МИФЫ НАРОДА СБЛИЖАЮТ НАРОДЫ

На днях сотрудник Коми научного центра Российской академии наук О. Уляшев привез из Финляндии изданную на английском языке энциклопедию "Мифология Коми".

Уже десять лет идет работа по созданию 12-томной энциклопедии мифологии уральских народов. Основная задача проекта - объединение в академическое издание всего мифопоэтического наследия финно-угров.

Английский язык сегодня доминирует в мировом пространстве. Именно поэтому и было принято решение об издании "научных пар", то есть сначала книга выходит в стране, регионе, затем становится доступной мировой финно-угристике на английском языке. Издания на языке оригинала взяли на себя страны и регионы, издание многотомной энциклопедии решило профинансировать литературное общество Финской академии наук.

"Мифология Коми" - первый том запланированного издания. Ученые Республики Коми первыми из российских финно-угорских регионов создали свою энциклопедию. Команда историков, этнографов, фольклористов под руководством кандидата исторических наук Н. Конакова справилась с научным заданием быстрее, чем "продвинутые" и компьютеризированные коллективы Эстонии, Венгрии и Финляндии, не говоря уже о коллегах, работающих на российских просторах от Кольского полуострова до Югорского Зауралья.

По мнению редактора мифологического многотомника Анны Леены Сиккала, столь оперативная подготовка научных материалов говорит о высоком потенциале сотрудников и фундаментальных накоплениях научных фондов в Коми научном центре РАН.

Можно поздравить ученых Республики Коми с удачным международным дебютом - как- никак, именно они стали первооткрывателями уральской мифологии перед мировым сообществом. Одно обидно: изданная с помощью Министерства образования и высшей школы РК в 1999 году подобная энциклопедия на русском языке так и не стала доступной читателям, оставаясь "законсервированным" на складах министерства изданием, видимо, для "светлого будущего".

(По материалу С. Журавлева. Красное знамя. 17.03.2004)

ИСТОРИЯ БЕЗ ШАБЛОНОВ И БЕЛЫХ ПЯТЕН

Недавно в Коми книжном издательстве вышла в свет первая часть двухтомной "Истории Коми" (с древнейших времен до конца XX века). Подготовленная историками Института языка, литературы и истории Коми НЦ УрО РАН монография стала первой, где история республики

стр. 110

показана без идеологической окраски и деления на "своих" и "чужих".

До сих пор единственным более или менее полным источником научных сведений об истории региона являлись двухтомник "Очерки по истории Коми АССР", изданный в 1955 - 1962 годах, а также однотомная "История Коми АССР" 1978 года выпуска. Несмотря на бесспорную научную ценность, эти издания уже явно устарели. Хотя бы по той причине, что создавались в годы "развитого социализма" и имели идеологическую установку своей эпохи. К тому же книги эти уже давно стали библиографической редкостью.

"Нынешнюю "Историю Коми" отличает от предыдущих обобщающих изданий, в первую очередь, то, что для ее авторов главным был подход к анализу прошлого нашей республики, свободный от каких-либо заранее заданных шаблонов, основанный на изучении огромного фактического материала, значительная часть которого была ранее неизвестна или недоступна ученым, - поведал один из авторов монографии, доктор исторических наук И. Жеребцов. - В "Историю Коми" вошло много новых данных о заселении Коми края, об истории Русской православной церкви, об участии жителей края в освоении Сибири и Дальнего Востока, Крымской войне, о старинных промышленных предприятиях и поисках природных богатств, о первых библиотеках и школах, деятельности земств".

В новой монографии значительно расширены хронологические рамки и проблематика. Например, сюда вошли ранее недоступные сведения из обширных "зон умолчания" советского периода. Еще одна особенность труда в том, что многие исторические явления анализируются в рамках нескольких веков. Так, на протяжении почти пяти веков (с конца XV до конца XX века) прослеживаются демографические процессы в Коми: численность, расселение, миграция и этнический состав. Кроме того, введена новая периодизация историко-демографического развития коми народа. Исторические главы в книге "разбавлены" сведениями о коми фольклоре, этнографии и лингвистике. Впервые рассмотрена история православной церкви и социальной деятельности. Таким образом, авторы книги, по их признанию, сделали акцент на те стороны жизни в Коми крае, которые ранее в обобщающих трудах подавались крайне бегло либо вовсе не освещались.

(По материалу А. Артеева. Молодежь Севера. 18.03.2004)

СЛОВО ОБ ЭТИМОЛОГИЧЕСКИХ СЛОВАРЯХ

В 2003 г. вышел из печати "Этимологический словарь русских заимствований в языках Сибири", подготовленный ведущим научным сотрудником Института филологии СО РАН, членом-корреспондентом РАН А. Е. Аникиным. Об

стр. 111

этимологических словарях (этимологической лексикографии) и их значении автор рассказывает нашему корреспонденту.

"Этимология - отрасль сравнительно-исторического языкознания, занимающаяся происхождением и историей слов. Этимологический словарь того или иного языка (нередко нескольких языков сразу) суммирует и обобщает исследования, касающиеся происхождения лексики этого языка, аккумулируя сведения не только лингвистического, но историко-культурного порядка, поскольку в словах отражена история народа, его материальной и духовной культуры, контактов с другими народами. Этимологические словари могут быть очень разными, отличаясь друг от друга объемом, структурой, содержанием. Существуют словари, охватывающие всю лексику языка или по крайней мере основной словарный фонд, но немало и таких, которые ограничиваются отдельными пластами лексики, в том числе заимствованиями.

В последние десятилетия в нашей стране подготовлено и продолжает подготавливаться много замечательных этимологических словарей разных языков. Из того, что сделано в самое недавнее время (главным образом в Москве), можно назвать словарь северокавказских языков члена-корреспондента РАН С. А. Старостина и доктора филологических наук С. Николаева, алтайских языков под руководством того же С. А. Старостина, многотомный словарь тюркских языков, в котором участвует хорошо знакомый новосибирским филологам доктор филологических наук В. Рассадин (Улан- Удэ), словарь ваханского языка (один из иранских языков Памира) академика И. М. Стеблина-Каменского, словарь чукотско-камчатских языков доктора филологических наук О. Мудрака, многотомный словарь иранских языков докторов филологических наук Д. Эдельман и В. Расторгуевой. В Новосибирске публикуется тувинский словарь доктора филологических наук Б. Татаринцева (Кызыл), подобно В. Рассадину работавшего в свое время в Академгородке.

Мне по роду занятий ближе этимологические словари, связанные с русским и другими славянскими языками. Еще в начале XX в. в Германии, стране классических словарей, начал выходить этимологический словарь славянских языков профессора Э. Бернекера, для своего времени превосходный. Во время первой мировой войны Э. Бернекер служил шифровальщиком на германском флоте и допустил просчет, повлекший несчастье. Из-за потрясения он не смог продолжить научную работу. И лишь в 70-е гг. XX в., после долгой предварительной подготовки, в Москве стал выходить огромный, по объему несопоставимо больший, чем у Э. Бернекера, этимологический словарь, воссоздающий лексический состав праславянского языка - предка современных славянских, в том числе русского. Этот проект был задуман академиком РАН О. Н. Трубачевым (1930 - 2002), у которого в свое время мне довелось учиться в аспирантуре и докторантуре, и

стр. 112

осуществлялся под его руководством. Уже вышло 29 выпусков и остается подготовить явно не менее десяти. Остается надеяться, что этот уникальный проект будет доведен до конца.

Что касается русского языка, то успехи отечественной этимологической лексикографии коснулись его лишь отчасти. Безусловно лучшим и наиболее полным на сегодняшний день продолжает оставаться написанный в середине прошлого века этимологический словарь выдающегося немецкого слависта Макса Фасмера (1886 - 1962), получившего образование в России, прекрасного знатока русского языка, культуры и истории. В 60-х гг. этот словарь был переведен с немецкого языка на русский и издан в 1964 - 1973 гг. (впоследствии переиздавался) с дополнениями переводчика - академика О. Н. Трубачева.

Четырехтомный "русский Фасмер" широко известен и высоко ценится как очень информативный, весьма полный справочник. Можно пожалеть, что в него не вошли присутствующие в немецком тексте этимологические толкования нецензурных русских слов, которые представляют лингвистический интерес отнюдь не меньший, нежели любые другие слова.

Словарь Фасмера написан более 50 лет назад. Многие содержащиеся в нем сведения нуждаются в серьезных коррективах с учетом огромного объема новых диалектных и прочих данных, а также научных достижений, появившихся в послефасмеровское время. Достаточно назвать выдающиеся результаты изучения новгородских берестяных грамот, полученные академиком А. А. Зализняком и его коллегами.

Новые данные и достижения в области русского, славянского и т.п. языкознания русской этимологической лексикографией обобщены явно недостаточно. Эту задачу не решает "Историко-этимологический словарь русского языка" профессора МГУ П. Черных, изданный в конце прошлого века спустя много лет после смерти автора. Надо заметить, что труд П. Черных обладает немалыми достоинствами, а в кое-каких отношениях даже превосходит словарь Фасмера. Это касается, в частности, большей полноты в изучении истории слов, установлении их ранних фиксаций в памятниках письменности. Однако с собственно этимологической точки зрения сравнение не в пользу словаря Черных, который, кстати, весьма избирателен при отборе анализируемой лексики (многого попросту нет). Пока еще далек от завершения этимологический словарь русского языка, подготавливавшийся в МГУ под редакцией доктора филологических наук Н. Шанского и в последнее время после долгого перерыва получивший продолжение.

Издание этого труда с самого начала сопровождалось острой критикой в его адрес. Одним из ее последствий стало решение о создании в Институте русского языка им. В. В. Виноградова РАН (Москва) небольшой группы для подготовки нового словаря. Эта группа, в работе которой мне довелось некоторое время участвовать, существова-

стр. 113

ла около 7 лет, и за этот период успела создать солидную базу данных, которая могла бы стать неплохой основой для успешной реализации данного проекта. Но в 1994 г., в очень тяжелое для российской науки время, группа была расформирована. Тогдашнему руководству института было не до проблем русской этимологической лексикографии. С тех пор база данных (картотека) не пополнялась, и возобновление проекта, всячески поддерживаемое нынешним руководством (член-корреспондент РАН А. М. Молдован), становится проблематичным, хотя все еще реально. Основной публикацией, оставшейся от упомянутой группы, стала вышедшая в конце 2003 г. книга "Новое в русской этимологии. Вып. 1". Подготовка второго выпуска, возможно, могла бы стимулировать и работу над новым словарем, который часто неофициально именуют "новым Фасмером". Картотека "нового Фасмера", хранящаяся в Институте русского языка, немало помогла мне в работе, о которой пойдет речь далее.

Словарь Фасмера остается для русской этимологии точкой отсчета, но это, естественно, не означает, что он идеален, тем более что он подготавливался сразу после Второй мировой войны, в трудные годы, притом "с нуля", т.к. в конце войны прямое попадание авиабомбы уничтожило материалы, которые Фасмер, живший тогда в Берлине, собирал в течение всей своей жизни. К числу недостатков его труда относится и относительно слабое освещение вклада в русскую лексику, главным образом диалектную, языков народов Сибири. С 1994 г. эта тема стала для меня основной. Работа над ней (начатая еще в 1984 г.) в 1997 г. завершилась изданием этимологического словаря, в котором рассматривались заимствования в русские диалекты (с привлечением данных памятников письменности) из языков коренных жителей Сибири. В 2000 г. он был переиздан, а в 2003 году, как сказано выше, вышел еще один словарь, посвященный уже русским заимствованиям в тех же языках.

Два названных словаря могут рассматриваться как лексический комментарий к истории русского освоения Сибири и истории контактов русских с ее коренным населением, Конечно, контакты в Сибири не столь важны для истории русского языка, как, например, гораздо более древние контакты с финно-уграми в Европейской части России. Тем не менее, содержащийся в словарях материал представляет интерес для изучения лексики как русского языка, так и языков коренных народов Сибири. Диалекты русских старожилов Сибири хранят немало ценных сведений об утерянных или незасвидетельствованных словах из состава лексики этих языков, в том числе тех их диалектов, которые полностью или частично исчезли вследствие вымирания или ассимиляции. Это касается селькупов, юкагиров, манси, эвенков и т.д.

Привлечение русского материала дает возможность внести немаловажные уточнения в этимологические тол-

стр. 114

кования слов из состава лексики аборигенных языков Сибири.

Следует заметить, что в этимологических словарях западно-европейских языков, как правило, выполненных на самом высоком научном уровне, связанная с Сибирью лексика (распространившиеся через русский язык слова вроде "тунгус"), далеко не всегда трактуется удовлетворительно. Особенно не повезло названию мамонта, о котором, например, авторитетный этимологический словарь немецкого языка Ф. Кпюге (выдержал более 20 изданий) до недавнего времени сообщал совершенно невероятную информацию о связи с якутским словом "мамма" - земля. Но такого якутского слова вообще не существует. Слово "мамонт", по всей вероятности, стало известно русским первопроходцам на "чрезкаменных" путях в Сибирь еще в конце XVI в. от манси, а именно, из не сохранившегося или не засвидетельствованного в мансийских диалектах обозначения, состоящего из компонентов (в огрубленной передаче) "манг" - земляной ("ма" - земля) и "онт" - рог. Эта удачная этимология была предложена Л. Хини (Оксфорд) и профессором Е. Хелимским. Слово "манг-онт" - земляной рог, послужившее источником заимствования для русского "мамонт", могло быть частью лексикона верхотурского говора мансийского языка (скудные данные по этому говору есть в записях XVIII в.), в других мансийских диалектах это слово должно было выглядеть несколько иначе. За данными фактами так или иначе стоят древние представления народов Западной Сибири и Урала о мамонте: он живет в воде, устраивает водовороты, подкапывает берега рек, имеет рога, которые время от времени сбрасывает. В мамонта превращаются громадные старые щуки, у которых вырастают рога и шерсть. Из одного водоема в другой мамонт переходит под землей, где и находят его бивни и кости.

В ходе работы над изучением лексического взаимообмена между русским языком и языками народов Сибири было рассмотрено несколько тысяч слов, каждое из которых могло бы быть предметом отдельного рассказа. Эта работа стала одним из эпизодов весьма интенсивного развития в нашей стране этимологической, а также диалектной и исторической лексикографии. В Екатеринбурге, в Уральском университете, под руководством члена-корреспондента РАН А. К. Матвеева ведется подготовка "Этимологического словаря финно-угросамодийских заимствований в говорах Русского Севера", в котором хочется видеть еще одно свидетельство того, что "новый Фасмер", который охватил бы всю русскую лексику, рано или поздно состоится. Потребность в нем ни у кого не вызывает сомнений".

(По материалу В. Садыковой. Наука в Сибири. 2004. N 10)

стр. 115

КНИЖНЫЕ РЕЦЕНЗИИ

ТРАГЕДИЯ КОЛУМБИИ

Доктор политических наук, талантливый и смелый ученый Марина Львовна Чумакова опубликовала интересную монографию о Колумбии (Колумбийская драма: разлом общества, эскалация террора, поиски мира. - М.: ИЛА РАН, 2002. - 289 с). Она поставила перед собой исключительно сложную задачу - в рамках одной книги исследовать истоки, характер, этапы развития, современное состояние и причины безуспешных попыток урегулирования многолетнего внутригосударственного конфликта, приведшего эту страну к началу XXI в. на грань национальной катастрофы.

Книгу отличают глубина исследовательского подхода, системный, многовекторный анализ событий и явлений. Автор дает собственную трактовку тех аспектов темы, которые ранее уже затрагивались отечественными специалистами, например, особенностей генезиса и эволюции герильи в 60-е - 80-е годы. Вместе с тем основная часть монографии посвящена новым, актуальным сюжетам в развитии конфликта, не разрабатывавшимся в российской латиноамериканистике. К ним относятся: политика президента А. Пастраны и позиция военного командования в отношении поисков мира путем переговоров с повстанцами, содержание правительственного "Плана Колумбия", ход "мирного процесса" 1998 - 2002 гг., вклад зарубежных стран в разработку подходов к урегулированию и т.д.

Именно эти, а также другие малоизученные вопросы, рассмотрение которых позволяет разобраться в сегодняшнем этапе колумбийской драмы, М. Л. Чумакова ставит в центр исследования. Следует отметить, что значительная часть источников, используемых в монографии, вводится в научный оборот впервые. Это прежде всего официальные документы правительства Колумбии и армейского командования, относящиеся к "Плану Колумбия", информация и отчеты правительственных органов США о предоставлении целевой финансовой помощи для реализации этой программы, а также материалы колумбийских и международных правозащитных организаций, фиксировавших факты нарушения вооруженными участниками конфликта норм гуманитарного права, и т.д.

Свидетельством критической ситуации в Колумбии - государстве, прежде известном демократическими традициями и устойчивой политической системой, - в конце 90-х годов стал беспрецедентный размах насилия. Ежегодно здесь погибало более 25 тыс. человек. По количеству похищенных людей страна заняла первое место в мире. Внутренняя война охватила половину территории, обрекла на положение беженцев и вынужденных переселенцев почти 2 млн. колумбийцев. Масштаб насильственных действий, осуществляемых в основном незаконными вооруженными

стр. 116

формированиями, угрожал дальнейшей дестабилизацией, создавал опасность дезинтеграции страны.

Главным фактором, обусловившим "превращение Колумбии в зону бедствия", по мнению автора, был не прекращавшийся почти 40 лет конфликт между властью и вооруженной оппозицией в лице леворадикальных повстанческих организаций. Этот конфликт препятствовал своевременному решению острейших социально-политических проблем, подрывал устойчивость экономического развития страны. Другими значимыми факторами, усугубившими и до крайности обострившими кризис государства и общества, стали: выдвижение Колумбии в число мировых лидеров по производству и транспортировке наркотиков, сопровождавшееся безудержным ростом коррупции и насилия, а также вовлечение вооруженных участников внутреннего конфликта в наркобизнес, что обеспечило им стабильный источник финансирования.

Книга написана с привлечением обширного фактического материала. Исследовательница знакомит читателя со становлением и развитием наиболее известных повстанческих организаций - FARC, ELN, EPL, M-19 и др., а также так называемых парамилитарес - правых военизированных формирований, созданных с помощью армии для участия в контрповстанческих операциях. Автор отмечает, что в 60-е - 70-е годы конфликт антисистемной оппозиции с государством имел периферийный характер, не затрагивал жизненно важных центров страны. Однако в 80-е число партизан уже превышало 16 тыс. человек. Совершаемые ими теракты, например, захват боевиками M-19 посольства Доминиканской Республики в 1980 г. и Дворца правосудия в 1985 г., взятие заложников, массовые убийства "товарищей по оружию", подозреваемых в предательстве, будоражили и угнетали общество. По мнению М. Л. Чумаковой, терроризм свидетельствовал о дегуманизации конфликта и наличии пропасти между декларируемыми целями и средствами повстанческого движения. Вместе с тем, подводя итоги развития конфликта в 80-е годы, исследовательница убедительно доказывает, что неудачи мирных инициатив правительств Б. Бетанкура (1982 - 1986) и В. Барко (1986 - 1990) были предопределены не только непримиримостью, радикализмом требований и действий партизан, но и жесткой позицией армейского командования. Относительно автономное в принятии военных решений, на практике оно руководствовалось в отношении вооруженной оппозиции доктриной национальной безопасности, задачами "внутренней обороны", борьбы с "подрывными элементами".

М. Л. Чумакова подробно анализирует ситуацию в Колумбии в 90-е годы. Она подчеркивает, что вследствие наркотизации страны коррупция проросла во всех ветвях власти, проникла в правительственный аппарат и силовые структуры, правоохранительные и судебные органы. Гигантский масштаб наркопроизводства, рост боеспособности левых повстанцев и контролируемых ими территорий,

стр. 117

увеличение числа жертв террора и обычной преступности свидетельствовали, по мнению автора, об ослаблении государства и признаках кризиса управляемости. Принятие в годы администрации С. Гавириа (1990 - 1994) новой Конституции, имевшей целью модернизацию и демократизацию политической системы Колумбии, не могло дать быстрых результатов, тем более в условиях внутренней войны, когда повстанцы наносили армии все более ощутимые удары. В период правления президента Э. Сампера (1994 - 1998), обвиненного в использовании денег мафии, под вопрос была поставлена сама легитимность правительства, сильно пострадал международный престиж страны. Администрация США, усомнившись в способности Колумбии вести действенную борьбу с наркотрафиком, сократила оказываемую ей военную помощь.

В монографии показано, что к моменту прихода к власти президента А. Пастраны (1998 - 2002) Колумбия оказалась в порочном кругу насилия, из которого не было выхода. Задачи умиротворения и демократизации страны, ставшие приоритетом политики нового президента, требовали немедленного прекращения вооруженных действий и обуздания наркотрафика. Однако повстанцы, по уже известным экономическим причинам, были абсолютно не заинтересованы в развязке конфликта, отрицали свое участие в наркоторговле, возлагали всю ответственность за жертвы внутренней войны на армию и правые формирования самообороны. В качестве условий для диалога они требовали вывода армии и полиции из районов, контролируемых партизанами, "срочного" проведения "глубоких реформ", разоружения парамилитарес и т.д. Чтобы доказать свое искреннее стремление к миру, президент страны лично встретился с лидером FARC М. Маруландой и предложил ему начать переговоры. М. Л. Чумакова отмечает, что, желая рассеять недоверие, А. Пастрана демонстрировал готовность идти на уступки вооруженной оппозиции. Это было, по мнению исследовательницы, ошибкой. Другим серьезным просчетом А. Пастраны, как она считает, было решение приступить к переговорам лишь с одним из участников конфликта, без учета позиций других, и не получив безусловной поддержки конгресса и военного командования.

Проследив ход переговорного процесса и сравнив его результаты с развитием ситуации в стране, М. Л. Чумакова заключает, что "за три с лишним года страна так и не приблизилась к миру". Причины неудачи она видит в чрезмерной уступчивости правительственных переговорщиков и, самое главное, в нежелании герильи (FARC, а позже и ELN) идти на какие-либо компромиссы, "дожимая" правительство путем силовых и террористических акций. Со стороны повстанцев, как считает исследовательница, переговоры были всего лишь "имитацией диалога". Предоставленную им, несмотря на протесты военного командования, демилитаризованную зону они использовали для наркопроизводства и как плацдарм для ведения непре-

стр. 118

кращающихся боевых действий. Высказывая гневные обвинения по поводу антинаркотических мероприятий, предусмотренных "Планом Колумбия", они требовали прекратить экстрадицию наркоторговцев, а в качестве альтернативы наркотрафику легализовать потребление наркотиков.

Оценивая мирную стратегию А. Пастраны и выдвинутую им программу реформ "План Колумбия" (2000 - 2002), М. Л. Чумакова отмечает, что они были направлены на решение острейших и давно копившихся проблем. Будучи комплексным, "План Колумбия" включал не только задачи мирного урегулирования, но и проведение антикризисных мер в сфере экономики, антинаркотическую программу, модернизацию армии, реформирование системы правосудия, расширение социальной защиты населения. Исследовательница обращает внимание читателя на то, что силовые компоненты плана, в частности, антинаркотическая программа, осуществлявшаяся с помощью США и предполагавшая модернизацию колумбийской армии и полиции, а также меры по уничтожению посевов коки гербицидами, нередко вызывали критику как в самой Колумбии, так и за рубежом. Вооруженная оппозиция использовала это обстоятельство, стремясь осложнить переговорный процесс. Повстанцы пытались представить дело так, будто единственной целью США является военное вмешательство в колумбийский конфликт. Отвечая критикам, М. Л. Чумакова поясняет, что предоставление финансовой и военно- технической помощи, в первую очередь со стороны США, вполне понятно и естественно, поскольку дестабилизация в Колумбии и роль этой страны в поставках кокаина на американский рынок рассматривались в Вашингтоне как реальная угроза национальной безопасности. С другой стороны, позитивным следствием колумбийско-американского сотрудничества в военной сфере было не только повышение эффективности борьбы с наркотрафиком, но и очищение вооруженных сил Колумбии от людей, причастных к сотрудничеству с парамилитарес и нарушению прав человека: "Этот процесс был начат под нажимом США, обусловивших предоставление помощи... строжайшим соблюдением прав человека военнослужащими и полицейскими". Критика антинаркотической стратегии "Плана Колумбия" нередко заслоняла его реальные достижения на других направлениях. К успехам в реализации плана автор относит: укрепление правового государства; преследование правонарушений; эффективную защиту судей и свидетелей; борьбу против коррупции и отмывания денег; стратегию альтернативного развития, включающую программы по замещению коки и опийного мака возделыванием других рентабельных культур; помощь беженцам и вынужденным переселенцам и т.д.

На наш взгляд, рецензируемая книга выиграла бы, если бы в ней содержался среднесрочный прогноз развития военно-политической обстановки в Колумбии: интересно рассмотреть различные варианты сценариев этого разви-

стр. 119

тия, включая перспективу достижения политической стабильности. Особенно важно было бы оценить предпосылки и вероятность изменения стратегии и тактики непримиримой оппозиции с указанием факторов, которые могут способствовать прекращению братоубийственной войны. Читателю, бесспорно, хотелось бы знать, каковы шансы у левых повстанцев на отход от вооруженной борьбы и возвращение к легальным формам деятельности, а также на демонтаж военных структур и демобилизацию парамилитарес.

Существует утверждение, что "нищета порождает терроризм". Однако верно и обратное - терроризм порождает нищету, потому что он не имеет и не может иметь конструктивной стратегии ее преодоления, а умеет только разрушать. Книга М. Л. Чумаковой наглядно это демонстрирует.

(По материалу О. Н. Докучаевой. Латинская Америка. 2003. N 9)

ПОТЕНЦИАЛ СТРАНЫ В УСЛОВИЯХ ПЕРЕХОДА К РЫНОЧНОЙ ЭКОНОМИКЕ

Экономическое развитие Исламской Республики Иран (ИРИ) после Исламской революции 1979 года относится к числу тем, которые привлекают внимание не только востоковедов- иранистов, но и тех практических работников, которые непосредственно занимаются установлением и расширением российско-иранских экономических связей. Им и посвящена монография А. З. Арабаджяна "Исламская Республика Иран: экономический потенциал: первая половина 90-х годов".

В монографии, как указывает автор в предисловии, проведен комплексный анализ экономического потенциала Ирана первой половины 90-х годов на основе выявления динамики общественного продукта, его накопительной основы и развития производительных сил страны по отраслям народного хозяйства.

По словам автора, выбор хронологических рамок определен целым рядом обстоятельств. К их числу относятся следующие: первая половина 90-х годов - первые годы постхомейнистской истории ИРИ; первые годы развития экономики в условиях новой экономической политики (1989 год), предусмотревшей ее переход к рыночной основе; пора первых результатов возобновления прерванной революцией возможности привлечения и использования иностранного капитала и технологий и т.д.

Наконец, первая половина 90-х годов - это период, когда ИРИ столкнулась с необходимостью поиска новых путей экономического развития и удовлетворения социальных нужд населения (что, кстати, было обещано в первые годы после революции) как залога сохранения относительной социальной и политической устойчивости иранского общества в условиях исламского государства.

стр. 120

А. З. Арабаджян в 15 главах своего исследования подробно рассматривает состояние и перспективы экономики ИРИ в различных областях промышленности, сельского хозяйства.

В конечном итоге автор монографии приходит к выводу, что решения руководящих деятелей ИРИ приобщить страну к сообществу экономически развитых стран - дело не одного десятилетия. Это тем более так, если учесть, что экономически развитые страны в течение этих десятилетий не будут стоять на месте.

Особое внимание читателей, особенно на Западе, может привлечь обширная глава, в которой рассматривается военный потенциал ИРИ. Автор дает характеристику состояния видов вооруженных сил, отмечая, что Иран тратит 25 процентов от общих военных расходов на импорт новых вооружений.

"Стремится ли ИРИ создать на национальной основе ядерное оружие?" - задается вопросом А. З. Арабаджян. Сам же он отвечает на него так: "Утвердительные ответы на этот вопрос, встречающиеся за пределами ИРИ, как и отрицание руководством государства такого намерения, общеизвестны". Автор, тем не менее, на основе имеющихся данных приходит к выводу: "Иран создал фронт исследовательских работ по использованию ядерной энергии. Это при всех случаях является вкладом в развитие как экономического, так и научно-исследовательского потенциала страны".

6 апреля 2002 года меджлис ИРИ утвердил Закон о Третьем плане экономического, социального и культурного развития страны на пятилетку. Хотя со времени его провозглашения минуло уже два года, многие его статьи до сих пор не расшифрованы. Поэтому автор монографии ограничивается лишь общей его характеристикой, считая, однако, что он может стать важным шагом на пути социально-экономического развития ИРИ в условиях рыночной экономики, к которой ныне переходит страна.

(По материалу Л. Миронова. Азия и Африка сегодня. 2003. N 10)

РОССИЯ И АФРИКА: МЫ НУЖНЫ ДРУГ ДРУГУ

Отечественная мемуаристика пополнилась новым трудом: вышла в свет книга Д. Ф. Сафонова с отнюдь не тривиальным заглавием "А дуги гнут с терпеньем... (как я стал дипломатом-африканистом)" (М.: Институт Африки РАН, Совет ветеранов МИД РФ, 2002. - 276 с).

Автор книги - Чрезвычайный и Полномочный Посол, находившийся на дипломатической работе с 1945 по 1977 год в центральном аппарате МИД СССР, в США и Великобритании, а также в странах Африки (Уганде, Либерии), раскрывает перед читателем многие аспекты истории внешней политики и дипломатии нашей страны.

стр. 121

В своих воспоминаниях автор показывает сложный и трудоемкий путь формирования профессионального дипломата, которым можно стать только благодаря напряженной учебе, глубокому изучению политической и экономической ситуации в той или иной стране.

В 1963 - 1968 годах Д. Ф. Сафонов работал Чрезвычайным и Полномочным Послом СССР в Уганде. Этот период связан с начальным этапом советско-угандийских отношений, в развитие которых он внес немалый вклад.

В 1972 году автор книги становится первым советским послом в Либерии. Дипломатические отношения между СССР и Либерией были установлены в 1956 году, а обмен посольствами состоялся 16 лет спустя, в 1972 году.

Приобретя богатый опыт руководящей дипломатической работы в африканских государствах, автор отмечает как положительные, так и отрицательные моменты в развитии советско-африканских отношений. Первые шаги нашей страны, одержавшей победу над фашизмом в годы Второй мировой войны, пишет автор, ее позиция непримиримого борца против империализма и колониализма обеспечили Советскому Союзу симпатии африканцев, создали основу для плодотворного сотрудничества СССР со странами африканского континента. СССР ставил перед собой задачу вовлечь африканские страны в орбиту так называемой социалистической ориентации и с этой целью оказывал им значительную экономическую и военную помощь. В период наибольшего подъема сотрудничества с Африкой при содействии СССР там было сооружено или находилось в стадии строительства около 400 народнохозяйственных объектов, а торговый оборот достигал почти трех миллиардов долларов.

Но в развитии советско-африканских связей, пишет автор, были и недостатки. Так, в МИДе не существовало хорошо продуманной перспективной программы развития отношений с Африкой. Между СССР и другими социалистическими странами не было согласованной программы совместных действии в Африке. А как торговали с Африкой? Продавали, например Либерии, партию наших КамАЗов и ни одной запчасти к ним, не обеспечивали технического обслуживания. Все это негативно сказывалось на результатах нашей помощи Африке, развенчивая в глазах африканцев ореол СССР как великой державы.

Но, в конечном счете, признается автор, СССР сыграл благотворную роль в Африке, помогая многим странам континента встать на ноги, за что наше государство получило признательность африканцев, и эта "признательность, наверное, сохранилась в сердцах африканских народов и сегодня. И этот фактор, - подчеркивает автор, - пока еще продолжает работать на нас и его следует использовать в наших интересах сегодня. Нам пора бы уже сейчас уяснить, что Африка нужна нам, Российской Федерации, не в меньшей, а, может быть, даже в большей степени, чем мы ей".

стр. 122

Книга Д. Ф. Сафонова - весьма ценное пособие для дипломатов-африканистов, а также для ученых и историков, изучающих проблемы африканского континента.

(По материалу Д. Касаткина. Азия и Африка сегодня. 2003. N 10)

АФРИКА ГЛАЗАМИ РОССИЙСКИХ ЭМИГРАНТОВ

Институт Африки Российской академии наук провел большую исследовательскую работу, посвященную жизни россиян в Африке - эмигрантов послереволюционной волны. В 2001 году была опубликована первая книга из серии трудов о соотечественниках в Африке, а затем увидела свет вторая книга "Африка глазами эмигрантов: россияне на континенте в первой половине XX века".

Структурно сборник состоит из двух частей. В первой содержатся оригинальные прижизненные публикации самих российских изгнанников из числа бывших подданных Российской империи. Во второй части книги слово предоставлено исследователям, чьи труды посвящены вопросам российской эмиграции в Африке, российско-африканских отношений.

Опубликованные в книге ценные свидетельства российских эмигрантов помогают понять малоизвестные стороны их жизни в далеком зарубежье. О своем пребывании на африканском континенте рассказывают писатель и журналист А. Яблоновский, поэт и прозаик Ю. Гончаров, писатель и историк Н. Кнорринг, княжна З. Шаховская, писатель и врач В. Успенский, приемный сын М. Горького офицер французского Иностранного легиона З. Пешков, художник А. Яковлев, протоиерей отец Георгий (Спасский), историк и публицист М. Ростовцев.

Все они, оказавшиеся волею судеб в различных африканских странах - Египте, Бельгийском Конго (ныне Демократическая Республика Конго), Тунисе, Марокко, Киренаике и Триполитании (Ливия), в Дагомее (Республика Бенин) и других регионах Африки, повествуют о скитаниях на чужбине, бедствиях и утратах, раздумьях и надеждах и в то же время делятся своими наблюдениями о жизни, обычаях и традициях коренных жителей континента, его богатой и разнообразной природе. Вот, например, свидетельство А. Яблоновского, оказавшегося в тяжелых условиях лагеря для беженцев в Тель эль- Кебире (Египет): "Черной работой занимаются все. Вот генерал-лейтенант, очень заслуженный и очень почтенный старик, моет песком сальный жирный котел... А вот известный художник И. Билибин, засучив рукава, в паре с полковником Генерального штаба тащит на носилках дрова на кухню". Все российские эмигранты, хлебнувшие горькую чашу на чужбине, испытывали чувства неизбывной тоски по родине. Очень хорошо рассказал об этом отец Георгий, занимавшийся три

стр. 123

года пастырской деятельностью в Тунисе: "Случайно встретив в Тунисе одного русского эмигранта, спросил его, как чувствуешь себя? Тот ответил: ночью, когда все спят, я выхожу в поле и под звездным восточным небом падаю на колени и молюсь... Я тогда не замечаю времени, и кажется мне, что я сливаюсь со своей Россией".

Во второй, исследовательской части книги публикуются материалы литератора А. Воеводина о жизни лагерей французского Иностранного легиона, об осмыслении феномена эмигрантского наемничества; поэта и переводчика Е. Недзельского, изучавшего духовную жизнь беженцев; писателя и общественного деятеля В. Немировича-Данченко о заброшенных за тридевять земель соотечественниках в Ливии, Бельгийском Конго, Марокко; тунисского искусствоведа Али Луати о творчестве известного русского художника А. Рубцова, 35 лет прожившего в Тунисе и изобразившего на своих полотнах природу и жизнь Северной Африки; научного сотрудника Института Африки РАН В. Хохловой об участии наших соотечественников в боевых действиях союзных армий против фашистской Германии на фронтах Северной Африки во время Второй мировой войны.

Опубликованный труд ученых Института Африки РАН - новая важная страница в летописи российско-африканских связей.

(По материалу Д. Павлова. Азия и Африка сегодня. 2003. N 12)

АФРИКА БЕЗ МАСКИ

Интерес россиян к проблемам Африки прошел и этапы взлета и периоды спада. Так, в начале 1960-х годов развал колониальных империй и экзотика Черного континента неизменно привлекали внимание наших соотечественников к странам и народам Африки. Прямо противоположная ситуация сложилась во времена поздней перестройки и годы, последовавшие за распадом СССР. Заботы о личном выживании и ориентация на контакты только с западным миром отодвинули африканский континент на дальнюю периферию в сознании россиян. Разрывались десятилетиями налаживавшиеся общественные и культурные связи, закрывались посольства, сворачивались деловые контакты...

Однако законы международного развития и внутренняя логика экономической целесообразности, похоже, положили конец периоду забвения Африки в России. Возрождению интереса к событиям в африканских странах в значительной мере способствовала фундаментальная российская наука. На рубеже XX-XXI веков вопросам общественного развития Африки были посвящены десятки российских конференций и семинаров, ряд диссертаций, монографий и сборников статей. В числе наиболее весо-

стр. 124

мых публикаций этого рода - книга директора Института Африки, члена-корреспондента РАН А. М. Васильева "Африка - падчерица глобализации" (М.: Вост. лит., 2003. - 263 с).

Сразу следует оговориться: содержание книги значительно шире, чем ее название. Сверхзадачей автора сборника стал анализ трех комплексных тем. Первая - Африка как сложная и в известном смысле самодостаточная система общественного развития. Вторая - Африка и остальной мир во всем его многообразии. Третья - Африка и Россия, история их отношений, нынешний уровень связей и перспективы укрепления контактов. Изучение этих тем, как и следовало ожидать, выдвинуло перед А. М. Васильевым ряд производных, но принципиально важных и имеющих практический смысл проблем. С одной стороны, современная Африка ассоциируется едва ли не со всеми видами кризисов - политическим, этноконфессиональным, экономическим, энергетическим, экологическим. О трагизме положения рядовых африканцев говорят упорно тиражируемые в СМИ мрачные картины бедности и военных действий, вынужденных миграций и эпидемии СПИДа, беззастенчивой коррупции и разгула преступности. С другой стороны, лица, интересующиеся Востоком, знакомы со славными страницами истории Африки, с ее богатой самобытной культурой, особой неповторимой природой.

Публикация А. М. Васильева интересна и нетрадиционна во многих отношениях. С точки зрения структуры работы, своеобразие книги состоит в различной жанровой принадлежности составляющих ее частей. Так, автор включил в текст сборника свои доклады на международных и всероссийских конференциях африканистов, выступления в Государственном Думе и в Российской академии наук. В этой части книги нашли отражение наиболее дискутируемые проблемы социальной трансформации современного мира, а также новейшие точки зрения, концепции и теории, связанные с научной трактовкой основных векторов общественного развития стран Африки.

Автор сборника рассмотрел впечатляюще широкий круг факторов, обусловивших кризисное состояние современных цивилизаций. В поле его зрения попали вопросы взаимоотношения различных (в геополитическом и геоэкономическом плане) региональных массивов современного мира. А. М. Васильев вынес на суд читателя свою оценку противоречивых процессов интернационализации и поиска основ национальной самобытности. Он описал попытки отдельных стран самоизолироваться от внешнего мира, а также некоторые тенденции регионализации и глобализации. Справедливости ради необходимо отметить, что глобализация несет Африке не только "минусы", но и определенные "плюсы": коллективный подход к решению ее проблем, практику безвозмездной иностранной помощи, меры против откровенно диктаторских режимов. В то же время глобализация таит в себе угрозу и для экономически развитых стран. Не случайно "антиглобалистов" так беспоко-

стр. 125

ят проблемы повышения уровня безработицы и налогов, наплыв мигрантов, интернационализация "сыска", ущемление прав личности.

Следует сказать, что книга освещает многие проблемы хозяйственного, экологического и социального развития, дает характеристику основных видов терроризма и типов вооруженных столкновений в Африке, изучает подоплеку конфликтов на почве этнических, религиозных и идейно-политических разногласий. На уровне эмпирического анализа и серьезных научных обобщений в рассматриваемой работе анализируются феномены модернизации, вестернизации, "структурной перестройки", зарубежной помощи. Здесь важно подчеркнуть, что, учитывая доминирующие в отечественной и зарубежной африканистике мнения, А. М. Васильев всегда стремится аргументировано изложить свои собственные - и, как правило, весьма оригинальные взгляды на ключевые вопросы политической и экономической жизни африканских народов.

Основные аналитические разделы книги органически сочетаются с двумя статьями. В одной из них системно исследуется проблема восстановления и расширения российско- африканских хозяйственных контактов, анализируются другие азимуты сотрудничества. Строго говоря, сюжетная линия "Россия-Африка" пронизывает всю книгу. Изучению этой темы сопутствует исследование проблем России, связанных с определением ее места и роли в системе международных отношений.

В работе А. М. Васильева предприняты успешные попытки, во-первых, демифологизировать связи с Африкой в советскую эпоху и постсоветский период и, во- вторых, предложить стратегию "наведения мостов" между Россией и Африкой. Последовательно рассматривая возможности и объективные границы взаимодействия России и Африки, а также специфику российских интересов в этом регионе мира, А. М. Васильев не ограничивается констатацией того факта, что "Африка нужна России, а Россия нужна Африке". (Хотя опыт показывает, что в России часто приходится доказывать и этот, a priori бесспорный вывод!) Автор книги идет намного дальше, он формулирует конкретные предложения по развитию торгово-экономических отношений и укреплению связей РФ со странами Африканского континента.

Другая статья сборника носит проблемно-страновой характер. Она посвящена преимущественно сегодняшнему дню Нигерии - крупнейшего по численности населения государства Африки. Представленный в книге нигерийский материал впечатляет своим многообразием и колоритом. Здесь можно найти и извлечения из правительственных документов, и данные официальной статистики, и характеристики, которые свойственны скорее путевым очеркам или дневниковым "зарисовкам с натуры". Даже неискушенный читатель начинает понимать, что А. М. Васильев знаком с проблемами африканской страны отнюдь не только по академическим изданиям и кабинетным поле-

стр. 126

микам. Представления автора книги об африканском обществе, вне всякого сомнения, сложились еще и благодаря живому общению с политиками и военными, религиозными лидерами и предпринимателями, крестьянами и рядовыми горожанами. В итоге А. М. Васильеву удалось показать на примере конкретной страны "болевые точки" большинства государств континента и уловить многие процессы, еще только складывающиеся в жизни африканского общества.

Принципиально важным и полезным представляется включение в сборник - в качестве приложения - целой коллекции документов из числа тех, которые сейчас принято называть "знаковыми" или "веховыми", - от принятого ОАЕ еще в 1980 году "Лагосского плана действий по экономическому развитию Африки. 1980 - 2000 гг." до программы "Новое партнерство для развития Африки", принятой на первом саммите Африканского союза (2002 г.).

В течение почти четверти века эти документы фактически были призваны определять и направлять поступательное развитие стран Африки. Именно поэтому ознакомление с официальными публикациями, помещенными в сборнике, может оказаться полезным и для научного сотрудника, и для студента, интересующегося проблемами экономического развития Африки.

Книга А. М. Васильева ориентирована не только на изучение прошлого и настоящего, она также нацелена на исследование будущего Африки. Прогностический момент сборника скрыт в научном описании отдельных симптомов и, как правило, трудно уловимых тенденций трансформации африканских обществ. При этом автор сборника анализирует перспективы развития стран Африки отнюдь не с позиций афропессимизма и новейших форм нигилизма. В основе его моделей будущего лежат вполне реалистические идеи трудного, но неизбежного процесса возрождения Африки.

(По материалу Л. Гевелинга. Азия и Африка сегодня. 2004. N 1)

ИСТОРИЯ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ АФРИКАНИСТИКИ В ДОКУМЕНТАХ

Центр африканских исследований Института всеобщей истории РАН выпустил книгу - "Становление отечественной африканистики, 1920-е - начало 1960-х". В ней впервые рассмотрена история изучения Африки в нашей стране. Издание подготовлено к 100- летию патриархов отечественной африканистики - члена-корреспондента РАН Д. А. Ольдерогге и основателя Института Африки доктора исторических наук И. И. Потехина.

На первый взгляд, сборник может быть интересен только узкой профессиональной группе, относительно небольшой тираж делает его доступным только очень заинтересованным читателям. Но внимательное знакомство убеж-

стр. 127

дает, что это новое исследование значительно крупнее заявленной темы.

Практически каждый очерк или статья - будь то почти апокриф о Б. А. Тураеве или Д. А. Ольдерогге, почти детектив об Э. Шике, почти расследование об А. З. Зусмановиче - это не парадные портреты с "хрестоматийным глянцем", а живые люди в потоке жизни, в гуще окружавшей их непростой истории. Почтение, уважение учеников или научных преемников, которыми являются авторы сборника, не исключили критического и вместе с тем конструктивного анализа наследия корифеев. Даже неподготовленный читатель почувствует стремление тактично и обоснованно объяснить причины следования зачинателей африканистики диктату времени, оценит общественно-политические условия, в которых проходило становление и самих ученых, и создававшейся ими науки.

Как признают авторы, книга была задумана многие годы назад. Трудности в реализации замысла заключались в том, что отечественные архивы были закрыты, зарубежные - труднодоступны. Многие упоминаемые в ней исторические личности были в прошлом фигурантами соответствующих политических процессов, под запретом находились и их имена, и идеи. Африканистика, как и другие общественные науки у нас в стране, десятилетиями была лишена права иметь человеческое измерение.

Чтобы лучше понять представленные в сборнике судьбы отечественных африканистов, следовало бы порекомендовать читателям начать ознакомление с заключительных очерков - "Антиколониальная тематика в советской африканистике" и "Концепция этнической консолидации в трудах советских африканистов в 50-е годы" И. И. Филатовой и "Критика зарубежной африканистики в работах советских ученых 20 - 50-х годов" и "Разработка теории некапиталистического пути развития для стран Африки в СССР: истоки и первые шаги" А. С. Балезина. С опорой на не самые известные сейчас материалы эти авторы вводят нас в Зазеркалье официальных концепций, десятилетиями главенствовавших в советской африканистике. Становится отчетливым, выпуклым исторический контекст появления теорий антиколониальной революции и "социалистической ориентации".

В других очерках сборника упомянутые статьи позволяют получить представление об основных этапах и особенностях развития отечественной африканистики. На первом, пожалуй, самом коротком, африканистика в Советской России занималась самоопределением - уточнением исторического и географического поля исследований. Биографии Б. А. Тураева, В. И. Маркова, Д. А. Ольдерогге, И. Л. Снегирева, Г. Е. Гернгроса демонстрируют, как велико было значение комплексного подхода, универсализма знаний, унаследованных от дореволюционной высшей школы и исследовательской практики.

Но научный поиск сам по себе не мог удовлетворить потребности нового государства и новых общественных наук. Африканистика была призвана обслуживать интересы

стр. 128

политической системы, и поэтому появились африканисты, для которых изучение Африки было прежде всего партийным поручением. Одними из первых стали Э. Шик, А. З. Зусманович, И. И. Потехин. Этот новый этап развития африканистики в нашей стране был довольно продолжительным, с начала 20-х до середины 50-х гг.

Биографии этих исследователей показывают, что их главной характерной чертой становится политическая ангажированность, объясняемая, прежде всего, интересами основного "заказчика" - Коминтерна. Еще одна черта - удивительная неспособность учитывать африканские реалии, несмотря на присутствие в России самих африканцев и их участие в обсуждениях различных проблем. Можно сказать, что, в отличие от универсальных знаний, на основе которых трудились предшественники, африканистам нового призыва стали "прививать" универсальные убеждения, одинаково подходившие для оценки и изучения происходившего в Африке и России, в колониях и метрополиях.

В очерке-расследовании В. П. Городнова о Б. Идельсоне и Г. Кларке - "засекреченных коминтернщиках" (термин впервые предложил О. Э. Мандельштам, опубликовавший интервью с мало кому известным в начале 20-х гг. Хо Ши Мином) говорится о том, что Южная Африка и Родезия были по сути такими же объектами политэкономического анализа, как Франция и Германия, а методом изучения местной ситуации все время оставался пресловутый классовый подход.

Отдавали ли себе отчет африканисты этого призыва в ограниченности своих знаний, воззрений на современную им Африку, незнании истории, экономики, культуры африканских народов? "Увы, вкус к мемуаристике был отбит в сталинские времена", - пишет А. Давидсон в очерке о Н. А. Ерофееве. Не осталось собственных свидетельств коминтернщиков. В приложениях к биографиям - в сборнике даны справки, объяснения, листки по учету кадров - иногда прорываются отдельные неофициальные оценки, эмоции немногих африканистов этого трудного времени. Главное сожаление - они были "насильно изолированы от своего дела". Это пишут уцелевшие ученые, а сколько же их не смогло, не успело написать даже этого...

В послевоенные годы Африка не сразу вернулась в поле зрения уцелевших африканистов и их учеников. Но уже к середине 50-х гг. появляется очевидная необходимость обслуживать государственную внешнюю политику, связи с появляющимися независимыми странами. На смену борьбе идей, которые пусть дозировано, ограниченно, но все же появлялись и обсуждались в Коминтерне, пришли государственные интересы СССР, настойчиво искавшего новых союзников среди бывших колоний.

Очерки об африканистах послевоенного этапа, их свидетельства в путевых заметках, письмах и памятках подтверждают тот факт, что отечественная африканистика не была готова ответить на вызов времени. Она не могла даже реализовывать свою главную функцию - выполнять

стр. 129

"задания площадей". Этим термином африканисты - создатели Института Африки (как это подробнейше прослеживается в очерках об И. И. Потехине, Э. Шике, СР. Смирнове, И. П. Ястребовой, Г. А. Нерсесове, О. К. Дрейере) определяли лавину поручений со Смоленской площади (из МИДа) и со Старой площади (из Международного отдела ЦК КПСС).

Из приводимых в сборнике документальных свидетельств становится очевидным, что менее всего в "задержках роста" африканистики были повинны сами африканисты. Они истово стремились прикоснуться к объекту изучения - и становились жертвами "невыездной" биографии, косности или откровенной безграмотности директивных (и скольких!) органов. Они считали необходимым овладеть опытом предшественников - и натыкались на секретность, "закрытые" фонды, запреты на упоминание имен и идей. Поразительно, как вообще при таком скудном общении с Африкой могли появляться страноведческие работы, как вопреки обстоятельствам и запретам на общение с иностранцами можно было изучать африканские языки, литературу, культуру африканских народов.

Некоторое время тому назад журнал 'Восток" начал дискуссию о состоянии современной африканистики статьей известного отечественного ученого И. В. Следзевского "Ускользающий объект исследования: познавательный кризис в африканистике?" Характеризуя период, о котором говорилось выше, автор отмечает: "Для одной группы африканистов, тяготевших к Д. А. Ольдерогге и отделу этнографии МАЭ, мерой объективности африканистического знания была, прежде всего, степень использования этнографических и социолингвистических данных. Для другой группы, концентрировавшейся главным образом в Институте Африки РАН, объективность означала распространение на африканскую историю и современность мировых законов общественного развития в версии теории формации и мирового революционного процесса. Несмотря на элементы самодостаточности, повышенной самооценки, обе традиции формировали единое целое, единое познавательное пространство".

Не разделяя мнение этого автора о познавательном кризисе и тем более об ускользании объекта исследования, хотелось бы отметить, что в отечественной африканистике даже в самые сложные периоды развития, когда конкретно-исторический подход к "объекту исследования" подменяли переносом "мировых законов... в версии...", продолжали существовать иные, невостребованные официальной наукой традиции изучения других народов. Принципы такого изучения емко сформулировал известнейший востоковед И. Ю. Крачковский: "Русский ученый обязан прежде всего работать над тем материалом по своей специальности, который часто в неразобранной груде лежит у него на родине. Не увлекаясь тем, что за пределами ее, может быть, легче найти более интересные темы, он прежде всего должен привести в извест-

стр. 130

ность наличные памятники и по возможности сделать их доступными."

Книга творческого коллектива африканистов из Института всеобщей истории РАН дает нам прекрасный пример того, как, следуя этим простым принципам, можно достигнуть результатов, по-настоящему значимых для широкого исследовательского сообщества.

(По материалу Н. Щербакова. Азия и Африка сегодня. 2004. N 5)

ВСПОМИНАЯ ВИДНОГО УЧЕНОГО

Академик Александр Данилович Александров (4.08.1912 - 27.07.1999) был одним из самых знаменитых ученых XX века. На обратной стороне обложки первого тома его "Избранных трудов", вышедшего в 1996 г. в Амстердаме, помещено следующее высказывание профессора Д. Э. Эдмундса из Университета графства Суссекс, Великобритания: "Александров является гигантом математики XX века...". Вклад А. А. Александрова в теорию Брунн-Минковского, теорию меры, геометрию "в целом", нелинейные частичные дифференциальные уравнения и основы теории относительности признан во всем мире.

Его впечатляющая личность и общественная деятельность менее известны мировому математическому сообществу. Он был ректором Ленинградского государственного университета (1952 - 1964 гг.), основателем известной школы по геометрии "в целом", автором полного комплекта школьных учебников по геометрии, а также неутомимым поборником науки, утонченным философом, одаренным поэтом и опытным альпинистом.

Книга "Академик Александр Данилович Александров. Воспоминания. Публикации. Материалы" включает 34 мемуарные статьи об А. Д. Александрове, написанные людьми различных профессий, положения и возраста, которые описывают его вклад в математику, философию и общественную жизнь и представляют свои впечатления о его личности с различных точек зрения и в различные периоды его жизни. Отдельные воспоминания представлены математиками, среди которых О. А. Ладыженская, С. П. Новиков, А. В. Погорелов, Ю. Г. Решетняк и В. А. Залгаллер. Некоторые воспоминания написаны бывшими учениками и коллегами А. Д. Александрова, которые делятся своими впечатлениями о его деятельности в области математики и на административных постах. Другие статьи представлены его близкими друзьями и родственниками и раскрывают черты его характера с их личной точки зрения.

Многие статьи отражают выдающиеся усилия А. Д. Александрова в деле защиты чистой и прикладной математики, кибернетики, генетики и других направлений современной науки от яростных нападок бывших советских бюрократов и мракобесов от науки, которые были харак-

стр. 131

терны для сталинского и постсталинского периодов в истории России.

Кроме того, в книге содержится 9 статей и заметок А. Д. Алексндрова. Среди них автобиографические заметки, записи лекций по истории науки, воспоминания о коллегах- математиках И. Либермане, С. Оловянишникове и В. И. Смирнове, учителях - математике Б. Н. Делане и физике В. А. Фоке, поэте и диссиденте В. Н. Делане и некоторых других.

В книге содержится хронологический указатель публикаций А. Д. Александрова, а также 109 фотографий ученого, его коллег, друзей и членов его семьи.

(По материалу В. А. Александрова и С. С. Кутателадзе. Математика (ФРГ). 2003. Том 1012. N 01006)

ФАКТОР ПЕРЕМЕН

Книга П. Хокена, Э. и Х. Ловинсов "Естественный капитализм: грядущая промышленная революция" посвящена анализу достоинств и недостатков современного капитализма, прежде всего его американской модели, и обсуждению альтернативных подходов в дальнейшем развитии. Даже без подробного знакомства с содержанием уже сразу смело можно отметить, что сам по себе факт обращения к переводам современной экономической литературы более чем отраден. К сожалению, до последнего времени эта отрасль знаний была явно обделена вниманием издателей, выпускающих переводы научных трудов зарубежных авторов.

Один из авторов книги - известный американский эколог Поль Хокен, основатель нескольких компаний, автор многочисленных статей и шести книг (в том числе "Экологии торговли", широко используемой в большинстве американских школ бизнеса). Оценки Хокена показывают, что прямые экономические потери в результате нерациональных с точки зрения экологии решений составляют по меньшей мере половину ВВП США. Президент СССР Михаил Горбачёв вручил Полю Хокену "Приз тысячелетия - Зеленый крест" за мировое лидерство в области охраны окружающей среды.

Эймори и Хантер Ловинсы известны как одни из авторов книги "Фактор Четыре". Они являются основателями и руководителями Института Рокки Маунтин, который занимается разработкой политики в области ресурсов с 1982 года.

"Естественный капитализм" развивает идеи, сформулированные в "Экологии торговли" и "Факторе Четыре". В этих работах на конкретных примерах показано, что поразительное повышение эффективности ресурсов способно приносить прибыль и что препятствия на этом пути можно преодолеть, объединяя новые подходы в деловой практике и государственной политике. Обе книги призывают частный сектор занять место в авангарде решения проблем

стр. 132

окружающей среды. Поэтому авторы решили в дальнейшем работать вместе над общей книгой под названием "Естественный капитализм", которая включала бы проблемы как теории, так и практики.

"Мы хотели дать американскому обществу представление о начавшейся революции производительности ресурсов, но убедились, что существует более важная задача. Экоэффективность - все более популярное понятие, используемое бизнесом для описания возрастающей эффективности применения материалов и экологических последствий этого, - является лишь малой частью более богатой и комплексной системы идей и решений". Авторы приходят к важному выводу: лучшие решения основаны не на компромиссах или "балансе" между отдельными секторами экономики, а на интегральных проектах, способных обеспечить достижение всех целей сразу, на каждом уровне - от отдельных технических устройств до отраслей производства, секторов экономики, компаний, целых территорий. Концепция такого объединения частных решений в единое целое излагается последовательно в отдельных главах, посвященных конкретным взаимосвязанным темам, и чередуется с объяснениями основных идей проекта. При этом авторы признают, что материалы книги внушают надежды, но не дают четких ответов. Книга изобилует решениями, но все они не окончательные. Это лишь констатация возможностей, реализация которых может стать по крайней мере шагом к преобразованию всех общественных учреждений.

"Естественный капитализм" - книга об интеграции и реконструкции, о системе взглядов нашего общества и его связей с окружающей средой, которая не поддается описанию в рамках отдельных дисциплин. В отличие от прочих, авторы не ставят целью рассказать о том, как технология революционизирует нашу жизнь (соглашаясь с тем, что это бесспорно так), но пытаются показать, как жизни отдельных людей и жизнь как таковая революционизируют все технологии. Они уверены, что мир стоит на пороге кардинальных изменений. Бизнес изменяет свою стратегию с позиций высокой экологической ответственности в силу настоятельной необходимости, неизбежности подобных перемен. Авторы полны энтузиазма, видя огромное поле возможностей для преодоления наиболее сложных проблем нашего времени. И этим знанием они хотят поделиться со всеми.

(По материалу М. Колесниковой. ЛГ. 2004. N 1)

АКТУАЛЬНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ

Внешнеэкономические связи играют весьма заметную роль в развитии России. Можно с уверенностью полагать, что по мере интеграции страны в мировое хозяйство и усиления глобализационных процессов вклад иностран-

стр. 133

ного капитала, международного сотрудничества в модернизацию и ускорение развития отечественной экономики будет расти. Очевидно, что наша экономика нуждается в разработке долговременной стратегии развития внешнеэкономических связей, исходящей из существующих и потенциальных конкурентных возможностей российских компаний, их потребностей в инвестициях и передовых технологиях. Серьезный вклад в разработку такой стратегии вносит рецензируемая книга "Актуальные проблемы внешнеэкономической стратегии России", подготовленная коллективом Центра внешнеэкономических исследований РАН под руководством академика С. А. Ситаряна.

В работе рассмотрены перспективы расширения конкурентных преимуществ отечественной экономики и изменения структуры внешней торговли, система государственной поддержки экспорта, стратегия и тактика валютной политики, проблемы урегулирования внешнего долга, рыночные стратегии российских предприятий - участников внешнеэкономической деятельности, проблемы взаимного сотрудничества стран СНГ и в целом роль внешнеэкономических связей в оптимизации экономики нашей страны. Кроме того, здесь дана оценка возможностей использования информационных технологий в электронной торговле России.

Один из центральных вопросов, поднимаемых в книге, - перспективы международной производственной специализации страны. О необходимости улучшить структуру нашего экспорта говорилось давно, но дело так и не сдвинулось с мертвой точки. Более того, ситуация постоянно ухудшается. В советский период данную проблему пытались решить с помощью плановых методов и относительной изолированности отечественной экономики от мирового рынка. Позитивных результатов достигнуто не было, но тогда хотя бы распределение сырьевых ресурсов для экспорта и внутреннего потребления находилось под контролем государства. Сегодня это распределение диктует рынок, и не всегда в интересах общества.

Существующая в России сырьевая специализация опасна не только потому, что она ставит экономику в зависимость от колебаний спроса и цен на внешнем рынке, но и потому, что привязывает темпы экономического роста к темпам роста в странах - потребителях энергоресурсов. При такой специализации темпы роста по определению не могут быть выше, чем в других странах. А поскольку научно-технический прогресс приводит к снижению энергетической составляющей ВВП, разрыв в темпах экономического роста со временем будет увеличиваться. В таком случае Россия никогда не догонит передовые государства по степени совершенствования промышленных технологий, по уровню жизни и другим основным параметрам экономического развития.

Авторы книги справедливо подвергают сомнению распространенный тезис о высокой конкурентоспособности

стр. 134

России на сырьевых рынках. Они подчеркивают, что природно-географические особенности территории существенно повышают стоимость добычи и транспортировки наших сырьевых товаров, которые поэтому, при прочих равных условиях, "просто не могут стоить дешевле, чем аналогичные товары других стран-экспортеров". Очевидно, что с вводом в строй более удаленных и сложных в разработке месторождений значение этого фактора будет расти, - вот еще один довод в пользу активизации усилий по изменению международной производственной специализации страны.

Однако стимулы к такому изменению уменьшают нефтяные сверхдоходы, получаемые в настоящее время во многом за счет произведенных еще в советское время инвестиций. В России топливно-энергетический комплекс (ТЭК) и так обладает большей инвестиционной привлекательностью по сравнению с отраслями, создающими продукцию с высокой добавленной стоимостью. Большие цены на энергоносители делают его еще более привлекательным. В этих условиях нет никакой надежды на то, что капиталовложения естественным путем в массовом порядке потекут в несырьевые отрасли. Если будут действовать только рыночные критерии, то ни о каком изменении международной производственной специализации страны речи быть не может.

Существует опасение, что переориентирование потока капиталовложений приведет к замедлению темпов роста. Такое действительно может произойти, если искусственно подавлять сырьевые отрасли. Но в этом нет необходимости, достаточно стимулировать высокотехнологичный сектор, который и должен обеспечить прибавку темпов роста всей экономики. Здесь важно не кто именно будет вкладывать средства - компании ТЭКа или государство, важно, чтобы такие вложения вообще осуществлялись. Для этого у того же ТЭКа должны появиться стимулы (например, налоговые) инвестировать в развитие высокотехнологичных отраслей. На первоначальном этапе нуждаются в стимулировании также легкая и пищевая промышленность, работающие на отечественном сырье.

Общепризнанно, что изменение структуры экспорта нельзя осуществить исключительно за счет мер, относящихся непосредственно к внешнеторговой сфере. Возможности страны по экспорту товаров с высокой добавленной стоимостью зависят не столько от условий внешнего обмена, сколько от конкурентоспособности ее промышленности. Этому вопросу в книге уделяется большое внимание. Кстати, необходимость повышения конкурентоспособности российской экономики на основе изменения международной производственной специализации страны признается и в новой среднесрочной программе правительства. В ней, в частности, говорится о стимулировании инновационной активности и содействии развитию "новой экономики", к которой отнесены профессиональное образование, рынки продуктов и услуг, основанные на информационно-ком-

стр. 135

муникационных технологиях, производство инновации и так называемые интеллектуальные услуги (консультирование, информационное посредничество, аналитика, маркетинг).

Анализируя факторы конкурентоспособности российской экономики по методологии известного специалиста М. Портера, авторы книги приходят к выводу о том, что в ближайшее десятилетие место страны в мировом хозяйстве кардинально не изменится. Хотя в общем объеме экспорта несколько возрастет доля продукции обрабатывающей промышленности, Россия по-прежнему будет выполнять в основном роль поставщика сырья на мировой рынок.

Улучшить международную производственную специализацию страны невозможно без существенного увеличения капиталовложений. Рекордный прирост вложений в основной капитал, достигнутый в РФ в 2000 г., составил 17%. В последние два года темпы роста инвестиций резко упали, а в ближайшие годы, по прогнозу правительства, они составят 7 - 9%, что, разумеется, совершенно не отвечает задачам экономического развития страны.

Препятствием для увеличения капиталовложений в российскую экономику остается дороговизна кредита, которую лишь отчасти можно объяснить высоким инвестиционным риском. Ограничено само предложение долгосрочных кредитных ресурсов, что связано с нехваткой в стране активов, способных служить обеспечением займа. Общеизвестно, насколько низка капитализация российской экономики, включая банки. Привлечение в банки средств населения, хранящихся в наличной валюте, - даже если его удастся использовать в полной мере - проблемы не решит, поскольку экономика нуждается в "длинных" деньгах. Да и население в России весьма небогато, его бедность - одна из причин того, что до сих пор не удается запустить инвестиционный механизм через пенсионные фонды и страховые компании. Между тем в России есть активы, которые сравнительно легко могут быть капитализированы, - земля и недвижимость. Введение их в оборот позволит существенно повысить предложение долгосрочных кредитных ресурсов, причем без риска инфляции.

Наряду с внутренними источниками финансирования капиталовложений большую роль, чем сегодня, могли бы играть внешние источники. Международное движение капитала занимает ведущее место в мировой экономике и в экономике отдельных стран по сравнению с потоками товаров. Продукция, созданная с участием иностранного капитала, все чаще становится не только альтернативой импорту, но и основой для расширения экспорта и совершенствования его структуры. В этой связи аналитики говорят о том, что на смену торговле как главной форме экономических связей между странами приходят инвестиции.

Россия отстает от этого общемирового процесса, однако за последние два года инвестиционный климат в стра-

стр. 136

не заметно улучшился. Иностранные вложения растут, хотя, учитывая масштабы российской экономики, их объем все еще невелик. Роль предприятий с участием иностранного капитала в обеспечении потребностей внутреннего рынка и улучшении международной специализации страны остается незначительной.

Созданию эффективного механизма привлечения инвестиций из-за рубежа посвящена специальная глава книги. В ней авторы подробно рассматривают структуру поступающих вложений по странам происхождения, отраслям и регионам Российской Федерации. Они детально анализируют факторы инвестиционной конкурентоспособности России, в их числе - природные, трудовые и технологические ресурсы, уровень развития и доступность объектов инфраструктуры, политическая и макроэкономическая стабильность, качество государственного регулирования хозяйственной жизни, уровень соблюдения законности и правопорядка, прав собственности, особенности корпоративного управления, барьеры входа на рынок и т.д.

Авторами проведен достаточно глубокий анализ, лишенный шаблонных подходов и развенчивающий целый ряд распространенных заблуждений относительно инвестиционной привлекательности отечественной экономики. Они, в частности, говорят о том, что "вопреки распространенному мнению о дешевизне рабочей силы соотношение зарплаты и производительности труда российских рабочих проигрывает аналогичному показателю во многих странах, составляя 1/5 максимального уровня". Не столь высока, как принято считать, и квалификация работников. На основе проведенного анализа авторы попытались разработать концепцию улучшения инвестиционного климата в России.

Анализируя формы и методы государственной поддержки экспорта в стране и за рубежом, авторы сборника приходят к закономерному выводу о значительном отставании России в этом вопросе. Наше государство почти не содействует развитию экспорта. Принятая в 1996 г. "Федеральная программа развития экспорта на период до 2005 г." предусматривала выделение государственного финансирования на эти цели. Однако в действительности в 1996 - 1997 гг. объем ассигнований был на порядок меньше предусмотренного программой, а с 1998 г. упоминание о финансировании экспорта и вовсе исчезло из бюджета. Некоторое время еще можно было рассчитывать на получение краткосрочных бюджетных ссуд по льготным процентным ставкам, однако сумма выделенных средств была крайне мала, воспользоваться этим видом поддержки смогли лишь несколько десятков экспортеров.

Предпринимавшиеся в 90-е годы попытки ввести в России систему государственного гарантирования кредитов и страхования экспорта успехом не увенчались. Мешало главным образом отсутствие у государства нужных денежных средств. Лишь в сентябре 2002 г., озаботившись необходимостью повышения доли товаров с высокой добав-

стр. 137

ленной стоимостью в экспорте, правительство наконец признало необходимым создать в стране такую систему. Было намечено три направления стимулирования экспорта. Во- первых, правительство будет стараться улучшить торгово-политические условия доступа российских товаров на зарубежные рынки. Во-вторых, на базе наших торговых представительств за рубежом и уполномоченных Минэкономразвития России предполагалось сформировать маркетингово-консультационную систему экспортных возможностей страны. В-третьих, наконец-то планировалось создать систему страхования экспорта, на начальном этапе - от политических рисков. С этой целью на основе ранее созданного Российского экспортно-импортного банка было учреждено государственное экспортное агентство.

Весьма актуальны рассмотренные в книге проблемы стратегии и тактики валютной политики России. Оценивая аргументы в пользу политики сильного или слабого рубля, авторы отмечают, что снижение курса рубля - "не лучший способ повышения конкурентоспособности российских производителей". Следует также иметь в виду, что претендовать на роль резервной валюты, пусть даже и в региональном масштабе, может только сильная российская валюта. Движение курса рубля, считают авторы, должно меньше зависеть от колебаний мировых цен на российские экспортные товары и основываться на росте производительности труда.

В книге глубоко и всесторонне анализируются такие злободневные проблемы, как "долларизация" отечественной экономики, последствия введения евро для России, интересы нашей страны в будущем реформировании мировой валютной системы, валютные аспекты участия России во Всемирной торговой организации. Долларизация нашей экономики успела превратиться в застарелую проблему, которую нельзя решить административным запретом на использование доллара во внутренних расчетах. Преодоление долларизации, подчеркивают авторы, должно основываться на укреплении всей экономики, особенно ее валютной и банковской систем, сокращении инфляции, повышении доверия к рублю. Это довольно длительный процесс, по всей вероятности, он займет не один год.

Появление европейской валюты расценивается авторами как положительный для России факт, поскольку при этом "расширяется поле маневра при решении вопросов валютного курса, состава валютных резервов, валютной структуры внешних заимствований и торговли". Роль евро и в мире, и в России будет повышаться, однако, как верно отмечено в книге, кардинальной перестройки мировой валютной системы в пользу европейской валюты в обозримой перспективе ожидать не следует. Доллар еще неопределенно долгое время сохранит свое главенствующее положение.

стр. 138

Анализируя глобальные аспекты российской валютной политики, авторы подчеркивают необходимость создания внутренних предпосылок для дальнейшей валютной либерализации, в частности, либерализации движения капиталов. К таким предпосылкам относятся структурные преобразования в экономике, укрепление банковской системы и повышение доверия к рублю. Кроме того, нужен специальный механизм, который мог бы предотвращать дестабилизирующее воздействие перемещения спекулятивного капитала на отечественную экономику.

По мере нарастания процессов глобализации, говорится в книге, не происходит выдвижения на первый план неких интересов международного сообщества в ущерб интересам государств. Напротив, государства, включая мировых лидеров, уделяют повышенное внимание обеспечению именно национальных интересов. В этом направлении в последние годы все последовательнее действует и Россия. Можно полагать, что исследование, подготовленное Центром внешнеэкономических исследований РАН, будет способствовать лучшему пониманию и более эффективному обеспечению экономических интересов нашей страны в глобализирующемся мире.

(По материалу члена-корреспондента РАН И. С. Королева и В. С. Загашвили. Вестник РАН. 2004. Т. 74. N 1)

МОСКВА - РИМ: ИЗ ИСТОРИИ ОТНОШЕНИЙ

Рассматриваемый сборник "Москва - Рим. Политика и дипломатия Кремля. 1920 - 1939" содержит документы ряда фондов Архива внешней политики МИД РФ и Российского государственного архива экономики, рассекреченных после 1991 г., - многие из этих документов публикуются впервые. Они раскрывают механизм принятия решений руководством СССР на высшем правительственном и партийном уровне. Сборник вводит в научный оборот документы исторической части Архива Президента Российской Федерации, а также включает ряд неопубликованных материалов органов государственной власти СССР, в том числе наркоматов иностранных дел, внешней торговли и других заинтересованных ведомств, на основании которых вырабатывались решения по главным политическим и экономическим проблемам отношений РСФСР, а затем СССР с Италией.

Особое внимание в сборнике уделено установлению дипломатических и торговых отношений между СССР и Италией в 1920 - 1924 гг. (первый раздел), контактам между ними в 1924 - 1933 гг. (второй раздел) и отношениям накануне Второй мировой войны (третий раздел).

"Между Италией и РСФСР, - пишет в предисловии к книге академик Г. Н. Севостьянов, - не было трудноразрешимых проблем, связанных, например, с долгами или территориальными претензиями. Учитывая это, руководство

стр. 139

рассчитывало возможность преодоления изоляции РСФСР. И это подтвердилось 27 апреля 1920 г. Между странами была достигнута договоренность об обмене военнопленными, а затем между российскими и итальянскими кооперативными организациями было заключено соглашение на полуофициальной основе. Россия поставляла Италии хлеб и нефть, а она взамен медикаменты, сельскохозяйственные машины, электротехнические товары".

В томе воспроизводятся уникальные документы, касающиеся продажи Советской Россией Италии в 1920 г. небольших партий зерна в соответствии с договоренностью, достигнутой в процессе подготовки договора об обмене военнопленными от 27 апреля 1920 г. Установление торговых связей с другими государствами для Советской России тогда было столь важно, что молодая республика пошла на вывоз хлеба из страны, несмотря на тяжелое положение.

17 июня 1920 г. между двумя странами была достигнута договоренность об обмене представителями. Но итальянское правительство медлило с ее реализацией. Лишь 14 марта 1921 г. российская делегация во главе с В. В. Воровским получила возможность прибыть в Рим. "Переговоры об экономическом соглашении, - пишет И. А. Хормач в предисловии к первому разделу сборника, - затянулись до конца года вследствие сложности согласования позиций. Основными препятствиями были: идеологические разногласия ввиду разного социально-политического устройства двух государств, недоверие итальянских торгово-промышленных и финансовых кругов к новой хозяйственной системе; опасения, вызванные советской пропагандой мировой революции. Однако факторы экономического и политического характера побудили итальянское правительство заключить 21 декабря 1921 г. предварительное русско-итальянское торговое соглашение, создавшее правовые основы для развития экономических и дипломатических отношений двух государств и означавшее признание РСФСР итальянским правительством де-факто".

Предварительное торговое соглашение содержало и некоторые политические позиции: взаимное обязательство сторон не предпринимать никаких враждебных актов, не поддерживать ни в какой форме блокады, устранять препятствия, мешающие ведению торговли между странами, применять в торговых отношениях режим наибольшего благоприятствования. Соглашение 21 декабря 1921 г. способствовало выходу России из политической и экономической изоляции, оно предусматривало обмен официальными агентами, аккредитованными при правительствах, и предоставление им дипломатического иммунитета.

Важное значение в советско-итальянских отношениях имела Генуэзская конференция, посвященная обсуждению европейских проблем. На конференцию была приглашена и Советская Россия с целью урегулирования вопроса о государственных делах, т.е. решения "русского вопроса". На конференции наметилось углубление раскола сре-

стр. 140

ди западно-европейских держав в отношении России: франко-бельгийская группировка заняла крайне жесткую позицию, а англо-итальянская выразила готовность пойти на уступки, при этом самые скромные претензии к России были у Италии. Поэтому итальянская делегация последовательно выступала за нормализацию отношений с Советской Россией и прозондировала почву о возможности заключения сепаратного договора.

В сборнике впервые вводится в научный оборот комплекс документов, связанных с подготовкой и заключением почти неизвестного у нас советско-итальянского торгового соглашения от 24 мая 1922 г. Эти материалы отражают напряженную борьбу советской дипломатии за признание РСФСР западными странами, ее стремление переломить в пользу советского государства невыгодную для Москвы ситуацию между двумя конференциями - Генуэзской и Гаагской, открывшейся месяцем позже. Соглашение 1922 г. сделало более устойчивыми торговые связи между двумя странами. Однако итальянское правительство отказалось включить в договор статью о признании правительства Российской Федерации. По этой причине ВЦИК не ратифицировал соглашение, а Совнарком его не одобрил. В Риме это было воспринято болезненно.

В октябре 1922 г. в Италии к власти пришел Бенито Муссолини, Он искал поддержки своему правительству как внутри страны, так и на международной арене. 6 ноября 1922 г. (через неделю после его назначения премьер-министром) Муссолини дал понять советскому представителю в Италии Воровскому, что Италия намерена признать советское правительство, а 15 ноября подтвердил свои слова.

Начавшиеся в сентябре 1923 г. российско-итальянские переговоры продвигались медленно. Перелом произошел только в конце 1923 г., когда Муссолини сделал в парламенте официальное заявление о готовности признать Советскую Россию, сопроводив его условиями: "Я требую хороший договор. Я требую концессии на сырье, в котором Италия нуждается". Это заявление рассчитано было на пропагандистский эффект и преследовало цель привлечь на свою сторону общественность страны и укрепить положение Италии в лагере Антанты.

В сборнике широко представлены материалы, связанные с историей подготовки договора о торговле и мореплавании от 7 февраля 1924 г., ставшего затем в известной степени образцом при заключении таких же договоров с другими странами. Этот комплекс документов включает переписку членов советской делегации в Риме с руководством Наркомата иностранных дел, выписки из протоколов заседаний Политбюро ЦК ВКП(б), справки НКИД и ЦК партии, протоколы заседаний смешанной советско-итальянской подготовительной комиссии. Было решено "запросить т. Сталина об его отношении к проекту договора" с Италией. Сталин заключил: "Мы даем целый ряд уступок, не получая взамен ничего, кроме голого де-юре".

стр. 141

В записке, адресованной членам и кандидатам в члены Политбюро ЦК ВКП(б) от 20 февраля 1924 г., Сталин считал, что договор надо прежде всего заключить с Англией, т.е. ее тогдашним рабочим правительством: "Что значит какая-нибудь Франция и тем более Италия, что они могут дать в сравнении с такой силой, как Англия?".

Советские дипломаты предупредили итальянскую сторону о том, что если Англия первой признает советское правительство, то предоставленные ранее уступки могут быть взяты обратно. Обращая внимание на то, что эти документы с оценками Сталина договора с Италией "чрезвычайно важны", И. А. Хормач замечает, что "в этот период далеко не все возражения Сталина учитывались при принятии решений".

Расчеты советской дипломатии оправдались. 1 февраля 1924 г. Англия объявила о признании СССР де-юре. Муссолини дал указание: немедленно подписать торговый договор и ускорить дипломатическое признание СССР. 7 февраля в Риме был подписан договор о торговле и мореплавании между СССР и Италией. В тот же день нарком иностранных дел Г. В. Чичерин получил ноту итальянского правительства о признании де-юре правительства СССР.

27 февраля договор был ратифицирован королем Италии, а 7 марта - ЦИК СССР. Состоялся обмен послами. Италия, как одна из первых признавших СССР стран получила ряд преимуществ: СССР обязывался поставить Италии 3 млн. центнеров зерна, закупить итальянские товары, Италии предоставлялось право выбора нефтяных концессий в районе Грозного, а также учреждения ряда итало-советских смешанных обществ.

Публикуемые во втором разделе сборника документы не издавались ранее ни в России, ни в Италии. Они касаются пакта о ненападении и нейтралитете 1933 г. и долгого процесса переговоров о нем в 1924 - 1933 гг. Особую ценность представляют решения Коллегии НКИД и постановления Политбюро ЦК ВКП(б) об условиях заключения итало-советского политического договора с Италией, а также донесение советского полпреда К. К. Юренева о беседах с Муссолини зимой 1925 г.

Во второй половине 30-х годов советско-итальянские отношения развивались в условиях обострения международной обстановки. Муссолини мечтал о занятии Италией ведущей роли в Средиземноморье. Он начал войну против Эфиопии и оккупировал ее.

После завершения итало-эфиопской войны и снятия экономических санкций руководство СССР надеялось на улучшение отношений с Италией. Но этого не произошло. Италия поддержала совместно с Германией генерала Франко в гражданской войне в Испании, в то время как Советский Союз помогал законному правительству республиканской Испании. В октябре 1936 г. между Италией и Германией был подписан Берлинский протокол о сотрудничестве, создалась "ось" Берлин - Рим. Это привело к обострению советско- итальянских политических отно-

стр. 142

шений, значительному сокращению торговли, углублению разногласий относительно оценки положения в Европе и развития событий. Испанский вопрос превратился в главный источник расхождений во взаимоотношениях между двумя странами. Характерно, что за пять месяцев 1937 г. советский экспорт в Италию уменьшился более чем в два раза.

Муссолини активно участвовал в Мюнхенской конференции и в мае 1939 г. заключил с Гитлером политический союз - Стальной пакт. В 1940 г. оформился Тройственный союз Германии, Японии и Италии. Все эти военно-политические акты Муссолини привели к тому, что дипломатические связи между Италией и СССР были сведены к минимуму.

Публикуемые документы создают основу для более углубленной разработки истории Италии в XX в., а также истории российско-итальянских отношений в первой половине XX в.

(По материалу Н. П. Комоловой. Новая и новейшая история. 2004. N 1)

ПАМЯТИ ИСТОРИКА ПОСВЯЩАЕТСЯ

В серии "Россия и Британия" вышел том "В мире английской истории", посвященный памяти академика В. Г. Трухановского. В нем много необычного для подобного рода изданий. Традиционно они открываются историографической статьей, посвященной научным заслугам героя, за которой следует подробная библиографическая справка. Здесь нет ни того, ни другого. Да и нужно ли вспоминать и перечислять все, вплоть до маленькой заметочки, написанное полстолетия назад? Ведь лицо ученого определяют прежде всего фундаментальные исследования.

Мы о наших ведущих историках знаем до обидного мало обо всем том, что стоит за пределами официальной анкеты. Уважаемый ученый закован в броню идей и опоясан кушаком принципов. А здесь треть книги занимает мемуаристика. Вспоминают друзья- коллеги, сотрудники "Вопросов истории", журнала, которым он руководил более четверти века, дипломаты, с которыми служил в Министерстве иностранных дел, ученики, супруга Наталья Георгиевна Думова. Вспоминает он сам.

Его "Последнее интервью" - вещь замечательная и внимательная. Воспоминания - трудный жанр, часто они напоминают отчет о служебной деятельности с вкраплениями чего-то личного. Интервью же раскрывает Трухановского-человека. Казалось бы - сплошной успех в карьере: юноша из глухой белорусской деревни попал в Ленинград и погрузился в книги. Завод "Электроприбор", рабфак, педагогический институт, Высшая дипломатическая школа. Перед выходцем из рабоче-крестьянской среды в социа-

стр. 143

листическом отечестве дороги были широко открыты. В тяжкие годы Великой Отечественной войны - взлет карьеры, определяемый волей, умом, знанием и трудолюбием. Трухановский - а ему едва минуло 30 - эксперт при образовании Организации Объединенных Наций и на Потсдамской конференции. Затем - заведующий отделом МИД - на его шинели генеральские погоны. И вдруг его выставляют (иного слова не подберешь) из министерства без причин и объяснений. Не угодил чем-то начальству. Тогда он устраивается рядовым сотрудником Института истории АН СССР. И тут обнаруживается, что в институт пришел не случайный человек, а сложившийся ученый. Через несколько лет он уже доктор наук и заместитель директора института.

В своем "Последнем интервью" он оставил нам всем пожелание: "В любой ситуации сохранять достоинство человеческое, национальное и профессиональное". Это и было его девизом в продолжение всей жизни.

Раздел воспоминаний о В. Г. Трухановском открывает статья А. Б. Дэвидсона "Мастер биографического жанра", особо любимого Владимиром Григорьевичем. Его биографии У. Черчилля, А. Идена, Г. Нельсона и Б. Дизраэли можно считать классикой. После Е. В. Тарле во многом усилиями его и К. Б. Виноградова жанр возродился. Эпохальные события британской истории В. Г. Трухановский представил через призму их жизней. Притом, что трое из них по праву слыли личностями, крайне неприязненно и предвзято относившимися к России. В 1801 г. Нельсон во главе армады кораблей его величества приплыл в Финский залив, и лишь свержение Павла I предотвратило открытый конфликт с Россией. Дизраэли в 1878 г. привел Англию на грань войны с нашей страной. А уж о Черчилле и говорить не приходится. А. Б. Давидсон замечает: что касается "исторических личностей, которые не укладывались в понятие "прогрессивные", то путь к изданию их биографий был, как правило, закрыт". А Владимир Григорьевич умел обходить многочисленные трудности, связанные с этим, и появлялись творения мастера, хотя, разумеется, отдавал он и дань времени.

Вторая часть книги "В мире английской истории" посвящена исследованиям. Значительный интерес вызывает статья А. Б. Давидсона о распаде Британской империи и отношениях между бывшими ее членами. Долгие годы нам вдалбливали в голову: колониальные империи - это мрак и зло. Однако прежние доминионы и колонии после распада империи совместно с "угнетательницей" Великобританией учредили Содружество наций, в котором ныне насчитывается 54 государства. Ни одно из бывших британских владений не пожелало выйти из него, напротив, находятся "добровольцы", проявляющие желание вступить в Содружество. Значит, существовало нечто, скреплявшее ранее многорасовую, поликонфессионэльную державу. "Великобритания смогла лучше других метрополий приспособиться к процессу всемирной деколонизации, не допус-

стр. 144

тить обрыва экономических, общественных, культурных и даже политических связей", - констатирует А. Б. Давидсон. Это очень поучительно, вспоминая недавний развал СССР, произошедший под здравицы в честь суверенитетов. Понадобились годы и огорчительный опыт, дабы убедиться, что сами по себе появившиеся на карте новообразования никого не интересуют, что нужно не рвать безоглядно старые связи, а заменять их новыми на базе равноправия, взаимного уважения и выгоды.

Помещенные в книге исследования разнообразны по тематике. М. А. Липкин пишет о национальной идентичности - Англия или Британия. С. П. Перегудов и Н. К. Капитонова исследуют в своих статьях проблемы лейбористской Великобритании после выборов 2000 г. Отдельные статьи посвящены "британским агентам Коминтерна" (В. П. Городнов) и руководителю английских фашистов О. Мосли (А. Ю. Прокопов), этическому социализму Р. Г. Тоуни (С. А. Соловьев, Е. А. Суслопарова), историку Л. Нэмиру (Е. А. Доброва) и философу И. Бентаму (М. П. Айзенштат).

Статьи Л. В. Поздеевой о дневниках посла СССР в Лондоне И. М. Майского и О. А. Ржешевского о визите Черчилля в Москву летом 1942 г. возвращают нас ко временам Второй мировой войны и советско-британского военного союза. Тогда государственные деятели двух стран и США, "былые распри позабыв", оставив в стороне идеологические, политические и прочие разногласия, соединили свои усилия во имя великой цели - сокрушения гитлеризма. На обеде в честь Черчилля британский премьер провозгласил тост "за здоровье знаменитого воина и главы Советского правительства" Сталина, а А. Гарриман предложил выпить "за великого вождя советских армий и народа".

В издании нашлось место и для архивной рубрики (об ирландской миссии 1921 г. в Москву, со вступительной статьей Е. Ю. Поляковой).

Почетное место в книге занимают материалы биографического жанра, наследие Владимира Григорьевича приумножается. Т. А. Гелла обрисовала политический портрет малоизвестного у нас лорда А. Ф. Розбери, Л. Ф. Туполева посвятила очерк вождю ирландского освободительного движения Ч. Парнеллу, Т. Л. Лабутина - теме "Джонатан Свифт и женщины".

Г. С. Остапенко представила биографическое полотно о королеве Виктории, 64 года правления которой - своего рода рекорд. Как это ни странно, но до сих пор об этой государыне, давшей название целой эпохе в жизни Великобритании, Канады, Австралии, Новой Зеландии, в России написано незаслуженно мало. В очерке Г. С. Остапенко Джорджина Шарлотта Августа Александрина Виктория - таковы данные ей при крещении имена, из которых история сохранила лишь последнее, - предстает как монархиня, женщина, супруга и мать многочисленных отпрысков, приносивших ей больше огорчений, чем радости. Перед читателем проходит история Великобритании, преломленная в личности королевы, эволюция института монархии,

стр. 145

выраженная автором в удачной формуле: "Власть венценосной правительницы падала, а ее престиж возрастал". Шел процесс демократизации общества, круг избирателей расширялся, оформились политические партии, возрастали прерогативы кабинета и его главы, премьер-министра. Но институт монархии не исчез, а обрел новые функции как символ единства нации и прочности государственных устоев. И эти черты олицетворяла королева. В день ее похорон, по словам Дж. Голсуорси, "стояла серая мгла непролитых слез". А поэт Р. Бриджес писал: "Казалось, что колонна, державшая небосвод, обрушилась".

Рецензируемый труд является третьим выпуском серии "Россия и Британия". Основанная В. Г. Трухановским Ассоциация британских исследований успешно развивается. Пожелаем ей дальнейших успехов.

(По материалу В. Н. ВИНОГРАДОВА. Новая и новейшая история. 2004. N 1)

"ОСНОВА ЖИЗНЕННОЙ МАШИНЫ ПЛАНЕТЫ"

Нарочито скромное название новой книги Г. А. Заварзина "Лекции по природоведческой микробиологии", при всей его точности, не более чем камуфляж, призванный слегка одурачить недостаточно искушенного читателя. На самом деле перед нами курс глобальной (или если хотите "биосферной") экологии - современный, в высшей степени оригинальный, насыщенный эмпирической информацией, а главное - поражающий свободой охвата тем: от элементарных физико-химических процессов, происходящих в клеточной мембране, до геологических преобразований, протекающих в масштабе всей планеты. Основное внимание, конечно же, сконцентрировано на микробах, точнее, на той их деятельности, которая когда-то сформировала, а ныне продолжает поддерживать нашу биосферу.

Множество затронутых вопросов вовсе не делают книгу эклектичной. Скорее наоборот - глубокое понимание сути явлений, протекающих на разных уровнях организации материи, позволяет автору достичь удивительно цельного знания. Хочется думать, что цельность эта отражает некие фундаментальные аспекты устройства самой природы. И. видимо, не случайно в начале своей книги Г. А. Заварзин отдает должное А. Гумбольдту - исследователю, сумевшему, кажется, впервые представить единство природы как нечто, доступное для изучения натуралисту-практику, а не только философу-теоретику. Легкость, с которой автор переходит от гидрологической структуры океана к генам цианобактерий, или от почвоведения к химии атмосферы, восхищает и удивляет читателя, но не уводит его мысль от главного - объяснения того, как устроены и функционируют природные экосистемы и как работают микробные сообщества, являющиеся по сути их основой.

стр. 146

Вся "машина" современной биосферы создана прокариотами, или "бактериями" в широком смысле слова - очень мелкими, сравнительно просто устроенными организмами, не имеющими оформленного ядра. Только в позднем силуре (около 400 млн. лет тому назад), когда начал формироваться растительный покров суши, в производстве органического вещества наряду с бактериями заметную роль стали играть растения, а часть работы по деструкции, разрушению органического вещества взяли на себя грибы и в некоторой степени - животные. Но и эта "надстройка" из многоклеточных эукариот не отменила главного, а именно того, что "базовая система процессов - скрытая основа существа биосферы - сложена деятельностью "невидимых"".

Этот, казалось бы, совершенно очевидный тезис несколько другими словами был четко сформулирован нашим гениальным соотечественником С. Н. Виноградским еще в 1896 г., но долгое время он оставался чисто умозрительным обобщением. В сознании обывателей, даже образованных, микробиология устойчиво связывалась с медициной, а вовсе не с изучением устройства биосферы. Экология же, с начала XX в. существующая как самостоятельная дисциплина, развивалась исключительно ботаниками и зоологами. Только в таких науках, как гидробиология и почвоведение, фокусирующих основное внимание не столько на самих организмах, сколько на среде их обитания, деятельность микроорганизмов не могла не учитываться. Можно даже сказать, что понимание того, как бактерии работают в природе, а не только в лабораторных культурах, было достигнуто в значительной мере благодаря контактам микробиологов с гидробиологами и почвоведами.

Содержание рецензируемой книги изложено в восьми главах, или лекциях, как называет их автор: "Биосфера и микробы", "Микробное сообщество", "Циано-бактериальные маты", "Атмосфера и бактерии", "Микробиология водных сред обитания", "Амфибиальные ландшафты, экотоны и геохимические барьеры", "Микробиология почвы", "Историческая микробиология". Честно говоря, я несколько сомневаюсь в том, что за два академических часа можно надлежащим образом изложить студентам весь тот огромный объем практических знаний и общую идеологию, которые содержатся в этих главах. Если и возможно, то только для очень "продвинутой" аудитории, получившей хорошее образование в области микробиологии, общей экологии, а желательно - и физической географии (с элементами ландшафтоведения, гидрологии и геологии). Для обычного курса потребуется не менее 20 лекций.

Однако не буду придираться, тем более, что текст очень хорошо организован, а каждая глава - это цельный, самодостаточный очерк с собственной рубрикацией (от 5 до 12 разделов, иногда включающих в себя более дробные подразделы) и кратким списком рекомендуемой литературы. Передать в рецензии содержание всей книги, ко-

стр. 147

нечно, невозможно. Но все же следует остановиться чуть подробнее на трех аспектах, очень важных для понимания позиции автора.

Во-первых, это последовательно развиваемое представление о микробном сообществе кик совокупности разных видов (или точнее - эколого-физиологических групп), вступающих в кооперативные взаимоотношения и тем самым обеспечивающих максимальное использование поступающей в систему энергии. Как замечает Г. А. Заварзин, "полнота использования энергии химических реакций и есть главнейшее правило в организации трофической системы микробного сообщества". Ситуация, когда продукты метаболизма (т.е. по сути отбросы) одних организмов служат ресурсами для других, причем изъятие этих продуктов оказывается чрезвычайно важным не только для потребителя, но и для производителя, наблюдается в микробном сообществе очень часто.

Во-вторых, это представление о структуре среды, в которой происходит взаимодействие разных групп микробов и которая есть не просто некоторая совокупность условий и ресурсов, но всегда определенная физическая "неоднородность", нечто, создающее возможность обмена веществом как по горизонтали, так и по вертикали. Подчеркивается, что именно "за счет неоднородности сред обитания оказывается возможным развитие системы в целом" и отсюда следует наивность попыток "представить Землю на любом этапе ее развития как однородную среду с определенной температурой и химическим составом". В другом месте автор книги справедливо замечает, что "микробная жизнь находит наиболее богатые условия для себя на границе двух сред, в области термодинамической метастабильности соединений, транспортируемых из одной среды в другую, и формирования геохимического барьера, часто совпадающего с экотоном".

В-третьих, это исторический подход. Только поняв, как происходило становление бактериальных сообществ, как они обеспечивали круговорот биогенных элементов и как вся система существовала прежде, чем была дополнена одноклеточными эукариотами, а потом и многоклеточными, мы можем представить себе принципы функционирования современной биосферы. Автор справедливо замечает, что "история биосферы - это в подавляющей степени история микробов и того, как они создали биосферу, в которой появились более сложно организованные существа. Последние трансформировали течение биотических процессов на Земле, но не изменили суть системы. Поэтому, реконструируя жизнь докембрия, можно получить представление об "основе жизненной машины планеты", еще не заслоненной красками цветов (правильно, конечно, "цветков". - А. Г. ) и движением мягких пушистых животных, т.е. перейти от видимости к сути", Как и в прошлых своих работах, Г. А. Заварзин подчеркивает аддитивный характер эволюции биосферы, но отмечает, что неполнота некоторых циклов порой существенно меняет господствующие ус-

стр. 148

ловия, делая возможным существование одних групп организмов и невозможным других. Самым крупным преобразованием такого рода было формирование кислородной атмосферы.

Очень интересны размышления, касающиеся попыток реконструкции прошлого на основе реликтовых сообществ, сохранившихся порой в экстремальных условиях, например, в термальных источниках или гиперсоленых лагунах. Однако, как подчеркивает автор, "прямое сопоставление современных сообществ с теми, которые развивались в условиях архея или протерозоя, может быть сделано лишь в общей форме". Наиболее древнее сообщество микроорганизмов (существующее и сейчас) - это, по-видимому, совокупность организмов подземной гидросферы, "развивающихся в пористых породах за счет продуктов химических реакций воды с нагретыми породами и летучих соединений магмы". Донором электронов для таких организмов является водород, а акцептором - сера или углекислота (в последнем случае образуется метан).

Рассказывать о новой книге Г. А. Заварзина можно долго, но лучше ее прочесть. Вдумчивому читателю она доставит огромное удовольствие, хотя сам процесс чтения не обязательно будет легким. Текст насыщен конкретным материалом. И дело не просто в большом объеме информации, а в том, что ее необходимо переосмысливать и укладывать в своем сознании как нечто целое. В тексте нет словесной избыточности, малозначащих фраз, позволяющих на какой-то момент расслабиться. Книга заставляет читателя думать и побуждает к сотворчеству. Невольно возникает вопрос - можно ли использовать рецензируемую книгу в качестве учебника. На мой взгляд, не только можно, но и должно. Отсутствие на титульном листе официальных рекомендаций министерства или другого ведомства не должно останавливать ни преподавателей, ни студентов. "Лекции по природоведческой микробиологии" нужны читающим и слушающим курс общей экологии на всех естественных факультетах университетов (в первую очередь, речь идет о биологах, почвоведах, геологах и географах). И, конечно, "природоведческая микробиология" должна быть обязательным предметом для всех микробиологов.

К сожалению, тираж книги непозволительно мал и неудивительно, что распродан он был моментально. Безусловно потребуется дополнительный тираж, а также второе издание. Хотя книга отредактирована очень хорошо и, что особо приятно, с бережным отношением к неповторимому, всегда узнаваемому языку автора, в ней все же есть ряд опечаток и мелких неточностей. Соответствующие исправления должны быть внесены в новое издание. Кроме того, необходимо снабдить книгу предметным и авторским указателями, а также подробным глоссарием, поясняющим для более широкой читательской аудитории смысл основных терминов.

(По материалу А. М. Гилярова. Природа. 2004. N 4)

стр. 149

"НЕПРИМИРИМЫЕ СОЮЗНИКИ"

Вышла в свет подготовленная в Институте всеобщей истории Российской академии наук книга "Сталин и Черчилль". Ее автор - профессор О. А. Ржешевский, научный руководитель Центра истории войн и геополитики ИВИ РАН, президент Ассоциации историков Второй мировой войны, известен своими трудами "Война и история", "Война и дипломатия", "Война 1941 - 1945. Взгляд из России", другими работами по истории Второй мировой и Великой Отечественной войн, опубликованными в нашей стране и за рубежом. Он также является руководителем разработки фундаментального исследования "Мировые войны XX века" в четырех книгах (М.: Наука, 2002), которое привлекло большое внимание научной общественности.

Новая книга автора содержит около 170 записей бесед, дискуссий и необходимых сопутствующих материалов, раскрывающих драматическую картину дипломатической борьбы, поисков Сталиным и Черчиллем, двумя "непримиримыми союзниками", согласованных решений, которые принимались в интересах объединения совместных с США и другими странами антигитлеровской коалиции усилий против общего врага - нацистской Германии, ее союзников и сателлитов.

Автор воссоздает военно-политическую обстановку того времени, раскрывает условия и причины, которые привели к созданию антигитлеровской коалиции, а затем вызвали ее, казалось, предотвратимый распад. Документы архивов России, Великобритании и США, значительная часть которых публикуется впервые, и авторский текст дополнены фрагментами мемуаров участников встреч Сталина, Черчилля и Рузвельта, в том числе уникальными воспоминаниями потомственной разведчицы З. В. Зарубиной о первой встрече "Большой тройки" на Тегеранской конференции в 1943 г. Книга содержит немало открытий, поучительных уроков пережитой нашим народом трагедии и достигнутой Великой Победы. Труд иллюстрирован картами и фотодокументами.

(По материалу М. Елисеевой. Красная звезда. 16.04.2004)

ПОЛЕЗНОЕ ПОСОБИЕ

Выпуск в свет в позапрошлом году издательством РАН "Наука" трехъязычного словаря - немаловажное событие.

"Русско-французско-английский словарь. Физиология и биохимия растений" Е. Б. Кириченко включает около 10000 терминов и понятий, относящихся ко всем областям физиологии и биохимии растений: фотосинтезу, дыханию, росту и развитию, водному обмену, минеральному питанию, биосинтезу и метаболизму нуклеиновых кислот, белков, углеводов, ацилсодержащих липидов, пигментов, вторичных и низкомолекулярных соединений. В него во-

стр. 150

шли термины, охватывающие все уровни организации растения, - от молекулярного, клеточного, тканевого и органного до уровня целого организма и ценозов. Представлены также термины, используемые при описании стрессов, устойчивости и адаптации растений к неблагоприятным (абиотическим, биотическим и антропогенным) факторам, сигнальных систем клеток. Есть и основные термины из сопредельных областей биологии растений с ограничениями, зависевшими от объема книги.

Следует подчеркнуть, что издание двуязычных и многоязычных терминологических словарей - актуальная и насущная задача, обусловленная стремительным развитием мировой физиологии и биохимии растений. Во многих зарубежных странах в последние годы уже издавались словари такого профиля (на основе национальных и английского языков), что отразило тенденцию повышения роли английского языка в качестве международного средства общения ученых. Они, как правило, создавались коллективами высококвалифицированных фитобиологов и лингвистов. В данном случае эта задача выполнена всего одним автором.

Ценность настоящего словаря заключается, прежде всего, в том, что он содержит не только узаконенные ранее, но и новые термины, вошедшие в обиход в самое последнее время. Таким образом, в нем достаточно полно отражен процесс терминообразования, который в физиологии и биохимии растений наших дней проявляется весьма ярко. К сожалению, новые английские термины заимствуются отечественными авторами и вводятся в оборот прямым образом, что приводит к засорению текстов изданий по физиологии и биохимии растений. В рассматриваемой книге автор стремится в возможно более полной мере представить русские эквиваленты новых французских и английских терминов. Это, безусловно, одна из положительных черт рецензируемого словаря.

В академической среде все более усиливается дискуссия по поводу "кризиса развития" естественных наук. Один из путей выхода из него может состоять в интеграции естественно-научного и гуманитарного знания. По-видимому, этот ориентир указан верно, и мы можем полагать, что создание терминологических (и толковых) словарей в конкретных областях фитобиологии есть одна из реальных форм заветной интеграции.

Особенно следует указать на практическую ценность этого словаря в качестве пособия для языкового образования молодых исследователей и стимуляции освоения достижений зарубежных научных центров отечественными фитофизиологами. Имея своей первоосновой русскую версию терминов, словарь также может пользоваться спросом у зарубежных специалистов, интересующихся публикациями на русском языке.

В заключение необходимо отметить качественное полиграфическое исполнение словаря.

стр. 151

Можно высказать уверенность, что рецензируемая книга будет полезным и востребованным пособием для фитобиологов - научных работников, переводчиков, преподавателей и студентов высших учебных заведений.

(По материалу академика И. Л. Тарчевского. Физиология растений. 2003. Т. 50. N 6)

Издание специализированных словарей по конкретным областям науки всегда приветствуется, поскольку они помогают ученым и переводчикам находить точные эквиваленты словам в другом языке и их правильное написание. Россия хорошо известна подготовкой и изданием таких словарей. После продолжительного времени я получил новый трехъязычный словарь Е. Б. Кириченко "Физиология и биохимия растений" (М.: Наука, 2002. - 370 с), на этот раз имеющий отношение к области науки, которой интересуются читатели возглавляемого мною журнала "Фотосинтетика" (Photosynthetica). Этот словарь включает более 10000 терминов и понятий. Их подбор основан, в основном, на статьях, напечатанных в таких журналах, как "Доклады Академии наук Франции", "Доклады Российской академии наук", "Физиология растений", "Физиология растений" (Франция), "Планета" (Германия), "Физиология растений" (США), "Физиология растений и биохимия" (Франция), трудах международных конгрессов по тематике данной области науки и материалах некоторых основных справочников.

Русские термины расположены в словаре в соответствии с русским алфавитом. Существительные указаны в именительном падеже единственного числа с указанием рода и расположены в первой колонке на странице. Во второй колонке даются французские эквиваленты (также с указанием рода) и в третьей - английские. Помещены указатели французских и английских терминов. Словарь содержит также идентичные термины и синонимы.

Конечно, многие международные термины очень схожи во всех этих трех языках. Однако их написание обычно разное. Вот почему словари должны часто использоваться не только в научных лабораториях и библиотеках, но и в редакциях журналов и книг. Словарь напечатан на хорошей бумаге и в твердой обложке и поэтому им можно будет пользоваться в течение многих лет. Словарь издан тиражом всего лишь 1000 экземпляров, поэтому спешите скорее приобрести его!

(По материалу профессора З. Шестака. Фотосинтетика (Чехия). 2004. Т. 42. N 1)

Permanent link to this publication: