Референдум 27 апреля 1969 г. занимает особое место в истории V республики. Его результаты выразились не только в провале правительственных проектов реформ, в вынужденной отставке президента Ш. де Голля, правившего страной в течение 10 лет и опиравшегося на политическую систему созданного им режима личной власти. Острая борьба вокруг референдума выявила новую перегруппировку политических сил в стране, которая наложила свой отпечаток на все последующее развитие внутренней обстановки во Франции.

Если события мая - июня 1968 г. были отражением кризиса V республики, то референдум 1969 г. явился уже его следствием. Кризис доверия к голлистской политике обострялся на протяжении ряда лет. Она вызывала критику как со стороны левых, так и со стороны правых партий. Левые критиковали прежде всего внутриполитическую деятельность правительства и правящей партии ЮДР (Союз демократов в защиту республики)¹ . Решительную борьбу против режима личной власти неизменно вела Французская коммунистическая партия (ФКП). В 1959 г. из-за несогласия с правительством по вопросам светского и религиозного образования в оппозицию перешла социалистическая партия. Через полгода за ней последовали радикалы, недовольные экономической политикой, ущемлявшей интересы мелкой буржуазии.

Таким образом, возникла левая и левоцентристская оппозиция режиму личной власти. Но если все оппозиционные партии выступали против внутренней политики голлизма, то по вопросам внешней политики они не были единодушны. В то время, как коммунисты одобряли позитивные моменты во внешней политике де Голля, социалисты и радикалы осуждали их и требовали сближения с США, укрепления НАТО, создания "наднационального" объединения стран Западной Европы. Позитивные аспекты внешней политики правительства вызывали недовольство и среди партий, принадлежавших к правому центру. В мае 1962 г. в оппозиции оказалась католическая партия Народно-республиканское движение (МРП) и часть "независимых"² , считавших, что правительство де Голля проводит "антиамериканскую" и "антиевропейскую" политику, в результате чего сложилась правоцентристская аппозиция голлистскому режиму.

Однако существование оппозиции не мешало голлистам вплоть до 1969 г. добиваться успеха на референдумах. Какие же изменения в расстановке классовых и политических сил обеспечили победу сторонникам "нет" на референдуме 27 апреля? В литературе по этому вопросу основ-

¹ До 1968 г. - Союз в защиту новой республики (ЮНР).

² См. по этому поводу Ю. Рубинский. Центризм в политической жизни Франции. "Мировая экономика и международные отношения" (далее - "МЭ и МО"), 1970, N 11.

стр. 73

ное внимание обычно уделяется причинам появления и содержанию проекта реформы системы местного управления и преобразования сената, результатам голосования и политическим последствиям референдума³ . Что касается причин поражения де Голля, то в работах буржуазных авторов наметились две точки зрения. Первую из них отражает, в частности, статья Ф. Бона "Политическое самоубийство или стратегическая необходимость?", который, с одной стороны, одобряет решение главы государства провести серию реформ, чтобы преодолеть кризисное состояние французского общества, а с другой - объявляет меры, предпринятые де Голлем, недостаточными для решения этой задачи, из чего, по его мнению, проистекали пессимизм избирателей, а в итоге и поражение де Голля на референдуме. Другая точка зрения представлена в работе левого голлиста Л. Валлона "Анти де Голль", где неудачи референдума "объясняются" чрезмерной "революционностью" плана реформы, из-за чего-де буржуазия отвергла этот проект⁴ .

Впервые мысль о проведении референдума была высказана главой! государства в бурные майские дни 1968 года. Выступая 24 мая по радио и телевидению, президент заявил: "Учитывая исключительную ситуацию, которую мы переживаем, я по предложению правительства решил представить на одобрение нации проект закона и тем самым прошу предоставить государству и прежде всего его главе полномочия на осуществление преобразований". Была названа первоначальная дата проведения референдума - 16 июня 1968 года. Начиная с 29 мая во французской прессе стал обсуждаться проект закона, о котором шла речь в выступлении де Голля. Он носил название "Об обновлении системы высшего образования, о социальных и экономических преобразованиях". Этот закон предусматривал внедрение "участия трудящихся во всех экономических инстанциях" и в результатах экономического развития. "Участие" трудящихся должно было, по идее этого законопроекта, способствовать улучшению условий жизни и работы в промышленности, в сельском производстве, в коммунальном обслуживании, в высших учебных заведениях. Предполагалось "организовать экономическую деятельность в местных масштабах", а также провести децентрализацию и административное переустройство страны⁵ .

Сторонники де Голля восторженно поддержали его выступление. По словам генерального секретаря ЮДР Р. Пужада, "президент республики... сделал заявление, которое знаменует поворот в политической истории страны"⁶ . Казалось, все шло к тому, что Франция 16 июня направится к избирательным урнам. Однако де Голль, учитывая серьезность положения во Франции (ведь это был разгар майско - июньского движения!), решил отложить проведение референдума и уделить основное внимание выборам в Национальное собрание, распущенное им 30 мая⁷ . В начале 1969 г., когда ему стало ясно, что полностью преодолеть кризис не удается, он вновь обратился к идее референдума - на этот раз по вопросу о региональной реформе и реформе сената. О новом референдуме президент Франции впервые заявил, выступая в городе Кемпере 2 февраля, во время поездки по Бретани.

С февраля 1969 г. правительственная пропагандистская машина была включена на полную мощность - началась борьба за избирателя. Партии, политические организации, профсоюзы приняли активное уча-

³ См. Ю. Рубинский. Франция без де Голля. "МЭ и МО", 1969, NN 9 - 10; C. Vallin. La regionalisation. Les libertes des collectivites locales et les communiste. "Cahiers du communisme", 1969, N 2; J. Kahn. La participation. P. 1969.

⁴ F. Bon. Suicide politique ou necessite strategique? "Revue franchise de science politique", 1970, N 2; L. Vallon. L'Anti de Gaulle. P. 1969.

⁵ "Le Monde", 25, 26 - 27.V.1968.

⁶ "Le Monde", 26 - 27.V.1968.

⁷ "Le Monde". 1.VI. 1968.

стр. 74

стие в обсуждении намеченных реформ. ЮДР на все лады расхваливала процедуру референдума как проявление "прямой демократии". В то же время лидеры ЮДР запугивали избирателей мнимой угрозой "коммунистической диктатуры", если правительственный законопроект не будет одобрен. Видный голлист, председатель парламентской комиссии по вопросам национальной обороны А. Сангинетти сделал следующее публичное заявление: "Мы (голлисты. - И. Р.) останемся господствующей партией до конца века... и если, к несчастью, мы потерпим поражение, то нам на смену придет правый или левый тоталитаризм"⁸ .

Между тем некоторый спад социальной активности трудящихся масс во второй половине 1968 г. сменился весной 1969 г. новым подъемом. Недовольство масс политикой правительства особенно усилилось после срыва переговоров между представителями предпринимателей, профсоюзов и правительства в марте 1969 года. Представители профсоюзов предполагали обсудить вопросы об установлении подвижной шкалы заработной платы, введении 40-часовой рабочей недели, снижении пенсионного возраста, уменьшении налогов⁹ . Но ни промышленники, ни правительственные деятели не собирались идти ни на какие уступки. Не достигнув прогресса на переговорах, ведущие профсоюзные центры Франции - ВКТ, ФДКХ "Форс увриер", ФНО¹⁰ -призвали трудящихся к общенациональной 24-часовой забастовке 11 марта.

Забастовка 11 марта вылилась в демонстрацию народного протеста против налоговой политики монополий и правительства, лишившей трудящихся части их завоеваний, достигнутых в мае-июне 1968 года. За истекшие с тех пор 9 месяцев покупательная способность населения сократилась на 6%¹¹ . Но не только рабочие и служащие страдали от правительственной политики. Тяжесть экономической политики голлистского режима ощутили на своих плечах и мелкие собственники - коммерсанты и ремесленники. В начале 1969 г. пошло на подъем движение мелкобуржуазных элементов города, требовавших удешевления кредита, сокращения налогов, защиты от произвола монополий. Их выступления напоминали пужадизм начала 50-х годов, когда усиление политической активности мелкой буржуазии было использовано правыми силами. 13 января 1969 г. состоялась 3-тысячная демонстрация торговцев и ремесленников перед супрефектурой городка Ла Тур дю Пен. 17 февраля в Гренобле, в "Ледовом дворце", состоялся 20-тысячный митинг представителей мелкобуржуазных слоев города. После окончания митинга было организовано уличное шествие, во время которого его участники сжигали свои страховые карточки. 9 апреля в Ла Тур дю Пен группа торговцев разгромила здание налоговой инспекции. Но особенно повлияла на политическую жизнь страны всеобщая стачка коммерсантов и ремесленников, состоявшаяся 16 апреля. По высказываниям официальных лиц, в этой стачке участвовало от 90% до 100% всех торговцев и ремесленников¹² .

Таким образом, к весне 1969 г. брожение охватило широкие массы населения, недовольного политикой правительства де Голля. Но недовольство росло не только в демократических слоях французского общества. В самом правящем лагере возникли серьезные разногласия, чреватые расколом в буржуазном блоке. Даже в партии ЮДР происходило брожение. "Ортодоксальные" голлисты, соратники генерала по движению Сопротивления, верно служившие ему как на поле брани, так и на полях политических баталий, один за другим устранялись от общест-

⁸ "Le Monde", 2 - 3.II.1969.

⁹ "L'Humanite", 3.III.1969.

¹⁰ ВКТ - Всеобщая конфедерация труда, ФДКТ - Французская демократическая конфедерация труда, ФНО - Федерация национального образования.

¹¹ "L'Humanite", 3.III.1969.

¹² "Le Nouvel Observateur", 21 - 27.IV.1969, p. 20; "L'Humanite", 17.IV.1969.

стр. 75

венной деятельности, уступая место "новым" голлистам, вступавшим в большую политику с иными концепциями.

Применительно к этому времени можно говорить о новой перегруппировке политических сил явно не в пользу голлистского правительства. Часть "независимых республиканцев", партнеров ЮДР по правящей коалиции, во главе с их председателем В. Жискар д'Эстеном, а также партии правого центра выражали свое несогласие с экономическими мероприятиями правительства. Процесс перегруппировки правоцентристской оппозиции развернулся в период подготовки к референдуму, причем большинство входивших в нее партий заранее заняло отрицательную позицию.

Сопоставление данных двух опросов общественного мнения, проведенных Французским институтом изучения общественного мнения (ИФОП) в апреле 1968 и апреле 1969 гг., свидетельствует о том, что после майско - июньского кризиса авторитет Ш. де Голля как президента резко упал. Действительно, число избирателей, выразивших удовлетворение деятельностью де Голля, изменилось следующим образом (в % опрошенных)¹³ .

Таким образом, все большее число французов отказывало в доверии режиму де Голля.

Тем временем 24 марта 1969 г. проект реформ, несмотря на отрицательную оценку Государственного совета, был окончательно принят советом министров, и государственный министр Ж. - М. Жанненэ даже назвал возможные сроки выборов первых региональных советников (май 1970 г.) и образования нового сената (апрель 1970 г.)¹⁴ . 2 апреля 1969 г. премьер-министр М. Кув де Мюрвиль от имени совета министров направил президенту письмо с просьбой назначить референдум "по проекту закона, касающегося создания регионов и обновления сената". В тот же день де Голль издал декрет N 69 - 296 о проведении референдума 27 апреля. 3 апреля в "Journal officiel" был опубликован текст соответствующего законопроекта¹⁵ . Борьба вступила в новую фазу. Глава государства дважды (10 и 25 апреля) обращался к французам по радио и телевидению, заявляя, что он связывает свое дальнейшее пребывание на посту президента с положительным ответом избирателей на референдуме¹⁶ . Текст законопроекта, выдвинутого на референдум, насчитывал 68 статей и распадался на две части, озаглавленные "Регион" и "Сенат". Его одобрение повлекло бы за собой пересмотр 20 статей конституции 1958 года.

Ст. 1 раздела "Регион" изменяла ст. 72 конституции, предлагая новое административно-территориальное деление и новую структуру орга-

¹³ См. "Sondages", 1969, N 1 - 2, р. 18.

¹⁴ "Le Monde", 26.III.1969.

¹⁵ "Journal officiel de la Republique Francaise. Lois et decrets" (далее - "Journal officiel"), 3.IV.1969, pp. 3315 - 3324.

¹⁶ "Le Monde", 12, 27 - 28.IV. 1969.

стр. 76

нов управления. Вместо 95 департаментов предполагалось создать 22 "региона", которые в общем соответствовали сложившимся экономическим районам и носили традиционные названия провинций: Франш-Контэ, Овернь, Пикардия, Шампань и т. д. На первый взгляд "регионам" предоставлялась значительная автономия, что как будто должно было способствовать их экономическому и культурному развитию. Их компетенция должна была распространяться и на ряд сфер, находящихся в ведении центральной власти. Региональным властям предоставлялось право заключать договоры с государственными учреждениями и предприятиями. Предусматривалось образование общегосударственного комитета по межрегиональным связям для изучения и реализации планов, имеющих общенациональное значение. Учитывалось, что некоторые государственные учреждения в дальнейшем перейдут в региональное подчинение. Получалось, что "регион" обладал вроде бы большой независимостью и самостоятельностью, в том числе и по отношению к центральным государственным органам.

Однако при более тщательном рассмотрении становилось ясно, что сама структура региональных властей, которая носила явно антидемократический характер, была очень тесно увязана с центральным правительственным аппаратом. Во главе "региона" должен был стоять префект¹⁷ , согласно сообщению "L'Humanite", - правительственный делегат, являвшийся, в сущности, "подлинным правителем в регионе"¹⁸ . Префект осуществлял как составление, так и исполнение регионального бюджета, руководил всей региональной администрацией. Он подчинялся только правительству и не зависел от местных представительных учреждений. Полномочия регионального совета, который создавался при префекте, были ограничены рассмотрением вопросов, связанных с жизнью "региона", на сессиях, созываемых дважды в год. В функции совета входило обсуждение и утверждение бюджета, однако его решение не являлось обязательным для префекта¹⁹ . Региональный совет должен был состоять из депутатов парламента (избранных в данном "регионе"); территориальных региональных советников, которых надлежало избирать на основе мажоритарной системы в 2 тура генеральными и муниципальными советами или их делегатами; региональных советников от различных социально-профессиональных групп, которые должны были назначаться специальными правительственными органами. Число территориальных советников не могло быть меньше числа депутатов парламента, заседавших в региональном совете. Число советников от социально-профессиональных групп должно было составлять 2/3 от общего количества территориальных советников и депутатов парламента. Советники от социально-профессиональных групп представляли 7 социальных категорий: лиц наемного труда; сельское население; лиц, занятых в промышленных, торговых, морских и ремесленных предприятиях; представителей семей; работников науки и сферы высшего образования; работников культуры и общественных деятелей²⁰ . Система назначения региональных советников была рассчитана на то, чтобы обеспечить необходимое влияние правящих партий в местных органах власти в противовес левым политическим силам, особенно коммунистам и социалистам, которые пользуются большим влиянием в местных органах самоуправления и генеральных советах некоторых департаментов. Закон предусматривал далее, что "правительство может на основании мотивированного декрета, принятого советом министров, распустить региональный совет и образовать временную региональную комиссию, которая будет распо-

¹⁷ "Journal officiel", p. 3315.

¹⁸ "L'Humanite", 25.III.1969.

¹⁹ "Journal officiel", p. 3317 (art. 25), p. 3318.

²⁰ Ibid., pp. 3316 (art. 12, art. 13), 3317 (art. 18).

стр. 77

лагать теми же правами, что и региональный совет"²¹ . Тем самым правительство получало возможность "расправляться" с непокорными советами.

Вторая часть законопроекта, касающаяся преобразования сената, также вносила большие конституционные изменения. Одна лишь ст. 49 нового закона изменяла 19 статей действующей конституции. Согласно ст. 7 (о временном замещении поста президента), сенат, в котором имелось много противников де Голля, отстранялся от участия в решении вопроса о преемнике президента²² . Фактически он получал возможность сам назначать себе преемника. Сенат лишался законодательных функций. Он должен был слиться с экономическим и социальным советом, входившим в правительственную систему V республики, в некий новый корпоративный совещательный орган. Обновленный сенат мог лишь высказывать свое мнение перед голосованием законопроектов в Национальном собрании. Существенно изменялся и состав сената. 160 сенаторов из 323 должны были представлять новые регионы, а также коммуны и департаменты, 6 сенаторов - заморские территории; 7 - заморские департаменты Франции; 4 - французских граждан за границей; 146 сенаторов - социально-профессиональные группы. Сенаторы от социально- профессиональных групп и французов, находящихся за границей, должны были назначаться соответствующими национальными организациями (профсоюзными центрами, разнообразными объединениями по профессиям и интересам и т. п.). Срок полномочий сената был установлен в 6 лет с обновлением половины его состава через 3 года после начала легислатуры²³ . Таким образом, реформа сената наносила существенный удар по правам и законодательным прерогативам второй палаты парламента. Как ив региональных советах, в случае принятия законопроекта правительство смогло бы осуществлять контроль за назначением представителей социально- профессиональных групп в сенат.

Нарушение принципа выборности вызвало широкое недовольство общественности. Как известно, де Голль и его правительство вообще игнорировали сенат на протяжении 6 лет, когда его председателем был радикал Г. Моннервиль, непримиримый противник деголлевского режима²⁴ . Хотя желание оградить себя в дальнейшем от оппозиции сената, вероятно, сыграло свою роль, было бы неверно расценивать такую технически сложную и глубокую реформу, как простое "сведение счетов" главы государства с оппозиционно настроенными деятелями. Недаром же обе реформы - региональная и сената - были объединены в один законопроект. Значит, голлисты видели в этих, казалось бы, очень далеких друг от друга реформах нечто общее. В чем же заключался главный смысл планируемых реформ?

28 февраля 1969 г. состоялась пресс-конференция Жанненэ. Разъясняя журналистам, почему решено объединить обе реформы - региональную и сенат - в один законопроект, государственный министр заявил: "Обе эти реформы сливаются.., потому что в и их есть общее - привлечение представителей социально-профессиональных групп к обсуждению в широком смысле слова; они сливаются и потому, что в новом сенате будут представлены регионы"²⁵ . Фактически предлагаемые мероприятия означали практическую реализацию пресловутой идеи "участия", которой де Голль придавал решающее значение. Еще 24 мая 1968 г. он говорил: "Существует явная необходимость изменить наше общество, и все указывает на то, что это преобразование должно вклю-

²¹ Ibid., p. 3318 (art. 36).

²² Ibid., p. 3319.

²³ Ibid., pp. 3319, 3323.

²⁴ "Revue politique et parlementaire", 1968, N 793, p. 85.

²⁵ "Le Monde", 2 - 3. III. 1969.

стр. 78

чать более широкое участие каждого в развитии и результатах развития той сферы деятельности, к которой он непосредственно относится". По мнению де Голля, ни капитализм, ни социализм "не свободны от недостатков" и "не подходят" для Франции. Но "есть, - утверждал в другом месте де Голль, - и третье решение - "участие", которое изменяет условия жизни человека в современной цивилизации"²⁶ . Однако фактически этим магическим термином обозначалось всего лишь привлечение представителей различных социальных категорий к обмену мнениями по тем или иным вопросам при сохранении основных рычагов управления в руках буржуазного государства. Таким образом, речь шла о новой, хотя в общем не столь уж оригинальной, вариации на стародавнюю тему о "третьем пути" - между капитализмом и социализмом. По точному определению коммуниста Ж. Метцжера, была предпринята "новая попытка интегрировать рабочий класс и трудящихся в монополистическую систему, заставить их смириться с эксплуатацией"²⁷ .

В борьбе вокруг референдума приняли участие четыре главные политические группировки: 1) ФКП; 2) левоцентристская оппозиция - СФИО, радикалы, Конвент республиканских институтов, ранее входившие в ФДСЛС, и левацкая Объединенная социалистическая партия (ОСП); 3) группировки правого центра, находившиеся в оппозиции правительству (Демократический центр - ДЦ) и др.; 4) правящее "большинство" (ЮДР и Национальная федерация независимых республиканцев).

"О классовом лице" этих группировок и составе избирателей, их поддерживавших, можно судить по результатам социологического обследования, проведенного ИФОП по заказу коммунистической партии во второй половине 1966 года. Картина получилась следующая. Среди избирателей, поддерживавших ФКП, 46% составляли рабочие, 13% - служащие, 8% - средний инженерно-технический персонал, 9% - земледельцы, 6% - промышленники и торговцы, остальные - представители других социальных категорий. Таким образом, рабочие преобладали над остальными категориями. Среди избирателей, поддерживавших ФДСЛС, 51% составляли примерно в равных долях рабочие, мелкие служащие, средний инженерно-технический персонал. Среди избирателей ДЦ преобладали промышленники и торговцы, высшее звено инженерно-технических работников; значительным было и число "земледельцев", голосующих за эту политическую организацию. Среди избирателей ЮНР 22% - рабочие, 22% - средние слои городского населения, но преобладали торговцы, промышленники, высшее звено ИТР (новая, вскормленная голлистским режимом техническая бюрократия), представители свободных профессий, земледельцы²⁸ . Отчетливо видны политические колебания и двойственность мелкобуржуазной психологии крестьян. Хотя только 12% из них считали голлистов выразителями своих интересов, но голосовать за них все же были намерены 24%. 37% крестьян вообще не знали, за кого голосовать. Пожалуй, лишь ДЦ имел более или менее устойчивый контингент избирателей из числа крестьян. 14% сельских избирателей считали ДЦ выразителем своих интересов (12% - ФКП, 12% - ЮНР, 10% - ФДСЛС, 1% - другие партии, 51% - не ответили)²⁹ . Из менее значительных левых партий отметим ОСП. Ее социальная база была представлена главным образом интеллигенцией и студентами. Среди членов ОСП 42,4% - представители технической и гуманитарной интеллигенции; 14,2% - служащие; 10,9% - студенты³⁰ .

²⁶ "Le Monde", 26 - 27. V, 9 - 10.VI.1968.

²⁷ "Cahiers du communisme", 1969, N 1, p. 42.

²⁸ "Cahiers du communisme", 1967, N 12, pp. 67 - 68, 69.

²⁹ По данным ИФОП. "Cahiers du communisme", 1968, N 1, p. 27.

³⁰ "Revue francaise de science politique", 1969, N 3, p. 704.

стр. 79

Ведущая роль в оппозиции голлистскому режиму и в частности проекту, вынесенному на референдум, принадлежала коммунистам. Выражая интересы рабочего класса и всех трудящихся масс Франции, страдающих от капиталистической эксплуатации, ФКП рассматривала оппозицию в ходе референдума как составную часть антимонополистической борьбы. В резолюции ЦК ФКП, принятой на пленуме в Витри 13 февраля 1969 г., говорилось: "Французская коммунистическая партия, призывающая проголосовать "нет", рассматривает борьбу вокруг референдума-плебисцита как этап борьбы всех демократов за замену режима личной власти строем передовой демократии, открывающей путь к социализму". Коммунисты заявили, что они - сторонники реформ, в том числе и региональной, но не ущербных, предлагаемых правительством, а развернутых и демократических: "Французская коммунистическая партия ясно высказалась за создание регионов с избираемыми по пропорциональной системе всеобщим, прямым голосованием региональными советами, наделенными реальной властью и пользующимися выделенной для них частью государственных средств"³¹ . Коммунисты развернули активную пропаганду своих взглядов. О ее результатах свидетельствует тот факт, что сторонники ФКП были лучше всех других категорий избирателей информированы об основных аспектах проблем предстоящего плебисцита³² .

В ходе подготовки к референдуму ФКП активизировала борьбу за единство левых сил. В воззвании от 24 марта она указывала, что для достижения главной цели - замены голлистского режима строем передовой демократии - "необходим прочный союз рабочих и демократических сил". ФКП предлагала выработать совместную с левыми партиями программу действий, в частности по вопросу о создании демократического правительства в случае поражения голлистов на референдуме. Однако эти предложения были отклонены руководством СФИО³³ .

Активность сторонников ФКП накануне референдума была наибольшей. По данным ИФОП от 26 апреля, к урнам собирались направиться 87% ее избирателей (партии левого центра - 85%, ДЦ - 76%, независимые республиканцы - 86%, ЮДР - 85%). 95% из них собирались сказать "нет" (по сравнению с 84% сторонников ЮДР, собиравшихся голосовать "да")³⁴ .

Левоцентристская оппозиция также критиковала проект референдума. Сразу после выступления де Голля по радио и телевидению 24 мая 1968 г., когда впервые была выдвинута идея референдума, председатель ФДСЛС Ф. Миттеран заявил: "Федерация левых сил говорит "нет" плебисциту и генералу де Голлю"³⁵ . СФИО также выступила против референдума. Социалисты утверждали, что режим личной власти - "это не фашистский режим, ...но это антидемократический режим, ликвидация которого... - необходимое условие для возобновления продвижения к социализму". Под "продвижением к социализму" социалисты понимали серию реформ, не затрагивавших коренные интересы частного капитала и имевших целью несколько улучшить экономическое положение рабочего класса и средних слоев. Съезд СФИО, состоявшийся в декабре 1968 г., заявил: "Отныне будет достаточно простого большинства в Национальном собрании, чтобы изменять по воле властей действующую конституцию". Осуждалась и идея регионализации, направленной, как говорилось в решении съезда, на то, чтобы "ослабить существующую

³¹ "Cahiers du communisme", 1969, N 4, p. 121.

³² По данным опроса ИФОП (за две недели до референдума). См.: "Sondages", 1969, N 3, р. 13.

³³ "Cahiers du communisme", 1969, N 15, p. 37; "Le Nouvel Observateur", 21 - 27.IV. 1969, p. 6.

³⁴ "Sondages", 1969, N 3, p. 13.

³⁵ "Le Monde", 26 - 27.V.1968.

стр. 80

местную структуру коммун и департаментов, создав надстройку, в которой полнота власти будет принадлежать правительственному представителю; надстройку, в которой совещательное собрание, избираемое на основе неравного голосования было бы жалким подобием демократического института". Со своей стороны, социалисты заявляли, что они не против регионализации, но только в том случае, если она расширит полномочия и увеличит материальные средства, которыми располагает местное звено управления. В то же время они связывали регионализацию с проблемой "объединения Европы", то есть с созданием федерации западноевропейских государств³⁶ . В целом же СФИО в оценке референдума исходила из своей общей оппозиции режиму V республики.

Против проведения референдума выступала и мелкобуржуазная левореспубликанская партия радикалов и радикал - социалистов. Близкий к радикалам еженедельник "L'Express" проводил обработку общественного мнения в пользу ответа "нет" на референдуме. Бывший в то время директором и главным редактором этого журнала, нынешний председатель партии Жан-Жак Серван-Шрейбер изображал дело таким образом, что "нет" на референдуме 27 апреля - это единственный шанс "сохранить историческое наследие де Голля.., обеспечить наиболее спокойное наследование в наиболее "умеренных" условиях"³⁷ . Другими словами, Серван-Шрейбер предлагал "убрать" де Голля и, не дожидаясь новых социальных потрясений, поставить у власти более гибкого политического деятеля.

Радикалы критиковали проект реформ преимущественно по конституционно- юридической линии, под знаком защиты республиканских институтов. Бывший тогда председателем партии Р. Бийер, выступая 2 марта 1969 г. в Марселе перед активистами федерации Юго-Запада, говорил: "Разумеется, мы должны ответить "нет". Мы ответим "нет", ибо иначе конституция, которая и без того уже нарушалась, будет окончательно попрана. Мы не можем согласиться с тем, что гарант, избранный республикой, спокойно расшатывает конституцию, соблюдение которой он должен обеспечить. Регионализация - это лишь маскировка и иллюзия... Мы говорим "нет" преобразованию сената, приводящему к его исчезновению, если даже и будет сохранена некоторая видимость его полномочий"³⁸ .

10 марта 1969 г. съезд радикалов принял резолюцию, в которой говорилось об антиконституционном характере референдума, о его несвоевременности (делались ссылки на "университетские беспорядки, социальный кризис и финансовые трудности", которые "с тревогой воспринимались каждым французом"). Радикалы отвергли принцип однозначного ответа на такой "длинный и сложный текст, касавшийся совершенно различных вопросов", и заявили, что единственно конституционным методом принятия закона о регионализации является метод парламентского обсуждения. "Что касается сената, съезд считает сохранение второй законодательной палаты тем более необходимым для равновесия властей (законодательной и исполнительной. - И. Р.), что избрание президента республики всеобщим голосованием усиливает исполнительную власть"³⁹ .

Таким образом, в то время как ФКП справедливо разоблачала истинную сущность законопроекта, состоявшую в наступлении крупного капитала на интересы трудящихся, в очередной попытке "интегрировать их в систему" капитализма, притупить их классовую бдительность при помощи мифа об "участии", партии левого центра критиковали главным образом авторитарную систему голлизма, попиравшую традиционные

³⁶ "La Revue socialiste". N 219, Janvier 1969, pp. 72, 95 - 96, 97.

³⁷ "L'Express", 1969, N 928, p. 7.

³⁸ "Le-Monde", 11.III. 1969.

³⁹ Ibid.

стр. 81

нормы буржуазной демократии. Мелкобуржуазная демократическая организация Конвент республиканских институтов (КРИ) в середине февраля 1969 г. выступила с официальным осуждением "плебисцитарного и ложнодемократического характера референдума". 28 февраля генеральный секретарь КРИ К. Эстье призвал всех собиравшихся воздержаться на референдуме отказаться от прежних позиций и способствовать тому, "чтобы левые силы ответили единственно возможным общим "нет". В конце марта проходила XII национальная конференция КРИ. На ней вновь прозвучало осуждение плебисцитарного и антидемократического характера готовящегося референдума, который фактически и был задуман с целью одобрения всего курса де Голля. Как и другие партии левой оппозиции, Конвент призвал своих сторонников сказать на референдуме "нет"⁴⁰ .

Объединенная социалистическая партия критиковала правительственную политику с "левацких" позиций. Демагогически заявляя о своей приверженности к социализму, о стремлении к "преобразованию форм производства и управления на всех уровнях", партия выступила против объединения левых сил, которое она расценивала как "гегемонию коммунистов в этом союзе левых, прикрытой программой несмелых реформ"⁴¹ . "Левацкие" тенденции в политике ОСП привели к колебаниям по вопросу об участии в "реакционном референдуме". Появились заявления о том, что в принципе ОСП за регионализацию и против сохранения "консервативного сената", то есть поддерживает цели планируемых реформ, но не их форму. Исходя из этого, лидеры ОСП предлагали своим сторонникам воздержаться от участия в референдуме или же опускать в избирательные урны незаполненные бюллетени. Острые дебаты по вопросу об отношении к референдуму развернулись на VI национальном съезде этой партии, состоявшемся в середине марта 1969 г. в Дижоне. Съезд осудил плебисцитарный характер референдума и указал на опасность для рабочего движения, которая таится в увлечении иллюзией "участия". Далее он высказался против тактики "привлечения рабочего движения к участию в голлистском плебисците", якобы сеющей иллюзии о решающем значении этой битвы для победы социализма⁴² . Этот тезис являлся совершенно несостоятельным. По вопросу об участии в голосовании мнения на съезде разделились. Часть делегатов предлагала примкнуть к лагерю сторонников "нет", другая - воздержаться от голосования. В итоге - 436 делегатов проголосовали за отрицательный ответ на референдуме, 382 делегата высказались за его бойкотирование, 18 - воздержались⁴³ . Таким образом, ОСП оказалась в рядах левоцентристской оппозиции референдуму, которая располагала весьма активными избирателями. Среди них всего лишь на протяжении одного года заметно усилилось недовольство деятельностью президента (12% перешли в лагерь недовольных). Партии левого центра добились высокой активности своих избирателей накануне референдума: 85% из них собирались принять участие в голосовании (столько же, сколько среди сторонников ЮДР, независимых республиканцев), 15% из этого числа собирались дать положительный ответ, 85% - отрицательный⁴⁴ . Таким образом, позиция левых партий нашла широкий отклик в массах. Это означало, что 27 апреля "нет" собиралось сказать большинство рабочего класса, городской мелкой буржуазии, демократической интеллигенции.

Правому центру как политическому направлению в современной Франции, где четко определилась поляризация сил, отведена роль "балан-

⁴⁰ "Le Monde", 18.II, 2 - 3.III, 1.IV.1969.

⁴¹ "Le Nouvel Observateur", N 232, 21 - 27.IV.1039, p. 7.

⁴² "Le Monde", 22.II, 18.III.1969.

⁴³ "Le Monde", 18.III.1969.

⁴⁴ "Sondages", 1969, N 1 - 2, pp. 14. 18, 33.

стр. 82

сира" на оси "левые - правые". И если он открыто переходит в оппозицию, то возникает известная угроза сохранению прежнего правящего большинства. Как отмечал сотрудник Национального центра научных исследований Ф. Бон, "эффективность (стратегии голлизма. - И. Р.) не столько зависит от сил, которые она приводит в действие, сколько от сил, которые она нейтрализует"⁴⁵ . На политической арене правый центр был представлен четырьмя основными организациями. Это, во-первых, МРП. Затем - ДЦ, который включил в себя ядро сходящего с политической сцены МРП и часть "независимых". Продолжал свою деятельность Национальный центр независимых, несмотря на переход части его членов в ДЦ. В апреле 1967 г. в Национальном собрании была зарегистрирована новая правоцентристская группа "Прогресс и современная демократия"⁴⁶ .

Причина увеличения числа правоцентристских организаций в условиях V республики кроется в обострении разногласий в буржуазном лагере. Уже в первые годы режима личной власти часть буржуазии по разным мотивам отмежевалась от де Голля. Одни были недовольны тем, как он разрешил алжирскую проблему, другие возмущались авторитарными методами правления, третьи протестовали против экономической политики правительства, ущемлявшей интересы мелкой буржуазии. Как пишет сотрудник Национального фонда политических наук Ж - Л. Пароди, "центризм - это прежде всего антиголлистская федерация. В ней можно обнаружить и антиголлизм сторонников французского Алжира и антиголлизм приверженцев традиционного парламентаризма... Парадокс состоит в том, что каждое из этих антиголлистских течений считало себя обязанным объединиться с другими течениями, чтобы обеспечить свое существование, и что из этого союза возникли элементы программы, отличной от простого устранения голлизма"⁴⁷ . "Эти партии ("независимые" и МРП) выражают, - пишет К. Валлэн, - преимущественно интересы немонополистической буржуазии. "Независимые" опираются на сельскую буржуазию (крупных земельных собственников, зажиточных и средних крестьян) и городскую буржуазию (промышленников, торговцев, лиц свободных профессий); эти консервативные буржуазные круги обеспокоены усилением мощи олигархии, но готовы сотрудничать с ней в страхе перед "левыми" и "революцией"⁴⁸ .

Со второй половины 60-х годов часть бывших сторонников политики де Голля, недовольных новыми позитивными моментами внешнеполитического курса правительства (усилением контактов с социалистическими странами, выходом из военной организации НАТО), также переходит на центристские позиции. Интересные данные приводит еженедельник французских деловых кругов "La Vie franchise". Редакция обратилась 5 декабря 1965 г., в день первого тура президентских выборов, к руководителям 100 частных компаний страны с просьбой ответить, за кого они голосовали. Результаты анкеты весьма показательны. Голоса крупнейших капиталистов разделились в основном между де Голлем (48,4% ответивших) и Ж. Леканюэ (45,2%). Таким образом, можно считать, что в это время на правоцентристские позиции переходит часть крупной буржуазии⁴⁹ .

После выступления де Голля в г. Кемпере 13 февраля 1969 г. руководящий комитет ДЦ выступил за то, чтобы дать отрицательный ответ на референдуме, который подвергался критике за "антиконституционность и несвоевременность" ⁵⁰ . Разъясняя политику своей партии в беседе со студентами Высшей школы экономических и коммерческих наук

⁴⁵ "Revue francaise de science politique", 1970, N 2, p. 219.

⁴⁶ См.: Ю. Рубинский. Центризм в политической жизни Франции.

⁴⁷ "Revue politique et parlementaire", 1969, N 800, p. 27.

⁴⁸ C. Vallin. Role des partis politiques. "Cahiers du communisme", 1963, N 1 - 2.

⁴⁹ "La Vie francaise", 10.XII.1965.

⁵⁰ "Le Monde", 15.II.1969.

стр. 83

(5 марта 1969 г.), Леканюэ выразил сожаление, что еще не удалось создать "большое демократическое, социальное и европейское движение, которое бы объединило "либералов прогресса" и левые социалистические силы" (за исключением, разумеется, ФКП. - И. Р.), при условии, подчеркнул он, что последние откажутся от марксизма, принципов общественной собственности и т. д. Леканюэ вновь подтвердил "нежелание" сотрудничать с голлизмом: "Я не верю в возможность повлиять на политику де Голля. Думаю, что есть только два выхода: подчиниться или иметь мужество сказать "нет"⁵¹ . ДЦ претендовал, следовательно, на роль наиболее умелого выразителя интересов правящего класса в период обострения классовых противоречий. Он считал себя потенциальным наследником голлизма.

Более гибкую позицию заняла парламентская группа "Прогресс и современная демократия" (ПДМ), очень неоднородная по политическим взглядам своих участников. С самого начала кампании ПДМ скептически отнеслась к референдуму. Один из ее видных членов, бывший министр П. Сюдро, еще в мае 1968 г. отмечал, что "нелогично вводить систему "участия" в экономику, не признавая его принцип в политике" (намек на авторитарный характер режима личной власти. - И. Р.). Он же в марте 1969 г. осудил многократные пересмотры конституции, а равно и фактическую ликвидацию законодательной власти сената⁵² . В начале апреля, когда стал известен текст деголлевского законопроекта, ПДМ окончательно сформулировала свою позицию. Она заявила о несвоевременности референдума, высказала мелкие замечания по региональной реформе (неясность вопроса о технике финансирования "регионов", предоставление чрезмерной власти региональному префекту) и более существенные по реформе сената: критиковались корпоративный характер будущего сената и уменьшение его законодательной роли, которая рассматривалась как нарушение равновесия между законодательной и исполнительной властью, особо отмечалась опасность концентрации законодательных полномочий в руках премьер-министра в случае замещения президента. Но вывод, сделанный из всех этих критических замечаний, был облечен в очень гибкую формулировку: "Так как основным принципом группы ПДМ является свободное голосование, каждый из ее депутатов сделает соответствующие выводы. Тот, кто хотел бы одобрить региональную реформу, окажется в затруднительном положении ввиду необходимости дать один ответ (на два вопроса. - И. Р.). Большинство депутатов из группы ПДМ или откажется от самого участия в референдуме, или даст общий отрицательный ответ"⁵³ . Католический еженедельник "Le Temoignage chretien" объяснял появление столь эластичной позиции желанием лидера ПДМ Ж. Дюамеля сохранить целостность группы, необходимую для подготовки "послеголлизма" с правоцентристской ориентацией, то есть фактически обновленного голлизма с участием центристов в правительственной коалиции⁵⁴. Критика законопроекта со стороны ПДМ разделялась Национальным центром независимых, однако, исходя из тех же замечаний к проекту референдума, "независимые" решили безоговорочно примкнуть к лагерю сторонников "нет". Руководящий комитет партии сделал по этому поводу 26 марта соответствующее заявление⁵⁵ .

Таким образом, организации правого центра выразили недоверие курсу де Голля. Это означало раскол в рядах французской буржуазии, напуганной событиями "красного" мая 1968 г., недовольной резким ухудшением финансового положения страны осенью 1968 г. и боящейся но-

⁵¹ "Le Monde", 6.III.1969.

⁵² "Le Monde", 26 - 27.V.1968; 20.III.1969.

⁵³ "Le Monde", 3.IV. 1969.

⁵⁴ "Le Temoignage chretien", N 1292, 10.IV.1969, p. 5.

⁵⁵ "Le Monde", 27.III.1969.

стр. 84

вых социальных потрясений. Мелкая и средняя буржуазия города и деревни, часть крупной буржуазии собирались на референдуме 27 апреля сказать "нет".

Раскол буржуазии коснулся и правящего большинства. Примечательным было отношение к референдуму со стороны партнеров партии ЮДР по правительственной коалиции - независимых республиканцев. Поддерживая общее направление политики де Голля, независимые республиканцы и прежде всего их председатель В. Жискар д'Эстен примерно с середины 1966 г. начали выражать свое несогласие с некоторыми аспектами этой политики. Он выдвинул новый принцип политики независимых республиканцев, известный под названием "Да, но...". Это означало, что последние сохраняет свою верность режиму, но желают в большей мере участвовать в выработке правительственных решений и при этом сохраняют за собой право критики.

С самого начала разработки законопроекта, вынесенного на референдум 1969 г., жискардисты были уязвлены тем, что их отстранили от столь важного дела. Независимые республиканцы потребовали большей гласности. Но так как приглашения принять участие в работе над планом реформ так и не последовало, с их стороны стали раздаваться критические голоса. 28 февраля генеральный секретарь Национальной федерации независимых республиканцев М. Понятовский говорил активистам своей партии в г. Тулузе: "Принцип и форма (проведения реформ. - И. Р.)не кажутся ни ясными, ни своевременными". Понятовский выразил недовольство излишней широтой полномочий президента. Впервые одним из лидеров независимых республиканцев был сделан столь серьезный выпад против де Голля: "Концентрация в одних руках прав: роспуска Национального собрания, организации референдума, применения ст. 16 конституции (предоставляющей чрезвычайные полномочия президенту. - И. Р.), ведения пропаганды - вызывает беспокойство"⁵⁶ . Пока Жискар д'Эстен хранил молчание, члены его партии развернули кампанию против ЮДР и президента. Если в апреле 1968 г. 95% их избирателей были довольны деятельностью генерала, то в апреле 1969 г. (опрос от 14 - 17 апреля) их число сократилось до 58%⁵⁷ . Тогда же орган независимых республиканцев еженедельник "La Reforme" выдвинул претензии по поводу того, что подготовку проекта реформ осуществляет только руководство ЮДР: журнал призывал де Голля дать реальное подтверждение принципа "участия" путем привлечения - жискардистов к разработке плана реформ. Впрочем, тут же "La Reforme" поспешила заверить, что большинство независимых республиканцев собирается дать положительный ответ на референдуме⁵⁸ . Неожиданностью для политических наблюдателей явился тот факт, что Жискар д'Эстен изложил свое мнение о референдуме на страницах ультраправой газеты "L'Aurore", где он писал, что бюрократическая система в результате региональной реформы не будет уничтожена, просто ее центр тяжести "переместится из Парижа в регионы". Жискар д'Эстен считал, что реформы лучше было бы подготовить и провести в жизнь обычным парламентским путем⁵⁹ . 10 апреля руководящий комитет Национальной федерации независимых республиканцев, обсудив вопрос о референдуме, 21 голосом принял постановление о свободном голосовании (19 голосов было подано за одобрение референдума, 5 - за отрицательный ответ, 3 - за то, чтобы воздержаться от участия в референдуме). Таким образом, даже в руководящем органе независимых республиканцев не было единства. 14 апреля Жискар д'Эстен заявил: "Референдум не является своевременным и разумным методом для созидания будущего Франции". Его поддержал Понятов-

⁵⁶ "Le Monde", 15.II.1969.

⁵⁷ "Sondages", 1969, N 1 - 2, p. 18.

⁵⁸ "Le Monde", 25.III.1969.

⁵⁹ Цит. по: "Le Monde", 9.IV.1969.

стр. 85

ский. Партнеры ЮДР по правящей коалиции впервые отказали ей в поддержке, да еще в столь ответственный момент, когда речь шла о дальнейшем пребывании де Голля на посту президента республики. Узнав о позиции Жискара д'Эстена, увлекшего за собой 25% избирателей независимых республиканцев, де Голль сказал: "Он порвал с Пятой республикой"⁶⁰ . Лидеры независимых республиканцев, почувствовав, насколько непопулярна в стране политика президента, решили от нее отмежеваться. Таким образом, накануне референдума ЮДР оказалась в одиночестве.

27 апреля 1969 г. состоялся референдум. Его окончательные результаты были таковы: "нет" заявили 12008102 (52,41% принявших участие в голосовании, или 40,85% зарегистрированных избирателей), "да" - 10901753 (соответственно 47,58% и 37,09%)⁶¹ .

От референдума к референдуму де Голль собирал все меньшее число положительных ответов. Если 28 сентября 1959 г. их процент составил 79,25, то 8 января 1961 г. - 76,25, 28 октября 1962 г. - 61,75. Только 3 апреля 1962 г. ему удалось собрать 90,70%), когда французский народ голосовал за мир в Алжире и референдум был поддержан ФКП и социалистами. В 1969 г. президент собрал только 47,58% голосов. 71 департамент из общего числа 95 проголосовал "нет", в то время как на референдуме 23 октября 1962 г. отрицательно проголосовали только 14 департаментов⁶² .

Сравнительный анализ данных о двух турах голосования во время президентских выборов 1965 г. и итогах референдума 1969 г. говорит о том, что по сравнению со вторым туром выборов 1965 г. де Голль потерял 2,2 млн. голосов. Если в 1965 г. 5,7 млн. голосов, отданных в первом туре за кандидатов правого центра и ультраправых распределились так: 2,3 млн. голосов отошли к де Голлю; 2,9 млн. - к Миттерану (остальные избиратели воздержались или их голоса оказались недействительными), то в 1969 г. из числа тех же 5,7 млн. голосов сторонников правого центра и правых экстремистов 4,3 млн. заявили "нет". Это означает, что по сравнению с 1965 г. (второй тур) оппозиция приобрела 1,4 млн. голосов. В процентном отношении те же результаты выражаются следующим образом: во втором туре выборов 1965 г. 40,3% голосов, отданных кандидатам центра и правых (Леканюэ, Марсиласи, Барбе, Тиксье-Виньянкуру) отошли к де Голлю, а 51% избирателей пошли влево. В 1969 г. эти показатели выглядели соответственно так: 1,7% и 75,4%⁶³ . Учитывая тот факт, что большую часть голосовавших на референдуме составляли избиратели ФКП и партий левого центра, переход в ряды оппозиции некоторых категорий буржуазии, прежде поддерживавших де Голля, привел на сей раз к его поражению. Недоверие де Голлю выразили некоторые круги мелкой и средней буржуазии города и деревни, а также часть крупной буржуазии. Как показал опрос ИФОП от 23 - 24 и 26 апреля, 54% промышленников, торговцев и высшего звена ИТР собирались голосовать "нет"⁶⁴ .

ЦК ФКП в докладе о политическом положении во Франции так оценивал результаты голосования: "Часть крупной капиталистической буржуазии отмежевалась от деголлизма, в том виде, как его осуществлял подавший в отставку президент де Голль. Она вовлекла в это движение некоторое число избирателей. Чем объяснить это? Само собой разумеет-

⁶⁰ "Le Monde", 12, 15, 19.IV.1969; "Sondages", 1969, N 3, p. 33; "Le Nouvel Observateur", 27.IV. 1969, p. 20.

⁶¹ "Cahiers du communisme". 1969, N 5, p. 26; "Le Monde", 29.IV. 1969.

⁶² "Le Monde", 29.IV.1969; "La Vie ouvriere". 30.IV.1969 (supplement).

⁶³ Данные по выборам 1965 г. - "Journal officiel", 8.XII.1965, p. 11011; "Journal officiel", 30.XII.1965, p. 11916. Данные по референдуму (округленные): "Cahiers du communisme", 1969, N 5, p. 26.

⁶⁴ "Sondages", 1969, N 3, p. 33.

стр. 86

ся, различием интересов, которые сталкивают между собой некоторые группы промышленников и банков, в частности, по вопросу о необходимости более тесной связи с американскими монополиями. Но оппозиция возникла главным образом в последний период... Все возрастающие трудности деголлевских властей вынудили часть руководителей монополистической буржуазии считаться с оппозиционным движением и со стремлением народа к изменениям, конечно, для того, чтобы попытаться направить это стремление на путь подштукатуренного голлизма или такой его замены, которая бы приближалась к реакционным комбинациям прошлого"⁶⁵ .

Победу "нет" на референдуме обеспечило переплетение интересов различных политических сил, притом интересов совершенно противоположных, даже антагонистических. Борьба вокруг референдума 27 апреля 1969 г. и очередная перегруппировка политических сил сопровождались структурными изменениями в партийных коалициях и значительными переменами в некоторых традиционных партиях. Усиление позиций левого крыла в СФИО, а затем и смена ее руководства способствовали пересмотру политики социалистов в вопросе о единстве действий левых сил. Позиция правого центра, который явно стремился использовать референдум для устранения де Голля с тем, чтобы вновь вернуть Францию в лоно "атлантизма", очень серьезно повлияла на исход референдума 1969 г., продемонстрировав стремление центристов к власти. Правящему "большинству" в своей деятельности все чаще приходилось считаться с настроениями в правоцентристском блоке, представители которого вошли в первое правительство, образованное после избрания президентом Ж. Помпиду (июнь 1969 г.).

Существенный сдвиг влево и как реакция на это - сближение различных правых группировок - такова политическая реальность сегодняшней Франции.

⁶⁵ Цит. по: Г. М. Ратиани. Франция: одиннадцатое лето Пятой республики. М. 1969, сто. 15 - 16.

Постоянный адрес данной публикации: