Автор: Карлос Элорди

Введение

Имеют ли взгляды на экономику тенденцию влиять на политические предпочтения? Организованы ли эти взгляды в определенной последовательности и влияют ли они каким-либо образом на поведение электората? В конце 1980-х и начале 1990-х годов многие страны Латинской Америки прошли через программы радикальных экономических реформ в неолиберальном направлении. В таком контексте ответы на поставленные вопросы представляются особенно интересными.

После ряда лет бурной инфляции и бюджетных дефицитов многие страны Латинской Америки приняли меры, которые казались совершенно невозможными несколькими годами ранее. Секвестры бюджета, приватизация государственных компании и увольнения государственных служащих стали частью программ политики таких партий, которые когда-то ратовали за сильное государство и упорядоченную экономику. В Аргентине президент Менем, занявший свой пост в 1989 г. в обстановке гиперинфляции и социальной напряженности, удивил большую часть аналитиков и даже самых близких своих приверженцев, запустив в практику одну из самых радикальных неолиберальных программ, когда-либо испытанных в регионе, отвергнув малоподвижную политику, введенную в практику его же партией в конце 40-х годов. В Мексике президент Карлос Салинас де Гертари ускорил реформы, начатые его предшественником Мигелем де ла Мадрид, и преобразовал многие элементы политики, практиковавшейся Институциональной революционной партией (ИРП) в течение долгого времени ее управления страной.

Учитывая эти изменения, кое-кто может задаться вопросом, какого рода общественные мнения касаются роли государства в этой заново реформированной экономике и как эти мнения относятся к политическим альтернативам, если вообще такое отношение имеет место. Чтобы ответить на эти вопросы, я рассматриваю две страны, которые провели эксперименты с глубокими экономическими переменами - Мексику и Аргентину, и ту модель, которой они следуют, т.е. Соединенные Штаты. Я исследую вопрос, оказывают ли в этих трех странах взгляды на роль государства и на экономическое равенство какое-либо воздействие на поддержку народом основных партий и как эти взгляды соотносятся с базовыми социальными расхождениями внутри народных масс.

Карлос А. Элорди - кандидат на докторскую степень Коннектикутского университета и ассистент-исследователь Ропер-центра по исследованию общественного мнения (Box 440, Storrs, Conn. 06268, USA. E-mail: Carlos A. Elordi@uconn.edu). Его исследовательские интересы сконцентрированы на методологии и общественном мнении в странах Латинской Америки.

стр. 19

Неолиберальные реформы и общественное мнение в Латинской Америке

Как это ни удивительно, но в Латинской Америке недавнее введение ориентированной на рыночные отношения политики получило широкую поддержку, особенно в тех странах, где этому предшествовала высокая инфляция, таких как Боливия, Аргентина и Перу ¹ . На первом этапе некоторые из этих программ выполнялись весьма успешно. В ряде стран экономика вновь начала расти после периода спада; повысилась продуктивность работы, уменьшился бюджетный дефицит, и недавно приватизированные компании (в их числе коммунальные службы, телефонная связь, железные дороги) стали предлагать лучшее обслуживание. Параллельно с этими изменениями те правительства, которые освоили такую политику, добились успеха в стабилизации денежной системы и увеличении предложения товаров на глобальный рынок, причем важные сектора экономики обрели конкурентность на международном уровне. Более того, хотя к народу были применены жесткие меры, многие из упомянутых правительств были избраны на новый срок, например, правительство Фухимори в Перу и Менема в Аргентине ² .

Но, конечно, те изменения, которые были внесены ориентированными на рыночные отношения Программами реформ, не могли пройти без издержек. Экономический рост проходил неровно, увеличился разрыв между бедными и богатыми, и все большая доля населения оставалась вне рамок официальной экономики ³ . Реформы, ориентированные на свободные рыночные отношения, приносили более низкий рейтинг среднего роста, а иногда и негативные его величины, даже в большей мере, чем модель промышленного развития, основанная на замещении импорта, которую реформы были призваны сменить ⁴ .

Учитывая эти изменения, мы ожидаем, что общество двух стран Латинской Америки - Мексики и Аргентины - будет разделено в отношении к поддержке неолиберальной экономической модели. Более того, мы ожидаем, что общество этих стран разделится в соответствии с идеологическими факторами и что за этим разделением последует также социальное расщепление, подобное тому, которое имеет место в США.

Исследования идеологии сфокусированы в основном на экономических ценностях. Учитывая неолиберальные реформы, проводимые в новых демократизированных обществах, таких как Мексика и Аргентина, мы полагаем, что важно характеризовать воздействие этих ценностей на партийные предпочтения.

В последующем анализе мы сосредоточимся на этих взглядах и на том, как они соотносятся с партийными предпочтениями. Намеченное изыскание рассматривает два различных, но взаимно связанных вопроса. Первый из них: придерживаются ли члены электората политических идеологий? Второй: принимают ли избиратели в расчет также и идеологию, когда решаются голосовать за данную политическую партию?

Мой главный тезис состоит в том, что экономические ценности организуются с учетом системы измерения "левые - правые" и что это измерение воздействует на исчисление избирателей, голосующих за того или иного кандидата ⁵ . Я полагаю, что измерение "левые - правые" отражает различия в экономических и социальных ценностях и что эти различия имеют тенденцию выражаться в последовательном виде. Я проверяю эту гипотезу средствами структурной модели выравнивания, предполагающей, что существует некая лежащая в основе соотношения "левые - правые" зависимость, уходящая под коренную экономическую ориентацию.

Я исследовал структуру этих экономических ориентации в Аргентине, Мексике и США. Чтобы выполнить эту задачу, я анализировал данные обзоров, проведенных в 1995 и 1997 гг. Я открыл богатый источник информации по населению упомянутых выше стран путем проведения вторичного анализа самой последней серии Всемирного исследования ценностей (1995 - 1997).

В этом исследовании идеология определяется как система взаимосвязанных цен-

стр. 20

ностей. В свою очередь ценности понимаются как неподдающийся обозрению феномен с моральными и этическими составляющими ⁶ . Мы предполагаем, что воздействие на идеологию социальной принадлежности к тому или иному классу общества в США невелико, но предвидим, что эта связь сильна в странах, менее развитых экономически - в Мексике и Аргентине. Эти гипотезы будут ниже подвергнуты эмпирической проверке.

Экономическая ориентация и измерение "левая - правая"

Одним из наиболее важных принципов, вокруг которого строится структура идеологий, является идея равенства, особенно равенства экономического. Измерение "левая - правая", наш гипотетический и конструктивный элемент, охватывает борьбу между теми, кто стремится способствовать становлению экономического и социального равенства, и теми, кто этому противится. С этой точки зрения мы понимаем измерение "левая - правая" как выражение основных политических конфликтов, которые могут иметь место как в индустриальных, так и в некоторых развивающихся странах. В экономической плоскости эти конфликты соотносились с экономическими условиями неравенства, с собственностью в области средств производства; а ролью государства в отношении рынка является механизм распределения экономических ценностей. Те, кто придерживаются правых взглядов, имеют тенденцию подчеркивать значение конкуренции, личной свободы и прав на частную собственность. С политической точки зрения эти ценности передаются как стремление к существованию малого государства, сопротивление правительственным распоряжениям и оппозиция понятиям социального и экономического равенства, разрабатываемым правительством. Лица правой ориентации часто настаивают на том, что они в большей мере ратуют за равенство возможностей, чем за равенство условий. А с другой стороны, лица левой ориентации проявляют стремление поддержать активную роль государства и устранение или ограничение существующих социальных и экономических факторов неравенства. Обычно они поддерживают регулирование роли рынков и частных компаний и перераспределение национального дохода через прогрессивное налогообложение ⁷ . Левые также подчеркивают необходимость участия рабочих в процессе принятия фирмами решений об их действиях, между тем как лица правой ориентации отвергают право профессиональных союзов и представителей рабочих на вмешательство в производственный процесс. В общем, если левые ратуют за экономическое равенство, то правые поддерживают сохранение статус-кво, а также социальных и экономических элементов неравенства. В контексте Западной Европы измерение "левые - правые" составляет основную и отчетливую ориентацию на ценности внутри общества ⁸ .

Следуя этой интерпретации, я полагаю, что правые стоят на стороне свободного предпринимательства, контроля за компаниями со стороны собственников, а также факторов, подчеркивающих различия в доходах, между тем как левые ратуют за вмешательство правительства в экономику, за рабочий контроль в промышленности и за большее равенство в доходах. Отсюда я вывожу гипотезу, что позиция личности в вопросах социальной структуры будет иметь значительное влияние на оценку ею "правых" и "левых" ценностей, И это - несмотря на тезис об уменьшающемся воздействии классов на спор в ценностях (Ingelhart 1990, 1997) ⁹ .

Другая позиция состоит в том, что идеология имеет прямое влияние на партийные предпочтения. Как подчеркивал почти 40 лет тому назад Липсет, имеется негативное соотношение между социально-экономическим статусом и поддержкой рабочего движения, правительственного планирования и т.д. В то время как рядовые члены общества ратуют за перераспределение богатств, более состоятельные предпочитают неравенство в доходах и право на частную собственность (Lipset, 1995).

В нашей модели воздействие социального статуса на выбор партии будет пропитано политической идеологией. Предпола-

стр. 21

Figure 1. Socioeconomic status, ideology and party choice in the US (1996)

гается, что соответствие между социальной структурой и выбором партии не является прямым и что только в тех случаях, когда определенные группы общества имеют возможность осмысливать свои собственные интересы в идеологическом плане, могут быть затронуты политические предпочтения этих групп.

В Латинской Америке общества большинства стран, кажется, не осознают значения понятий "левый - правый". Например, что касается Аргентины, то Каттерберг (Catterberg, 1991) показывает: только малая доля населения склонна причислять себя к "левому" или "правому" крылу ¹⁰ . Возьмем также Мексику. Хотя Морено (Moreno, 1998) полагает, что ее народ, если его опрашивают, способен причислять себя к "левым" или "правым", все же их ответы, видимо, путаются между понятиями "левый - правый" и "хороший - плохой" ¹¹ .

Мы учитываем три обзора, проведенных группой мировых исследований в период с 1995 по 1997 гг. Были использованы сборы случайных и частичных примеров. В Аргентине были опрошены 1079 городских жителей. В Мексике обзор включал ответы 19 - 11 респондентов, и полевые исследования проводились в 1996 и 1997 гг. В США обзор был проведен опросом 1839 респондентов. Во всех трех странах интервьюировались лица в возрасте от 18 лет и старше.

Анализ базируется на линейной модели, состоящей из зависимого переменного партийного выбора, опирающегося на четыре независимых переменных фактора: идеология, социально-экономический статус, пол респондента и его (ее) возраст. Идеология, в свою очередь, испытывает на себе влияние социально-экономического статуса (см., например, схему 1).

Как "идеология", так и "социально-экономический статус" являются скрытыми конструктивными элементами, подобными понятию "фактор" при коэффициентном анализе. Для измерения параметров идеологии мы выбрали шесть пунктов, которые соприкасаются с ее основными аспектами. Эти пункты затрагивают: отношение к экономическому равенству в сравнении с необходимостью дифференциации в целях стимулирования усилий; национализацию промышленных предприятий; управление бизнесом; индивидуальную ответственность в сравнении с общественной; и еще один пункт, касающийся распределения благ (см. приложение 1, где сформулированы соответствующие вопросы). Все вопросы были закодированы слева направо, причем ответы справа представляют собой поддержку

стр. 22

неолиберальных позиций, а ответы слева - поддержку государственного вмешательства и вообще большего равенства. Точно так же "социально- экономический статус" является измерением комплексным. Чтобы определить его, мы использовали трехсторонний показатель, базирующийся на понятиях образованности, доходов и социального класса субъекта.

Партийные предпочтения также были выстроены слева направо, в соответствии с благоразумным восприятием. Для Аргентины голоса за "Фронт борьбы за страну согласия" (ФРЕПАСО) были показаны под цифрой 1, голоса за "Радикальный гражданский союз" (РГС) - под цифрой 2 и голоса, избравших "Партию справедливости" (ПС), - под цифрой 3. Основания для таких обозначений базируются на новейшей истории этих трех партий. С 1989 г. ПС стояла в первых рядах тех, кто ратовал за политику рыночных реформ, между тем как РГС и ФРЕПАСО ¹² выражали альтернативные взгляды в пользу более радикальных неолиберальных программ, выполняемых президентом Карлосом Менемом со времени вступления на этот пост. Поэтому я полагаю, что ПС находится справа, а ФРЕПАСО слева. РГС, с моей точки зрения, занимает среднюю позицию.

Что касается США, то наши опросы показывают: демократы стоят слева, а республиканцы справа; третью партию выбора мы из анализа исключили. В Мексике мы отмечаем Демократическую революционную партию (ДРП) как левую, правящую Институциональную революционную партию (ИРП) в центре, и Национальную партию действия (НПД) справа. Принятая модель видна на схеме I ¹³ . Применяемый нами метод имеет дополнительное преимущество, позволяя измерять воздействие на выбор отдельных феноменов, например, идеологии, которые не поддаются прямому наблюдению.

Экономические ориентации в Аргентине, Мексике и Соединенных Штатах

Данные в табл. 1 показывают, что даже если общественность трех названных стран свидетельствует о подавляющем большинстве поддерживающих идею индивидуальной конкуренции (шесть и более респондентов из десяти считают, что индивидуальная конкуренция положительна, остальные полагают, что она безвредна), то ответы на прочие вопросы распределяются практически поровну. Есть явные сильные разногласия в относящихся к исследованию экономических сферах. Так, например, в Соединенных Штатах доля тех, кто ратует за различия в доходах, почти равна тем, кто стоит за ббльшее равенство доходов. Как это ни удивительно, в Аргентине и Мексике доля последних ниже: в США 36% респондентов

Table 1 . Frequencies of economic orientations by country, 1995 - 1997 (percent)

стр. 23

предпочли большее равенство в доходах, в Мексике эта цифра составила 31%, в Аргентине - 32%.

В других сферах, например, в вопросах, относящихся к управлению промышленностью или государством в сравнении с правами на частную собственность, общественность всех трех стран заняла ясную позицию. В Аргентине, где значительная доля опрошенных (25%) все-таки поддерживает своего рода государственное или официальное (административное) управление промышленностью, несколько большее число респондентов (32%) ратуют за систему, при которой бизнесом управляют его собственники. В США доля людей, поддерживающих какое-либо управление со стороны государства или служащих, была мала (8%), тогда как в Мексике она близка к 18%.

Если, таким образом, различные ответы в трех странах по отдельным сферам охватывают многих опрошенных, то важны и межсекционные различия в пределах каждой из стран. Ниже мы сосредоточимся в основном именно на этом типе различий и попытаемся их взвесить, используя идеологию как эвристический механизм, объясняющий различие позиций в подходах к экономике.

В целях иллюстрации ответы на эти вопросы были сведены в три категории. Здесь я демонстрирую только две экстремальные категории, исключая при этом "управление бизнесом", которое я представляю еще в трех категориях ¹⁴ (см. приложение 1 с формулировкой вопроса).

Экономическое измерение идеологии

Как мы узнаем, соответствуют ли индивидуальные ответы идеологическим расхождениям между левыми и правыми? От-

стр. 24

вет строится на основе анализа ответов с использованием структурной модели выравнивания со скрытыми переменными величинами. Полагая, что существует соответствующая капитальная идеология, мы тестировали соотношение между каждым показанием и его базовым фактором. В табл. 2, например, мы можем видеть, что в колонке, озаглавленной "идеология", значительны и достаточно высоки варианты по шести различным, поддающимся измерению экономическим ориентациям при одном единственном исключении. Уровень утвердительных ответов на вопрос, верят ли люди в то, что богатство можно распределить так, чтобы хватило каждому, достаточно низок. Предполагается, что этот пункт не измеряется гипотетической величиной "левый - правый" (хотя коэффициент загрузки был значителен). Во всяком случае остальные пункты имеют высокие загрузки, причем три коэффициента превышают единицу (при различных загрузках на отдельные лица). Эти три коэффициента - "ответственность", "собственность" и "конкуренция". Исследование показывает, что индивидуальная ответственность, конкуренция и частная собственность, противостоящая собственности государства на бизнес, являются наиболее важными компонентами при определении экономических аспектов идеологии.

Нагрузки на исследование равенства занимают первое место, поскольку эта составляющая используется как ссылка для измерения роли латентного фактора в каждой стране. Что касается остальных пунктов, то первый их ряд обозначает фактор загрузки, во втором ряду стоят стандартные погрешности (они показаны в скобках), а третий ряд отведен ценностям "t". Все загрузочные коэффициенты этой таблицы статистически имеют значение на уровне 0.05.

В Аргентине и Мексике (см. табл. 2) все соответствующие загрузки значительны и высоки, доказывая, что наши шесть пунктов являются хорошими индикаторами базового измерения "левый -правый". Во всяком случае имеются некоторые различия, о которых важно упомянуть. Так, например, индивидуальная ответственность является для Аргентины

Table 2. Factor loadings for ideology (weighted least square estimates). See text for details

и Мексики не столь серьезным компонентом идеологии, каким она была в Соединенных Штатах. С учетом этого мы можем утверждать, что понятие личной ответственности может иметь в англосаксонских обществах больший вес, чем в странах Латинской Америки, когда речь идет о дифференциации между "левым" и "правым". Впрочем, к этому заключению следует относиться осторожно в свете тех немногих случаев, с которыми мы имеем дело.

С другой стороны, интересно отметить, что пункт, касающийся различных уровней равенства доходов, является более весомым в Аргентине и Мексике, нежели в США. Подоплекой этого могут быть растущие уровни неравенства доходов, имеющиеся в этих обществах, члены которых склонны касаться других пунктов в нашем пакете вопросов, особенно тех, которые имеют дело с собственностью на бизнес, с экономической конкуренцией и с управлением промышленностью ¹⁵ . Еще одно важное отличие происходит от низкой загрузки пункта "управление" в случае с Мексикой. Это означает, что граждане названной страны не склонны особенно серьезно относиться к понятию управления бизне-

стр. 25

Table 3. Factor loadings for socioeconomic status (weighted least square estimates). See text for details

сом и его ориентации влево - вправо, как это имеет место в Аргентине и США.

В понятиях нашего второго фактора, измеряющего позицию индивида в социальной структуре, мы обнаружили, что загрузки трех индикаторов значительны в статистическом плане и достаточно высоки (см. табл. 3). Но необходимо отметить: между тем как и доход, и образованность обладают высоким коэффициентом, в Аргентине и в Соединенных Штатах кривая, измеряющая социальный класс субъекта, не является столь же качественным индикатором, как индикаторы двух других параметров. Возможно, это связано с представлением американцев и аргентинцев о себе в основном как о членах категории среднего класса, даже если их объективный статус, как это видно по уровням доходов и образованности, свидетельствует об ином положении. Поэтому полученные данные дают основание полагать, что в двух упомянутых странах люди склонны относить себя к категориям, отличающимся от тех, к которым можно было бы их причислить в соответствии с уровнем их жизни на данный момент с точки зрения доходов и образованности. В табл. 3 загрузка рубрики "класс" (в этом случае наши справки вариативны) гораздо ниже, чем в двух других индикациях, как для США, так и для Аргентины. Загрузки рубрики "класс" составляют единицу, поскольку эта кривая используется в качестве ссылки при измерении латентного фактора. Что касается остальных пунктов, то первый ряд указывает на фактор загрузок, второй ряд это - стандартные погрешности (в скобках), а третий ряд показывает значения "t". Все загрузочные коэффициенты в этой таблице статистически существенны на уровне 0.05.

Проводя анализ с использованием трех критериев социально-экономического статуса, мы в состоянии получить более надежную мерку социально- экономического статуса, чем это удалось бы нам при рассмотрении каждого из трех показателей в отдельности.

Линейная модель, учитывающая социально-экономический статус, идеологию и выбор партии

После оценки важности измерения "левый - правый" как идеологического компонента, на котором базируются реакции на пакет из шести экономических ориентиров в нашей модели, мы можем обратиться к влиянию идеологии на партийные предпочтения. В случае с Соединенными Штатами, где мы использовали выбор в пользу демократической партии как ориентацию на левые принципы, а выбор в пользу республиканской партии как ориентацию на правых, мы обнаружили, что влияние идеологии на общественность значимо и очень сильно. Мы можем увидеть это соотношение как в табл. 2, так и на схеме 1. На последней заметно сильное воздействие идеологии на партийные предпочтения. Сторонники левых склонны в большой мере ратовать за демократическую партию, в то время как приверженцы правых в большой мере симпатизируют республиканцам. Структурный коэффициент обозначен жирной линией, которая проходит от центра, обозначенного как "идеология", к квадрату под названием "партийный выбор".

Первый ряд обозначает структурные коэффициенты; второй ряд отражает стандартные погрешности (указаны в скобках), а третий ряд показывает значения "t". Все регрессивные коэффициенты

стр. 26

Table 4. Unstandardised structural coefficients, US (1966). See text for details

в этой таблице значимы статистически на уровне 0.05.

На схеме 1 нестандартизированный усиленный коэффициент наименьшего квадрата (прямоугольника) составляет 1.02. Стандартизированный коэффициент (не указанный на этой схеме) составляет 0.78, что придает больший смысл силе этого соотношения ¹⁶ . Поэтому идеология имеет значение, когда приходится решать, какую партию граждане хотят поддерживать более охотно. Далее модель дает объяснение относительно 42% вариативности при "выборе партии". Если мы учтем более низкое влияние "пола" и "возраста" на "выбор партии", то придется относить большую часть вариативности на счет воздействия идеологии, а социально-экономический статус (через идеологию) - на счет партийных предпочтений.

Если эти результаты и не являются неожиданными в прямом смысле слова, то все же они, кажется, вызывают на дискуссию критиков идеологического тезиса, считающих общественность "лишенной всякой идеологии". Как могут эти эмпирические результаты столь сильно отличаться от предположений авторитетной литературы по той же проблеме? Дело в том, что большинство исследований в области идеологии сосредоточены на позициях индивидов по различным вопросам, и лишь в меньшей мере на тех более широких аспектах ценностей, которые характеризуют данную идеологическую позицию. Это различие имеет решающее значение, поскольку позиция индивида по одному или нескольким вопросам может меняться гораздо чаще, чем его (или ее) позиция в отношении более широких ценностей. Более того метод, который мы используем, усиливает важность тех позиций, которые чаще всего хранятся индивидами в глубине их существа и могут быть скрыты, если мы рассматриваем ответы только на один вопрос.

В представленном выше анализе важно отметить, каким образом позиция индивида в отношении социальной структуры устанавливается с учетом идеологических соображений. И вновь схема 1 позволяет нам увидеть графическое изображение этого соотношения. Нестандартизованный структурный коэффициент от "социально-экономического статуса" к "идеологии" составляет 0.90, свидетельствуя, таким образом, о сильном воздействии социально-экономического статуса на идеологические соображения ¹⁷ . Здесь воздействие "социально-экономического статуса" на "выбор партии" полностью определяется посредничеством "идеологии". Прямая линия от "социально-экономического статуса" к "выбору партии" не имеет статистического значения и потому удалена с описанной выше модели.

Как мы можем удостовериться, что такое соотношение действительно существует или что оно действует через посредство идеологии? Ответ на этот вопрос можно найти в табл. 5.

Табл. 5 показывает простое соотношение между каждой парой переменных величин, представленных на структурной

стр. 27

модели. Если мы внимательно посмотрим на соотношение между "выбором партии" и "социально-экономическим статусом" по фактору отражающей это соотношение матрицы, то сможем увидеть, что степень соответствия между ними очень высока (0.45). Однако, если "идеологии" разрешено посредничать между "социально-экономическим статусом" и "выбором партии", как это отображено на схеме 1, то указанное прямое соответствие исчезает. Это дает нам нечто большее, чем простой намек, для вывода о том, что воздействие социальной позиции индивида на выбор партии осуществляется с учетом взглядов этого индивида на идеологическую позицию каждой из партий. Это также раскрывает, что обычные граждане в состоянии различать особенности идеологических позиций отдельных партий, и что экономическое измерение идеологии играет важную роль при определении политических предпочтений.

Подобная же модель наблюдается в Мексике. Там экономические ориентации "левый-правый" играют существенную

Table 5. Factor correlation matrix, US (1966)

стр. 28

Figure 2. Path model of socioeconomic status, ideology and party choice in Mexico (1996 - 1997)

роль, объясняя поддержку Демократической революционной партии (ДРП), Институциональной революционной партии (ИРП) и Национальной партии действия (НПД). Когда мы выстраиваем партии в таком порядке, то видим, что лица экономической левой ориентации склонны поддерживать ДРП, а лица правого направления предпочитают НПД. И здесь тоже, социально- экономический статус, не имея прямого влияния на выбор партии, играет важную роль, если он опосредован идеологическими соображениями.

На схеме 2 и в табл. 6 видно, что "социально-экономический статус" имеет очень сильное и прямое воздействие на "идеологию" (что и отмечено жирной линией, которая проходит от "социально-экономического статуса" к "идеологии" и от "идеологии" к "выбору партии"). Соотношение, которое проходит через идеологию к выбору партии выражено не столь сильно как в условиях США, но все-таки оно значительно и очень важно.

Первый ряд обозначает структурные коэффициенты, второй ряд дает стандартные погрешности (в скобках), а третий показывает значения "t". Только регрессивные коэффициенты "социально-экономического статуса" и "идеологии" на "выбор партии" имеют статистическое значение на уровне 0.05.

Table 6. Unstandardised structural coefficients, Mexico (1996 - 1997). See text for details

стр. 29

Table 7. Factor correlation matrix, Mexico (1996 - 1997). See text for details

Стандартизованный регрессивный коэффициент от "идеологии" к "выбору партии" составляет 0.52, показывая таким образом, что имеется 50% шансов, что граждане будут охотнее голосовать либо за партию левых, либо за партию правых, поскольку имеется объединяющее возрастание (или падение) уровней идеологии.

Для Мексики эти результаты в какой-то мере удивительны при сравнении с предшествующими исследованиями. При анализе выборов 1988 и 1991 гг. Домингес и Макканн сделали вывод, что наиболее важным фактором при определении поддержки политических партий в Мексике были беспокойства людей по поводу судьбы правящей партии, между тем как отношение к отдельным вопросам "едва ли играло роль" ¹⁸ . Причины наступившей перемены следует отнести за счет того факта, что с тех пор как в Мексике демократия получила собственные институты, политическая конкуренция проходит по более нормальному пути, а граждане уже больше не беспокоятся о том, что страна попадет в нестабильную политическую ситуацию, если партия ИРП не останется у власти.

Все же приходится проявлять в оценках осторожность, поскольку имеются и другие элементы, способные воздействовать на партийные предпочтения. Мексиканская политика все еще находится в переходном периоде, и тот факт, что ИРП была той партией, которая начала выполнять ориентированные на рынок реформы, вовсе не упрощает путь приближения роли идеологии к расчетам электората мексиканцев на передачу голосов за ту или иную программу. И все же в отличие от Аргентины правящая партия Мексики выполнила далеко идущие программы, нацеленные на ослабление действия регрессивного влияния неолиберальной политики, как в сфере дифференциации доходов, так и в области растущей безработицы, то есть в двух наиболее отрицательных краткосрочных последствиях неолиберальной программы реформ ¹⁹ .

В табл. 7 мы можем видеть, что "социально-экономический статус" находится в соответствии с "выбором партии" (0.51). Однако и здесь, если мы позволяем "идеологии" быть посредницей в этом соотношении, то прямая связь между обеими переменными величинами исчезает, и тогда соответствие оказывается полностью опосредованным "идеологией".

В Аргентине результаты отличаются от того, что мы видели до сих пор на примерах Соединенных Штатов и Мексики. В соответствии с нашими ожиданиями, идеология здесь оказывает влияние на выбор партии. Те, кто склоняются к правым, охотнее голосуют за Партию справедливости, а те, кто симпатизирует левым, предпочитают голосовать за ФРЕПАСО, т.е. левоцентристов. Впрочем, позиция индивида в рамках социальной структуры имеет положительное влияние на предпочтение Партии справедливости только в том случае, когда она опосредована идеологическими соображениями. Если мы рассмотрим прямое воздействие "социально-экономического статуса" на "выбор партии", то увидим, что это воздействие негативно. В табл. 8 и на схеме 3 мы можем наблюдать это различие.

Первый ряд показывает структурные коэффициенты; второй ряд дает стандартные погрешности (в скобках), а третий ряд демонстрирует значения "t". Все регрессивные коэффициенты имеют в статистическом плане значение на уровне 0.05, исключая регрессию "выбора партии" и "пола".

стр. 30

Figure 3. Socioeconomic status, ideology and party choice in Argentina (1996)

На схеме З линия от "социально-экономического статуса" к "идеологии" имеет позитивный показатель 1.16, между тем как линия, проходящая от "идеологии" к "выбору партии", тоже позитивна (0.91). Однако, если мы смотрим на прямую линию от "социально-экономического статуса" к "выбору партии", то она негативна и имеет статистическое значение (-1.11) ²⁰ .

Как это может получиться? Если учесть историю Партии Справедливости (перонистской партии), то эта ситуация уже не кажется ненормальной. Многие годы она была оплотом рабочего класса, и десятилетиями перонисты ратовали за политику перераспределения имущества и за интенсивное государственное вмешательство в экономику. Лишь недавно лидеры перонистов изменили эту позицию, частично в связи с чрезвычайными мерами, принятыми президентом Менемом в конце 1980-х и в начале 1990-х годов, чтобы преодолеть глубокий экономический кризис. Таким образом, для тех, кто придерживался своей

Table 8. Unstandardised structural coefficients, Argentina (1996 - 1997). See text for details

стр. 31

Table 9. Factor correlation matrix, Argentina (1996)

лояльности (или оппозиции), основанной на традиционных факторах, их преданность партии, очевидно, прошла испытание более непосредственными и эмоциональными взаимоотношениями. Во всяком случае, когда народ видит Партию справедливости в свете ее "новой" идеологической позиции (особенно в версии сторонников Менема), характеризуемой борьбой за свободную рыночную экономику и за более податливое правление, то влияние социального класса протекает в более интуитивных рамках. Если представители рабочего класса склонны выступать против действий Партии Справедливости и ратовать за левых, то группы граждан с высокими доходами в обществе Аргентины склонны симпатизировать правым, но опять же только после того, как их взгляды опосредуются идеологическими соображениями.

Амбивалентная позиция понятна, если учесть поворот политики, совершенной Перонистской партией в течение двух сроков президентства Менема. Тем не менее, эта позиция также показывает, сколь сильными становятся идеологические соображения при определении голосов лиц из низших социально-экономических слоев. Этот феномен не удивляет, но было бы трудно его заметить, если не включать экономическое измерение идеологии в нашу модель. Возьмем для примера табл. 9. Если мы рассмотрим только соотношение между "социально-экономическим статусом" и "выбором партии", то будем введены в заблуждение, поскольку соотношение между двумя этими переменными величинами чрезвычайно низкое (-0.05). Однако мы ведь уже видели, как меняется это соотношение, если допустить вмешательство "идеологии" с ее сильным и негативным соотношением, возникающим весьма тонко между обеими переменными величинами, в то время как сильное и позитивное соотношение тоже показывает, что оно опосредовано идеологическими соображениями.

Если перонистская политика сохранится, мы сможем ожидать, что увидим консолидацию этого направления, когда народ займет идеологическую позицию, подобную той, которую занимали подобные же группы населения в контексте Соединенных Штатов и Мексики, когда лица из состава групп с низкими доходами охотно голосуют за левых, а граждане из более высоких социально-экономических слоев предпочитают голосовать за правых, даже если противоречия между левыми и правыми не столь остры, какими они бывали в государствах Европы. Одной из причин того, что это может случиться, является новая окружающая обстановка, которая в некоторых странах Латинской Америки имеет тенденцию усиливать социальную напряженность, увеличивая разрыв между богатыми и бедными. Одним из результатов этого может стать то, что вместо ослабления роли идеологии, которое предсказывается некоторыми авторами, неолиберальные реформы могут питать почву для усиления идеологической напряженности.

Заключение

Из предложенного анализа вытекают как открытия, так и новые вопросы. Ясно, что, если идеология рассматривается как базовая модель ценностей, она оказывается имеющей значительную внутреннюю устойчивость и немаловажное влияние на партийные предпочтения. Это верно в отношении наций, имеющих высокие

стр. 32

доходы на душу населения, таких как Соединенные Штаты, а также наций, где доходы на душу населения значительно ниже, таких как Мексика и Аргентина. Это верно для наций в том, что Сэмюэл Хантингтон и другие описали как элементы принципиально иных культурных сфер. Уже одни эти факты указывают на необходимость новой интерпретации некоторых базовых предположений о природе и роли идеологии, которые пронизывали литературу по социальным наукам в последние десятилетия.

Устанавливая параметры роли идеологии в этих трех нациях, оказалось весьма существенным использовать структурный анализ с латентными переменными величинами. Только при этом постоянные элементы идеологии и ее влияния становятся очевидными. Конечно, одним из выводов исследования является тезис о том, что в тех же рамках необходимо исследовать большее число примеров. Данные, собранные Всемирной группой изучения ценностей, представляют несметное множество возможностей для такого анализа. Возможно, что идеология окажется менее стойкой или имеющей меньшее влияние на партийные предпочтения у других наций или у наций из других культурных сфер мира. Находки такого содержания могли бы обозначить важные ограничения в исследованных выше соотношениях.

Но, может быть, самое важное значение этих находок относится к возможностям самоуправления. Если граждане столь различных наций, как Соединенные Штаты, Мексика и Аргентина, окажутся имеющими постоянные ориентации в ценностях, расположенных вдоль оси "левые-правые", и если эти ориентации в значительной мере формируют партийные предпочтения, то граждане и электорат далеки от "простодушия" в сфере своих политических ценностей. Разветвления идеологической консистенции должны быть прослежены, разумеется, от страны к стране, от группы к группе. Но в такую эпоху, когда столь многие социологи пришли к убеждению о необходимости сосредоточить свои исследования на консолидации демократии, изыскания, по крайней мере, свидетельствуют о том, что усилия предпринимаются в верном направлении.

ПРИЛОЖЕНИЕ 1. Формулировка вопросов и кодирование переменных величин, используемых при анализе.

Экономические ориентации "левые-правые"

Управление бизнесом

Есть масса дискуссий о том, как нужно управлять бизнесом и промышленностью. Какой из четырех перечисленных ниже тезисов наиболее близок к Вашему мнению? (Эта переменная величина была направлена в обратную сторону, а выборы 1 и 2 сведены воедино.)

1" Собственники должны сами вести свой бизнес или назначать управляющих.

2" Собственники и служащие должны принимать участие в выборе управляющих.

3" Собственником должно быть правительство, оно же будет назначать управляющих.

4" Нанятые служащие должны быть собственниками бизнеса и избирать управляющих.

9" Не знаю.

Теперь я был бы рад, если бы Вы высказали мне Ваши мнения по различным пунктам. Как бы Вы выразили Ваши взгляды в этой шкале? "1" означает, что Вы полностью согласны с положением на левой стороне; "10" означает, что Вы полностью согласны с положением на правой стороне; а если Ваши взгляды занимают место где-то в промежутке, Вы можете выбрать один из промежуточных номеров.

стр. 33

Равенство доходов

01. Доходы должны быть более равными

10. Нам нужны большие различия в доходах как побуждения к индивидуальным усилиям.

99. Не знаю.

Владение бизнесом как собственностью (эта переменная величина была реверсивной)

01. Частное владение бизнесом и промышленностью должно быть увеличено

10. Следует увеличить долю государства во владении бизнесом и промышленностью Ответственность

01. Правительство обязано принять на себя больше ответственности, чтобы удостовериться, что каждый гражданин достаточно обеспечен

10. Люди (частные лица) должны принять на себя больше ответственности за собственную обеспеченность

Конкуренция (эта переменная величина была реверсивной)

01. Конкуренция - вещь положительная. Она стимулирует людей усердно работать и разрабатывать новые идеи

10. Конкуренция вредна. Она способствует проявлению людьми их худших качеств Накопление богатств (эта переменная величина была реверсивной) 01. Люди могут богатеть только за счет других

10. Богатство может прирастать, так что хватит всем. Партийные предпочтения

Если бы завтра состоялись у Вашей нации выборы, за какую из партий данного списка Вы бы проголосовали?

Если Вы не знаете, то какая из партий нравится Вам больше других? (Мы покажем категории симпатий после раскодирования опроса.)

Показатели социально-экономического статуса

Образование

Каков самый высокий уровень образования, достигнутый Вами?

1. Формального образования не имею.

2. Неполная начальная школа.

3. Полная начальная школа.

4. Неполная средняя школа: технического/профессионального типа.

5. Полная средняя школа: технического/профессионального типа.

6. Неполная средняя школа: типа подготовки к университету.

стр. 34

7. Полная средняя школа: типа подготовки к университету.

8. Какое-либо обучение на уровне университета, без степени.

9. Обучение на уровне университета, со степенью.

0. Не знаю.

Социальный класс

Люди иногда описывают себя как представителей рабочего класса, среднего класса, высшего класса, низшего класса. К каким категориям Вы себя относите:

1. Высший класс

2. Высший средний класс

3. Низший средний класс

4. Рабочий класс

5. Низший класс

9. Не знаю

Доход

Перед Вами школа доходов. Мы бы хотели узнать, к какой группе относится Ваше домашнее хозяйство с учетом всех заработных плат, пенсий и других доходов. Просто укажите цифру, в которую попадает Ваш семейный бюджет, не считая налогов и других вычетов.

01. Низшая квота

10. Высшая квота

98. Ответа нет

Другие исходные переменные величины

Пол

Пол респондента:

1. Мужской

2. Женский

Возраст

Укажите, пожалуйста, год Вашего рождения? 19___

1. До 1930

2. 1930 - 1939

3. 1940 - 1949

4. 1950 - 1959

6. 1960 - 1969

7. После 1979

99. Не знаю

Это означает, что Вам___ лет

1. До 29

2. 30 до 39

3. 40 до 49

4. 50 до 59

5. 60 до 69

6. 69 и более 9. Не знаю

стр. 35

Примечания

¹ Вейланд заметил, что жесткие неолиберальные программы могли бы, как это представлялось, получить широкую поддержку в тех странах, которые страдали от глубокого кризиса, от гиперинфляции, поскольку граждане видели в этих программах путь к спасению страны от неопределенного и, быть может, мрачного будущего. См.: Weyland К. Swallowing the Bitter Pill, Sources of Popular Support for Neoliberal Reform in Latin America // Comparative Political Studies. 1998. V. 31. No. 5. P. 539 - 568.

² Качественный анализ успеха на выборах, достигнутого реформистскими правительствами, см.: Gervasoni С. La Sustentabilidad Electoral de los Programas de Estabilizacidn у Reforma Estructural: Los Casos de Argentina y Peni. Работа, приготовленная для представления на XX Международном конгрессе Ассоциации латиноамериканских исследований. Continental Plaza, Guadalajaara, Mexico, 17 - 19 апреля 1997 г.

³ Например, в Мексике исследователи Пастор и Уайз отметили, что распределение семейного дохода пошло по наихудшему пути. Наиболее богатые лица (10% населения) увеличили свою долю в национальном доходе от приблизительно 34% в 1984 г. до более 41% в 1994 г. См.: Pastor M., Wise C. State Policy Distribution and Neoliberal Reform in Mexico // Journal of Latin American Studies. 1997. V. 29. P. 419 - 456. Об ухудшении показателей уровня бедности в Латинской Америке см.: CEPAL report. Poverty in Latin America and the Caribbean is Greater Now Than in the 1980s' // CEPAL. News. 1996. V. 16. No. 7. P. 1 - 3.

⁴ После звездного скачка вверх экономический рост значительно замедлился во многих странах, особенно после кризиса мексиканского песо в 1994 г. Например, в Мексике рост ВВП составил - 6,2%, хотя позднее этот показатель выправился. Относительно критического взгляда на влияние неолиберальных реформ в Латинской Америке см.: Weeks J. The Contemporary Latin American Economics: Neoliberal Reconstruction // Capital, Power and Inequality in Latin America / Eds Halebsky S., Harris R. L. Boneder: Westview Press, 1995. P. 109.

⁵ Об этом аргументе см.: Scarbrough E. Political Ideology and Voting: an explanatory study. Oxford: Oxford University Press, 1984.

⁶ Это определение выведено из работы: Van Deth J. W., Scarbrough E. The Impact of Values. N.Y.: Oxford University Press, 1995a.

⁷ См.: Knutsen O. Left-Right Materialist Value Orientations // The Impact of Values / Eds Van Deth J. W., Scarbrough E. N.Y.: Oxford University Press, 1995b.

⁸ Кнутсен (1995) анализирует несколько исследований, проведенных в Норвегии, Швеции, Дании, Англии, Германии и Нидерландах. Все рассмотренные работы подчеркивают большое сходство ориентации "левые- правые" по многим странам.

⁹ См.: Ingelhart R. Modernization and Postmodernization: Cultural, Economic and Political Change in 43 Societies. Princeton: Princeton University Press, 1997.

¹⁰ Catterber E. Argentina Confronts Politics: Political Culture and Public Opinion in the Argentine Transition to Democracy. Boulder: Lynne Rienner Publishers, 1991.

¹¹ Moreno A. (1998). Ideologia y Voto. Неопубликованная статья.

¹² ФРЕПАСО было основано прежними лидерами ПС, стоявшими в оппозиции к повороту Менема в сторону правого крыла, и рядом лидеров из организации по защите прав человека, а также из социал-демократических партий.

¹³ Матрица многослойного соотношения была проанализирована с использованием метода WLS (Weighted Least Squares - взвешенных наименьших квадратов), с матрицей правильного веса (матрица асимптотического расхождения). Этот метод предусмотрен для анализа порядковых переменных величин, если можно предположить, что переменные величины представляют базовое длительное измерение. См.: Jareskog K.G. On the estimation of Polychoric Correlations and their Asymptotic Cavarrance Matrix // Psychometrika. 1994. V. 59. No. 3.

¹⁴ Я свел 10 первоначальных пунктов шкалы в три категории следующим образом: 1 - 4 были перекодированы в 1, 5 - 6 перекодированы в 2 и 7 - 10 перекодированы в 3.

¹⁵ В Мексике пункт, касающийся "равенства", имеет примерно такой же вес, как пункт, относящийся к "собственности" и "компетенции". В случае с Аргентиной, хотя веса не сходятся столь же близко, как в Мексике, они все же имеют тенденцию быть ближе друг к другу, чем в США, где веса "собственности", "компе-

стр. 36

тенции" и "ответственности" имеют тенденцию быть выше на величину от 20 до 30%.

¹⁶ Я выбрал для демонстрации нестандартизированные коэффициенты вместо стандартизированных, поскольку первые могут быть сравниваемы на основе различных образцов, а вторые не могут.

¹⁷ Около 70% переменных величин идеологии объясняются нашей социально-экономической составляющей, раскрывая тем самым то воздействие, которое имеет позиция лица в социальной структуре, для определения идеологических предпочтений гражданина.

¹⁸ Dominquez J. I., McCann J. A. Shaping Mexico's Electoral Arena: The Construction of Partisan Cleavages in the 1988 and 1991 National Elections // The American Political Science Review. 1995. V. 89. No 1. P. 34 - 48. Однако те же авторы отмечают, что уже были "выборы с большей идеологической конкуренцией, скрывающейся именно за этим поведением" (Р. 44).

¹⁹ Одним из таких примеров была Программа национальной солидарности (ПНС), программа социальной компенсации, выполненная правительством Салины и продолженная под эгидой нового "Альянса по национальному благосостоянию", руководимого Зедилло. Положительная оценка ПНС и ее социального влияния содержится в работе: Edwards S. Crisis у Reforma en America Latina. Ernece" Editors: Buenos Aires, 1995. Более критичный анализ см.: Pastor, Wise. State Policy, Distribution and Neoliberal Reform in Mexico. P. 451-452.

²⁰ Стандартизированный коэффициент линии, идущей от "социально- экономического статуса" к "выбору партии", составляет - .74, между тем как коэффициент линии от "социально-экономического статуса" к "идеологии" равен .81. В свою очередь, коэффициент стандартной линии от "идеологии" к "выбору партии" составляет .88.

Библиография

Catterberg E. Argentina Confronts Politics. Political Culture and Public Opinion in the Argentine Transition to Democracy. Boulder: Lynne Rienner Publishers, 1991.

Inglehart R. Modernization and Postmodernization: Cultural, Economic, and Political Change in 43 Societies. Princeton: Princeton University Press, 1997.

Inglehart R. Culture Shift in Advanced Industrial Society. Princeton, NJ: Princeton University Press, 1990.

Upset S. Martin Political Man. Garden City, N.Y.: Doubleday and Co., 1960.

Moreno A. Ideologfa y Voto. Unpublished Article, 1998.

Постоянный адрес данной публикации: