Л. ВАСИЛЬЕВА. Штокавські літературні мови. Проблемы становления, розвитку і сучасний стан. Львів, 2002. 341 С.

Л. ВАСИЛЬЕВА. Штокавские литературные языки. Проблемы становления, развития и современное состояние.

Хочу представить российскому читателю основательную, смелую, не лишенную дискуссионных положений книгу Л. Васильевой, изданную во Львове небольшим тиражом. Процессы, на которых сосредоточила свое внимание исследовательница, продолжаются, уловить их смысл не просто. Жизнь вносит свои коррективы в концепцию автора, но, очевидно, сущность происходящих процессов отмечена Л. Васильевой в основном верно. Как бы мы не оценивали языковую ситуацию на территории бывшей Югославии, следует признать: вместо одного сербскохорватского (или хорватскосербского) языка возникло четыре, каждый из которых пытается утвердить и утверждает свою самостоятельность, свою культуротворческую миссию, свою функцию в создании новых государственных образований, в обосновании национальной идентичности каждого из народов - носителей новых языков.

Процессы, о которых ведет речь Л. Васильева, сложны и неоднозначны. Они связаны с драматическими политическими событиями.

Известно положение М. Хайдеггера: язык - дом бытия, дом культуры. Обретая и строя свою государственность, свою культуру, народ утверждает и свой язык, способный выразить дух нации, ее стремления, ее право на независимое и свободное развитие. Здесь уместно вспомнить слова Вильгельма фон Гумбольдта о роли языка в формировании национальной культуры: "Язык следует рассматривать не как мертвый продукт, а как созидающий процесс... Язык есть не продукт деятельности ("Ergon"), а сама деятельность ("Energeia")" [1. С. 69, 70].

Для Л. Васильевой язык - это именно деятельность, процесс неуклонного развития, определяемый как внутренними имманентными, так и разнообразными внешними факторами. Исследуя штокавские литературные языки, она выходит за рамки чисто лингвистического описания и исследования (отмечу ее основательные познания в сфере различных отраслей культурологии и языкознания). В монографии поставлены важные вопросы о взаимодействии языка и культурной традиции, языка и нации, языка и государства, точнее, связи государственного строительства и языковых процессов.

Подчеркну еще раз: нужно было проявить большую смелость и, вместе с тем, такт, научную объективность, чтобы обратиться к тому, что, по меткому выражению А. Франса, называется современной историей. Позиция ее исследователя осложняется тем, что ему нужно дистанцироваться от описываемых процессов, мысленно отойти на определенное расстояние. И автор успешно осуществляет

стр. 112

эту задачу, используя лингвистические методы. Л. Васильева не прибегает к всесторонней политической оценке процессов, происходящих в бывшей Югославии. Она лишь замечает, что с распадом югославского государства и ликвидацией единого коммуникативного пространства, с одной стороны, и усилением выражения национального самосознания, с другой, к языку обратились как к способу выражения национальной идентичности, что стало причиной интереса к проблеме соотношения языка и культуры (С. 137).

Один из наиболее интересных параграфов книги называется "Национальная идентичность. Язык и культура". Опираясь на положение норвежского лингвиста и социолога Е. Хагена, Л. Васильева оценивает языковую ситуацию в бывшей Югославии как результат предшествующего развития народов, пользовавшихся некоторое время единым сербскохорватским языком, но имевших отличные от него собственные языки.

Л. Васильева подчеркивает: "Деление сербскохорватского языка на четыре литературно-языковых стандарта является процессом совершенно естественным, закономерным, подготовленным всем предыдущим развитием языка" (С. 230). Однако, замечает автор, в понимании этих закономерностей возникает много вопросов. Они касаются уже самого названия новых языков.

Позволю себе заметить, что история, особенно история культуры, отнюдь не сводится к одним лишь закономерностям. Здесь наряду с закономерным, рациональным, объективным проявляет себя случайное, иррациональное, субъективное; в языкотворческих процессах важна роль отдельной личности. Но этот аспект проблемы Л. Васильевой не рассматривается.

Говоря об объективных причинах "возникновения" четырех языков, автор, как было сказано, учитывает исторические условия развития сербов, хорватов, боснийцев и черногорцев, особенности функционирования их культуры, в частности литературы. Один из методических принципов исследования состоит в том, что автор использует историю как своеобразный инструмент осмысления современных процессов. Здесь невольно вспоминаешь слова современного философа Э. Соловьева, сказанные, правда, по иному поводу: "Прошлое толкует нас". История югославянских народов свидетельствует не только о различных путях и тенденциях их развития, но и об их общности.

Второй момент, характеризующий исследовательскую методику Л. Васильевой, состоит в том, что она тщательно изучает свидетельства участников происходящего процесса.

Наконец, третий, весьма важный момент. В монографии Л. Васильева использовала также материал, полученный ею во время неоднократных экспедиций в республики бывшей Югославии: конкретные наблюдения над ситуацией, сделанные, так сказать, изнутри, записи разговоров с носителями языка. На "живом", схваченном в динамике материале строит автор схему соотношения таких понятий, как "система", "норма", "стандарт", "литературный язык", "национальный язык". При этом Л. Васильева творчески использует достижения современного языкознания, в частности работы Э. Кассирер.

Развивая положения современной лингвистики, Л. Васильева разграничивает понятие языка-системы и языка-стандарта: "Язык как система подпадает под действие только лингвистических (внутрилингвистических) факторов, а язык как стандарт претерпевает влияние и лингвистических, и нелингвистических закономерностей. Для языка как системы оценка его носителей не имеет никакого значения. Историческая, культурная, национальная идентичность не утверждаются и не подтверждаются языком как системой, это функция стандарта" (С. 239). Далее на конкретных примерах показаны отношения между системой и стандартом, которые взаимно обусловливают и обогащают друг друга.

История, литература, культура, цивилизация, религия - факторы, которые влияют на язык-стандарт и отражаются в нем.

стр. 113

Исходя из четко сформулированных теоретических положений, Л. Васильева тщательно характеризует каждый из четырех стандартов, возникших на основе штокавской языковой системы, с учетом особенностей их лексики, фонетики, словообразования, морфологии и синтаксиса. Отмечу основательность описаний, стремление как можно полнее охватить каждый уровень. Здесь проявляются и тонкое лингвистическое чутье, и умение сочетать скрупулезный анализ фактов с теоретическими обобщениями. Подчеркну еще раз, что речь идет о незавершенных процессах, о живой языковой действительности. Исследовательница тонко уловила диалектику генетической общности и функциональных различий четырех языков. Ее работа - еще одно доказательство того, что история языка - неотъемлемая часть истории народа.

Отмеченные Л. Васильевой функциональные отличия четырех языков-стандартов не исключают, а наоборот, в силу ряда факторов предполагают взаимодействие между ними. Возникает очень важный вопрос о дальнейших судьбах языков штокавской системы. И Л. Васильева много и точно говорит о национальных традициях народов - носителей сербского, хорватского, боснийского и черногорского языков. Сейчас, в силу сложившихся обстоятельств, возобладали процессы дезинтеграции в штокавской языковой системе. Но можно с уверенностью сказать, что никогда не исчезавшее чувство общности южных славян возродится на новой основе и в новых формах. Как пишет Э. Кассирер, движение истории, культуры подтверждает известную истину: "То, что объединяет народы, сильнее того, что их разъединяет" [2. С. 180].

В конечном счете этот вопрос связан с проблемой славянской взаимности, и уже - югославянской общности. В монографии исследовательница касается этого вопроса, но мне кажется, ему следовало бы уделить больше внимания. Л. Васильева не всегда учитывает роль идеи славянского единства в формировании взглядов выдающихся представителей культуры и в их филологической деятельности.

В монографии показана роль Вука Караджича как реформатора и кодификатора языка, однако, с нашей точки зрения, нельзя рассматривать деятельность Вука-лингвиста в отрыве от других сторон его разносторонней деятельности - фольклориста, публициста, историка. Песенное собрание В. Караджича дает богатейший материал и для истории языка.

Книга Л. Васильевой - результат кропотливого и целеустремленного труда. Отдельные части книги печатались в виде статей, главным образом в украинских изданиях. Сравнивая эти публикации с монографией, видишь, как в процессе работы формировалась и уточнялась концепция автора, как углублялось понимание изучаемых процессов. В результате появилось исследование, которое вносит вклад не только в славистику, но и в общее языкознание, в социолингвистику. В наше время, когда вопрос о нациях и национальных языках приобретает особую остроту, эта книга является весьма актуальной. Разумеется, трудно в краткой рецензии дать ее полную характеристику, но если мне удалось пробудить интерес к монографии Людмилы Васильевой, считаю свою задачу выполненной.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Гумбольдт В. Избранные труды по языкознанию. М., 1989.

2. Кассирер Э. Избранное. Опыт о человеке. М., 1995.

Постоянный адрес данной публикации: