Автор: Ава Тиам*

Введение

С 70-х годов страстно и решительно ведется кампания за запрещение уродования половых органов. В Европе импульсом для нее послужил выход в свет в 1975 г. книги "Такова она" Бенуаты Гру, которая, исходя из перспективы освобождения женщин, поставила и рассмотрела проблему, создаваемую практикой уродования половых органов. Параллельно с этим Фран Хоскен, принявшая американское гражданство и основавшая журнал "Уин Ньюз"(1), систематически и регулярно распространяла по всему миру информацию на эту тему. Черные женщины, включая африканок, тоже имели что сказать по этому поводу. Начатая таким образом кампания вызвала бурные споры, побудила устраивать конференции и показательные процессы, развязала подлинные или мнимые страсти, но также спровоцировала и всплеск расизма в Африке, Америке и Европе. Сегодня те из африканцев, европейцев и американцев, кто раньше отказывался вести дискуссии о запрете калечения половых органов, ссылаясь на то, что это должно интересовать лишь деятельниц, борющихся за освобождение женщин, или же кто уходил в сторону просто по расистским соображениям, изменили свое отношение к данным вопросам благодаря тому, что стали получать более полную информацию. Борьба за запрет уродования ведется в наши дни в международном масштабе.

Виды уродования: их толкование и отношение к ним

Уродование половых органов совершается двумя операциями: ампутацией и инфибуляцией ("застегиванием").

Ампутация заключается в различных способах удаления клитора, частично или полностью.

Инфибуляция - это удаление малых губ и части больших губ и их свертывание, когда остается лишь небольшое отверстие.

Существуют различные толкования и объяснения уродования половых органов.

У арабских и афро-негритянских мусульман, приверженцев такой практики калечения, объяснение носит религиозный характер, хотя на подобную практику нет ни единого намека в Коране.

Правда, мусульмане ссылаются на единственное косвенное высказывание Мухаммеда, которое при желании можно счесть относящимся к женщине, подвергающейся ампутации: "Не оперируй сильно... будет лучше для женщины". Само по себе это высказывание не позволяет утверждать, запрещал или разрешал пророк практику ампутации. Такая неясность как раз и привела к разногласиям между сторонниками и противниками ампутации.

У сторонников практики уродования половых органов из числа афро-негритянских христиан объяснение таково: ампутация практикуется с незапамятных времен безотносительно к какой- либо религии. Это относится к группам диула в Сенегале и бамбара в Мали.

стр. 93

У анимистов, например догонов, практика ампутации вписывается в их космогонию(2). Согласно этому учению, мальчик и девочка рождаются как духовно двуполые существа. Такое духовное состояние вынуждает их быть и фактически двуполыми. Каждый мальчик и каждая девочка имеют две души - мужскую и женскую. Отсюда -необходимость освободиться от одной из них и стать действительно мальчиком или девочкой, а в будущем мужчиной или женщиной. В космогонии догонов клитор и крайняя плоть считаются вещами, подлежащими удалению. Кроме того, мальчик и девочка как бы остаются должниками по отношению к земле. Дело в том, что первая пара людей была сотворена Богом из земли, из праха, и поэтому все люди выступают должниками перед землей. Земля -это не только материал, из которого сотворен человек, но и своего рода посредник, через которого совершается возрождение и обновление. Прошлое, настоящее и будущее символизируются землей в этой космогонии.

Чтобы стать человеческим существом в полном смысле слова, освободиться от духовной двуполости и приобрести пол, признаваемый в своем обществе или коллективе, надо, с одной стороны, расстаться с лишней душой, а с другой - вернуть долг земле, пролив частицу крови, которую земля "выпьет". Это и делается удалением клитора (ампутация) у девочек и крайней плоти (обрезание) у мальчиков.

Существуют и другие толкования, как, например, в этнической группе бамбара, где ампутация считается очистительной процедурой.

Кроме того, предполагается, что такая операция превращает девочку в женщину. Она дает ей возможность перейти от состояния отсутствия ответственности к состоянию ответственности. Так, у догонов и группы кикуюс девочка, подвергшаяся операции, становится личностью, которую можно приобщать к так называемым житейским вещам. Ампутация выступает в данном случае как ритуал, обозначающий переход от одного возраста к другому.

Что касается инфибуляции, то она в общем не имеет каких-то особых толкований. Предназначение этой операции заключается лишь в том, чтобы помешать молодой особе вступать в половые отношения до замужества, в которое она должна войти девственницей(3). Для замужней женщины цель идентична: помешать ей иметь половую связь в отсутствие мужа. Кроме того, если инфибуляция частично совершается после родов, она увеличивает степень удовлетворения мужчины, поскольку вагинальное отверстие в результате такой операции сокращается.

Инфибулированная особа не может вступать в сношения с мужчиной прежде, чем будет проделана обратная, дезинфибуляционная операция, которая в принципе совершается в день свадьбы и сама по себе чрезвычайно болезненна. Тем не менее буквально сразу после нее женщина вынуждена вступить в сношения с мужем. Пережив эти сексуальные уродования - пережив и телесно, и психически - ампутированные и инфибулированные не только страдают от фригидности, которая часто оказывается следствием таких операций, но и рискуют жизнью во время родов. В этносах афар и иса, где женщины подвергаются одновременно ампутации и инфибуляции, смертность именно от этих операций достигает 6% от общей ежегодной смертности среди женского населения.

В большинстве тех или иных групп населения сексуальное уродование совершается сегодня без всякой церемонии инициации, которая имела хотя бы ту ценность, что служила ритуалом перехода во взрослое состояние. И каковы бы ни были оправдания такой практики, ампутация и инфибуляция, нанося физическую и психическую травму, безусловно относятся к категории калечения и мучения.

Каковы же психические последствия такой практики? У девочек и женщин они могут заключаться в том, что они обособляют себя от неподвергшихся операциям. Это имеет как положительную, так и отрицательную сторону. Положительную, если, несмотря на мучения и пагубные последствия, они чувствуют себя морально удовлетворенными и каким-то образом самоутверждаются. Отрицательную, если они сознают, что с ними поступили несправедливо, если в них восстает мятежный

стр. 94

дух, будь то в травмирующих или нетравмирующих формах.

Идет ли речь об Африке или Ближнем и Среднем Востоке, т.е. местах, где и поныне совершаются ампутация и инфибуляция, никто не может оставаться равнодушным к такой практике и ее последствиям, если он объективно информирован на этот счет(4). Дело в том, что в качестве основания для подобной практики служит стремление контролировать женскую сексуальность. Впрочем, некоторые вполне откровенно говорят, что данные операции помогают смягчить излишнюю сексуальность женщин.

В любом случае результат достигается один и тот же: сделать девочку главным образом будущей роженицей, а также производительной силой в хозяйстве. Тем самым ее жизнь предопределяется от рождения до смерти, и она вписывается в патриархальное общество в любом из своих возрастов.

Формы реагирования на такое положение многочисленны и разнообразны. Они имеют диапазон от безразличия до тенденции к медикализации самой этой практики, проходя, в качестве промежуточных стадий, через одобрение и осуждение.

Безразличие присуще тем, кто плохо информирован о реальностях уродования половых органов, будь то в Африке, на Ближнем и Среднем Востоке или где-либо еще.

Одобрение свойственно в Африке христианам, анимистам, мусульманам независимо от того, фанатики они или нет, мужчины или женщины. Оно характерно и для африканцев, и для европейцев, которые, прикрываясь фразами об уважении традиций и культур, выступают против любого вида борьбы за запрещение этой практики.

Осуждение типично для тех мусульман, которые умеют объективно прочитывать хадисы Мухаммеда, для людей, которым не пришлось испытать на себе отчуждения, связанного с усилением патриархальной системы, угнетающей и уродующей женщин. То же самое относится и к тем, кому дороги основные права человека, каких бы сфер и областей эти права ни касались.

Тенденция к медикализации существующей практики имеет своих сторонников, в том числе африканских и европейских врачей, которые придерживаются мнения, что медицинское вмешательство и участие есть лучший способ борьбы против занесения инфекции и смертельных исходов таких операций. Но неужели не ясно, что подобная тенденция может вообще стать одним из серьезнейших препятствий для борьбы за запрещение всей этой практики в принципе? Ведь и в самом деле, когда пытаются убедить приверженцев сохранения и продолжения практики уродования половых органов не проводить операций вне больничных условий, то выдвигаемые аргументы как бы одобряют их, делая упор на смертельных исходах и занесении инфекции, если они проводятся в антисанитарной обстановке. И уж если сама эта практика узаконивается медиками, то они могут стать неким оплотом для ее увековечения.

Борьба за запрещение

Некогда ампутация и инфибуляция были сюжетами, на которые налагалось табу. Сегодня о них говорят много. Никто в Африке, по крайней мере среди взрослого и информированного населения, не пребывает в неведении относительно существующей практики. Причина столь разительной перемены заключается в том, что была проделана огромная работа по информированию, и проводили ее те мужчины и женщины, кто не ограничивается простым осуждением этого бича, а борется за его окончательное исчезновение.

Борьба за запрещение уродования половых органов есть дело тех людей, которые систематически и организованно выступают против данной практики. К ним относятся и некоторые очень заметные фигуры, такие как Бенуата Гру и Фран Хоскен, и различные женские движения.

Во Франции несколько движений за освобождение женщин, притом самых разных тенденций и направлений, еще в 70-х годах выступили с резким осуждением ампутации и инфибуляции и призвали к солидарности с искалеченными женщинами.

стр. 95

Множились статьи, петиции, собрания. Африканские женщины в диаспоре тоже ясно высказались против этой уродующей и калечащей практики.

В результате такого отчетливого осознания и понимания проблемы в 1979 г. была создана Комиссия по запрещению уродования половых органов (CAMS), цель которой - искоренение всех форм уродования личности женщины, касается ли это культуры, политики, психики, экономики или секса. Мы еще поговорим об этом.

Международная и проходящая каждые 5 лет женская конференция в июле 1980 г. в Копенгагене была первым форумом, на котором столкнулись во всемирном масштабе точки зрения сторонников и противников практики ампутации и инфибуляции.

Резко против нее выступили европейские и американские феминистки. Но они не встретили поддержки со стороны африканских официальных и неофициальных делегаток. Европейки, говоря об этом специфическом калечении и о своей солидарности с изуродованными женщинами и со всеми теми женщинами, которые ведут борьбу против уродования, опирались на идеи и практику феминистского движения. Отрицательная же реакция женщин из так называемого "третьего мира" отражала отсутствие понимания того, что в данном случае подвергаются специфическому угнетению. Угнетение наблюдается повсюду, включая высшие сферы общества, даже если там оно облечено в менее грубые формы, чем в низших социальных слоях. Так что великодушие одних не очень-то воспринималось другими ввиду непонимания сути вещей. Действительно, как же иначе объяснить позицию некоторых африканок, которые заявляли представительницам Запада, говорившим о сексуальных уродованиях:

"Дайте нам сначала воду и пищу". Или: "Дайте нам денег, а с нашими проблемами мы справимся сами". Подобное реагирование очень хорошо описано Рене Сорель в ее книге "Погребенная заживо". Такие аргументы, упорно повторявшиеся некоторыми делегатками конференции, свидетельствуют о своеобразном менталитете тех, кто получает помощь, менталитете, который преобладает сегодня в правящих кругах некоторых стран "третьего мира" и сводится к постоянным обращениям за "помощью" к богатым странам. При этом делается вид, будто никто не понимает, что просить и получать такую помощь означает содействовать проявлениям всяческих видов неоколониализма и империализма. Отсюда возникает мысль, что в Копенгагене подспудно наличествовал некий сговор между африканскими женщинами из буржуазных слоев и проводниками неоколониализма.

Некоторые африканские женщины высказали в Копенгагене помимо прочего также и такое соображение, что, хотя сами они выступают против практики ампутации и инфибуляции, но не приемлют аргументов, выдвигаемых в поддержку запрещения уродования половых органов. Надо надеяться, что позиция таких женщин будет эволюционировать в положительном направлении, но пока что решительно все в их практической деятельности показывает, что у них нет подлинного стремления добиться прекращения сексуального кале-чения. Совсем напротив, их позиция препятствует упрочению и развитию солидарности европейских феминисток с женщинами "третьего мира" в борьбе за запрещение уродований. Некоторые из них даже бросали в лицо представительницам Запада такие слова: "Эта проблема вас не касается". Откуда такое отношение, которое явно или неосознанно является расистским? Разве афро-негритянки должны отвечать на расистские выступления некоторых представительниц Запада выступлениями не менее расистскими?

Напротив, другие африканские женщины резонно присоединились к осуждению. Солидаризуясь с некоторыми европейками, они заявили, что названные операции суть проявления варварства и дикости, а те, кто их практикует, сами варвары и дикари.

Надо заметить, что на копенгагенской конференции выявились трудности связи и общения между западными феминистками и женщинами из бедных стран. Феминизм первых неприемлем для вторых, потому что они чувствуют себя отчужденными, находясь во власти патриархальной идеологии,

стр. 96

которую они впитали вместе с идеологией, имеющей буржуазные истоки. Негативное реагирование женщин из развивающихся стран часто воспринималось многими европейками в Копенгагене как непонятное, примитивное и расистское. А между тем связь и общение здесь тем более необходимы, что сексуальные уродования практикуются и в некоторых европейских странах, где имеются значительные общины эмигрантов.

Обзор ассоциаций по запрещению уродования половых органов

Ассоциации, ставящие целью бороться против практики ампутации и инфибуляции, появились в Лондоне, Женеве и Париже.

Лондонская ассоциация - "Женская группа действий против ампутации и инфибуляции" (Women Action Group - Female excision and infibulation, WAGFEI), состоящая исключительно из негритянок, выступает за совместную работу с международными организациями, в частности с ООН. Она распространяет соответствующую информацию и просит финансовой поддержки у европейцев, которым небезразлична кампания против сексуальных уродований, хотя и не предполагает принимать европейцев в свои ряды. Это потому, поясняет инициатор создания ассоциации Стелла Эфуа Грэхем, что "в настоящее время очень трудно, будучи черной женщиной, работать с европейками, феминистками. Всякий раз как наша группа оказывается в контакте с ними, я ощущаю какую-то скованность у моих черных сестер. Европейки хотят во всем руководить нами, а мы такого не выносим. Я думаю, что в рамках борьбы, которую мы ведем, они не должны идти впереди нас". В ассоциацию WAGFEI входят женщины, принадлежащие ко всем социальным слоям африканской эмиграции в Лондоне.

Женевская ассоциация, среди инициаторов создания которой надо упомянуть г-жу Линнандер, проводит политику сотрудничества с ООН и правительствами стран, в которых практикуются сексуальные уродования. Она организует многочисленные поездки в эти страны.

Комиссия по запрещению уродования половых органов (CAMS), о которой мы уже говорили, была основана в октябре 1979 г. в Париже в качестве неформальной группы по инициативе женщин с Антильских островов, француженок, итальянок, латиноамериканок и сенегалок. Движение CAMS объединяется и скрепляется идеей необходимости установить прочную связь и обеспечить солидарность на международном уровне между тем, что делается в области борьбы за освобождение женщин во Франции (и вообще в Европе), и тем, что нужно и что предстоит делать в области освобождения женщин в странах "третьего мира". Первыми шагами Комиссии были сбор информации о положении женщин в разных странах мира, а также подготовка к созыву коллоквиума по проблемам женщин в какой-либо из африканских стран. CAMS получила соответствующий ее предназначению юридический статус в апреле 1982 г. Ее резиденция находилась в Дакаре, и она имела бюро в Париже. В июне 1982 г. была образована сенегальская секция CAMS, получившая название "Женщины и общество".

Однако вскоре после своего создания CAMS стала испытывать трудности: обнаружилось некое противостояние между ее европейскими и африканскими членами. Такая проблема, находящаяся в определенной связи с европоцентризмом, преодолеть который не сумели некоторые активистки движения за освобождение женщин, привела к роспуску CAMS в сентябре 1982 г. Вместо нее во Франции была создана Группа женщин за запрещение сексуального уродования (CAMS), движение скорее французское, чем международное, а первоначальная (CAMS) была заменена международной (CAMS-intemationale), основанной 27 сентября 1982 г. Ее резиденция осталась в Дакаре, и она имеет свои бюро в Париже, Брюсселе и Берлине, планировала открыть бюро в Бамако, золотом и в городах других регионов мира.

В рамках своей деятельности международная CAMS до сих пор старалась собирать и распространять как можно больше информации об уродовании половых органов.

стр. 97

Параллельно она устраивала и устраивает национальные и международные встречи, такие, например, как международный коллоквиум женщин в Дакаре 27, 28 и 29 декабря 1982 г. по теме: "Женщины в разных типах общества", преследуя в данном случае цель обеспечить движение информации к местному населению. Чтобы обеспечить успех такой информационной задачи, международная CAMS собирается открыть исследовательско-информационный центр по проблемам женщин, создать международный женский журнал и разработать программу действий. Кампания в прессе по поводу сексуальных уродований, которая длится вот уже десяток лет, имеет весьма ограниченные результаты. Тут кроется целая проблема: либо сама по себе информация есть вещь недостаточная, либо информация эта преподносится неудовлетворительным образом. Наши исследования обнаруживают, что информация в странах, о которых, собственно говоря, и идет речь, доступна лишь для интеллигенции. Устный и письменный официальный язык остается языком бывших колонизаторов. Почти никакой информации не получают как раз народные массы, в большинстве своем неграмотные, и часть этих масс составляют ярые приверженцы таких операций. В этом состоит огромная трудность борьбы за их запрещение. Информацию о сексуальных уродованиях получают афро- негритянские и арабские интеллигенты, получают ее европейцы и американцы, но никак не крестьяне из глубинных районов Африки.

К тому же простая информированность о такой практике не обязательно ведет к восприятию и поддержке идеи ее запрета.

Чтобы как-то выправить положение, международная CAMS поставила перед собой вопрос, следует ли вести борьбу лишь в юридической плоскости, добиваясь принятия запретительных законов. Ведь если взять, к примеру, Судан, Египет и Кению, где ампутация и инфибуляция уже запрещены, однако продолжают практиковаться, то приходится констатировать, что законодательная деятельность явно недостаточна и имеет свои ограничения, хотя она и весьма важна(5).

По нашему мнению, ни наказание в судебном порядке, ни, наоборот, попустительство не дадут решения проблемы. Следует прежде всего работать над перестройкой менталитета, умонастроений. Запрещение сексуальных уродований неизбежно проходит через переделку структур, окружающих эту практику. А на первых порах нужно развертывать борьбу в таких формах, которые не отпугнули бы сторонников запрещения, а побудили бы их прислушиваться и получать новую информацию. В деле искоренения ампутации и инфибуляции международная CAMS выступает, в краткосрочной перспективе, за разработку и принятие программ действий, в каждой из которых будут учитываться реальности соответствующей страны. Эти программы должны приобщить население к самой недопустимости уродований. Подготовка и составление таких программ требует углубленных исследований. Что касается Сенегала, то международная CAMS определяет длительность предстоящей работы примерно в 2 года, да и то при условии, что для нее найдутся материальные средства. Их всегда очень и очень не хватает таким неправительственным организациям, как международная CAMS, и всегда требуется еще какая- то поддержка помимо желания и убеждений сторонников и симпатии со стороны части общественного мнения(6).

Что касается долгосрочной перспективы, то вполне очевидно, что борьба за искоренение практики уродования не может быть доведена до успешного конца, если не будут пересмотрены и переделаны действующие социальные структуры в государствах, где эта практика существует.

Надо, кроме того, чтобы максимальное число людей в этих и других странах получали объективную информацию и тем самым могли четко определять свое отношение к проблемам уродования и действовать соответственным образом. Но при этом любые действия должны проводиться согласованно и совместно с женщинами, которых они непосредственно затрагивают, а также с теми движениями и организациями, которые представляют интересы женщин, борющихся за запрещение подобной практики.

стр. 98

Примечания

* Статья опубликована в ISSJ, Vol. XXXV, No 4, 1983 и написана исследователем Университета в Дакаре (Сенегал).

1 WIN NEWS (Women's International Network) - журнал, созданный Фран Хоскен и распространяющий информацию, относящуюся к женщинам.

2 Griaule М. Dieu d'eau. P.: Fayard, 222 pp.

3 Эта практика уже не соответствует ожиданиям в традиционных семьях, которые стремятся выдать замуж своих дочерей девственницами. Бывали случаи, когда инфибулированные девушки оказывались беременными к великому удивлению их родителей. Это происходило в результате сексуальных игр, которым те предавались с противоположным полом. Узость отверстия после инфибуляции не мешала проникновению семенной жидкости.

4 Уродование половых органов практикуется не только во многих странах Африки и Ближнего и Среднего Востока (см. "Слово негритянкам"), но и в Азии, СССР и Латинской Америки. В Азии индонезийские и малайзийские мусульманки подвергаются ампутации. В СССР уродовали себя скопцы. В Латинской Америке ампутация распространена, хотя и в сравнительно малой степени, в частности в Бразилии, Мексике и Перу. Только обстоятельные исследования позволят составить точную карту зон, где практикуются сексуальные уродования.

5 После Египта, Судана и Кении вступит ли Сенегал в свою очередь на путь запрещения калечения половых органов? Президент Абду Диуф высказал готовность к этому на аудиенции, которую он дал сенегальской секции Международной комиссии по запрещению уродования половых органов (CAMS-intemationale), поддерживая и поощряя в беседе с ее представителями борьбу, начатую этим движением.

6 Что касается правительственных международных организаций, то здесь можно сослаться на хорошо документированную работу Рене Со-рель "Погребенная заживо". (Saurel R. L'enterree vive. Geneve-Paris, 1981). Несмотря на заявления о добрых намерениях, несмотря на получивший широкую огласку семинар Всемирной организации здравоохранения в Хартуме в 1979 г., девочек продолжают уродовать и калечить. Приходится констатировать, что роль международных организаций в борьбе за запрещение уродования половых органов, если и не отсутствует вовсе, то по меньшей мере неэффективна.

Библиография

Boudhiha A. La sexualite en Islami P.: Presses Universitaires de France, 1975.

Diallo A. L'Excision en milieu bambara. Thesis. Ecole Normale Superieure de Bamako, Mali, 1979.

D'Eaubonne. Les Femmes avant Ie patriarcat. P.: Payot, 1976.

El Dareer A. Women, Why do you Weep? Circumcision and its Consequences. L.: Zed Press, 1982.

El Sayed M.E.S. De la pratique de la clitoridec-tomie dans certains pays d'Afrique et d'Asie. Doctoral thesis. P., 1973.

Greer G. The Female Eunuch. L.: MacGibbon and Kee, 1970.

Groult B. Ainsi soit-elle. P.: Grasset, 1975. Hosken F. The Hosken Report, 1979. Hanry P. Erotisme africain. P.: Payot, 1970.

Kenyatta J. Facing Mount Kenya. L.: Heinemann, 1979.

Lantier J. La Cite magique et magie en Afrique noire. P.: Fayard, 1972.

Marcireau J. Histoire des rites sexuels. P.: Robert Laffont, 1971.

Saurel R. L'Enterree vive. Geneva/P.: Slatkine, 1981.

Villeneuve A.de. Journal de la socidte des africanistes. P., 1937.

Постоянный адрес данной публикации: