В итальянском городе Сан-Венсане вручены Grolle d`Oro ("Золотые чаши") -- национальные кинопризы, аналогичные "Оскару". Награду за режиссуру получила Франческа Аркибуччи, представившая "Выстрел в Луну" -- феминистскую драму о сложных отношениях в современной семье. А больше всего призов досталось картине Джанни Амелио "Как мы смеялись" (лучший продюсер, лучшая музыка, лучший актер -- Энрико Ло Версо).

В миланский аэропорт Мальпенса я попал в тот самый день, когда здесь открылся новый колоссальный терминал. Царила типично итальянская неразбериха: рейсы опаздывали, у паспортного контроля собралась очередь. Пограничник спросил о цели моего визита (кинобизнес) и в какой город я направляюсь (Сан-Венсан). "О, кинофестиваль!" -- обрадовался киноман в униформе и проставил штамп в паспорте.

Сан-Венсан -- крошечный городок в горах Северной Италии -- известен двумя вещами: самым большим в Европе казино и фестивалем итальянского кино. Вот уже больше сорока лет здесь присуждаются призы лучшим режиссерам и актерам. В прошлые годы лауреатами становились Феллини, Мастроянни, Пазолини, Джульетта Мазина. Потом итальянское кино измельчало, и когда в лифте отеля "Биллия--Сан-Венсан" вы сталкивались с живыми легендами -- будь то Микеланджело Антониони или Альберто Сорди,-- они казались призраками прошлого.

В этом году призраки были помоложе. 52-летняя Стефания Сандрелли (вручавшая приз своему любимому режиссеру Бертолуччи) демонстрировала пышную грудь, а 42-летняя Орнелла Мути -- ослепительную улыбку. Но и эти актрисы подобны теням забытых предков для сегодняшней подростковой аудитории. У молодежи свои кумиры: одна из них, Стефания Рокка, награждена в Сан-Венсане "призом надежды" за роль в фильме "Виол@". Последняя буква в имени героини заменена знаком компьютерной связи, ибо Виола предпочитает реальным мужчинам невидимого электронного партнера. Но в конце концов раскрывает его инкогнито и только тогда избавляется от наваждения. Оказывается, все это время она занималась виртуальным сексом с рыжим и веснушчатым десятилетним компьютерным "фриком".

Стефания Рокка, на которую многие обрушились за эту роль, заслужила награду: не так-то легко играть влечение к компьютеру, оставаясь в кадре обнаженной, без живого партнера, без встречной реакции. Впрочем, в свое время нечто похожее в паре в компьютером сыграла Орнелла Мути.

16-летний Франческо Джуфрида не так красив, как юный Ален Делон, но так же ангелоподобен. А фильм Амелио "Как мы смеялись" хотя и не достигает уровня "Рокко и братьев", но все же сопоставим с висконтиевским шедевром. Вместо Милана -- Турин, вместо пяти братьев -- два, а время и ситуация те же: конец 50-х годов, экономическое чудо и та цена, которую платит человек за процветание общества. Только если Висконти эпизирует семейную мелодраму, Амелио делает социальное лишь фоном для крупнопланового психологического портрета.

"Золотые чаши" не наполнялись бы каждый год и не раздавались столь щедро, если бы не расположенный по соседству спонсор -- казино. В Италии подобных заведений всего три (два других -- в Венеции и Сан-Ремо), в остальных местах азартные игры запрещены. В Сан-Венсан едет не самая богатая клиентура, но ее количество таково, что даже 50 оставленных каждым долларов дают в итоге приличный доход. Часть которого обязательно идет на культурную деятельность.

Среди призраков отеля "Сан-Венсан" в этом году впервые появились и русские: они вели себя таинственно и в контакт не вступали. Не иначе как задетые кризисом завсегдатаи монте-карловских казино переместились сюда, где тише, дешевле и целыми днями бесплатно кино показывают.

Permanent link to this publication: