История разгрома белогвардейской армии Врангеля довольно широко освещалась в советской литературе. В 20-х годах были изданы воспоминания участников событий, касавшиеся преимущественно отдельных эпизодов борьбы на врангелевском фронте, в 30-х годах появились работы военно-исторического характера, посвященные исследованию хода военных действий, положения в лагере южнорусской контрреволюции и раскрытию вопроса о помощи врангелевцам иностранных империалистов.

Наиболее крупным трудом явилась книга И. С. Короткова "Разгром Врангеля", вышедшая третьим изданием в 1955 году. В ней автор, использовав опубликованные ранее работы по врангелевщине, освещает события главным образом второго периода борьбы на врангелевском фронте (с августа 1920 г.) с точки зрения развития советского военного искусства. Вопросов внутреннего и внешнего положения Советской республики автор касается весьма бегло, лишь в качестве фона военных событий. Причин возникновения Крымского фронта и неудачного хода военных действий в первый период автор не раскрывает, ограничиваясь лишь мимоходом сделанными замечаниями о том, что все военные неудачи были результатом происков врагов народа. Уклонение автора от всестороннего раскрытия причин первоначальных неудач на врангелевском фронте снижает научную ценность работы. К тому же книга И. С. Короткова содержит ряд неверных положений, обусловленных влиянием культа личности на нашу историческую литературу. В книге не показана в полной мере роль В. И. Ленина при решении узловых вопросов разгрома третьего похода Антанты и отсутствуют фамилии ряда видных советских военных деятелей, вложивших немало трудов в достижение победы над врагом. Существенные недостатки труда И. С. Короткова не позволяют читателю получить из его книги достаточно полное и объективное представление о ходе борьбы на врангелевском фронте.

В 1956 г. в Киеве вышла книга Г. М. Шевчука "Борьба трудящихся масс Советской Украины против контрреволюции на Юге в 1920 г." (на украинском языке). Она раскрывает роль трудящихся Украины в борьбе против врангелевщины, но не вносит ничего нового в освещение общеполитических вопросов и хода военных действий.

Между тем после XX съезда КПСС, а также решения партии и правительства об улучшении архивного дела появилась возможность дать полную и объективную картину хода событий, вскрыть действительные причины трудностей Советской страны, возросших в связи с возникновением врангелевского фронта, и показать, каким образом они преодолевались. Опираясь на не опубликованные ранее документы, а также на печатные работы, изданные в 20-х годах и принадлежавшие в большинстве случаев перу непосредственных участников событий, мы попытаемся в настоящей статье, не касаясь всего комплекса вопросов истории разгрома Врангеля, осветить некоторые военно-организационные и политические вопросы этой борьбы. В первую очередь рассмотрим причины возникно-

стр. 25
вения Крымского фронта в феврале - марте 1920 г., обстоятельства "внезапного" наступления врангелевской армии в июне 1920 г., причины оттяжки ликвидации Крымского фронта без малого на год и мероприятия ЦК партии по организации разгрома Врангеля. Освещение этих вопросов даст возможность дополнить и уточнить историографию разгрома третьего похода Антанты.

*

Военно-политическое и экономическое положение Советской республики непосредственно после разгрома главной силы второго похода Антанты - армии Деникина - продолжало оставаться крайне напряженным. Хотя в январе - феврале 1920 г. войскам контрреволюции было нанесено решительное поражение, военные действия продолжались на всех фронтах: как на главном, деникинском, так и в Туркестане, Сибири, на Севере, отвлекая значительные массы войск Красной Армии. Республика тяжело переносила последствия двухлетней блокады. Эпидемии тифа и других болезней выводили из строя большое количество бойцов и жителей промышленных центров. Железнодорожный транспорт, лишенный топлива и исправного подвижного состава, был почти парализован, особенно в районах, освобожденных от белогвардейцев. Вследствие того, что центр России был длительное время отрезан от источников сырья и топлива, валовая продукция промышленности составляла не более 25% к уровню 1917 г.; выплавка чугуна и стали - менее 3%, а перевозка грузов по железным дорогам - около 30% довоенного уровня. В результате уменьшения посевных площадей и падения урожайности товарная продукция сельского хозяйства сократилась до 50%1 . Красная Армия и население городов снабжались продовольствием, собираемым путем продразверстки, по чрезвычайно урезанным нормам. Продразверстка, означавшая государственную монополию в распределении хлеба и других предметов первой необходимости, была основной чертой политики "военного коммунизма", проводившейся Советским государством в годы иностранной военной интервенции и гражданской войны. Мобилизация всей промышленности на нужды обороны, введение всеобщей трудовой повинности для обеспечения народного хозяйства рабочей силой также входили в систему "военного коммунизма", с помощью которой Советское государство отстояло свое существование в отчаянной борьбе с интервентами и белогвардейцами.

Освобождение Красной Армией богатых хлебом районов Сибири и Украины, "всероссийской кочегарки" - Донбасса, нефтяных районов Северного Кавказа и хлопководческих районов Средней Азии открыло перед Советским государством благоприятные перспективы хозяйственного возрождения. В целях интенсивного использования передышки после разгрома второго похода Антанты ЦК РКП(б) и Советское правительство, не снимая задачи завершения разгрома врага, направили главные усилия страны на восстановление разрушенного войной народного хозяйства. Основные пути восстановления народного хозяйства были указаны в "Тезисах ЦК РКП(б) о мобилизации индустриального пролетариата, трудовой повинности, милитаризации хозяйства и применении воинских частей для хозяйственных нужд" (январь 1920 г.). Вслед за тем Совет Обороны, возглавляемый В. И. Лениным, перевел часть войск Красной Армии - в районе Петрограда, на Урале, Украине и Северном Кавказе - на положение трудовых армий, используя их для заготовки дров, угля, нефти, продовольствия, ремонта паровозов, вагонов и железнодорожных

1 См. Г. М. Кржижановский. Десять лет хозяйственного строительства СССР. 1917 - 1927. М. 1928, стр. 3, 33, 43; "Итоги десятилетия Советской власти в цифрах. 1917 - 1927". М. Б. г., стр. 244 - 246; "Народное хозяйство в 1920 г. и в первую половину 1921 г.". М. 1921, стр. 5, 7, 8.

стр. 26
путей. Применение такой чрезвычайной меры привело к сокращению численности войск, находившихся непосредственно под ружьем. Чтобы предупредить демобилизационные настроения в частях, переведенных на трудовой фронт, В. И. Ленин напоминал, что трудовые армии являются резервом главного командования2 .

С другой стороны, лозунг "Все для народного хозяйства!" был воспринят многими советскими и партийными организациями, которые находились далеко от районов военных действий, как повод к забвению дела обороны страны. Центральному Комитету партии пришлось обратить особое внимание местных партийных организаций на необходимость борьбы с настроениями благодушия и успокоенности по отношению к военной опасности3 .

Несмотря на то, что внешнеполитическое положение Советской республики после разгрома второго похода Антанты значительно улучшилось4 , имелись многочисленные признаки интенсивной подготовки империалистов к продолжению вооруженной борьбы против Советской страны. Обращение VII Всероссийского съезда Советов к правительствам государств Антанты и США с предложением переговоров о мире осталось без ответа. Только Китай и такие страны, как Эстония, Румыния, Финляндия, Чехословакия, а также кемалистская Турция, выразили согласие начать переговоры о возобновлении дипломатических отношений с РСФСР. Однако вскоре Чехословакия, Румыния и Китай под давлением англо-франко-американских империалистов отказались от переговоров. Буржуазно-помещичья Польша заняла открыто враждебную позицию по отношению к Советской республике. Иностранная печать сообщала об усиленных отправках офицерских кадров и военных материалов из Франции и США в Польшу.

Империалисты стремились путем наступления армии буржуазно-помещичьей Польши спасти от окончательного разгрома остатки деникинской армии. Не случайно в феврале - марте 1920 г., когда армия Деникина, расчлененная на три части, отступала по расходящимся направлениям на Николаев - Одессу, Крым и Северный Кавказ, польская армия перешла в наступление по линии Овруч - Ровно, вторглась в пределы Украины. Как выяснилось впоследствии, командование польской армии активизировало военные действия под давлением правительства Ллойд-Джорджа: в Варшаву, а затем в Таганрог (ставка Деникина) был послан специальный представитель английского правительства Мак-Киндер с целью организовать наступление польской армии, отвлечь таким образом советские силы с деникинского фронта и дать возможность белогвардейскому командованию привести свои части в порядок5 .

Миссия Мак-Киндера не увенчалась успехом. Деникинская армия, переставшая существовать как организованное целое, агонизировала. Правофланговая группа генерала Шиллинга, отступавшая на Одессу - Николаев, была к началу февраля ликвидирована войсками 14-й советской армии. Основная масса деникинских войск, отступавших в состоянии полной деморализации на Ростов - Новороссийск, к середине марта распалась, и лишь наиболее боеспособная ее часть в количестве 25 - 30 тыс. человек при содействии флота интервентов эвакуировалась в Крым. В апреле 1920 г. Деникин сдал командование Врангелю.

Таким образом, деникинская армия как противник Советской республики сошла со сцены. Но буржуазно-помещичья Польша, армия которой к началу 1920 г. была доведена до 500 тыс. человек, являлась серьезным

2 См. "Ленинский сборник" XXXIV, стр. 261.

3 См. "Известия Центрального Комитета Российской Коммунистической партии (большевиков)", N 12, 1920, стр. 29.

4 В январе 1920 г. Верховный совет Антанты объявил о снятии блокады с Советской республики.

5 А. И. Деникин. Очерки русской смуты. Т. V. Париж. 1925, стр. 305 - 306.

стр. 27
противником. Исходя из этого, Советское правительство и главное командование советских вооруженных сил пришли к выводу, что наибольшая опасность Советской республике на этот раз угрожает с запада, со стороны буржуазно-помещичьей Польши. В соответствии с этим В. И. Ленин потребовал от Реввоенсовета республики уделить особое внимание Западному фронту. Он считал, что для усиления Западного фронта необходимо взять часть дивизий с трудового фронта. В письме Реввоенсовету республики от 27 февраля 1920 г. В. И. Ленин предложил перебросить войска из Сибири и с Урала на запад, подчеркнув: "...Мы немного поторопились с трудармиями, если их не используем целиком для ускорения подвоза на Запфронт"6 . В телеграмме члену РВС Кавказского фронта Г. К. Орджоникидзе от 11 марта 1920 г. В. И. Ленин писал, что необходимо быстро перебросить на Западный фронт максимум войск, поскольку польские правящие круги явно вели дело к войне7 .

В связи с новой обстановкой Южный фронт, нанесший главный удар по войскам Деникина, был реорганизован в Юго-Западный, а Юго-Восточный фронт - в Кавказский с разграничительной линией у Таганрога. Перед Юго-Западным фронтом главком С. С. Каменев директивой от 6 января 1920 г. поставил следующие задачи: 1) охрана побережья Азовского моря от Геническа до Таганрога, 2) наступление на Крымский полуостров особой группой войск силой не менее одной стрелковой и одной кавалерийской бригад, 3) нанесение главного удара в направлении Николаев - Херсон, 4) прочное прикрытие Киевского района от возможного наступления армии буржуазно-помещичьей Польши и готовность перейти в решительное наступление против нее в направлении Ровно - Дубно8 . При реорганизации Южного фронта у него были взяты 1-я Конная и 8-я армии и переданы Кавказскому фронту для ликвидации главных сил Деникина. Это было правильное решение, отвечавшее обстановке, и оно достигло цели. Наступление же на Крым, как видно из директивы, главком считал второстепенной задачей Юго-Западного фронта и для осуществления его назначал небольшие силы. Ближних резервов для усиления Юго-Западного фронта главное командование не имело, рассчитывая, что фронт сможет решить поставленные перед ним задачи наличными силами. Дивизии резерва главного командования находились далеко от фронтов - на Северном Кавказе, Урале, в Сибири. Переброска их в районы боевых действий при расстроенном транспорте требовала больших усилий и времени9 .

По данным Особого совещания при главкоме, в январе - июне 1920 г. среднесуточная погрузка на железных дорогах была в 3 - 3,5 раза ниже, чем в 1916 г., количество неисправных паровозов составляло 59,5% всего паровозного парка10 .

В. И. Ленин неоднократно отмечал в 1920 г., что плохое состояние транспорта срывает все планы. В октябре 1920 г. он говорил, что для переброски войск из Сибири на врангелевский фронт приходилось отменять даже срочные продовольственные маршруты11 .

Расстройство транспорта в числе других причин серьезно сказалось на действиях против белогвардейцев, засевших в Крыму.

Группа войск генерала Слащева, укрывшаяся за укреплениями крымских перешейков, в феврале - марте 1920 г. значительно усилилась за счет белогвардейских частей, эвакуированных из Одессы и с Северного

6 В. И. Ленин. Соч. Т. 35, стр. 373.

7 См. там же, стр. 374.

8 А. Егоров. Львов - Варшава. М. 1929, стр. 9 - 10.

9 Так, 1-я Конная армия была двинута в апреле 1920 г. с Северного Кавказа на польский фронт походным порядком.

10 Центральный государственный архив Красной Армии (ЦГАКА), ф. 4, оп. 2, д. 257, лл. 133, 134.

11 См. В. И. Ленин. Соч. Т. 31, стр. 311.

стр. 28
Кавказа. Войска 13-й армии, преследовавшие группу Слащева, заняли Перекоп и Чонгар, но затем вынуждены были под давлением белогвардейских частей отойти. Троекратное наступление малочисленных и уставших частей 13-й армии на крымские перешейки в течение февраля - первой половины марта 1920 г. успеха не имело.

В. И. Ленин, пристально следивший за развитием военных действий, обратил внимание Реввоенсовета на положение, сложившееся на подступах к Крыму. 15 марта 1920 г. в записке, адресованной Э. Склянскому, он писал:

"Нужно постановление РВС:

обратить сугубое внимание на явно допущенную ошибку с Крымом (во-время не двинули достаточных сил);

- все усилия на исправление ошибки (события в Германии крайне обостряют вопрос об ускорении добития Деникина);

- в частности приготовить морские средства (мины, подводные лодки и т. п.) и возможное наступление с Тамани на Крым (помнится, Мих. Дм. Бонч-Бруевич говорил мне о легкости этого).

Ряд точнейших и энергичнейших постановлений РВС об этом необходим немедленно.

Копию мне пришлите"12 .

Из этого документа видно, что В. И. Ленин рассматривал Крым как стратегический плацдарм, на котором закреплялась недобитая часть деникинской армии. Он указал, что советские войска могут проникнуть в Крым не только через перешейки, но и с Таманского полуострова, входившего в сферу действий Кавказского фронта.

Белогвардейское командование заблаговременно принимало меры для закрепления Крыма за собой: 3-й армейский корпус генерала Слащева в конце 1919 г. был оттянут из района Екатеринослава в Крым, а укрепления на перешейках строились еще раньше. Для устранения угрозы со стороны Таманского полуострова Деникин приказал перед эвакуацией Новороссийска 23 марта 1920 г. уничтожить на таманском берегу все плавучие средства, чтобы они не достались советским частям.

Очевидно, в записке Склянскому В. И. Ленин имел в виду овладение Керченским проливом, чтобы белогвардейский флот не мог помешать вторжению советских войск с Тамани в Крым, и поэтому рекомендовал Реввоенсовету приготовить в районе Тамани мины и подводные лодки.

Но осуществить это мероприятие в то время не оказалось возможным. Район Новороссийска был освобожден от белогвардейских войск лишь в конце марта, а железнодорожное сообщение с Ростовом и центром было восстановлено еще позже.

Развертывание морских средств борьбы на юге началось с северо-западного района Черного моря, очищенного от белогвардейцев в феврале 1920 года. Начиная с марта в район Одессы - Николаева, Херсона направлялись береговые орудия, гидросамолеты, минные заграждения и пр., личный состав с Балтийского флота, а также Волжской, Онежской и других флотилий13 . Поскольку одновременно с Польшей ожидалось также выступление боярской Румынии, главком и командование Юго-Западного фронта считали необходимым укрепить прежде всего северозападный район Украины, что сыграло положительную роль в ходе кам-

12 В. И. Ленин. Соч. Т. 35, стр. 377.

13 Вопрос о переброске подводных лодок на Черное море, как это предлагал В. И. Ленин, не мог быть быстро решен военно-морским ведомством по техническим причинам: подводные лодки с Балтийского моря из-за их большого тоннажа нельзя было перевезти по железной дороге, а имевшиеся в Волжско-Каспийской флотилии малотоннажные подводные лодки к началу 1920 г. потеряли боевое значение. Поэтому было решено интенсивно достраивать две подводные лодки, стоявшие с 1917 г. на стапелях судостроительных заводов Николаева. Одна из этих лодок - "АГ-23" - вошла в строй в сентябре 1920 г. и принимала участие в боевых действиях.

стр. 29
пании 1920 года. Оборона берегов Азовского и восточного побережья Черного моря ввиду недостатка средств была отнесена на вторую очередь. Это обстоятельство белогвардейское командование сумело использовать в своих целях, в частности нанеся в июне 1920 г. удар в тыл 13-й армии со стороны Азовского моря (об этом см. ниже).

Но возвратимся к положению на подступах к Крыму, создавшемуся в середине марта 1920 года. Повторные неудачи 13-й армии при наступлении на Крым сигнализировали о серьезности положения на этом участке. Было очевидно, что противник успешно использует для контратак преимущества местности и укрепленной позиции. В. И. Ленин, как это следовало из его записки от 15 марта 1920 г., требовал для взятия Крыма, во-первых, усилить войска 13-й армии, а во-вторых, оказать им содействие ударом с Тамани.

15 марта Реввоенсовет республики на основе указаний В. И. Ленина отдал командующему Юго-Западным фронтом директиву в кратчайший срок овладеть Крымом. Однако эта директива не была выполнена должным образом. Не имея резервов, главком приказал усилить войска 13-й армии, действующие на Крымском направлении, не менее чем шестью бригадами, взяв их только с трудового и внутреннего фронтов, но ни в коем случае не за счет войск польского участка Юго-Западного фронта14 . Общая численность войск 13-й армии к тому времени составляла около 12 тыс. штыков и сабель, причем две дивизии из четырех (Латышская и 52-я стрелковая) были сняты с фронта на борьбу с бандитизмом - шайками Махно и других "батек", действовавшими в тылу армии15 .

16 марта РВС Юго-Западного фронта представил план наступления на Крым, выделив ударную группу для нанесения главного удара на Перекоп. Наступление назначалось на 30 марта. Но так как перегруппировка частей к этому сроку не была закончена, наступление отложили на апрель. Между тем белогвардейский корпус после эвакуации деникинцев из Новороссийска усилился. Очевидно, главком учел это и отклонил план Юго-Западного фронта. 12 апреля он дал новую директиву командующему Юго-Западным фронтом о решительном наступлении на Крым. По сведениям разведки, близился момент наступления армии буржуазно-помещичьей Польши, и главком считал необходимым ликвидировать до этого Крымский фронт. Объявив командующему Юго-Западным фронтом, что "операция по овладению Крымом является для фронта первостепенной", главком предложил ввести в бой все силы фронта, "даже при крайней к тому необходимости, за счет временного ослабления польского участка"16 . Но из-за нехватки резервов для решительного наступления на Крым главком выделял Юго-Западному фронту весьма ограниченные силы: сверх 52-й стрелковой дивизии и 85-й бригады 29-й дивизии, которые уже были в составе 13-й армии, главком направил 63-ю бригаду 21-й стрелковой дивизии, предупредив, что по окончании крымской операции 85-я и 63-я бригады будут направлены на Западный фронт17 .

Недостаточное усиление 13-й армии могло быть восполнено помощью со стороны соседнего Кавказского фронта, если бы тот отвлек на себя часть врангелевских войск и тем облегчил действия 13-й армии. Главком имел это в виду и 10 апреля 1920 г. приказал командующему Кавказским

14 Н. Е. Какурин, В. Р. Меликов. Война с белополяками. М. 1925, стр. 418 (Приложение).

15 Массовый бандитизм в тылу советских войск Юго-Западного и Кавказского фронтов был проявлением активной борьбы кулачества против Советской власти на Украине, Дону и Северном Кавказе. Для борьбы с бандитизмом в составе дивизий, армий и фронтов были созданы особые службы тыла. Во время наступления польской армии на Украину в июне 1920 г. начальником тыла Юго-Западного фронта являлся Ф. Э. Дзержинский.

16 А. Егоров. Указ. соч., стр. 18.

17 Там же.

стр. 30
фронтом М. Н. Тухачевскому "развить активные действия на Крымский полуостров, согласовав их с действиями Юго-Западного фронта"18 . Но в подкрепление фронту не были выделены материальные средства. Для форсирования Керченского пролива с Таманского полуострова в распоряжении 9-й Кубанской армии имелись только рыбацкие лодки. В северной части Азовского моря - Мариуполе и Таганроге - вооружались пароходы транспортного флота, но они еще не были приведены в боеспособное состояние и не могли принять участие в боевых действиях. К тому же эти суда (числом 3 - 5) не представляли собой одно соединение, так как были разделены между Юго-Западным и Кавказским фронтами. В результате командование Кавказского фронта ничего не предприняло даже для демонстрации со стороны Таманского полуострова.

13-я армия перешла в наступление 13 апреля наличными силами. Подготовка к наступлению не укрылась от белогвардейских разведчиков. Врангелевцы предприняли ряд контрударов и высадили 13 - 14 апреля тактические десанты во фланги 13-й армии - со стороны Каркинитского залива против Перекопской группы 13-й армии и со стороны Геническа во фланг Чонгарской группе. Хотя десанты были отбиты, они сыграли свою роль, оттянув часть советских войск. К тому же войска 13-й армии действовали вяло, неорганизованно, и уже через три дня наступление было приостановлено19 .

Командование Юго-Западного фронта и командование 13-й армии сделали из этой неудачи различные выводы. И. о. командующего армией И. Х. Паука, докладывая 26 апреля соображения о новом наступлении на Крым, сообщил, что из-за задержки прибытия подкреплений оно может начаться не ранее 10 мая, так как 13-я армия не обладает превосходством сил, необходимым для успеха наступления. По данным разведки, силы противника к тому времени исчислялись в 9 тыс. штыков и 2,9 тыс. сабель на фронте и до 9 тыс. штыков и 1,3 тыс. сабель в резерве. 13-я армия в первой линии располагала примерно теми же силами, что и противник, но в отличие от него не имела резервов. Паука докладывал, что по этой причине он вынужден оставить без прикрытия береговой участок Азовского моря в районе Геническа - Мелитополя; он считал положение опасным вследствие того, что противник, помимо численного превосходства, обладал флотом и имел возможность высаживать десанты в тылу расположения 13-й армии20 . (Дальнейшие события показали, что Паука в своих предположениях оказался прав.)

Иначе оценивал положение командующий Юго-Западным фронтом А. И. Егоров. В докладе главкому по прямому проводу 26 мая в ответ на запрос С. С. Каменева, что предпринимается для обеспечения успеха наступления на Крым, А. И. Егоров сообщил, что состояние руководства 13-й армии внушает тревогу, так как в полевом управлении 13-й армии, по его словам, было "много плесени" и следовало бы произвести там чистку, а также сменить недостаточно энергичных членов Реввоенсовета армии. А. И. Егоров признавал численное превосходство противника на Крымском участке. При всем том он выражал готовность наступать, чтобы "скорее развязаться" с Крымом в связи с начавшимся наступлением польской армии, и заверял главкома, что наступление будет успешным, так как противник деморализован21 .

Главком не разделил точку зрения А. И. Егорова. Будучи в середине мая в Харькове, в штабе Юго-Западного фронта, для организации контрнаступления против армии буржуазно-помещичьей Польши, он заслушал также доклад о подготовке к крымской операции; при этом он прямо заявил, что сомневается в успехе наступления, предложив отложить опера-

18 ЦГАКА, ф. 6, оп. 4, д. 302, л. 62.

19 И. С. Коротков. Разгром Врангеля. М. 1955 стр. 54

20 ЦГАКА, ф. 198, оп. 4, д. 169, лл. 2 - 2 об.

21 Там же, ф. 5 с/6, оп. 1, д. 197 с. лл. 80, 81.

стр. 31
цию до прибытия подкреплений. Но подкрепления эти главком по-прежнему исчислял в весьма скромных размерах: он считал, что для взятия Крыма будет достаточно четырех дивизий, если довести их до штатного состава за счет маршевых рот22 .

Таким образом, командующий Юго-Западным фронтом был убежден, что белогвардейские войска в Крыму не представляют серьезной силы и что с ними можно легко справиться, если "подтянуть" командование 13-й армии, поставив во главе ее достаточно смелых и способных к наступательным действиям военачальников. В разложении противника А. И. Егоров был, по-видимому, твердо убежден и строил на этом свои расчеты. Так, в конце мая на заседании РВС фронта во время доклада командования морских сил он заявил, что взятие Крыма - дело ближайших дней, а потому, в частности, нет необходимости тратить средства на развитие морокой обороны на Черном море23 .

Как могло получиться, что А. И. Егоров, военный деятель с большим опытом гражданской войны, недооценил противника? Необходимо отметить, что этим страдал в то время не только он. Мнение о том, что белогвардейцы в Крыму разложились, было тогда широко распространено в военных и гражданских кругах на юге. Такого мнения придерживался, например, также командующий Кавказским фронтом М. Н. Тухачевский. В середине апреля, когда встал вопрос о поддержке наступления 13-й армии, он заявил, что "противник (в Крыму. - Н. Л.) в панике и ему не до активных действий"24 .

Успокоенность и благодушие в отношении Крыма сложились под впечатлением сообщений о беспорядочном бегстве остатков деникинской армии из Одессы и Новороссийска в Крым, о десятках тысяч военнопленных и горах трофейного имущества, захваченных Красной Армией на Северном Кавказе, а также донесений агентурной разведки о разложении белогвардейцев в Крыму. По опыту военных действий против Колчака, Юденича и Деникина считалось невероятным, чтобы белогвардейское командование смогло быстро, за какие-нибудь месяц - полтора, восстановить боеспособность своих войск. Подобные настроения подогревались также известиями о дипломатическом посредничестве английского правительства, предлагавшего амнистировать белогвардейцев в Крыму. Между тем провокационная цель английского посредничества уже тогда была очевидна. В. И. Ленин 29 апреля отметил, что английское правительство потеряло интерес к переговорам о судьбе белогвардейцев, как только польская армия перешла в наступление25 .

Таким образом, до конца мая 1920 г. крымский очаг белогвардейщины не был ликвидирован. Произошло это в силу ряда причин объективного и субъективного характера. К числу последних необходимо отнести то, что оперативные органы главного командования и Юго-Западного фронта, несмотря на прямые указания В. И. Ленина, не сумели вовремя оценить значения Крыма как вероятного плацдарма для формирования новой белогвардейской армии и не приняли должных мер для овладения этим плацдармом.

В увеличении численности войск белогвардейское командование опережало советскую сторону, используя преимущество коротких коммуникаций (резервы подвозились с берегов Черного моря). Это дало выигрыш белогвардейскому командованию, сумевшему добиться перелома в настроении деморализованных войск и вернуть им боеспособность. Совет-

22 Архив Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС (ИМЛ), ф. 3, д. 1675, л. 4. Переговоры по прямому проводу РВС Юго-Западного фронта с главкомом.

23 ЦГАКА, ф. 4, оп. 2, д. 255 с, л. 104. Доклад комиссара морских сил А. Баранова в ЦК РКП(б).

24 Там же, ф. 109, д. 420, лл. 87 - 88. Переговоры по прямому проводу начальника штаба Кавказского фронта с начальником штаба 9-й Кубанской армии

25 См. В. И. Ленин. Соч. Т. 31, стр. 98 - 99.

стр. 32
ская же разведка, войсковая и агентурная, не сумела снабдить командование достаточно точными данными, которые позволили бы с исчерпывающей ясностью установить, что происходило в Крыму в период февраля - апреля 1920 года.

О серьезных недостатках в работе нашей разведки в годы гражданской войны докладывал в мае 1920 г. на Особом совещании при главкоме Н. И. Подвойский26 . Разведкой руководили органы полевого штаба Реввоенсовета республики, Всеросглавштаб, особые отделы, причем деятельность их не координировалась единым центром. К тому же вследствие слабости средств связи данные разведки часто отставали от событий.

В силу этих причин многое о состоянии белогвардейских войск в Крыму и о помощи им со стороны Антанты стало известно после того, как врангелевская армия перешла в наступление. В феврале 1920 г., когда корпус генерала Слащева удержался на перешейках, английские, французские и американские военные корабли и транспорты стали сгружать в крымских портах танки, орудия, пулеметы, винтовки и боеприпасы для белогвардейской армии, уголь для флота и железных дорог, цемент и колючую проволоку для укреплений. Английские, французские и американские военные корабли оказывали поддержку белогвардейцам при эвакуации их из Одессы и Новороссийска.

Материально-техническая и прямая военная помощь со стороны империалистов еще более усилилась после прихода к командованию Врангеля. Английское правительство немедленно открыло ему кредит в 14,5 млн. фунтов стерлингов. В Крым посылалось вооружение и топливо из английских баз на Ближнем Востоке, а также оружие русской царской армии, оставшееся после первой мировой войны в Турции, Румынии и Германии. Агенты Врангеля закупали по дешевке в США вооружение из запасов военного времени.

При содействии английского и французского правительств в Крым непрерывно направлялись остатки деникинских войск из меньшевистской Грузии, Болгарии, Югославии, с Ближнего Востока, из Польши и прибалтийских государств. Уже к августу 1920 г., по сведениям иностранной печати, белогвардейская армия в Крыму была доведена до 140 тыс. штыков и сабель, в том числе 50 тыс. на фронте и в ближнем резерве27 . При ставке Врангеля постоянно находились многочисленные военные миссии Англии, Франции, США, Японии, Польши и других государств. Большую оперативную поддержку белогвардейской армии оказывал флот интервентов28 .

Вторжение армии Пилсудского на Украину, захват Киева и продвижение ее на Правобережье, а также наступление на Минском направлении создали серьезную угрозу всей Советской стране. Было ясно, что Антанта, стоявшая за спиной буржуазно-помещичьей Польши, начала новый поход против Советской республики, поставив своей задачей свержение Советской власти. ЦК РКП(б) и Советское правительство выдвинули лозунг "Все на борьбу против панской Польши!" и предприняли разносторонние меры к отражению военной опасности. Для укрепления фронта и тыла на Украину в помощь партийным и советским организациям была направлена большая группа руководящих работников во главе с Ф. Э. Дзержинским, М. И. Калининым, А. В. Луначарским. С большими полномочиями члена РВС республики на Юго-Западный фронт выехал И. В. Сталин.

26 ЦГАКА, ф. 4. оп. 2, д. 276, лл. 31 - 33.

27 "Бюллетень НКИД", N 34, 8 октября 1920 г., стр. 6.

28 За время военных действий на Черном море - с февраля по декабрь 1920 г. - там находились крупные иностранные военно-морские силы. Англия направила в этот район (в разное время) 6 линкоров, 5 крейсеров, 11 эсминцев; США - 3 крейсера и 11 эсминцев; Франция - 2 линкора, 2 крейсера, 10 эсминцев, 7 канонерских лодок и тральщиков; Италия - 2 крейсера и 3 эсминца; были здесь и военные корабли других стран.

стр. 33
Поскольку вплоть до конца мая 1920 г. Реввоенсовет республики держался расходившейся с действительностью оптимистической оценки положения на Крымском участке фронта, Центральный Комитет партии поручил И. В. Сталину выяснить истинное положение дел и немедленно информировать ЦК. Об этом свидетельствует содержание шифровки, посланной В. И. Ленину 31 мая. В ней И. В. Сталин сообщал, что Юго-Западный фронт воюет без резервов, что речь может идти не о наступлении на Крым, а о мерах борьбы против готовящегося наступления Врангеля, который угрожает Одессе29 . Позднее И. В. Сталин, отметив низкую боеспособность частей фронта, разбавленных плохо обученным пополнением, обратился в ЦК партии с просьбой срочно направить коммунистов для укрепления и сплочения войск30 . В качестве первоочередной меры для усиления Юго-Западного фронта и его Крымского участка И. В. Сталин просил прислать из резерва ставки две дивизии31 .

Несмотря на то; что Политбюро в связи с развивавшимся наступлением на польском фронте решило отложить наступление на Крым32 , назначенное на конец мая, все же доводы И. В. Сталина были приняты во внимание.

В первых числах июня на Крымский участок фронта прибыли две дивизии (2-я кавалерийская и 15-я стрелковая)33 .

Решительная постановка вопроса о значении врангелевского фронта, выяснение его оперативно-стратегической связи с польским фронтом, сигнализация об опасности, которую представлял белогвардейский кулак в Крыму, и мобилизация внимания для ее ликвидации - несомненная заслуга И. В. Сталина.

Из сказанного ясно, что обстановка на Юго-Западном фронте, отражавшем удар польской армии при возраставшей угрозе тылу фронта со стороны врангелевцев, была весьма сложной. Положение усугублялось тем, что командованию фронта не удалось точно определить срок наступления врангелевской армии и вообще раскрыть замысел белогвардейской ставки. (Как увидим ниже, это повлекло за собой крупные неудачи 13-й армии.) В телеграмме В. И. Ленину от 31 мая И. В. Сталин на основании данных, оказавшихся впоследствии ошибочными, следующим образом определял планы противника: "Врангель разбил свои силы на две группы, из коих одна будет наступать на район Алешки - Херсон, другая будет высаживаться в районе Одессы (числа 10 - 15 июня) для захвата Одессы с двух сторон"34 . В разговоре по прямому проводу с главкомом 4 июня он вновь подтвердил, что Врангель готовится к прорыву Перекопского участка фронта и высадке десанта в районе Одессы - Николаева35 .

Главком к этой оценке отнесся недоверчиво и поэтому в разговоре по прямому проводу с А. И. Егоровым 5 июня потребовал доказательства того, что противник готовит удар именно в районе Одессы и Алешек - Херсона. А. И. Егоров доложил, что это заключение подтверждается показаниями арестованных участников белогвардейского заговора в Одессе и врангелевского шпиона, задержанного на побережье36 .

На первый взгляд, вся объективная обстановка подтверждала вывод, что врангелевская армия будет наносить главный удар именно на Правобережье Украины, в районе Херсона - Одессы - Николаева. Одна группа 3-й польской армии после взятия Киева двигалась на юг, в направлении Николаева - Одессы. Боярская Румыния придвинула свои

29 Архив ИМЛ, ф. 3, д. 1671, лл. 1 - 2.

30 См. И. В. Сталин. Соч. Т. 4, стр. 348, 349; журнал "Борьба классов", 1935, N 12, стр. 47.

31 Архив ИМЛ, ф. 3, д. 1671, лл. 1 - 2.

32 См. "Ленинский сборник" XXXLV, стр. 317.

33 И. С. Коротков. Указ. соч., стр. 58.

34 Архив ИМЛ. ф. 3, д. 1671, лл. 1 - 2.

35 Там же, д. 1675, лл. 1 - 6.

36 ЦГАКА, ф. 5с/6, оп. 1, д. 197-с, лл. 155, 158.

стр. 34
войска к пограничному Пруту. Захват стратегически важного района Одессы - Николаева открывал перед врангелевцами огромные перспективы. О вероятности высадки в Одессе французских войск настойчиво сообщало иностранное радио. Впоследствии Врангель в мемуарах писал, что в целях дезинформации в Крыму распускались слухи о готовившихся десантах в Одессу и Новороссийск37 .

Очевидно, на основе всех этих сведений и соображений командование Юго-Западного фронта было убеждено, что замысел противника раскрыт правильно. В соответствии с этим 31 мая Реввоенсовет фронта отдал директиву командующим 13-й и 14-й армиями и командующему морскими силами фронта, в которой приказал 14-й армии и морским силам организовать противодесантную оборону в районе Одессы - Очакова, а 13-й армии быть готовой к ликвидации белогвардейско-кулацкого восстания, которое могло начаться в районе Алешки (на левом берегу Днепра в тылу Перекопской группы войск 13-й армии). В директиве подчеркивалось, что "наиболее важным объектом действий для противника во всех отношениях являются Одесса и ее район"38 .

О мерах охраны побережья Азовского моря в директиве даже не упоминалось. Более того, полагая, что противник перейдет в наступление не ранее 10 - 15 июня и времени для принятия контрмер достаточно, командование фронта 5 июня сменило командарма 13-й И. Х. Паука, назначив на его место Р. П. Эйдемана39 . Однако в действительности удар противника последовал как раз во время смены командования, что не могло не отразиться на боевых действиях 13-й армии.

При разработке директивы штаб Юго-Западного фронта не учел некоторых данных своей разведки, а также разведки соседнего Кавказского фронта, сообщавших о концентрации белогвардейских сухопутных и морских сил в Феодосии и Керчи, то есть в пунктах, тяготевших к Азовскому морю. Были оставлены без внимания и выводы разведывательной сводки полевого штаба Реввоенсовета республики, которая указывала на вероятность высадки врангелевского десанта в начале июня на Азовском побережье, в районе Бердянска - Мариуполя40 .

Здесь, несомненно, сказалось то обстоятельство, что штаб Юго-Западного фронта не мог уделить Крыму Достаточного внимания, так как одновременно руководил действиями войск на советско-польском фронте, где шло наступление.

Просчет командования Юго-Западного фронта привел к тяжелым последствиям. Утром 6 июня корпус генерала Слащева высадился на необороняемом побережье Азовского моря, в районе Кирилловки, нанес удар в тыл Чонгарской группе 13-й армии, захватил Сальково, перерезал единственный железнодорожный путь Мелитополь - Чонгар, питавший части фронта, занял Мелитополь, где стоял полевой штаб 13-й армии, и дезорганизовал управление ее частями. 7 июня перешли в наступление от Перекопа и Чонгара корпусы генералов Кутепова и Писарева. После первых дней боев войска 13-й армии, действовавшие разрозненно и без подкреплений, отошли под натиском конницы, броневиков и танков врага к северу, причем Латышская и 52-я стрелковая дивизии откатились на правый берег Днепра, к Бериславу41 . Только упорное сопротивление основной массы войск 13-й армии, ее конницы и бронепоездов помешало противнику осуществить план полного окружения и разгрома 13-й армии.

Первые же дни боевых действий показали, что врангелевские войска, вопреки мнению ряда советских военных руководителей, не были деморализованы. Наоборот, они дрались упорно и к тому же были достаточно

37 "Белое дело". Т. VI. Берлин. Б. г., стр. 92.

38 Архив ИМЛ, ф. 3, д. 1654, лл. 1 - 3.

39 Там же, ф. 76, д. 1194, л. 1; ф. 3, д. 1810, л. 1.

40 ЦГАКА, ф. 6, оп. 6, д. 448, лл. 41-об, 42, 54-об.

41 Архив ИМЛ, ф. 3, д. 1704, л. 1.

стр. 35
вооружены и снабжались английскими и французскими империалистами. Врангелевская армия получила ряд преимуществ, захватив в Северной Таврии оперативный плацдарм, богатый источник продовольствия и конского поголовья. Противник, завладев инициативой, получил возможность наносить удары на широком фронте; действуя по внутренним операционным линиям, он угрожал Левобережной Украине и Донбассу. Наступление врангелевской армии на Левобережную Украину оказывало прямую помощь польской армии, оттягивая значительное количество советских дивизий. Буржуазно-помещичья Польша и Врангель действовали по единому стратегическому плану, разработанному в военных штабах Антанты.

Все это чрезвычайно усложнило условия дальнейшей борьбы для Юго-Западного фронта. Для ликвидации врангелевщины требовалось уже значительно больше сил и средств, чем во времена "крымского сидения" белогвардейцев. По существу, в Северной Таврии образовался новый фронт, взаимодействовавший в стратегическом и оперативном отношениях с советско-польским фронтом.

Таковы были последствия наступления врангелевской армии из Крыма, наступления, оказавшегося оперативно "внезапным" для командования Юго-Западного фронта.

В. И. Ленин при первых же сообщениях о переходе врангелевской армии в наступление отметил, что затяжка войны, происшедшая вследствие того, что белогвардейская армия не была добита в Крыму, будет стоить Советской республике десятка тысяч жертв на фронте и новых затруднений в тылу42 .

Военные действия на врангелевском фронте в течение июля - октября 1920 г. проходили вдоль дуги фронта, пролегавшей по нижнему течению Днепра до Каховки и Никополя, к Александровску (Запорожье), Бердянску и Мариуполю. В течение этого времени врангелевская армия, обладавшая численным превосходством в коннице и боевой технике, провела три большие наступательные операции, не приведшие, однако, благодаря контрударам советских войск к решительному результату. Белогвардейское командование применительно к составу своих сил и условиям местности проводило тактику коротких ударов с помощью так называемой бронированной конницы (отряды кавалерии при поддержке танков, бронемашин, отчасти авиации), расстраивая резервы 13-й армии при подходе к фронту и не позволяя сосредоточить их для решительного удара.

Поскольку врангелевская армия, завладевшая инициативой, вела наступательные бои, войска 13-й армии проводили активную оборону, нарушали планы противника упорным сопротивлением на отдельных участках. Для нанесения решительного поражения необходимо было добиться превосходства сил 13-й армии над врангелевцами в пехоте, коннице и боевой технике. Эту цель и поставило перед собой командование Юго-Западного фронта.

Однако в условиях общего наступления Красной Армии на польском фронте пополнение 13-й армии новыми дивизиями являлось трудной задачей. По данным на июнь 1920 г., в 29 запасных пехотных полках и 10 стрелковых и пулеметных батальонах Запасной армии республики состояло всего 78 тыс. бойцов переменного состава; особенно тяжелое положение было с конницей: в двух кавалерийских запасных полках насчитывалось до 3,5 тыс. человек при 700 лошадях. Общая численность переменного состава запасных частей (с артиллерией и инженерными частями) не превышала 96 тыс. человек. Боевая подготовка их была не вполне удовлетворительной. По заключению Особого совещания при главкоме, численность резервных частей была в 4 - 5 раз меньше потребности фрон-

42 См. В. И. Ленин. Соч. Т. 31, стр. 152, 153.

стр. 36
тов43 . Главкому приходилось с огромным трудом отбирать по одной дивизии на второстепенных фронтах и в тыловых округах для Западного и Юго-Западного фронтов.

Для ликвидации грозной опасности, надвинувшейся со стороны Крыма, необходимо было мобилизовать все силы партии и страны. Центральный Комитет в письме к партийным организациям, опубликованном в "Правде" 10 июля 1920 г., разъяснил, какими неисчислимыми бедствиями грозило Советской республике наступление союзника буржуазной Польши - генерала Врангеля. Под ударами противника оказались Донецкий бассейн, Дон и Кубань, а в перспективе советский народ ждала не менее тяжелая зима, чем в 1919 году. "Партия должна понять, - говорилось в письме, - что если Врангелю удались его первые шаги, то только и исключительно потому, что партия не обратила на крымский гнойник достаточно внимания и не срезала его единым и решительным ударом". Центральный Комитет выдвинул задачу: "Врангель должен быть уничтожен, как уничтожены были Колчак и Деникин... В ближайшие дни внимание партии должно быть сосредоточено на Крымском фронте".

В письме ЦК к партийным организациям, разосланном во второй половине июля, врангелевская армия характеризовалась как серьезный противник, вскрывались причины слабой боеспособности советских войск, нуждавшихся в укреплении добровольцами и коммунистами. ЦК обязывал партийные организации усилить массовую агитацию за мобилизацию сил на разгром Врангеля и "незамедлительно организовать отправку на Крымский фронт добровольцев коммунистов и беспартийных"44 .

Несмотря на то, что по мобилизации на польский фронт ушло много коммунистов, партийные организации Советской России и Украины в течение июля - августа смогли направить на врангелевский фронт свыше 1,8 тыс. коммунистов и 1,5 тыс. комсомольцев; по профмобилизации с Украины на Крымский фронт прибыло около 5,4 тыс. человек.

Основным условием, обеспечивавшим успешное проведение военных действий против Врангеля, по-прежнему продолжало оставаться создание превосходства сил на стороне советских войск. Решению этой задачи партия уделяла много внимания. Прибыв в начале июля в Москву, И. В. Сталин после совещания с главкомом и начальником полевого штаба РВС в письме В. И. Ленину сообщил список частей, намеченных к отправке на врангелевский фронт. На этом письме В. И. Ленин написал: "Зампредреввоенсовета. Прошу вернуть мне это с Вашими пометками, что уже выполнено, что когда именно выполняется"45 .

На совещании у главкома И. В. Сталин узнал точку зрения председателя Реввоенсовета и главкома на ход военных действий, в частности оптимистическую оценку ими перспектив начавшегося 4 июля наступления армий Западного фронта против польской армии. Против этого необоснованного оптимизма И. В. Сталин выступил 11 июля 1920 г. в "Правде", назвав "недостойным бахвальством" мнение о том, что с польской армией покончено и что Красной Армии остается лишь проделать "марш на Варшаву"46 . Он напоминал о наличии резервов у польского командования и об усилившейся опасности со стороны союзника буржуазно-помещичьей Польши - Врангеля.

Троцкий занимал в вопросе о борьбе с врангелевщиной авантюристическую, демобилизующую партию, страну и Красную Армию позицию. До июньского наступления врангелевской армии он солидаризировался с мнением главкома, то есть недооценивал опасность со стороны Крыма. 16 июня, после прорыва врангелевской армии в Северную Таврию, Троцкий выступил в центральной печати со статьей под заголовком "Горе не

43 ЦГАКА, ф. 4, оп. 2, д. 257, лл. 425, 427.

44 "Ленинский сборник" XXXV, стр. 140.

45 "Ленинский сборник" XXXIV, стр. 335.

46 См. И. В. Сталин. Соч. Т. 4, стр. 339.

стр. 37
доводящим до конца", в которой лицемерно обвинял неизвестно кого в том, что уставшие войска 13-й армии не получили вовремя подкрепления, хотя об этом должен был прежде всего позаботиться Реввоенсовет республики, который он тогда возглавлял.

Далее, когда ЦК партии поставил в июле 1920 г. вопрос о ликвидации опасности со стороны Врангеля, Троцкий продолжал утверждать, что Врангель как союзник буржуазно-помещичьей Польши большой опасности не представляет и не будет большой беды, если ему на время придется отдать Екатеринослав, Херсон и другие города Украины. Это говорилось в то время, когда ЦК партии признал серьезность положения на Крымском участке фронта и принимал все меры к тому, чтобы не пустить белогвардейцев в Донбасс.

Первым крупным шагом Реввоенсовета Юго-Западного фронта в деле ликвидации врангелевщины была разработка оперативного плана разгрома белогвардейской армии и подготовка условий для его выполнения. Основная идея плана заключалась в охвате флангов армии противника и окружении ее в Северной Таврии путем удара от Берислава - Каховки на Перекоп.

Для противодействия коннице противника была сформирована 2-я Конная армия под командованием О. И. Городовикова в составе четырех кавалерийских дивизий. Авиационные силы Крымского фронта были сведены в Центральную авиагруппу под командованием известного военного летчика И. У. Павлова. Большое внимание уделялось развитию военно-морских сил.

Значительным этапом на пути к реализации плана разгрома Врангеля, свидетельствовавшим о росте военного искусства советских войск, было образование в августе 1920 г. Каховского плацдарма.

Плацдарм в Северной Таврии, захваченный врангелевской армией, имел очень узкое основание - крымские перешейки. Поэтому удачный удар от Берислава - Каховки по кратчайшему направлению на Перекоп мог привести к разгрому всей врангелевской группировки. Идея такого удара впервые была выражена в директиве командования Юго-Западного фронта от 18 июня 1920 года. Согласно директиве, 13-я армия должна была нанести контрудар по белогвардейским войскам и свести на нет их первые успехи. Но для выполнения этого плана в то время не было предпосылок. Противник, учитывая уязвимость своего левого фланга, расположил здесь 2-й армейский корпус генерала Слащева и конный корпус. Поэтому вследствие перевеса сил на стороне врангелевцев; а также плохого руководства частями 13-й армии контрудар советских войск в боях 28 июня - 4 июля не удался. Части Правобережной группы переправились на левый берег у Каховки, но продвинуться к Перекопу или хотя бы удержать за собой какой-либо пункт на левом берегу не смогли. Понеся потери, они снова отошли на правый берег47 .

Учитывая неудачный опыт первого наступления, Реввоенсовет Юго-Западного фронта, во-первых, по мере подхода свежих дивизий скрытно сосредоточивал их на Правобережье, во-вторых, решил ввести противника в заблуждение, отдав ложную директиву в расчете на то, что она станет известна врагу. В этой директиве говорилось: "Врангель прикрывает Мелитополь с севера лучшими своими частями корпуса Кутепова, в том числе конницы Морозова. Вместе с тем он на примере прошлого рассчитывает, что мы вновь будем форсировать Днепр. Для решения предстоящей операции даю следующие указания: первое - главный удар нанести из района Мариуполя, куда мною уже приказано перейти коннице Жлобы, усиленной большим количеством бойцов...; третье - отказаться раз навсегда от соблазнительной в теории и невыполнимой на практике мысли форсировать Днепр и, оставив для охраны Днепра небольшую часть, все

47 И. С. Коротков. Указ. соч., стр. 74.

стр. 38
остальные силы безотлагательно перебросить [в] группу в районе Бердянск - Ногайск" (далее шли указания о сосредоточении сил)49 .

В действительности командование сосредоточивало резервы для Правобережной группы, включив в нее артиллерию, бронечасти и авиацию (в состав группы вошли Латышская, 15-я, 51-я, 52-я стрелковые дивизии и Херсонская группа войск)50 .

В телеграмме от 1 августа РВС Юго-Западного фронта доложил главкому свои соображения. Решительное наступление противника, говорилось в телеграмме, начавшееся 26 июля, вынудило ввести в бой все наличные силы Левобережной группы 13-й армии, в том числе 2-ю Конную армию. Учитывая, что силы 13-й армии, введенные в бой, уступают противнику, в частности в коннице, РВС фронта наметил нанести контрудар четырьмя стрелковыми дивизиями с правого берега Днепра на Перекоп и в тыл главным силам противника. При этом Левобережная группа должна была изматывать противника и после сосредоточения подвозимых частей перейти в решительное наступление с целью сбить противника с мелитопольских позиций. Одновременно РВС фронта снова ставил перед главкомом вопрос о спешной переброске сил на крымский участок, в том числе не менее трех кавалерийских дивизий, для создания перевеса над противником51 .

После утверждения главкомом этого плана 6 августа 1920 г. РВС фронта дал директиву командарму 13-й, согласно которой главный удар должна была нанести Правобережная группа от Каховки на Перекоп и Калгу, а вспомогательный - Левобережная группа от Орехова и Верхнего Токмака на Калгу52 . Выполняя директиву, части Правобережной группы в составе Латышской, 15-й, 51-й, 52-й стрелковых дивизий и Херсонской группы войск под командованием Р. П. Эйдемана успешно форсировали Днепр и в течение 7 - 9 августа заняли Каховку и ряд других пунктов на левом берегу реки.

Благодаря внезапности удара и превосходству сил на направлении главного удара войска 13-й армии прочно укрепились в Каховке. Гарнизон ее был усилен 51-й стрелковой дивизией, прибывшей из Сибири. Начальник этой дивизии, отличившейся на колчаковском фронте, В. К. Блюхер, был назначен комендантом Каховского плацдарма.

По приказу РВС фронта немедленно после занятия Каховки началось оборудование плацдарма, упиравшегося флангом и тылом в Днепр. Оборонительные сооружения площадью свыше 200 кв. км непрерывно укреплялись и выдержали все атаки врангелевских войск. Плацдарм приобрел оперативно-стратегическое значение, помешав белогвардейскому командованию осуществить план соединения с польской армией на Правобережье. Расположенный в 80 км от Перекопа, он нависал над тылом врангелевской армии и создавал для нее угрозу быть отрезанной от Крыма. Это сдерживало наступательные порывы врангелевцев на Центральном (Левобережном) участке и Донбасском направлении.

"Удержание противником Каховского тет-де-пона, - писал Врангель в своих воспоминаниях, - приковывало к этому участку значительную часть наших сил, создавало угрозу нашему левому флангу в наиболее чувствительном для нас Перекопском направлении"53 .

Ход военных действий на врангелевском фронте в августе тесно переплетался с боевыми действиями на советско-польском фронте. В. И. Ленин в телеграмме И. В. Сталину, посланной 11 августа, в кульминационный момент наступления войск Западного фронта на Варшаву, писал, что надо

49 Архив ИМЛ, ф. 3, д. 1861, л. 1.

50 "Гражданская война 1918 - 1921". Т. I. М. 1930, стр. 316; т. III. М. 1930 стр. 491 - 492.

51 Архив ИМЛ, ф. 3, д. 2178, лл. 1 - 2.

52 Там же, д. 1917, лл. 1 - 2.

53 "Белое дело". Т. VI, стр. 144.

стр. 39
добиться решительных успехов на Крымском участке фронта: "Наша победа большая и будет самая полная, если добьем Врангеля. Здесь мы принимаем все меры. Налягте и вы, чтобы отобрать весь Крым теперешним ударом во что бы то ни стало. От этого теперь зависит все"54 .

Однако в августе 13-я армия не сумела выполнить план разгрома Врангеля. Ее успехи ограничились захватом Каховки и образованием Каховского плацдарма. Во второй половине августа 13-я армия провела второе наступление по директиве Реввоенсовета Юго-Западного фронта в помощь Кавказскому фронту. Войска Кавказского фронта вели в это время борьбу с десантом генерала Улагая на Кубани, и наступление 13-й армии имело целью не допустить усиления частей десанта.

Опираясь левым флангом на Каховский плацдарм, а правым на Очаковскую крепость, войска Правобережной группы 21 августа при поддержке Усть-Днепровской военной флотилии форсировали Днепр и стали продвигаться в перекопском направлении. После десятидневных боев части сводного батальона 15-й стрелковой дивизии взяли Антоновку, Эммануиловку и Красно, принудив белогвардейские части к беспорядочному бегству. Врангелевский вспомогательный крейсер "Алмаз", пытавшийся огнем из Тендровского залива прикрыть отступление белогвардейских частей, был поврежден советской артиллерией и ушел на Севастополь. Артиллерия крепости Очаков в течение недели вела дуэль с врангелевским линейным кораблем "Генерал Алексеев" (бывший "Воля") и крейсером "Генерал Корнилов" (бывший "Кагул"), отражая огневые налеты врага. Части Херсонской группы войск перешли в наступление на Скадовск, в Джарылгацком заливе. Впереди был ключ к Крыму - Перекоп. В то время, когда части Правобережной группы 13-й армии осуществляли прорыв к Перекопу, положение врангелевской армии в Северной Таврии, по признанию белогвардейских генералов, было чрезвычайно тяжелым55 . Но и на этот раз действия 13-й армии в целом не увенчались успехом. Ее командование не сумело организовать взаимодействие войск: Правобережная группа с боями продвигалась вперед, в то время как Левобережная задержалась у мелитопольских укрепленных позиций противника. Бросив ударную группу конницы генерала Барбовича, при поддержке танков и бронемашин врангелевское командование сумело ликвидировать прорыв. 2 сентября наступательные действия 13-й армии приостановились.

К началу августа главное командование сумело сосредоточить на Крымском направлении 9 пехотных дивизий, 1 стрелковую бригаду и 4 кавалерийских дивизии общей численностью 30 970 штыков и 7560 сабель. У врангелевцев к тому же времени было 22200 штыков и 14500 сабель. По общему численному составу 13-я армия превосходила 12-ю и 14-ю армии Юго-Западного фронта, вместе взятые56 . Однако противник по-прежнему имел преимущество в коннице и бронечастях.

В шифровке В. И. Ленину от 4 августа И. В. Сталин сообщал: "Очевидно, если с пехотой у нас хорошо в смысле резервов, то с кавалерией из рук вон плохо, ибо противник превосходит нас в кавалерии более чем вдвое"57 . Численное превосходство 13-й армии в пехоте не давало выхода из положения, так как советские войска, не обладавшие достаточной подготовкой и опытным командным составом, уступали противнику в маневренности и несли большие потери. Обо всем этом РВС Юго-Западного фронта докладывал главкому в обстоятельном донесении от 18 августа 1920 года. Для выполнения поставленной фронту задачи на Крымском

54 В. И. Ленин. Соч. Т. 31, стр. 241.

55 "С утра 17 августа (старого стиля. - Н. Л. ), - писал Врангель, - на всем фронте возобновился жестокий бой. До полудня исход еще не был известен; генерал Кутепов считал положение очень тревожным" ("Белое дело". Т. VI, стр. 161).

56 ЦГАКА, ф. 6, оп. 4, д. 344, лл. 82, 92.

57 Архив ИМЛ, ф. 3, д. 1906, л. 1.

стр. 40
направлении РВС фронта вновь ставил перед главкомом вопрос о создании превосходства сил, ходатайствуя о присылке 7 - 8 тыс. конницы, двух боеспособных стрелковых дивизий, командного состава для аппарата армейского управления и увеличения авиации и автобронечастей вдвое против имевшихся58 .

Однако эти ходатайства удовлетворить было нельзя. В те дни Красная Армия стремительно продвигалась к Варшаве. Во время боев под Варшавой не могло быть и речи о направлении резервов на врангелевский фронт. Быстро менявшаяся военная и внешнеполитическая обстановка, попытки дипломатического вмешательства Антанты в пользу Врангеля и буржуазно-помещичьей Польши, нарастание революционного движения в Польше, борьба пролетариата Западной Европы против угрозы прямого нападения Антанты на Советскую страну - все это требовало быстрого реагирования ЦК партии и Советского правительства. Ключ к решению всех этих вопросов лежал в военных действиях на фронтах, и ЦК партии во главе с В. И. Лениным проявлял огромную оперативность в воздействии на события путем решения систематически возникавших вопросов стратегического и военно-организационного характера.

В качестве одной из мер, подсказанных обстановкой, было решение ЦК партии о создании самостоятельного врангелевского фронта. Практика показала, что оперировать одновременно на двух фронтах командованию Юго-Западного фронта было чрезвычайно трудно, его внимание постоянно раздваивалось: приходилось руководить наступлением 14-й, 12-й армий и 1-й Конной армии на западе и оборонительными действиями 13-й армии на Крымском направлении. К тому же по общей численности войска Крымского направления увеличивались до фронтового масштаба. В связи с этим Реввоенсовет республики в конце июля вошел в ЦК партии с предложением отделить врангелевский фронт от польского60 .

2 августа Политбюро приняло решение, подтвержденное затем пленумом ЦК, о разделении фронтов, поручив И. В. Сталину организовать Реввоенсовет нового, Южного фронта. В телеграмме И. В. Сталину В. И. Ленин сообщил, что ЦК партии считает обстановку на Крымском фронте очень серьезной. "В связи с восстаниями, - писал он, - особенно на Кубани, а затем и в Сибири, опасность Врангеля становится громадной, и внутри Цека растет стремление тотчас заключить мир с буржуазной Польшей"61 .

В основу решения ЦК партии была положена идея объединить все войска, сражавшиеся против польской армии, в один фронт, а Реввоенсовет Южного фронта выделить в самостоятельный62 . ЦК запросил соображения И. В. Сталина. Сталин предложил передать вновь образуемому Южному фронту 9-ю Кубанскую армию, изъяв ее из ведения Кавказского фронта, а разграничительную линию Кавказского фронта отодвинуть к Армавиру63 .

Это предложение было принято Центральным Комитетом, но практически его осуществить не удалось, потому что широкое наступление армий Юго-Западного и Западного фронтов и осложнившаяся внешнеполитическая обстановка приковали все внимание ЦК партии и Совета Труда и Обороны64 . (Совет Обороны был реорганизован в Совет Труда и Обороны в апреле 1920 года).

Получив решение ЦК о передаче Западному фронту армий, действовавших против польских войск, И. В. Сталин сначала предложил сделать

58 ЦГАКА, ф. 6, оп. 4, д. 349, лл. 100 - 101.

60 Архив ИМЛ, ф. 3, д. 1863, л. 2 (Приложение).

61 В. И. Ленин. Соч. Т. 31, стр. 239.

62 Архив ИМЛ, ф. 3, д. 1907, л. 1.

63 Там же.

64 См. "Ленинский сборник" XXXIV, стр. 293.

стр. 41
это "без ломки фронтового аппарата Югозапа"65 . 8 августа Реввоенсовет Юго-Западного фронта сообщил главкому, что лучше воздержаться от передачи армий до тех пор, пока Западный фронт не создаст для этого аппарата связи и снабжения66 . Через несколько дней, 12 августа, И. В. Сталин и А. И. Егоров сообщили главкому о намерении использовать 1-ю Конную армию в качестве резерва Юго-Западного фронта и, в частности, одну дивизию этой армии на Каховском плацдарме67 .

Таким образом, вопрос об объединении в один фронт войск, действовавших против польской армии, затянулся. Тем временем завязалось сражение под Варшавой. Войска Западного фронта, наступавшие очень стремительно, с растянутыми путями сообщения и без резервов, не выдержали контрудара врага и стали откатываться на восток. Сражение под Варшавой, которое могло иметь исключительно важные последствия для Советской республики, закончилось не в пользу советской стороны. В числе факторов, оказавших влияние на поражение Красной Армии, было также отсутствие четкого взаимодействия Юго-Западного и Западного фронтов.

После варшавского сражения события на фронте вступили в критическую фазу. Антанта и США пустили в ход все средства, чтобы развить этот свой успех. Опасность со стороны неразбитой врангелевской армии возрастала в огромной степени; нужно было разделаться с крымскими белогвардейцами, чтобы предупредить возможность расширения фронта на юге и продвижения врангелевцев к жизненным центрам страны. Внутреннее положение Советской республики становилось все более напряженным, признаком чего являлись восстания во многих областях страны.

Центральный Комитет партии 19 августа сообщал ЦК КП(б) Украины, Кавказскому и Сибирскому бюро ЦК, что он не может сосредоточить исключительное внимание на врангелевском фронте ввиду необходимости укрепления Западного фронта. Исходя из того факта, что принятые ранее меры для укрепления войск Крымского фронта оказались недостаточными, ЦК РКП(б) обязывал ЦК КП(б) Украины и Кавказское бюро выделить на врангелевский фронт значительное число лучших коммунистов, способных укрепить политорганы, поднять боеспособность частей и всесторонне обеспечить их тыл. Сибирскому бюро указывалось, что в обстановке незаконченной борьбы с буржуазно-помещичьей Польшей врангелевский фронт требует величайших жертв. В связи с этим на Сибирское бюро и Сибирский ревком возлагалась задача готовить добровольческие формирования сверх обычных мобилизаций по линии военного ведомства, особенно кавалерийские части, хотя бы мелкими единицами, с конским составом, предметами обоза и пр.68 .

Как раз в те дни проходили бои с десантом Улагая на Кубани. Войска 9-й Кубанской армии были застигнуты врасплох и первое время терпели неудачи. Военные действия грозили распространиться на весь край, поскольку улагаевские части могли соединиться с бандами генерала Фостикова, оперировавшими на Северном Кавказе. Политбюро решением от 20 августа возложило руководство военными действиями на Северном Кавказе на члена РВС Кавказского фронта Г. К. Орджоникидзе, отозвав его из Баку69 . 9 сентября В. И. Ленин в телеграмме, посланной Г. К. Орджоникидзе, подтвердил, что быстрейшая и полная ликвидация всех банд и остатков белогвардейщины на Кавказе и Кубани - дело огромной государственной важности, и потребовал срочных и точных докладов о ходе дел70 .

Благодаря принятым ЦК военно-оперативным и политическим мерам

65 Архив ИМЛ, ф. 3, д. 1907, л. 1.

66 Там же, д. 1928, л. 1.

67 Там же, д. 1937, л. 1.

68 См. "Ленинский сборник" XXXIV, стр. 348 - 349.

69 См. там же, стр. 346.

70 См. В. И. Ленин. Соч. Т. 35. стр. 389.

стр. 42
десант Улагая был разгромлен. Остатки его в начале сентября бежали в Крым. Казачество не поддержало белогвардейцев. Поражение на Кубани подорвало силы врангелевской армии и приблизило час ее полного разгрома.

Прибыв во второй половине августа в Москву на пленум ЦК партии, И. В. Сталин поставил перед Центральным Комитетом и РВС республики вопрос о реализации предыдущих решений ЦК по врангелевскому фронту. Сталин вручил председателю РВС республики записку с требованием перебросить на Крымский участок фронта 6-ю кавалерийскую дивизию из 1-й Конной армии, а также прислать артиллерию, бронечасти, авиацию и командиров, в особенности для артиллерийских частей Юго-Западного фронта71 . Но положение с резервами по вине Троцкого было чрезвычайно тяжелым. Главком докладывал председателю Реввоенсовета 20 августа, что 6-ю кавалерийскую дивизию, которую просил РВС Юго-Западного фронта, нельзя изъять из состава 1-й Конной армии, втянутой в бой в районе Замостья. Главком не видел другой возможности для присылки 3 - 4 тыс. конницы на врангелевский фронт, кроме собирания их по эскадронам и дивизионам во вновь формируемых частях, а также в частях внутренней охраны, вплоть до кавалерийского полка Чека72 .

Таким образом, военные действия, развернувшиеся летом 1920 г., показали, что Реввоенсовет республики не обеспечил необходимых резервов для наступательных операций одновременно на двух фронтах. Конкретные предложения по поводу плановой подготовки резервов на основе уроков летних операций 1920 г. внес И. В. Сталин в своих известных документах о создании боевых резервов республики73 . Но даже по его оптимальным наметкам выходило, что новые резервные формирования могли быть готовы в основной массе не ранее января 1921 года. Реввоенсовет республики принял решение о создании Украинской запасной армии и о сроках обучения пехотных формирований в запасных армиях (от 6 недель до 3 месяцев) только в начале сентября 1920 года74 .

Между тем обстановка не терпела отсрочки. Советскую республику новая зимняя кампания поставила бы перед величайшими трудностями. Об этом неоднократно заявлял В. И. Ленин. Он говорил, что нужно окончательно ликвидировать врангелевщину до наступления зимы75 .

Вопрос о путях выхода из войны стоял на пленуме ЦК партии в начале сентября. Обсуждению подверглись два предложения: продолжать войну с буржуазно-помещичьей Польшей, что грозило затянуть военные действия до зимы, или заключить с ней мир на условиях, очень тяжелых, чтобы бросить освободившиеся силы против Врангеля в ближайшее время и добиться его полного разгрома до наступления зимы.

После упорной борьбы В. И. Ленину удалось настоять на принятии второго предложения. Клара Цеткин в своих воспоминаниях приводит заявление В. И. Ленина по этому поводу: "Известно ли вам, что заключение мира с Польшей сначала встретило большое сопротивление, точно так же, как это было при заключении Брест-Литовского мира. Мне пришлось выдержать жестокий бой, так как я стоял за принятие мирных условий, которые безусловно были благоприятны для Польши и очень тяжелы для нас"76 .

IX Всероссийская конференция РКП(б) по докладу В. И. Ленина единогласно приняла резолюцию об условиях заключения мира с Польшей.

71 Архив ИМЛ, ф. 3, д. 1954, л. 1.

72 Там же, д. 4773, л. 1.

73 См. И. В. Сталин. Соч. Т. 4, стр. 346 - 350.

74 Центральный государственный архив Октябрьской революции и социалистического строительства (ЦГАОР и СС), ф. 130, оп. 4, д. 257, лл. 5 - 6; ЦГАКА, ф. 6, оп. 4, д. 669, л. 1.

75 См. В. И. Ленин. Соч. Т. 31, стр. 252, 288.

76 К. Цеткин. О Ленине. М. 1925, стр. 46.

стр. 43
Настаивая на немедленном заключении мира с Польшей, В. И. Ленин учитывал, что политика "военного коммунизма" исчерпала себя. Надо было укреплять союз рабочих и крестьян. Возродить производительные силы страны, истерзанной двумя войнами, можно было только ценой отказа от прямого продуктообмена и путем перехода к денежному товарообороту, регулируемому социалистическим планом. Гениальный руководитель Советского государства предвидел необходимость перехода от "военного коммунизма" к новой экономической политике как необходимому этапу в социалистической перестройке промышленности и всего народного хозяйства на базе электрификации. Но для того чтобы приступить к мирному строительству, которого жаждали миллионы трудящихся, нужно было во что бы то ни стало покончить с войной.

Заключение мира с Польшей дало возможность сосредоточить все силы республики на врангелевском фронте, добиться его ликвидации и таким образом выйти из войны.

Империалистические круги Англии, Франции и США не останавливались ни перед чем, чтобы помешать заключению мира между Польшей и Советской республикой. Они прилагали огромные усилия для активизации наступательных действий врангелевской армии, понесшей большие потери в летних боях. В Крым были стянуты белогвардейские резервы с Дальнего Востока, Китая, Балканского полуострова, из Польши и прибалтийских государств, с Мальты, из Турции - отовсюду, где нашли приют остатки белогвардейских частей после разгрома двух походов Антанты. В Крым усиленно завозилось вооружение и снаряжение из США, Франции и Англии. Государственный департамент США выступил с известной нотой Кольби от 2 сентября 1920 г., которую даже буржуазные дипломаты расценивали как беспрецедентный в дипломатической практике документ, полный выдумок и инсинуаций по адресу Советской республики. Целью этого выступления была попытка создать новый международный антисоветский блок и мобилизовать антисоветские силы.

Советская дипломатия последовательными выступлениями срывала планы внешнеполитической изоляции Советской республики. НКИД РСФСР в нотах протеста разоблачал политику английского и французского правительств, помогавших Врангелю, вскрывал факты переброски белогвардейцев из Латвии, Болгарии, Румынии в Крым77 . Выступления советской дипломатии способствовали росту симпатий трудящихся Англии, Франции, Италии, США и других стран к Советской республике и развитию движения в ее защиту.

В накаленной международной обстановке военные представители Антанты в Крыму спешно разрабатывали новый стратегический план наступления врангелевской армии, которая должна была опередить готовившееся наступление войск Красной Армии, разгромить советские резервы на подходе к фронту на Левобережной Украине, после чего нанести удар на Правобережье за Днепром, овладеть Черноморским побережьем и выйти на соединение с армией буржуазно-помещичьей Польши. Этот план был рассчитан на то, что ободренная успехами Врангеля Польша возобновит военные действия против Советской республики.

Врангель спешил. 14 сентября белогвардейская армия перешла в наступление на Центральном направлении и на правом фланге. Она нанесла ряд сильных ударов войскам 13-й армии, овладела Александровском (Запорожье), продвинулась к Екатеринославу, 27 сентября захватила Мариуполь, Волноваху и была накануне вторжения в Донбасс.

В этот критический момент по решению Реввоенсовета республики Южный фронт был выделен из состава Юго-Западного фронта. Во главе

77 См "Внешняя политика СССР". Т. I. 1917 - 1920. М. 1944. стр. 347. 433 - 436, 454, 502 - 506, 514, 515, 527.

стр. 44
его Центральный Комитет поставил выдающегося советского полководца М. В. Фрунзе78 .

На организации разгрома врангелевской армии были сосредоточены все усилия Центрального Комитета партии, правительства РСФСР ЦК КП(б)У и Совнаркома Украины. Были проведены партийные и профсоюзные мобилизации, мобилизация незаможных (беднейших) крестьян. Для обеспечения успеха этого мероприятия центральные партийные и советские органы Украины послали на село сотни коммунистов и обратились к В. И. Ленину с просьбой выступить с обращением к незаможным крестьянам79 . В. И. Ленин ответил известным письмом к украинским крестьянам-беднякам, призвав их отдать все силы для разгрома последыша контрреволюции - Врангеля и тем предотвратить возвращение власти помещиков и капиталистов80 .

Снова на Украину были посланы М. И. Калинин, А. В. Луначарский и другие руководящие работники центра. В городах и селах Украины на многочисленных митингах, собраниях, беспартийных конференциях рабочие, крестьяне - бедняки и середняки - выражали готовность отдать все силы, чтобы уничтожить последнее гнездо российской контрреволюции. Лозунг "Все на разгром Врангеля!" воплощался в материальные силы, укреплявшие мощь Южного фронта. Горняки Донбасса в разгар боев, в сентябре, несмотря на непосредственную угрозу со стороны белогвардейской армии, увеличили добычу угля до 20 - 30 млн. пудов в месяц81 . Работая в шахтах, с трудом восстановленных после изгнания белогвардейцев и лишенных элементарного оборудования, шахтеры в последние дни октября 1920 г. выдавали на-гора сверх плана сотни тысяч пудов угля для нужд войск Южного фронта и военно-морских сил82 . 5 сентября на Макеевском металлургическом заводе была восстановлена и введена в действие первая на Украине доменная печь83 . Выплавка чугуна на Украине возросла на сотни тысяч пудов. На Украине и в промышленных районах Российской Федерации устраивались субботники, сбор теплых вещей и денежных средств в помощь Южному фронту; швейные, сапожные и шорные фабрики отдавали всю продукцию частям фронта, испытывавшим острый недостаток в обмундировании и снаряжении. Советская республика отдавала бойцам Южного фронта все ресурсы, какими она тогда располагала. Движение добровольцев, мобилизации коммунистов, комсомольцев, членов профсоюзов, незаможников дали войскам Южного фронта крупное пополнение. В кавалерийские части фронта было направлено около 3,5 тыс. человек добровольцев - незаможников, коммунистов с Украины. В течение сентября - ноября в войска Южного фронта влилось до 8 тыс. коммунистов и 2,5 тыс. комсомольцев, только в 13-ю армию и 2-ю Конную армию прибыло до 6 тыс. коммунистов84 . К моменту перехода армий фронта в наступление до 10% численности частей составляли коммунисты85 . В результате принятых мер высоко поднялся моральный дух войск Южного фронта, усилилась их боеспособность, было достигнуто численное превосходство над врангелевцами и тем самым созданы условия для перехода армий фронта в решительное наступление.

Подготовка условий для создания перелома на Крымском участке фронта и нанесения решительного удара врангелевской армии проходила под непосредственным руководством ЦК РКП(б), Совета Труда и Оборо-

78 Южный фронт был образован 21 сентября 1920 года. М. В. Фрунзе прибыл в штаб фронта в Харьков 27 сентября. Членом РВС Южного фронта был назначен С. И. Гусев.

79 ЦГАОР и СС, ф. 130, оп. 4, д. 505, л. 63.

80 См. В. И. Ленин. Соч. Т. 31, стр. 289 - 290.

81 См. В. И. Ленин. Соч. Т. 31, стр. 254.

82 "По пути Ильича". М. 1925, стр. 170 - 171.

83 "Очерки развития народного хозяйства Украинской ССР". М. 1954, стр. 182.

84 И. С. Коротков. Указ. соч., стр. 206.

85 С. И. Гусев. Гражданская война и Красная Армия. М. 1925, стр. 48.

стр. 45
ны и лично В. И. Ленина. Переброска войск, мобилизация партийных сил, посылка добровольцев на Южный фронт, изыскание средств боевого и материально-технического снабжения, работа железнодорожного транспорта, ход боевых действий, замыслы командования Южного фронта и их реализация - все это было предметом постоянного внимания высших учреждений Советской республики. ЦК партии и В. И. Ленин в повседневной связи со штабом Южного фронта, ЦК КП(б)У и Совнаркомом Украины решали важнейшие вопросы внешне- и внутриполитического, а также военного характера: развитие военных действий на Украине, влияние их на мирные переговоры с Польшей, оборонительные меры на случай нападения флота Антанты, соглашение с Махно и пр. По прямому проводу М. В. Фрунзе докладывал Ленину и главкому обстановку, свои соображения о планах противника и мерах парирования его ударов86 .

При всей огромной повседневной помощи центра обстановка требовала от командования фронта творческого решения на месте возникавших каждый день и каждый час новых конкретных задач. И здесь в полной мере проявился талант М. В. Фрунзе как полководца-большевика, сочетавшего революционную закалку с глубоким знанием теории и практики военного дела, боевых качеств советских бойцов и умением руководить ими. Менее чем через месяц Реввоенсовет фронта под руководством М. В. Фрунзе сумел создать аппарат управления крупными для того времени массами войск Южного фронта87 , добиться перехода стратегической инициативы к советским войскам, намести врангелевской армии полное поражение.

В конце сентября - начале октября белогвардейские войска вели упорные атаки на направлении Мариуполь - Волноваха. Тем не менее М. В. Фрунзе верно определил, что движение врангелевской армии к Донбассу не является главной задачей белогвардейского командования. Он разгадал намерение Врангеля нанести главный удар по Правобережью (так называемая Заднепровская операция 8 - 15 октября). Благодаря своевременно принятым мерам для парирования этого удара врангелевская армия потерпела поражение, потеряла инициативу и перешла к обороне.

В октябрьские дни 1920 г., когда на Южном фронте шли решающие бои, Троцкий, как и в начале кампании против Врангеля, занимал вредную, дезориентирующую партию, страну и Красную Армию позицию, действуя вразрез с решением ЦК партии. Выступив в "Известиях" 19 октября 1920 г. со статьей "Южный фронт и зимняя кампания", Троцкий в противовес сообщению С. И. Гусева о начавшемся разгроме армии Врангеля утверждал, что войска Южного фронта и не приступали к разгрому врага, что борьба займет еще длинный ряд недель и что надо готовиться к зимней кампании.

В дни наступления Южного фронта общее руководство военными действиями было сосредоточено в руках В. И. Ленина. Не подменяя военно-оперативного аппарата, а направляя его деятельность, В. И. Ленин на решающем этапе сражений на юге выступил как опытный стратег, сочетавший учет общей обстановки с конкретными данными, влияющими на ход событий. Он тщательно анализировал развитие операций Южного фронта, предвидя возможные осложнения, подсказывал М. В. Фрунзе необходимые меры, корректировал его действия. 4 октября, в критический момент боев, которые шли на подступах к Донбассу, В. И. Ленин телеграфировал Реввоенсовету 1-й Конной армии о том, чтобы передвижение

86 "Красный архив". 1935, т. 32, стр. 15, 17, 20, 31; "М. В. Фрунзе на фронтах гражданской войны". Воениздат. 1941, стр. 405, 412 - 413, 415, 435.

87 В состав фронта входили 13-я, 4-я, 6-я армии, 1-я и 2-я Конные армии общей численностью в 99 500 штыков, 33685 сабель, 527 орудий, 2664 пулемета, 57 бронемашин, 45 самолетов и 17 бронепоездов.

стр. 46
армии с польского фронта на Южный было ускорено изо всех сил, даже если для этого понадобились бы героические меры88 .

Получив донесение М. В. Фрунзе и С. И. Гусева о разгроме врангелевцев в Заднепровской операции и о переходе инициативы к войскам Южного фронта, В. И. Ленин в телеграмме от 16 октября предостерег командование фронта от чрезмерного увлечения успехами, напомнив, что необходимо во что бы то ни стало ворваться в Крым на плечах противника; он предложил также принять меры к разведке бродов у крымских перешейков89 . Накануне перехода Южного фронта в общее наступление В. И. Ленин уловил признаки того, что Врангель оттягивает части из Северной Таврии и намерен увести свою армию за перешейки. Чтобы сорвать этот план, В. И. Ленин в телеграмме Реввоенсовету 1-й Конной от 24 октября потребовал ценой героических усилий сосредоточить войска армии для нанесения решительного удара90 .

Когда на полях Северной Таврии развернулось сражение, В. И. Ленин в телеграмме от 28 октября предупредил М. В. Фрунзе, что не следует предаваться необоснованному оптимизму, предложил немедленно принять самые спешные меры для подвоза тяжелой артиллерии, организации путей для ее переброски, подтягивания саперных частей на случай штурма крымских укреплений91 .

Все эти указания В. И. Ленина М. В. Фрунзе немедленно реализовал в директивах войскам фронта и в практических шагах по организации военных действий.

С 26 октября по 3 ноября по плану, разработанному М. В. Фрунзе, в Северной Таврии развернулось решительное сражение. В основу плана наступления был положен августовский оперативный замысел Юго-Западного фронта (нанесение главного удара от Каховки на Перекоп и Сальково), развитый применительно к новой обстановке. Ударной силой фронта в сражении была 1-я Конная армия, наступавшая от Каховки. Врангелевская армия потерпела поражение, но некоторая часть ее успела уйти в Крым и укрылась за укреплениями перешейков.

Врангель рассчитывал, пользуясь долговременными фортификациями на перешейках и труднопроходимой местностью, отразить атаки войск Южного фронта, отсидеться в течение зимы в Крыму, привести армию в порядок и весной возобновить военные действия. Советские войска сорвали эти замыслы, осуществив историческую Перекопско-Чонгарскую операцию. Казалось, все преимущества в этой операции были на стороне противника. Узкие проходы в Крым, окруженные водными преградами, насквозь простреливались многослойным ружейно-пулеметным и орудийным огнем из заранее укрепленных точек. Нелетная, пасмурная погода исключала применение авиации. Взорванные врангелевцами при отступлении железнодорожные мосты не позволяли подвести тяжелую артиллерию для разрушения фортификаций "русского Вердена", как хвастливо называли врангелевцы укрепления на перешейках.

Подавляющее превосходство сил, которое было на советской стороне, после сражения в Северной Таврии уже не имело особого значения. На 200 - 250-километровом фронте от Перекопа до Геническа, густо изрезанном водными преградами, нельзя было ввести в бой всю массу войск. Приходилось эшелонировать их в глубину. Боевые корабли врангелевского и англо-французского флота обстреливали огнем тяжелых орудий фланги советских войск, мешая их продвижению вперед. Кроме того, рано наступившие холода и отсутствие теплой одежды и обуви усиливали трудности красноармейцев.

Командующий Южным фронтом сумел найти выход из этого слож-

88 См. В. И. Ленин. Соч. Т. 35, стр. 391.

89 См. там же, стр. 392.

90 См. там же, стр. 395.

91 См. "М. В. Фрунзе на фронтах гражданской войны". Воениздат. 1941, стр. 415.

стр. 47
ного положения. Учтя опыт походов русских войск в Крым в XVIII в.92 , опыт сражений в годы мировой войны, а также опыт боев Красной Армии на Восточном фронте в 1919 - 1920 гг., полагаясь на огромную выносливость и революционный порыв красных бойцов, М. В. Фрунзе решил с санкции главкома штурмовать крымские укрепления "открытой силой".

М. В. Фрунзе первоначально намечал нанести удар по белогвардейским укреплениям на левом фланге вдоль Арабатской стрелки силами 4-й армии при поддержке тяжелой артиллерии Азовской военной флотилии. Но корабли флотилии вмерзли в лед в Таганрогском заливе и не могли подойти к Геническу. Оставался единственный и наиболее тяжелый путь - наступление правым флангом на Турецкий вал и Перекоп силами 6-й армии.

В качестве ударной группы первой линии были выделены наиболее боеспособные войска. Турецкий вал штурмовала 51-я стрелковая дивизия под командованием В. К. Блюхера при поддержке бронеотрядов 6-й армии под командованием А. В. Полупанова. На левом фланге на Чонгарский полуостров наступала 30-я стрелковая дивизия, прибывшая из Сибири. Вплотную за ними шли дивизии второго эшелона. Поддержку фланговым частям оказывали огневые группы, созданные из полевой артиллерии. Штурм белогвардейских укреплений продолжался с 7 по 11 ноября. Движимые боевым порывом, атакующие колонны войск под огнем противника преодолевали ряды проволоки, крутизну валов, топкую почву Сивашского залива, отбивали контратаки врангелевцев, вброд по ледяной воде бросались на выручку частей, зацепившихся за южный берег. Невзирая на тяжелые потери, доходившие до трех четвертей состава дивизий, советская пехота героическими усилиями взяла укрепления Перекопа, Турецкого вала, Ишуня, Танашского, Тюп-Джанкойского полуострова и Чонгара. Белогвардейская оборона была прорвана, участь белого Крыма решена.

Оценивая достигнутый успех, член Реввоенсовета Южного фронта С. И. Гусев писал: "Врангель не учел силы советского строя, силы коммунистической партии и героизм красноармейца"93 .

15 ноября советские части вступили в Севастополь, а 17-го в приказе войскам фронта М. В. Фрунзе подвел итоги героической эпопее борьбы за Крым. "Отныне красное знамя, - писал М. В. Фрунзе, - знамя борьбы и побед - реет в долинах и на высотах Крыма, грозным призраком преследует остатки врагов, ищущих спасение на кораблях"94 .

В докладе на VIII Всероссийском съезде Советов В. И. Ленин назвал полную и быструю победу над крымской белогвардейщиной, получавшей огромную материально-техническую помощь и политическую поддержку от империалистов, одной из самых блестящих страниц, в истории Красной Армии95 .

92 Вторжение русских войск в Крым в 1737 г. по Арабатской стрелке и в 1738 г. через Сиваш на Литовский полуостров.

93 С. И. Гусев. Указ. соч., стр. 44.

94 ЦГАКА. ф. 101, д. 135, л. 110.

95 См. В. И. Ленин. Соч. Т. 31, стр. 457.

Постоянный адрес данной публикации: