Справедливые замечания в адрес советских ученых, занимающихся исследованием проблемы национальных отношений, были сделаны с высокой трибуны XXIII съезда КПСС. Так, делегат И. И Бодюл сказал: "Нельзя считать нормальным, что в учебной литературе, изданной в последнее время, даются разноречивые определения нации, а в учебнике для вузов "Основы марксистской философии" вообще упущен раздел "Марксистско-ленинское учение о нациях". В преподавании данных вопросов в вузах и техникумах допускается путаница"¹ . Можно надеяться, что обсуждение вопросов теории нации и национальных отношений, поднятое на страницах журнала "Вопросы истории", поможет выяснению некоторых спорных моментов и будет способствовать дальнейшему обогащению и развитию марксистско-ленинской теории нации.

1. Нужны ли коренные изменения определения понятия "нация"?

Научное определение понятия "нация" является одним из основных компонентов марксистско-ленинского учения о сущности нации, ее происхождении и закономерностях развития национальных отношений. Теория нации разработана в трудах основоположников марксизма-ленинизма. Опираясь на произведения К. Маркса, Ф. Энгельса и В. И. Ленина, обобщая их высказывания о сущности нации, И. В. Сталин в статье "Национальный вопрос и социал-демократия"² сформулировал определение нации. В этом определении нация рассматривалась как устойчивая общность людей, возникшая в результате развития капитализма и обладающая такими характерными чертами (или признаками), как общность языка, территории, экономической жизни и психического склада, проявляющегося в общности культуры. В статьях М. С. Джунусова, Т. Ю. Бурмистровой³ говорилось об истории опубликования упомянутой статьи И. В. Сталина и положительном отношении к ней В. И. Ленина⁴ . Т. Ю. Бурмистрова не без основания отмечает, что эта статья родилась под непосредственным воздействием В. И. Ленина. Вполне логично полагать, что В. И. Ленин считал основные положения статьи "Марксизм и национальный вопрос", в том числе и определение нации (являющееся одним из важнейших в этой работе), правильны-

¹ "Правда". 3.IV.1966.

² В последующих изданиях она названа "Марксизм и национальный вопрос".

³ М. С. Джунусов. Нация как социально-этническая общность людей. "Вопросы истории", 1966, N 4, стр. 19 - 20; Т. Ю. Бурмистрова. Некоторые вопросы теории нации. "Вопросы истории", 1966, N 12, стр. 101.

⁴ См. В. И. Ленин. ПСС. Т. 24, Стр. 223; т. 48, стр. 162.

ми. Из этого, конечно, не следует, что к основным положениям названной статьи нельзя относиться критически. Речь идет о том, что сформулированное в ней определение нации является в основе научным, марксистским определением. Нет никаких оснований, на наш взгляд, дли коренного пересмотра данного определения, требуются лишь некоторые уточнения. Определение нации неразрывно связано с марксистско-ленинской теорией нации и национальных отношений. Эта теория детально разработана В. И. Лениным, который дал глубокое научное обоснование программы и политики Коммунистической партии по национальному вопросу. Успешное разрешение национального вопроса в СССР представляет собой самое убедительное, неоспоримое практическое подтверждение правильности марксистско- ленинской теории нации и национальных отношений.

Рассмотрим, какие же аргументы выдвигают те авторы, которые прямо или косвенно ставят вопрос о необходимости обязательного пересмотра упомянутого выше определения нации. Известный советский этнограф С. А. Токарев в статье "Проблема типов этнических общностей", опубликованной незадолго до начала дискуссии на страницах "Вопросов истории"⁵ , но тематически примыкающей к ней, вольно или невольно подводит читателя к выводу, что у нас нет ни научной теории нации, ни определения понятия "нация". Процесс формирования наций, писал он, в каждой стране протекал по- своему, в различных условиях и в разное время. Необходимо исследовать конкретно "этот процесс в каждой стране в отдельности и уже тогда, обобщая наблюдения, сделать общие выводы о формировании нации в новой Европе. Кроме того, изучить историю образования европейских наций ещё далеко недостаточно. Очень важно исследовать, как протекал процесс формирования наций в странах Англосаксонской и Латинской Америки, в странах Азии, как он протекает на наших глазах в Африке и в некоторых из стран той же Азии и Латинской Америки. Лишь после этого у нас в руках будет действительно полный фактический материал для научного марксистского обоснования "теории нации"⁶ . Оказывается, что у нас пока нет научного марксистского обоснования теории нации, ее еще нужно создать!

Тщательное и всестороннее изучение конкретных явлений и процессов, как известно, - одно из важных условий марксистско-ленинского научного исследования любого социального объекта. Однако это не означает, что научное определение того или иного социального явления возможно только в результате конкретного изучения всех существовавших и существующих, отдельно взятых, однотипных явлений. При таком условии было бы невозможно самое даже элементарное научное определение. Последнее охватывает лишь главные, типичные черты или признаки и не исключает наличия своеобразий в каждом отдельном случае, во второстепенных вопросах. Поэтому методологически ошибочным, на наш взгляд, является положение о том, что определение нации может иметь место только в итоге конкретного изучения процессов формирования всех отдельно взятых наций мира. По существу, такой эмпиризм исключает возможность научных определений и сводит к нулю их значение.

С. А. Токарев считает вообще неправомерным определять любую этническую общность, в том числе и нацию, как совокупность непременных обязательных признаков. Общность языка и территории он относит к самым важным этническим признакам, однако заявляет, что даже эти признаки вовсе не обязательны. В качестве доказательства С. А. Токарев ссылается на то, что нередко несколько различных народов говорят на одном и том же языке. Но подобные "доказательства" ничего не доказывают. Разве оттого, что несколько наций говорят на одном и

⁵ См. "Вопросы философии", 1964. N 11.

⁶ Там же, стр. 51.

том же языке, исключается наличие у каждой из этих наций общности языка? Одна нация отличается от другой не каким-либо отдельно взятым признаком, а совокупностью всех таких признаков.

Что касается общности территории, то и ее автор не считает признаком нации, приводя факты, свидетельствующие о территориальной разобщенности одной и той же нации (при этом он ссылается на армян, евреев, цыган и т. д.). Но эти факты вовсе не доказывают, что может существовать какая-либо нация без территориальной общности. Если какая-либо нация оказывается разделенной территориально, национальные черты и особенности у ее разобщенных друг от друга частей не исчезают сразу. Нужно очень длительное время для того, чтобы произошла полная ассимиляция рассеянных частей той или иной нации с теми нациями, в среде которых они проживают. К тому же особое значение имеет более или менее компактное расселение этих разобщенных частей нации. Так, значительная часть армян, рассеянных по многим странам мира в результате массового кровавого избиения населения Турецкой Армении, организованного султанским правительством (в 1895 - 1896 гг. и 1915 - 1916 гг.), расселилась более или менее компактно. Это обстоятельство, а также и то, что со времени насильственного расселения прошло сравнительно немного лет, объясняют сохранение армянами основных национальных черт и языка. Но следует помнить, что немало выходцев из армян, проживавших длительное время в разных странах, ассимилировалось с теми национальностями, среди которых они поселились. Ссылка С. А. Токарева на евреев также ничего не доказывает, так как единой еврейской нации не существует. Преобладающее большинство евреев не только в СССР, но и в других (в том числе и капиталистических) странах в значительной степени ассимилировалось с другими нациями, в среде которых они на протяжении нескольких поколений проживали. Цыгане в своем большинстве тоже либо ассимилировались, либо находятся в процессе ассимиляции с другими нациями. Но у цыган (как и некоторых других народностей) этот процесс в капиталистических странах тормозится вследствие дискриминационных мер.

Общность территории как обязательный признак нации не исчезает и в тех случаях, когда на территории, занятой той или иной нацией, расселяются представители других наций. В Советском Союзе, например, в результате развития тесной взаимосвязи и взаимопомощи народов, в ходе строительства коммунизма происходит заметная миграция населения и рост многонациональности республик. Но это нисколько не нарушает свободного национального развития народов и их территориальной общности.

С. А. Токарев отвергает обязательность и другого признака нации - общность экономической жизни, которая, по его мнению, является "очень расплывчатой" и границы которой редко совпадают с этническими. Он ссылается на то, что между соседними народами (нациями) часто не существует резкой экономической границы. К тому же в пределах одного народа (нации) нередко выступают значительные хозяйственные и культурные различия между его частями. Здесь С. А. Токарев, на наш взгляд, также заблуждается. Отсутствие резких различий в экономической жизни двух (или нескольких) наций не исключает того, что каждая из них обладает общностью экономической жизни. Эта общность не нарушается вследствие существования некоторого своеобразия в хозяйственной деятельности отдельных территориальных частей данной нации. Что касается общности психического склада как признака нации, то С. А. Токарев отвергает ее без каких-либо аргументов, заявив, что этот признак ничего, кроме тумана, не вносит в определение понятия "нация".

Очень близка к этим взглядам и точка зрения другого этнографа, В. И. Козлова, участника дискуссии на страницах журнала. В статье

"Некоторые проблемы теории нации" В. И. Козлов пишет, что степень разработки теории нации "в настоящее время пока еще не соответствует ее научной и практическо-политической значимости... Трудность разработки теории нации и, в частности, определения понятия "нация" обусловлена главным образом тем обстоятельством, что нация является очень сложным общественным образованием"⁷ . Иными словами, у нас еще нет разработанной теории нации и определения понятия "нация". Такой вывод подтверждается заявлением автора о том, что К. Маркс, Ф. Энгельс и В. И. Ленин лишь заложили основы научной теории нации⁸ .

Ссылаясь на значительное своеобразие в формировании наций в различных странах мира, В. И. Козлов утверждает, что нации "приобрели такие индивидуальные особенности, которые нередко встают почти непреодолимой стеной на пути к широким обобщениям"⁹ . Отвергая общность психического склада в качестве признака нации, он считает также необязательным условием существования нации общность территории и экономической жизни. Экономическая общность "свойственна не столько нации, сколько государству и определяется не национальными, аполитическими границами"¹⁰ , - пишет автор. К некоторым положениям и аргументам, выдвинутым в этой статье, мы позже еще вернемся. Приведем лишь одно место из данной статьи, как бы перекликающееся со статьей С. А. Токарева. "Разработка теории нации и соответствующей дефиниции в настоящее время явно нуждается в крупных монографических исследованиях, основанных на анализе накопленного наукой большого фактического материала (исторического, этнографического, лингвистического и т. д.) и всех высказываний основоположников марксизма-ленинизма"¹¹ . Если бы С. А. Токарев и В, И. Козлов ставили вопрос о необходимости дальнейшего развития и обогащения марксистско-ленинской теории нации, уточнении или внесении в нее некоторых исправлений, дополнений в соответствии с новыми явлениями и процессами в данной области, то против этого трудно было бы возразить. Но эти авторы, по сути дела, говорят о необходимости разработки теории нации заново. С этим уже нельзя согласиться.

Иначе ставят вопрос другие участники дискуссии, Они считают нужным внести изменения и уточнения в определение понятия "нация", высказывают свои соображения по некоторым другим вопросам. П. М. Рогачев и М. А. Свердлин пишут, что определение нации, сформулированное И. В. Сталиным в 1913 г., сыграло в свое время положительную роль в критике программы "культурно- национальной автономии". Однако это определение строилось на исторически ограниченном материале, в основном из жизни европейских наций, и "требует серьезных уточнений (особенно в вопросе о так называемом психическом складе нации) и дополнений с учетом нового в развитии социалистических наций и национальных процессов, связанных с распадом колониальной системы империализма"¹² .

Здесь необходимы некоторые комментарии. Во-первых, из утверждения авторов следует, что известное определение нации сыграло положительную роль лишь в свое время, а значит, свою научную ценность позднее оно утратило. Возникает закономерный вопрос: какой теорией нации руководствовалась и руководствуется наша партия в последующие годы? Во-вторых, если марксистское определение нации, сформули-

⁷ В. И. Козлов. Некоторые проблемы теории нации. "Вопросы истории", 1967, N 1, стр. 88.

⁸ См. там же, стр. 94.

⁹ Там же, стр. 88.

¹⁰ Там же, стр. 94.

¹¹ Там же, стр. 90.

¹² П. М. Рогачев, М. А. Свердлин. О понятии "нация". "Вопросы истории", 1966, N 1, стр. 34.

рованное в 1913 г., является ограниченным потому, что оно базировалось на историческом материале в основном из жизни европейских наций, то не следует ли из этого, что европейские нации отличаются коренным образом от наций азиатских и других? Иначе чем объяснить тот факт, что определение нации, верное в отношении европейских наций, оказывается, по мнению этих авторов, ограниченным, требующим исправлений, дополнений в применении к нациям других районов мира.

Какие же исправления и дополнения предлагают П. М. Рогачев и М. А. Свердлин? Заменить понятие "общность экономической жизни" понятием "устойчивая общность хозяйственной жизни (при наличии рабочего класса)"; вместо "общности психического склада" говорить о "некоторых особенностях психологии"; в качестве обязательных признаков нации ввести "самосознание этнической принадлежности", а также "традиции быта, культуры и освободительной борьбы". Предлагаемое ими определение гласит: "Нация - это исторически сложившаяся общность людей, характеризующаяся устойчивой общностью хозяйственной жизни (при наличии рабочего класса), территории, языка (особенно литературного), самосознания этнической принадлежности, а также некоторых особенностей психологии, традиций быта, культуры и освободительной борьбы"¹³ .

Данное определение нации не улучшает и не обогащает уже известное марксистское определение. Замена "общности экономической жизни" "общностью хозяйственной жизни (при наличии рабочего класса)" в научном отношении вряд ли состоятельна. Необходимость этой замены авторы мотивируют тем, что формула "общность хозяйственной жизни" включает в себя не только политико-экономический, но и экономико-географический смысл. Каждая нация представляет собой нечто особенное в хозяйственном отношении, поэтому-де предлагаемая формула более точно отражает реально существующий признак нации. Но этот довод, по нашему мнению, совершенно неубедителен, так как экономико-географические особенности существуют и внутри крупных наций. Сравним, например, такие районы СССР, как Сибирь, Дальний Восток, Центрально-Черноземная область. Каждый из них имеет свои хозяйственные особенности, и тем не менее русские люди, населяющие эти районы, составляют единую нацию. Ошибочным, на наш взгляд, является предлагаемое П. М. Рогачевым и М. А. Свердлиным дополнение определения нации новым признаком - "самосознание этнической принадлежности", - одобренным М. С. Джунусовым, С. Т. Калтахчяном, В. И. Козловым, Н. А. Тавакаляном. Дело заключается в том, что "самосознание этнической принадлежности" (или национальное самосознание) есть лишь субъективное отражение в сознании человека самого объективного факта существования национальной общности наций. Нельзя субъективное отражение (элемент сознания) превращать в один из основных признаков отражаемого объекта (нации). "Общность психического склада" П. М. Рогачев и М. А. Свердлин заменяют "более точной", по их мнению, формулировкой: "некоторые особенности психологии". Т. Ю. Бурмистрова, критикуя, определение понятия "нация", предложенное М. А. Свердлиным и П. М. Рогачевым, вполне резонно замечает: "Зачем включать в определение нации "некоторые особенности психологии"? Чем термин "некоторые особенности психологии" точнее термина "психический склад"?"¹⁴ . Нам представляется, что эта замена "психического склада" "особенностями психологии" не улучшает и не уточняет данный признак нации. В формулировке И. В. Сталина, уточненной в 1929 г., этот признак характеризуется так: "Общность психического склада, проявляющегося в общности специфических особенностей национальной культуры"¹⁵ . Эта

¹³ Там же, стр. 45.

¹⁴ Т. Ю. Бурмистрова. Указ. соч., стр. 107.

¹⁵ И. В. Сталин. Соч. Т. 11, стр. 333.

формулировка устраняет недостаток определения, данного в 1913 г. где говорится вообще об "общности культуры"¹⁶ . Но в формулировке этого признака нации требуется, по нашему мнению, еще одно уточнение: замена "общности психического склада" "общими чертами национального характера". Автору этих строк уже приходилось выступать с такой формулировкой указанного признака нации: "Общие черты национального характера, проявляющиеся в национальных особенностях культуры и быта нации"¹⁷ .

Другие дополнения, предлагаемые П. М. Рогачевым и М. А. Свердлиным в качестве признаков, характеризующих нацию, а именно "традиции быта, культуры и освободительной борьбы", на наш взгляд, излишни. Как можно традиции освободительной борьбы превращать в один из основных признаков нации? Нет каких-то особых, специфически национальных черт в традициях освободительной борьбы; они присущи всем народам и трудящимся классам. Определение "специфические особенности национальной культуры" является, как нам кажется, более точным, чем "традиции (почему только традиции? И все ли традиции? - И. Ц.) быта и культуры".

Следует отметить, что как в статье П. М. Рогачева и М. А. Свердлина, так и в других дискуссионных материалах авторы много пишут о необходимости учета новых фактов, новых явлений в развитии наций, но, к сожалению, очень слабо реализуют это правильное требование. Некоторые статьи изобилуют цитатами. Так, С. Т. Калтахчян, сетовавший на то, что ряд авторов стремится лишь модифицировать существующее определение нации¹⁸ , по существу, не предложил ничего нового, не дал позитивного решения вопроса, отвергнув лишь формулировку известного четвертого признака нации - "общность психического склада". Он пишет: "Если первые три признака в определении И. В. Сталина вытекают из историко-материалистического понимания нации, то четвертый момент: "общность психического склада, проявляющегося в общности культуры", - на наш взгляд, не отражает сущности нации капиталистического общества"¹⁹.

Следует сказать, что почти во всех статьях, опубликованных в ходе дискуссии, не отрицается правомерность включения в той или иной форме в определение нации следующих трех основных признаков: общность экономической жизни, территории и языка.

Какие же определения понятия "нация" предлагают другие авторы дискуссионных статей? М. С. Джунусов, подчеркнув условность и относительность всяких определений, в своем определении понятия "нация" наряду с общностью языка и этнической территории называет также "национальное самосознание и специфические национальные черты культуры и характера". Экономическую общность он не включает в число основных признаков нации, но отмечает, что их развитие происходит "в ходе становления как капиталистических, так и социалистических экономических отношений"²⁰ . С. Т. Калтахчян считает общими признаками нации "экономическую основу жизни, целостность территории, однородность языка и сознание этнической принадлежности"²¹ . М. О. Мнацаканян в число основных признаков нации наряду с общим

¹⁶ И. В. Сталин. Соч. Т. 2, стр. 296.

¹⁷ И. П. Цамерян. Племя, народность, нация как исторические формы общности людей. М. 1963, стр. 10.

¹⁸ С. Т. Калтахчян. К вопросу о понятии "нация". "Вопросы истории", 1966, N 6, стр. 25, см. также его выступление при обсуждении статьи П. М. Рогачева и М. А. Свердлина в редакции журнала ("Вопросы истории", 1966, N 2, стр. 170)-.

¹⁹ С. Т. Калтахчян. Указ. соч., стр. 39. Заметим, что С. Т. Калтахчян определение четвертого признака наций берет в формулировке 1913 г., а не в исправленной более правильной формулировке 1929 года.

²⁰ М. С. Джунусов. Указ. соч., стр. 20.

²¹ С. Т. Калтахчян. Указ. соч., стр. 42.

языком, общей территорией и общими хозяйственными связями вводит также "общее государственное устройство"²² . Т. Ю. Бурмистрова определяет нацию как "социально-этническую общность людей, выраженную в единстве промышленной экономики, территории, письменного языка, характера и культуры"²³ . Н. А. Тавакалян дополняет известные четыре признака пятым - "самосознание этнической принадлежности"²⁴ (В. И. Козлов не дает своего определения нации). Таким образом, мы видим, что в этих определениях без существенных изменений остались два признака нации: общность территории и общность языка.

По вопросу об общности экономической жизни мнения не столь единодушны. М. С. Джунусов пишет об экономических отношениях лишь как об условии возникновения и развития наций²⁵ . С. Т. Калтахчян называет в числе общих признаков нации ее "экономическую основу"²⁶ . М. О. Мнацаканян заменяет экономическую общность термином "общие хозяйственные связи". Т. Ю. Бурмистрова вместо "экономической общности" предлагает "единство промышленной экономики"²⁸ . Все эти предложения, по нашему мнению, нельзя признать удачными. Они не улучшают и не уточняют формулировку важнейшего признака нации - общности экономической жизни. Экономические отношения (капитализма и социализма) представляют собой не только основу и условие формирования и развития наций (как буржуазных, так и социалистических), но и определяющий признак нации, ибо они являются той объективной материальной силой, которая связывает и объединяет нацию в единое целое. Без общности экономической жизни невозможно само существование нации. Если нация оказывается на длительное время разобщенной территориально и экономически, то это неизбежно ведет либо к ассимиляции отколовшейся части нации с другими нациями, либо к формированию новой нации, что имело место с англичанами в Северной Америке. Понятие "общность экономической жизни" нельзя заменить понятием "единство промышленной экономики" по той причине, что термин "промышленная экономика" уже, чем термин "экономическая общность". Ведь и в условиях капитализма и в условиях социализма экономические отношения охватывают не одну только область промышленности. Термин, предлагаемый Т. Ю. Бурмистровой²⁹ , оставляет вне национальной общности все сельскохозяйственное население!

Что касается включения в определение понятия "нация" "специфических национальных черт культуры и характера"³⁰ или "единства... характера и культуры"³¹ , то это требует серьезных уточнений. Национальный характер не следует ставить на одну доску с культурой и отделять от нее, так как он не существует вне культуры нации. Общие для нации особенности или черты характера находят реальное выражение в национальных особенностях ее культуры. Поэтому правильнее данный признак нации формулировать так: "Общие черты национального характера, проявляющиеся в национальных особенностях ее культуры".

Ряд авторов считает государственность одним из признаков нации вообще (М. О. Мнацаканян) или социалистической нации (П. М. Рогачев и М. А. Свердлин, С. Т. Калтахчян). П. Г. Семенов и Т. Ю. Бурмист-

²² М. О. Мнацаканян. Нация и национальная государственность. "Вопросы истории", 1966, N 9, стр. 35.

²³ Т. Ю. Бурмистрова. Указ. соч., стр. 108 - 109.

²⁴ Н. А. Тавакалян. Некоторые вопросы понятия "нация". "Вопросы истории", 1967, N 2, стр. 118.

²⁵ М. С. Джунусов. Указ. соч., стр. 23.

²⁶ . С. Т. Калтахчян. Указ. соч., стр. 42.

²⁷ М. О. Мнацаканян. Указ. соч., стр. 35.

²⁸ Т. Ю. Бурмистрова. Указ. соч., стр. 109.

²⁹ Там же.

³⁰ М. С. Джунусов. Указ. соч., стр. 20.

³¹ Т. Ю. Бурмистрова. Указ. соч., стр. 109.

рова справедливо возражают против этого³² . Рассмотрим, какие же аргументу в пользу данного предложения приводит М. О. Мнацаканян, статья которого в основном посвящена этому вопросу. Ссылаясь на труды основоположников марксизма-ленинизма, автор приходит к выводу: "Таким Образом,,, В. И. Ленин, так же как К. Маркс и Ф. Энгельс, рассматривал национальное государство, во-первых, как важный фактор нормального развития капиталистических экономических отношений, развития внутренних хозяйственных связей, то есть в качестве важного условия формирования наций буржуазного общества; во-вторых, как составной элемент нации, ее признак"³³ . Этот вывод правилен лишь в первой своей части. Как в приведенной автором цитате, так и в других высказываниях основоположников марксизма-ленинизма, на которые он ссылается, утверждается, что национальная государственность имеет важное значение для развития капитализма, что образование национальных государств, наиболее удовлетворяющих требованиям современного капитализма, является тенденцией, стремлением национального движения. Именно поэтому типичным, нормальным для капитализма будет образование национального государства³⁴ . Однако из высказываний В. И. Ленина (кстати сказать, как и К. Маркса и Ф. Энгельса) никак нельзя делать вывод, что создание национального государства является непременным условием формирования нации, ни тем более, что оно представляет собою один из неотъемлемых признаков нации. Нигде, ни единым словом В. И. Ленин не утверждал этого. Опыт истории, на который ссылается М. О. Мнацаканян, не подтверждает его точку зрения. Наоборот, исторический материал опровергает концепцию, согласно которой национальная государственность является якобы обязательным признаком нации. Как известно, в условиях царской России многие угнетенные царизмом народы, не имевшие своей государственности (украинцы, белорусы, грузины, армяне, литовцы, латыши, татары и др.) формировались в качестве нации. При социалистическом строе национальная государственность, играющая важную роль во всестороннем развитии социалистических наций и их сближении друг с другом, не является обязательным признаком нации³⁵ .

Мы не можем не остановиться еще на одном вопросе, связанном с определением понятия "нация". М. С. Джунусов в своей интересной статье, рассматривая роль научных определений, чрезмерно подчеркивает их условность, ограниченность и относительность, ссылаясь при этом на высказывания В. И. Ленина³⁶ . Между тем значение научных определений чрезвычайно велико. Ни одна наука, в том числе и общественная, не могла бы продвигаться вперед без научных обобщений, понятий и их определений. В. И. Ленин выступал лишь против "эклектической погони за полным перечнем всех отдельных признаков и отдельных "факторов", против "бессмысленной попытки внести в общее понятие все частные признаки единичных явлений..."³⁷ . Он ни в малейшей степени не умалял значения научных определений. Говоря о понятии "империализм", В. И. Ленин писал: "Не забывая условного и относительного значения всех определений вообще, которые никогда не могут охватить всесторонних связей явления в его полном развитии, следует дать такое определение империализма, которое бы включало следующие пять основных его призна-

³² П. Г. Семенов. Нация и национальная государственность. "Вопросы истории", 1966, N 7, стр. 72 - 73; Т. Ю. Бурмистрова. Указ. соч., стр. 108.

³³ М. О. Мнацаканян. Указ. соч., стр. 29.

³⁴ См. В. И. Ленин. ПСС. Т. 25, стр. 258 - 259.

³⁵ Предложения о включении в определение нации признака "национальное государство" делались и раньше. Мы считаем в основном правильной ту критику, которая была дана И. В. Сталиным по этому вопросу в его работе "Национальный вопрос и ленинизм" (см. И. В. Сталин. Соч. Т. 11, стр. 333 - 335).

³⁶ М. С. Джунусов. Указ. соч., стр. 19 - 21.

³⁷ В. И. Ленин. ПСС. Т. 5, стр. 142.

ков"³⁸ . Тот факт, что каждое явление имеет много сторон и всевозможные связи с другими явлениями, никак не исключает реальной возможности и необходимости научных определений, которые включали бы основные признаки исследуемого явления, в совокупности раскрывающие его сущность. Когда речь идет о научном определении понятия "нация", нельзя утверждать, что таких определений может быть множество. "Чтобы иметь правильное суждение об этих определениях, - пишет М. С. Джунусов, - следует выбрать необходимую "систему отсчета" (? - И. Ц.), выяснить, в каком сложном комплексе явлений учитывается роль и место нации"³⁹ . С этим трудно согласиться. Научное определение нации, раскрывающее ее сущность, показывающее специфику этого социального явления, может быть только одно. Другое дело, что могут быть даны определения разных сторон нации, ее различных связей. Но такого рода определения предназначены играть лишь побочную роль. М. С. Джунусов и другие правильно предостерегают от опасности абсолютизации определений. Но не меньший вред науке наносит релятивизм в этом вопросе, недооценка значения научных определений. В научном исследовании нужно остерегаться как догматизма, так и релятивизма, а борьба с догматизмом отнюдь не означает обязательного отказа от тех марксистских определений, которые выдержали проверку на практике, или замены их во что бы то ни стало новыми определениями и формулами.

С учетом всего того, что было сказано выше, мы предлагаем следующее определение нации. Нация - исторически высшая форма этнической общности людей эпохи капитализма и социализма, характеризующаяся общностью экономической жизни, территории, языка и национального характера, проявляющегося в специфических особенностях ее культуры.

2. Об исторических типах наций

В ходе дискуссии был затронут также вопрос об исторических типах наций. В статье П. М. Рогачева и М. Л. Свердлина "О понятии "нация", а еще раньше в их письме в редакцию журнала "Вопросы философии"⁴⁰ авторы, не отрицая существования двух типов нации, выступают против термина "буржуазная нация". Их аргументация такова: "Характер национальной общности... во многом зависит от буржуазного социально-политического строя. Тем не менее черты господствующего класса, как и черты буржуазного строя, отнюдь не всегда присущи всей нации как таковой. Поэтому понятие "буржуазная нация", широко распространенное в нашей литературе, нельзя абсолютизировать и возводить в тип"⁴¹ . В эпоху восходящего капитализма, когда буржуазия, будучи прогрессивным классом, "олицетворяла нацию", нация действительно являлась буржуазной, пишут П. М. Рогачев и М. А. Свердлин. В современных же условиях резкой поляризации нации, когда монополистическая буржуазия "стала реакционной антинациональной силой", такое определение, на их взгляд, неприемлемо. Авторы предлагают называть эти нации "социально-неоднородными нациями", а социалистические нации - "социально-однородными". Анализируя эту аргументацию, нетрудно увидеть, что П. М. Рогачев и М. А. Свердлин недооценивают того, что критерием объективного существования данного социального явления (нации) служит материальный, экономический фактор. Если мы считаем, что нация - историческая, социальная категория и имеет свою экономическую основу, то тогда должны признать, что исторический тип

³⁸ В. И. Ленин. ПСС. Т. 27, стр. 386.

³⁹ М. С. Джунусов. Указ. соч., стр. 20.

⁴⁰ См. "Вопросы философии", 1964, N 10. .

⁴¹ П. М. Рогачев, М. А. Свердлин. Указ. соч., стр. 45.

нации определяется господствующими в обществе производственными отношениями. Преобладание капиталистических производственных отношений обусловливает и господствующее положение буржуазии в обществе. Именно поэтому в каждой буржуазной нации доминирующее положение занимает буржуазия, ее политика и идеология. (Конечно, господствующее положение буржуазной идеологии нельзя понимать так, будто она является идеологией всех классов, всех членов той или иной нации.) Даже в тех странах, где существуют массовые коммунистические партии, имеющие большое влияние среди рабочих и других трудящихся слоев, все же большинство народа этими партиями еще не завоевано. Разумеется, понятие "буржуазная нация" так же правомерно, как, скажем, понятие "буржуазное общество"⁴² . К тому же понятие "буржуазная нация" вовсе не исключает, а, наоборот, подчеркивает антагонистически противоречивую социальную структуру этой нации. В то же время "социальная неоднородность" свойственна всем классовым антагонистическим формациям, а также переходному периоду от капитализма к социализму. Более того, полная социальная однородность общества будет достигнута лишь при коммунизме. Поэтому понятие "социально-неоднородные нации" весьма неопределенно и расплывчато.

Важное значение для определения перспектив развития социалистических наций и национальных отношений в условиях строительства коммунизма, выяснения места и роли наций в этом строительстве имеет правильное марксистско-ленинское понимание сущности социалистических наций. В марксистских трудах по данному вопросу утвердилось положение о том, что четыре основных признака нации присущи также и социалистическим нациям. Но в процессе формирования наций социалистического типа коренным образом изменилось содержание двух признаков: общности экономической жизни и общности психического склада (или, точнее, национального характера). Два остальных признака не претерпели существенных изменений. Однако отдельные авторы ставят под сомнение наличие этих четырех признаков у социалистических наций. Некоторые считают, что у советских социалистических наций в полной мере сохраняется лишь общность языка, а три других основных признака постепенно угасают. Но подобные утверждения, на наш взгляд, расходятся с действительностью. Каждой социалистической нации присущи не только общность языка, но также и общность экономической жизни, территории и национального характера. С. А. Токарев, В. И. Козлов, М. О. Мнацаканян полагают, что общность экономической жизни как признак социалистической нации означает обязательное отличие экономической (хозяйственной) жизни каждой нации от других наций и наличие у каждой нации своих особых экономических интересов, несвойственных другим нациям⁴³ . Как уже отмечалось, отличительные особенности каждой нации и различие между ними определяются совокупностью всех четырех признаков. Общность экономической жизни каждой социалистической нации обусловлена социалистическим способом производства. Этот признак нации является конкретным выражением определяющей роли экономического строя общества в формировании и развитии социалистической нации. Общность экономической жизни социалистической нации не ограничивается наличием экономических связей между частями (социальными группами, классами) данной нации. Она выступает также как общность коренных экономических интересов всех классов и социальных групп, составляющих данную социалистическую нацию. Это объясняет монолитность, социально- политическое единство каждой социалистической нации, а также единство всех совет-

⁴² К такому же выводу приходят Т. Ю. Бурмистрова (см. Т. Ю. Бурмистрова. Указ. соч., стр. 109) и Н. А. Тавакалян (см. Н. А. Тавакалян. Указ соч., стр. 118 - 119).

⁴³ См. например, В. И. Козлов. Указ. соч., стр. 98.

ских социалистических наций. Все это, конечно, не исключает наличия известных особенностей в хозяйственной жизни отдельных наций.

М. О. Мнацаканян утверждает, что советские социалистические нации утратили такой важный признак, как общность экономической жизни⁴⁴ . С этим нельзя согласиться. Автор, по существу, отрывает друг от друга "интернационализацию хозяйственной общности" (точнее, общность экономической жизни всех советских наций) и общность экономической жизни каждой нации и противопоставляет их. Наличие общесоюзной социалистической экономической общности всех народов СССР, по мнению М. О. Мнацаканяна, исключает возможность существования экономической общности каждой советской нации. В действительности же они находятся в гармоническом единстве, обусловленном самой природой социалистического способа производства. Именно это единство служит экономической основой сплочения советских социалистических наций.

Что касается общности территории, то аргументация тех, кто отрицает наличие этого признака у советских социалистических наций, сводится к тому, что расселение на одной территории представителей нескольких наций якобы тем самым лишает их этого признака. Но от того, что, например, на территории Казахской ССР проживают ныне не одни только казахи, но также и русские, украинцы, представители многих других наций, не исчезает территориальная общность казахской нации.

Сохраняется у социалистических наций и такой признак, как общность психического склада или национального характера, проявляющаяся в национальных особенностях культуры каждой нации, в своеобразии ее быта, исторических традициях и т. д. При этом нужно учесть, что те или иные черты национального характера не являются достоянием только одной какой-либо нации. Поэтому представляются ошибочными всякого рода попытки приписывать их исключительно одной какой-то нации. Кроме того, в условиях советского социалистического строя, в процессе братского сотрудничества и взаимопомощи социалистических наций возникают общие черты характера, духовного облика советских наций. Однако процесс сближения наций не означает исчезновения национальных различий; он способствует все большему обогащению и расцвету национальных культур.

Рассматривая содержание всех признаков советских социалистических наций, мы видим, что среди них нет ни одного, который противопоставлял бы одну нацию другой или служил бы источником непримиримых противоречий между ними. Таким образом, можно сделать вывод, что сейчас еще рано говорить об "угасании" каких-либо основных признаков у социалистических наций. На наш взгляд, ни один из них не исчезает и никаких новых признаков у социалистических наций не возникает. Их отличие от буржуазных наций состоит в том, что основные признаки нации имеют иное социальное содержание.

Поэтому нельзя согласиться с предлагаемым П. М. Рогачевым и М. А. Свердлиным определением⁴⁵ , и неприемлемо оно по следующим причинам: в нем отсутствует такой важный признак нации, как общность языка. Общность территории заменена признаком, вовсе не обязательным для всех социалистических наций, - национальной государственностью. Нельзя безоговорочно утверждать, что существует социальная однородность социалистических наций. "Общность экономических интересов" - это выражение общности экономической жизни социалистических

⁴⁴ М. О. Мнацаканян. Указ. соч., стр. 35.

⁴⁵ "Социалистические нации - это такие нации, которые отличаются социальной однородностью, общностью экономических интересов, наличием национальной государственности, общностью судьбы, единством культуры и духовного облика, интернационалистическим мировоззрением всех социальных слоев" (П. М. Рогачёв, М. А. Свердлин. Указ. соч., стр. 47).

наций. Поэтому именно общность экономической жизни является основным признаком социалистических наций. "Общность судьбы" нельзя назвать научным определением признака нации, так как этот термин имеет в лучшем случае литературно-художественный смысл и характер. Что касается "единства культуры, духовного облика, интернационалистического мировоззрения всех социальных слоев", то, на наш взгляд, положительное содержание этих действительно свойственных социалистическим нациям черт более точно и лаконично выражено в формуле четвертого признака нации: "Общность национального характера, проявляющегося в общности культуры и духовного облика".

П. М. Рогачев и М. А. Свердлин в своей статье высказали интересную мысль о том, что, кроме двух исторических типов нации, следует признать существование наций переходного типа⁴⁶ . Соглашаясь с этим положением, вместе с тем необходимо отметить неправомерность слишком широкого понимания переходного типа нации. Не все формирующиеся в условиях освободительной борьбы нации следует считать переходными, а лишь те, которые становятся на некапиталистический путь развития.

3. Нация и национальная государственность

Вопросам соотношения нации и национальной государственности посвящены опубликованные в ходе дискуссии статьи П. Г. Семенова и М. О. Мнацаканяна. Ряд положений этих статей вызывает основательные возражения.

П. Г. Семенов справедливо отвергает точку зрения М. А. Свердлина и П. М. Рогачева, согласно которой национальная государственность - один из обязательных признаков социалистической нации. Однако ход рассуждений автора, его аргументация не могут быть признаны правильными. Вот что пишет П. Г. Семенов: "Во-первых, она (точка зрения П. М. Рогачева, М. А. Свердлина - И. Ц.) исходит из неверного, на наш взгляд, предположения, что советская национальная государственность- это непосредственное производное самого факта многонациональности населения (одна сторона вопроса, обращенная к прошлому). И, во-вторых, она предопределяет столь же ошибочную, по нашему мнению, оценку перспектив развития советской национальной государственности, которое якобы должно и впредь проходить параллельно и в одном направлении с развитием советских социалистических наций (другая сторона вопроса о соотношении нации и национальной государственности в СССР, обращенная к будущему)"⁴⁷ . Далее автор критикует высказывания Д. И. Чеснокова, С. М. Равина и других за то, что они видят связь между наличием "многих национально-государственных единиц" в составе СССР и многонациональным составом его населения. П. Г. Семенов же рассуждает так: население России было многонациональным и в дооктябрьский период. Однако В. И, Ленин и большевистская партия до Великой Октябрьской социалистической революции не выдвигали федеративного принципа устройства государства. Только после Октября 1917 г. был выдвинут этот принцип. "Стало быть, - пишет он, - этот курс (на федерацию. - И. Ц.) объективно не мог быть продиктован фактором многонациональности населения величиной, которая оставалась неизменной"⁴⁸ , По логике этого рассуждения выходит, что нет закономерной связи между существованием нескольких десятков советских национально-государственных образований и многонациональностью населения

⁴⁶ Там же.

⁴⁷ П. Г. Семенов. Указ. соч., стр. 73.

⁴⁸ Там же.

СССР. Следовательно, эти национально-государственные образования могли иметь место и в стране однонациональной.

П. Г. Семенов утверждает, что В. И. Ленин и большевистская партия не выдвигали до Великого Октября не только принцип федерации, но также и идею национально-территориальной автономии. Требование областной автономии, вошедшее в резолюцию Поронинского совещания ЦК РСДРП (б) (1913 г.), многократные ленинские высказывания о необходимости областной автономии не равнозначны, по мнению П. Г. Семенова, требованию национально-территориальной автономии. Обратимся к этим источникам. В резолюции Поронинского совещания и в ряде других работ В. И. Ленина указывается, что областная автономия должна создаваться на основе учета хозяйственных, бытовых условий и национального состава населения. В "Проекте закона о равноправии наций и о защите прав национальных меньшинств" В. И. Ленин писал: "Местное самоуправление вводится во всех без исключения местностях государства на основе всеобщего, прямого, равного и закрытого голосования с пропорциональным представительством, причем совокупность местностей, отличающихся особыми географическими, бытовыми или хозяйственными условиями или особым национальным составом населения, вправе образовывать автономные области с автономными областными сеймами"⁴⁹ . Из этих слов следует, что областная автономия предназначалась не для всех областей государства (как утверждает П. Г. Семенов), а только для местностей, отличающихся особыми географическими, бытовыми или хозяйственными условиями или особым национальным составом населения. Поэтому вызывает возражение другая мысль П. Г. Семенова, будто критерии областной автономии идентичны принципам "административно- территориальной организации государства в целом"⁵⁰ . Выдвигая требование областной автономии, В. И. Ленин и большевистская партия имели в виду и национально-территориальную автономию как один из важнейших видов областной автономии. Поэтому в той же мере, в какой областная автономия представляла собой программное требование большевистской партии, таким же требованием являлась "национально-территориальная автономия". Не случайно, что вопрос об областной автономии В. И. Ленин рассматривал всегда в связи с национальным вопросом.

П. Г. Семенов пишет, что "в силу ряда причин (каких именно, это остается неизвестным. - Я. Ц.) термин "автономия" в настоящее время употребляется в советском государственном строительстве лишь для характеристики правового статуса национально-территориальных образований"⁵¹ . По сути дела, все местные Советы в нашем государстве также являются автономиями, утверждает он. П. Г. Семенов при этом не объясняет такой вопрос: если все административно-территориальные единицы в Советском Союзе по существу автономны, то чем же отличаются от них национально-территориальные автономии? Далее П. Г. Семенов говорит, что "тезис о национальной государственности как признаке социалистической нации, неразрывно связан с неверными представлениями о перспективах советского национально-государственного строительства. Поскольку при социализме и в период строительства коммунизма советские нации развиваются по восходящей линии (расцвет наций, укрепление их суверенитета), постольку в этом же направлении и впредь будто бы должна развиваться и советская национальная государственность"⁵² . Эти "неверные представления", по мнению П. Г. Семенова, выражены в работах С. А. Раджабова и автора данной статьи. П. Г. Се-

⁴⁹ В. И. Ленин. ПСС. Т. 25, стр. 135.

⁵⁰ П. Г. Семенов. Указ. соч., стр. 73.

⁵¹ Там же, стр. 76.

⁵² Там же, стр. 78.

менов цитирует и пересказывает то место из моей книги "Советское многонациональное государство, его особенности и пути развития", где говорится о связи между экономическим, политическим и культурным развитием социалистических наций и развитием их национальной советской государственности, переходом от одной формы этой государственности к другой, более высокой⁵³ . Посмотрим смысл этих положений и что же в действительности написано в моей книге.

Рассматривая формы национальной советской государственности, выработанные на опыте советского государственного строительства, я отмечаю, что эти формы являются весьма гибкими и отражают все разнообразие особенностей народов СССР. Они обеспечивают возможности для их экономического, политического и культурного развития и перехода от одной формы советской государственности к другой, более высокой. Приводится ряд фактов, примеров, рассказывающих об опыте национально-советского государственного строительства, показывающих, как в результате развития тех или иных социалистических наций или народностей изменялись и формы их национальной государственности. Далее в книге говорится: "Переход от одной формы советской государственности к другой, более высокой, обусловлен не только экономическим, политическим и культурным ростом национальности, представленной в данной автономии., но и многими другими условиями. Например, одним из необходимых условий преобразования национального округа в автономную область является наличие известного минимума населения в округе, а также более или менее значительный удельный вес в составе его населения коренной национальности, давшей имя округу. Так, численность населения почти всех существующих автономных областей составляет не менее 100 тыс. человек"⁵⁴ . Дальше идет речь об условиях, необходимых для перехода от автономной области к автономной республике и от автономной республики к союзной. Здесь же подчеркивается, что нельзя считать, будто все советские нации, имеющие национальную государственность в форме союзной республики, стоят выше по уровню своего экономического, политического и культурного развития, чем те нации, которые обладают государственностью в форме автономной советской республики. "Автоматического, механического соответствия между формами государственного устройства и уровнем экономического, политического и культурного развития национальностей нет"⁵⁵ . И если у советской нации отсутствуют условия, необходимые для преобразования в союзную республику, то она может достигнуть наиболее высокого уровня своего развития и иметь советскую государственность и в форме автономной республики. П. Г. Семенов истолковывает эти положения по-иному, неправильно. Он неправомерно утверждает, что в книге защищаются взгляды, согласно которым дальнейшее прогрессивное развитие советских наций должно вести обязательно к переходу их национальной государственности от "низших" к "высшим" формам⁵⁶ .

П. Г. Семенов считает, что существование национальной советской государственности (и советской федерации) зависит от решения национального вопроса. Он пишет, что широкое использование в советском государственном строительстве национальной государственности и федерации "непосредственно обусловлено именно таким наследием царского самодержавия, как национальный вопрос"⁵⁷ . Следовательно, после успешного решения национального вопроса отпадает и надобность в советской федерации, в национальной государственности. В заключение

⁵³ См. И. П. Цамерян. Советское многонациональное государство, его особенности и пути развития. М. 1958, стр. 145 - 147.

⁵⁴ Там же, стр. 146.

⁵⁵ Там же, стр. 147.

⁵⁶ П. Г. Семенов. Указ. соч., стр. 78 и сл.

⁵⁷ Там же, стр. 80.

П. Г. Семенов заявляет, что отмирание национальной государственности - "долгий, длительный процесс". Но это не согласуется с основными посылками его концепции. Из нее логически вытекает, что национальная советская государственность становится ненужной в условиях, когда успешно разрешен национальный вопрос: ликвидированы фактическое неравенство наций, национальная вражда и недоверие, создана крепкая братская дружба народов СССР.

Итак, П. Г. Семенов утверждает, что: 1) существование национальной государственности в СССР обусловлено неразрешенностью до настоящего времени национального вопроси; 2) национальная государственность в СССР в период строительства коммунизма не развивается (не прогрессирует), а затухает. Эта концепция расходится с действительностью. Не затухание, а полное использование и дальнейшее совершенствование национальной государственности народов, всемерное укрепление Союза ССР является одной из важнейших задач партии в области национальных отношений⁵⁸ . П. Т. Семенов не приемлет того факта, что национальная государственность народов нашей страны органически неразрывна со всей системой Советского социалистического многонационального государства. Советская федерация, национальная советская государственность будут существовать, развиваться и совершенствоваться вплоть до преобразования Советского государства в коммунистическое общественное самоуправление. После победы коммунизма национальные различия еще долго будут существовать, а социалистические нации преобразуются в коммунистические. Можно предположить, что это найдет отражение и в органах коммунистического общественного самоуправления, пока не произойдет полного слияния наций. Так, на мой взгляд, обстоит дело с взаимоотношениями нации и национальной государственности в СССР. Что касается статьи М. О. Мнацаканяна, то по ряду выдвинутых автором положений мы уже высказывались выше. Остановимся лишь на одном вопросе, затронутом в этой статье. М. О. Мнацаканян пишет: "В жизни нации как при капитализме, так и при социализме действует единый закон, сформулированный В. И. Лениным"⁵⁹ . В примечании к этим словам автор ссылается на статью П. М. Рогачева и М. А. Свердлина "О действии закона развития национальных отношений при капитализме и при социализме", опубликованной в "Философских науках" (1964, N 2). М. О. Мнацаканян, на наш взгляд, не прав в своей трактовке высказывания В. И. Ленина. П. М. Рогачев и М. А. Свердлин, комментируя известное ленинское положение о двух тенденциях в национальном вопросе в эпоху капитализма, заключают, что эти тенденции (а следовательно, и соответствующий им закон) действуют и в социалистическом обществе. В. И. Ленин считал, что первая тенденция означает "пробуждение национальной жизни и национальных движений, борьбу против всякого национального гнета, создание национальных государств"⁶⁰ . П. М. Рогачев и М. А. Свердлин, недооценивая конкретно-историческое содержание этой тенденции, сводят ее к развитию национально-специфических черт и национальной самостоятельности. О второй тенденции В. И. Ленин писал: "Развитие и учащение всяческих сношений между нациями, ломка национальных перегородок, создание интернационального единства капитала, экономической жизни вообще, политики, науки и т. д.". П. М. Рогачев и М. А. Свердлин истолковывают эту тенденцию как интернационализацию общественной жизни в целом, обходя тот факт, что конкретно-историческим содержанием этой тенденции является интернационализация капитала, экономической жизни и т. д. насильственными способами, путем колониального и национального

⁵⁸ См. "Программа Коммунистической партии Советского Союза". М. 1961, стр. 114.

⁵⁹ М. О. Мнацаканян. Указ. соч., стр. 36.

⁶⁰ В. И. Ленин. ПСС. Т. 24, стр. 124.

гнета. Характеризуя эти две тенденции, В. И. Ленин заключал: "Обе тенденции суть мировой закон капитализма". П. М. Рогачев и М. А. Свердлин опускают конкретно-историческое содержание ленинского положения о двух тенденциях и говорят о существовании общего для капитализма и социализма закона национальных отношений.

Процесс развития наций и национальных отношений при капитализме качественно отличается от их развития в условиях социализма. Именно поэтому в корне разнятся друг от друга и законы развития наций и национальных отношений в этих обществах. Отвергая положение о том, что существует якобы общий закон развития национальных отношений в условиях капитализма и социализма, как ошибочное, мы, однако, не отрицаем наличия исторической связи, преемственности между процессами (и тенденциями) развития наций в этих обществах. Но мы высказываемся против гипертрофирования этой связи и преемственности и превращения ее в "общий закон".

Законом развития наций и национальных отношений в социалистическом обществе являются расцвет и сближение равноправных и свободных наций, происходящие на основе их дружественного сотрудничества и братской взаимопомощи.

Публикатор:

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Найденный поисковым роботом источник:

Автор(ы) публикации - И. П. ЦАМЕРЯН:

Комментарии: