L. BAZYLOW. Dzialalnosc narodnictwa rosyiskiego w latach 1878 - 1881, Zaklad narodowy im. Ossolinskich. Wroclaw. 1960. 272 str.

Среди работ по истории русского освободительного движения второй половины XIX в. монография декана исторического факультета Варшавского университета проф. Людвика Базылева, посвященная одному из очень важных и сложных этапов в развитии революционного народничества- истории партии "Народная Воля", - несомненно, займет видное место. Эта книга вызывает интерес в двух отношениях: во-первых, тщательностью исследования проблемы и, во-вторых, постановкой ряда теоретических вопросов, связанных с оценкой революционно-демократического этапа русского освободительного движения в целом и народнического движения в особенности.

В небольшом введении автор дает краткую характеристику эпохи народнического движения и идейного содержания его программ, ставит вопрос о соотношении революционных и либеральных течений в этом движении на всех этапах его развития. Л. Базылев исходит при этом из правильного тезиса о единстве второго этапа революционного движения в России, о единстве его классовой основы. Отстаивая положения статьи Б. П. Козьмина "Народничество на буржуазно-демократическом этапе освободительного движения", автор считает совершенно неправильным противопоставление революционеров 60-х годов революционерам 70-х годов. Он отмечает также, что нельзя обрывать историю народничества началом 80-х годов и что лишь на рубеже 80 - 90-х годов оно терпит окончательный крах и из прогрессивного становится реакционным.

Историю революционного движения этого времени Л. Базылев считает возможным разделить на следующие основные периоды: 1) с конца 50-х годов до 1863 - 1864 гг.; 2) вторая половина 60-х годов; 3) 1870 - 1881 гг.; 4) после 1881 г. (стр. 11). Конечной даты последнего этапа автор не указывает. Период 70-х годов он считает наивысшим в движении народников. Причем кульминационным пунктом его, по мнению Л. Базылева, была деятельность "Народной Воли".

Анализируя литературу о народничестве и источники по проблеме (стр. 15 - 29), автор дает весьма обстоятельный разбор досоветских книг о революционном движении в России, а также современной иностранной и советской литературы о народничестве. Высоко оценивая уже упомянутую статью Б. П. Козьмина, Л. Базылев все же упрекает ее автора за недостаточную последовательность, за наличие в ней остатков противопоставления революционного движения 60-х и 70-х годов, за отсутствие характеристики революционной деятельности народников в 80-е годы (стр. 27). Основные выводы монографии построены на изучении литературы и источников как опубликованных, так и новых, извлеченных автором из архивов СССР.

Поскольку Л. Базылев посвятил свою работу лишь одному, сравнительно небольшому периоду в истории революционного народничества, он начинает свое исследование с событий, которые, по его мнению, положили начало терроризму в русском революционном движении. Л. Базылев останавливается на характере и причинах второй революционной ситуации, начало которой он считает необходимым отнести к 1878 г., и рассматривает дело Веры Засулич, покушавшейся 24 января 1878 г. на жизнь Трепова. В книге анализируется отношение раз-

личных общественных групп - реакционных, либеральных и революционных - к выстрелу Веры Засулич и суду над ней. Переходя далее к событиям 1878 - 1879 гг. (от террористического акта Веры Засулич до покушения А. Соловьева на Александра II), Л. Базылев показывает значение взглядов Ткачева для формирования террористической концепции народников. Автор описывает террористические акты того времени, борьбу с провокаторами, вооруженное сопротивление революционеров при арестах, обстоятельно характеризует программные документы "Земли и Воли" с точки зрения решения в них вопроса о значении террора, рассказывает о методах борьбы самодержавия против революционеров.

Много места отведено в книге внутренним противоречиям в "Земле и Воле", которые привели в конце концов к ее расколу. Анализируя споры, которые происходили в это время между народниками, Л. Базылев приходит к выводу, что сама жизнь вела их на путь террора, что в условиях реакционной политики царизма мирная пропаганда перестала удовлетворять революционеров и на повестку дня стал вопрос о более эффективных методах борьбы - пропаганде не словом, а делом, действием. Тщательно разбирая N 1 листка "Народной Воли" как программу новой партии, так и другие ее документы, Л. Базылев относит формирование программы террористической партии к периоду от Воронежского съезда до взрыва столовой Зимнего дворца. Лаконично, но ярко описываются в книге террористические акты народовольцев и ответные действия царизма, наносившего тяжелые удары по революционному движению.

Деятельность народников, как пишет автор, была важным фактором второй революционной ситуации, обусловившим последнюю. Самодержавное правительство в создавшихся условиях вынуждено было перейти к политике либеральной демагогии, сочетавшейся с усилением репрессивных мер. Л. Базылев полагает, что лето 1880 г. было наиболее активным периодом в деятельности "Народной Воли". В связи с событиями этого времени в книге рассматривается организационная структура этой партии, вопрос о ее материальных средствах, выясняется значение лозунгов политической борьбы в ее программе, дается характеристика ее основных деятелей.

1 марта 1881 г. народовольцам удалось осуществить давно задуманное убийство Александра II. В книге раскрывается значение этого факта для русского общественного движения. Говоря о содержании прокламации "Народной Воли" по поводу событий 1 марта и письма Исполнительного комитета партии Александру III, Л. Базылев выявляет утопичность взглядов народовольцев, надеявшихся с помощью террора добиться политического переворота. В книге отчетливо показано трагическое положение, в котором очутилась "Народная Воля" после 1 марта 1881 года. Обнаружилось отсутствие у революционеров сил для систематического ведения политической борьбы. Между тем самодержавие после известных колебаний перешло к открыто реакционному курсу. Начался спад революционной ситуации.

В заключение Л. Базылев останавливается на значении революционной деятельности народников. По мнению автора, народовольцы вели более интенсивную, энергичную, активную борьбу против царизма, нежели все предшествовавшие народнические организации. Деятельность "Народной Воли" вызывала страх не только русского самодержавия, но и западноевропейских реакционных правительств и папства. Автор подчеркивает, что народовольчество было логическим продолжением землевольчества. Лишь на путях терроризма, то есть политической борьбы против самодержавия, народничество еще могло развиваться. Акт 1 марта 1881 г. означал уже кризис террористической тактики и показывал, что и на этом пути народничество заходит в тупик. Доказательством этого кризиса, как отмечает Л. Базылев, является и письмо народовольцев Александру III и духовная прострация у Перовской и Кибальчича после цареубийства.

Монография подкупает своей полемичностью, дискуссионной постановкой ряда вопросов русского революционного движения второй половины XIX века.

На наш взгляд, автор справедливо подчеркивает единство всего революционно-демократического этапа освободительного движения. Противопоставление революционных деятелей 60-х и 70-х годов Л. Базылев считает неоправданным. И в этом он прав. Попытки разорвать понятия "революционный демократизм" и "народничество", противопоставить одно другому действительно не имеют под собою почвы.

Л. Базылев, как уже отмечалось, выделяет ряд внутренних периодов в рамках разночинского этапа русского освободительного движения. Однако автор обосновывает

свою периодизацию весьма слабо, пользуясь скорее внешними признаками, чем внутренним содержанием этих периодов. Вообще внутренней периодизации этапа 1870 - 1881 гг. в книге уделяется недостаточное внимание. Тот факт, что Л. Базылев сделал предметом своего исследования 1878 - 1881 гг., говорит о наличии определенных этапов в развитии русского революционного движения 70-х годов. На всем его протяжении менялись не только организационные формы и методы борьбы, менялась и развивалась теория. В некоторых вопросах революционные народники 70-х годов пошли дальше своих предшественников, в других, особенно в области теории и философии, они сделали шаг назад, не смогли подняться до уровня Н. Г. Чернышевского и Н. А. Добролюбова. Однако в целом это было поступательное движение, оно шло по восходящей линии, подводило к более совершенным формам организации, методам борьбы и революционной теории. Можно согласиться с автором и в том, что развитие народничества продолжалось и в 80-е годы, когда были попытки возрождения старых методов борьбы. Однако народничество в то время шло по нисходящей линии, переставало быть прогрессивной общественной силой. Слабые стороны народничества, его отрицательные, реакционные черты начинают превалировать. Оно становится тормозом дальнейшего развития революционного движения в России.

В известной степени можно согласиться с выводом Л. Базылева, что 1878 - 1881 годы, то есть период деятельности "Народной Воли", являются апогеем русского революционного движения на втором его этапе, кульминацией народничества. Действительно, острота борьбы, ее напряжение, накал были в то время велики, как никогда в предшествовавшую эпоху. Число революционеров не только не уменьшилось по сравнению с предыдущим периодом, несмотря на многочисленные аресты, но даже увеличилось, как и эффективность борьбы народников. Деятельность народовольцев стала важнейшей составной частью второй революционной ситуации. Однако, являясь высшей точкой в развитии народничества, "Народная Воля" с самого начала несла в себе элементы его кризиса и упадка. Не только деятельность "Черного передела", как утверждает автор, означала кризис народничества, но и практика "Народной Воли" с ее переходом к политическому заговору является в известной степени отказом от народнических представлений о характере исторического процесса, показателем кризиса всего народнического движения в целом.

Довольно подробно изображая внешнюю историю "Земли и Воли" и "Народной Воли", Л. Базылев, как нам представляется, недостаточно полно и всесторонне, а главное - недостаточно концентрированно изложил теоретические положения народничества и почти не дал характеристики таких его теоретиков, как М. А. Бакунин и П. Л. Лавров. Не остановился автор и на роли А. И. Герцена, Н. Г. Чернышевского в формировании революционной теории народничества. Идея терроризма, конечно, не началась с выстрела Веры Засулич, она имеет свою историю, и было бы весьма желательно проследить, как она складывалась.

Во введении критикуются работы Я. Кухаржевского, Л. Кульчицкого, А. Туна за то, что они не выдвинули проблемы русско-польских революционных связей. Однако сам Л. Базылев для решения этой проблемы сделал очень мало. Нам даже кажется, что автор несколько недооценивает значения народничества для польского революционного движения, не раскрывает того, что русско-польские революционные связи и после восстания 1863 г. продолжали неуклонно развиваться, правда, в других формах, другими путями. По меньшей мере спорными представляются категоричные положительные оценки Нечаева, которые могут привести к идеализации этого деятеля и методов его борьбы.

В целом рецензируемая работа является успехом автора, а постановка им ряда дискуссионных вопросов будет иметь положительное значение для дальнейшего изучения истории разночинского периода в русском освободительном движении.

Публикатор:

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Найденный поисковым роботом источник:

Автор(ы) публикации - И. А. ФЕДОСОВ:

Комментарии: