Воин-интернационалист, кавалер ордена Красной Звезды Евгений Бунтов - поэт, автор и исполнитель песен, художник и актер... Он стал известен широкой публике после выхода художественного фильма "Груз-300", где сыграл главную роль. Бунтов - один из самых молодых членов Союза писателей России. Сегодня он в гостиной "Ориентира".

- Евгений, как складывалась ваша судьба?

- Я родился в августе 1966 года в поселке Шаля Свердловской области. До 1977 года жил с родителями в городе Первоуральске. Потом переехал в Свердловск. Окончил школу, затем техникум по специальности техник-механик пищевых производств. В восемнадцать лет был призван в армию. Готовился в ВДВ, куда и попал. Служил в Афганистане, в городе Баграме, в провинции Парван, в 345-м отдельном парашютно-десантном полку. Закончил службу гвардии старшим сержантом, заместителем командира взвода. Награжден орденом Красной Звезды. После увольнения в запас работал на авиазаводе. Учился в педагогическом институте на военной кафедре. Готовился стать физруком-военруком. Потом начались творческие дела... Но это уже отдельный вопрос.

- Давайте поговорим о войне. В декабре 1979 года началась десятилетняя афганская война. Мы думали, что 15 февраля 1989 года вместе с выводом наших войск был поставлен крест на ней. События в Таджикистане, Чечне, Дагестане показали, что мы ошибались. Какой вспоминается афганская война вам, солдату- десантнику?

- Афганистан мне дорог в первую очередь как опыт чувств в моей жизни. Я до сих пор его использую в творчестве: в стихах, в песнях, в картинах... До сих пор ничего более сильного я не испытал. Тем более в восемнадцать лет, когда психика еще недостаточно сформировалась, пережить такое... Это вершина. "Уже не разглядеть вершины выше, уже не встретить пропасти бездонней..." - есть у меня такие недописанные строки. Так что войну, как эту бездонную пропасть, и сегодня до дна не постиг... Афган - это прежде всего не бой, а тяжелая работа. Ведь боевые эпизоды для солдата естественны. Мы к ним готовились. Гораздо сложнее оказалась выработка способности к выживанию. Допустим, голод. Неделю - голод. Сидим на горе, и нет никакой еды. Неделю без еды - это гораздо труднее, чем три часа ползти под обстрелом. Вот и думай, как выжить... Вши, болезни всякие... Просто - пахота. Например, бросили нас на гору и сказали: окопы в полный профиль за ночь вырыть. А она - каменная абсолютно... Мы выдолбили за ночь сантиметров по десять. А когда рассвело, "духи" как начали... Хочется слово горяченькое сказать... А мы ползаем по десятисантиметровым канавкам и ничего сделать не можем. А нас сметает... Вот такие моменты, как долбежка этих окопов в скале, - это и есть для меня война. И еще, конечно, отношения между людьми. Предательство и благородство, помощь друг другу. Там все это было предельно концентрированно.

- Часто приходилось ходить в разведку? Сталкивался с моджахедами близко?

- Моя воинская специальность - командир разведотделения. Но служил я не по специальности. Когда в полк пришел, поставили командиром обычного отделения, туда, где была вакансия. Хотя, конечно, приходились выполнять и разведывательные задачи. Что касается врага... Его на войне чаще видишь на расстоянии. Правда, один раз я брал "языка". А сами боевые эпизоды, перестрелки... У меня было ощущение, то все происходит в тире. Фигурка появилась, нажал спуск, фигурка упала... Не понимаешь, что стреляешь по живому человеку. А таких рукопашных боев, которые показывают в боевиках, у меня не было. Я разговаривал со многими ребятами- "афганцами", служившими и непосредственно в разведке, никто из них не участвовал в таких схватках. Специфика партизанской войны другая. Все происходит на расстоянии. Хотя мы были готовы к рукопашной. Иногда ее просто не хватало. Хотелось встретиться с врагом, которого не видишь. Горы стреляют. Днем, в ущелье, хлопок непонятно откуда, а солдат упал. И все. Грызи землю, вой... Снайпер сделал свое дело и исчез... Вот тогда и чесались кулаки...

- Вам пришлось потом сыграть главную роль в художественном фильме "Груз-300". Вы играли сержанта-"афганца". То есть самого себя... Там, насколько я помню, были рукопашные сцены?

- Да, фильм был снят на Свердловской киностудии и вышел на экраны в 1989 году. Режиссер - Григорий Кузнецов. Автор сценария - Евгений Месяцев, известный по картинам "В зоне особого внимания", "Ответный ход" и другим. Это был

стр. 78

самый первый в СССР фильм об афганской войне. Робкая попытка сказать правду. Надо отдать дань режиссеру, он максимально убрал рукопашные сцены. Много общался с ветеранами Афганистана, простыми солдатами и сержантами, которые и стали главными военными консультантами фильма. Когда прибыли для съемок из Питера каскадеры и нужно было снимать сцену схватки с душманами в фургоне, режиссер прислушался к нашим советам и отказался от показательного боя профессионалов-каскадеров. Сделали такую грязную возню, когда мой герой душит наемника прикладом автомата, а у того идет горлом кровь... Там нет надуманного геройства, показухи... То есть этот фильм уже тогда, когда еще многого нельзя было говорить по цензурным соображениям, ставил перед зрителем вопрос: зачем эта война? Это потом будет "Афганский излом", где этакие рэмбо мечут ножи и т.д. Тогда же пришлось буквально биться за этот фильм. Многие сцены на просмотре были просто вырезаны. Из-за моей песни "Интернациональный долг", звучащей в конце картины, ее вообще хотели снять с проката. Режиссеру сказали: фильм - нормальный, но песню надо убрать. Разве можно, дескать, петь: "В наших ранах души кровоточной как заплаты блестят ордена"? Но режиссер песню отстоял.

- Вы - автор трех поэтических книг, двух альбомов графики, компакт-диска песен. Кроме личного творчества, многое делаете для пропаганды солдатской песни. Как удается все это?

- Если мне по жизни был дан Афган, мне с ним жить и жить! Я поддерживаю солдат, которые поют, пишут о войне. Хочется все это собрать и сохранить для потомков. Кажется, чем больше соберу хороших стихов, песен людей в погонах, тем больше доброго сделаю и для них, и для тех, кто с войны не вернулся. Я сам автор, но мне куда большее удовольствие доставляет сбор песен, стихов. Когда задумал для себя проект компакт-диска "Афганский ветер" и в 1997 году вышел первый диск, я понял, что это - своеобразный мемориал солдатской душе. Мне хочется рассказать о солдатской душе. В песнях она проявляется, звучит. Чистая, бескорыстная, честная, постоянно защищающаяся от грязи, которой на войне полно вокруг... И еще у меня есть почти мистическое чувство: чем больше я соберу песен, чем больше мы споем о войне, прочитаем о ней стихов, тем меньше останется места для самой войны. Мы как бы "выдалбливаем" ее своим творчеством из пространства земли, России...

Permanent link to this publication: