Березин В.

Путь и шествие

М.: АСТ: Астрель, 2010

Роман-путешествие - жанр, давно литературой освоенный. Для русского читателя путешествие - тема особенная - в силу огромных пространств России, во-первых, и, во-вторых, из-за того, что расцвет русской литературы пришёлся на время, когда границы империи раздвигались.

Итак, это апология путешествия. Роман представляет собой трёхчастное повествование. Его герои - философы. Впрочем, они в той же степени философы, в какой ими являлись герои Венедикта Ерофеева, рассуждающие о жизни в подмосковной электричке. Главный персонаж Березина, в прошлом человек какой-то интеллектуальной профессии, кажется, учёный, а теперь специалист по ремонту электрооборудования, едет чинить лесопилку и попутно обсуждает явление дауншифтинга со своими коллегами, спорит с ними об истории и литературе, успевает влюбиться и в результате начинает писать роман, который, собственно, и представляет вторую часть книги. Этот вставной роман является очевидным реверансом в сторону романа, вернее "манускрипта", Юрия Коваля "Суер-Выер".

Сам Березин в интервью признавался, что был "последним учеником Юрия Коваля". Он пришел в литературный семинар Коваля незадолго до смерти писателя. Так или иначе, как в "Суере-Выере", герои плывут на корабле в поисках счастья и исполнения желаний (что, как всегда, противоречит одно другому). Березин играет словами и создаёт в пространстве каламбуров очень смешной текст - но это не сатира, а, скорее, юмор. Так у него появляются Всадница без Головы и Летучий Нидерландец. На одном из островов его персонажи попадают в мастерскую современного Левши, который подковал блоху - но не крохотную, а огромную, на гигантских суставчатых ногах, будто из фантастических фильмов серии "Звёздные войны".

Наконец, третья часть повествования - "Кролик, или Ночь накануне Ивана Купала" - возвращает читателя к герою, что отправляется на дачу к приятелю. Однако ни он, ни его друзья, как выясняется, не знают не только адреса, но и даже направления, в котором им нужно двигаться. Несмотря на это после множества приключений они достигают цели - в волшебную купальскую ночь, когда, по слухам, цветёт папоротник и исполняются желания.

Итак, герои всё время перемещаются, будто герои "Мёртвых душ" и "Москвы-Петушков", а эти две книги - самые знаменитые русские поэмы в прозе. Да и роман Березина, собственно, является такой поэмой: интонации автора и его персонажей, строй их речи стремительны, будто чтец читает стихотворение, будто певец горланит дорожную песню. Отчаяние перемешано со смехом, а неожиданность с расслабленной медитацией - но, кажется, это и есть русский стиль путешествия.

Кстати, все три части романа кончаются одной и той же фразой о кораблях, что ждут путешественников в гавани, - фраза эта взята из финала знаменитой книги "Гаргантюа и Пантагрюэль". Березин крадёт у Рабле не сюжет, а суть карнавала. Именно слово "карнавальность" прилипло к великому французу после работ Михаила Бахтина. Березин, впрочем, тут поступает по принципу "Читатель ждёт уж рифмы "розы"? - На вот, возьми её скорей!" - то есть, вы вспомнили про Бахтина, про Рабле, Ерофеева, Гоголя, так вот вам скрытые цитаты, намёки и аллюзии.

Широко рассыпаны по тексту отсылки ко всей мировой литературе - вот, вот, вот ещё... Это всё то, что уже не может называться постмодернизмом, а настоящий литературный карнавал. Безудержный, щедрый, движущий - недаром книга называется "Путь и шествие".

Публикатор:

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Найденный поисковым роботом источник:

Автор(ы) публикации - Леонид Гольденмауэр:

Комментарии: