Как правило, чаще всего, говоря о торговых артериях, соединявших Восток и Запад в старые времена, вспоминают о Великом шелковом пути, легендарной караванной дороге древности, редко упоминая Чайный торговый путь, ведший с плантаций восточных прибрежных земель Поднебесной отчасти по суше, отчасти по морю – в пристрастившуюся к напитку приблизительно в восемнадцатом веке Европу.

Конечно, чай включался в состав сборных грузов, отправленных по Шелковому пути, а шелк, соответственно, – по Чайному.

Доставка товара из Китая (сейчас этим занимаются специальные компании - см. внешнюю ссылку) в первом варианте осуществлялась по всему маршруту: изначально из Сианя, столицы империи тех времен, караван шел через Индию, Персию к берегам Леванта, потом же груз из финикийских, например, портов, далее двигался морским путем к венецианским и флорентийским купцам, в Грецию и ее колонии-фактории. Позднее была проложена ветвь маршрута через Малую Азию в Константинополь и к южному берегу Средиземного моря, в Александрию.

Отдельным направлением дороги стал путь на север от столицы – в Центральную Азию, а точнее, в Ферганскую долину; в древние Бухару и Самарканд. К слову, именно это направление и стало основополагающим при прокладывании Великого шелкового пути: посланники императора, отправившиеся туда для заключения мирного договора с агрессивными племенами гуннов, досаждавшими империи непредсказуемыми набегами и разорявшими местное население, привезли своему владыке и весть иного порядка.

Весть о богатой, готовой к торговле земле, которая в числе прочих сокровищ владела и прекрасными легконогими скакунами, не чета низкорослым мохнатым китайским лошадкам тех времен. Быстро был собран караван с китайским добром, который отправился в свой первый путь, назад же он также шел груженным многими товарами, в которых нуждались китайцы.

Мода на чай в Европе началась в семнадцатом веке, а расцвета своего достигла в восемнадцатом, как, впрочем, и мода на все китайское, которое в те века было безумно популярным среди европейского населения. Стиль шинуазри был тогда необыновенно популярен, до сих пор сохранились остатки былого преклонения: роспись стен в китайском духе, питье чая, увеличившееся употребление риса; в архитектуре остались китайские пагоды и домики...

Два пути сплетались, сходились и расходились. И порой не понять было – который из них чайный, а какой – шелковый; да и так ли это важно?..

Permanent link to this publication: