Автор: Питер Дж. Спиро
Иммиграционная политика обычно считается частью внешней политики государства, а значит требует полного контроля со стороны центрального правительства. Даже в рамках федераций субнациональным субъектам полномочия в этой области предоставлялись лишь в ограниченном масштабе. Сейчас, похоже, ситуация меняется, и глобализация открывает возможности для гораздо большего участия субнациональных органов в принятии решений по вопросам иммиграции. Это участие повысит уровень "удовлетворенности преференциями" у субъектов федерации и одновременно в конечном счете пойдет на пользу иммигрантским группам.
В статье исследуются новые потенциальные возможности федеративного устройства в трех конкретных отраслях иммиграционного законодательства и политики: в области прав иммигрантов, иммиграционных привилегий и иммиграционных правил. Область прав иммигрантов включает вопросы обращения с иностранцами в рамках зрения гражданского и уголовного законодательства, а также последствия иностранного происхождения с точки зрения государственных социальных служб и других льгот. Иммиграционные привилегии заключаются в разрешении въезда на определенную территорию и получении гражданства. В сферу иммиграционных правил входят пограничный контроль и контроль за въездом, а также соблюдение условий законного въезда.
В статье оцениваются возможные подходы в каждой из этих областей с точки зрения трех моделей федерализма: гегемонии центрального правительства, федерализма с совместными полномочиями и федерализма с делегированием полномочий. Гегемония центрального правительства - это система, при которой субнациональные единицы играют лишь косвенную, периферийную роль в принятии решений по вопросам иммиграции. В рамках модели с совместными полномочиями центральное правительство сохраняет за собой основной контроль и наблюдение за принятием решений по иммиграции, но привлекает субнациональные органы власти в качестве младших партнеров и оставляет за ними определенную свободу в учете и заботе о конкретных субнациональных потребностях. При модели с делегированием полномочий центральное правительство передает основные функции субнациональному субъекту.
Судя по всему, в рамках федераций возникает тенденция отхода от гегемонии центрального правительства в сторону модели с совместными полномочиями. Вопрос состоит в том, является ли предпочтительным - или хотя бы возможным - более полное делегирование полномочий в области иммиграционной политики.
Питер Дж. Спиро - профессор юриспруденции Университета Хофстра и Хемпстеде, штат Нью-Йорк. E-mail: lawpjs@hofslra.cdu. В 1998-1999 гг. он проводил исследование закона о предоставлении гражданства США для Института открытого общества: в 1993-1994 гг. занимал должность сотрудника по международным вопросам при Совете по иностранным делам, исследуя роль негосударственных субъектов в между народных организациях. Он является автором ряда работ о роли субнациональных органов власти в международных отношениях.
стр. 79
Типы принятия решений по вопросам иммиграции и последние тенденции
Права иммигрантов
Права иммигрантов подразделяются на две основные категории. Во-первых, это гражданские права, в том числе право на защиту силой закона и перед законом, другими словами, права личности. Среди примеров можно назвать процедурные правила, предоставляемые обвиняемым в рамках уголовного преследования и право прибегать к помощи закона для защиты от злоупотреблений со стороны других (включая, к примеру, договорное и трудовое законодательства). Субнациональные власти не имеют большого влияния в отношении соблюдения большинства этих прав. Это результат не столько гегемонии центрального правительства, сколько характера международного законодательства. Гражданские права сегодня относятся к правам человека и регулируются не на государственном, а скорее на международном уровне.
Большинство социальных прав еще не гарантируются столь четко международным законодательством. Подобные права включают право на пользование социальными службами, вроде здравоохранения, программ помощи неимущим или государственной системы образования. В отношении этих прав полномочия по принятию решений могут быть возложены на национальное правительство или на субъекты федерации. В настоящее время происходят важные дискуссии, не связанные с иммиграционным контекстом, о том, на каком уровне управления лучше осуществляются социальные программы.
Что же касается вопросов иммиграции, то вопрос здесь в том, имеют ли иностранцы (находящиеся в стране легально и нелегально) доступ к государственным социальным программам. В Германии и Канаде субнациональные власти уже давно обладают полномочиями по определению уровня социальных льгот для иностранцев. В Соединенных Штатах, напротив, к этому вопросу до недавнего времени подходили с точки зрения модели гегемонии центрального правительства; т.е. лишь федеральное правительство имело право определять, каким образом иностранное происхождение должно влиять на социальные гарантии, даже в отношении программ с местным финансированием. В последние годы положение изменилось. В рамках законодательства 1996 г. о реформе социальной среды, правительства штатов в США впервые получили полномочия по определению условий доступа к некоторым важным программам в зависимости от статуса с гражданством.
Правила иммиграции
Правила иммиграции включают пограничный контроль и осуществление положений по удалению иностранцев, въехавших в страну нелегально или нарушивших условия легального въезда. В большинстве государств применение этих правил находится в исключительном ведении центрального правительства - соответствующих подразделений министерств по делам иммиграции. Важным исключением из этой общей тенденции является Германия, где за депортацию отвечают земли. В других странах субнациональные власти способны косвенно влиять на решения о депортации, по крайней мере там, где основания для депортации связаны с субнациональными уголовными законами и другими процессами; например, судьи, работающие в судах провинций или штатов, порой обладают правами по определению лиц, подлежащих депортации, через свои полномочия по вынесению приговоров. Возможно и неформальное использование федеральными иммиграционными властями своих ресурсов в соответствии с настроениями, господствующими в субнациональных субъектах. Именно так происходит в Соединенных Штатах, где применение иммиграционных правил было жестче на Юго- западе - в регионе, где настроения против иностранцев часто усиливались, чем на Северо-востоке, где в последние годы неизменно проявлялось дружелюбие к иммигрантам.
Модель гегемонии центрального правительства в отношении правил иммиграции
стр. 80
|
|
Central government hegemony |
Cooperative federalism |
Devolutionary federalism |
|
Immigrant rights |
All rights and social services set at national level; subunits not permitted to discriminate against non-citizens. |
National government sets floor on rights and benefits, but allows some discretion by subunit to use alienage as eligibility criteria. |
Subunits not constrained by national government (but may be by international law). |
|
Immigration enforcement |
National government executes all border control and interior enforcement. |
National government maintains primary responsibility, as supplements by voluntary subunit contributions. |
Subunits enforce immigration controls. |
|
Immigration benefits |
National government sets levels and criteria for immigrants. |
National levels and criteria supplemented by subunit input and/or control of targeted immigration. |
Subunits set levels and criteria for immigration. |
Figure 1. Three models of federation.
так подвергается пересмотру. В соответствии с важными законами об иммиграционной реформе, принятыми в США в 1996 г., Министерству юстиции предписывается заключать соглашения с властями штатов и местными органами управления, согласно которым последним передаются полномочия по проведению расследований, аресту и задержанию лиц, незаконно пребывающих в Соединенных Штатах. Правоохранительным органам на уровне штатов и на местах по решению министра юстиции может также быть поручено осуществление иммиграционного контроля в период "массового наплыва".
Ни одно из этих новых положений американского законодательства пока не применялось на практике, хотя некоторые местные органы и изучали возможность заключения соглашений по передаче полномочий. В то же время в Германии депортация властями некоторых земель иностранцев, получивших отказ в политическом убежище, вызвала противоречивую реакцию. Однако общая тенденция, похоже, заключается в отказе от исключительного контроля со стороны центрального правительства и внедрения как минимум модели совместных полномочий в вопросах принятия иммиграционных решений. Питер X. Шук с юридического факультета Йельского университета недавно написал важную статью в поддержку участия властей штатов в применении правил иммиграции (Schuck, 1999).
Есть еще один способ участия субнациональных единиц в применении правил иммиграции, который не следует включать в рамки этой тенденции: попытки центрального правительства заставить субнациональные власти помогать ему в осуществлении контроля над иммиграцией. Подобные попытки наблюдались, к примеру, в Соединенных Штатах в середине 1990-х гг. (когда в ряде регионов были приняты законы, запрещающие сотрудничество с федеральными иммиграционными властями), но с тех пор они, судя по всему, сошли на нет.
Иммиграционные привилегии
Иммиграционные привилегии состоят в предоставлении различных прав, связанных с въездом и проживанием, а именно, в
стр. 81
выдаче разрешения на сам въезд и определении его условий (прежде всего, о временном или постоянном проживании). Эта категория решений об иммиграции включает также полномочия по натурализации и их применение.
Как и в вопросе о правилах иммиграции, иммиграционные привилегии в двадцатом веке оставались, по крайней мере в основном, в полном ведении центральных правительств. (Описание исключительного контроля властей штатов США над иммиграцией в девятнадцатом веке) (Neumann, 1993). Лишь центральные правительства решали, какие категории потенциальных иммигрантов следует допускать в страну и на каких условиях. Особую важность среди этих правил представляют те, что касаются требований для въезда на постоянное жительство. В Соединенных Штатах консультаций с субнациональными властями по вопросу приема иммигрантов не проводилось. Категории, получающие право на постоянное проживание, определялись на основе общенациональных потребностей и возможностей, при этом субнациональные вариации впрямую почти не учитывались. В прошлом это было особенно очевидно при отборе иммигрантов по профессиональной квалификации.
Но и в этом направлении модель гегемонии центрального правительства дает трещины. Правительства государств все больше принимают во внимание меняющиеся субнациональные потребности, которые можно удовлетворить за счет квалифицированных иммигрантов. В Австралии и Канаде (в последней иммиграция
стр. 82
всегда являлась сферой совместных конституционных полномочий, по крайней мере формально), это нашло свое выражение в программах, в рамках которых провинции получают дополнительные квоты на прием квалифицированных иммигрантов в соответствии с официальными соглашениями между центральными и субнациональными властями. В Канаде кроме того в решении вопросов, связанных с иммиграцией в Квебек, большое участие принимают власти самой этой провинции. В настоящее время Квебек уже учредил несколько представительств за рубежом, в чьи функции входит поощрение иммиграции. Эта провинция получила разрешение определять собственную "систему баллов" для профессиональной иммиграции и осуществлять программу по привлечению "иммигрантов-инвесторов" отдельно от общеканадской; на деле считается даже, что провинциальный вариант этой программы является конкурентом общегосударственной (Tessier, 1995). В Соединенных Штатах правительства штатов пока официально не участвуют в определении уровней и приоритетов иммиграции. Однако недавно выдвигались предложения о расширении квоты приема гастарбайтеров в определенные штаты под видом "пилотных программ".
Натурализация, судя по всему, по-прежнему остается в исключительном общегосударственном ведении, как в области выработки политики, так и ее осуществлении. Однако это не всегда было так. До 1906 г. в США властям штатов были предоставлены параллельные административные полномочия по натурализации иностранцев.
Оценка моделей федерализма применительно к иммиграции
Таким образом, мы можем проследить тенденцию к большему участию субнациональных субъектов по каждому из трех направлений принятия решений по вопросам иммиграции. Возникает вопрос, а желательна ли эта тенденция?
Исключительный федеральный контроль над решениями об иммиграции имел смысл, когда в мире царила враждебность и конкуренция между государствами. Иммиграция почти неразрывно связана с внешней политикой; она по определению включает вопросы отношения к гражданам других государств. Это превратило проблему иммиграции и обращения с иностранцами в целом в чувствительный вопрос межгосударственных отношений в рамках Вестфальской системы.
Как и в остальных внешнеполитических вопросах, осуществление иммиграционной политики централизованным органом, способным принимать решения об иммиграции в рамках общего набора внешнеполитических соображений, заключала в себе существенные структурные преимущества. В противном случае субнациональные единицы действовали бы согласно приоритетам, способным нарушить хрупкий баланс двусторонних отношений, и последствия могли быть катастрофическими. (И действительно, есть немало исторических примеров, когда в девятнадцатом и начале двадцатого века субнациональные власти действовали вопреки общегосударственным интересам, что приводило к серьезным международным противоречиям.) Это самое убедительное объяснение традиционного господства центральных правительств в сфере иммиграционной политики.
Но гегемония центрального правительства всегда осуществлялась ценой подавления вариаций субнациональных приоритетов и ограничения гибкости. Типичен пример Соединенных Штатов, где эта система оборачивалась против интересов иммигрантов (уже проживающих в стране, незарегистрированных или потенциальных). В моменты наибольшего развития антииммигрантские настроения неизменно сконцентрированы географически и ощущаются более сильно, чем уравновешивающее их нейтральное или благожелательное отношение к иностранцам в других местах. Там, где существует исключительный контроль центрального правительства, антииммигрантские настроения на местах передаются центральному правительству,
стр. 83
хотя они, возможно, и не отражают мнение большинства населения страны (Skerry, 1995, р. 83-85).
Два крупных всплеска крайних ограничений иммиграции в Соединенных Штатах - один в конце девятнадцатого века (отразившийся в Законах о недопущении китайцев), а второй - в середине 1990-х гг. - можно фактические связать с антииммигрантской политикой в Калифорнии. Будучи политически могущественным штатом и не имея возможности действовать самостоятельно. Калифорния сумела воплотить свои антииммигрантские преференции в общенациональном законодательстве.
С точки зрения императива внешней политики, подавление субнациональных предпочтений было прискорбным, но необходимым делом. В последние годы, однако, равновесие сместилось. Во-первых, отношения между государствами (по крайней мере в демократическом мире) больше не чреваты серьезной военной угрозой. Таким образом, риск того, что действия субнациональных властей повлияют на внешнюю политику, намного снизился. Во-вторых, правительства других государств теперь скорее всего поймут, что если субнациональный субъект федерации предпринимает какие-то действия в рамках своих полномочий, то он действует самостоятельно. Сегодня существует меньше склонности возлагать на общенациональное правительство ответственность за поведение субнациональный единицы (Spiro, 1994).
Подобное развитие событий позволяет одновременно объяснить и оправдать рост активности субнациональных властей в области внешней политики в целом, и в вопросах иммиграции как одном из ее проявлений. Оно знаменует собой окончание гегемонии центральных правительств в сфере иммиграции. Это, однако, не означает, что ответственность за иммиграционную политику должна быть или может быть передана субнациональным единицам. Но будущее, вероятнее всего за моделями с совместным осуществлением полномочий или их делегированием.
Права иммигрантов
В этом отношении потенциал делегирования полномочий особенно велик. Вопреки укоренившейся федералистской позиции правозащитников, на деле положение иммигрантов может в целом улучшиться, если вопрос о выделении социальных льгот будет передан на субнациональный уровень. Этот вывод основывается на опыте США в ходе осуществления закона о реформе социальной сферы 1996 г. В тот момент делегирование решений о социальных выплатах и вопросов здравоохранения для пожилых людей столкнулось с осуждением защитников иммигрантов в Соединенных Штатах, предсказывавших "скольжение на дно", в ходе которого все иммигранты лишатся социальных льгот. На самом деле почти все штаты установили весьма благожелательные критерии доступа иностранцев к социальным услугам. Возможно, чиновники на субнациональном уровне проявляют большую чуткость к предпочтениям иммигрантов-иностранцев (особенно если они связаны с местными иммигрантскими общинами), и озабочены международной репутацией своего региона в условиях глобальной конкурентной экономики (Spiro, 1997).
Однако полная передача контроля над областью прав иммигрантов на субнациональный уровень в некоторых случаях связана с опасностью, что ситуация здесь может значительно ухудшиться. Но эта опасность существенно ограничивается международными критериями соблюдения прав человека, нарушить которые не могут ни общенациональные, на субнациональные власти. Соблюдая эти международные обязательства, общенациональные правительства будут по-прежнему ограничивать свободу действий субнациональных властей в определении социальных льгот для иммигрантов. Но, особенно в отношении социальных программ, общий контроль над которыми уже возложен на субнациональные органы власти, разрешение определять доступ к ним для иностранцев может последовать как нечто само собой разумеющееся.
стр. 84
Иммиграционные правила и привилегии
Контроль над иммиграцией, соблюдением иммиграционных правил и привилегий осложняется наличием общей свободы передвижения внутри федераций. Полномочия по контролю за соблюдением иммиграционных правил и иммиграционными привилегиями не может быть полностью делегирован на места из-за проблемы "слабого звена". То есть, там, где не существует никаких ограничений для перемещения между административными единицами после въезда в страну, какой- то централизованный надзор и контроль необходим, иначе один субъект сможет устанавливать стандарты въезда, которые автоматически будут распространяться на все остальные регионы. Сейчас мы наблюдаем, как это затруднение решается в Европейском Союзе, где ценой полной внутренней свободы передвижения стала существенная передача контроля над иммиграционной политикой национальными государствами Шенгенской группе.
Таким образом, в области иммиграционных правил и привилегий модель федерализма с делегированием полномочий неосуществима. Однако, как показали последние события, в обеих этих сферах открываются большие возможности для совместного осуществления полномочий.
Федеральные власти не могут полностью передать контроль за соблюдением правил иммиграции (особенно пограничный контроль) субнациональным единицам, даже если возникнет риск, что интересы одной административной единицы могут пострадать. Например, Монтану может не волновать проблема неконтролируемой иммиграции, и она отменит пограничный контроль; тогда, в условиях свободы передвижения, будут нарушены интересы других штатов, стремящихся ограничить иммиграцию. Но эта опасность не исключает иммиграционного контроля со стороны субнациональных властей в дополнение к действиям федерального правительства. Субнациональной единице, обеспокоенной высоким уровнем незарегистрированной иммиграции, могут быть переданы полномочия (теперь это возможно в рамках законодательства США) по оказанию помощи в иммиграционном контроле. Таким образом, предпочтения субнациональной единицы будут учтены без особого ущерба для других регионов, а антииммигрантские настроения, которые в противном случае могли усилиться на общенациональном уровне, будут погашены.
Федерализм с совместными полномочиями - подходящая модель в отношении иммиграционных привилегий. Позиция некоторых субнациональных единиц может отличаться от общенационального среднего показателя в сторону предпочтения большего потока иммигрантов, как это происходит с некоторыми фермерскими штатами США и Канады. Эти предпочтения можно учесть благодаря целевым иммиграционным привилегиям, вроде поощрения иммиграции специалистов, осуществляемого сегодня в Канаде и Австралии с участием провинциальных властей. Эта форма совместных полномочий может быть существенно расширена, если обусловить получение статуса иммигранта разумным сроком проживания на определенной территории после въезда в страну. Так, выдача иммиграционной визы врачу, въезжающему в страну в рамках специальной программы для сельских районов, будет иметь условием его проживание в этом районе в течение, скажем, пяти лет. Аналогичные механизмы в целях защиты от злоупотреблений существуют в Соединенных Штатах в отношении иммиграции на основании брака или инвестиций. Такая система позволит каждому субъекту при желании устанавливать квоты на прием иммигрантов и определять условия их въезда в соответствии со своими конкретными потребностями.
В такой трактовке совместные полномочия в области иммиграционных привилегий повысят эффективность мер по контролю за иммиграцией. Общий уровень иммиграции скорее всего возрастет, ведь система будет работать на основе ее минимального потолка, определяемого на общенациональном уровне. От такой системы выиграют и те субъекты федерации, что ранее были "обделены" иммигрантами.
Наконец, если проблема "слабого звена" исключает полное делегирование полномочий в области критериев натурализации, то при осуществлении самого процес-
стр. 85
са натурализации возможно использование модели совместных полномочий. В Германии натурализация осуществляется землями, как это было и в Соединенных Штатах до 1906 г. В последние годы процесс натурализации в Соединенных Штатах происходит с большими задержками. Их можно было бы сократить, если бы власти штатов получили возможность способствовать натурализации под надлежащим надзором федеральных служб.
Выводы
Иммиграционная политика служит своего рода запоздалым индикатором общей тенденции в сторону делегирования управленческих полномочий. Однако тот факт, что перемены затронули и эту сферу, свидетельствует о силе влияния "нового федерализма". Как и в других областях, субнациональные власти получают большую свободу действий в выработке иммиграционной политики, и этот процесс можно приветствовать, хотя и с оговорками. Хотя центральные правительства, скорее всего, в значительной мере сохранят за собой контроль над иммиграцией, внедрение модели федерализма с совместным осуществлением полномочий позволит лучше удовлетворять субнациональные потребности и предпочтения при одновременном соблюдении общенациональных интересов в вопросах иммиграции.
Библиография
Neuman G. L. The lost century of American immigration law (1776-1875) // Columbia Law Review. 1993. V. 93. P. 1833.
Shock P. H., Williams J. Removing criminal aliens: the pitfalls and promises of federalism // Harvard Journal of Law and Public Policy. 1999. V. 22. P. 367.
Skerry P. Many borders to cross: is immigration the exclusive responsibility of federal government? // Publius: The Journal of Federalism. 1995. V. 25. Nr. 3.
Spiro P. J. The states and immigration in an era of demisovereignties // Virginia Journal of International Law. 1994. V. 35. P. 121-78.
Spiro P. Learning to live with immigration federalism // Connecticut Law Review. 1997. V. 29. P. 1627-1646.
Tessier К. Immigration and the crisis in federalism: a comparison on the United States and Canada // Indiana Journal of Global Legal Studies. 1995. V. 3. P. 211-244.
New publications: |
Popular with readers: |
News from other countries: |
![]() |
Editorial Contacts |
About · News · For Advertisers |
Digital Library of Ukraine ® All rights reserved.
2009-2026, ELIBRARY.COM.UA is a part of Libmonster, international library network (open map) Keeping the heritage of Ukraine |
US-Great Britain
Sweden
Serbia
Russia
Belarus
Ukraine
Kazakhstan
Moldova
Tajikistan
Estonia
Russia-2
Belarus-2