Нравственный гомеостаз - основа социального здоровья

Добродетели нельзя разучиться.

Луций Анней Сенека

Что, собственно, меня как гражданина страны, как участника деловой, политической и культурной жизни, в этой теме волнует? То же, что и многих... Меня волнует ощущение того, что наше общество морально деградирует, что общественные нравы падают, а нормы размываются.

Я не могу, например, принять употребление нецензурной лексики в обычном каждодневном общении без учета половых и возрастных отличий, без учета обстоятельств места и времени. Я не могу принять в качестве нормы такую свободу сексуальных отношений, которую я считаю половой распущенностью и безответственностью. Мне не нравится, что школы и детские сады вынуждены держать охранников. Мне не нравится, что в общественном транспорте не уступают места старикам. Мне не нравится...

Да много чего еще мне не нравится. И не только мне: "Низкое -поведение, жаргон, стиль, вкусы -стало престижным. "Моральная неустойчивость" теперь переведена в ранг сверхдостоинства и именуется внутренней раскрепощенностью, освобождением от комплексов. Детей призывают "стучать" на родителей и педагогов омбудсмену - уполномоченному по правам ребенка. Ловкачество тоже многими одобряется. Про таких людей говорят: "умеет устроиться", "умеет жить", "молодец, вовремя подсуетился". Стыд объявлен пещерным предрассудком. Совесть же все больше упоминается не сама по себе, а в правозащитной идиоме "свобода совести"¹. Но мне скажут: это все мелочи. Раздражающие, но мелочи, относящиеся в основном к области правил поведения. А что касается опасений по поводу морали, то скажут, что это я сам "морально устарел", не успеваю за прогрессом. Если же говорить не о бытовом поведении, а о "прогрессе", то мою обеспокоенность и тревогу за будущее вызывает движение к таким вот "высшим ценностям":

- мораль - самоутешение раба;

- секс - простое и доступное удовольствие;

- свобода - это защита прав, но не обязанностей;

- богатство - мерило успеха;

- бедный - дурак;

- богатый - умный;

- реформа - это разрушение;

- прогресс - это рост потребления;

- патриотизм - прибежище негодяев;

- музыка - это пять нот и два ритма;

- изобразительное искусство - это "концептуальные" и "актуальные" инсталляции;

- литература - это хорошо продаваемые тексты;

- наука и культура - это то, подо что можно неплохо "пилить" госбюджет.

Навязываются ли эти ценностные нормы обществу? Да, навязываются. Навязываются и соответствующие нравственные нормы, призванные эти "ценности" охранять и придавать им ореол моральной чистоты. Движутся ли в этом направлении (пока еще отличающиеся) нормы большинства? Да, движутся.

Так что же это - вечный, во все времена одинаковый, регулярно повторяющийся "конфликт поколений" или помимо социальной диалектики есть и нечто более существенное? Как научиться отли-

Тема в близкой формулировке была предложена Виталием Третьяковым в качестве предмета обсуждения в его авторской телевизионной программе "Что делать? Философские беседы" на канале "Культура".

чать "вековые колебания" от тревожных и опасных тенденций современного мне общества, раздражающие мелочи - от гибельного следования ложными путями к ложным целям? Что нужно знать приверженцам одних нравственных норм о приверженцах другим нормам? Что надо знать богатым о бедных, молодым о старых, образованным о необразованных, атеистам о религиозных, христианам о мусульманах, русским о нерусских и т.д., чтобы их неизбежная совместная жизнь и взаимодействие были более гармоничными? Что должны знать политики, чтобы все это нравственное разнообразие приводить в гармоническое взаимодействие, не допускать социальной вражды, порождаемой конфликтом нравственных норм?

Попробуем хоть немного в этом разобраться, поскольку только глубоко исследованная и широко, массово понимаемая природа и динамика общественных нравственных норм могут дать надежду на целенаправленное поддержание общественной нравственности на желаемом уровне. Все прочее - стихия, борьба без правил, в которой безнравственность побеждает нравственность.

Что говорят социологи

Во все времена и у всех народов падение общественной нравственности вызывало опасения, лучшие умы человечества погружались в эту проблематику и высказывали множество суждений принципиальной важности, все религии мира проблемам морали уделяли самое пристальное внимание, а в сфере рационального знания сформировалась целая наука - этика, наука о морали. Но только с появлением социологии появилась возможность посмотреть на ситуацию более или менее объективно.

Вот данные опросов ВЦИОМа 2007 года, имеющих отношение к теме общественных нравов².

Первое. Отношение к таким словам-символам, как "порядок", "собственность", "социализм", "бизнес" и др.³.

Наиболее позитивно общественным мнением воспринимаются понятия: "порядок" (58% положительных отзывов) и "справедливость" (49%), а также "стабильность", "достаток", "свобода", "патриотизм" (35 - 38%), "русские", "права человека", "труд", "успех" (31 - 34%). Отрицательные эмоции эти слова-символы вызывают не более чем у 3% опрошенных. Понятия "социализм", "коммунизм", "СССР" для респондентов старшего возраста имеют большее значение, чем для молодежи. Они вызывают положительные эмоции у 3 - 5% опрошенных 18 - 24 лет и 14 - 25% респондентов 60 лет и старше. Для старших поколений также более значимы, чем для молодежи, понятия "справедливость", "труд", "патриотизм". Но менее важны символы "русские", "свобода", "достаток", "богатство", "собственность", "бизнес", "успех", "комфорт", "прогресс". Наиболее негативно россияне воспринимают понятия: "элита" (41%), "нерусские", "капитализм", "революция", "Запад" (23 - 29%).

Второе. Хотели бы россияне жить в обществе социального равенства и достижимо ли оно в принципе?'¹

Равны ли люди от рождения? Мнения на этот счет разделились практически поровну. 47% опрошенных полагают, что люди рождаются равными, а неравными их делают социальное окружение и общество в целом. 49% придерживаются прямо противоположной точки зрения - на их взгляд, люди рождаются неравными, имеют принципиально разные способности, таланты и стартовые возможности. При этом россияне в возрасте до 35 лет склоняются к "либеральной" идее изначального неравенства людей (55 - 56% против 42%), а опрошенные в возрасте 60 лет и старше - к "социалистической" идее об изначальном равенстве всех людей (53% против 40%).

Почти две трети россиян (60%) склоняются к мнению, что социальное равенство в принципе недостижимо, ведь люди обладают разными возможностями, способностями, талантами. В реализуемость принципа социального равенства верят меньше трети респондентов (29%). В то же время две трети россиян (63%) хотели бы жить в обществе социального равенства.

Третье. Как с точки зрения россиян изменились качества наших сограждан и морально-нравственный климат в обществе⁵.

За последние 10 - 15 лет россияне стали более циничными (полагают 54% опрошенных, в то время как 14% считают, что менее циничными) и более образованными (43% против 34%), но менее честными (66% против 9%), менее душевными (62% против 10%), менее доброжелательными (63% против 11%), менее искренними (63% против 9%), менее бескорыстными (67% против 8%), менее патриотичными (60% против 17%).

По мнению респондентов, ослабли и такие качества, как взаимное доверие (65% против 9%), верность товарищам (49% против 12%), способность к сотрудничеству (35% против 27%), трудолюбие (43% против 30%). Относительно активности, инициативности окружающих людей мнения неоднозначные: 35% полагают, что эти качества усилились, и немногим большее число опрошенных (40%) считают, что они ослабли. По сравнению с 2005 годом несколько увеличилась доля тех, которые считают, что усиливаются активность и инициативность наших сограждан (с 30% до 35%), их образованность (с 37% до 43%) и трудолюбие (с 25% до 30%).

Морально-нравственный климат в обществе в целом за последние годы изменился в худшую сторону,

отмечает большинство респондентов (61%). На позитивные сдвиги указывают 15% опрошенных, и 18% не фиксируют изменений. За два года возросла доля тех, которые считают, что положение дел улучшилось (с 7% до 15%), и уменьшился процент тех, которые отмечают ухудшение (с 79% до 61%).

Основные нормы морали не подвержены влиянию времени, они всегда актуальны, полагают 60% россиян. Напротив, 35% опрошенных считают, что многие моральные нормы сегодня устарели. Первая точка зрения доминирует во всех возрастных группах, за исключением самой молодой (18 - 24 лет). Еще два года назад оба суждения имели практически одинаковое число сторонников (по 47 - 48%), сейчас очевиден крен в сторону неизменности моральных принципов.

"Я лучше не добьюсь успеха в жизни, но никогда не переступлю через моральные принципы и нормы" - этим тезисом руководствуются 55% опрошенных. А 35% респондентов отмечают, что для достижения успеха иногда приходится нарушать моральные принципы. Среди опрошенных до 35 лет преобладает мнение, что ради успеха можно переступать через нормы морали, в группах старше 35 лет больше тех, для кого соблюдение норм морали важнее успеха в жизни. В 2005 году "прагматиков", готовых нарушить моральные нормы, было чуть больше - 40%.

Четвертое. Какие поступки и явления россияне считают недопустимыми и как, с точки зрения опрошенных, государство и общество должны реагировать на эти поступки⁶.

Самыми аморальными поступками общественному мнению представляются: употребление наркотиков (92% опрошенных), плохое воспитание детей, заброшенность и беспризорность (91%), жестокое обращение с животными (82%). Большинство респондентов не находят оправдания таким поступкам и явлениям, как пьянство (82%), хамство, грубость, нецензурная брань (76%), обогащение за счет других (74%), проституция (72%), публичное проявление неприязни к представителям других национальностей (68%), дача и получение взятки (66%), деловая необязательность (62%), уклонение от уплаты налогов

(61%), гомосексуализм (56%). Каждый второй опрошенный категорически осуждает уклонение от службы в армии (49%), присвоение найденных вещей, денег (48%), супружескую измену (46%), сопротивление милиции (45%). Существенно реже респонденты проявляют нетерпимость к безбилетному проезду в общественном транспорте (35%), а также к абортам (29%).

По сравнению с 2005 годом отношение россиян к этим поступкам и явлениям в основном сохранилось. При этом возросла доля тех, которые осуждают взяточничество (с 62% до 66%), уклонение от уплаты налогов (с 54% до 61%), уклонение от службы в армии (с 40% до 49%), сопротивление милиции (с 40% до 45%), а также хамство, брань (с 71% до 76%).

Среди этих поступков наиболее распространены пьянство (64%), хамство, грубость, брань (52%). Около трети опрошенных (36 - 37%) довольно характерными явлениями считают употребление наркотиков, обогащение за счет других, взяточничество, плохое воспитание детей, заброшенность и беспризорность. К поступкам, встречающимся нечасто, россияне, как правило (39 - 41%), относят жестокое обращение с животными, деловую необязательность, уклонение от службы в армии, безбилетный проезд в общественном транспорте, публичное проявление национальной нетерпимости. К крайне редким явлениям общественное мнение причисляет гомосексуализм (38%).

Частным делом каждого человека, в которое государство и общество не должны вмешиваться, значительная часть опрошенных считают аборт (55%), супружескую измену (51%), а также гомосексуализм (34%). За два года число отметивших в этом ряду аборты снизилось на 5%. Немало и тех, которые полагают, что эти поступки должны быть предметом общественного порицания (18 - 27%). Общественное мнение склоняется к тому, что уголовно наказуемым должны быть плохое воспитание, безнадзорность детей (49%), плохой уход за больными, престарелыми, инвалидами (35%). За все остальные перечисленные поступки лучше всего наказывать штрафом.

Приведенные данные достаточно красноречивы и подтверждают наши интуитивные и эмоциональные опасения, наше ощущение падения нравов. В то же время эти данные дают основания считать, что если не состояние морали, то сами моральные принципы в обществе высоки, что критерии добра и зла не изменились, что люди неравнодушны к распространению пороков, осуждают их.

В чем же дело?

Что говорят философы

Философы дольше, чем кто-либо, изучают проблемы морали. Одна из древнейших наук, ставшая частью современной философии, -этика, наука о морали. К сожалению, однако, большая часть знаний о морали, добытая учеными, остается знанием самих ученых. Прямого влияния на общественную жизнь эти размышления и факты, представленные в форме научных статей, социологических опросов и т.п., оказывают драматически мало. Их не читает широкая публика, ими не пользуются - по крайней мере во благо - и влиятельные политические и экономические силы. Научное - философское и социологическое - знание о морали пока не стало фактором, улучшающим общественные нравы. Философы философствуют или ретиво обслуживают очередной передел собственности, придавая ему флер естественного хода вещей. Попытки политиков, публицистов, педагогов и пр. обратиться за поиском истины к сокровищнице философских научных знаний наталкиваются или на трудно преодолимую преграду специфической терминологии, или на еще более опасную вещь: неразбериху и путаницу в понятиях и терминах в пределах самого научного информационного поля.

Если использовать понятия "мораль" и "нравственность" как синонимы (а мы это видим в большинстве философских работ, посвященных проблемам этики), ускользает возможность извлечь практическую пользу для дня сегодняшнего. Попытки философски осмыслить очевидное изменение общественных нравов без различения понятий "нравственность" и "мораль" с неизбежностью приводят к признанию подвижности не только нравов, но и моральных норм. А если моральные нормы изменяются так же быстро, как и общественно-политические состояния общества, то морально оправданно все. Если нет неизменных или очень слабо меняющихся на протяжении столетий моральных норм, возникает ситуация, которую в других понятиях Достоевский обозначил как "без Бога все дозволено".

Что говорит Церковь

То, что и всегда говорила. И с теми же практическими последствиями, что и сто, и тысячу лет назад. Для Церкви в этом вопросе нет неясностей - ни в вопросе о природе морали и отпадений от нее, ни в методах лечения. Религиозные учения и проповеди понятны, общедоступны и общеизвестны. Но в связи с обсуждаемой проблемой необходимо указать на два факта. Первый - далеко не все люди веруют в Бога, еще меньше - в Христа, и совсем уж немногие следуют нормам христианской нравственности. Второй - эффективность влияния религиозных моральных норм и принципов на нравственность "внецерковной", "внерелигиозной" части общества невелика, чтобы не сказать удручающе мала. Если к настоятельным рекомендациям Церкви "жить праведно" мало прислушиваются не одну сотню лет кряду, то как минимум надо что-то делать еще. Следует также не забывать, что любая религиозная традиция исключает возможность существования атеистического нравственного сознания. Атеизм фактически приравнивается к безнравственности, что весьма затрудняет общественный диалог.

Вред наносит и другая крайность: негативная, уничижительная оценка атеистами религиозного сознания. И это при том, что Церковь - единственный социальный институт, который не покладая рук, денно и нощно проповедует нравственные идеалы, основная часть которых принимается абсолютным большинством. В результате вместо объединения усилий в борьбе за торжество общих нравственных идеалов наблюдаются борьба друг с другом, взаимное ослабление, нравственная дезориентация населения.

Что делать?

Чтобы овладеть явлением, научиться им управлять, надо его изучить, в частности надо его правильно описать. Несмотря на длительную, глубокую и всестороннюю разработку проблем морали, взаимоотношений морали и права, морали и религии и множества других аспектов социальной жизни человека, в массовом сознании и в огромном большинстве выступлений политиков, журналистов, публицистов царят полнейшая неразбериха и путаница. Следствием этого является отсутствие понимания большинством населения природы формирования нравственных норм, нет осознания того, что влияет на нравственные нормы, в чем отличие норм нравственных от норм моральных и т.д. Последнее отличие нам представляется принципиально важным: именно понимание различной природы и оснований морали и нравственности может помочь нам повлиять на эти явления.

Моральные нормы

Мораль и нравственность - это не просто некие правила поведения, позволяющие людям жить друг с другом, не доходя до взаимного уничтожения. Ограничения и правила поведения есть и в стае гиен, и в муравейнике, и в стаде баранов. Животные в своем поведении руководствуются ин-

стинктами, обеспечивающими выживание вида. Люди тоже руководствуется инстинктами, но наряду с инстинктами человек выработал некоторые ограничители поведения, которые мы и называем нормами морали. Человек отличается от животных осознанием самого себя, наличием разума и свободы воли, возникших в результате саморазвития материи, эволюции, скажут ученые-материалисты. Или - в других понятиях - наличием души и религиозной потребности, возникших по воле Божьей, скажут люди религиозные.

С религиозной точки зрения моральные нормы даны человеку или духами ушедших предков, или ответственными за это богами, или, как в иудаизме и христианстве, получены от единого Бога. Бог является источником, основанием морали⁷. В христианском и иудейском мирах происхождение базовых моральных норм описывают в форме передачи Моисею самим Богом десяти заповедей. Моральные нормы христианина не исчерпываются заповедями Моисея, но дополняются осознанием необходимости и возможности духовного перерождения, о чем говорил Иисус Христос в Нагорной проповеди в учении о блаженствах.

Альтернативная точка зрения считает выработку морали следствием естественного отбора, необходимости совместного выживания людей. Нормы морали вырабатываются человечеством в ходе эволюции, это эмпирически найденное ядро определенных внутренних побуждений и запретов, представлений о добре и зле, о том, что "можно" и "нельзя", обусловленных оптимальной стратегией выживания, адаптацией друг к другу и к окружающей природе. То есть нормы морали являются следствием общественной жизни человека, они прививаются ему обществом и закрепляются в сознании в форме поучений, наставлений, заповедей.

Существует и третий подход, в сущности, не противоречащий двум первым, согласно которому моральные нормы являются генетически определенным свойством вида Homo sapiens, то есть одним из инстинктов человека - инстинктом альтруизма. Однако это "несущественное" отличие позволило развиться чрезвычайно влиятельной системе взглядов, известной как социал-дарвинизм. Логика рассуждений здесь проста: многие факторы, определяющие социальное поведение индивидуума, - индивидуальная физиология, психология, темперамент, способности, таланты и многое другое - заложены на генетическом уровне. А раз так, то и люди бывают более активные и менее активные, более предприимчивые и менее предприимчивые на генетическом уровне. Но этому генетическому уровню присуща и своя генетически "вшитая" мораль. То есть человек "активный" обладает иным врожденным моральным кодексом, нежели человек "пассивный". Индивидуалист живет по своим законам морали, а коллективист - по своим.

Этому рассуждению много лет. И именно в этой редакции оно существует в трудах многих современных философов-этиков, системно путающих мораль и нравственность. Эта "системная путаница" ведет к столь же системным ошибкам в осмыслении жизни и к построению ложных оснований для идеологий, социальных доктрин, политических решений и судьбоносных выборов.

Назвать охваченного алчностью человека "активной частью населения", приписать ему свойства источника прогресса - необходимо для получения поощрений со стороны "активной" части населения, поскольку и ей необходимо утверждение моральности того, что она делает. А если придать действиям "активных" сакрально оправданный характер, перепутать инстинкты и ценности, назвать эти ценности "общечеловеческими" и покрыть все это месиво флером существования разных моралей, можно весьма эффективно морочить голову "пассивной" части и не просто "загнать быдло в стойло", а построить "демократическое общество равных возможностей".

Как бы то ни было, для наших последующих рассуждений важно, что духовный мир и духовные ценности у человека имеются и что в мире этих духовных ценностей есть то, что мы называем моралью и соответственно нормами морали.

Во всех известных нам человеческих сообществах нормы морали содержат запреты на совершение некоторых действий, вводят разграничения понятий добра и зла. Мораль - это некий почти не изменяющийся комплекс представлений и правил о том, что "можно" и чего "нельзя" делать.

Несмотря на то что далеко не все люди верят в Бога и, следовательно, не верят в божественное происхождение моральных заповедей христианства, подавляющее большинство населения современных западной и восточнославянской цивилизаций принимают общие базовые моральные нормы в редакции, так или иначе близкой к десяти заповедям. Общими для всех - верующих и неверующих, богатых и бедных, молодых и старых, мужчин и женщин, представителей различных национальностей и разного образовательного уровня - являются не все десять заповедей, а лишь их часть, поскольку другая часть относится к чисто религиозным постулатам: "<...> да не будет у тебя других богов пред лицем Моим", "<...> не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно" и т.п. Эти заповеди не принимаются в качестве моральных норм приверженцами иных религий и людьми неверующими. Общими, принимаемыми явным большинством являются заповеди - они же моральные нормы - "не убивай",

"не кради", "не прелюбодействуй", "не произноси ложного свидетельства на ближнего твоего", "почитай отца твоего и мать твою", "не желай дома ближнего твоего <...> ничего, что у ближнего твоего". В базовое ядро моральных норм, общих для абсолютного большинства людей, входят также запреты и ограничения на проявления сексуальных инстинктов в форме инцеста, сексуальных отношений с детьми, представителями своего пола и животными и т.п.⁸.

Суть моральных норм принимается подавляющим большинством людей на протяжении столетий, она настолько устойчива, что, будучи по-разному у разных народов сформулирована, принимается в качестве моральных абсолютов или императивов⁹. Мы не будем пытаться составлять исчерпывающий перечень моральных абсолютов, являющихся таковыми для всех людей вообще. Некий контур мы наметили выше, и этого пока достаточно. Ограничимся утверждением, что представлением о моральных абсолютах мы можем пользоваться для анализа интересующей нас проблемы динамики нравственных норм.

Моральный абсолютизм и нравственный релятивизм

Следующий шаг нашего рассмотрения проблемы, обозначенной в заглавии, таит в себе опасность, которую зачастую не замечают и поэтому допускают существенные ошибки в своих рассуждениях, приводящие к неверным выводам.

Опасность, как мы уже говорили, состоит в неразличении моральных норм и норм нравственных. Проблема возникает в том числе и потому, что не каждый язык выработал оба этих понятия - мораль и нравственность - и наделил их несовпадающими смыслами. Русский язык нам такую возможность предоставляет. Воспользуемся ею.

Мы предлагаем для дальнейших рассуждений вычленить из множества смысловых отличий и оттенков понятий "мораль" и "нравственность" следующие.

Мораль - базовая, всеобщая, основополагающая система взглядов, описывающая понятия добра и зла, справедливости, совести, смысла жизни. Моральные нормы - безусловные запреты, предписывающие

человеку правила поведения, исходя из представлений о добре и зле, справедливости, смысле жизни, предназначении человека и т.д.

Нравственность - это тоже совокупность принципов и норм поведения людей по отношению друг к другу и обществу. Однако - в отличие от морали - нравственность не является инвариантом и абсолютом для всех людей вообще и во все времена, нравы и нравственные нормы различны в разные времена, у разных народов, разных социальных групп и в разных обстоятельствах. Нравственные нормы изменчивы, моральные - нет. Моральные нормы являются мерилом, реперной точкой нравственности и нравственных норм. Говоря "нравственность падает", мы имеем в виду степень расхождения возникших нравов с незыблемыми нормами морали.

Нравы и нравственность формируются под воздействием множества социальных факторов, мораль же при этом остается существенным компонентом нравов, но не тождественна им. Факторами, формирующими нравы, являются обычаи и традиции, религиозные представления, экономический строй общества, формы политической власти, групповые интересы, эстетические каноны, мода, привычки, научные знания, технические достижения и т.д. - все это в совокупности формирует нравы. Нравы (и соответственно нравственные нормы) в разные времена и у разных социальных групп различаются, причем различаются ценностной шкалой, иерархией ценностей. В племени, живущем охотой, особое предпочтение и высокая нравственная оценка будут отданы смелости, ловкости, меткости стрельбы и т.п. В последние лет сто в так называемом цивилизованном мире высоко ценятся деловая инициатива, предприимчивость, идеалом становится личный успех, измеряемый в основном финансовыми мерками, а лет двести-триста тому назад выше ценились происхождение и знатность рода... При этом в крестьянской среде и тогда ценилась не знатность рода - ее ни у кого не было, - а трудолюбие, здоровье, плодовитость и т.п.

"Не убивай" - всеобщая, для всех народов и всех социальных групп моральная норма, моральный инвариант и абсолют. И любое отклонение от нее - аморально. Но не всегда безнравственно. Потому что нравственные нормы и нормы моральные - не одно и то же.

Моральный абсолют "не убивай" принимается всеми, даже убийцами. Убийца преступает моральный закон, осознавая, что он его преступает, и, как правило, находит этому внутреннее оправдание, формулируя для себя некие допущения, позволяющие ему - по крайней мере в момент совершения убийства - отключить моральный императив и сформировать некую личную нравственность, оправдательную нравственную норму. "Я тварь дрожащая или право имею?" - вопрошал себя Раскольников в поисках оправдательных нравственных норм, в рамках которых он мог бы укокошить старуху-процентщицу. Подкрепив свои личные нравственные нормы рассуждениями о том, что старуха-процентщица - сама существо аморальное и вредное с социальной точки зрения, он далее поступал аморально, но нравственно - с точки зрения выработанной им нравственной конструкции. Это потом начались муки совести, то есть вечное и неизменное влияние моральных абсолютов...

Другой пример: воровское сообщество. Здесь мы имеем дело уже с коллективной формой нравственности, не совпадающей с общепринятым моральным абсолютом. Воры знают, что воровать грешно, принимают это как моральный абсолют (!) - но воруют¹⁰. Потому что существуют нравственные нормы воровской среды и воровского сознания, допускающие это отклонение от моральных норм "в силу обстоятельств". То есть вор поступает аморально, но - нравственно, если применить к нему воровские нравственные нормы.

Другая же часть общества, руководствующаяся иными нравственными нормами, осуждает воровской мир, не признает за ним права жить по законам собственных нравственных принципов, считая это отклонение от моральных норм неприемлемым. Воры обществом осуждаются.

Третий пример - воин, убивающий врагов, напавших на его народ. И сам воин, и те, которые его послали на войну, знают и принимают как абсолют утверждение "не убивай". Но в конкретных обстоятельствах воину не только разрешается всем народом, но и предписывается - убивать. Нравственная норма и в данном случае не совпадает с моральным императивом, но это не только не делает воина в глазах общества человеком безнравственным, но прославляет его как героя и образец для подражания.

Как только возникает какая-либо социальная общность, группа, в ней устанавливаются свои правила поведения и иерархия ценностей. Причем оба этих процесса - возникновение социальных групп и внутригрупповых правил - взаимосвязаны и взаимообусловлены. Частью групповых норм являются индивидуальные нравственные нормы. Именно они позволяют соотносить поведение члена группы с некими групповыми нравственными эталонами и обеспечивать тем самым наиболее эффективное воздействие на него, групповой социальный контроль.

Таким образом, сложившиеся в той или иной среде нравственные нормы вполне могут идти вразрез с моральными нормами, которые принимают члены этого же сообщества: в своей среде аморальное поведение может быть признано вполне нравственным. Сказанное относится к широчайшему кругу явлений: ложь политиков и казнокрадство чиновников, алчность бизнесменов и бесстыдство деятелей культуры... Все они знают (и принимают!) нормы морали, но в своей среде иные нравы и как следствие - молчаливо или нет, гласно или нет, но благосклонно принимаются отклонения от моральных норм. Иногда мы называем это явление "сделкой с совестью". Нравы и нравственные нормы различны у, скажем, владельцев многомиллионных состояний и у учителей Костромской области, в среде торговцев Черкизовского рынка и в православном монастыре, свои нравы царят в криминальных группировках, в Государственной Думе, в мире поп-культуры и т.д.

Итак, в каждом обществе и при различных обстоятельствах имеется много разнящихся нравственных кодексов, являющихся нравственной основой поведения той или иной социальной группы в тех или иных обстоятельствах. Представления о нравственном поведении могут не совпадать у представителей разных национальностей и разных религий, богатых и бедных, молодых и старых, образованных и необразованных, в военное время и в мирное время и т.д.

Это чрезвычайно важное положение, не учитывая которое мы постоянно путаемся в поисках пути к "нравственному обществу".

Неразличение моральных норм социума "в целом" и групповых нравственных норм характерно, как мы уже говорили, для значительной части философской и социологической литературы, посвященной проблемам этики. Это лишает ее практической пользы, превращая ее в лучшем случае в бесплодное морализаторство. В худшем - когда философские изыскания вторгаются в сферу оценок современных социально-политических и экономических реалий - в примитивные формы агитационно-пропагандистской литературы.

Конечно, разделение на фундаментальную науку, прикладную

науку и, наконец, практически используемые технологии существует во многих отраслях. В рассуждениях о морали и общественной нравственности философские штудии напоминают фундаментальные исследования, социологические - прикладные. В то время как практическими технологиями воздействия на людей владеет слабо с ними связанная религия. Известно, что попытки прямого формирования светской морали в обществе имели место. Например, внедрение в общественное сознание "Морального кодекса строителя коммунизма" в СССР. Технологически, однако, в этом было мало нового по сравнению с технологиями Церкви: христианскую проповедь заменила коммунистическая, роль рая выполнял коммунизм, ада - капитализм, бесов - пережитки капитализма и буржуазная пропаганда, ангелов - коммунистическая партия и комсомол... Полезный, практически значимый эффект от этого был, но столь же неудовлетворительный по масштабам, неустойчивый во времени, как и от усилий Церкви.

Помимо различий нравственных норм у разных социальных групп (имущественных, профессиональных, национальных, возрастных и т.д.) существуют и повседневно возникают индивидуальные расхождения между внутренними установками, принципами, нравственными и моральными нормами индивида и его фактическим поведением, определяющимся обстоятельствами и его индивидуальной психологией.

Классический пример - так называемая "загадка Лапьера". В начале 30-х годов минувшего века американский психолог Ричард Лапьер путешествовал по США в сопровождении двух студентов-китайцев и практически повсюду - в отелях, ресторанах и т.д. - встречал одинаково радушный прием.

Но когда он, вернувшись домой, разослал в те самые гостиницы и рестораны письма с вопросом, будут ли там готовы принять его и двух китайцев, он в более чем 90% случаев получил отрицательный ответ.

Такова сила конкретной ситуации: в одном случае внутренне присущая владельцам отелей и кафе ксенофобия себя не проявляет, в другом - определяет поведение.

А что же нравственные нормы? В одном случае сработали нравственные нормы профессионального сообщества гостиничных служащих и общая нацеленность на "финансовый результат", в другом - племенная, узконациональная или расовая нравственная норма, делящая людей на своих и чужих.

Мерилом нравственных норм у индивидуума и у какой-либо общественной группы является степень компромисса между моралью и возможными способами достижения групповых или индивидуальных целей. "Если нельзя, но очень хочется, то можно" - это и есть определение того, на чем возникают (утверждаются, образуются) нравственные нормы. В этом правиле "нельзя" - это нормы морали, "очень хочется" - это стремление к достижению какой-либо цели. Опущен здесь лишь (но это и есть самое главное) выбор метода, способа, пути достижения цели. Они могут быть более или менее аморальными. Но часто менее аморальные способ и путь являются менее эффективными с прагматической точки зрения: более длительные, более затратные, менее прибыльные и т.д.

Поэтому, говоря об общественной нравственности и изменчивости нравственных норм, надо обязательно учитывать многие факторы, влияющие на появление норм, отрицание норм, отклонения от норм. Среди этих факторов - не только принадлежность к социальной группе, но и конкретные обстоятельства места, действия, а также особенности индивидуальной и социальной психологии.

Говорить в связи с этим о некоей "общественной нравственности", которая была бы одинаковой для всех или большинства, - трудно или неверно. Можно говорить об общих моральных критериях и нормах ("не убивай", "не кради" и т.д.), а вот об общих для всех нравственных нормах говорить-то можно, но обнаружить такое общество невозможно: его нет и никогда не было. Русские пословицы и поговорки неплохо иллюстрируют существование нравственного релятивизма: "с волками жить - по-волчьи выть", "в чужой монастырь со своим уставом не ходят", "кто смел, тот два съел", "иному наплюй в глаза, а он скажет - Божья роса", "наглость - второе счастье". Причем по своему ироничному смыслу они могут означать как некий призыв к следованию моральным и нравственным нормам, так и "оправдание" безнравственности. Как говорила моя покойная соседка: "Что такое "морально"? Я могу это намазать на хлеб и съесть за завтраком?"

Большинство из нас, скорее всего, проиграет в борьбе на меркантильном поле, если придется бороться с человеком, которого с детства воспитывали в иных нравственных нормах, которому внушили, что в борьбе за деньги можно обмануть, схитрить, а нас воспитали в уважении к другим, к справедливости, честности. Справедливость для очень многих людей может быть и часто является более значимой ценностью, нежели материальная выгода.

Важно отметить, что взгляд из одной среды на нравственные нормы другой среды, проявляющиеся в ее поведении, всегда имеет характер либо осуждения, либо зависти, либо презрения и т.п. И поэтому любой социальный кризис всегда есть в своей нравственной основе протест одной группы против нравственных норм другой группы.

Нравственный раскол и полярная природа универсума

В моей предыдущей статье в "Политическом классе"" говорилось о расколе социума, существующего в пределах общей цивилизации. Об этом же явлении можно говорить и как о нравственном расколе. И вот почему.

Базовые ценности, те, которые определяют смысл жизни индивидуума и общества, являются каркасом, определяющим культурный генотип, цивилизационную программу развития. Среди множества смыслов и факторов - природных, физиологических, мировоззренческих и др. - особое, можно сказать исключительное, место принадлежит нравственности. Потому что именно нравственная оценка по шкале "хорошо"/"плохо", "добро"/"зло" определяет иерархию ценностей, выбор целей и путей их достижения. Иные оценки - например, прагматические, утилитарные: "выгодно"/"невыгодно", "эффективно"/"неэффективно" и др. - поверяются мерилом нравственных норм. На всем пути человечества расставлены верстовые столбы нравственных норм и оценок. Проблема, однако, заключается в том, что этих норм-столбов много, их расставляют различные религиозные, национальные, общественные группы, действующие в разные времена и в разных обстоятельствах. Поэтому, не понимая, кто, почему и для кого установил те или иные столбы-нормы вместо столбовой дороги нравственных ориентиров, мы увидим даже не сад расходящихся тропок, а бездорожье, дремучий лес...

Так, христианская мораль находит свое выражение в совокупности определенных моральных норм (например, заповедях), в специфических религиозно-нравственных чувствах (христианская любовь, совесть и т.п.) и некоторых волевых качествах верующего человека (терпение, покорность и пр.). Все вместе перечисленные элементы составляют христианское нравственное сознание. Христианские нравственные нормы известны большинству и приняты большинством в качестве таковых. И очень часто занимают в сознании место моральных абсолютов. В том числе и такие качества, как терпение, готовность перено-

сить трудности. И здесь не так уж и важно - кто из этих людей считает себя верующим.

В то же время существует иная часть общества, тоже состоящая как из верующих, так и из неверующих, для которой терпение и покорность сродни глупости, неумению жить. Для этих людей сочетание наглости и бесчинства равнозначно присутствию духа и мужеству. Истоки такой ценностной шкалы также лежат в глубокой древности, а само явление столь широко распространено, что во многие языки вошло слово из идиша - "хуцпа"¹²: свойство характера, приблизительно определяемое словами "дерзость" или "наглость", применяемое как в отрицательном, так и в положительном смыслах.

С регулярностью, позволяющей как минимум заподозрить, что это глубинное, фундаментальное свойство людей как биологического вида, воспроизводятся два типа ментальностей: одну мы можем условно назвать "индивидуализм", вторую - "коллективизм". У нас нет бесспорных оснований утверждать, что эти свойства личности достаются ей на генетическом уровне, как цвет глаз и волос. Скорее всего, мы лишь выбираем один из двух вариантов социального поведения, которые нам предлагает до нас сложившееся и развивающееся вместе с нами общество. А вот этот выбор может определяться в том числе и врожденными особенностями индивидуального психотипа, физиологии, хотя, на наш взгляд, влияние среды также имеет место¹³.

Такие нравственные выборы, как "индивидуализм"/"коллективизм", "авторитаризм"/"соборность", "либерализм"/"традиционализм", составляют базовую основу для формирования двух "надцивилизационных" страт, представители каждой из которых проживают бок о бок не только в пределах одной цивилизации или государства, но даже в пределах одной семьи. Приверженцы той или иной парадигмы развития, явно или неявно это осознающие, пытаются доказать адептам другой веры не только собственную правоту, но и всеобщность, универсальность своих ценностей. Особенно ожесточенные формы эти нравственные "сшибки"

принимают между представителями одной цивилизационной формации, одной страны, народа, религии и т.д. А когда эти "сшибки" облекаются в политические доктрины и организации, дело доходит до прямых столкновений - вплоть до взаимного уничтожения.

Так есть ли что-нибудь более важное, нежели поиск социальной гармонии, условий сосуществования нравственно отличающихся социальных подсистем, изучение причин и характера их взаимодействий, изменений нравственных ориентиров и ориентаций? Именно и только взаимодействие и борьба этих ментальных полюсов обеспечивает существование движущих сил общества. Природа, универсум в целом и социум в частности, будучи разъятыми (в нашем модельном представлении о мире) на "плюс" и "минус", на положительные заряды и отрицательные, на северный и южный полюса, являются не столько расколотыми, сколько едиными в своем дуализме.

Как невозможно существование положительных зарядов без отрицательных, так невозможно существование общества "либералов" без "консерваторов", и наоборот. Задача лишь в том, чтобы их слияние не привело к взаимному уничтожению, к аннигиляции. Задача в поддержании социального взаимодействия на желательном уровне и управлении напряженностью и направлением возникающих силовых полей нравственных кодексов.

Пока, к сожалению, мы видим повторяющиеся попытки построения монополярного мира в одной, отдельно взятой стране: то все - в коллективисты, то - в индивидуалисты, то - примат духовного, то - материального... В то время как нам жизненно необходим нравственный консенсус. Точнее, состояние динамического равновесия вокруг зоны нравственного консенсуса.

Окончание в следующем номере

Примечания.

¹ Медведева И., Шишова Т. Любовь к пороку // Наше время. 19 ноября 2007.

² Журнал "Политический класс" обращался к этой теме в статье Владимира Петухова "Деградация нравов или вербализация страхов? Социальная трансформация, общественная мораль и государство" (2005. N 8). В статье использованы результаты социологических исследований ВЦИОМа, проводимых по всероссийской репрезентативной выборке в январе-июле 2005 года. К настоящему времени имеются данные новых исследований, которые и использованы в данной статье, что позволяет выявить динамику явления.

³ Пресс-выпуск ВЦИОМ. N 659 от 27 марта 2007.

⁴ Пресс-выпуск ВЦИОМ. N 731 от 12 июля 2007.

⁵ Пресс-выпуск ВЦИОМ. N 638 от 27 февраля 2007.

⁶ Пресс-выпуск ВЦИОМ. N 633 от 19 февраля 2007.

⁷ Рассмотрению вопроса об истоках морали с религиозной точки зрения посвящено множество трудов. Кратко и ясно этот вопрос изложен, например, в статье Андрея Анисина "Онтологические основания религии и морали" (http://www.rusk.ru/st.php?idar=324645).

⁸ Недавно совершена попытка предложить человечеству новую редакцию базовых моральных принципов. Мы имеем в виду нашумевший "Гуманистический Манифест 2000". Авторы вознамерились напряжением "выдающихся умов человечества" дополнить "донаучные" моральные абсолюты новыми ценностями. Их родилось две: призыв к одобрению однополых браков и браков между родственниками. Думается, моральные абсолюты не возникают в результате умственных усилий даже нобелевских лауреатов. И вряд ли этот документ оправдает надежды, возложенные на него авторами и подписантами: "Осуществить благороднейшие цели и идеалы человечества". Впрочем, утешить себя они могут простенькой формулой: наше дело предложить... Справедливости ради надо сказать, что документ содержит немало точных и полезных суждений, наблюдений и призывов.

⁹ Необходимо сделать оговорку об "относительности абсолюта" и уточнить: то, что мы назвали моральным абсолютом, есть лишь наше восприятие этих норм, которые достаточно долго мало изменяются, а не их собственное качество, ниоткуда не выводимое и никак, никогда не изменяющееся во веки веков. Мы простоты ради вправе считать константой ту величину, которая мало изменяется в ходе интересующего нас процесса, если получим при этом результат анализа с приемлемой точностью.

¹⁰ Мы здесь говорим о моральной, а не правовой стороне дела - не рассматриваем хорошо известный и изученный аспект взаимодействия морали и права. То есть здесь мы имеем в виду не наличие правовой нормы, предусматривающей наказание за воровство, а именно внутреннее моральное согласие вора с тезисом "воровать - грешно".

¹¹ Белкин С. Н. Столкновение цивилизаций как внутренняя проблема России. Единство - симфония неустранимых противоречий // Политический класс. 2007. N 7. С. 74 - 86.

¹² Хотя понятие "хуцпа" в современном иврите окрашено негативно и означает "наглость", говорящие на английском языке воспринимают его не однозначно негативно и с некоторым юмором. Скорее, это дерзость, выходящая за пределы того, что менее успешные люди считают допустимым, тем самым отличающая успешного человека от неуспешного и позволяющая преодолевать кажущиеся непреодолимыми препятствия. Понятие "хуцпа" широко применяется в американской юридической практике, а объясняется употребление этого слова на примере анекдота: парень, виновный в убийстве своих родителей, просит у судьи снисхождения на том основании, что он сирота.

¹³ Поскольку альтруизм относят к врожденным инстинктам человека наряду с инстинктами самосохранения, продолжения рода, доминирования, свободы, сохранения достоинства, агрессивности. У каждого человека имеются все эти инстинкты, но в разных пропорциях: один играет большую роль, другой - меньшую. Так, если альтруизм является преобладающим, индивид, скорее всего, будет привержен "коллективизму", если преобладающим инстинктом является, скажем, доминирование, то - индивидуализму.

Публикатор:

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Комментарии: