В исторической литературе Уложение царя В. Шуйского от 9 марта 1607 г., напечатанное впервые В. Н. Татищевым, вызвало многочисленные споры и прежде всего по вопросу о его достоверности. Если в трудах дореволюционных историков было широко распространено скептическое отношение к тексту Уложения, то в работах советских историков, в первую очередь Б. Д. Грекова¹ , а также С. Б. Веселовского² и

¹ Б. Д. Греков. Крестьяне на Руси с древнейших времен до XVII в. Кн. 2-я. М. 1954.

² С. Б. Веселовский. Из истории закрепощения крестьян. "Ученые записки" РАНИОН. Т. V. М. 1928.

Н. С. Чаева³ , обосновывалась достоверность этого законодательного акта. В дальнейшем вопрос о подлинности Уложения получил рассмотрение в статье И. И. Смирнова, опубликовавшего новый список этого памятника, относящийся к XVIII в., в котором обнаруживаются более верные чтения отдельных мест текста⁴ . Позднее В. И. Корецкий, анализируя ход закрепостительной политики в Русском государстве в конце XVI - начале XVII в., пришел к выводу о подлинности Уложения 9 марта 1607 г., причем он считает возможным и текстуальные заимствования Уложения из законодательных актов 90-х годов XVI века⁵ . А. А. Зимин также, не сомневается в достоверности Уложения, хотя и допускает возможность некоторой стилизации языка Уложения со стороны В. Н. Татищева⁶ .

Однако до сих пор не было обнаружено следов применения этого закона на практике в период 1607 - 1610 годов. Это привело большинство исследователей к выводу о том, что внутренняя обстановка этого времени не позволила правительству В. Шуйского провести нормы Уложения в жизнь⁷ .

Совершенно ясно, что только обнаружение новых списков Уложения, относящихся к XVII в., или доказательство применения его на практике рассеет сомнения в его подлинности. Вторую задачу и пытается решить настоящая заметка.

Проблема положительно решается, на наш взгляд, анализом текста обнаруженной нами указной грамоты правительства В. Шуйского от 16 февраля 1608 года⁸ . Она была направлена из приказа Большого дворца приказчику дворцовых сел на Белоозере Федору Леверову (в ответ на челобитье старца Ферапонтова монастыря Аникея Осокина) с предписанием произвести сыск и выдачу беглых крестьян в вотчины этого монастыря. Изучение текста грамоты приводит к выводу о том, что правовым основанием для челобитья и грамоты являлись нормы Уложения 9 марта 1607 г. и прежде всего срок сыска беглых крестьян -15 лет, что соответствовало нормам Уложения 9 марта 1607 г., а не 5 лет, как это было по указу 24 ноября 1597 года.

Старец А. Осокин, в частности, писал: "В прошлом де, во 110 году выбежали де из их монастырской водчины крестьяня Васька Лобанов из села с Лориня из деревни Федотовские да Филка Иванов из села Бородавской и из деревни из Стянбара, и ныне, бегая, живут в Лоденском уезде в Езовой волосте в Федосине городке в Бородавском. Да в прошлом де во 113 году выбежал из их же монастырские во[т]чины крестьянин ис того же села Бородавского Будилко Иванов, а ныне он, бегая, живет де в Волнеме. А те де крестьяне Ферапонтова монастыря старыные"⁹ . Здесь важна первая дата - 110 год, указывающая время бегства крестьян между 1 сентября 1601 - 31 августа 1602 года. Если принять за дату побега даже август 1602 г., то к моменту выдачи указной грамоты со времени бегства прошло уже почти 5 с половиной лет. Следует учесть и то обстоятельство, что побеги крестьян, как правило, происходили осенью, после завершения сельскохозяйственных работ. Принимая во внимание, что осень 1601 г. была началом сильного голода 1601 - 1603 гг., мы, вероятно, будем недалеки от истины, считая за время бегства этих крестьян не август 1602 г., а осень 1601 года. В этом случае срок пребывания "в бегах" крестьян Ферапонтова монастыря удлиняется до 6 с лишним лет. Но этот факт не являлся единственным обоснованием за-

³ Н. С. Чаев, К вопросу о сыске и прикреплении крестьян в Московском государстве в конце XVI в. "Исторические записки". Т. 6.

⁴ И. И. Смирнов. Новый список Уложения 9 марта 1607 г. "Исторический архив". Т. IV, М. -Л. 1949, стр. 72 - 87; его же. Восстание Болотникова 1606 - 1607 гг. М. 1951, приложение N 2.

⁵ В. И. Корецкий. Из "истории закрепощения крестьян в России в конце XVI - начале XVII вв. "История СССР", 1957, N 1, стр. 189 - 190.

⁶ "Памятники русского права". Вып. 4. М. 1956, стр. 601.

⁷ Б. Д. Греков. Указ. соч., стр. 350; И. И. Смирнов. К характеристике политики Лжедимитрия II по крестьянскому вопросу. Сборник "Вопросы социально-экономической истории и источниковедения периода феодализма в России". М. 1961, стр. 46; В. И. Корецкий. Об одной "ошибке" архивистов XVIII в. (Лжедимитрий II и вопрос о крестьянском выходе). "Археографический ежегодник за 1962 г.". М. 1963. стр. 236.

⁸ Архив Ленинградского отделения Института истории, опись грамот до 1613 г., N 2, N 277.

⁹ Там же, сст. 1.

конности притязаний монастырских властей на беглых крестьян. Старец Осокин указывает, что "те де крестьяне Ферапонтова монастыря старыные", то есть до момента их побега они проживали долгое время во владениях монастыря. Законность притязаний монастыря в том виде, как они были изложены в челобитной, не вызвала никаких сомнений у руководства приказа Большого дворца. Изложив челобитье, грамота предписала произвести сыск и в том случае, если "в сыску скажут, что те крестьяне, Васька с товарищи, старинные Ферапонтова монастыря, а выбежали в 110-м году, а Будилко во 113-м году, а в Езовых волостях в Федосине городе и в Волнеме наперед сего не живали, и ты б тех крестьян, Васку, да Фильку, да Будилка с женами, и з детьми, и со всеми их животы [велел] отдать назад в вотчину Ферапонтова монастыря во крестьяне по прежнему"¹⁰ . Следовательно, дьяки приказа Большого дворца также считают срок сыска беглых крестьян большим, чем 5 лет. Более того, в грамоте предписывается выяснить, жили ли эти крестьяне до того, как они попали в монастырскую вотчину (откуда они бежали в 110 и в 113 гг.), в дворцовых владениях. Это как бы еще растягивает срок, в течение которого необходимо было точно определить принадлежность данных крестьян или монастырю, или дворцовому ведомству и в соответствии с этим определить их дальнейшую судьбу.

Показательным является и то, что в грамоте нет ни одной, даже косвенной, ссылки на применение законодательства по крестьянскому вопросу правительства Б. Годунова или Лжедимитрия I. Как известно, указ Б. Годунова 28 ноября 1601 г. (подтвержденный в своей основной части и в 1602 г.) привел к крайней запутанности владельческих взаимоотношений феодалов относительно их прав на крестьян¹¹ . Еще более усугубил эту путаницу указ Лжедимитрия I от 1 февраля 1606 года. Уложение 9 марта 1607 г. признало нормы этих указов недействительными¹². В тексте грамоты нет прямых или косвенных ссылок на указы 1601 и 1606 гг., это лишний раз подтверждает ту мысль, что правовым основанием при ее составлении служило Уложение 9 марта 1607 года.

Нас не должно смущать отсутствие прямой ссылки в тексте документа на Уложение. Подобные явления были сравнительно обычными в делопроизводственной практике приказов. В документах, фиксировавших выход крестьян в 60 - 90-х гг. XVI в., как правило, также нет прямых отсылок на Судебник 1550 года. Тем не менее сама процедура выхода, как она отразилась в этих документах, полностью соответствовала порядкам, устанавливаемым Судебником 1550 года¹³ . Точно так же в списке обыска о беглых крестьянах 1588 г. констатируется факт их выхода в "заповедные годы"; этот выход был признан недействительным на основании указа о "заповедных годах", но прямой отсылки на этот законодательный акт нет¹⁴ . В документах, отразивших выход крестьян в 1601 и 1602 гг., не встречается прямых ссылок на указ 28 ноября 1601 г., хотя именно на его основании и происходил этот выход¹⁵ . Можно добавить, что в тех случаях, когда в документах имеются прямые ссылки на законодательные акты по крестьянскому вопросу, то находятся они обычно в тексте челобитных, возбуждавших дела о крестьянском владении¹⁶ . В найденной нами грамоте помещен только пересказ челобитья старца А. Осокина. Приказным дельцам были хорошо известны нормы Уложения 9 марта 1607 г. по их текущей работе, поэтому им не было необходимости включать в текст грамоты ссылки на Уложение. Таким образом, отсутствие в грамоте прямого указания на мартовское Уложение 1607 г.

¹⁰ Там же, сст. 2.

¹¹ В. И. Корецкий. Из истории закрепощения крестьян в России в конце XVI - начале XVII в. (О практической реализации указов 1601 - 1602 гг.). "История СССР", 1964, N 3, стр. 85 - 88.

¹² См. об этом: И. И. Смирнов. Восстание Болотникова 1606 - 1607 гг., стр. 421 - 422; его же. К характеристике политики Лжедимитрия II по крестьянскому вопросу, стр. 46; В. И. Корецкий. Об одной "ошибке" архивистов XVIII в., стр. 236.

¹³ См. Б. Д. Греков. Указ. соч., стр. 292 - 293, 295; В. И. Корецкий. Из истории закрепощения крестьян в России в конце XVI - начале XVII в., стр. 168.

¹⁴ Д. Я. Самоквасов. Архивный материал. Т. II. М. 1909, стр. 451 - 452.

¹⁵ В. М. Панеях. К вопросу об указе 1601 года. "Проблемы источниковедения". Т. IX. М. 1961, стр. 264 - 266; В. И. Корецкий. Из истории закрепощения крестьян в России в конце XVI - начале XVII в., стр. 81.

¹⁶ Б. Д. Греков. Указ. соч., стр. 304; В. И. Корецкий. Из истории закрепощения крестьян в России в конце XVI - начале XVII в., стр. 76.

еще не говорит о том, что дьяки приказа Большого дворца руководствовались какими-то другими законодательными постановлениями. Все сказанное позволяет с большей долей вероятности рассматривать грамоту 16 февраля 1608 г., как документ, отразивший в себе практическое применение норм Уложения 9 марта 1607 года.

Подводя итоги, следует подчеркнуть, что правительство В. Шуйского пыталось, по-видимому, проводить после разгрома восстания под руководством И. Болотникова тот курс крепостнической политики, который был прокламирован им в Уложении 9 марта 1607 года. Это хорошо объясняет причины, вследствие которых правительство В. Шуйского не смогло стать прочно во главе стихийно разгоревшейся национально-освободительной борьбы народных масс против отрядов польских феодалов, составлявших основную часть военных сил Лжедимитрия II¹⁷ . Попытки проведения крепостнического курса в условиях продолжающейся крестьянской войны начала XVII в. и послужили одной из причин падения правительства В. Шуйского летом 1610 года.

¹⁷ См. об этом "Очерки истории СССР. Период феодализма. Конец XV - начало XVII в.". М. 1955, стр. 533 - 537.

Publisher:

Permanent link for scientific papers (for citations):

Found source (search robot):

Publication author(s) - В. Д. НАЗАРОВ:

Comments: