождения войны. "Царизм" - "буржуазия" - "народ" - такой представлялась сложная расстановка и переплетение политических сил накануне Фев-
65 "Большевики Петроградского гарнизона в 1917 г.". М. 1932; "Петроградский пролетариат и большевики в годы империалистической войны. 1914 - февраль 1917 г.". Л. 1939; "Большевики, в годы империалистической войны. 1914 - февраль 1917 г. Сборник документов местных большевистских организаций". М. 1939.
66 В. Каюров. Петроградские рабочие в годы империалистической войны. М. 1930; В. Н. Залежский. Из воспоминаний подпольщика. Харьков. 1931; М. Лацис (Дядя). В последней схватке с царизмом. М. 1935; М. С. Ольминский. Собрание сочинений. Т. 2. М. 1935. Сборники статей и воспоминаний: "В дни Великой пролетарской революции". М. 1937; "Московская большевистская военная организация в 1917 г.". М. 1937, и др.
67 "История гражданской войны в СССР". Изд. 1-е. Т. I. М. 1936, изд. 2-е. М. 1938, стр. 9 - 88. В 30-х годах по этой теме вышли в свет и научно-популярные книги Е. Фокин. Февральская буржуазно-демократическая революция 1917 г. М. 1937; А. Кучкин. Февральская буржуазно-демократическая революция 1917 г. М. 1938), которые повторяли в общих чертах изложение Февраля 1917 г. в "Истории гражданской войны".
68 См. В. И. Ленин. ПСС. Т. 31, стр. 16.
69 Е. Ярославский. Партия большевиков в период империалистической войны. Вторая революция в России (1914 - март 1917 г.). 1945; Е. Д. Черменский. Февральская буржуазно-демократическая революция 1917 г. в России. М. 1947; его же. Россия в период империалистической войны. Вторая революция в России (1914 - март 1917 г.). М. 1951.
70 См., например, Е. Фокин. Февральская буржуазно-демократическая революция 1917 года. М. 1937; Е. Ярославский. Партия большевиков в период империалистической войны. Вторая революция в России (1914 - март 1917 г.). М. 1945; Е. Д. Черменский. Россия в период империалистической войны. Вторая революция в России (лекции). М. 1951, стр. 27; его же. Февральская буржуазно-демократическая революция 1917 г. в России (в помощь преподавателю дивизионной школы партактива). М. 1947.
ральской революции71 . Более того, в изложении хода восстания и эта расстановка исчезла, надо всем довлела схема подготовки и проведения большевиками Февраля 1917 г. по образцу Октябрьской революции, при этом движущие силы ее - народные массы - фактически отсутствовали. Положение о каких-то безликих народных массах, обманутых "меньшевиками и эсерами" первого Петроградского Совета, надолго закрепилось в исторических работах. Начальной датой революции стала Февральская стачка 1917 г. на Путиловском заводе.
Заметно оживилась исследовательская работа по интересующей нас тематике к концу первого послевоенного десятилетия, когда в порядок дня была поставлена задача дальнейшего изучения истории второй русской революции. Вопрос об этом был поднят, в частности, группой ученых, занимавшихся изучением российского монополистического капитализма. Выводы этих историков об усилении роли буржуазии в экономике страны и ее влиянии на экономическую политику царского правительства требовали по-новому подойти к политической истории царизма накануне его краха, раскрыть действительные взаимоотношения царизма и буржуазии.
Вышедшие в 1954 г. "Очерки истории СССР" хотя и отдавали дань некоторым схемам прошлого, вместе с тем делали и известный шаг вперед в исследовании ряда вопросов Февраля 1917 года. В них показывалась борьба разнородных политических сил в революции в свете ленинских оценок. В "Очерках" впервые за долгие годы революционно-демократический лагерь представлен не только борющимся под руководством большевиков за выход России из империалистической войны, но и как нарастающее движение рабочих, крестьян, солдат, народов национальных окраин. В "Очерках" сделана удачная попытка объяснить "кризис верхов" дальнейшим развитием противоречий империализма. Подчеркивая оппозиционность либеральной буржуазии, этот труд ставил под сомнение схему "двух заговоров". В то же время в "Очерках" не была достаточно полно раскрыта роль большевистских организаций в Феврале 1917 г., что указывало на необходимость дальнейших научных изысканий в этой области72 .
Вышедшая вскоре после издания "Очерков" научно-популярная книга Г. А. Фавстова и В. А. Шварева оценивала Февральский переворот как первую победоносную народную революцию эпохи империализма. Авторы напоминали здесь о необходимости исследования не только общего политического руководства В. И. Ленина, но и его организационной работы в России через представителей заграничного бюро ЦК73 . Таким образом, в советской исторической науке проявлялись предпосылки дальнейшего исследовательского изучения Февральской революции на основе ленинской методологии.
Во второй половине 50-х - начале 60-х годов пополнилась источниковедческая база изучаемой проблемы. По истории Февральской революции появился ряд работ научно- исследовательского характера74 .
71 Наряду с трехчленным делением политических сил в буржуазно- демократической революции были попытки разделить их и на два лагеря: с одной стороны, "соглашение между самодержавием, помещиками и буржуазией", с другой - "союз рабочего класса и крестьянства" (А. В. Пясковский. Указ. соч. стр. 403).
72 "Очерки истории СССР". Под ред. А. Л. Сидорова. М. 1954, стр. 243 - 346.
73 Г. А. Фавстов, В. А. Шварев. Февральская революция 1917 г. в России. М. 1956, стр. 12 - 21, 43 - 44, 47.
74 "Революционное движение в России после свержения самодержавия". Сборник материалов и документов. М. 1957; "Хроника Великой Октябрьской социалистической революции". Т. I. М. 1957; "Революционное движение в армии и флоте в годы первой мировой войны 1914 - февраль 1917". М. 1966 и др. Недавно увидел свет обстоятельный сборник документов "Крестьянское движение в России в годы первой мировой войны. Июль 1914 - февраль 1917 г." М. -Л. 1965. В исторических журналах в 1955 - 1966 гг. были опубликованы новые материалы и документы, позволяющие глубже изу-
В обобщающей научно-популярной книге Е. Д. Черменского, единственной за последние десять лет по проблеме Февральской революции75 , были использованы новые материалы и документы, что позволило автору глубже, чем прежде, выявить расстановку политических сил в стране, полнее дать картину борьбы народных масс в городе и деревне, в армии и флоте накануне и в дни Февральского переворота. Е. Д. Черменский подчеркнул факт выпуска большевиками Манифеста 27 февраля как одно из проявлений их организующей работы. Его книга возродила ряд вопросов, поставленных еще исследователями 20-х годов (о закономерностях стачечной борьбы, о "кризисе верхов"), выдвинула новые проблемы: о связи революции с общими проблемами развития империализма и нерешенными задачами революции 1905 года. Е. Д. Черменский указал на необходимость исследования двух линий в революции - большевистской, революционной - и оппортунистической, меньшевистской. Вместе с тем на примере книги Е. Д. Черменского отчетливее стали видны пробелы в подходе к исследованию Февральской революции. Особенно в освещении тех вопросов, которые не могли быть решены на одном лишь историко-партийном материале, без привлечения разносторонних исторических источников (например, изучение хода восстания в Петрограде). В работе Е. Д. Черменского отсутствовал также всесторонний анализ руководства большевиками борьбой народных масс в дни восстания.
50 - 60-е годы были продолжены лучшие традиции советской историографии в изучении Февральской революции 1917 г. и сделан шаг вперед в теоретических вопросах. Нарастание буржуазно-демократической революции в годы первой мировой войны рассматривается в новейших работах в связи с борьбой трех политических лагерей: правительственного, либерального и рабочей демократии как центра притяжения всей демократии вообще. В этой революции, как и в 1905 - 1907 гг., не только соединились, но и тесно переплелись рабочее, крестьянское движение, национально-освободительная борьба народов национальных окраин. Главным содержанием буржуазно- демократической революции был аграрный вопрос, однако своей "пролетарской" стороной она устремлялась к будущей социалистической революции.
Сегодня основное внимание историков направлено на освещение роли народных масс как активных деятелей этой революции. То, о чем писалось в 20 - начале 30-х годов лишь в общих чертах, теперь стало подкрепляться аргументированным исследованием. На основе введения в оборот нового документального материала показывается сочетание стихийного элемента и организующей работы партии большевиков в ходе самой революции, а также "механизм" действия большевистской агитации на сознание рабочих и солдат. Изучение Февральской революции связывается с проблемами соотношения социальной психологии и истории, привлекающими к себе все большее внимание исследователей.
Творческое изучение движущих сил, характера, итога революции весьма плодотворно сказывалось на создании коллективных трудов.
чить борьбу за свержение самодержавия. Большинство их раскрывало организационную роль большевиков в борьбе за революцию. См. "О дате манифеста ЦК РСДРП "Ко всем гражданам России". "Исторический архив", 1956, N 5, стр. 148; "Адресные книги ЦК РСДРП (1912 - 1917 гг.)", "Исторический архив", 1959, N 3, стр. 31 - 69; А. М. Анфимов. Царская охранка о политическом положении в стране в конце 1916 г. "Исторический архив", 1960, N 1, стр. 203 - 206; Е. К. Барштейн, Л. М. Шалагинова. Департамент полиции о плане петроградских большевиков в феврале 1917 г. "Вопросы архивоведения", 1962, N 1, стр. 19 - 27; Х. М. Астрахан. О первом издании манифеста "Ко всем гражданам России". "Вопросы истории КПСС", 1964, N 6, стр. 64; "Протоколы и резолюции Бюро ЦК РСДРП (март 1917 г.)". "Вопросы истории КПСС", 1962, N 3, стр. 134 - 155, и др.; "Последний временщик последнего царя". Публикация. "Вопросы истории", 1964, N 10, стр. 117 - 135, N 12, стр. 90 - 103, и др.
75 Е. Д. Черменский. Февральская буржуазно-демократическая революция в России в 1917 г. М. 1959.
В вышедшем в свет II томе "Истории КПСС" подчеркивается, что Февральская революция явилась кульминационным пунктом нарастающей стачечной борьбы, которая в начале 1917 г. стала сочетаться с мощными политическими выступлениями - демонстрациями. Февральские события в Петрограде были одним из стихийных взрывов, которые, по словам В. И. Ленина, "при нарастании революции неизбежны"76 . Но в стремительном развитии революции, как пишут авторы второго тома "Истории КПСС", проявилась сила "не только разбуженной стихии, но и неуклонно возраставших элементов сознательности и организованности. Они определялись и богатейшим революционным опытом передовых слоев пролетариата, и всей предшествующей работой партии, которая подготовила массы к восприятию революционных лозунгов, и энергичной, самоотверженной деятельностью большевиков в эти бурные дни"77 . Во втором томе "Истории КПСС" историко-партийные вопросы тесно связаны с гражданской историей, которая является не фоном, а органической канвой истории партии. Поэтому тезис о руководящей роли большевистской партии в Феврале 1917 г. в этой работе в отличие от многих предшествовавших звучит особенно убедительно. "История КПСС" уточнила ряд моментов в организационной деятельности большевиков, показала новые стороны этой деятельности: контакт большевиков, находившихся в России, с В. И. Лениным, связь Петроградской организации большевиков с провинцией, партийно- литературную деятельность Бюро ЦК. Книга суммировала факты агитационной работы большевиков среди солдат Петроградского гарнизона и показала, как большевики направляли стихийно нараставшее революционное движение.
В настоящее время разработка в научном плане отдельных интересующих нас вопросов Февраля 1917 г. ведется довольно интенсивно. В центре внимания - пролетарское движение. Следует отметить работу И. П. Лейберова в исследовании стачечной борьбы петроградского пролетариата в годы первой мировой войны и Февральской революции78 . В его статьях углубляется вывод исследователей 20-х годов о том, что массовая политическая забастовочная борьба в конце 1916 - январе 1917 г. объективно подвела ко всеобщей политической забастовке и вооруженному восстанию в Феврале 1917 года. Автор критически анализирует сведения Охранного отделения о количестве участников стачек 23 февраля - 2 марта. Заслугой И. П. Лейберова является то, что он на фактическом материале раскрыл ленинскую идею об общедемократическом характере нараставшего революционного движения и складывании единого революционно- демократического фронта в ходе Февральской революции. Тем самым И. П. Лейберов отошел от своих прежних, слабо доказанных утверждений о подготовке большевиками Февральского переворота по образцу Октябрьского вооруженного восстания, содержавшихся в некоторых ранних его статьях.
76 В. И. Ленин. ПСС. Т. 38, стр. 393.
77 "История Коммунистической партии Советского Союза". Т. II. М. 1966, стр. 654.
78 И. П. Лейберов. Рабочее движение в Петрограде в годы первой мировой империалистической войны. 1914 - январь 1917 г. Автореферат кандидатской диссертации. Л. 1954; его же. Петроградский пролетариат в борьбе за победу Февральской буржуазно-демократической революции в России. "История СССР", 1957, N 1, стр. 41 - 73; его же. В. И. Ленин и Петроградская организация большевиков в период мировой войны (1914 - 1916 гг.). "Вопросы истории КПСС", 1960, N 5, стр. 65 - 79; И. П. Лейберов, О. И. Шкаратан, К вопросу о составе петроградских промышленных рабочих в 1917 году. "Вопросы истории", 1961, N 1, стр. 42 - 59, И. П. Лейберов. Стачечная борьба петроградского пролетариата в период первой мировой войны (19 июля 1914 г. - 16 февраля 1917 г.). "История рабочего класса Ленинграда". Вып. 2. Л. 1963, стр. 156 - 186; его же. О революционных выступлениях петроградского пролетариата. "Вопросы истории КПСС", 1964, N 2, стр. 63 - 77; его же. Петроградский пролетариат во всеобщей политической стачке 25 февраля 1917 года. "Октябрь и гражданская война в СССР. (Сборник статей к 70-летию академика И. И. Минца)". М. 1966, стр. 31 - 46.
Хорошее начало положено в исследовании активной роли солдатских масс в дни Февральской революции: история создания "Приказа N 1", работа солдатской секции Петроградского Совета и др.79 . Автор статей В. И. Миллер доказывает, что формирование сознания солдатской массы шло под активным воздействием пролетариата и передовых рабочих-большевиков. Это обстоятельство ускорило растущую демократизацию армии и создание многочисленных солдатских комитетов в воинских частях после свержения самодержавия80 .
В 60-х годах появились работы о классовой борьбе в деревне в период кануна и проведения Февральской революции. О социально-экономических и политических предпосылках Февральской революции 1917 г. рассказывает монография А. М. Анфимова81 . Одним из важных достоинств этой работы является вывод автора о размывании социально-экономической опоры полукрепостнического землевладения в годы первой мировой войны, что существенно ослабляло царизм. В годы войны интенсивнее, чем прежде, шла пролетаризация беднейшего крестьянства, что подтверждается анализом крестьянских выступлений. Направление борьбы крестьян в годы войны свидетельствовало о том, что аграрный вопрос был по-прежнему "оселком" в период созревания новой, буржуазно-демократической революции в России.
Задача дальнейшего исследования творчества народных масс, поднявшихся к активному политическому действию, была поставлена советскими исследователями в 60-х годах в связи с изучением важнейшего вопроса революции - образования и деятельности Петроградского Совета, Заслуживает внимания дискуссия на страницах научной печати по вопросу, о причинах меньшевистско-эсеровского влияния в Петроградском Совете82 . Нам представляется более предпочтительной в этом споре позиция С. А. Артемьева и М. К. Потехина, которые начали исследование вопроса о преобладании в Совете эсеров и меньшевиков с анализа социального и партийного состава Совета. В статье Г. И. Злоказова имеется тенденция объяснить это преобладание системой выборов, что вольно или невольно приводит к преувеличению роли мелкобуржуазных партий в те исторические дни. Разъяснение массам большевистской тактики в начале революции в Петроградском Совете хорошо было показано Д. В. Ознобишиным83 .
Последние работы вводят в канву событий Февраля 1917 г. забытые имена участников боевых сражений, членов ленинской гвардии - рабочих-правдистов. Это в особенности относится к главе "Партия большевиков в Февральской революции" во втором томе "Истории КПСС". Несомненно, что такая практика наносит удар по безликости и схематизму. Персонификация истории Февральской революции делает более доказательной органическую связь большевистской партии с народными массами.
В последнее время историки стали проявлять возросший интерес к позиции либерально- буржуазных и мелкобуржуазных партий в револю-
79 В. И. Миллер. Ставка и солдатские комитеты в марте 1917 г. "Октябрь и гражданская война в СССР", стр. 62 - 80; его же. Из истории Приказа N 1 Петроградского Совета. "Военно-исторический журнал", 1966, N 5, стр. 109 - 114; его же. Начало демократизации старой армии в дни Февральской революции. "История СССР", 1966, N 6. стр. 26 - 43.
80 См. об этом подробнее И. И. Минц. Первые шаги демократизации русской армии. "Военно-исторический журнал", 1966, N 3, стр. 45 - 58.
81 А. М. Анфимов. Российская деревня в годы первой мировой войны (1914 - февраль 1917 г.). М. 1962.
82 Г. И. Злоказов. Создание Петроградского Совета. "История СССР", 1964, N 5, стр. 103 - 111; С. А. Артемьев. Состав Петроградского Совета в марте 1917 г. Там же, стр. 112 - 128; М. К. Потехин. К вопросу о возникновении и составе Петроградского Совета в 1917 г. "История СССР", 1965, N 5, стр. 233 - 235.
83 Д. В. Ознобишин. Борьба большевиков с соглашателями в Петроградском Совете (март 1917 г.). "Исторические записки". Т. 73, стр. 111 - 126.
ции84 , к истории формирования буржуазного Временного правительства. Проведено обстоятельное исследование поведения буржуазных кругов Государственной думы в дни Февральского переворота, существенно уточнена история образования Временного комитета Государственной думы и Временного правительства. Д. В. Ознобишин напомнил о ленинской оценке Временного комитета Государственной думы как первого Временного правительства. В связи с этим автор совершенно правильно датирует двоевластие с момента образования Петроградского Совета и Думского комитета85 .
Интересный и малоразработанный вопрос о роли крупной монополистической буржуазии в формировании Временного правительства в первые дни марта затронул П. В. Волобуев. По его мнению, помимо кадетских лидеров, активную роль в создании буржуазной власти сыграли банковско-монополистические круги России86 . А. Е. Иоффе и А. В. Игнатьев, по сути дела, впервые попытались показать отношения русской либеральной буржуазии и союзников, значение их заговора для судеб русского царизма87 . Следует упомянуть и о содержательных исторических этюдах А. Л. Сидорова, в которых он уточнил ряд моментов, связанных с последними днями царизма88 . К сожалению, позиция либерального буржуазно-помещичьего лагеря и царского самодержавия накануне Февраля исследуется еще недостаточно. Ленинское замечание о слиянии в Февральской революции 1917 г. "совершенно разнородных классовых интересов" требует по-новому взглянуть на роль либеральной буржуазии в этой революции, отказаться от односторонней трактовки ее в дни буржуазно-демократического переворота лишь как контрреволюционной силы.
Как же исследование Февральской революции сказывается на содержании учебников и учебных пособий?
Возьмем, к примеру, изданные в 60-х годах учебники и учебные пособия по истории СССР, предназначенные для высших учебных заведений89 . Здесь много нового интересного материала. В большинстве случаев Февральская революция 1917 г. выделяется в самостоятельную главу. В учебнике для педагогических институтов (под редакцией П. И. Кабанова, Н. Д. Кузнецова) такая глава открывается интересным вступлением об экономических и политических предпосылках революции, где показано, что старые противоречия буржуазно-помещичьего строя в годы войны чрезвычайно обострились. Там же дана верная характеристика "кризиса верхов" как краха политики определенных групп правящих классов, стремящихся расширить социальную базу царизма. Во всех учебниках делается попытка показать органическую
84 В. В. Комин. Буржуазные и мелкобуржуазные политические партии России в период подготовки и проведения Октябрьской революции. Калинин. 1966.
85 Д. В. Ознобишин. Временный комитет Государственной думы и Временное правительство. "Исторические записки". Т. 75, стр. 273 - 294.
86 П. В. Волобуев. Монополистическая буржуазия и Временное правительство. "Монополии и иностранный капитал в России". М. -Л. 1962, стр. 240 - 273.
87 А. В. Игнатьев. Русско-английские отношения накануне Октябрьской революции (февраль - октябрь 1917 г.). М. 1966; А. Е. Иоффе. Русско-французские отношения в 1917 г. (февраль - октябрь). М. 1958.
88 А. Л. Сидоров. Провал попытки ставки подавить Февральскую революцию 1917 г. в Петрограде. "Вопросы архивоведения", 1962, N 1 стр. 101 - 109; его же. Материалы о свержении царизма. "Исследования по отечественному источниковедению". М. -Л. 1964, стр. 139 - 149; его же. Отречение Николая II и Ставка. В сборнике "Проблемы общественно-политической истории России и славянских стран". М. 1963, стр. 470 - 480.
89 "История СССР". Учебное пособие ВПШ при ЦК КПСС. Кафедра истории СССР. Под общей редакцией Б. Д. Дацюка. М. 1963; "История СССР". Ч. П. Учебник для педагогических институтов. Под редакцией П. И. Кабанова, Н. Д. Кузнецова. М. 1964; "История СССР". Т. II. (1861 - 1917 гг.). Под редакцией Л. М. Иванова, А. Л. Сидорова, Е. Д. Черменского, В. К. Яцунского. М. 1965; Е. Д. Черменский. История СССР. Период империализма. М. 1965.
связь деятельности большевистских организаций с нараставшим революционным движением.
Вместе с тем в учебниках и учебных пособиях еще встречаются ничем не подтвержденные сведения. Так, например, сообщается о фактах строительства баррикад в дни Февральской революции, о вооружении городовых в Петрограде пулеметами. Ленинское замечание о мелкобуржуазной стихии, которая "подавила сознательный пролетариат не только своей численностью, но и идейно"90 , авторы учебных пособий относят зачастую только к анализу причин, которые привели к передаче Петроградским Советом власти буржуазии, хотя это замечание имеет большое значение для понимания складывания самого состава Совета и его Исполнительного комитета. В учебной литературе недостаточно используются новейшие данные о размахе стачечной борьбы петроградского пролетариата в канун и в дни Февральской революции.
Итак, советская историческая наука пришла к ясному и аргументированному положению о Февральской революции как революции народной, в которой главной движущей силой и гегемоном является российский пролетариат, возглавляемый партией большевиков. В советской историографии разработаны вопросы, связанные с оценкой характера движущих сил революции, роли большевистской партии в феврале 1917 года.
Вместе с тем проблема "Февральская буржуазно-демократическая революция" представляет собой обширное поле деятельности для исследователей. Перед историками еще стоит задача вскрыть сложные взаимоотношения разнородных политических сил и течений в стране, показать, как объективные условия социально-экономического и политического развития России способствовали "слиянию" революционных и оппозиционных сил в борьбе с самодержавием, привлечь выводы ученых, занимающихся проблемой российского империализма, для раскрытия политической истории России в 1914 - 1917 годах. Без решения этих задач трудно объяснить причины и предпосылки Февральской революции и навсегда расстаться с привычными схемами в изложении предыстории Февраля, когда она "разлагается" на составные элементы как бы параллельно развивающихся "потоков".
Сессия по национальному вопросу накануне и в период Октября 1917 г. выявила интересные теоретические вопросы, связанные с процессами объединения революционных усилий всех народов царской России в демократической революции91 .
Усилия историков должны быть направлены по-прежнему на разработку отдельных локальных тем, посвященных изучению различных политических сил в стране, анализу развития стачечной борьбы не только в Петрограде, но и во всей стране, не только "вширь", но и "вглубь", то есть условий перехода революционной борьбы масс из одной формы в другую, характера этой борьбы и демократических требований. До сих пор абсолютно не изученным остается для рассматриваемого периода участие в революционной борьбе демократической интеллигенции, студенчества. Значительно больше, по нашему мнению, следует обратить внимания на разработку истории заключительного этапа Февральского переворота и прежде всего образования Советов в Петрограде, Москве и других городах страны. Специальной исследовательской работы, видимо, заслуживает также причина молниеносного краха царизма - падения династии Романовых в России в 1917 году.
90 В. И. Ленин. ПСС. Т. 31, стр. 156.
91 "Национальный вопрос накануне ив период проведения Великой Октябрьской социалистической революции (материалы сессии)". Вып. 1 - 2. М. 1964, стр. 9. К. сожалению, историки национальных районов мало исследуют специфику национально- освободительного движения, его причины и особенности.
Новые публикации: |
Популярные у читателей: |
Новинки из других стран: |
![]() |
Контакты редакции |
О проекте · Новости · Реклама |
Цифровая библиотека Украины © Все права защищены
2009-2026, ELIBRARY.COM.UA - составная часть международной библиотечной сети Либмонстр (открыть карту) Сохраняя наследие Украины |
Россия
Беларусь
Украина
Казахстан
Молдова
Таджикистан
Эстония
Россия-2
Беларусь-2
США-Великобритания
Швеция
Сербия