К 50-летию Великого Октября

Интернационалистами принято называть участников борьбы за Советскую власть в России: военнопленных из государств Четверного союза; отходников и ввозных рабочих из сопредельных с Россией стран - Персии, Китая и Кореи; рабочих и солдат, эвакуированных из Румынии, а также финских рабочих-отходников, польских отходников, беженцев и военнослужащих-поляков русской армии, являвшихся ранее, как известно, российскими подданными. Ныне развернулось широкое исследование интернациональной солидарности трудящихся в годы утверждения власти Советов. За последние десять лет по этой проблеме опубликовано около 200 книг, брошюр, статей и рецензий. В 1957 - 1961 гг. изучалось главным образом участие зарубежных трудящихся в борьбе народов России за укрепление завоеваний Великого Октября; в 1962 - 1966 гг. наряду с дальнейшей разработкой этой темы значительное внимание было уделено изучению интернациональной солидарности военнопленных, отходников, беженцев и других групп временного населения с борьбой трудящихся России за победу социалистической революции.

Первую попытку изложить историографию вопроса предпринял в указанные годы Д. К. Шелестов¹ . Его работа носит характер информационного обзора вышедшей до 1964 г. литературы и этим практически ограничивается. Между тем многие положения и факты, содержащиеся в исследованиях об участии интернационалистов в Великой Октябрьской социалистической революции, требуют специального рассмотрения и анализа. Одним из важнейших является вопрос о численности, национальном, социальном и классовом составе временного населения России накануне Великой Октябрьской социалистической революции. Имеющиеся в литературе сведения весьма разноречивы. Количество военнопленных исчисляется от 2 до 2,3 млн.² , польских беженцев - в пределах от 750 тыс. до 1,5 млн., военнослужащих-поляков в составе русской армии - свыше 500 тыс.³ , рабочих-отходников - около 500 тыс.⁴ . Видимо, эти расчеты следует признать ориентировочными, особенно в отношении отходников и беженцев. Если численность военнопленных определяется на основании конкретных источников ⁵ , то количество отходников и ввозных рабочих (например, из Китая - от 100 до 300 тыс.) указывается подчас без документального подтверждения ⁶ .

¹ Д. К. Шелестов. Советская историческая литература о солидарности международного пролетариата с Советской Россией в 1917 - 1920 гг. "Новая и новейшая история", 1964, N 3.

² Н. А. Попов. Революционные выступления военнопленных в России в годы первой мировой войны. "Вопросы истории", 1963, N 2, стр. 77; А. Клеванский. Военнопленные Центральных держав в царской и революционной России (1914 - 1918 гг.). "Интернационалисты в боях за власть Советов". М. 1965, стр. 23.

³ "История Польши". Т. II. М. 1955, стр. 641; И. И. Белякевич. Революционное содружество польских и российских трудящихся в 1917 г. Из истории участия польских рабочих и солдат в России в подготовке Великой Октябрьской социалистической революции. Львов. 1957, стр. 7 - 8; А. Я. Манусевич. Польские интернационалисты в борьбе за победу Советской власти в России. М. 1965, стр. 15 - 19.

⁴ А. Я. Манусевич. Из истории участия интернационалистов в Октябрьском вооруженном восстании. "Новая и новейшая история", 1962, N 6, стр. 39.

⁵ "Россия в первой мировой войне 1914 - 1918 гг. (в цифрах)". М. 1925, стр. 41.

⁶ Л. И. Яковлев. Интернациональная солидарность трудящихся зарубежных стран с народами Советской России. 1917 - 1922. М. 1964, стр. 61; В. М. Устинов. Китайские коммунистические организации в Советской России (1918 - 1920 гг.). "Вопросы истории КПСС", 1961, N 4, стр. 107.

А. Я. Манусевич отмечает, что военнопленные, отходники и беженцы в России составляли своеобразный резерв социалистической революции⁷ . Соглашаясь в принципе с такой постановкой вопроса, вместе с тем нужно сказать, что в данном случае необходимо дополнительно решить ряд проблем теоретического и конкретно-исторического характера: о самом понятии "резерв революции", о социальном и классовом составе этого резерва, его формировании и превращении в союзника революции. Известно, например, что среди беженцев и военнослужащих-поляков, находившихся в русской армии, а также военнопленных были представлены все классы и социальные группы капиталистического общества. Резервом пролетарской революции являлись рабочие и крестьянская беднота. Зажиточные же слои города и деревни, буржуазные и дворянско-помещичьи круги были базой для контрреволюции. Наряду с этим отдельные группы временного населения имели и свои особенности. Так, подавляющую часть рабочих-отходников представляла сельская и городская молодежь. Напротив, беженцы в большинстве своем были люди престарелого возраста, дети и женщины. Все это отражалось на активности различных групп временного населения в России. Хотя трудящиеся из среды военнопленных, отходников и беженцев участвовали в стачках и забастовках 1915 - 1916 гг., а потом приветствовали свержение самодержавия в России, тем не менее в феврале 1917 г. они еще не стали резервом пролетарской революции. На них еще сильно сказывалось воздействие буржуазно-националистической и социал-шовинистической идеологии. Солдаты-военнопленные находились под влиянием своего офицерства. Поэтому предстояла последовательная борьба, основывающаяся на интернационалистской программе большевистской партии по вопросам войны, мира и революции, за влияние на трудящиеся массы временного населения России и привлечение их на сторону социалистической революции.

В литературе уже намечено изучение ряда вопросов, раскрывающих эти аспекты: выяснение позиции большевистской партии, Советов и народных масс России по отношению к иностранным трудящимся; вовлечение этих трудящихся в революционное движение; работа большевистской партии среди различных групп временного населения; возникновение революционных организаций военнопленных в России. Остановимся на данных аспектах.

А. Х. Клеванский⁸ исследовал политику Временного правительства, стремившегося сохранить бесправное положение военнопленных. 3 июня 1917 г. "Правда" выступила со статьей, в которой содержались установки большевистской партии в отношении военнопленных: руководствуясь принципами пролетарского интернационализма, бороться за улучшение положения военнопленных, защищать их от произвола предпринимателей и властей, знакомить с обстановкой в стране и вовлекать в революционное движение. На примере Западной Сибири автор рисует борьбу рабочего класса за претворение этой программы в жизнь, в частности за установление для военнопленных одинаковой с русскими рабочими заработной платы. Ю. М. Гамрецкий⁹ приводит обширный материал о деятельности Советов Украины, направленной на улучшение условий жизни и труда военнопленных. В статьях А. М. Лисецкого, М. П. Хильченко, Н. А. Попова¹⁰ рассматривается участие военнопленных в праздновании 1 Мая 1917 г., в стачечном движении периода подготовки социалистической революции.

Соответствующие исследования носят нередко, к сожалению, описательный характер или даже страдают односторонностью. Не раскрыто, например, то обстоятельство, что интернациональная солидарность трудящихся устанавливалась в борьбе не только с властями Временного правительства, предпринимателями, соглашателями и оборонцами, но и с социал-шовинистами, националистами и контрреволюционными элемен-

⁷ А. Я. Манусевич. Из истории участия интернационалистов в Октябрьском вооруженном восстании, стр. 39.

⁸ А. Клеванский. Указ. соч.

⁹ Ю. М. Гамрецький. Ради Украї;ни - на захисті; і;нтересі;в ві;йськовополонених (1917 р.). "Украї;нський і;сторичний журнал", 1966, N 2.

¹⁰ А. М. Лисецкий. Из истории пролетарского интернационализма (участие иностранцев в революционной борьбе трудящихся России в период подготовки Великой Октябрьской социалистической революции). "Труды" Харьковского политехнического института имени В. И. Ленина. Т. 42, вып. 1. 1961; М. П. Хильченко. Интернационалисты на Урале (1917 - 1918 гг.). "Из истории партийных организаций Урала". Свердловск. 1962; Н. А. Попов. Указ. соч.

тами в среде самих военнопленных. Отдельные положения излагаются декларативно. Так, Н. А. Попов отмечает, что среди военнопленных широко распространялась "Правда" (что действительно имело место) и что большевики издавали газеты для военнопленных¹¹ . Между тем до настоящего времени не обнаружено не только самих газет, но даже ни одного свидетельства, указывающего на издание газет специально для военнопленных. Важно особо исследовать вопрос о возникновении и деятельности интернациональных групп военнопленных, их связях с РСДРП(б). Пока нам известны лишь отдельные факты из этой области. Правда, они очень существенны для дальнейшей разработки проблемы. Например, М. П. Хильченко и Н. А. Попов приводят интересные сведения о вступлении военнопленных в РСДРП(б)¹² ; И. М. Кривогуз сообщает о группе военнопленных во главе с Г. Мельхером в составе Ростовской организации большевиков¹³ ; И. Г. Матвеев рассказывает о такой же группе во главе с Б. Куном, Ф. Мюннихом и другими интернационалистами в партийной организации Томска¹⁴ . Военнопленные-большевики проводили революционную работу среди своих товарищей, готовя из них союзников пролетарской революции в России.

Значительно больше известно о национальных революционных и иных организациях отходников, беженцев и военнопленных. В трудах по истории борьбы за победу социалистической революции в Азербайджане выявлены, например, сведения о создании и деятельности первой политической организации персидского пролетариата- партии "Адалят", возникшей при содействии большевиков в мае 1917 г. в Баку¹⁵ . В. М. Рожко¹⁶ систематизированы материалы о работе в Одессе Румынского социал- демократического комитета действия и его членах, революционерах-интернационалистах М. Бужоре, А. Николау и других, об издании комитетом газеты "Лупта". В монографии А. Х. Клеванского¹⁷ исследовано возникновение (в рамках "Общества чешско- славянского единения") социал-демократической организации в Киеве, которую в основном составляли военнопленные-чехи и словаки, работавшие на предприятиях; прослеживается процесс перерастания этой организации в Чешско-славянскую социал- демократическую рабочую партию в России. В отличие от интернациональных социал- демократических групп, тяготевших к большевикам, организация чехословацких социал- демократов была ближе к меньшевикам. Вместе с тем автор показывает, как по мере нарастания социалистической революции в ней стали намечаться интернационалистские тенденции.

И. Д. Очак¹⁸ обрисовал деятельность "Югославянского революционного союза" (с центром в Киеве), использовав данные из опубликованных воспоминаний и сведения, полученные автором в результате непосредственной беседы с бывшим секретарем ЦИК этого союза Н. Груловичем. К сожалению, некоторые авторские оценки расходятся с сообщаемыми в книге фактами. Так, И. Д. Очак утверждает, что Союз выступил против войны, хотя из текста книги видно, что Исполнительный комитет Союза во главе с его председателем, рабочим социал-демократом М. Чанаком обращался к Временному правительству с ходатайством о формировании ударного югославянского батальона для действий на фронте в составе русской армии¹⁹ . Видимо, ЦИК союза все же считал

¹¹ Н. А. Попов. Указ. соч., стр. 82.

¹² М. П. Хильченко. Указ. соч., стр. 11; Н. А. Попов. Указ. соч., стр. 83.

¹³ И. М. Кривогуз. Германские военнопленные в России в 1917 - 1920 гг. "Ноябрьская революция в Германии". Сборник статей и материалов. М. 1960, стр. 331.

¹⁴ И. Матвеев. Участие венгерских интернационалистов за установление и укрепление Советской власти в Сибири (февраль 1917 - 1921 гг.). "Труды" Новосибирского электротехнического института связи. Вып. 1. 1958, стр. 24 - 25.

¹⁵ А. Н. Гулиев. Бакинский пролетариат - передовой отряд борьбы за Советскую власть в Азербайджане. Баку. 1960.

¹⁶ В. М. Рожко. Из истории участия румынских революционеров в борьбе за, власть Советов на юге России (1917 - 1918 гг.). "Известия" Молдавского филиала АН СССР, N 6(60). 1960.

¹⁷ А. Х. Клеванский. Чехословацкие интернационалисты и проданный корпус. Чехословацкие политические организации и воинские формирования в России. 1914 - 1921 гг. М. 1965.

¹⁸ И. Д. Очак. Югославянские интернационалисты в борьбе за победу Советской власти в России (1917 - 1921 годы). М. 1966; его же. Югославянские Советы в России в 1918 - 1921 годах. "Вопросы истории", 1966, N 6.

¹⁹ И. Д. Очак. Югославянские интернационалисты в борьбе за победу Советской власти в России (1917 - 1921 годы), стр. 56 - 57.

войну против Четверного союза освободительной по своему характеру. Только этим можно объяснить; участие его представителей в работе шовинистического, милитаристского Славянского съезда, проходившего в Москве накануне Великой Октябрьской социалистической революции. Иное дело, что поездка в Москву и встреча с большевиками-югославянами помогла социал-демократам из этого ЦИК и рядовым членам Союза занять правильную позицию в период решительной борьбы за власть Советов на Украине.

Одной из проблем литературы о пролетарской солидарности является исследование истории русско-польского революционного союза в период борьбы за социалистическую революцию. Начало разработке этой темы было положено статьей А. Я. Манусевича²⁰ о группах СДКПиЛ в большевистской партии. Сюда же примыкает сообщение Р. А. Ермолаевой²¹ , в котором на основе ранее не использованных документов уточняются численность и состав групп польских социал-демократов в 1917 году. Организационная, политическая и военная работа польских социал-демократических групп в России, входивших в большевистскую партию, получила всестороннее освещение в монографии А. Я. Манусевича²² . Автор документально доказывает, что деятельность поляков-большевиков была направлена на осуществление ленинского курса социалистической революции. Вместе с тем он детально исследует работу интернационалистских элементов в группах ППС-левицы, Польского социалистического объединения, которые при всей своей непоследовательности и непонимании большевистской тактики и стратегии внесли все же определенный вклад в укрепление революционной солидарности трудящихся.

Менее изучена начавшаяся после Февральской революции консолидация прогрессивных сил из среды китайских граждан в России и создание ими в Петрограде "Китайского общества" под председательством Лау Сиу-джау. Этот вопрос еще требует дополнительного рассмотрения.

Подготовка к социалистической революции трудящихся масс из среды временного населения России требовала решительной борьбы с буржуазными, националистскими и реформистскими политическими организациями и течениями. Образованию и деятельности этих организаций также уделено значительное внимание историков. Обширный материал о буржуазно-националистских чехословацких кругах в России в 1917 г. приведен в упомянутой выше монографии А. Х. Клеванского. Автор проследил их консолидацию, а также создание отделения Чехословацкого национального совета в России (ЧНС) и его деятельность среди военнопленных. Вследствие поддержки Временного правительства и представительств Антанты в России чехословацким буржуазно-националистским силам удалось распространить свое влияние на многих военнопленных. Автор приводит сведения о создании около 1500 чехословацких националистических организаций с 40 тыс. членов. Что касается Чешско-славянской социал-демократической рабочей партии в России, то она, как отмечает Клеванский, отмежевалась от буржуазии только организационно, оказывая поддержку ЧНС и его работе по формированию чехословацких национальных частей. Один из главных вопросов в монографии А. Х. Клеванского - формирование Чехословацкого корпуса из военнопленных австро-венгерской армии. В книге показано, что вся деятельность отделения Чехословацкого национального совета была направлена на создание этого соединения как главного козыря в торге со странами Антанты. В корпус удалось вовлечь около 30 тыс. человек²³ .

Позиция реформистской ППС-фракции, эндеков и других польских буржуазно- помещичьих организаций, которые были связаны с царизмом, изучена в монографии

²⁰ А. Манусевич. Деятельность польских социал-демократических организаций в России в период подготовки Октябрьской революции (март - октябрь 1917 г.). "Октябрьская революция и зарубежные славянские народы". Сборник статей. М. 1957.

²¹ Р. А. Ермолаева. К истории образования организаций социал-демократии Королевства Польши и Литвы на территории России в 1917 г. "Вопросы истории КПСС", 1965, N 9.

²² А. Я. Манусевич. Польские интернационалисты в борьбе за победу Советской власти в России. Февраль - октябрь 1917 г. М. 1965.

²³ А. Х. Клеванский. Чехословацкие интернационалисты и проданный корпус, стр. 110.

А. Я. Манусевича. Прослежена борьба, которую вела польская революционная социал- демократия против попыток этих организаций изолировать польских трудящихся в России от революционного движения, отравить их ядом национализма и убедить в том, что революция в России якобы чужда им, полякам, которые должны сплотиться воедино для национального возрождения Польши. Это стремление отмежевать поляков от революционной борьбы нашло выражение, отмечает автор, в попытках буржуазно- помещичьих организаций выделить поляков из русской армии и организовать польские национальные части. В работе освещена деятельность польских революционных социал- демократов, а также членов групп ППС-левицы, направленная на срыв этих планов реакции; показано, что польские трудящиеся в большинстве своем встали под знамя интернационализма, связывая национальное освобождение своей родины с успехами пролетарской революции в России. Польским военным кругам к осени 1917 г. удалось выделить из русской армии всего лишь около 17 тыс. военнослужащих-поляков и приступить к формированию польского корпуса²⁴ .

Исследованиями доказано, что Временное правительство старалось использовать национальные формирования как военную силу в борьбе с надвигавшейся пролетарской революцией. Оно направляло карательные экспедиции чехословацких и польских солдат для подавления аграрных волнений. Готовя корниловский заговор, контрреволюция рассчитывала опереться и на национальные воинские формирования. Выяснено, например, участие в корниловском мятеже Славянского полка, имевшего в своем составе солдат-чехословаков²⁵ .

В работах И. И. Белякевича²⁶ и А. Я. Манусевича изучена борьба поляков- интернационалистов против использования польских солдат в контрреволюционных целях; прослежено революционизирование польских частей; много страниц посвящено Польскому запасному полку в Белгороде, решительно выступившему за переход власти к Советам; широко исследовано участие польских революционных социал-демократов в работе большевистской партии по подготовке вооруженного восстания: поляки- революционеры, показывают авторы, помогали формировать отряды Красной гвардии в Петрограде, Москве и других местах России. В вооруженные силы революции вливались и отдельные военнопленные-интернационалисты. В брошюре Н. А. Прониной использованы данные из "послужного списка" Л. Гавро, свидетельствующие о том, что он в августе 1917 г. вступил в РСДРП(б) и занимался в Саратове и Вольске вовлечением военнопленных в Красную гвардию²⁷ . Выявлены также сведения о вступлении в Красную гвардию революционных элементов из среды военнопленных, находившихся в Серпухове²⁸ .

Великая Октябрьская социалистическая революция оказала огромное воздействие на иностранных трудящихся - польских беженцев и солдат, финских рабочих и военнопленных, которые находились в России, вовлекая их в борьбу за утверждение власти Советов. И хотя это воздействие только начало изучаться, можно уже сейчас выявить следующие направления в разработке вопроса: участие интернационалистов в вооруженной борьбе за победу Советской власти, вступление их в ряды Красной гвардии, создание интернациональных революционных организаций, оказывавших поддержку РСДРП(б) и Октябрьской революции. Литература об участии военнопленных- интернационалистов, а также иностранных рабочих-отходников в Октябрьском вооруженном восстании в Петрограде еще крайне бедна. В ней содержатся сплошь и рядом общие утверждения, не подкрепленные фактическим и

²⁴ А. Я. Манусевич. Польские интернационалисты в борьбе за победу Советской власти в России, стр. 327 - 328; его же. Из истории участия интернационалистов в Октябрьском вооруженном восстании, стр. 43.

²⁵ А. Х. Клеванский. Чехословацкие интернационалисты и проданный корпус, стр. 100.

²⁶ И. И. Белякевич. Указ. соч.; его же. Об участии Петроградской группы польских социал-демократов в военной работе большевистской партии накануне Октябрьского вооруженного восстания. "Ленин и Октябрьское вооруженное восстание в Петрограде". М. 1964.

²⁷ Н. А. Пронина. Лайош Гавро. М. 1966, стр. 6.

²⁸ Л. И. Жаров, В. М. Устинов. Интернациональные части Красной армии в боях за власть Советов в годы иностранной военной интервенции и гражданской войны в СССР. М. 1960, стр. 11.

сослаться на статью А. Жилака²⁹ , в которой обходятся молчанием известные уже сведения о военнопленных-венграх, участвовавших в штурме Зимнего дворца³⁰ . Напротив, достаточно подробно исследовано участие в Петроградском вооруженном восстании польских интернационалистов. В сообщении А. Ф. Хацкевича³¹ , работах А. Я. Манусевича³² освещается деятельность комиссаров Петроградского ВРК Ю. Лещинского и С. Пестковского, командира Красной гвардии А. Кочаровского, рассказывается о поляках - матросах крейсера "Аврора", польских революционных рабочих и солдатах - участниках штурма Зимнего дворца. А. Я. Манусевич рассматривает также участие польских интернационалистов в вооруженном восстании в Москве. Как показывает он, член Московского ВРК С. Будзынский руководил боевыми действиями солдат 55-го полка; рабочие Варшавского арматурного завода действовали против юнкеров у Крымского моста; интернационалисты-поляки штурмовали Кремль. Некоторые работы посвящены военнопленным-интернационалистам, которые являлись бойцами Красной гвардии и рабочих дружин и участвовали в сражениях на улицах Москвы³³ .

Первую попытку осветить участие интернационалистов всех национальностей в социалистической революции в России предпринял А. Я. Манусевич³⁴ . Он обобщил накопленный в литературе материал, относящийся к вооруженному восстанию в Петрограде и Москве (правда, касаясь провинции, автор ограничился лишь перечислением тех городов, где военнопленные примкнули к вооруженной борьбе, причем ошибочно назвал в числе этих городов и те, в которых власть перешла к Советам мирным путем: Кострома, Ярославль, Самара, Пенза). А. Я. Манусевич изучил также вклад польских интернационалистов в победу социалистической революции на местах³⁵ . Он показал, что в Минске, Пскове, Белгороде, Самаре, Иркутске, Луганске и Екатеринославе польские интернационалисты входили в комитеты РСДРП(б), ревкомы, штабы и отряды Красной гвардии. В статьях П. А. Голуба³⁶ и А. Я. Манусевича освещена роль польского полка, дислоцировавшегося в Белгороде, опираясь на который местный Совет взял власть в свои руки. В конце ноября 1917 г. солдаты- поляки вместе с красногвардейцами Белгорода и Харькова и революционными матросами Балтики оказали отпор корниловским ударным батальонам, пытавшимся соединиться с контрреволюционными войсками Каледина. Думается, что изучение этого вопроса было бы более полным, если бы рассмотрению подверглось и участие поляков- интернационалистов в борьбе с калединской контрреволюцией в Ростове-на-Дону. В названных работах получила также освещение контрреволюционная деятельность Главного польского военного комитета, стремившегося втянуть части польского корпуса, дислоцировавшегося в Белоруссии, в борьбу против социалистической революции.

Обобщающее исследование на тему о солидарности военнопленных-интернационалистов с трудящимися России в борьбе за установление Советской власти на местах - еще впереди. Пока же идет накопление фактов в этой области. Так, А. П. Кладт и

²⁹ А. Жилак. Великий Октябрь и революционное движение военнопленных венгров в России (1917 - 1918 гг.). "Интернационалисты в боях за власть Советов". М. 1965, стр. 121.

³⁰ "Венгерские интернационалисты в Великой Октябрьской социалистической революции". Сборник материалов. Перевод с венгерского. М. 1959, стр. 30 - 31.

³¹ А. Ф. Хацкевич. Участие польских коммунистов в подготовке и победе Октябрьского вооруженного восстания. "Ленин и Октябрьское вооруженное восстание в Петрограде". М. 1964.

³² А. Манусевич. Польские социал-демократические и другие революционные группы в России в борьбе за победу и упрочение Советской власти (октябрь 1917 - январь 1918 гг.). "Из истории польского рабочего движения". Сборник статей. М. 1962; его же. Польские интернационалисты в борьбе за победу Советской власти в России. Указ. изд.

³³ А. Кладт, В. Кондратьев. Братья по оружию. Венгерские интернационалисты в борьбе за власть Советов в России. 1917 - 1922 гг. М. 1960, стр. 10; Л. И. Жаров, В. М. Устинов. Указ. соч., стр. 11 - 12; Л. И. Яковлев. Указ. соч., стр. 64.

³⁴ А. Я. Манусевич. Из истории участия интернационалистов в Октябрьском вооруженном восстании. "Новая и новейшая история", 1962, N 6, стр. 50.

³⁵ А. Манусевич. Польские социал-демократические и другие революционные группы в России в борьбе за победу и упрочение Советской власти (октябрь 1917 - январь 1918 гг.).

³⁶ П. А. Голуб. Польские революционные войска в России в 1917 - 1920 годах. "Вопросы истории", 1958, N 3.

В. А. Кондратьев сообщают сведения об участии военнопленных-интернационалистов в вооруженных боях в Оренбурге, Иркутске и Чите³⁷ . А. М. Матвеев рассказывает о помощи военнопленных-интернационалистов революционным силам во время восстания в Ташкенте в октябре 1917 года³⁸ . И. М. Кривогуз вводит в научный оборот отчет Ростовской организации военнопленных социал-демократов - интернационалистов об участии революционных военнопленных в баррикадных боях против калединцев в Ростове-на-Дону в декабре 1917 года³⁹ .

Несколько шире, чем в Центральной России, Поволжье и Сибири, исследована интернациональная солидарность трудящихся в борьбе за победу социалистической революции на Украине. Вопрос о победе интернационалистского течения в Чешско- славянской социал-демократической рабочей партии в России рассматривает А. Х. Клеванский⁴⁰ . Победу интернационалистских элементов в "Югославянском революционном союзе" прослеживает И. Д. Очак. В частности, он отмечает участие интернационалистов-югославян в вооруженных боях с гайдамаками в декабре 1917 г. в Екатеринославе и в январе 1918 г. в Киеве⁴¹ . В рядах украинских советских войск на подступах к Киеву сражались с петлюровцами, по сведениям А. Х. Клеванского, два отряда чехословацких интернационалистов⁴² . О месте красногвардейцев- чехословаков в январском восстании трудящихся Киева и в героическом сражении рабочих "Арсенала" с бандами петлюровцев рассказывает П. А. Голуб⁴³ . В литературе приводятся сведения о том, что юго-славянские и чехословацкие интернационалисты участвовали в вооруженной борьбе с гайдамаками в январе 1918 г. в Одессе. В. М. Рожко, исследовавший образование Румынского военно-революционного комитета в Одессе и формирование им революционного батальона, сообщает об участии в этой борьбе интернационалистов-румын⁴⁴ . Таким образом, в каждой из рассмотренных работ прослеживается вклад интернационалистов какой-либо одной национальности в установление власти Советов на Украине. Полезная статья П. С. Соханя⁴⁵ , имеющая целью показать участие трудящихся ряда зарубежных стран в борьбе за победу социалистической революции на Украине, содержит тем не менее в основном сведения, которые уже получили то или иное освещение в литературе. Ждет разработки один из важнейших вопросов - участие интернационалистов в боях с войсками Центральной рады.

К сожалению, литературе, затрагивающей вопрос о роли интернационалистов в вооруженной борьбе за победу Октября, присущ общий недостаток, объясняющийся узостью источниковедческой базы. В результате авторы порой только констатируют участие интернационалистов в социалистической революции и очень редко раскрывают, в чем именно, в каких конкретных боевых операциях оно проявилось. В отдельных работах допускаются неточности. А. Кладт и В. Кондратьев, например, ссылаясь на "Костромской вестник" от 13 декабря 1917 г., сообщают, что после первого известия о победе вооруженного восстания в Петрограде находившиеся в Костроме военнопленные организовали отряд Красной гвардии в количестве до 1 тыс. человек, который помог рабочим города обезоружить сторонников Временного правительства. Такие же отряды, утверждают авторы, действовали в ноябре - декабре 1917 г. в Петрограде, Омске, Астрахани, Самаре и "во многих других городах и селениях страны"⁴⁶ . Между

³⁷ А. Кладт, В. Кондратьев. Указ. соч., стр. 100 - 103, 152 - 154.

³⁸ А. Матвеев. Движение иностранных интернационалистов в Средней Азии и революции в Австро-Венгрии и Германии. "Интернационалисты в боях за власть Советов". М. 1965, стр. 257.

³⁹ И. М. Кривогуз. Указ. соч., стр. 336.

⁴⁰ А. Х. Клеванский. Чехословацкие интернационалисты и проданный корпус.

⁴¹ И. Д. Очак. Югославянские интернационалисты в борьбе за победу Советской власти в России, стр. 73 - 74, 207 - 210.

⁴² А. Х. Клеванский. Чехословацкие интернационалисты и проданный корпус, стр. 149.

⁴³ П. А. Голуб. Братство, скрепленное кровью (чехословацкие рабочие и крестьяне на защите завоеваний Октября в России в 1917 - 1920 гг.). М. 1958, стр. 14.

⁴⁴ В. М. Рожко. Дружба, закаленная в боях. Румынские интернационалисты в Великой Октябрьской социалистической революции и гражданской войне в СССР (1917 - 1920). Кишинев. 1965, стр. 34.

⁴⁵ П. С. Сохань. Участие трудящихся зарубежных стран в борьбе за победу Великого Октября. "Украї;нський і;сторичний журнал", 1965, N 11.

⁴⁶ А. Кладт, В. Кондратьев. Указ. соч., стр. 10.

тем в Костроме печатный орган с указанным названием не издавался, а власть перешла в городе к Совету без вооруженной борьбы в декабре 1917 года. Красная же гвардия, организованная здесь, насчитывала в то время в своих рядах около 80 бойцов⁴⁷ . Примеры подобного рода можно привести и из других работ. Видимо, рассматривая период триумфального шествия Советской власти, приходится говорить лишь о наличии отдельных революционных элементов и сравнительно небольших групп военнопленных- интернационалистов в отрядах Красной гвардии и рабочей милиции, а также в революционных войсках, выделившихся из старой русской армии. Что касается вооруженных отрядов из революционных военнопленных, то ряд источников свидетельствует о том, что их возникновение относится к январю - марту 1918 г. и было связано с борьбой, которая развернулась в лагерях военнопленных между солдатами и офицерами за демократизацию лагерного режима и установление порядков, действовавших в русской революционной армии.

Большое значение для вовлечения военнопленных в активную революционную борьбу имела политика Советской власти, опиравшаяся на принципы интернационализма и братства народов. Однако сущность этой политики тоже излагается в литературе порой в виде общих положений, без конкретно-исторического анализа, что приводит подчас к неточностям. Так, М. А. Бирман сообщает, что декретом Совнаркома РСФСР военнопленные были освобождены от лагерного режима и получили возможность создавать революционные организации. На подобный же декрет ссылаются и некоторые другие исследователи, не указывая ни даты принятия этого документа, ни его конкретного содержания, ни источника, откуда были почерпнуты данные⁴⁸ . Лишь В. И. Ананьев⁴⁹ приводит ссылку на "Правду" от 27 декабря 1917 года. Но если обратиться к газете, то нетрудно убедиться, что процитированные строки на самом деле взяты из обращения отдела военнопленных Наркоминдела ко всем Советам, к учреждениям, ведавшим делами военнопленных, и к самим военнопленным, причем обращение это было опубликовано не 27, а 26 декабря. Ни в одном из официальных изданий декретов Советского правительства не содержится документа, о котором пишут исследователи. Нет сведений и о том, что такой декрет рассматривался во ВЦИК или в Совнаркоме.

Изучение политики Советской власти по отношению к военнопленным Центральных держав предпринято А. Х. Клеванским⁵⁰ . Автор приводит материалы, которые свидетельствуют о том, что создание военнопленными революционных организаций и демократических органов самоуправления явилось результатом ряда последовательных мер, предпринятых как центральными, так и местными учреждениями Советской республики. Автор подчеркивает, что интернационалистская позиция Советского государства содействовала пробуждению революционной активности широких масс военнопленных.

В статьях Б. Б. Медведева, И. М. Кривогуза, А. Х. Клеванского, Н. Субаева, М. П. Хильченко, И. Г. Матвеева⁵¹ прослежено становление революционных организаций военнопленных-интернационалистов в ноябре 1917 - январе 1918 г. в Москве, Ярославле, Казани, Самаре, Екатеринбурге, Омске, Томске и других городах Советской республики. Вместе с тем остается пока еще не освещенным создание организаций военнопленных в Костроме, Иваново-Вознесенске, Курске, Саратове, Иркутске и в некоторых

⁴⁷ "Установление Советской власти в Костроме и Костромской губернии". Сборник документов. Кострома. 1957, стр. 218.

⁴⁸ М. А. Бирман. К вопросу об участии болгар в защите завоеваний Октябрьской революции (1917 - 1919 гг.). "Новая и новейшая история", 1957, N 5, стр. 87; И. Д. Очак. Югославянские интернационалисты в борьбе за победу Советской власти в России (1917 - 1921 годы).

⁴⁹ В. И. Ананьев. Положение военнопленных и их участие в революционном движении в России. "Некоторые вопросы всеобщей истории". Вып. I. Челябинск. 1965, стр. 93.

⁵⁰ А. Клеванский. Военнопленные Центральных держав в царской и революционной России.

⁵¹ Б. Б. Медведев. Октябрьская революция и иностранные интернационалисты в России. "40 лет Великой Октябрьской социалистической революции". Сборник статей. Т. 1. М. 1957; И. М. Кривогуз. Указ. соч.; А. Клеванский. Военнопленные Центральных держав в царской и революционной России; Н. Субаев. Иностранные интернационалисты в Татарии (1917 - 1920). "Интернационалисты в боях за власть Советов". М. 1965; М. П. Хильченко. Указ. соч.; И. Матвеев. Указ. соч.

других местах. Не определена и специфика этих организаций, осуществлявших нередко функции органов демократического самоуправления. Не показана их деятельность в поддержку ленинского Декрета о мире и борьба с происками контрреволюции в лагерях для военнопленных.

Рассмотрение советской литературы об интернациональной солидарности трудящихся в борьбе за победу Советской власти свидетельствует, что исследованием охвачен довольно широкий круг вопросов. Однако пока, несмотря на широту охвата материала, остается много тем, изученных сравнительно неглубоко. Предстоит приложить еще немало усилий для более полного выяснения всех аспектов проблемы.

Publisher:

Permanent link for scientific papers (for citations):

Found source (search robot):

Publication author(s) - В. Р. КОПЫЛОВ:

Comments: