М. А. Маслова

аспирант Российской открытой академии транспорта МИИТ

Тел.: 8-926-373-29-05; e-mail: Maslova-mv@inbox.ru

В работе раскрываются сущностные и содержательные особенности рисков гуманитарной безопасности на разных уровнях российского социума. В качестве главного риска выделено явление дегуманизации.

Ключевые слова: риск, безопасность, гуманитарная безопасность, права человека, гуманитарная война, дегуманизация, варваризация.

В настоящее время постоянно усиливаются вызовы и угрозы во всех сферах жизнедеятельности российского общества. Это связано с неустойчивым, спонтанным, а иногда и регрессивным развитием общественных отношений. В этих условиях существуют постоянные риски для безопасности россиян, прежде всего как личностей, носителей определенного мировоззрения и убеждений, приверженцев духовных ценностей, самобытных традиций и морально-нравственных норм. Как отмечает немецкий

социальный мыслитель У. Бек, в абсолютной безопасности людям сегодня явно отказано. Общество риска стало обществом без гарантий, причем его защищенность убывает по мере роста опасностей. Само понятие "бедствие" утрачивает границы во времени и пространстве. Оно становится событием, имеющим начало и не имеющим конца, своеобразным непредсказуемым "вольным пиршеством" крадущихся, скачущих и накладывающихся друг на друга волн разрушения [2, с. 165 - 166].

Полагаем важным обратить внимание на риски гуманитарной безопасности, продуцируемые на глобальном, государственном, социальном и личностном уровнях уязвимости, которые могут проявляться во всех сферах жизнедеятельности личности.

На глобальном уровне одним из главных рисков для гуманитарной безопасности следует считать языковые игры с понятием "общечеловеческие ценности", манипулирование термином "права человека".

По мнению отечественного философа Э. А. Араб-Оглы, европейская цивилизация предстает как своеобразное и поныне наиболее яркое воплощение общечеловеческих ценностей, к которым он относит духовную свободу личности в обществе; разделение властей; свободу предпринимательства; политический суверенитет, принадлежащий каждому народу; право наций на самоопределение; свободу социального выбора и целый ряд других, получивших более полное воплощение в европейской цивилизации. Именно социальные и моральные ценности, которые лежат в основе европейской цивилизации, следует считать общечеловеческими, но они не чужды и другим народам даже в том случае, если они ими пока не обретены [1].

Между тем современная действительность показывает, что довольно часто понятие "общечеловеческих ценностей" используется (пост)перестроечной пропагандой в качестве некоего симулякра¹, которым оправдывались те или иные действия, обычно связанные со сдачей каких-то национальных интересов или ущемлением прав и свобод российских граждан. Как правило, лица, использовавшие это словосочетание, оказывались не в состоянии внятно объяснить его смысл, отделываясь туманными отсылками к "свободе" в ее различных трактовках и вариациях. В результате интенсивного ангажированного использования данное словосочетание сегодня перешло в разряд речевых штампов и вызывает у многих скорее негативные ассоциации.

Как считает А. Белояр, "общечеловеческие ценности" - словосочетание, активно используемое в манипуляции общественным мнением. Утверждается, что несмотря на различие национальных культур, религий, уровня жизни и развития народов Земли существуют некие одинаковые для всех ценности, следовать которым должны все без исключения. Это еще один миф и выдумка, чтобы создать иллюзию в понимании человечества как некоего монолитного организма с единым для всех народов путем развития и способами достижения своих целей. Во внешней политике США и их сателлитов разговоры о защите "общечеловеческих ценностей" (свобода, демократия, защита прав человека и т. д.) перерастают в открытую военную и экономическую агрессию против тех стран и народов, которые хотят развиваться своим традиционным для них путем, отличным от мнения мирового сообщества [3].

Следует признать, что термин "общечеловеческие ценности" в настоящее время, к сожалению, - это эвфемизм, прикрывающий стремление Запада к навязыванию нового мирового порядка и обеспечению глобализации экономики и мультикультурализма, что, в конечном итоге, позволит унифицировать культурные различия, нивелировать национальную самобытность народов.

На государственном (межгосударственном) уровне наибольший интерес в рамках предмета нашего разговора представляет гуманитарная война (гуманитарная интервенция), которая в значительной степени связана с деятельностью международных неправительственных организаций.

В современном международном праве гуманитарная интервенция не является признанной и соответствующей его нормам. Целью, которая декларируется в гуманитарной войне, является оказание гуманитарной

¹ Симулякр (от лат. simulacrum - делать вид, притворяться) - в философии постмодернизма псевдовещь, замещающая реальность, образ отсутствующей действительности, правдоподобное подобие, копия, лишенная оригинала.

помощи местному населению, свержение правительства, поставившего страну на грань гуманитарной катастрофы, которая трактуется очень широко и часто используется в пропагандистских целях.

В содержании гуманитарной войны следует различать "гуманный" и "гуманитарный" аспекты. Гуманитарное содержание предполагает тонкие (негрубые) инструменты, которые могут быть использованы как в целях войны и насилия, так и в мирных целях в отношении человека. Гуманитарный - значит относящийся к человеку вообще. Содержание гуманности происходит из представления о самоценности каждой человеческой жизни и каждого индивидуального смысла жизни, соотносимых друг с другом через конвенциональную коммуникацию. Гуманный - значит бережное, спасительное, щадящее отношение к человеку. Только открытые для всех, находящиеся внутри конвенциональной коммуникации гуманитарные технологии являются гуманными.

К числу подобных коммуникаций явно не относится гуманитарная война, которая ведется особым "гуманитарным оружием", применяемым США для реализации в мировом масштабе своеобразной "философии интернационализма" - идеологического прикрытия вмешательства в политику суверенных государств, имеющего целью не столько решение гуманитарных вопросов и становление демократии в "тоталитарных государствах", сколько реализацию политики своего мирового лидерства и переустройства мира.

На уровне общества в качестве одного из значимых рисков следует обозначить дегуманизацию культуры, то есть отход культуры, искусства, науки от духовной и нравственной стороны в жизни человека и общества. По мнению Н. А. Бердяева, то, что сейчас происходит в мире, не есть даже кризис гуманизма, а кризис человека. Ставится вопрос о том, будет ли то существо, которому принадлежит будущее, по-прежнему называться человеком. Мы присутствуем при процессе дегуманизации во всех областях культуры и общественной жизни. И прежде всего дегуманизируется моральное сознание. Человек перестал быть не только высшей ценностью, но и вообще перестал быть ценностью [4].

Согласно Х. Ортеге-и-Гассету, одному из первых философов, обнаружившему дегуманизацию в искусстве, "художник, который бесстрастно наблюдает сцену смерти, выглядит "бесчеловечным"... Печальный внутренний смысл события остается за пределами его восприятия, он уделяет внимание только внешнему - свету и тени, хроматическим нюансам" [6, с. 112].

Американский социальный философ и журналист А. Парфрей создал в конце 1980-х гг. издательство "Feral House" ("Звериный Дом"), где опубликовал серию книг о дегуманистических явлениях в США, включая самые маргинальные и не упоминаемые широкой прессой. Наиболее известный сборник своих исследований он назвал "Apocalypse culture" ("Культура Апокалипсиса"). С точки зрения А. Парфрея, именно в неудачниках, бездарностях, лузерах (от англ. loser - неудачник) и чудаках-фриках (от англ. freak - урод) следует искать ключ к пониманию культуры Постмодерна, которая складывается на наших глазах. "Культурные идиоты" маргиналы становятся ключевыми фигурами Постмодерна - их провал становится их успехом, их невнятность - новым критерием ясного послания [7].

На уровне личности гуманитарные риски сосредоточены в явлениях варваризации и бестиаризации.

Немецкий философ Р. Гвардини в своей книге "Конец нового времени" говорит о том, что "негуманная культура" несет человечеству "новое варварство". Характеризуя это состояние, он пишет: "В этой новой дикости открываются старые пропасти первобытных времен. Все поглощающие и удушающие на своем пути джунгли стремительно разрастаются. Все чудища пустынь, все ужасы тьмы снова вокруг нас. Человек вновь стоит лицом к лицу с хаосом; и это тем страшнее, что большинство ничего не замечает: ведь повсюду машины работают, учреждения функционируют, научно образованные люди говорят без умолку" [5, с. 181 - 182].

По мнению Н. А. Бердяева, для современного общества характерен антигуманизм, который принимает формы бестиализма (богозвериности). Нашему времени свойственна бестиальная жестокость к человеку, и она поразительна тем, что обнаруживается на вершинах рафинированной псевдочело-

вечности, когда новая сострадательность, казалось бы, сделала невозможными старые формы варварской жестокости. Согласно морали бестиализма, все стало дозволенным, с человеком можно как угодно обращаться для достижения нечеловеческих и противочеловеческих целей. Бестиализм есть отрицание ценности человеческого лица, всякой сострадательности к человеческой участи [4].

Исчезает человек как целостное существо, как существо, внутренне центрированное, духовно сосредоточенное, сохраняющее связь и единство. Дробные и частичные элементы человека предъявляют права не только на автономию, но и на верховное значение в жизни.

Таким образом, в современном обществе социум как бы пропадает, а на его месте возникают фрагментарные точки развертывания случайных и неструктурированных стратегий; при этом человек все более превращается в постчеловека - дегуманизированную микрорациональность, окруженную социальной пустыней.

ЛИТЕРАТУРА

1. Араб-Оглы Э. А. Европейская цивилизация и общечеловеческие ценности // Вопросы философии. - 1990. - N 8.

2. Бек У. От индустриального общества к обществу риска // THESIS. - 1994. - N 5.

3. Белояр А. Толковый словарь демократического новояза и эвфемизмов (ТСДНЭ). - М., 2006.

4. Бердяев Н. А. Судьба человека в современном мире. К пониманию нашей эпохи // Философия свободного духа. - М., 1994.

5. Гвардини Р. Конец Нового времени. Попытка найти свое место // Самосознание культуры и искусства ХХ века. - М.; СПб, 2000.

6. Ортега-и-Гассет Х. Дегуманизация искусства. - М., 1991.

7. Парфрей А. Культура времен апокалипсиса. - Екатеринбург, 2005.

8. Швейцер А. Благоговение перед жизнью. - М., 1992.

RISKS FOR HUMAN SECURITY OF THE RUSSIAN SOCIETY

M.A. Maslova

post-graduate student of the Russian Public Academy of Transport of the MIIT

The article describes the essential features and substantial risk of human security of Russia. The author gives examples which present the major risks which are of humanitarian nature at different levels of Russian society. The phenomenon of dehumanization is identified as the main risk. There is a danger of mixing the concepts of human and humane.

Key words: risk, security, human security, person rights, humanitarian war, dehumanization, barbarization.

Publisher:

Permanent link for scientific papers (for citations):

Comments: