"La Pensee". Paris. 1965, decembre, N 124, pp. 54 - 85.

Хорошо известна громадная роль крестьянских масс в истории Великой французской революции. Вплоть до 1793 г. мощное крестьянское движение было ее важнейшей динамической силой. Однако великий социальный переворот конца XVIII в. ознаменовался не только крестьянской революцией, но и массовой крестьянской контрреволюцией. С марта 1793 г. она переросла в нескольких западных департаментах в жестокую гражданскую войну, являвшуюся одно время серьезной угрозой, а затем многолетней незаживающей раной республики. Проблема Вандеи, то есть крестьянской контрреволюции, представляет немалый исторический интерес и, выходит за рамки истории только французской революции. Попытки реакции найти опору в деревне проходят через всю историю революционных движений в Европе нового времени; в самой Франции вплоть до наших дней правые силы стремятся использовать традиции Вандеи и шуанерии. Между тем до сих пор эта проблема остается в значительной мере вне поля зрения марксистской историографии. Тем больший интерес представляет статья, принадлежащая перу французского историка-марксиста Клода Мазорика "Вандея и шуанерия", в которой автор на основе результатов новейших исследований стремится осмыслить некоторые вопросы крестьянской контрреволюции на западе. Франции.

Естественно, что в центре внимания автора стоит вопрос о причинах ее возникновения. Он отвергает традиционные версии о решающей роли клерикального или дворянского заговора и, продолжая линию А. Матьеза и Ж. Лефевра, рассматривает Вандею и шуанерию как спонтанное в своей основе крестьянское возмущение, вызванное прежде всего спецификой аграрных условий охваченных движением местностей. Политическое же руководство движением почти сразу было подхвачено роялистско-клерикальной контрреволюцией. Крестьянская контрреволюция, пишет Мазорик, распространилась на те районы Западной Франции, которые носили преимущественно аграрный характер и были почти не затронуты развитием сельской мануфактуры. Слой промышленного и полупромышленного сельского населения, который повсюду играл первостепенную роль в революции, был здесь незначителен. Вместе с тем в аграрные отношения активно проникал городской капитал, интенсивно использовавший феодальные и полуфеодальные формы эксплуатации - скупку и сдачу в кабальную аренду земли (издольщину, генеральное фермерство), покупку сеньорий, аренду сеньориальных повинностей и т. п. Нередко буржуа полностью замещал жившего в городе сеньора. Шуанерия, приходит к выводу автор, "появляется там, где буржуазия внедряется паразитическим путем, там, где она входит в сделку с феодализмом, вместо того чтобы вносить революционизирующий процесс разделения труда и капиталистического развития...". Социальная ненависть к этому слою буржуазии нарастала задолго до 1789 г., хотя в приходских наказах крестьяне западных районов выступали (иногда очень резко) и против дворянства и духовенства. Революцию эти крестьяне встретили с надеждой на решение своих насущных вопросов. Тем большую роль в вызревании мятежа сыграло их разочарование в экономической и прежде всего аграрной политике захватившей власть буржуазии, подчеркивает автор.

На наш взгляд, К. Мазорик переоценивает натуральную замкнутость аграрной экономики районов шуанерии и степень социальной однородности крестьянства. Исследования (например, А. Сэ и П. Буа) свидетельствуют о довольно значительной дифференциации крестьян не только в мятежных районах Бретани, но и в западном, "шуанском" Мэне. В какой мере отразилось расслоение деревни на социальном характере Вандеи и шуанерии, интересы (или ущемление интересов) каких групп крестьян сыграли наиболее важную роль в возникновении и развитии всего движения - эти вопросы остались, к сожалению, вне поля зрения К. Мазорика. Сосредоточив основное внимание на выявлении противоречий между крестьянами и буржуа, на неудовлетворенности крестьян тем, что революция обеспечила экономическое и социальное торжество буржуазии, автор делает вывод об общности антибуржуазной настроенности крестьянства и беднейших

слоев городского населения. "Немало черт, характерных для ненависти крестьян запада, - пишет он, - обнаруживается и в психологии и требованиях парижских предместий, изученных А. Собулем". Но только ли эти черты, связанные с устремлениями мелкого крестьянства, проявились в движении? Не прослеживаются ли в Вандее и шуанерии и элементы той яростной кулацкой контрреволюции, которая во втором году республики дала себя знать во многих районах Франции? Некоторые наблюдения К. Мазорика подводят к этой мысли.

Публикатор:

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Найденный поисковым роботом источник:

Автор(ы) публикации - А. В. Адо:

Комментарии: