Тацит и древние германцы в свете политических тенденций своего времени

"Historia". Wiesbaden. 1965, Т. XIV, N 1, S. 62 - 73.

Выяснение достоверности этнографических и исторических данных Тацита, касающихся древних германцев, имеет большое значение. Эти данные представляют главный источник информации о древнейших формах социального быта германских племен, обитавших на рубеже н. э. за Рейном. Западногерманский историк К. Крист в статье "Древние германцы и понимание Тацитом своего времени" высказывает мнение о политической тенденциозности Тацита в освещении устоев древнегерманского общества и отдельных его представителей. Тацит не мог избежать идеализации древнегерманских общественных отношений, характерной для всей античной этнографии. Как видно из его сочинений, взгляды Тацита на политическую действительность римского мира претерпевали значительные изменения. Ран-

нему этапу его литературной деятельности ("Германия"), который совпадал с эксцессами последнего периода господства Клавдиева дома, была присуща резко отрицательная характеристика римской политической жизни, а в связи с этим и идеализация германцев. В политическом строе германцев Тацит усматривал черты "аристократизма" и "устойчивой моральной принципиальности", облеченной в формы таких добродетелей, как благородство, постоянство, храбрость и т. п., в противовес тем порокам, которые ему виделись в римском обществе. Примером и образцом для составления соответствующих характеристик Тациту могли служить, помимо известных этнографических описаний, содержащихся прежде всего у Саллюстия и Цезаря, также прочно установившиеся в римской историографии мерки гражданских добродетелей, выработанные для изображения собственных предков республиканского времени. В связи с этим мог бы быть, вероятно, поставлен вопрос, которого Крист, однако, не поднимает, - о перенесении Тацитом на германцев мерок и категорий социальных отношений республиканского Рима с его патриархально-большесемейными общинами и развитой системой клиентеллы и домашнего рабства.

Изменение политической обстановки в Риме, приведшее к установлению династии Флавиев, было связано с укреплением внешнего и внутреннего положения империи, утверждением и упрочением политических принципов, соответствовавших интересам не только сенаторского сословия, но и более широких слоев провинциальной аристократии. Под влиянием этого заметно меняется отношение Тацита к германцам, переставшим, с одной стороны, служить с прежней остротой антитезой Риму, с другой - уже не являвшимся для Рима непосредственной угрозой, как это было в самом начале эпохи империи. Поэтому германцы "Историй" и в особенности "Анналов" лишены той идеализации, которая характерна для "Германии". Арминий у Тацита приобретает известные черты властолюбия, хитрости, политиканства, свойственные римским властителям эпохи Юлиев - Клавдиев. Общий моральный облик германского общества изменяется от "Германии" к "Анналам": на передний план выступают черты варварства, стихийности действий, непоследовательность и беспринципность, в реально историческом отношении, быть может, не менее тенденциозные, чем морально-утопические тенденции "Германии".

В связи с этим Крист отмечает известную свободу Тацита от традиционной и весьма цепкой идеализации древнереспубликанского прошлого, столь типичной для римской историографии вообще. Тацит неоднократно возвращался к мысли о том, что политические установления должны соответствовать обстоятельствам времени. То, что было хорошо для эпохи республики, уже не могло удовлетворять жизненным требованиям времен империи. Хотя подобные утверждения, необходимые Тациту для оправдания и возвеличения деятельности представителей дома Флавиев, достаточно прозрачны в их политической тенденциозности, все же привлечение реальных обстоятельств в качестве критерия для суждения о действиях политических персонажей не может не быть признано попыткой стать на историческую точку зрения.

Публикатор:

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Найденный поисковым роботом источник:

Автор(ы) публикации - Л. А. Ельницкий:

Комментарии: