Изд-во АН СССР. М. 1958. Стр. 368. Тираж 2000. Цена 17 руб. 50 коп.

Рецензируемая книга посвящена вопросам историографии. Такого рода исследования особенно актуальны и важны в наши дни, когда все больше обостряется идеологическая борьба между лагерем социализма и лагерем капитализма. Задача борьбы за чистоту марксистско-ленинской теории и разоблачение всех разновидностей буржуазной идеологии выдвинута в докладе Н. С. Хрущева на XXI съезде КПСС в качестве первоочередной для всех советских ученых в области общественных наук, и в том числе историков. За последние годы интерес к историогра-

фическим вопросам в советской исторической науке значительно возрос. Однако разработка их ведется далеко не достаточно, на что неоднократно указывалось в печати. В частности, в советской литературе по историографии всеобщей истории все еще преобладают статьи, посвященные частным проблемам или характеристике отдельных историков. Между тем имеется насущная необходимость в монографических исследованиях по более широким вопросам истории исторической науки. К числу таких проблем относится изучение немецкой буржуазной медиевистики конца XIX - начала XX в., представленной большой группой ученых, оставивших богатое научное наследие, особенно в области истории раннего средневековья. В настоящее время рассмотрение этого периода невозможно без критического использования работ Лампрехта, Инама-Штернегга, Бруннера. Виттиха, Каро, Белова и многих других. Советские историки, занимающиеся вопросами историографии средних веков, давно ощущают настоятельную необходимость в критическом анализе с марксистско-ленинских позиций немецкой буржуазной медиевистики. Такой анализ позволил бы правильно оценить ее сильные и слабые стороны, вскрыть классовые реакционные тенденции. Вместе с тем следует разумно использовать те новые факты, которые впервые были приведены немецкими буржуазными медиевистами, а также то ценное, что имеется в частных выводах буржуазных историков. Эта задача тем более важна и актуальна, что исторические концепции, созданные немецкими историками средних веков конца XIX - начала XX в., в свое время оказали, а некоторые из них и до сих пор оказывают большое влияние на развитие западноевропейской буржуазной историографии. Это влияние особенно сказывается на многих специалистах средневековой истории Федеративной Республики Германии, которые зачастую развивают или повторяют, лишь несколько видоизменяя, реакционные взгляды Белова, Виттиха, Допша и др. Поэтому правильная оценка научного наследия немецких историков прошлого имеет не только историографический интерес. Она нужна и в целях успешной борьбы с современной реакционной зарубежной историографией.

В советской исторической литературе пока не было специального исследования, в котором давалась бы общая характеристика и критическая оценка немецкой медиевистики второй половины XIX - начала XX века. А. И. Данилов, являющийся специалистом по аграрной истории раннего средневековья и в области историографии, предпринял исследование такого рода и, как нам кажется, успешно справился с поставленной задачей.

Рецензируемая монография состоит из введения, трех частей и заключения. Во введении автор показывает коренные принципы научного, марксистско-ленинского подхода к историографическим темам и рассказывает о задачах своего исследования. Первая часть работы посвящена выяснению идейно-методологических основ немецкой буржуазией историографии средних веков конца XIX - начала XX века. Автор прослеживает эволюцию политических идей, господствовавших в немецкой буржуазной историографии на протяжении этого периода (§ 1), постепенную методологическую перестройку буржуазной медиевистики, выразившуюся в переходе от позитивизма и вульгарно-экономического историзма, которые составляли ее методологическую основу в 70 - 90-х годах, к неокантианству в конце 90-х годов XIX в. - начале 900-х годов (§§ 2 - 4).

В заключение первой части показано, как на базе неокантианской методологии возникло новое историографическое направление, названное автором "критическим", и дана общая характеристика основных положений, выдвигавшихся его представителями (Гекк, Виттих, Вебер, Кнапп, Рамм, Белов и позднее Допш) (§ 5). Итак, в первой части работы А. И. Данилов ставит ряд общих проблем развития буржуазной историографии и отчасти философии, хотя анализирует их главным образом в связи с состоянием буржуазной медиевистики в Германии рассматриваемого им периода.

Вторая и третья части монографии носят более специальный характер. В них дается подробная интерпретация проблем общины-марки (часть вторая) и феодальной вотчины (часть третья) в немецкой буржуазной медиевистике на разных этапах ее развития начиная с 60-х годов XIX в. до 900-х годов. Выбор этих проблем для развернутого анализа конкретно-исторических взглядов и методических приемов немецких историков XIX - начала XX в. представляется нам вполне закономерным.

Марковая и вотчинная теории на протяжении этого периода стояли в центре всех работ по аграрной истории средневековья, группируя вокруг себя остальные вопросы.

Лицо каждого историка, его основные выводы и методы исследования поэтому в значительной мере определялись его отношением к этим двум проблемам.

Анализ эволюции теории марки автор начинает с рассмотрения взглядов Вайца, Гансена, обстоятельно разбирает концепцию Маурера, касается работ Ландау, Тудиху-ма (часть вторая, § 1), дает интерпретацию марковой теории Гирке, Инама-Штернегга, Лампрехта и Мейцена (§ 2). Особый раздел (§ 3) посвящен выяснению принципиальных различий между буржуазной марковой теорией, созданной Маурером, и марксистской концепцией эволюции марки и вообще аграрного строя раннего средневековья. В заключение второй части (§ 4) автор подробно останавливается на рассмотрении теории марки в работах историков "критического" направления конца 90-х годов XIX в. -900-х годов: Гальбан-Блюменштока, Гильдебранда, Гутмана, Виттиха, Рюбеля, Каро и др.

По такому же принципу построена и третья часть книги. В начале (§ 1) на примере концепций Инама-Штернегга и Лампрехта подробно рассматривается вотчинная теория в том виде, в каком она сложилась в немецкой медиевистике в 70-х - начале 90-х годов. Затем А. И. Данилов переходит к анализу понимания вотчины у представителей одной из разновидностей "критического" направления - так называемой "страсбургской школы" (Кнаппа, Виттиха, Гутмана) (§ 2), заканчивая свою книгу вопросами характеристики средневековой вотчины в трудах таких представителей "критического" направления, как Белов, Каро и Зелигер (§ 3). В заключение автор подводит итоги своего исследования.

Таким образом, монография А. И. Данилова дает подробную и в общем цельную картину развития немецкой историографии средних веков в изучаемый период. В ней довольно обстоятельно изложены концепции почти всех крупных германских ученых того времени по истории раннего средневековья, охарактеризовали важнейшие школы и направления, показана та политическая атмосфера, в которой зарождались и развивались конкретные исторические воззрения немецких буржуазных медиевистов, вскрыты идейно-методологические основы их концепций.

Выдвигая во введении главные проблемы и задачи своего исследования, автор верно подчеркивает решающее воздействие на развитие исторической мысли и исторической науки в каждый данный период социально-политической деятельности и прежде всего классовой борьбы, происходившей в обществе. В то же время он указывает, что для правильной характеристики и оценки того или иного этапа в развитии исторической науки недостаточно ограничиться только изучением политических идей. Автор верно отмечает, что наряду с этим необходимо рассмотреть методологический фундамент, на котором развивается историография, установить связь между изучаемым и предшествующим этапами, проанализировать присущие дайной школе или историку методы исследования. Только на основе такого многостороннего анализа можно дать обоснованную оценку того или иного историографического наследия (стр. 6). А. И. Данилов верно подчеркивает, что многоплановое синтетическое исследование может обеспечить правильное решение исторических проблем только в том случае, если оно основано на фундаменте марксизма-ленинизма, на принципе партийности, которые гарантируют ученого от объективистских ошибок и являются залогом правильной оценки историографии прошлого с позиций научного коммунистического мировоззрения, с позиций интересов рабочего класса (стр. 9 - 13).

Эти узловые принципы историографического анализа в работе не являются декларативными. Они легли в основу всего труда в целом, определив его структуру и содержание.

А. И. Данилов дал глубокую оценку и развернутую критику различных проявлений буржуазной методологии в области истории, характерных для конца XIX - начала XX в., - позитивизма и его разновидности - вульгарно-экономического историзма - и двух наиболее отчетливых вариантов неокантианства в применении к истории: философских концепций Г. Риккерта и М. Вебера. Потребность в детальном рассмотрении названных течений буржуазной методологии давно назрела: без этого невозможна последовательная борьба советских историков с буржуазной историографией в прошлом и настоящем. Особенно удачен раздел первой части книги (§ 4), где А. И. Данилов анализирует основные положения неокантианской теории познания Риккерта и Вебера. Автору удалось показать неокантианство как философскую основу апологии частной собственности, капитализма, социального неравенства, а также внутреннюю противоречивость неокантиан-

ской теории исторического познания и ее полную несостоятельность с точки зрения критерия исторической практики (стр. 106 - 120).

Нельзя не отметить, что вопросы методологии рассматриваются в книге в динамике. Анализируя основные философские течения, господствовавшие в буржуазной науке, А. И. Данилов в то же время показывает процесс изменения методологических основ буржуазной историографии в Германии начиная с 70 - 80-х годов XIX в. до 900-х годов. Он прослеживает, как в начале 90-х годов отдельные элементы неокантианской методологии зарождались у Дильтея, Зиммеля и др. (часть первая, § 2), как эти элементы стали оформляться во время "методологической" дискуссии по вопросам философии истории в середине 90-х годов (часть первая, § 3). Автор отмечает, что новая философская основа историографии, окончательно оформившаяся в работах Риккерта, была взята на вооружение большинством немецких историков молодого поколения, которые отвергли позитивизм как устаревшую доктрину. А. И. Данилов вскрывает глубокую социально-политическую основу этой эволюции в области методологии. Хотя позитивизм и экономический материализм, утверждает автор, были резко враждебны марксизму и в 70 - 90-х годах служили буржуазной историографии как средство борьбы с ним, с начала 90-х годов они оказались слишком слабым оружием в этой борьбе. В условиях обострения классовых конфликтов в эпоху империализма буржуазии понадобилось более острое философское оружие, каким, с ее точки зрения, и явилось неокантианство. Этот совершенно верный вывод автора важен и тем, что он показывает, как возникновение и широкое распространение марксизма во второй половине XIX в. вынуждало буржуазных историков в поисках новых средств борьбы с историческим материализмом двигаться все дальше и дальше по пути реакции как в области политики, так и методологии.

Не меньший интерес представляет прослеживаемая в работе А. И. Данилова проблема возникновения и развития на рубеже XIX и XX вв. нового направления в немецкой медиевистике, которое автор называет "критическим".

Анализируя методологические основы, исследовательские приемы и выводы историков, принадлежавших к этому направлению, автор убедительно показывает, что в целом "критическое" направление было шагом назад по сравнению с предшествующим этапом в развитии немецкой буржуазной медиевистики. Исходя из неокантианского отрицания существования объективных исторических закономерностей, историки данного направления, как об этом говорится в рецензируемой книге, отвергали историческую эволюцию, постепенно отказывались от изучения экономической истории, возвращаясь к политико-юридическому ее истолкованию, не признавали периодизации по хозяйственным ступеням и, по существу, отрицали такие понятия, отражавшие действительно существовавшие общественные отношения, как феодализм, марка, вотчина и др.

А. И. Данилов в ряде мест правильно указывает, что, видя своего главного врага в историческом материализме и борясь в первую очередь с марксистской концепцией средневековой истории, представители "критического" направления попутно ниспровергали и буржуазный историзм XIX в. и созданные им концепции истории раннего средневековья, в которых они без всяких к тому оснований видели "уступку" марксизму.

Прослеживая процесс зарождения и становления "критического" направления в немецкой медиевистике и выявляя его характерные черты, А. И. Данилов показал общие закономерности развития буржуазной историографии в целом на рубеже XIX и XX вв., когда в связи с наступлением эпохи империализма начался кризис буржуазной исторической науки.

Разоблачение реакционной сущности "критического" направления имеет тем большее значение, что представители этого направления повсюду (а не только в Германии) отметили его появление сенсационной шумихой, выступив в качестве ниспровергателей "господствующих" концепций и устаревших методов исследования. В результате они стяжали себе в буржуазной историографии славу "новаторов" и якобы добросовестных и объективных исследователей, чуждых какой-либо тенденциозности. Эта "слава" сохраняется за ними отчасти и до сих пор в современной буржуазной историографии, в некоторых кругах которой, особенно в Западной Германии, она всячески искусственно поддерживается.

Книга А. И. Данилова разрушает этот миф. На большом фактическом материале она показывает, что в Германии историки

"критического" направления строили свои концепции на тенденциозном подходе к источникам и в целом извращали историю раннего средневековья. При этом автор отмечает, что они ввели в научный оборот много новых источников и по отдельным вопросам подвергли заслуженной критике позитивистскую и вульгарно-экономическую школы.

Прослеживая развитие немецкой медиевистики от позитивистского к "критическому" направлению, автор подчеркивает, что при всех различиях между ними немецкая буржуазная историография конца XIX - начала XX в. в целом была крайне реакционной и стояла на службе агрессивной политики германского империализма.

Отличительной стороной монографии А. И. Данилова является привлечение им материала источников для полемики с буржуазными исследователями и критики их концепций и выводов. Так, при помощи анализа "Капитулярия о поместьях", "Образцов описей земель королевских и церковных", грамот Сен-Галленского картулярия (стр. 276 - 281) автор доказывает несостоятельность утверждения Инама-Штернегга о том, что вотчинное хозяйство было крупным производством с более передовыми методами, чем хозяйство крестьянина. Критикуя взгляд Лампрехта, согласно которому в вотчинах раннего средневековья барская запашка не имела особенно большого значения, он опирается на некоторые данные Алеманнской и Баварской правд (стр. 284 - 285). Выступая против неправильной трактовки представителями "страсбургской школы" Виттихом и Гутманом мелкой вотчины как универсальной надысторической категории, А. И. Данилов привлекает данные "Описи аббата Адаларда", "Образцов описей" и других документов Сен-Бертинского аббатства, а также Лоршского, Вейсенбургского, Прюмского монастырей (стр. 292 - 302).

К анализу Баварской и Алеманнской правд обращается автор и для доказательства несостоятельности утверждений Гильдебранда и Гутмана о том, что полноправные свободные бавары VII-VIII вв. являлись мелкими вотчинниками (стр. 242 - 245). Исследование ряда картуляриев Юго-Западной Германии используется им, чтобы показать, насколько ошибочно мнение этих авторов о неразрывности связей между общинной организацией и вотчиной в VIII-IX вв. (стр. 246 - 262). На материале источников построена и критика концепций Каро и Зелигера по вопросу о феодальной вотчине (стр. 316 - 327, 346 - 355).

Благодаря последовательному применению такого метода весьма наглядно обнаруживается односторонность и тенденциозность методики исторического исследования, присущей тому или иному из буржуазных ученых. При оценке места и значения в общем развитии исторической науки каждого историка, концепции или целого направления автор рассматривает их как бы с двух сторон: в их отношении к предшествующему этапу историографии и к историческому материализму. Это дало возможность А. И. Данилову весьма остро критиковать буржуазных историков и в то же время отмечать все положительное, что тог или иной из них внес в развитие медиевистики.

Работа А. И. Данилова не лишена и некоторых недостатков. На наш взгляд, несколько упрощенно представлена связь, устанавливаемая А. И. Даниловым между прусским путем развития капитализма в Германии 50 - 60-х годов и возникновением марковой теории, в частности исторической концепции Маурера. Политический консерватизм Маурера и его эволюционизм в подходе к аграрной истории средневековья несомненны. Очевидно и то, что аграрные преобразования, происходившие в Германии в середине XIX в., вызывали у немецких историков этого периода особенно живой интерес к аграрной тематике. Однако тезис А. И. Данилова о том, что политические идеалы Маурера отражали чаяния немецкого дворянства, становившегося на путь капиталистического развития (стр. 155), по нашему мнению, недостаточно аргументирован. Он не подтверждается ни приведенными в работе высказываниями самого Маурера, ни какими-либо данными о его политической деятельности, ни сущностью его марковой теории. Остается неясным, почему апология маркового строя и признание изначального существования общинной собственности на землю должны рассматриваться именно как отражение идеалов капиталистического развития, когда последнее даже в его прусской форме разрушало общинные порядки и скорее было враждебно им.

Возникновение марковой теории в немецкой медиевистике, как нам кажется, было связано не только с аграрными преобразованиями, но и с одной из актуальнейших проблем политической жизни Германии 50 - 60-х годов XIX в. - с проблемой поли-

тического объединения страны. Попытки решить этот вопрос побуждали всех наиболее крупных немецких историков того времени искать исторические традиции германского буржуазного национализма и государственности в институтах далекого прошлого. К сожалению, эта сторона вопроса в связи с характеристикой той социально-политической атмосферы, в которой зародилась марковая теория Маурера, А. И. Даниловым даже не отмечена.

Общая опенка значения концепции Маурера дана автором в целом совершенно правильно; при этом он обращает особое внимание на ее консерватизм и другие слабые моменты. Вместе с тем А. И. Данилов, на наш взгляд, недостаточно подчеркнул, что эта концепция все же была большим шагом вперед по сравнению с предшествующим этапом развития немецкой медиевистики (историческая школа права, школа Ранке, гейдельбергская школа, несмотря на либерализм и радикализм некоторых представителей последней).

Одна из задач работы, поставленная автором во введении, заключалась в том, чтобы проследить изменения, происходившие в методике исследования немецких историков на протяжении изучаемого периода. И действительно, во многих разделах книги А. И. Данилов отмечает особенности методических приемов, использовавшихся отдельными историками или целыми направлениями, и подвергает их критике. Однако эти вопросы получили в книге, как нам кажется, не совсем равномерное освещение. Гораздо полнее и глубже они исследуются в третьей части, где подчеркиваются характерные черты методических приемов представителей каждого из рассматриваемых направлений.

Во второй же части вопросы методики исследования даны в довольно общем виде; меньше внимания уделяется источникам, на основе которых создавали свои концепции марки различные историки и исторические школы. Кроме того, такое неравномерное освещение данного вопроса несколько затушевывает общую тенденцию развития исследовательских приемов немецкой медиевистики от 60 - 70-х, 90-х годов XIX в. к началу 900-х годов, что, напротив, следовало бы особо подчеркнуть. Эта тенденция, характерная и для современной буржуазной историографии, состояла в постепенном переходе от широкой постановки проблем к локальной и частной тематике, от использования большого круга разнообразных источников к анализу строго ограниченных, однородных видов документов, от широких сопоставлений, свойственных сравнительно-историческому методу, к скрупулезным, детальным исследованиям, часто с применением статистического метода. Ввиду того, что эта тенденция не прослеживается в работе достаточно отчетливо, от внимания читателя ускользает одна весьма важная сторона поставленного автором во введении вопроса о преемственности и борьбе старого с новым в историографии.

Идейно-методологические корни возникновения "критического" направления отчетливо вскрыты А. И. Даниловым. Но, к сожалению, он недостаточно показал, что нападки представителей "критического" направления на позитивистские и вульгарно-материалистические концепции имели порой объективные основания: многочисленные противоречия этих концепций, их слабая аргументация в отдельных звеньях, часто примитивные и устаревшие методические приемы.

А. И. Данилов совершенно прав, утверждая, что эти нападки велись с реакционных методологических позиций и что в конечном итоге новые методы исследования оказались не лучше старых. Но, на наш взгляд, следовало бы указать, что на рубеже XIX и XX вв. действительно возникла потребность в более совершенных методах исследования, которые соответствовали бы возросшему уровню исторических знаний и количеству доступных историкам источников. Важно было подчеркнуть, что удовлетворение этой потребности оказалось не под силу буржуазной историографии, включая представителей "критического" направления.

Следует также отметить известную нечеткость, допущенную автором при отнесении тех или иных историков к "критическому" направлению. Рассматривая зарождение этого направления, А. И. Данилов относит к числу его представителей (хотя и недостаточно категорически) историков так называемой "страсбургской школы" - Виттиха, Кнаппа, Гутмана (стр. 126). В других местах книги автор противопоставляет этих историков Каро, Зелигеру, Белову и другим представителям "критического" направления (стр. 286, 303), не мотивируя это противопоставление.

Досадно, что в книге мало внимания уделено Г. Белову - этой наиболее крупной фигуре среди немецких историков "кри-

тического" направления. О нем говорится очень кратко в связи с методологической дискуссией 90-х годов (стр. 86 - 89), хотя этот историк был одним из наиболее яростных и злобных оппонентов Лампрехта. Что касается конкретно-исторических взглядов Белова, то они довольно бегло и суммарно излагаются лишь в разделе, посвященном критике вотчинной теории (стр. 303 - 308). Роль Белова в развитии марковой теории (часть вторая) вовсе не рассматривается, хотя он сам, как известно, особенно в первый период своей деятельности, считал себя защитником этой теории.

В работе явно не хватает также подробного разбора и критики взглядов А. Допша по вопросам марковой и вотчинной теории, хотя, как указывает А. И. Данилов, именно Допш подвел своего рода итоги исследованиям "критического" направления, пытаясь на их основе построить новую общую концепцию истории раннего средневековья (стр. 132 - 133). Правда, общий краткий обзор этой концепции Допша дан автором в конце раздела, посвященного возникновению "критического" направления (часть первая, § 5). Однако во второй и третьей частях, где так и просится развернутая, аргументированная критика взглядов Допша, его имя даже не упоминается. Это придает некоторую незавершенность прослеженной автором эволюции немецкой историографии, и в частности "критического" направления, с конца 90-х годов XIX в. до 1914 года. Приходится пожалеть, что А. И. Данилов не включил в книгу, хотя бы частично, тот интересный материал, связанный с критикой допшианской концепции раннего средневековья, который содержится в его обширной статье, опубликованной в сборнике "Средние века" ¹ . Без этого книга несколько проигрывает в смысле своей цельности и законченности.

Наконец, следует отметить, что в первой части работы, где речь идет о сложных идейно-методологических проблемах, изложение автора носит слишком сухой и лаконичный характер, что затрудняет понимание этих вопросов неспециалистами в области философии и историографии. Не всегда автор считает нужным разъяснять сложные понятия, которые едва ли будут ясны для широкого круга читателей: "генерализующий метод", "номологический метод", "индивидуализирующий метод", понятие "культурной ценности", "метод отнесения к ценности", "относительно-исторические" понятия и некоторые другие.

В заключение нельзя не пожалеть о том, что Издательство Академии наук СССР выпустило в свет серьезный научный труд А. И. Данилова без именного указателя и библиографии, особенно необходимых в книге на историографическую тему.

Все отмеченные недостатки не лишают рецензируемую работу большого научного значения. Она, безусловно, вызовет живой интерес у советских историков. Эта работа окажется весьма полезной для дальнейшей разработки историографических проблем с позиций марксизма-ленинизма; она, несомненно, послужит одним из ценных пособий для преподавателей и студентов по курсу историографии средних веков, облегчит советским историкам изучение проблем раннего средневековья. Мы полагаем также, что книга будет полезна не только для специалистов-историков, но и для более широкого круга читателей, интересующихся историей Германии и историей идеологии.

¹ А. И. Данилов. К критике допшианской концепции раннесредневековой вотчины. Сборник "Средние века". Вып. IX. М. 1957.

Похожие публикации: L^{Украина} L^World Y G

Публикатор:

Samira Dzhanabaeva → Контакты и другие материалы (статьи, фото, файлы и пр.)

Официальная страница автора на Либмонстре: https://elibrary.com.ua/Samira

Искать материалы публикатора в системах: Либмонстр (весь мир) • Google • Yandex

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Е. В. ГУТНОВА, А. И. ДАНИЛОВ. ПРОБЛЕМЫ АГРАРНОЙ ИСТОРИИ РАННЕГО СРЕДНЕВЕКОВЬЯ В НЕМЕЦКОЙ ИСТОРИОГРАФИИ КОНЦА XIX - НАЧАЛА XX В. // Киев: Библиотека Украины (ELIBRARY.COM.UA). Дата обновления: 10.03.2016. URL: https://elibrary.com.ua/m/articles/view/А-И-ДАНИЛОВ-ПРОБЛЕМЫ-АГРАРНОЙ-ИСТОРИИ-РАННЕГО-СРЕДНЕВЕКОВЬЯ-В-НЕМЕЦКОЙ-ИСТОРИОГРАФИИ-КОНЦА-XIX-НАЧАЛА-XX-В (дата обращения: 10.07.2026).

Найденный поисковым роботом источник:

Автор(ы) публикации - Е. В. ГУТНОВА:

Е. В. ГУТНОВА → другие работы, поиск: Либмонстр - Украина • Либмонстр - мир • Google • Yandex

Комментарии: