К ВОПРОСУ О ФОРМИРОВАНИИ ПРОЛЕТАРИАТА УКРАИНЫ¹

(По поводу работ Ф. Е. ЛОСЯ, А. А. НЕСТЕРЕНКО, Е. С. КОМПАН и других о формировании пролетариата Украины)

В 1940 г. вышла монография А. Г. Рашина "Формирование промышленного пролетариата в России". Это было, по существу, первое исследование в советской исторической литературе на данную тему. Его достоинство состоит в использовании автором огромного статистического материала о численности рабочих, их составе, источниках пополнения. Книга А. Г. Рашина привлекла внимание историков к проблеме формирования пролетариата, которая, несмотря на значительное количество приведенных автором фактов, все же не была им решена.

Изучению истории пролетариата и его формирования в нашей стране придается особое значение. Программа для высших учебных заведений по истории СССР, учебные пособия, общие работы по истории народов, монографии по истории рабочего движения в той или иной степени освещают вопрос о складывании пролетариата² . Советскими историками и экономистами проделана большая работа по изучению темы формирования пролетариата на Украине. Ценные монографии А. А. Нестеренко и Ф. Е. Лося³ , ряд кандидатских диссертаций⁴ посвящены разрешению этой задачи. Анализ названных произведений позволяет подвести итоги изучению данной проблемы и поставить некоторые принципиальные вопросы.

Наиболее полно, с привлечением значительных статистических сведений исследуется тема формирования пролетариата Ф. Е. Лосем. В книге А. А. Нестеренко эта проблема освещается попутно, в связи с изложением вопроса о развитии промышленности и положении пролетариата в конце XIX - начале XX века. В названных монографиях, а также в кандидатских диссертациях анализируются более или менее известные источники, главным образом данные переписи 1897 г., земские материалы по двум уездам Екатеринославской губернии за 80-е годы, сведения, почерпну-

¹ В данном обзоре не дается разбора вышеназванных работ в целом. В нем рассматриваются лишь главы, освещающие проблему формирования пролетариата.

² "Программа по истории СССР". М. 1956; "История Эстонской ССР". Таллин. 1952; "История Молдавии". Т. I. Кишинев. 1951; "История БССР". Т. I. Минск. 1954; "История Латвийской ССР". Т. II. Рига. 1955; Я. А. Балагуров. Формирование рабочих кадров Олонецких петровских заводов. Петрозаводск. 1953; "История СССР". Т. II. М.-Л. 1954 и др.

³ А. А. Нестеренко. Очерки истории промышленности и положения пролетариата Украины в конце XIX и начале XX в. М. 1954; Ф. Е. Лось. Формирование рабочего класса на Украине и его революционная борьба. Киев. 1955.

⁴ Е. С. Компан. Формирование рабочего класса железорудной и металлургической промышленности юга Украины 80 - 90-х гг. XIX в. Киев. 1950 (частично опубликована в "Наукові; записки і;нституту і;сторі;ї; АН УССР", 1953, N 5 под названием "До вопросу про формування пролетариату залі;знорудної; промисловості; Криворі;жжя (1880 - 1900 рр.)", стр. 137 - 155; Г. В. Сичкарь. Формирование рабочего класса в каменноугольной промышленности Донбасса во второй половине XIX века. Киев. 1954; Н. И. Колюшко. Формирование рабочего класса в сахарной промышленности на Правобережной Украине во второй половине XIX в. Киев. 1951.

тые из изданий Совета съезда горнопромышленников юга России, материалы о распределении земли в 1905 г. и некоторые другие. Архивные документы привлекаются в незначительном объеме. Особенно приходится сожалеть, что не изучены фонды промышленных предприятий. Правда, архивы заводов не везде сохранились и трудны для обработки, но, как показывает опыт Ф. Е. Лося, рассмотревшего в своей монографии списки рабочих по двум предприятиям⁵ , они дают богатейший материал о составе рабочих, продолжительности их работы и т. д. Введение в научный оборот этих данных тем более важно, что по промышленности Украины не было проведено в свое время специальных обследований, как это было сделано в конце XIX - начале XX в. в отношении предприятий Петербурга, Москвы, Иваново-Вознесенска и других пунктов, давших интересный материал (о стаже работы, месте рождения, связи с землей, составе рабочих этих городов)⁶ .

Далеко не полностью использованы и опубликованные сведения. Например, земские материалы губерний центрально-черноземной полосы - основного района, откуда шел приток рабочих в промышленность Донбасса и крупные украинские города, - содержат немало данных о формировании пролетариата на Украине. Однако эти материалы не использованы должным образом.

Ограниченность источников и прежде всего слабая разработка архивных документов не позволили авторам рассматриваемых трудов дать обоснованный ответ на ряд важных вопросов (о производственном стаже, о постоянных рабочих, об их семьях как источнике пополнения рядов пролетариата и т. д.).

Работа Л. А. Нестеренко начинается с изложения материала об источниках пополнения пролетариата⁷ . Так же начинает свою книгу и Ф. Е. Лось. Таким образом, в понимании этих авторов ведущим является вопрос об источниках пополнения, а не о становлении нового класса капиталистического общества, условиях и времени его возникновения. "Основным источником формирования рабочего класса Украины было разорившееся под влиянием развития капитализма крестьянство"⁸ , - сказано в работе Ф. Е. Лося. Разделы об источниках пополнения рабочего класса наиболее аргументированы и являются стержневыми во всех рассматриваемых работах.

В таком же плане раскрывается проблема формирования пролетариата и в кандидатских диссертациях. "По своему содержанию, - читаем в автореферате Е. С. Компан, - процесс формирования рабочего класса был повсюду один и тот же, в его основе лежит пролетаризация крестьянства"⁹ . У Г. В. Сичкаря сказано: "Главное внимание уделяется анализу динамики количественного роста, определению районов выхода, исследованию национального и социального состава рабочих кадров данной отрасли промышленности, прослеживается образование постоянных кадров и другие характерные стороны формирования рабочего класса в каменноугольном Донбассе"¹⁰ . Определение Г. В. Сичкаря шире, чем у Е. С. Компан: оно включает не только вопрос о происхождении рабочих, но и о его составе. Причем анализу источников пополнения пролетариата придается и в данном случае ведущее значение.

Книга А. А. Нестеренко охватывает период с промышленного подъема 90-х годов до Февральской революции 1917 года. В ней прослеживается процесс разложения крестьянства, разорения мелкой буржуазии. К сожалению, исследование этих процессов дается без учета изменений, происшедших как в составе рабочих, так и в источниках пополнения. В заключении книги сказано, что "процесс формирования пролетариата означал не только количественный, но и качественный рост". Раскрывая, видимо, понятие "качественного роста", А. А. Нестеренко пишет: "Рабочий класс Украины характеризовался своей сплоченностью и своими боевыми революционными качествами. Росли политическая сознательность, понимание им своей исторической роли, создавались пролетарские организации. Рабочее движение на Украине развивалось в неразрывном единстве с общероссийским рабочим движением"¹¹ . Та же мысль высказана им и в предисловии при определении основных задач книги¹² . Эти определения, не вызывая возражений по

⁵ Ф. Е. Лось. Указ. соч., стр. 91, 92.

⁶ А. Г. Рашин. Указ. соч., стр. 331 - 332, 349, 367, 368, 375 и др.

⁷ А. А. Нестеренко. Указ. соч., стр. 58.

⁸ Ф. Е. Лось. Указ. соч., стр. 52.

⁹ Е. С. Компан. Автореферат диссертации, стр. 10.

¹⁰ Г. В. Сичкарь. Указ. диссертация, стр. 8.

¹¹ А. А. Нестеренко. Указ. соч., стр. 305.

¹² Там же, стр. 7.

существу, однако не имеют прямого отношения к проблеме формирования пролетариата. В них под "качественным ростом" понимается собственно движение рабочих, характеристика которого дается в общей форме и приложима не только к данному отрезку времени.

Примерно то же самое говорится о "качественном росте" пролетариата и в исследовании Ф. Е. Лося. В специальном разделе "Качественные изменения в составе рабочего класса Украины в 1900 - 1904 годах" рассматриваются характер рабочего движения и его отличительные черты предреволюционных лет, а не процесс формирования рабочего класса и изменения в его составе, что было бы более правильно. Как видим, А. А. Нестеренко и Ф. Е. Лось вкладывают в понятие "качественный рост" пролетариата, по существу, одинаковое содержание, хотя исследуют различные периоды пролетарского движения. В книге Ф. Е. Лося говорится, что 1900 - 1904 годы были периодом качественных изменений, а А. А. Нестеренко прослеживает такие же изменения за 1890 - 1916 годы.

Е. С. Компан относит начало формирования пролетариата к 80 - 90-м годам XIX столетия, причем не объясняет, почему она избрала именно этот период. В диссертациях Г. В. Сичкаря и Н. И. Колюшко этот процесс приурочен ко второй половине XIX века. Ф. Е. Лось рассматривает процесс складывания кадров рабочего класса на Украине начиная со второй половины XIX в. до начала первой русской революции. Таким образом, можно отметить различие в выборе авторами хронологических рамок при изучении вопроса формирования пролетариата.

Г. В. Сичкарь, определяя хронологические границы своего исследования, указывает, что в 60 - 90-е годы происходил процесс ускоренного развития капитализма и складывания пролетариата в класс, который выступил на широкую арену политической борьбы¹³ . С этим можно согласиться. Действительно, вторая половина XIX в. была периодом становления пролетариата как класса капиталистического общества. Но в таком случае автору необходимо было бы остановиться не только на количественном росте и источниках пополнения рабочих, но и выяснить на примере Донбасса процесс становления класса пролетариата.

Считая конец XIX - начало XX в. важнейшим этапом в истории рабочего класса, Ф. Е. Лось полагает, что это было время, когда пролетариат "осознает свои классовые задачи, поднимается на политическую борьбу и становится во главе всех трудящихся в борьбе против царизма и помещичье-капиталистического гнета"¹⁴ . Под формированием рабочего класса, сказано в другом месте, автор "понимает не только количественный рост фабрично-заводских рабочих, складывание постоянных кадров на фабриках, заводах, шахтах и других промышленных предприятиях, но и политическое воспитание рабочего класса, которое шло в процессе революционной борьбы"¹⁵ . Однако этот тезис в плане становления нового класса капиталистического общества не раскрывается. Ф. Е. Лось, как и Г. В. Сичкарь, стремится в первую очередь подчеркнуть рост революционного сознания, духовного развития рабочих, что имеет важное значение, однако не может собой заменить проблемы формирования рабочего класса.

Г. В. Сичкарь и в какой-то мере Ф. Е. Лось поднимают вопрос о становлении пролетариата как класса капиталистического общества, но разбирают эту тему преимущественно лишь в плане революционной борьбы рабочих. Е. С. Компан и А. А. Нестеренко не высказывают своего мнения на этот счет, но также уделяют большое внимание истории революционного движения.

Разделы о революционном движении рабочих в рассматриваемых трудах представляют несомненный интерес, но они, по существу, не связаны с теми частями исследований, где речь идет об источниках пополнения, складывания постоянных кадров, составе рабочих. Эти части монографий существуют независимо друг от друга, механическое их соединение еще не дает ответа на вопрос о становлении класса пролетариата.

В предисловии к своей книге Ф. Е. Лось указывает, что работа А. Г. Рашина "носит статистико-экономический характер, в ней не освещен процесс формирования революционной идеологии рабочего класса, не показано осознание им себя как класса"¹⁶ . Упрек в такой форме в адрес А. Г. Рашина, по нашему мнению, не является основательным потому, что поста-

¹³ Г. В. Сичкарь. Указ. диссертация, стр. 3.

¹⁴ Ф. Е. Лось. Указ. соч., стр. 4.

¹⁵ Там же, стр. 11.

¹⁶ Там же, стр. 8.

новка проблемы и методы ее решения у Ф. Е. Лося, А. А. Нестеренко и других, по существу, не отличаются от решения, данного А. Г. Рашиным. Как у А. Г. Рашина, так и в упомянутых работах речь идет не о формировании пролетариата, а о кадрах рабочих для промышленности и источниках их пополнения.

На наш взгляд, выяснение основного содержания процесса формирования пролетариата состоит в том, чтобы проследить, как складывался в условиях нарождавшегося капиталистического способа производства новый класс общества - класс промышленных рабочих. Разумеется, вопросы о кадрах рабочей силы и о формировании пролетариата тесно связаны между собой, и между ними нет резкой грани. Формирование пролетариата является исходным пунктом, без раскрытия содержания которого нельзя иметь правильное суждение об источниках пополнения пролетариата и его составе.

К. Маркс установил наличие трех стадий развития промышленности: мелкотоварного производства, мануфактуры и крупной машинной индустрии, - которым соответствуют три типа рабочих. На первых двух стадиях непосредственный производитель материальных благ еще тесно связан с земледелием, мелким ремеслом, на третьей ступени развития промышленности рабочий выделяется из окружающей среды, становится подлинным пролетарием, единственным источником существования которого является работа по найму.

Таким образом, переход от мануфактуры к фабрике, высшей ступени капитализма в промышленности, знаменовал собой не только технический переворот - замену ручного труда машинной техникой, введение системы машин, - но также крутую ломку общественных отношений. В ходе развития капиталистической промышленности складывались новые общественные отношения, рождались классы капиталистического производства. "Промышленная революция создала класс крупных капиталистов-фабрикантов, - отмечал Ф. Энгельс, - но вместе с тем также гораздо более многочисленный класс фабричных рабочих"¹⁷ . Ф. Энгельс неоднократно подчеркивал эту сторону промышленного переворота, указывая, что появление пролетариата есть главный результат промышленной революции, что "введение машин вызвало к жизни пролетариат"¹⁸ .

Капиталистическая фабрика требовала иных, чем при мануфактуре, отношений между работодателем и работником, иного рабочего - более обученного, менее связанного с сельским хозяйством, личным имуществом, способного все силы отдавать фабричному производству. Пролетарий порвал с патриархальщиной, личной зависимостью от владельца предприятия, он отличался подвижностью не в пример оседлому работнику мануфактуры. Это был совершенно новый рабочий, совсем непохожий на работных людей крепостного периода. Отвечая на вопрос, чем отличается пролетарий от рабочего мануфактуры, Энгельс говорил: "Мануфактурный рабочий XVI - XVIII веков почти повсюду владел еще орудиями производства: своим ткацким станком, прялкой для своей семьи и маленьким участком земли, который он возделывал в свободные от работы часы. У пролетария ничего этого нет. Мануфактурный рабочий живет почти всегда в деревне и находится в более или менее патриархальных отношениях со своим помещиком или работодателем. Пролетарий большей частью живет в больших городах, и с работодателем его связывают чисто денежные отношения. Крупная промышленность вырывает мануфактурного рабочего из его патриархальных условий; он теряет последнее имущество, каким еще обладал, и только тогда превращается в силу этого в пролетария"¹⁹ .

Итак, в результате промышленного переворота создаются два новых класса капиталистического общества: буржуазия и пролетариат. Таким образом, одним из следствий перехода от мануфактуры к фабрике является то, что старый мануфактурный рабочий превращается в пролетария. Конкретные формы, в которых проходило становление фабрично-заводского рабочего класса в России, были иными, чем в Англии - стране классического капитализма, - но принципиальная схема всюду была одинаковой.

Важно отметить не только увеличение численности пролетариата и все растущее вовлечение населения в фабрично-заводскую деятельность, раскол общества на

¹⁷ К. Маркс и Ф. Энгельс. Избранные произведения. Т. II. М. 1952, стр. 100.

¹⁸ К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч. Т. 2. Изд. 2-е, стр. 243, 256. Т. 4. Изд. 2-е, стр. 328 и др.

¹⁹ К. Маркс и Ф. Энгельс Соч., Т. 4, стр. 326.

два диаметрально противоположных класса, а также переворот в сознании рабочих, которому способствовало развитие капиталистической промышленности. Переход от мануфактуры к фабрике не только создает рабочий класс, но и пробуждает его сознание, понимание коренной противоположности его интересов интересам буржуазии. Подчинение крупному капиталу, писал В. И. Ленин в труде "Что такое "друзья народа" и как они воюют против социал-демократов?", "будит мысль рабочего, превращает глухое и неясное недовольство в сознательный протест, превращает раздробленный, мелкий, бессмысленный бунт в организованную классовую борьбу за освобождение всего трудящегося люда, борьбу, которая черпает свою силу из самых условий существования этого крупного капитализма и потому может безусловно рассчитывать на верный успех"²⁰ . В другом месте той же работы В. И. Ленин, возвращаясь к этому вопросу, подчеркивал: "Это положение фабрично-заводского рабочего в общей системе капиталистических отношений делает его единственным борцом за освобождение рабочего класса, потому что только высшая стадия развития капитализма, крупная машинная индустрия, создает материальные условия и социальные силы, необходимые для этой борьбы"²¹ .

Как известно, промышленный переворот в России начался еще до реформы 1861 г., а завершился после нее. Одни ученые считают, что его окончание приходится на 60 - 70-е годы, другие - на 80-е, третьи - на 90-е годы. Несмотря на эти расхождения, все исследователи относят заключительную стадию промышленного переворота к послереформенному периоду развития капитализма в России. Можно спорить о сроках завершения промышленного переворота в России, но следует признать, что 80 - 90-е годы и особенно годы промышленного подъема окончательно закрепили победу фабрики над мануфактурой.

Именно в эти годы в России окончательно сложился рабочий класс, порвавший со своим мануфактурным прошлым, достаточно мощный численно и окрепший внутренне. Однако нельзя считать, что дальнейший период не имеет значения в истории пролетариата и его формировании. Сложившись в годы промышленного переворота, пролетариат продолжал расти численно, изменялся по составу, шел процесс дальнейшего его развития.

После 1861 г. формирование пролетариата стало проходить значительно быстрее. Строившиеся фабрики и заводы по своим размерам были крупными и технически по тому времени хорошо оснащенными, в них концентрировались огромные массы рабочих. Это ускоряло превращение бывшего земледельца и кустаря в современного промышленного рабочего.

Проблема формирования пролетариата связана с вопросом о составе и источниках пополнения рабочего класса. Как уже говорилось, авторы работ по истории формирования пролетариата, вышедших в последнее время, больше останавливаются на источниках пополнения, выделяя эту тему в самостоятельную, хотя она является лишь частью общей проблемы о зарождении и развитии пролетариата.

Пролетариат по своему происхождению тесно связан с мелкобуржуазными слоями населения, прежде всего с крестьянством. "Капитализм не был бы капитализмом, - отмечал В. И. Ленин, - если бы "чистый" пролетариат не был окружен массой чрезвычайно пестрых переходных типов от пролетария к полупролетарию (тому, кто наполовину снискивает себе средства к жизни продажей рабочей силы), от полупролетария к мелкому крестьянину (и мелкому ремесленнику, кустарю, хозяйчику вообще), от мелкого крестьянина к среднему и т. д.; - если бы внутри самого пролетариата не было делений на более и менее развитые слои, делений земляческих, профессиональных, иногда религиозных и т. п."²² . Классики марксизма-ленинизма неоднократно указывали, что для правильного понимания процесса формирования пролетариата необходимо точно установить источники его пополнения и выделить различные слои внутри пролетариата (кадровые рабочие, рабочие, связанные с землей).

Важнейшим источником пополнения пролетариата как в России, так и в других странах является крестьянство. Развитие капитализма приводило огромные массы крестьян в ряды деревенских пролетариев. Этот источник в России практически был неисчерпаем и на всем протяжении развития капиталистической промышленности давал огромные массы людей для пополнения кадров заводских и фабричных рабочих. Для раскрытия проблемы формирования пролетариата необходимо изучение процес-

²⁰ В. И. Ленин. Соч. Т. 1, стр. 218.

²¹ Там же, стр. 281.

²² В. И. Ленин. Соч. Т. 31, стр. 55.

са разорения крестьянства в связи с ростом промышленности. В дальнейшем наряду с разорявшимся крестьянством источником пополнения все больше становятся семьи рабочих, что имело важное значение.

Развитие промышленного производства и вытеснение мануфактуры фабрикой сопровождалось подъемом рабочего движения и ростом политического сознания пролетариата. "Его (пролетариата. - Л. И. ) борьба против буржуазии начинается вместе с его существованием", - сказано в "Манифесте Коммунистической партии"²³ .

Этапы этого процесса в России хорошо выяснены акад. А. М. Панкратовой в предисловиях ко второму и третьему томам сборника документов "Рабочее движение в России XIX века". "В 60 - 80-е годы Россия переживала важный и знаменательный период перехода к крупному капиталистическому производству и формирования нового общественного класса - пролетариата, принципиально отличного от рабочих мануфактурного периода. Этот новый класс заявил о себе уже в первые десятилетия своего существования такими энергичными и решительными выступлениями, которые сделали не только невозможным отрицать его существование, но даже заставили дворянское правительство и буржуазию заговорить о "рабочем вопросе"²⁴ .

Рабочее движение в России имело отличительные черты: оно в сравнительно короткий срок прошло от своего начального этапа до соединения с социализмом. В Западной Европе этот процесс растянулся на несколько десятилетий. Вследствие особенностей развития капитализма и пролетариата в России период формирования рабочего класса и соединения рабочего движения с социализмом почти совпал.

Рассмотрев принципиальную сторону проблемы формирования пролетариата, остановимся теперь на некоторых других вопросах.

В литературе по истории рабочего класса пользуются термином "кадровые, потомственные рабочие". При этом за основу обычно берется стаж работы. Однако этот критерий, важный сам по себе, не является единственным, он еще не показывает, насколько ослабла связь рабочего с землей. Только совокупность признаков позволит точнее определить превращение рабочего в промышленного пролетария.

В исследованиях А. А. Нестеренко, Ф. Е. Лося, Г. В. Сичкаря, Е. С. Компан проблема складывания кадровых, потомственных рабочих не получила полного разрешения, ей уделяется мало внимания.

В книге А. А. Нестеренко, в разделе "Рост числа кадровых рабочих", использованы главным образом общерусские материалы об уходе рабочих на полевые работы, почерпнутые из трудов В. И. Ленина "Развитие капитализма в России" и А. В. Погожева "Учет численности и состава рабочих России". Из украинских материалов приведены известные данные за 80-е годы XIX в. о рабочих каменноугольных шахт. Эти сведения интересны и показывают, что из 1249 рабочих копей Славяносербского уезда более пяти лет работали в каменноугольной промышленности 461 чел., то есть 37%. Далее в монографии А. А. Нестеренко говорится, что в конце 90-х годов на копях Донбасса кадровых рабочих было 60%, а в начале XX в. их число в основных отраслях промышленности составило 84%, причем в металлургической все рабочие были кадровыми. К 1913 г. в угольной промышленности число кадровых рабочих, по утверждению А. А. Нестеренко, поднялось до 87%²⁵ . К сожалению, автор не указал, откуда взяты эти данные. Е. С. Компан дает совершенно другие сведения, но также без ссылки на источники. Она говорит, что в 80-х годах в металлургической промышленности было занято от 40 до 50% постоянных рабочих и лишь к концу 90-х годов начался процесс образования потомственных пролетариев²⁶ . Е. С. Компан, на наш взгляд, правильно считает постоянными рабочими тех, кто уже длительное время связан с фабрично-заводским трудом, а кадровыми - тех, кто окончательно порвал связь с земледелием и единственным источником существования которых являлась работа в капиталистической промышленности. Можно с нею согласиться и в том, что именно в 90-х годах в металлургической промышленности Украины более интенсивно начинает складываться кадровый состав рабо-

²³ К. Маркс и Ф. Энгельс. Манифест Коммунистической партии. М. 1956, стр. 41.

²⁴ "Рабочее движение в России в XIX веке". Сборник документов и материалов. Т. II, ч. I. Госполитиздат. 1950. Вступит. статья, стр. 31.

²⁵ А. А. Нестеренко. Указ. соч., стр. 154, 155.

²⁶ Е. С. Компан. Автореферат диссертации, стр. 13; "Наукові; записки і;нституту і;сторі;ї; АН УССР", "1953, N 5, стр. 149.

чих. Однако было бы важно уточнить, как глубоко тогда зашел этот процесс.

Г. В. Сичкарь полагает, что к концу 90-х годов более 65% шахтеров Донбасса постоянно работали в каменноугольной промышленности и составляли основу кадрового пролетариата данной отрасли промышленности²⁷ . Но он не указывает источника, из которого взяты эти сведения, а лишь говорит, что этот вывод сделан им на основе наблюдения за сезонным сокращением числа рабочих на копях. Таким образом, А. А. Нестеренко и Г. В. Сичкарь примерно одинаково исчисляют процент рабочих, прочно связанных с каменноугольной промышленностью.

Не вызывает сомнений утверждение А. А. Нестеренко о том, что в начале XX в. на каменноугольных шахтах количество кадровых рабочих возросло по сравнению с 90-ми годами. Однако трудно согласиться с его данными, будто кадровые рабочие в 1913 г. составляли 87%. Если взять сезонные колебания рабочих на шахтах Донбасса, то летом 1910 г. число рабочих сократилось на 43,3%, а в 1913 г. - на 32,9%²⁸ . Причем надо иметь в виду, что остававшиеся на лето рабочие не все порвали связь с землей. Это обстоятельство А. А. Нестеренко, очевидно, не учитывает²⁹.

По утверждению А. А. Нестеренко, в металлургической промышленности уже в начале XX в. все рабочие были кадровыми и связи с сельским хозяйством не имели. Несомненно, в данной отрасли промышленности кадровые рабочие составляли основной костяк. Однако и среди рабочих металлургической промышленности было немало таких, которые сохраняли связь с деревней. К ним относится значительная часть рабочих неквалифицированного труда. Следует также учитывать, что пополнение рабочего класса шло не только за счет пролетарских семей, но и за счет крестьян, впервые пришедших из деревни.

Не получил должного освещения вопрос о формировании кадровых рабочих и в монографии Ф. Е. Лося. Он правильно указывает, что наиболее интенсивно процесс создания кадровых рабочих шел в металлургической и металлообрабатывающей промышленности, медленнее - в каменно-угольной и еще медленнее - в сахарной. Но в книге Ф. Е. Лося, как и в исследованиях А. А. Нестеренко, Е. С. Компан и др., не использованы полностью документальные источники по этому вопросу. Ф. Е. Лось, например, далеко не полностью изучил фонды промышленных предприятий.

Проблема возникновения класса пролетариев тесно переплетается с вопросом о разрыве связи рабочих с землей. Это, по существу, две стороны единого процесса формирования рабочего класса. Ф. Энгельс указывал: "Для создания современного революционного класса, пролетариата, было абсолютно необходимо, чтобы была перерезана пуповина, привязывавшая прежнего рабочего к земле"³⁰ . Сравнивая металлистов и текстильщиков, В. И. Ленин отмечал, что революционность первых выше, чем вторых, объясняя это сохранением связи с земледелием у последних. "А текстильные рабочие из общей рабочей массы представляют из себя элемент наихуже оплачиваемый, наименее развитой, слабее всего участвовавший в предыдущих движениях, теснее всего связанный с крестьянством"³¹ .

Рассматривая выступление рабочих в 1912 г. и революционное движение 1905 - 1907 гг., В. И. Ленин видел их различие в том, что "выросла численность пролетариата - процентов minimum на 20. Выросла концентрация пролетариата. Усилилась чисто пролетарская основная опора движения в силу ускоренного освобождения от связи с землей"³² .

В работах по формированию пролетариата этот вопрос, имеющий принципиальное значение, не получил всестороннего освещения³³ . Судить о связи рабочих с землей только на основе данных о сезонных колебаниях численности пролетариата нельзя. В металлургической и металлообрабатывающей промышленности, например, таких явлений не наблюдалось. У квалифицированных рабочих связь с деревней выражалась иначе. Они не могли ежегодно оставлять работу на продолжительный срок, да им и не было в этом такой необходимости, как необученным рабочим. Но часть из них длительное время сохраняла свои семьи

²⁷ Г. В. Сичкарь. Указ. диссертация, стр. 11.

²⁸ А. Г. Рашин. Указ. соч., стр. 382.

²⁹ А. А. Нестеренко. Указ. соч., стр. 154.

³⁰ К. Маркс и Ф. Энгельс. Избранные произведения Т. I. М. 1952, стр. 520.

³¹ В. И. Ленин. Соч. Т. 13, стр. 30.

³² В. И. Ленин. Т. 18, стр. 442.

³³ В работе Ф. Е. Лося несколько конкретнее говорится только о связи с землей рабочих, свеклосахарной и кирпичной промышленности, см. стр. 87, 157.

в деревне, имела надел и другое имущество. Это обстоятельство следует учитывать, когда речь идет о составе рабочих-металлистов.

В начале 80-х годов на 33 шахтах Бахмутского уезда из 1471 семьи 315 происходило из Екатеринославской губернии, 1065 - из центральных, юго-западных, южных и других губерний. Первые семьи насчитывали 956 чел., а вторые - 1983, то есть семьи местных рабочих в среднем состояли из 3 чел. каждая, а прибывших - примерно из 1,9³⁴ . Эта разница свидетельствует о том, что прибывшие издалека оставляли свои семьи на родине, в деревне. Подобный материал дает и перепись 1897 года. Так, например, в Харьковской губернии на обработке металла было занято 10015 рабочих, которые имели 16374 членов семей, то есть по 1,7 чел. на семью; в Харькове обработкой металла занимались 4390 чел., членов их семей насчитывалось 5592 чел., то есть каждая из них была в среднем только по 1,3 человека. Если взять русских рабочих этой отрасли, то оказывается, что их семьи состояли из 1,4 чел. в среднем, а украинских - 2,1³⁵ . Такое же явление наблюдалось и в других губерниях.

Численность рабочих на Украине только за 90-е годы выросла примерно в два раза. Источником пополнения служили семьи рабочих, а в большей степени это происходило за счет притока из других социальных групп, и прежде всего крестьянства. Таким образом, в состав рабочих ежегодно вливалась огромная масса людей, которые впервые сталкивались с промышленностью и несли на себе груз мелкобуржуазных привычек, настроений, взглядов, что не могло не сказываться на революционной энергии рабочих. Этого нельзя не учитывать при изучении истории рабочего класса. Так, например, изменение состава рабочих России за 1914 - 1917 гг. сыграло свою роль в период Февральской резолюции. "Гигантская мелкобуржуазная волна, - писал В. И. Ленин, - захлестнула все, подавила сознательный пролетариат не только своей численностью, но и идейно, т. е. заразила, захватила очень широкие круги рабочих мелкобуржуазными взглядами на политику"³⁶ .

В трудах А. А. Нестеренко, Е. С. Компан, Г. В. Сичкаря и особенно Ф. Е. Лося приведено немало материала о разорении крестьян и кустарей. Авторы приходят к выводу, что за этот счет шло пополнение рядов рабочих. Конкретных данных, свидетельствующих о притоке крестьян в промышленность, приведено, к сожалению, немного; преимущественно даются лишь сведения о сезонных колебаниях численности рабочих ряда отраслей промышленности. Основная масса разорявшегося крестьянства, как известно, пополняла ряды сельскохозяйственных рабочих и батраков, и только часть крестьян уходила на заводы. В рассматриваемых трудах не раскрыт, по сути дела, процесс перехода кустарей в ряды рабочих. С 1900 по 1911 - 1912 гг., например, по пяти украинским губерниям число кустарей сократилось с 482691 до 151727 чел., то есть на 330964³⁷ . Но вряд ли вся эта масса пополнила число промышленных рабочих. К сожалению, в книге Ф. Е. Лося не сказано, какая часть кустарей и ремесленников оказалась в составе рабочих, не приведено ни одного примера их перехода на промышленные предприятия.

Промышленность Украины, особенно Донбасса, была молодой и привлекала рабочих отовсюду. Перепись 1897 г., а также упомянутая выше работа А. В. Погожева дают обильный материал о так называемых "пришлых". В них указываются географические районы выхода и доля "пришлых" в составе рабочих. Однако эти данные лишь косвенно позволяют установить социальные группы, служившие источником пополнения рабочих, и ими нельзя ограничиваться. Памятные книжки, земские сборники по центральным губерниям России и другие материалы дают конкретные сведения о количестве крестьян, пополнивших промышленные кадры Донбасса, показывают, из каких групп сельского населения больше всего уходили на работу в города.

В монографиях А. А. Нестеренко

³⁴ "Сборник статистических сведений по Екатеринославской губернии". Бахмутский уезд. Вып. III. 1886, стр. 275.

³⁵ "Первая всеобщая перепись населения Российской империи 1897". Харьковская губерния. Т. XLVI. СПБ. 1903, табл. XXI.

³⁶ В. И. Ленин. Соч. Т. 24, стр. 41.

³⁷ Ф. Е. Лось. Указ. соч., стр. 154. Некоторые данные, приведенные Ф. Е. Лосем, вызывают сомнение. Так, по Екатеринославской губернии показано, что с 1900 по 1908 г. число кустарей сократилось с 107875 до 6612, то есть почти вся кустарная промышленность оказалась разоренной, что вряд ли соответствует действительности.

и Ф. Е. Лося нет подсчета "пришлых" в составе рабочих Украины по месту их рождения. Перепись 1897 г. и другие источники по формированию пролетариата используются авторами рассматриваемых исследований лишь для установления национального состава рабочих, хотя эти материалы дают также возможность выяснить районы наибольшего отхода крестьян в промышленность Донбасса и городов Украины.

Так, например, в книге Ф. Е. Лося приведена таблица за 1900 г., которая показывает, откуда приходили рабочие в каменноугольную промышленность Донбасса³⁸ . Автор ограничивается выводом, что 73,3% состава рабочих являлись выходцами из Великороссии и других местностей России, а 25,7% прибыли из украинских губерний. Однако из этих данных можно было бы сделать заключение, что подавляющее большинство рабочих приходило из центральночерноземных и некоторых других районов страны. На наш взгляд, следовало бы определить также места выхода рабочих металлургической и металлообрабатывающей промышленности. Установив географические районы выхода рабочих, автор мог бы проанализировать положение крестьян в этих районах, показать конкретные формы связи определенных групп крестьян с промышленностью.

Третьим источником пополнения фабрично-заводского пролетариата, по определению А. А. Нестеренко и Ф. Е. Лося, являлись семьи рабочих. Этот источник, по словам Ф. Е. Лося, играл во второй половине XIX в. небольшую роль³⁹ , а в XX в. его значение увеличилось⁴⁰ . По утверждению А. А. Нестеренко, в XX в. "приход на производство членов семей рабочих возрастал с каждым годом"⁴¹ . Этот источник пополнения заслуживает подробного исследования. Семьи рабочих давали потомственных пролетариев, и следует отметить, что роль этого источника с каждым годом возрастала.

В рассматриваемых произведениях о формировании пролетариата раскрыто значение концентрации рабочих на крупных предприятиях. Меньше говорится в них о сосредоточении рабочих в городах. Лишь А. А. Нестеренко поставил вопрос о территориальном размещении рабочих и пришел к такому заключению: "Рассредоточение значительного количества рабочих на большой территории вне городов, в фабричных и "кустарных" селах, имело как отрицательную, так и положительную сторону"⁴² . Но это заключение носит весьма общий характер. Автор имел возможность рассмотреть состав городских рабочих, показать значение сосредоточения огромных масс рабочих в промышленных городах для формирования пролетариата как класса, но не сделал этого. Ф. Энгельс в своем труде "Положение рабочего класса в Англии" отмечал важное значение городов в истории пролетариата. "Если централизация населения вызывает оживление и усиленное развитие имущих классов, - писал он, - то развитию рабочих она содействует еще больше. Рабочие начинают чувствовать себя - в своей совокупности - как класс, до их сознания доходит, что, будучи слабыми в одиночку, они все вместе образуют силу... Большие города - очаги рабочего движения: в них рабочие впервые начали задумываться над своим положением и бороться за его изменение, в них впервые выявилась противоположность интересов пролетариата и буржуазии..."⁴³ .

Требует анализа и изучения возрастной состав рабочих. Правда, имеющиеся источники не позволяют дать достаточно полной картины в этом вопросе, но можно привлечь косвенные данные: воспоминания, переписи населения и другие материалы. Установление возрастного состава, хотя бы по основным отраслям промышленности, имело бы существенное значение для раскрытия состава рабочих. Некоторые авторы сделали попытку такого анализа. Например, Е. С. Компан, исследуя этот вопрос, пришла к выводу, что в 90-х годах на металлургических заводах основной контингент рабочих был в возрасте от 20 до 40 лет, а на рудниках Криворожья от 20 до 35 лет⁴⁴ . К сожалению, она не дает динамики возрастного состава пролетариата за разные периоды.

С известным приближением возрастной состав рабочих выясняется по данным переписи 1897 года. Если взять сведения о семейных рабочих, которых по разным губерниям насчитывалось примерно от 40 до 60%, то можно установить, что, например, в Ека-

³⁸ Ф. Е. Лось. Указ. соч., стр. 158.

³⁹ Там же, стр. 74.

⁴⁰ Там же, стр. 154.

⁴¹ А. А. Нестеренко. Указ. соч., стр. 149.

⁴² Там же, стр. 161.

⁴³ К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч. Т. 2, стр. 354.

⁴⁴ Е. С. Компан. Автореферат диссертации, стр. 14.

теринославской губернии среди фабрично-заводских рабочих, работников почты, телеграфа, путей сообщения, торговли было в возрасте 20 - 39 лет 37912 чел.⁴⁵ , или 77,6% (к числу семейных), в возрасте 40 - 59 лет - 9084 чел., или 18,5%, а 60 лет и старше - всего 698 чел., или 1,4%. В Черниговской губернии процент рабочих в возрасте от 40 до 50 лет был значительно выше - 29,4. Это различие в возрастном составе рабочих особенно отчетливо видно в металлургической промышленности. Выплавкой металла по Екатеринославской губернии занималось 10102 чел. (семейных), из них в возрасте от 20 до 29 лет было 8014, или 79,2%, в возрасте от 40 до 59 лет - 1915 чел., или 18,9%, а в возрасте 60 лет и выше насчитывалось 111 чел., или 1,1%.

Важное значение имеет вопрос о грамотности рабочих, но, к сожалению, он не получил еще должного освещения. Правда, Ф. Е. Лось в своей книге использует в этой связи материалы переписи 1897 г.⁴⁶ , но они не позволяют установить изменения в уровне грамотности рабочих за разные периоды. Складывание пролетариата в национальных районах имело свои особенности. С ростом подвижности населения в период капитализма в составе рабочего класса оказывались представители разных национальностей.

В промышленность Украины вливались русские, белорусы, народы Поволжья, евреи и другие. Но важно не только установить этот факт, что легко сделать по земским материалам, переписи 1897 г. и сведениям съезда горнопромышленников юга России, но и раскрыть процесс прилива инонациональных рабочих на разных исторических этапах. Несомненно, в 70 - 90-х годах в металлургической и каменноугольной промышленности происходил огромный приток рабочих из русских губерний. В других отраслях промышленности, прежде всего свеклосахарной, преобладали местные, украинские рабочие. В Донбассе и крупных городах Украины русских рабочих было больше, а на Правобережье и в губерниях Полтавской, Черниговской, сельских местностях Харьковской, Херсонской основную массу составляли украинские рабочие⁴⁷ .

Развитие промышленности порождало усиливающийся приток в нее местного населения. Несомненно, что уже в 90-х годах и особенно с начала XX в. в каменноугольную, металлургическую и металлообрабатывающую промышленность Украины во все больших размерах стали приходить рабочие украинской национальности.

По подсчетам Ф. Е. Лося, промышленное население Украины в 1897 г. составляло 753454 чел., из них говоривших на украинском языке было 290587, или 38,7%. Наименьший процент украинцев был в Екатеринославской и Херсонской промышленных губерниях: в первой - 27,9%, во второй - 17,6⁴⁸ . Соотношение русских и украинцев среди рабочих фабрично-заводской промышленности было несколько иным. Например, в Харьковской губернии среди промышленного населения русских было всего 33,1%, а украинцев - 61,4%; в Харькове из 26996 рабочих русских насчитывалось 14619, или 54,3%, а украинцев - 7410, или 27%⁴⁹ .

Весьма важно также выявить процент квалифицированных рабочих, влившихся в молодую металлургическую промышленность Украины, особенно в промышленность Донбасса. Часть квалифицированных рабочих прибывала из Московской, Петербургской и других промышленных губерний, некоторые владельцы перевели на свои южные заводы рабочих из Польши.

Мало помогают решению центральной темы, приводимые Ф. Е. Лосем сведения о паспортах, выданных по украинским губерниям. За десятилетие 1891 - 1900 гг. на Украине было выдано 7475 тыс. паспортов, то есть в среднем по 747,5 тыс. ежегодно. "Значительная часть этих людей находила работу в разных отраслях промышленности"⁵⁰ , - заявляет Ф. Е. Лось. Но какая именно часть и в каких отраслях промышленности, об этом автор не говорит.

В заключение остановимся на некоторых применяемых авторами приемах исследования и использования ими статистики. Известно, что часть Донбасса входила в пределы Области Войска Донского, там же находился и ряд металлургических заводов. Однако в ряде случаев сведения, относящиеся к характеристике горнозаводской промышленно-

⁴⁵ "Численность и состав рабочих в России на основании данных первой всеобщей переписи населения Российской империи". Т. I. СПБ. 1906, табл. II.

⁴⁶ Ф. Е. Лось. Указ. соч., стр. 84.

⁴⁷ Там же, стр. 93 - 96; А. А. Нестеренко. Указ. соч., стр. 157 - 160.

⁴⁸ Ф. Е. Лось. Указ. соч., стр. 95.

⁴⁹ Подсчитано по книге "Первая всеобщая перепись населения Российской империи 1897". Харьковская губерния, табл. XXI.

⁵⁰ Ф. Е. Лось. Указ. соч., стр. 63.

сти юга России, выдаются за данные по Украине (стр. 77, 126, 129 и др. работы Ф. Е. Лося).

Большое значение имеет правильное применение статистики. Сопоставляя материалы переписи 1897 г. и комиссии 16 ноября 1901 г. по исследованию движения благосостояния сельского населения, Ф. Е. Лось утверждает, что сведения второго источника более полны. Это в значительной степени справедливо, но если показатели переписи 1897 г. являются первоисточником, то данные комиссии составлены на основе разнородных материалов, которые автору необходимо было изучить. В работе А. А. Нестеренко и Ф. Е. Лося используются без критической проверки различные сборники, в которых дан уже обработанный материал. Приведем один из примеров. В книге Ф. Е. Лося на стр. 137 без оговорок дана таблица распределения земли, заимствованная из "Статистического справочника по Югу России" (Полтава, 1910). Между тем цифры о размерах земельной площади, приводимые в этом справочнике, неточны и расходятся со статистикой землевладения 1905 года.

Некритическое использование статистических материалов привело к тому, что в монографии Ф. Е. Лося на стр. 75 сказано: в 1900 г. на Украине было 258131 рабочий, а на стр. 80 и 82 дана уже другая цифра - 327424. На стр. 79 число промышленных рабочих определено в 387 тыс. чел., на стр. 82 - в 337 тыс., а на стр. 83 - в 425,4 тысячи. В основе этих сведений лежит один источник - перепись 1897 года. Пользуясь этим же материалом, А. А. Нестеренко приводит две разные цифры о количестве рабочих: 330,1 тыс. (стр. 60) и 425,4 тыс. (стр. 66). По поводу второго числа автор говорит, что оно включает также работников и непромышленных заведений. Но это не совсем точно. Кроме работников непромышленных заведений, в нее входят также работники торговли, путей сообщения, почты и телеграфа, относимые В. И. Лениным к полупроизводительному населению.

В работах по истории формирования пролетариата Украины поставлена важная и интересная проблема, использован большой фактический материал, подчиненный в основном теме о кадрах рабочей силы и источникам их пополнения. Перед историками стоят большие задачи в области изучения истории пролетариата, его формирования, в частности, необходимо полностью раскрыть понимание проблемы формирования, уточнить методологию ее решения, привлечь новые, неопубликованные материалы, прежде всего фонды промышленных предприятий.

Публикатор:

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Найденный поисковым роботом источник:

Автор(ы) публикации - Л. М. ИВАНОВ:

Комментарии: