Западногерманский историк выступает против антирапалльского мифотворчества
"Vtertel jahrshefte fur Zeitgeschichte" Stuttgart. 1963. Hf. 2, S. 105 - 165.
Рапалльский договор, заключенный 16 апреля 1922 г. между Советской Россией и Германией, знаменовал начало нового этапа отношений между двумя странами - отношений, построенных на принципах мирного сосуществования и делового сотрудничества. Именно поэтому реакционная западногерманская историография, которая отражает идеологию крайне агрессивных, реваншистско-милитаристских кругов монополистического капитала, стоящих ныне у власти в ФРГ, превратила Рапалло в объект нападок и стремится сделать все, чтобы извратить сущность политики Рапалло, "доказать", в частности, ее ошибочность и даже вредность для судеб германского народа, Европы и всего мира.
Фальшь этих псевдонаучных концепций настолько очевидна, что необходимость их критического пересмотра начинает ощущаться и в кругах западногерманских историков. Показательно в этом отношения, что не кто иной, как председатель Союза западногерманских историков К. - Д. Эрдман выступил с обширной статьей "Германия, Рапалло и Запад", которая является серьезным ударом по ряду фальсификаторских мифов врагов Рапалло.
Одна из легенд в реакционной литературе утверждает, будто непосредственным следствием Рапалло были "изоляция" Германии в западном мире, общее ухудшение ее политического положения, потеря к ней "доверия" со стороны западных держав, срыв Генуэзской конференции; даже французская оккупация Рура в 1923 г. объявляется следствием "шока Рапалло". Свое отношение к этому мифу Эрдман демонстрирует весьма недвусмысленным образом. "Рапалло не затронуло существа генуэзских переговоров, - пишет он. - Конференция дала результат, который, с немецкой точки зрения, вообще мог рассматриваться как оптимальный". Эрдман вполне согласен с мнением, выраженным еще современниками событий, что "Рапалло фактически означало стратегический успех" (для Германии. - А. Ф.), притом "именно в аспекте взаимоотношений Германии с Западом".
Приводимые автором документы из архивов германского министерства иностранных дел, в числе которых представляют интерес доклады главы германской делегации на конференции в Генуе рейхсканцлера П. Вирта президенту Эберту, служебные дневники делегации, личные заметки ее участников (отчасти привлечены и протоколы заседаний Совета министров), вполне подтверждают тезисы Эрдмана (заметим, впрочем, что они подтверждают, в общем-то, уже давно известные факты). Вот один характерный штрих: если до 16 апреля германские представители на Генуэзской конференции терпели "дикое" (эпитет Вирта) обращение со стороны англичан и французов, то атмосфера сразу же переменилась после подписания советско-германского договора. Ллойд-Джордж заговорил о желании установить "дружбу" с Германией, и, что самое главное, германские представители, как указывает Эрдман, получили и использовали "благоприятную возможность для того, чтобы поднять вопрос о репарациях", то есть об облегчение бремени, которое несла побежденная Гер мания.
Правда, вопрос о репарациях, как и связанный с ним вопрос о займе Германии, то-
гда не был разрешен. Тот факт, что переговоры по этим вопросам зашли в тупик, также использовался в реакционной историографии для нападок на Рапалло. Широкое хождение получила, в частности, версия о не коих разрабатывавшихся "английскими, голландскими и швейцарскими экспертами" планах "оздоровления германских финансов", якобы предусматривавших предоставление крупного займа Германии и даже "урегулирование" (в духе уступок Германии) репарационного вопроса. "Эти планы были, однако, перечеркнуты неожиданным заключением Рапалльского договора. Рапалльский договор - величайшая глупость, которая была совершена германской политикой со времени после окончания войны" - с этим тезисом из книги В. фон Блюхера "Путь Германии в Рапалло" Эрдман полемизирует весьма решительным и убедительным образом. Он дает реалистичную картину переговоров по вопросам займа и репараций - картину, которая ясно показывает, что не Рапалло, а непримиримость империалистических противоречий, прежде всего франко-германских, исключила возможность договоренности по этим вопросам в 1922 году. Изображение клубка противоречий в треугольнике Германия - Франция - Англия представляет собой сильную сторону статьи Эрдмана.
Весьма рельефно показана позиция Англии на переговорах, позиция, которая несла на себе отпечаток усиливавшихся англо-французских противоречий. Интересные моменты в этом отношении раскрывает широко цитируемый автором британский меморандум "Германские репарации: необходимость изменения существующего порядка платежа", переданный англичанами германским представителям в Генуе втайне от французского партнера.
Представленный Эрдманом документальный материал проливает, - таким образом, свет на движущие пружины внешнеполитических акций империалистических держав. Следует отметить, что, к сожалению, в своих выводах и оценках автор платит немалую дань субъективизму. Не говоря уже о чисто идеалистических попытках трактовки позиции того или иного политического деятеля с точки зрения свойств его характера или темперамента, мы встречаемся с утверждениями, явно продиктованными политическими пристрастиями Эрдмана. Так, он пытается выделить в особую рубрику американскую позицию, создать у читателя впечатление, будто США были не то равнодушны к делам Европы, и в частности к Рапалло, не то чуть ли не приветствовали последнее. Это положение не только не подкреплено в статье, но даже противоречит отмеченным в ней фактам, которые изобличают позицию американского бизнеса в Генуе. История свидетельствует об активной деятельности американских должностных лиц и деловых людей в Генуе и Гааге, деятельности крайне антисоветской, направленной на блокирование всяких попыток нормализации отношений между капиталистическим миром и Советской Россией.
Не менее отчетливо выступает у Эрдмана и тенденция приукрасить деятельность германских политиков. Конечно, тогдашние руководители Германии проявили трезвость в оценке международной обстановки, пойдя на нормализацию отношений с Советской Россией, но утверждать, как это делает Эрдман, что германские представители на Генуэзской конференции сверх того еще "лояльно трудились в пользу достижения взаимопонимания между Россией и западными державами", значит впадать в явную непоследовательность. Многие документы, которые приводит сам же Эрдман, не подтверждают его версии. В самом деле, о каком "честном посредничестве" может идти речь, если от советской стороны требовались уступчивость и "мягкость", а британской стороне Германия предлагала "некие совместные финансовые предприятия в отношении Советской России" на основе кабальных условий так называемого "меморандума 8 держав" от 2 мая 1922 г., согласно которому в России должен был быть введен капитуляционный режим.
Груз антикоммунистических идей вносит досадный диссонанс в статью, которая, в общем, содержит интересные материалы и мысли о политике Рапалло.
New publications: |
Popular with readers: |
News from other countries: |
![]() |
Editorial Contacts |
About · News · For Advertisers |
Digital Library of Ukraine ® All rights reserved.
2009-2026, ELIBRARY.COM.UA is a part of Libmonster, international library network (open map) Keeping the heritage of Ukraine |
US-Great Britain
Sweden
Serbia
Russia
Belarus
Ukraine
Kazakhstan
Moldova
Tajikistan
Estonia
Russia-2
Belarus-2