Виталий Третьяков, главный редактор

Завершается второй год издания "Политического класса". Конспект предыдущего номера я закончил распространенным в журналистской среде мнением о характерных трудностях первого, второго и третьего годов выпуска нового издания. И подчеркнул, что в третий год "толстый" ежемесячник проверяется на инертность - на способность или неспособность к дальнейшему развитию. То есть мы подошли, пожалуй, к самому непростому испытанию.

Чтобы оценить шансы на его достойное преодоление, надо вообще понять, а существуют ли у "Политического класса" резервы для развития. Такие резервы, безусловно, имеются в двух случаях. Во-первых, если "журнал политической мысли России" эту самую мысль еще не объял своими публикациями, не исчерпал всей ее оригинальности и не пошел по второму кругу. Во-вторых, если таковой орган не добился пока главного - повышения качества нашей политической мысли, ее креативности, профессионализма и влиятельности на текущие политические события.

Полагаю, что и в первом, и во втором случаях мы еще очень далеки от названных ориентиров. Пока журнал работает, что называется, в прецедентном режиме - возникает политическая проблема, а затем появляются и попытки ее осмысления. И "Политический класс" публикует эти самые попытки. В то же время на страницах журнала так пока и не состоялось серьезных и содержательных обсуждений фундаментальных политических тем - хотя бы тех же либерализма, консерватизма, социализма, а также национализма и революционаризма. А ведь все названные идеологии не просто не утратили актуальности, но и непосредственно задействованы в текущей политической ситуации. Я уже не говорю о том, что мы еще очень далеки от того, чтобы выступать законодателями политических мод. Хотя это, конечно, вовсе не наша недоработка, а результат так до сих пор и не преодоленного разрыва между политической теорией и политической практикой. Последняя по-прежнему предпочитает действовать в одиночку, в крайнем случае - в режиме интеллектуального сопровождения, но никак не желает стать в этом тандеме ведомой, отдав приоритет стратегическому теоретизированию. Так что пока "Политическому классу" есть над чем работать. И в наступающий год мы входим с новыми замыслами и набитым редакторским портфелем.

В декабре исполнилось полтора десятилетия Беловежским соглашениям. К этому промежуточному юбилею приурочена моя статья "Крушение СССР и возрождение России", которая открывает статейный блок номера. Уже из самого ее названия видно, что я рассматриваю оба эти процесса не в отрыве друг от друга, а как этапы некоего единого процесса. Поясню свою точку зрения. Распад империи (а имперская сущность Советского Союза, как, впрочем, и сегодняшней Российской Федерации, для меня несомненна) - это всегда следствие глубокого системного кризиса ее власти и ее общества. В этом смысле распад СССР - событие совершенно нетипичное, так как оно было вызвано кризисом лишь одной из названных сторон - власти. Что же касается общества, то оно к рубежу 80 - 90-х было не только далеко от кризисного состояния, но и представляло собой одно из самых продвинутых в своем развитии обществ мира. Принцип же организации власти и официальная индустрия смыслов явно не соответствовали в силу своей примитивности высокому уровню культуры, образованности и профессионализма этого общества. Поэтому, переиначивая известный пропагандистский штамп Рональда Рейгана об СССР как империи зла, я утверждаю, что Советский Союз прекратил существование именно от добра, производимого его сверхдержавностью, но совершенно советским руководством в качестве добра не воспринимавшегося.

То есть уже одна эта особенность крушения СССР делает данное событие во многом обратимым - как раз по причине того, что оно парадоксальным образом оказалось инспирированным не негативным, а позитивным фактором, а именно добром. Это добро, конечно, подвержено исторической коррозии, но 15 лет - еще слишком незначительный срок, чтобы оно оказалось полностью непригодным для использования в качестве одного из оснований грядущего и неизбежного величия нашей страны. К тому же - и здесь я уже перехожу ко второй части своей статьи - возрождение России в качестве полноценной сверхдержавы отвечает интересам всей Евроатлантической цивилизации, составной и неотъемлемой частью которой наша страна всегда являлась, является и будет являться. Таким образом, для большого будущего у России есть все объективные основания. Дело теперь за основаниями субъективными. А вот с этим у нас часто бывает трудно. Поэтому если где и уготовано нам споткнуться, так это, как всегда, в казусе конкретного субъекта или субъектов, готовых принять на себя ответственность за транзит России в новое историческое качество. Пока такой субъект есть - это президент Владимир Путин... Ну вот я и опять сбиваюсь на больную для меня (да и не только для меня) проблему роли личности в истории. Точнее, роли вполне конкретной личности, а также ее заменимости или незаменимости. Но об этом я уже высказался достаточно и повторяться не хочу.

Статья депутата Госдумы Александра Фоменко "Геополитическая странность" посвящена анализу нынешнего положения дел в Североатлантическом альянсе и проблемам взаимоотношений между Россией и НАТО. Исходный тезис автора - о кризисе идентичности этого военного блока - не вызывает никаких сомнений. Мне уже неоднократно по самым разным поводам приходилось писать о том, что сохранение НАТО после распада сначала Варшавского договора, а затем и самого Советского Союза - это исторический нонсенс, недоразумение. Как сила для противодействия мирово-

стр. 2

му терроризму альянс неэффективен. Афганистан и Ирак - наглядное тому подтверждение. Значит, единственным смыслом его существования остается сдерживание России - о чем, кстати, ныне преимущественно заявляют новые члены НАТО из наших бывших союзников в Восточной Европе и бывших союзных республик, а вовсе не страны - основательницы альянса. Но, как убедительно показывает в своей статье Александр Фоменко, анахроничность НАТО неизбежно ведет эту организацию к глубокому кризису, симптомы которого уже проявляются хотя бы в трудностях с комплектацией личным составом вследствие ухудшающейся демографической ситуации в ареале "золотого миллиарда", а также в углублении противоречий между США и европейскими членами блока. Приведенными соображениями автор и объясняет свой несколько непривычный для нашей аудитории вывод о неопасности НАТО для России и допустимости равноправного сотрудничества между нашей страной и этим блоком. Особенно в ситуации стремительного усиления Китая и неизбежного в силу данного обстоятельства переформатирования мирового геополитического ландшафта.

Философ Александр Неклесса в статье "Геокон" размышляет о новом геоэкономическом устройстве мира и механизмах его работы. Статья, безусловно, интересная, но оставляющая по прочтении неоднозначное впечатление. С одной стороны, не вызывают никаких сомнений авторские выводы о характере сегодняшней и завтрашней экономики, о том, что она фактически основывается на двух составляющих - информационной и инновационной, из чего неизбежно вытекает "классовый конфликт нового века" - между элитой управленческого сословия и теми, которые производят новое знание как таковое. Однако, с другой стороны, когда Александр Неклесса начинает предвосхищать будущее России, с его построениями трудно согласиться. Во-первых, наша петроэкономика - не на века. И определенный крен в направлении информационно-инновационного общества по крайней мере уже предпринят. С трудом, но предпринят. Во-вторых, лично мне непонятно, чего хорошего в "государственности-А", описанной в статье в качестве положительного примера будущего. И что плохого в негативной, с точки зрения автора, "государственности-Б". ("Государственность-А" предполагает встраивание страны в глобальный контекст новой экономики. "Государственность-Б" - "охранительная", по словам автора, - по-прежнему основывается на традиционных государственных формах и институтах.) Лично для меня критерий тут может быть только один - суверенность России. "Самостоянье человека - залог величия его", - сказал Пушкин. То же самое относится и к самостоянью государства. А "право на присутствие в элитном кругу" для политических лидеров нашей страны в обмен на ее вхождение в "транснациональный архипелаг" на правах некоего "острова" уж как-то чересчур попахивает пресловутым принципом "мир в обмен на территории". Да и проходили мы это уже в нашем недавнем прошлом. Замечу, прошлом, наверное, самом неудачном за всю более чем тысячелетнюю историю.

Следующая статья - "Неопознанный литературный объект" - принадлежит нашему постоянному автору, философу Сергею Земляному. В ней подробно проанализирован недавний мировой бестселлер - "Империя" Майкла Хардта и Антонио Негри. По своему собственному признанию, автор регулярно "подставляет плечо марксизму". По сути, то же самое он делает и на этот раз. Точнее, полемически заостренно, но в то же время аргументированно и убедительно Сергей Земляной отказывает в подобном праве атланта из известной песни барда Александра Городницкого авторам "Империи". Не стану вдаваться в философские подробности "Неопознанного литературного объекта", предоставив такую возможность пытливому и заинтересованному читателю. Скажу лишь, что сам я отношусь к марксизму с глубоким уважением. И мне понятна та обида, которую Сергей Земляной испытывает по поводу торопливых похорон этого еще вполне живого (о чем свидетельствует современная западная марксистская мысль, в том числе и порожденная ею та же самая "Империя", - пусть автор продолжает академический спор с Хардтом и Негри, но это спор о нюансах, марксистских корней этого бестселлера никто не отрицает) учения в нашей стране - по сугубо конъюнктурным соображениям.

О самой большой публикации номера следует сказать особо. Я являюсь одним из соучредителей всероссийской премии за достижения в области драматургии "Действующие лица". В этом году премия вручалась в четвертый раз. Понятно, что решение о присуждении этой премии принимает жюри, а не кто-то из соучредителей и даже не все соучредители коллегиально. Нередко случалось, что я не разделял мнения жюри по поводу выбранных им победителей. Поэтому еще в позапрошлом году на церемонии вручения премии "Действующие лица" я объявил об учреждении собственной специальной премии за лучшую политическую пьесу года. Год спустя, прошлой осенью, я наградил этой премией томского драматурга Сергея Решетникова за его пьесу "Часовой". Об этом была информация в ноябрьском номере "Политического класса" за прошлый год. Там же говорилось и о том, что, несмотря на желание опубликовать "Часового" в "Политическом классе", мы не смогли этого сделать из-за изобилия содержащихся в нем нецензурных выражений.

В этом году премию за лучшую политическую пьесу года я вручил Олегу Богаеву (пьеса "Мы вас вылечим"). И в настоящем номере мы публикуем пьесу - но не Олега Богаева, а отмеченного отдельным дипломом Андрея Баранова (эта пьеса называется "Апельсиновый Остров"). И вот почему. Мне лично пьеса Андрея Баранова понравилась даже еще больше пьесы-победительницы. Но, как выяснилось в самый последний момент, автор прислал свой "Апельсиновый Остров" непосредственно мне. То есть эта пьеса не принимала участия в официальном конкурсе. Посему я не мог нарушить формальные правила конкурса и вручил премию Олегу Богаеву. Но для публикации в "Политическом классе" выбрал пьесу Андрея Баранова.

Да, мы понимаем, что "Апельсиновый Остров" занял в журнале значительное пространство, на котором бы уместилось три-четыре статьи нашего обычного формата. Но "Апельсиновый Остров" - все-таки не чужак "Политическому классу". Это политическая и даже где-то политологическая пьеса с изрядной долей карнавальных особенностей - понятных и органичных в предновогоднем номере. Кстати, я надеюсь, что нашим читателям в праздничные каникулы будет гораздо приятнее позабавиться "Апельсиновым Островом", чем вникать в высоколобые статьи, которые могли бы быть напечатаны вместо пьесы Андрея Баранова. Статьи будут - мы их приберегли на следующий год.

А пока - от лица редакции "Политического класса" - поздравляю наших читателей и авторов с наступающим Новым годом. Удачи вам и всего самого наилучшего в 2007 году - революционно-юбилейном и ответственном во многих отношениях. "Политическому классу" - успешно выдержать третьегодичное испытание на инертность. Нашей политической мысли - возмужания и опытности. России же в целом - быть достойной своего славного прошлого, ведь в этом - самый надежный залог ее великого будущего.

Публикатор:

Постоянная ссылка для научных работ (для цитирования):

Комментарии: