Жизнь и деятельность генерал-полковника М. П. Кирпоноса была во многом схожа с биографиями других советских военачальников. Он родился в семье крестьянина-бедняка, участвовал в Первой мировой войне в должности ротного фельдшера, в Гражданскую войну воевал против войск Центральной Рады на Украине и белогвардейцев, командовал полком. Затем окончил Военную академию имени М. В. Фрунзе и командовал частями, соединениями и объединениями. В 20-е годы активно боролся с оппозицией, "вскрывал антипартийное лицо оппозиционеров, Троцкого, Бухарина, Шляпникова и др.".

Правда, была в его биографии одна "прореха". С середины 30-х годов за Кирпоносом следили компетентные органы, по сведениям которых он в 1923 - 1924 гг. примыкал "к троцкистской оппозиции". Данные эти основывались на показаниях, выбитых у арестованных "военных заговорщиков", и никакими фактическими сведениями не подтверждались.

В 3-м управлении Наркомата обороны СССР 16 июля 1941 г. была подготовлена справка, где Михаил Петрович проходил как подозреваемый в симпатиях к троцкистам. А "подозреваемый" как раз в это время возглавлял войска Юго- Западного фронта, обороняющие от наседавших немецких войск столицу Украины город Киев.

Восхождение Кирпоноса по лестнице высшей советской военной иерархии началось с его участия в советско-финляндской войне 1939 -1940 гг. До этого он командовал батальоном, был помощником начальника и начальником штаба дивизии, возглавлял Объединенную Татаро-Башкирскую военную школу, преобразованную в Казанское пехотное училище.

В советско-финляндскую войну М. П. Кирпонос успешно командовал 70-й стрелковой дивизией 28-го стрелкового корпуса. В ночь на 4 марта 1940 г. части дивизии по льду форсировали Выборгский залив и захватили плацдарм северо- западнее Выборга. В результате удалось перерезать шоссе Выборг - Хельсинки и пути отхода финских частей в западном направлении. В последующем в этот район вышли части 10-го стрелкового корпуса, а к исходу 12 марта советские войска разгромили основные силы Карельской армии и овладели большей частью Выборга. За отличия, проявленные в этих боях, Кирпонос был удостоен звания Героя Советского Союза.

После окончания советско-финляндской войны Михаил Петрович командовал стрелковым корпусом, с июня 1940 г. - войсками Ленинградского военного округа, а в январе 1941 г. был назначен на ответственный пост командующего войсками Киевского особого военного округа. На этом посту Кирпонос сменил Г. К. Жукова, который впоследствии вспоминал: "Я был рад, что Киевский особый военный округ поручается такому достойному

стр. 62

командиру. Конечно, у него, как и у многих других, еще не было необходимых знаний и опыта для руководства таким большим приграничным округом, но жизненный опыт, трудолюбие и природная смекалка гарантировали, что из Михаила Петровича выработается первоклассный командующий войсками".

К середине июля 1941 г., к моменту составления справки на Кирпоноса, войска немецкой группы армий "Юг" сумели овладеть Казатином и перерезать единственную железную дорогу, проходившую вдоль фронта. В результате возникла реальная угроза окружения советских войск Юго-Западного фронта. Но генерал Кирпонос не осмелился обратиться с предложением в Ставку об отводе войск за Днепр.

Да и как можно было осмелиться? Сталин придавал обороне Киева огромное значение. Накануне, 11 июля, от председателя ГКО была получена следующая угрожающая телеграмма: "Получены достоверные сведения, что вы все, от командующего Юго-Западным фронтом до членов Военного Совета, настроены панически и намерены произвести отвод войск на левый берег Днепра. Предупреждаю вас, что, если вы сделаете хоть один шаг в сторону отвода войск на левый берег Днепра... вас всех постигнет жестокая кара как трусов и дезертиров".

Но дальнейший ход событий показал, что для того, чтобы удержаться на правобережье Днепра, сил у советских войск явно не хватало. Вместо радикальных мер по спасению войск фронта Ставка 18 июля приняла половинчатое решение об отводе 6, 12 и 18-й армий, но не за Днепр, а на рубеж Белая Церковь, Китай-Город, Гайсин, находившийся в 100 км и более к западу от этой реки. Противнику удалось в этот день захватить значительную часть намеченного рубежа, а 6 августа прорваться к окраинам Киева. Через день Сталин вызвал к прямому проводу Кирпоноса:

- До нас дошли сведения, что фронт решил с легким сердцем сдать Киев врагу якобы из-за недостатка частей, способных отстоять Киев. Верно ли это?

- Вам доложили неверно, - ответил Кирпонос. - Мною и военным советом фронта принимаются все меры к тому, чтобы Киев ни в коем случае не сдавать.

Кирпонос, конечно, кривил душой. Как опытный военный он понимал, что положение очень серьезно. Можно ли упрекать его в том, что он не возразил Сталину? Немногие из советских военачальников той поры были способны открыто высказать свое мнение Верховному. Например, возражал ему Г. К. Жуков. Но Сталин, не допускавший и мысли о сдаче Киева, не только отверг его предложение, но и отстранил от должности начальника Генерального штаба и назначил командующим Резервным фронтом. Можно себе представить, что стало бы с Кирпоносом, возрази он Сталину... Его не раз предупреждали о "жестокой каре труса и дезертира".

К середине сентября противник сумел окружить оборонявшие Киев советские войска, и в котле оказались четыре армии и полевое управление Юго-Западного фронта. Положение войск, находившихся в окружении, становилось все более тяжелым. Поэтому Кирпонос приказал 17 сентября войскам 5, 21, 26 и 37-й армий начать прорыв в восточном направлении. Вскоре в ночь на 18 сентября Б. М. Шапошников наконец-то сообщил Кирпоносу, что Ставка разрешает оставить Киев, но ни словом не обмолвился по поводу отвода войск фронта. Время было упущено. Войска, понесшие большие потери в предыдущих боях, теснимые со всех сторон противником и оставшиеся без управления, действовали разрозненно и беспорядочно.

Военный совет и штаб Юго-Западного фронта во главе с Кирпоносом, потеряв связь с войсками, предприняли попытку самостоятельно вырваться из окружения. 20 сентября сводная колонна штабов фронта и 5-й армии подошла к хутору Дрюковщина, что в 15 км юго-западнее Лохвицы. Здесь они были атакованы 3-й немецкой танковой дивизией, которая оттеснила остатки колонны (не более тысячи человек, в том числе 800 командиров и генералов) в рощу Шумейково. На нее с трех сторон обрушились танки и пехота противника. В ходе завязавшейся рукопашной схватки Кирпонос был ранен в ногу, а затем осколки разорвавшейся рядом мины изрешетили его грудь. Остатки его группы сражались еще в течение пяти часов. Так завершился один из самых трагических эпизодов операции Красной Армии по обороне Киева. Только безвозвратные потери в Киевской оборонительной операции составили 627,3 тысячи человек. Среди них был и генерал-полковник Михаил Петрович Кирпонос, до конца исполнивший свой долг перед Родиной.

Permanent link to this publication: