(Из истории октябрьских дней 1917 г. в Киеве)

I. КАК СОЗДАВАЛАСЬ ЛЕГЕНДА

В течение долгого времени контрреволюционная, националистическая и троцкистская нечисть на Украине фальсифицировала исторические факты и прикрашивала подлинную, неприглядную историю националистической контрреволюции.

В числе других продуктов этой фальсификации большое хождение имела до недавнего времени легенда о "нейтралитете" Центральной рады во время борьбы пролетариата Украины с Временным правительством, в октябре 1917 года. Легенда создана была украинскими националистами на второй день после Октябрьского восстания в Киеве. После победы пролетарского восстания Рада пыталась показать, что она в борьбе против большевиков не принимала участия. Эта "нейтральность" задним числом была ей выгодна, и поэтому борзописцы Украинской рады стали распространять легенду о ее "нейтралитете" в Октябрьские дни. Некоторые из них даже непрочь были говорить о "совместной" победе над Временным правительством... Легенда о "нейтралитете" уже в 1917 г. помогала украинским контрреволюционерам обманывать отсталые массы и задерживать распространение большевистского влияния среди крестьянства.

Легенда о "нейтралитете" опирается на "теорию треугольного боя". По этой "теории", накануне Октября на Украине, в отличие от России, с Временным правительством боролись не только большевики, но еще и третья сила, национальная, причем эта последняя изображалась как сила недиференцированная, не разделенная на классы.

Наиболее полно и ярко выражена эта "теория" в писаниях предателя интересов украинского народа Скрыпника. Рукой Скрыпника водили заклятые враги украинского народа - контрреволюционные, националисты. За его спиной они чувствовали себя покойнее и говорили более полным и смелым голосом. Говоря об антипартийных взглядах Скрыпника, тов. Косиор заявил, что они "теснейшим образом связаны с тем, как он понимал историю, как понимал и толковал борьбу рабочего класса и развитие Октябрьской революции на Украине"¹ . Как Скрыпник изображает расстановку сил накануне Октября? Как положение некоторого равновесия сил, которые тогда боролись за власть: Временное правительство, т. е. лагерь крупной буржуазии, Украинская центральная рада - лагерь мелкой буржуазии со всеми ее союзниками - и, наконец, революционный пролетариат. Но в этой борьбе, говорил Скрыпник, роль Временного правительства все время уменьшалась, и всем ходом истории оно было осуждено на гибель. Эти "идейки" Скрыпника целиком заимствованы им из вражеского лагеря украинских контрреволюционных националистов типа Винни-

¹ С. Косиор "Итоги и ближайшие задачи проведения национальной политики на Украине", стр. 48. Партиздат. 1933.

ченко. Именно буржуазные националисты считали, что "украинство" единым фронтом выступило и против Временного правительства и против диктатуры пролетариата.

Эта третья сила, "украинство", противопоставляется украинскими националистами большевизму как сила единая, не разделенная на классы, объединенная одним национальным стремлением. И украинской и великорусской буржуазии был выгоден тезис о так называемом "национальном фронте". Он затушевывал растущее расслоение деревни и борьбу пролетариата за социалистическую революцию. "Национальный фронт" во главе с петлюровцами означал на деле подчинение украинских трудящихся кулачеству и буржуазии.

Шовинистическая фальсификация истории, проводившаяся Скрыпником, нашла себе место и в ряде других "трудов" по истории революции на Украине. Центральная рада изображается в них как сила, враждебная Временному правительству. Это подкрепляется абсолютно неверной характеристикой классового состава Рады, которая в одних случаях, как у Скрыпника, рисуется мелкобуржуазной, а в других - представительницей национальной интеллигенции и даже крестьянства. Характеристики Рады как организации украинской буржуазии и кулачества нельзя найти в работах таких "историков". Наиболее ретивые из них прямо солидаризируются с яворщиной. Так, В. Манилов в своей статье о Центральной раде в полном согласии с Яворским оценивал революцию 1917 г. на Украине как революцию национально-демократическую. Манилов соглашался и с главным выводом из этой оценки: революция должна была привести к созданию "национальной" власти. Манилов указывал как на конкретного носителя этой власти на Центральную раду, которая, по его мнению, явилась "выражением единого национального фронта, выросшего на почве классового сотрудничества в общей борьбе за создание национально-буржуазной республики" (разрядка моя. - Е. Г. ).

Эта тенденция изображать Раду "общенациональным" органом, третьим углом в классовой борьбе, была общей всем контрреволюционным, националистическим, национал-оппортунистическим и троцкистским писаниям. Самая терминология "треугольный бой" прочно вошла в обиход. Ряд авторов, писавших об Украине, считал своим долгом хоть одной фразой заикнуться о своеобразии революции на Украине, "где столкнулись три враждебных силы". Даже пьеса, посвященная Октябрьским дням на Украине, была названа "Треугольный бой". Публикация протокола заседания комиссии при штабе Киевского военного округа, куда входили представители Рады, Думы и других подобных организаций, по воле редакции получила название "Протокол треугольного боя". В таком же фальсификаторском духе преподносилась публикация документов в журнале "Архів Радянської України".

Немало фальсифицировал историю Октябрьской революции на Украине враг М. Рубач. В его статьях, опубликованных в "Летописи революции" за 1926 г., Рада не только занимает нейтральную позицию в октябре 1917 г., но даже превращается в советское правительство.

В 1933 г. в журнале "Историк-марксист" была помещена, статья В. Крутя "Октябрьская революция на Украине". Круть, говоря о борьбе за пролетарскую революцию "а Украине, тщательно обходит вопрос о националистической контрреволюции в Октябрьские дни; у него

пролетариату противостоит только один фланг контрреволюции - Временное правительство. В. Круть дает и общую оценку позиции Рады в Октябрьские дни. "Центральная рада, - пишет он, - от показного "нейтралитета" перешла на позицию, явно враждебную пролетарской революции". Раде, оказывается, понадобилось "перейти" на враждебные пролетарской революции позиции, тогда как в действительности она с самого начала своего существования была явно враждебна пролетарской революции.

Вопросы, относящиеся к деятельности Рады накануне и в дни Великой социалистической революции, тщательно обходились, замалчивались националистической литературой. Совершенно не ставились вопросы взаимоотношений Рады и штаба Киевского военного округа в дни Октября, вопросы, связанные с характером военных формирований Рады, и, наконец, все вопросы, относящиеся к действиям Рады в Октябрьские дни.

Теория "нейтралитета" все время служила в руках украинских националистов и троцкистов ширмой, за которой скрывались гнусные, контрреволюционные дела Рады, дела, творившиеся в союзе со всероссийской контрреволюцией.

II. КАНУН ОКТЯБРЯ

С начала октября 1917 г. все национальные и классовые противоречия развертываются на Украине с особой силой. Усиливается политика отделения и ограждения Украины от революционных центров страны, провозглашенная Петлюрой еще на съезде представителей буржуазно-националистических организаций, происходившем в Киеве в сентябре 1917 года. Однако рост революционных сил в самой Украине заставлял Раду энергично искать союзников против "своих" рабочих и крестьян. Естественно, что такого союзника Рада находит в классово родственном ей Временном правительстве.

Демонстрацией единства Рады и Временного правительства явился съезд губернских комиссаров Украины. Съезд был созван 3 октября Временным правительством и генеральным секретариатом¹ . На нем присутствовали комиссары Киевской, Полтавской, Волынской, Подольской и Черниговской губерний, т. е. тех пяти губерний, которые, по инструкции Временного правительства от 4 августа, "вошли" в состав Украины. Съезд проходил под руководством председателя генерального секретариата В. К. Винниченко. Тревожным голосом говорили комиссары на съезде о "болезнях", в одинаковой мере беспокоивших как Временное правительство, так и Центральную раду. "Наблюдались случаи, - говорил на съезде В. Шульгин, - когда стараниями земельных комитетов и без них (разрядка моя. - Е. Г. ) крестьяне "заарендовали" для себя значительно больше земли, нежели этого желали помещики... предстоят большие недоразумения между рабочими и владельцами сахарных заводов"² .

В таких же тонах выступали губернские комиссары Временного правительства.

Трогательное единство Центральной рады и Временного правительства на съезде, очевидно, несколько смутило губернских комиссаров, привыкших к оппозиционной болтовне радовцев. Перед закрытием съезда один из комиссаров, обращаясь к председателю Винниченко, спросил, "являются ли комиссары комиссарами Временного

¹ Так назывался кабинет министров Центральной рады.

² "Киевская мысль N 239 от 4 октября 1917 года.

правительства или генерального секретариата"¹ . Винниченко в ответ мог сослаться только на разговор с товарищем министра Багутским: "Багутский указал, что комиссары зависят (?) от генерального секретариата. Временное правительство в экстренных случаях сносится с комиссарами непосредственно"² . Эта ссылка на "товарища министра", который устанавливал права генерального секретариата, довольно красноречиво говорит о месте генерального секретариата в системе органов Временного правительства. О каком-либо самостоятельном значении этого "украинского правительства" на пороге Октябрьских дней в Киеве говорить не приходится. Даже помещение для своего генерального секретариата Рада не решалась приобрести без санкции Керенского. В заявлении на имя Временного правительства говорится: "Не считая удобным прибегать к самоличным реквизициям потребных предметов, генеральный секретариат просит предоставить ему право реквизиции помещений и предметов, для него необходимых, и скорейшего создания в этом смысле законодательного распоряжения"³ . Августовской инструкцией Временного правительства Центральная рада была поставлена в полную зависимость от командующего Югозападным фронтом и штаба Киевского военного округа. Рада не имела права даже сноситься с правительством по прямому проводу. Только в начале октября Рада робко просит Временное правительство изменить положение, "дабы пользование прямым проводом не находилось в зависимости от желания и видов военных властей"⁴ . Но, подчиняясь мелочной опеке Временного правительства, Рада не отказывалась от большой политики. Растущая очевидность краха керенщины придавала Раде смелость, ибо у слабеющего правительства легче вырвать больший кусок власти. На заседании Малой рады⁵ 10 октября обсуждался вопрос "об украинском учредительном собрании". Украинские эсеры и эсдеки напоминали своим оппонентам, что хоть они и против "государственной самостоятельности", но никогда не ручались, что не изменят своих взглядов в том случае, если изменятся политические и экономические условия⁶ . То, что эти условия изменились, было совершенно ясно. Однако ограниченность буржуазной Рады сказалась именно в том, что всю серьезность изменившихся условий она постичь не могла. Рада все еще хваталась за Временное правительство и до последнего дня вела с ним переговоры. 11 октября на заседании генерального секретариата решено было просить Временное правительство как можно скорей прислать инструкции по отдельным секретариатам⁷ , так как без указания свыше они не знают, что им делать. В Петрограде разговоры об украинском учредительном собрании немедленно вызвали резкий отпор со стороны Временного правительства. На заседании правительства 17 октября специально обсуждался вопрос об участии членов Центральной рады в подготовке созыва украинского учредительного собрания. Решено было срочно вызвать в Петроград для объяснения Винниченко, Стешенко и Зарубина. "Лица, близкие к Керенскому и Коновалову, - писал корреспондент "Киевской мысли", - заявляли, что правитель-

¹ "Киевская мысль" N 241 от 6 октября 1917 года.

² Там же.

³ Там же.

⁴ Там же.

⁵ Так назывался президиум Центральной рады.

⁶ "Киевская мысль" N 252 от 19 октября 1917 года.

⁷ Центральный архив революции УССР, фонд протоколов генерального секретариата, протокол N 30.

ством, в случае отказа Винниченко прибыть в Петроград, Рада и секретариат будут немедленно распущены и командующему войсками дадутся особые директивы. Украинский секретариат - орган правительственной власти и, как таковой, должен проводить политику центральной власти"¹ . Рада не посмела ослушаться грозного окрика из Петрограда. В протоколе генерального секретариата от 18 октября записано следующее: "Обсужден вопрос о поездке в Петроград по вызову Временного правительства для выяснения политического положения на Украине. Постановлено: поездку организовать в ближайшее время"² . В то же время Центральная рада приступила к выработке специального меморандума, который делегация должна была передать Временному правительству. Таковы были методы "борьбы" Рады с керенщиной.

Основной курс, взятый Радой накануне Октября, был курс на соглашение с Временным правительством. Когда зарвавшийся Керенский грозил разогнать Раду и ее секретариат за одну только мысль об украинском учредительном собрании, радовцы сделали вид, что не заметили пощечины. Надо было создать единый фронт контрреволюции против нарастающей социалистической революции, и это было важнее сепаратистских вожделений. Как бы в ответ на подготовку II съезда советов Рада назначает на 20 октября III всеукраинский войсковой съезд в Киеве. На этот же день назначается в Киеве съезд фронтового казачества.

Эти два съезда должны были сделаться политическими центрами борьбы с большевизмом. Они имели и непосредственно боевое значение: более 2 тыс. вооруженных Солдат и казаков могли стать ядром контрреволюционных частей.

На III всеукраинский войсковой съезд с фронта приехало 940 делегатов, в большинстве солдаты, 630 из них принадлежали к украинским эсерам, 101 - к украинским эсдекам, 21 - к самостийникам, 23 - к социалистам-федералистам. Большевиками объявили себя только 6 солдат³ . Партийная принадлежность остальных не установлена.

Однако даже такой партийный состав съезда не давал Раде полной уверенности в поддержке со стороны фронта. Настроение рядовых делегатов съезда было явно революционным. Они и слушать не хотели о соглашении с Временным правительством. Но использовать солдат для давления на Временное правительство казалось для Рады опасным, ибо солдатская стихия в своих разрушительных стремлениях могла пойти дальше, чем это было нужно для Украинской рады. А для борьбы с советами рассчитывать на украинских солдат было не менее опасно, ибо последние могли оказаться по другую сторону баррикад, вместе с большевиками.

Эти настроения солдат были одним из главных факторов, заставивших Раду тонко замаскировать свой союз с контрреволюцией.

Съезд открылся в особо торжественной обстановке. Сладенькой водичкой казацкой романтики старались украинские эсеро-меньшевики затопить подводные камни тревожных вопросов дня. "Что ни день, то все яснее разгорается солнце великой украинской государственности", - гласило приветствие 1-го украинского запасного полка. Читал приветствие полковой священник Пашевский. "Что ни

¹ "Киевская мысль" N 252 от 19 октября 1917 года.

² ЦАРУ, фонд протоколов генерального секретариата, протокол N 30.

³ "Киевская мысль" N 254 от 21 октября 1917 пода.

ночь, все выше и выше, к самым звездам небесным, приближается бледный месяц, немой свидетель казацких мыслей и великих надежд"¹ . Между тем задачи, стоявшие перед Радой, носили более прозаический характер. По свидетельству П. Христюка, среди генеральных секретарей в то время шли усиленные слухи, что в петроградских тюрьмах приготовлены камеры для членов секретариата.

Изрядно напуганные, радовцы вовсе не были намерены обострять отношения с Временным правительством. Наоборот, они старались зарекомендовать себя правительству как единственную силу, способную спасти Украину от большевистской опасности. Комиссар Временного правительства по делам Украины заявил, что, вряд ли репрессии против генерального секретариата будут в интересах государства, так как "генеральный секретариат в большинстве своем состоит из умеренных украинских деятелей, и, кроме того, он силой своего авторитета препятствует всякого рода анархическим выступлениям, способствует восстановлению порядка и законности на Украине"² .

Выступления, о которых писала Рада, действительно росли: ярким пламенем разгорался огонь крестьянских восстаний.

Архивы губернских комиссаров Украины пестрят донесениями о разгроме помещичьих имений, захватах земли, разделах. Киевский губернский комиссар в донесении командующему войсками Киевского военного округа от 13 октября пишет, что "для борьбы с развивающейся анархией и эксцессами... крайне необходима дополнительная надежная военная сила". В городах росло стачечное движение. Росла вооруженная сила пролетариата - Красная гвардия. На сахарных заводах, в этих пунктах стыка города и деревни, сельского хозяйства и промышленности, особенно ярко сочеталась организованная борьба рабочих со стихийным крестьянским движением. В одной только Киевской губернии, в пункты, где имелись сахарные заводы и помещичьи экономии, были направлены воинские отряды в количестве 4 тыс. человек.

Этот рост революционной борьбы с Временным правительством нашел свое отражение и в настроениях III всеукраинского войскового съезда. Когда Винниченко сообщил о требовании правительства немедленно выехать генеральным секретарям в Петроград, съезд решительно запротестовал. "Не ехать, не нужно ехать!" - кричали делегаты съезда. Винниченко испугался духов, которых он нехотя вызвал. Всякая апелляция к массам была опасной для соглашателей-националистов. "Не нужно" - это большое слово, - лепетал Винниченко в ответ на требования масс порвать с Временным правительством, - его это слово. - Е. Г. ) должна сказать Центральная рада. Мы же решаем ехать, потому что есть назревшие государственные вопросы"³ .

Это происходило в момент, когда рабочие и солдаты уже начали штурм Зимнего дворца. Генеральные секретари, поехавшие в Петроград, захватили с собой меморандум Временному правительству. "Правительство не обращается к администрации Украины через секретариат, - гласит меморандум, - и даже делает указания своим органам придерживаться старого порядка в сношениях с центральным правительством, несмотря на то, что в настоящий момент надо придерживаться правила, что промедление смерти подобно"⁴ . Дальше секрета-

¹ "Киевская мысль" N 254 от 21 октября 1917 года.

² "Киевская мысль" N 251 от 18 октября 1917 года.

³ "Новая Рада" N 169 от 20 октября 1917 года.

⁴ "Киевская мысль" N 258 от 25 октября 1917 года.

риат указывает, что такие попытки Временного правительства снова вызовут "страшную общественно-национальную борьбу, которую удалось потушить соглашением 3 июля"¹ .

Последние слова меморандума особенно знаменательны. Рада прямо указывает, что ее политика является продолжением политики соглашения 3 июля. В памятные июльские дни Рада протянула руку помощи Временному правительству. Так же и сейчас, в октябре, Рада всеми силами стремится закрепить союз с контрреволюционной русской буржуазией.

Рада, считавшая себя представительницей нации, боялась национального движения. Она прекрасно понимала, что движение украинских рабочих и беднейших крестьян, направленное против буржуазного Временного правительства, сметет затем и самое буржуазную Раду. "Промедление смерти подобно", - напоминает Рада Временному правительству. Генеральные секретари, вооруженные меморандумом, поехали в Петроград обивать пороги всяких комиссий и министров. Почти одновременно в Киев пришло сообщение о победе пролетарской революции в Петрограде.

III. ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ КОНТРРЕВОЛЮЦИИ

Первые сведения о восстании в Петрограде были получены Центральной радой благодаря связям, какие были у нее среди железнодорожников и почтовиков. Были также получены сведения, что одна киевская школа юнкеров отправлена в Петроград на подмогу Керенскому, а комиссар Югозападного фронта Иорданский готовит переброску "надежных" полков в Петроград. В этот же день Киевский совет рабочих депутатов организует Революционный комитет из двух большевиков и одного украинского социал-демократа.

Задачи, стоявшие перед киевскими большевиками, осложнялись тем обстоятельством, что Киев являлся тыловым центром Югозападного фронта. Поэтому необходимо было не только захватить власть в Киеве, но и помешать передвижению контрреволюционных войск к центрам страны - Петрограду и Москве.

Фактическим представителем Временного правительства в Киеве, объединившим все силы контрреволюции, был штаб Киевского военного округа. Основные силы белых были расположены в районе Печерска. Там находились 3 военных училища и 1 школа прапорщиков, отряды казачьего съезда, батальон ударников, Донской казачий полк и другие белогвардейские формирования. Всего в этих частях было около 7 тыс. человек. Столько же белогвардейцев было расположено в других районах города.

Вооруженные силы, на которые опирался Ревком, состояли из Красной гвардии арсенала и районов, 3-го авиопарка, понтонного и телеграфного батальонов, автобронеотряда и артиллерийских частей.

Силы Центральной рады находились в таком же подчинении штабу округа, как и все остальные антисоветские войска. Уже одним этим обстоятельством решительно опровергается теория "трех углов" на Украине в Октябре² . Войска Центральной рады были составной

¹ "Киевская мысль" N 258 от 25 октября 1917 года.

² Делегация 3-й стрелковой дивизии в своем докладе Петроградскому военно-революционному комитету обратила внимание на роль радовских войск. "В Киеве 25 октября, - заявила делегация, - знали, что в Петрограде неспокойно. Там держали наготове гайдамацкие отряды" (ЦАОР, фонд 1236, опись 2, дело N 14, часть 1-я, лист 15).

частью общего фронта контрреволюции. Создание украинских частей генеральный секретариат и его военный министр Петлюра ставили целиком в зависимость от общих военных задач буржуазного Временного правительства. Это были задачи продолжения войны и подготовки разгрома революционных сил. Еще накануне корниловского выступления Петлюра выступил с обращением к украинским частям, призывая их к подчинению высшей военной власти, т. е. тому же Корнилову. "Некоторые полки, - писал Петлюра, - перестали подчиняться военной власти и самовольно отступают с позиций. Высшая военная власть принимает сейчас меру, чтобы внести порядок и превратить войско в крепкую силу. Мы должны помочь военной власти в этом великом деле. Не прячьте дезертиров, а ловите их и отсылайте их куда нужно"¹ . В этом же обращении, которое предвосхищало выступление Каледина на Государственном совещании, Петлюра сообщал об организации 4 батальонов "спасения Украины". Один батальон формировался в Чернигове, один - в Кременчуге и два - в Киеве. Петлюра постарался не оставить никаких сомнений в вопросе о задачах, стоявших перед формируемыми украинскими частями. Они должны были сделаться частью ударного кулака, создаваемого корниловщиной для разгрома революции. Не удивительно, что и твердолобый генералитет признал необходимость создания таких украинских частей. В конце сентября начальник штаба верховного главнокомандующего телеграфно разрешил формирование батальонов "спасения Украины"² .

Накануне октябрьских боев в Киеве генерал Вирановский еще более четко разъяснил эту ставку на формирование украинских частей и единство действий с ними. "Генерал Щербачев и я, - заявил он в разговоре по прямому проводу с генералом Левицким, - считаем очень желательным организацию национальных частей. Думаю, что полное единение с Украиной - залог спасения большей и лучшей половины России"³ . Таким образом, ясно, что войска Рады не представляли особой силы, противопоставленной Временному правительству. Наоборот, эти войска являлись частью единого фронта контрреволюции, и самые реакционные генералы имели основание возлагать на них надежды. Уже в начале октября украинские части Рады в ожидании выступления большевиков получили специальные оперативные задания. Об этих заданиях проговорилась газетка екатеринославских земских деятелей в первой половине октября. "Генеральный секретарь военных дел С. Петлюра, - сообщает газета, - должен объехать все украинские полки и батальоны, чтобы проверить их духовное и материальное состояние. Поездка Петлюры стоит в связи с исполнением важного задания, которое лежит на украинских полках в час грозных событий, могущих придти на нашу землю"⁴ .

Выполнение этих заданий в "час грозных событий" было значительно облегчено тем обстоятельством, что командный состав украинских частей был подобран из "надежных" людей. Офицеров-украинцев в украинских полках было не более 20 - 40%. Остальные вербовались из русских офицеров, более или менее открытых корниловцев. "В числе членов Рады, - заявил представитель Новогеоргиевского

¹ "Народная жизнь", екатеринославская земская газета, N 124 от 10 августа 1917 года.

² "Народная жизнь" N 160 от 29 сентября 1917 года.

³ Сборник "Разложение армии в 1917 г.", стр. 85. Гиз. 1925.

⁴ "Новая жизнь" N 168 от 8 октября 1917 года.

совета тов. Лысяк на заседании Румчерода 22 октября, - состоит некий полковник Доценко, который был арестован в корниловские дни. Вообще в Раду идут те, кто недоволен демократическими войсковыми учреждениями"¹ .

Еще более яркую характеристику комсостава украинских частей дает украинский белогвардеец Всеволод Петров, именующий себя "генштаба генерал-хорунжий". "В списках военного секретариата Центральной рады, - пишет он, - было достаточно имен старшин (командиров) даже высшего ранга, которые согласились на службу на Украине. Почему же шли они на службу? По трем причинам. Первая- это национальная интуиция, или увлечение красотою украинского движения. Таких было меньшинство. Вторая - социальные предпосылки борьбы с большевиками. Это были "общероссы" - восстановители России с юга, некоторые из них и до сих пор в рядах "белогвардейцев", а пока и украинских монархистов. Третья - кастово-военная причина - искание порядка, который надеялись найти на Украине"² .

Если оставить в стороне "национальную интуицию", которой сам автор не придает никакого значения, то остаются две причины, вдохновлявшие и направлявшие деятельность командного состава украинских частей. Борьба с большевиками, с растущей пролетарской революцией - вот главный мотив, объединявший реакционеров русских и украинских, корниловцев и петлюровцев. С другой стороны, национальная форма контрреволюционных петлюровских образований теперь уже не смущала корниловцев. Наоборот, желто-голубое знамя и националистические лозунги были сейчас чрезвычайно выгодны великорусской буржуазии. Национализм давал возможность сохранить буржуазную Украину, тогда как буржуазная Россия уже рушилась. Отделение Украины от революционных центров страны превращало весь юг в плацдарм для развертывания борьбы с пролетарской революцией. "Восстановление России с юга", восстановление буржуазно-помещичьего "порядка" - вот второй пункт программы, объединившей корниловцев и петлюровцев.

Классовый состав офицерства украинских полков сближал военные формирования Рады и Временного правительства, превращая их в единую силу, противостоящую социалистической революции.

Наряду с украинскими полками существовали специальные отряды, которые как бы противопоставлялись Красной гвардии. Это были отряды "вольного казачества", украинская белая гвардия. Организация этих отрядов украинской контрреволюции, давших впоследствии кадры для гетманского правительства и петлюровской директории, относится к середине августа. Дата эта также не случайна, так как наиболее интенсивно белогвардейские формирования росли накануне корниловщины.

После разгрома корниловского выступления буржуазия под разными предлогами стремится сохранить корниловские формирования. Сохраняются, и продолжают расти контрреволюционные части "вольного казачества" на Киевщине, Полтаещине и в других губерниях. На Екатеринославщине организуются отряды, объединяющие несколько тысяч казаков. Отряды создаются в самом Екатеринославе, по селам (Новые Кодаки, Деевцы, Мануиловка, Орловщина, Одинаковка, Ка-

¹ ЦАОР, фонд 412, дело N 4, лист 85.

² В. Петров "До истории формирования войска на Украине підчас революции". "Літературно-науковый вісник" за 1930 год. Кн. 6-я, стр. 982. Львов.

менцы) и местечкам (Александровск, Верхнеднепровск, Новомосковское, Гуляй-Поле и др.). Все это села со значительной кулацкой прослойкой.

5 октября "вольное казачество" собрало в Чигирине (Киевской губернии) всеукраинский съезд. По газетному отчету, возможно, несколько преувеличившему размеры этого движения, в отрядах "вольного казачества" было около 60 тыс. человек. Во главе "вольного казачества" стоял царский генерал, впоследствии "гетман всея Украины" П. Скоропадский. Вот что пишет сам генерал о "вольном казачестве": "Наиболее многочисленные организации были в Звенигородском и соседних уездах Киевщины, они подлежали выбранной на Чигиринском съезде казачества генеральной казачьей Раде, которая находилась в Белой церкви. Сепаратно начали организацию казачества на Полтавщине А. Сахно-Устинович и Милорадович. В самом Киеве был полк вольного казачества, набранный в Киевском уезде Павлюком"¹ . В этом историческом экскурсе Скоропадского интересны два момента. Во-первых, указание на состав организаторов "вольного казачества". Все они были представителями реакционного генералитета. К ним можно еще добавить члена казачьей Рады, крупного помещика Кочубея. Во-вторых, указание на место создания казачества. Эти отряды украинской контрреволюции были созданы в уездах с наиболее крепким кулачеством. Даже Киевский полк "вольного казачества" был набран, по свидетельству Скоропадского, в уезде, между тем руководители Центральной рады не переставали утверждать, что в Киеве полк "вольного казачества" состоит из рабочих.

По характеристике Винниченко, в "вольном казачестве" был представлен "наиболее сознательный политически и национально элемент села". Кулачество всегда являлось для Центральной рады единственно правомочным представителем национальных интересов Украины. Вместе с офицерством украинских частей оно являлось основным ядром военных сил украинской контрреволюции. Эти силы накануне Октября вместе с военными силами Временного правительства боролись против рабочего класса, дравшегося под руководством большевиков за диктатуру пролетариата.

IV. ЦЕНТРАЛЬНАЯ РАДА В ОКТЯБРЬСКИЕ ДНИ

25 октября состоялось закрытое заседание Малой рады. На заседании присутствовали представители от Украинского генерального войскового комитета, от советов, железных дорог и других организаций. Тщательно обходя вопрос о своем отношении к совершавшейся в Петрограде революции, Рада приступила к образованию "комитета по охране революции на Украине".

В "комитет по охране революции" вошли также представители киевских большевиков. Это решение было вынесено под давлением предателя Пятакова, входившего тогда в Киевский комитет большевиков. Еще в апреле 1917 г. Пятаков выступал против тезисов Ленина и требовал слияния с украинскими меньшевиками. На Апрельской конференции этот изменник выступал против товарища Сталина по национальному вопросу. В октябре 1917 г. Пятаков пытался заставить киевских большевиков идти на поводу у Центральной рады.

¹ "Уривок з опомин в Гетьмана П. Скоропадского". "Хлиборобска Украина"; за 1924 - 1925 год. Кн. 5-я, стр. 32. Вена.

Готовя для удара против большевиков наиболее надежные контрреволюционные украинские полки, Рада формально призывает к "нейтралитету" колеблющиеся части. Сущность этого "нейтралитета" проявилась на следующий же день после организации "комитета по охране революции". 26 октября на заседании Малой рады член этого комитета, украинский эсер Ковалевский, неосторожно раскрыл тайные мысли руководителей комитета. Речь Ковалевского попала в печать. "Комитетом принято решение, чтобы сепаратных выступлений не было, - заявил он. - В первую очередь комитет принял меры к организации военных сил"¹ . Но "организация военных сил" в момент развертывания борьбы между киевскими рабочими и штабом Киевского военного округа должна была иметь определенное назначение. Ковалевский не счел нужным ссылаться на "нейтралитет": среди своих людей можно было говорить откровенно. "Комитетом издано обязательное постановление о принятии решительных мер к подавлению выступления, - заявил он дальше в своей речи. - Желателен контакт с военными властями"² . Таким образом, "военные силы" для "подавления выступления" в "контакте с военными властями" - вот программа "нейтралитета" Рады.

В тот же день контакт был установлен. Утром 26 октября радовцы - члены Украинского генерального войскового комитета - присутствовали вместе с представителями казачьего съезда и городского самоуправления на совещании при штабе Киевского военного округа. Совещание, проходившее под руководством командующего войсками округа генерал-лейтенанта Квецинского, приняло следующее решение: "Обсудив положение дел в городе и в округе и установив единство во взглядах на ближайшие задачи_; совещание пришло к соглашению о необходимости полного контакта в работе между штабом военного округа и краевым революционным комитетом на Украине. Для установления наиболее тесной и постоянной связи с этим комитетом командующий войсками Киевского округа делегировал в состав его двух своих представителей: генерал-майора Добжанского и поручика Башинского"³ . Так было установлено единство во взглядах и действиях. Классово однородные силы объединились. Но, объединившись со штабом, Рада еще не решалась, открыто высказать свое отношение к петроградским событиям. Рада боялась открытым антисоветским, антибольшевистским выступлением отпугнуть от себя массы мелкой буржуазии. Союзники Рады, одни подбадривая, другие, угрожая, вынудили ее высказать свое отношение к восстанию раньше, чем она это предполагала сделать. Киевский комитет меньшевиков 26 октября вынес резолюцию, в которой признавал единственным органом власти в крае генеральный секретариат. В этой же резолюции говорилось, что меньшевики могут оставаться в краевом комитете по охране революции только в том случае, "если этот комитет самым решительным образом отмежуется от петроградского мятежа..."⁴ . Представители съезда казачества, явившиеся 26 октября на заседание Малой рады, заговорили еще более полным голосом. "Раз Центральная рада не берет на себя заботу об устройстве центральной власти, - пригрозил казацкий старшина и член кубанского войскового правительства Рябцев, - то, следовательно, мы должны за-

¹ "Киевская мысль" N 259 от 27 октября 1917 года.

² Там же (разрядка моя. - Е. Г. ).

³ Там же.

⁴ Там же.

пяться этим вопросом"¹ . Впоследствии украинские националисты пытались представить дело таким образом, что только под давлением Рада должна была выступить против восстания в Петрограде. "Резолюция, осуждающая восстание, - пишет Христюк, - была вымучена у Рады меньшевиками и бундовцами"² . В действительности у Рады незачем было "вымучивать" выступление, против пролетарской революции, победившей в Петрограде. Из предыдущего видно, что Петлюра - Винниченко еще до заседания Малой рады вступили в соглашение со штабом и установили с ним единство взглядов и действий. Выступление казаков и требования меньшевиков, эсеров и бундовцев заставили Раду оформить резолюцией то, что уже проводилось на деле. "Украинская центральная рада, - значится в резолюции, - высказывается против восстания в Петрограде и будет энергично бороться со всякими попытками поддержать восстание на Украине"³ . После принятия этого решения большевики заявили о своем выходе из Рады и демонстративно покинули заседание. И даже в этот момент, когда большевики демонстративно уходили из комитета, предатель Пятаков выступил с заявлением, в котором обещал оказать Раде поддержку. Украинские эсеры и меньшевики наградили предателя аплодисментами.

27 октября Рада созвала совещание по выработке мер борьбы с большевиками. Совещанием было принято решение создать при штабе комиссариат "для согласованности действий и установления единства в распоряжении военными силами"⁴ .

В тот же день на объединенном заседании советов рабочих и солдатских депутатов был окончательно сформирован Ревком. Выступавшие на этом пленуме арсенальцы, красногвардейцы и солдаты требовали решительных действий и активной поддержки восставшему питерскому пролетариату. Единство воли к борьбе за власть, за свою диктатуру сплотило рабочих в монолитный коллектив. "Помню, в те дни мне часто приходилось бывать в арсенале, - рассказывает один из участников событий. - Помню день, назначенный для восстания. Я явился в арсенал утром. Арсенал уже был весь вооружен. Мне сказали, что там предстоит еще собрание. Надо окончательно проверить настроение и поднять дух. Явился в арсенал, встал на трибуну и увидел, что к восстанию все готовы. Я сказал товарищам, что говорить, очевидно, нечего, и все сказали "да" и подняли руки за то, что говорить нечего, что настало время действовать"⁵ .

28 октября Революционный комитет, созданный под руководством большевиков, начинает свою деятельность. Входивший в Ревком Пятаков всячески тормозил подготовку восстания. Плана восстания не было, техническая подготовка велась недостаточно. Выбор места для Ревкома был также чрезвычайно неудачен. К вечеру 28 октября дворец, расположенный вдали от рабочих кварталов и большевистски настроенных воинских частей, окружили войска штаба и отрезали от рабочих районов. "В 5 часов вечера, - пишет корреспондент "Киевской мысли", - к штабу округа были стянуты юнкера, снабженные пулеметами, грузовиками с оружием и боевыми припасами. Одновременно стали подходить ко дворцу казаки и казачья артиллерия, полурота офицеров, составленная из членов союза георгиевских кава-

¹ "Киевская мысль" N 259 от 27 октября 1917 года.

² Христюк "Замитки та материалы". Т. II, стр. 44. Вена. 1921 - 1922.

³ "Киевская мысль" N 131 от 27 октября 1917 года, вечерний выпуск.

⁴ "Киевская мысль" N 260 от 28 октября 1917 года.

⁵ Киевский испарт. Фонд Б, N 304, лист 7.

леров, части стрелковой дивизии, полка, составленного из членов казачьего съезда, и другие части"¹ .

Рада в этих событиях принимает самое активное участие. Более того, по ее инициативе и плану были произведены арест Ревкома и разоружение отрядов, бывших во дворце. Христюк в книге "Замитки, та материалы" незаметно для себя проговаривается об этой роли Рады. "Штаб не отважился, - пишет он, - выступить одновременно и против Центральной рады и поэтому вынужден был принять предложение Рады отобрать оружие у тех, кто сидел во дворце, и отпустить их домой"² . Христюку хочется сделать ударение на том, что Рада предлагала "отпустить их (т. е. большевиков. - Е. Г. ) домой". Но умысел тут был другой. Когда войска окружили дворец, туда явилась делегация из представителей Рады, генерального секретариата, городской думы, меньшевиков, эсеров и бундовцев. Делегация предложила Военно-революционному комитету сдать дворец и оружие и гарантировала свободный выход из дворца и полную неприкосновенность. Но вслед за делегацией ворвались юнкера и казаки. Начался разгром дворца и расправа с бывшими там членами Ревкома и солдатами.

Пьяная, разъяренная толпа загнала безоружных красногвардейцев в одну из комнат дворца и всячески издевалась над ними: офицеры целились из револьверов в красногвардейцев, инсценируя расстрел, и замахивались бомбами. Приехавший затем помощник комиссара Югозападного фронта Григорьев несколько успокоил свою армию и отправил арестованных членов Ревкома в штаб. Все это происходило на глазах представителей Рады и генерального секретариата, которые за 5 минут до того давали Ревкому "гарантию неприкосновенности". Впрочем, украинский эсдек Ткаченко "сочувственно" шептал арестованным членам Ревкома: "Неудачную базу вы избрали... Вам бы обосноваться на Печерске, еще Петром Великим избранном как место командующих высот..."³ . Это лицемерие и иезуитство Рады имело под собой вполне реальную почву.

В массовом национальном движении ярко проявлялось требование украинских крестьян и рабочих выступать вместе с восставшими в центре рабочими против Временного правительства.

Это настроение масс своеобразно сказалось в заседании третьего всеукраинского войскового съезда 28 октября. Выступавшие украинские националисты пытались подлаживаться под настроение масс, но в то же время напоминали, что на Украине задачи особые. "Большевики борются за передачу власти советам, - заявил делегат съезда Белопольский. - Известно, что в состав Временного правительства входили представители буржуазии, и от этого нам было плохо, а потому нам нужно морально поддержать большевиков... Наше сочувствие может выразиться в том, что украинские войска не будут посланы в Петроград на усмирение большевиков; с фронта мы тоже не пустим своих войск для этой цели... Но, - напоминает оратор, - когда большевики говорят: "Вся власть советам", - мы с ними несогласны, ибо на Украине вся демократия не только в советах"⁴ . В выступлениях Белопольского довольно определенно намечены границы его "сочувствия". Такой границей является вопрос о власти. В резолюции, принятой съездом в этот день, полностью отразился противо-

¹ "Киевская мысль" N 261 от 29 октября 1917 года.

² Христюк "Замитки та материалы". Т. II, стр. 45.

³ "Летопись революции" N 1 за 1922 год, стр. 42.

⁴ "Киевская мысль" N 261 от 29 октября 1917 года.

речивый характер национального движения в дни Октября. Ненависть масс к империалистическому Временному правительству и стремление украинской буржуазии утвердить свою власть на развалинах керенщины; стихийная тяга масс к поддержке большевистских лозунгов и действий и закулисная работа националистов по ликвидации восстания в Киеве - все эти противоречивые намерения отразились в резолюции съезда. "Бороться с домогательствами большевиков передать власть на Украине советам рабочих и солдатских депутатов" - значится в резолюции съезда. И дальше: "Принять меры, чтобы украинские войска не посылались с фронта для борьбы с представителями трудового народа"¹ . В таком духе составлена вся резолюция. Единственным органом власти признается Центральная рада, и в то же время выражается протест против контрреволюционных намерений штаба Киевского военного округа - намерений, которые, как известно, были направлены отнюдь не против Центральной рады: наоборот, эти контрреволюционные намерения осуществлялись в согласии с Центральной радой.

Но все это заставляло Раду хитрить и всячески прикрывать свою помощь штабу. Товарищ А. Иванов² рассказывает о своих переговорах с Радой 29 октября: "Я пробрался в город, пошел в генеральный секретариат Центральный рады и поставил вопрос, почему они удерживают свои части. Мне Порш заявил, что они стягивают силы, так как с этими силами боятся выступать, потому что Киевскому штабу Керенского идут подкрепления"³ .

К Киеву действительно стягивались подкрепления. Но Рада прекрасно знала, что подкрепления эти направляются для ее охраны и защиты от большевиков. Накануне разговора Андрея Иванова с Поршем Центральная рада получила телеграмму из Ставки верховного главнокомандующего: "Большевистский мятеж ликвидирован повсеместно... Прошу авторитетом и силами Рады и комиссариата (объединенный орган Рады и штаба. - Е. Г. ) водворить в Киеве порядок. В случае недостаточности средств будут посланы войска. Помощник начальника верховного главнокомандующего Вырубов"⁴ . Винниченко, который прочитал эту телеграмму на заседании Малой рады 28 октября, в своих комментариях еще более уточнил взаимоотношения между Радой и российской контрреволюцией.

"Главный начальник округа, - заявил Винниченко, - в связи с прокламациями большевиков запрашивает генеральный секретариат, какие меры нужны для секретариата и Центральной рады. Из этого отношения штаба округа выясняется, что вызвавшие много толков пулеметы и броневики направлены не против Рады, а для охраны ее"⁵ . Пока Ставка рассылала телеграммы с "самыми достоверными" сведениями о разгроме большевиков в центре и обещаниями Раде прислать броневики и пулеметы, в Киеве развертывалось пролетарское восста-

¹ "Киевская мысль" N 261 от 29 октября 1917 года.

² Рабочий арсенала А. Иванов (большевик) после ареста Ревкома организовал новый Ревком из представителей Киевского комитета большевиков, арсенала и воинских частей.

³ "Летопись революции" N 1 за 1922 г., стр. 11.

⁴ "Киевская мысль" N 261 от 29 октября 1917 года.

⁵ "Киевская мысль" N 261 от 29 октября 1917 года. В некоторых изданиях по истории революции на Украине приводится телеграмма из Ставки, но ни словом не упоминается разъяснение Винниченко к телеграмме. Даже составители такой большой работы, как "1917 год на Киевщине", обрывают речь Винниченко на подписи Вырубова. Между тем эти разъяснения вскрывают связь Рады и штаба Киевского военного округа в данном случае.

ние. Это восстание было направлено не только против Временного правительства, но и против органа последнего ни Украине - буржуазной Рады.

Центром восстания стал арсенал. Вокруг арсенала были расположены большевистски настроенные воинские части. Тут помещались понтонный и телеграфный батальоны, 3-й авиопарк, тыловая оружейная мастерская и конно-горный артиллерийский дивизион. В районе Слободки были размещены 8 батарей тыловой артиллерии Югозападного фронта, из которых 4 выступили на защиту восставших. "Сигналом для одновременного выступления было назначено появление аэроплана над Киевом, - рассказывает солдат авиопарка тов. Флеровский. - Все было готово. Пулеметы уже давно были на местах. Проявлялось сильное нетерпение. Аэроплан не показывался. Казалось, что отстают часы. Хотелось скорей вступить в бой. Вдруг послышался звук пропеллера. Все притихли, подняв головы кверху... Аппарат плыл все ближе, и все громче и громче становился звук, который как бы кричал: "Подымайтесь! Настал час!" И верно: час настал"¹ .

Из других рабочих районов потянулись красногвардейские отряды, группы рабочих и одиночки.

Первые бои 29 октября произошли на Печерске между 3-м авиопарком и юнкерами Николаевского училища. Авиопарку удалось захватить артиллерийский склад, вооружить солдат запасной дружины и отбить наступление юнкеров. В это же время бои развернулись у Баташовской школы прапорщиков. Юнкера Константиновской школы вместе со славянскими ударниками пытались захватить конно-горную батарею, но потерпели неудачу. Вечером юнкера пытались захватить арсенал, атакуя его со стороны Мариинского парка. Несмотря на недостаточное количество бойцов в арсенале - там было не более 25 бойцов - и эта атака была отбита. В арсенале в этот момент было 4 пулемета, 2 орудия и по 5 - 10 патронов на бойца, выданных с предупреждением "зря не стрелять".

Второй день боя дал явный перевес восставшим. К утру 30 октября в арсенале уже было около тысячи вооруженных красногвардейцев. Новые попытки юнкеров Константиновской и Алексеевской школ окружить авиопарк, несмотря на помощь трех рот чехословаков, были отражены пулеметным огнем солдат парка.

В 12 часов дня на сторону восставших перешли две сотни солдат Богдановского полка. Рада еще за два дня до этого решительно выступила против восставших, за юнкеров. "Украинские общественные деятели, - писала "Киевская мысль", - отказываются иметь что-либо с теми украинцами, которые выступают с самочинными действиями". Не удовлетворись одним осуждением "самочинных" действий, радовцы взялись за вооружение белогвардейских отрядов, разоруженных рабочими. "Вчера украинцы заявили, - говорится в этой же заметке, - что захват Лукьяновского района и отобрание там значительного числа оружия проведены помимо распоряжения лидеров украинцев, и оружие, поэтому подлежит возврату"² .

В середине дня 30 октября восставшим отрядам района Печерска удалось установить связь со стоявшим в Слободке тяжелым артиллерийским дивизионом. Огнем из авиопарка и Слободки удалось выбить юнкеров из Константиновского училища. Бой принимал все более ожесточенный характер. Солдаты артиллерийского склада и красногвардейцы, окружившие Алексеевское училище, послали к юн-

¹ "Воспоминания Флеровского". "Пролетарская революция" N 103 за 1922 год.

² "Киевская мысль" N 260 от 28 октября 1917 года.

керам делегацию для переговоров. Юнкера, которые плохо были информированы о положении в Киеве, отказались вести переговоры. "В подтверждение своих слов, - рассказывает солдат команды артиллерийского склада, - они вывели одного солдата... взятого ночью во время боя в плен, и тут же, на глазах наших парламентеров, сперва избили его прикладами, а потом втащили на второй этаж своего училища и сбросили на землю... И бой снова начался"¹ .

Второй день восстания закончился разоружением двух юнкерских школ, сдачей нескольких отрядов штаба округа и значительным укреплением позиций восставших. В арсенал удалось подвезти снаряды, патроны и продукты.

Центральная рада не ожидала такого оборота событий. Чехословацкий полк, ударные батальоны, прекрасно вооруженные юнкера и казаки - все это давало ей полную уверенность, что с "авантюрой" будет покончено. Еще накануне, 29 октября, комитет Славянского ударного полка сделал первое предупреждение Раде. "Ударный полк прибыл в Киев не для политической и национальной борьбы, - писали в своей резолюции оробевшие ударники, - а для подавления анархических выступлений толпы... Полк доводит до сведения Центральной рады и войскового генерального комитета, что полк никогда не выступал и не выступит против Центральной рады и украинских войск, признанных Временным правительством, и просит Центральную раду и генеральный войсковой комитет, если они не нуждаются в нашей помощи, направленной всецело на подавление анархических выступлений, содействовать скорейшему уводу полка на фронт"² . Рада в это время продолжала переговоры со штабом. Утром 29 октября она заключила соглашение с представителями командования войсками Временного правительства. В тексте соглашения говорилось о "необходимости тесного единения между военной и краевой гражданской властями". "При командующем войсками Киевского военного округа, - значится дальше в соглашении, - образуется временная комиссия, которая осведомляется о всех распоряжениях, касающихся предполагаемого применения вооруженной силы в округе в случаях политических и анархических выступлений"³ . На этот раз в комиссию уже не вводили представителей Совета... Туда вошли представители казачьего съезда, городского самоуправления, Рады, генерального секретариата и лица, "коих командующий войсками признает необходимым пригласить в состав комиссии". Для "единства действий" Рада не брезговала и такими комиссиями. Однако на следующий день, когда исход борьбы почти определился, участие в комиссии при штабе показалось недостаточным. Центральная рада составила план территориального распределения своих частей. План был построен таким образом, что, во-первых, учитывалась необходимость занять важнейшие жизненные центры города, во-вторых, расположить свои войска поблизости от большевистских частей, дабы иметь возможность их неожиданно разоружить. Впоследствии, когда это разоружение произошло, план Рады разоблачил Шульгин в своей газете "Киевлянин"⁴ .

Готовясь к открытой борьбе с революционными войсками, шедшими за большевиками, Рада ни на минуту не прекращала связи со штабом, пытаясь в то же время получить больше самостоятельности в предстоящих событиях.

¹ Архив "Истории гражданской войны". Рукопись воспоминаний Лемешко.

² Сборник "1917 год на Киевщине", стр. 344. Киев. 1927.

³ "Киевская мысль" N 261 от 29 октября 1917 года.

⁴ "Киевлянин" N 264 от 1 декабря 1917 года.

31 октября, когда главные силы Временного правительства были выведены из строя, Рада приняла активное участие в создании "комиссии по выработке условий прекращения вооруженной борьбы". Днем 31 октября комиссия открыла свои заседания в помещении штаба Киевского военного округа. Представитель Центральной рады украинский эсдек Ткаченко несколько приоткрыл свои карты. Он потребовал перехода всей гражданской власти в руки Рады, что же касается военно-оперативной части, то она должна остаться в ведении Ставки, а над штабом Киевского военного округа должен быть установлен контроль. Все эти требования выражали весьма скромное желание - превратить Раду в орган власти при сохранении военных сил контрреволюционного Временного правительства.

В помещении штаба в это время сидели арестованные члены Революционного комитета первого состава. Желая одним ударом покончить со штабом и освободить арестованных большевиков, Военно-революционный комитет идет на маневр. В штаб на заседание комиссии посылается представитель Ревкома тов. А. Иванов. Ослабив бдительность противников, Ревком направляет к штабу небольшой отряд с заданием окружить штаб и открыть стрельбу. "Как только послышалась ружейная трескотня, все совещание переполошилось, - пишет А. Иванов. - Я тогда заявил, что если арестованные будут освобождены, то бой будет сейчас же прекращен"¹ . Штаб вынужден был освободить арестованных. Это развязало руки Ревкому, и он предъявил штабу ультиматум, предлагая ему сдаться к 1 часу ночи с 31 октября на 1 ноября, угрожая в противном случае возобновлением военных действий. И тут снова обнаружилось, что всю свою политику Рада строила, исходя из желания, сохранить органы Временного правительства (штаб и др.) и разгромить большевиков. Разъяренные представители Рады и Украинского генерального войскового комитета грозили "объединить все силы и стереть большевиков в порошок". Принимается предложение комиссара Григорьева об "установлении связи между правительственными и украинскими частями"² .

Однако руководители штаба оказались дальновиднее радовцев. Пока последние грозили расправиться с большевиками, штаб удрал из Киева, или, как заявил Григорьев, "штаб экстренно выехал в неизвестном направлении"³ . Озадаченные представители 23 организаций, представленных в комиссии, решили "перейти для обсуждения всех вопросов в Центральную раду".

Так, ударом восставшего киевского пролетариата был уничтожзн штаб войск Временного правительства. Но остался другой орган Временного правительства - Центральная рада. Закутавшись в желто-голубое знамя украинской буржуазии, Рада объявляет себя законной преемницей штаба. "Совершенно неожиданно, - пишет в своем воззвании от 1 ноября Рада, - в ночь с 31 октября на 1 ноября главный начальник Киевского военного округа без предупреждения и уведомления надлежащих властей... оставил вверенные ему учреждения... Ввиду этого Украинская центральная рада, приступая к организации высшей краевой власти на Украине в полном объеме, признала необходимым безотлагательно пополнить генеральный секретариат 5 генеральными секретарями и в первую очередь генеральным секретарем по военным делам. Украинская центральная рада и ее исполнительная

¹ "Летопись революции" N 1 за 1922 г., стр. 12.

² "Протокол комиссии "Летопись революции" N 4 за 1924 г., стр. 192.

³ Там же.

власть - генеральный секретариат - примет все меры к восстановлению спокойствия и порядка, не допуская никаких самочинных анархических выступлений, клонящихся к нарушению порядка"¹ .

Таким образом, преемственность была установлена: штаб бежал, Рада была вынуждена взять власть. Она обещала установить порядок и бороться с "анархией" точно так же, как это делало Временное правительство. Монархист Шульгин прекрасно понял, о каком порядке идет речь. Человек, который раньше писал "Доносы"² на Раду, обвиняя ее в шпионаже, теперь заявлял: "Если будет порядок, мы скажем вам спасибо, если же будет хуже, то мы вам напомним пословицу: "Умел воровать, умей и ответ держать"³ . Украинские эсдеки и эсеры поспешили уверить Шульгина, что порядок будет самый настоящий. На заседании городской думы 1 ноября, где Шульгин и радовцы обменивались соображениями о порядке и анархии, выступали Чикаленко, Маевский и другие руководители Центральной рады. "Гласный Чикаленко, - записано в протоколе Думы, - отмечая лойяльность Центральной рады и генерального секретариата, говорит: "Если кто еще может спасти Украину от разложения и анархии, то только Центральная рада"⁴ . Радовцы добились на этом заседании признания генерального секретариата законным наследником Временного правительства. "Единственным выходом из создавшегося положения, - гласит резолюция Думы, - является признание, впредь до восстановления нормальной связи с Временным правительством, высшей властью в крае генерального секретариата Центральной рады, утвержденной Временным правительством"⁵ . Если откинуть формальную сторону - все эти переговоры в Думе и декларации, - у Рады была совершенно реальная возможность взять власть после свержения рабочим классом органов Временного правительства в Киеве. Эта возможность характеризуется, по крайней мере, тремя моментами.

Во-первых, перед массами украинского крестьянства не был еще разоблачен контрреволюционный характер Центральной рады.

Во-вторых, украинские части, на которые опиралась Рада, вышли из октябрьских боев с минимальными потерями и готовы были к новым столкновениям, тогда как большевистские войска были истощены предыдущей борьбой.

И, наконец, в-третьих, к украинским частям, к вооруженной силе Рады прибавились уцелевшие войска штаба Киевского военного округа.

1 ноября в Раду пришли представители чехословаков, казачьего съезда и юнкеров с заявлением, что властью они признают только Центральную раду и готовы всячески ей содействовать. Юнкера стали заявлять о переходе в украинские военные школы; 4-я школа прапорщиков почти целиком решила украинизироваться⁶ . Чехословацкий и югославский батальоны, 5-я Донская казачья дивизия и 4 школы прапорщиков с согласия Рады отправились в Новочеркасск, к Каледину. Для юнкеров Рада даже устроила специальные проводы, на которых генеральный секретарь труда Н. Порш заявил, что Центральная рада

¹ "Киевская мысль" N 134 от 2 ноября 1917 года. Вечерний выпуск.

² Так называлась статья Шульгина в "Киевлянине".

³ "Киевская мысль" N 263 от 3 ноября 1917 года.

⁴ Там же.

⁵ Там же.

⁶ "Киевская мысль" N 134 от 2 ноября 1917 года. Вечерний выпуск.

не имеет ничего против юнкеров, оказавшихся жертвой "тяжкого недоразумения"¹ .

Виновник этого "недоразумения" - Киевский ревком - в первые дни после победы над штабом действовал как орган власти. Ревком разоружил юнкеров в рабочих районах. Ревком запрещал выход контрреволюционных газет. Ревком установил цензуру над эсеровскими и меньшевистскими газетами. По решению Совета фабрично-заводских комитетов, рабочие прекратили забастовку и приступили к работе. Но перед киевскими пролетариями, разгромившими юнкеров и казаков, оставался все тот же классовый враг, только в ином национальном облачении: место великорусской буржуазии заняла буржуазия украинская. Правительство Центральной рады - генеральный секретариат - стало принимать меры "к восстановлению спокойствия и порядка".

1 ноября Военно-революционный комитет телеграфировал Ленину об одержанной победе над войсками Временного правительства. А Рада в это время стягивала войска с фронта. К богдановцам, полуботковцам, спешно украинизировавшимся юнкерам присоединились: курень (батальон) им. Т. Шевченко, украинизированные части с фронта и др. 2 ноября Порш на заседании Центральной рады заявил, что "наблюдается стягивание к Киеву огромных масс украинского войска"² .

Меньшевики и бундовцы усердно подталкивали Раду к более решительным выступлениям. "Что такое Революционный комитет, - патетически восклицал на заседании Рады еврейский националист Литваков. - Кто же владеет Киевом и краем? Центральная рада? Или она делится властью с этим комитетом? Мы желаем слышать с этой трибуны: есть ли единая власть на Украине? Или ее разделяет и "Революционный комитет"?! Какие меры приняты секретариатом для ликвидации этой самочинной власти?"³ .

Меньшевик Балабанов выступил с такой же примерно речью, требуя ответить, какие законы действуют на Украине: "законы Украинской республики (!! - Е. Г. ) или Ленина?" Но Порш, генеральный секретарь труда, уклончиво ответил, что "генеральный секретариат обсуждает вопрос об этом комитете. Практических мероприятий необходимо подождать. Я полагаю, - продолжал Порш, - что комитет этот будет ликвидирован"⁴ .

Осторожность Порша объясняется тем, что путь открытой борьбы против масс, идущих за большевиками, был труден и небезопасен. Кроме того, радовцы имели некоторые основания возлагать надежды на оппортунистическую часть большевистской организации, шедшую за Пятаковым. В результате предательской, разлагающей работы Пятакова отношение большевиков к Центральной раде не было четким. Большевистская фракция исполнительного комитета советов рабочих и солдатских депутатов вынесла резолюцию, в которой поставила рядом 2 следующих пункта: "Требование рабочих, солдат и крестьян о передаче всей власти в руки советов должно быть осуществлено. Рабочие и солдаты кровью завоевали эту власть...", и рядом с этим другой - "краевой властью является Центральная рада, причем фракция большевиков требует созыва съезда рабочих, солдатских и крестьянских депутатов Украины для организации Рады в Центральную раду

¹ "Киевская мысль" N 265 от 5 ноября 1917 года.

² "Киевская мысль" N 263 от 3 ноября 1917 года.

³ Там же.

⁴ Там же.

советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов"¹ . Рада умело использовала эти иллюзии о возможности сотрудничества. В своих выступлениях вожди Рады из всех сил доказывали, что Центральная рада - это тот же совет, только украинский по национальности и более демократический по составу. "На Украине не из-за чего вести кровавую борьбу, - говорил генеральный секретариат в своем обращении 1 ноября. - Украинская центральная рада избрана всеми народами Украины и выражает волю всей революционной демократии. По существу это краевой совет крестьянских, рабочих и солдатских депутатов. Все войска и все партии должны признать власть генерального секретариата..."² . Используя эту тягу масс к советам, прикрываясь фальшивым советским знаменем, Рада готовит разгром советов.

Уже в заседании от 1 ноября Рада "поручает генеральному секретарю принять все меры к охране свободы слова"³ , имея в виду защиту закрытых Ревкомом контрреволюционных газет. 3 ноября генеральный секретариат, не ограничиваясь уже газетами, запретил артиллерийским складам и тыловым артиллерийским мастерским выполнять приказы большевистских советов. На этом же заседании генерального секретариата с тревогой указывалось, что всякий слух о якобы имеющемся контакте Рады с большевиками "отталкивает от Рады определенные круги населения"⁴ . Высказывая такую боязнь оттолкнуть от себя "определенные" круги, т. е. русскую буржуазию, Рада предпринимает довольно важный шаг в вопросе о власти на местах. Для того чтобы получить симпатии этих "определенных" кругов, надо было сохранить на местах старые органы власти и разгромить советы. На заседании генерального секретариата от 3 ноября генеральному секретарю по внутренним делам было поручено "выступить с оповещением, что на местах органами власти являются комиссары (Временного правительства, других тогда не было. - Е. Г. ) и органы местного самоуправления, которые работают под руководством генерального секретариата. Вокруг организаций местного самоуправления должна для поддержки их в борьбе с анархией объединиться вся демократия"⁵ . Обращение было опубликовано не от секретаря по внутренним делам, а от генерального секретариата в целом - так было крепче. В этом обращении генеральный секретариат объявлял себя единственной властью на Украине, ввиду того что "Центральное правительство всей России не имеет возможности управлять государственной жизнью"⁶ . Такая возможность была, по мнению Рады, только у буржуазного правительства Керенского. Очевидно, поэтому Рада в обращении от 3 ноября заявляла, что опорой на местах являются органы старого правительства. Без такой опоры Рада не могла бы бороться с "анархией". "Подготовляется план военной охраны всей Украины от погромов, грабежей и всякого бесчинства. Губернским и уездным комиссарам будут даны в помощь военные отделы. В деле борьбы с анархией, в целях установления доброго порядка генеральный секретариат будет опираться на местные органы самоуправления". Органы самоуправления довольно быстро поняли, что от них требуется, и пошли навстречу Раде. Старый аппарат, видя, что его не собираются ликвидировать

¹ "Пролетарская мысль" N 1.

² Сборник "1917 год на Киевщине", стр. 353.

³ "Киевская мысль" N 134 от 2 ноября 1917 года. Вечерний выпуск.

⁴ ЦАРУ. Протоколы генерального секретариата от 3 ноября 1917 года.

⁵ Христюк "Замитки та материалы". Т. II, стр. 51.

⁶ Там же.

несмотря на ликвидацию буржуазного государственного аппарата в центре страны, поспешил подкрасить себя желто-голубой водичкой. Комиссары Временного правительства получают звание комиссаров Центральной рады, различные комитеты Временного правительства просто меняют вывеску; даже старое земство быстро украинизируется. "Ввиду того, - записано в протоколе земского собрания Киевского уезда, - что прежде цензовое земство было антидемократическим и что название земства ненавистно широким массам селянства, видевшим в земстве оплот помещичьих привилегий, земское собрание постановляет: "Уездное земское собрание именовать Народною повитовою Радою (народным уездным советом. - Е. Г. ), а уездную земскую управу - Повитовою народною управою" и, во-вторых, слово "земский" заменить всюду словом "народный"¹ . Этот редкий по своей циничности документ говорил о полном взаимопонимании органов Временного правительства и Центральной рады. Единственное препятствие, стоявшее на пути слияния органов Временного правительства и Рады, - украинский национализм - вдруг сделалось условием такого слияния. В большем масштабе и несколько иных формах повторилось то, что уже произошло в июльские дни на Украине, когда опасность влияния большевиков на рабочие массы и армию заставила объединиться силы Рады и Временного правительства.

Так закончился "нейтралитет" Рады в октябре, который никогда нейтралитетом не был. Сопоставляя эту легенду, созданную националистами, с историческими фактами, мы видим, как факты полностью разоблачают ее грубую фальшь.

V. СОЗДАНИЕ ПЛАЦДАРМА ДЛЯ БОРЬБЫ С СОВЕТАМИ

Организуя комитет охраны революции при Центральной раде, украинские эсеры считали необходимым обратить внимание на значение действий Рады для всей России. "Спасая себя, свой край, - писали они в статье "Единым фронтом", - демократия Украины этим самым спасает и великую российскую революцию"² . Самое название статьи говорило о линии Рады на единый фронт против революционного центра. Несколько позже провинциальная эсеровская газета более подробно изложила этот план спасения России украинской буржуазией. "Мы стоим перед страшной и грозной опасностью, ибо в развалинах Российского государства может погибнуть революция", - писала екатеринославская "Селянска спилка" в статье под не менее характерным названием "Развал России и ее возрождение". - Новая государственная власть, мощная и смелая, вырастет из созданной на местах краевой власти. Через краевую власть - к власти государственной. Украина уже встала на этот путь. Край донского казачества вышел также на эту дорогу. Приходят вести, что Кавказ берется за эту же работу"³ .

Украинская буржуазия рассчитывала на единый фронт с донским казачеством и меньшевиками Кавказа для возрождения империалистической России.

Такие же планы излагали в своих выступлениях Грушевский, Винниченко и др. "Необходимо создать базу, - говорил на заседании Рады 8 ноября Грушевский, - которая помогла бы сохранить завоевания

¹ Киевский исторический архив, фонд губернского комиссара Украинской народной республики, дело, N 150, лист 4.

² Народная воля" N 145.

³ "Селянска спилка" N 62 от 12 ноября 1917 года.

революции не только для Украины, но для всей Росии..."¹ . "Здоровое правительство, - вторит ему Винниченко, - может быть теперь не из центра, который разлагается, а с окраин, которые здоровы, сохранили свои силы..."² .

План "возрождения" России, который так усердно пропагандировался Грушевским и Винниченко, киевскими и екатеринославскими газетами, украинскими эсерами и меньшевиками, был планом русской буржуазии. Потерпев полное поражение в центре, контрреволюция ринулась на окраины, где под сенью знамен националистической контрреволюции надеялась вновь собраться с силами и пойти войной на революционные центры страны. "В то время, - писала "Правда", - как в Петрограде буржуазия уже не у власти, в Киеве она еще у власти"³ . Ставка на окраины, где буржуазия еще у власти, была исходным пунктом всей политики контрреволюции послеоктябрьских дней. Сохранение и развитие остатков буржуазной государственности, во что бы то ни стало, какими бы цветными тряпками они ни прикрывались, - вот смысл и содержание этой политики. В таких условиях декларации Рады о "возрождении" России и ее борьба с социалистической революцией встречали дружную поддержку единого фронта реакции от черносотенцев до Викжеля⁴ .

В записке, найденной в конце 1917 г. у одного из членов белогвардейской организации, написанной, очевидно, В. Шульгиным, дается характеристика Рады и отношения к ней контрреволюционеров. "Рада ведет себя весьма умело, - сказано в записке, - проявляя необычайную хитрость и дипломатичность (удивительно ловко захватили власть при конфликте между штабом округа и Революционным комитетом). С казаками она договорится, повидимому, так как есть много общих интересов. И враг их - большевики. Центр сейчас, несомненно, на юге. Но без севера он тоже ее жизнеспособен. Поэтому тем более нужно заботиться об объединении. Но перед тем надо подумать: когда-нибудь столкновение произойдет, но, конечно, это совсем еще не так близко"⁵ . Автор записки не ограничивается уже установлением общих интересов всероссийской контрреволюции, казаков и Рады. Он ждет "столкновения", т. е. активных действий против большевиков. Украинизировавшийся герцог Лейхтенбергский в своих воспоминаниях разъясняет, почему именно Украина должна была сделаться исходным пунктом для такого "столкновения". "Коренная Россия, - пишет он, - была большевизмом бесповоротно побеждена. В этих обстоятельствах было предпочтительнее, чтобы порядок сохранился хотя бы в части страны - и наиболее богатой к тому же, - если нельзя было это сохранить повсеместно. Я принимал "Украину" независимую и суверенную как ступень, как пункт, в котором сосредоточились бы организующие и творческие силы, откуда в известный момент могло бы начаться воскресение единой "великой России"⁶ . Герцог Лейхтенбергский меньше всего думал о "великой России". Родственнику Леопольда Баварского, так же как и союзникам, богатая Украина нужна была как исходный пункт к превращению России

¹ "Киевская мысль" N 267 от 8 ноября 1917 года.

² "Киевская мысль" N 270 от 11 ноября 1917 года.

³ "Правда" N 210 от 9 декабря 1917 года.

⁴ Викжель - Всероссийский исполнительный комитет железнодорожников - состоял из соглашателей и кадетов; в октябрьские дни превратился в центр контрреволюционной деятельности эсеров и меньшевиков.

⁵ ЦАОР, фонд 336, дело N 24, лист 125.

⁶ Лейхтенбергский Г. А. "Воспоминания об Украине". Берлин. 1921.

в колонию иностранного империализма. Русская и украинская буржуазия уже в то время начала свой торг с двумя крупными империалистическими фирмами о продаже "единой" России оптом и в розницу. Когда еще Россия будет единой! А пока на окраинах имеются буржуазные правительства, нужно этим воспользоваться. Поэтому даже такой вождь буржуазии, как Милюков, который раньше только шипел в ответ на самые скромные требования. Рады, заявляет: "Страх и опасение подвергнуться в прогрессировавшем всероссийском распаде общей судьбе и пережить ужасы всероссийских социалистических экспериментов, несомненно, представляли здоровое и живое начало самосохранения в искусственно раздутом националистическом движении на Украине"¹ . Для Милюкова националистическое движение сделалось здоровым только тогда, когда Рада попыталась оторвать Украину от страны диктатуры пролетариата. Но он вместе с другим "специалистом" по национальному вопросу - Станкевичем - горько сожалел, как это раньше буржуазия недооценивала Раду² .

Не отставала от крупных зубров реакции и "демократическая" контрреволюция. Церетели и Чернов, подпольный ЦИК первого созыва и "нейтральный" Викжель так же, как и герцог Лейхтенбергский и Милюков, протягивали руку помощи и признания Центральной раде, видя в ней последний оплот контрреволюции в России.

ВЦИК первого созыва, ушедший после II съезда советов в подполье, принялся изыскивать новые способы воссоздания старой власти. "Украина - будущее ядро России, - заявил Церетели на заседании подпольного ВЦИК. - Она сумела создать власть"³ . И он изложил "свой" план ликвидации восстания: "Опереться на Украину и другие места, где есть здоровые элементы", и таким образом восстановить порядок⁴ . Такая же директива исходила из Ставки от Чернова и Гоца. "При организации центрального правительства, - рекомендовали они, - необходимо опираться на Украину и другие краевые правительства"⁵ .

Такая же позиция была занята и другим органом мелкобуржуазной контрреволюции - Викжелем. Различные организации Викжеля прикрывали эту общую линию буржуазии лозунгом однородного социалистического правительства. Уже 26 октября, когда при Раде образовался комитет охраны революции, Главный комитет Югозападных железных дорог вынес резолюцию, в которой считает необходимым "согласованные действия" с Центральной радой. "Принимая во внимание, - говорится в резолюции, - что в настоящее время вокруг Украинской центральной рады объединились все социалистические партии и организации, Главный комитет считает необходимым согласовать свои действия с действиями Краевого комитета по охране революции при Украинской центральной раде"⁶ .

Почему же Рада, которая третировалась всеми столпами реакции до Октября, "вдруг" оказалась оплотом и надеждой всероссийской контрреволюции? Эта перемена в позиции Милюкова - Шульгина не являлась неожиданной. Вся предшествующая, дооктябрьская политика

¹ Милюков "История второй русской революции". Т. I. Выл. 1-й, стр. 162. Берлин. 1921.

² Станкевич "Судьбы народов России", стр. 83. Берлин. 1921.

³ "Красный архив". Т. X, стр. 166.

⁴ "Революция 1917 года". "Хроника" Т. V, стр. 132. М. 1927.

⁵ Там же.

⁶ "Архив профсоюзов", фонд 25, дело N 34, лист 5 - 6.

Рады была политикой завоевания доверия русской буржуазии. Сближение Рады с российской контрреволюцией несколько тормозилось ростом национального движения. Боясь потерять всякую опору в массах, Рада вынуждена была становиться в оппозицию к наиболее откровенным проявлениям империалистической политики Временного правительства. Однако и рост национального движения Рада использовала для создания единого фронта контрреволюции. Ока беспрестанно указывала на свою роль "сдерживающего" и "организующего" фактора в национальном движении, без которого движение пошло бы по пути большевизма.

Поражение буржуазии в центре страны и позиция Центральной рады в октябрьские дни объединили Раду и российскую контрреволюцию.

Контрреволюция, разбитая в центре, обратила свои взоры на контрреволюционные буржуазные правительства национальных окраин.

Понадобилось еще 2 месяца, чтобы окончательно разгромить Центральную раду. Восстания рабочих и крестьян на Украине в декабре 1917 и январе 1918 г. уничтожили власть Рады и установили советскую власть на всей территории Украины. Рада в это время совершала сделку с германским империализмом, продавала украинский народ кайзеру Вильгельму. По приглашению Рады, полчища германских солдат двинулись на страну, предавая огню и мечу деревни и города Украины. Но и этих врагов, вооруженных по последнему слову техники, изгнал со своей территории украинский народ.

Прошло 20 лет. Украина превратилась в цветущую советскую республику, гордость Советского союза. Подлые враги народа не раз делали попытку за эти годы оторвать Украину от Союза советских республик. И всякий раз украинский народ сурово расправлялся с этими изменническими попытками. Германские империалисты, действуя через своих агентов - пятаковых, гамарников и других изменников и фашистских псов, - готовились повторить "опыт" 1918 года. Враги просчитались. Украинский народ крепкими, кровными узами связан с семьей народов Советского союза. Этот союз народов получил нерушимую основу в октябрьских боях 1917 года.

Публикатор:

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Найденный поисковым роботом источник:

Автор(ы) публикации - Е. ГОРОДЕЦКИЙ:

Комментарии: