Libmonster ID: UA-1786

Share this article with friends

 Автор: В. И. ПОВЕТКИН, художник-реставратор

Работу Новгородской археологической экспедиции, которую возглавляет академик В. Л. Янин, в 2000 г. ознаменовала чрезвычайно важная находка: 13 июля в древнем Людинем конце Великого Новгорода на Троицком XII раскопе (руководитель А. Н. Сорокин) в слое первой четверти XI в. была обнаружена необычная книга с текстами, написанными на воске.

Книга состоит из трех липовых (по определению англичанина Дж. Хатера, в 2000 г. сотрудничавшего с Новгородской экспедицией) створок величиной 190x150x10 мм. В каждой из них в "корешке" и на месте застежки прорезаны сквозные отверстия, позволяющие ремешком или шнурком скреплять книгу, а когда нужно - раскрывать ее. Верхняя и нижняя створки - обложки - снаружи украшены резными геометрическими узорами, косыми и прямыми крестами. С внутренних же сторон они снабжены неглубокими корытцами, или "ковчежцами", какие бывают у старинных иконных досок. Последние имеются и на обеих сторонах средней створки. Средняя величина каждого ковчежца - 155x115 мм. Их относительно плоские донца сохранили следы грубоватой обработки резцом. А донце нижней створки покрыто пересекающимися ножевыми насечками. Согласно ранее встречавшимся в новгородской археологии отдельным дощечкам для письма, аналогичные насечки предназначались для лучшего закрепления заливавшегося в них расплавленного и застывавшего затем воска. То же, кстати, делали и при склейке частей различных деревянных предметов, например, гуслей.

В четыре корытца книги в древности неоднократно заливали воск, в верхних наслоениях он темный. Его толщина на разных участках меняется от 3 мм до ничтожных долей миллиметра. На восковых табличках (страницах, а по-латыни - церах) острием костяного, рогового или металлического писала церковнославянским письмом наносили священные тексты псалмов; их заучивали наизусть, затем заглаживали лопаточкой все того же писала. На месте прежних записей появлялись стихи новых псалмов, которые также предназначались для запоминания.

На тот миг, когда найденная книга попала в толщу земли, в ней, согласно христианской нумерации псалмов, были записаны 75 и 76 псалмы Асафа, а в конце четвертой страницы - 4- 6-й стихи 67 псалма Давида. Кроме того, в некоторых местах на воске, хотя и с большими трудностями, но все же прочитываются не вполне заглаженные отдельные буквы или слоги, остатки прежде нанесенных текстов. На деревянных полях страниц, возможно, также когда-то имелись записи, но по каким-то причинам они утратили ясность. От них, в частности, вверху второй страницы бесспорно прослеживаются горизонтальные строчные графы и буква Ъ. Они, как считает академик АА Зализняк, содержали в себе "пояснения о предназначении данной книги и о благе чте-

стр. 49


стр. 50


ния Псалтыри". Кое-где, а именно там, где слой воска оказывался слишком тонок, острие писала могло прорезать его насквозь, оставляя едва приметные следы букв на деревянной основе. Исключительно напряженным, продолжительным и специфическим взглядом лингвиста и палеографа А. А. Зализняк пытается выявить на деревянной основе следы текстов, которые писались на воске и наслаивались один на другой в ходе использования данной книги древними новгородцами.

Книга способствовала разучиванию псалмов и, значит, была учебником. Видимо, она принадлежала одному из самых первых христианских наставников, проповедовавших после официального крещения обитателей Новгорода в 990 г. Не будет ли преувеличением отнесение факта ее использования к столь раннему времени? Похоже, нет.

Серьезная изношенность книги убеждает в том, что ее жизнь была долгой. Всевозможных царапин, надрезов и на лицевой, и на нижней створках так много, что их впору сравнить с кухонной разделочной доской. Обращает на себя внимание потертость, плавная закругленность углов и ребер створок, причем не только снаружи, но и при развороте страниц. Подобного рода заполированность видна и в отверстиях, сквозь которые продевали скреплявший створки шнурок. К воздействию времени на находку следует, вероятно, отнести и утрату текстов, например, на деревянных полях второй страницы. К тому же книгу не однажды подвергали починке и даже "переустройству". Так, в правом нижнем углу на первой створке когда-то образовалась трещина. Чтобы она не увеличивалась, ее сшили, возможно, льняным шнурком или еловым корнем, что в древности часто делали для продления срока службы деревянной посуды: это доказывают маленькие сквозные отверстия по краям трещины. Со временем шнурок удалили, поскольку дефект решили заклеить, при этом отверстия забили деревянными шпильками.

Не менее значительно изменили и корешок книги. Два отверстия, пронизывавшие все три створки и предназначенные для продевания в них шнура, поначалу находились одно от другого на сравнительно большом расстоянии. Впоследствии их заколотили деревянными шпильками, а вместо них проделали пару новых отверстий, ближе расположенных одно к другому и прорезанных на самом краю створок. Похоже, что и резные узоры, знаки, не подчиняющиеся единому замыслу художественного оформления, появлялись постепенно: некоторые начали вырезать, да так и оставили незавершенными. Они наблюдаются на лицевой и тыльной сторонах книги и даже на ее торцах.

Наконец, стоит присмотреться к страницам. Со временем воск, заполнявший корытца, изнашивался, поэтому в некоторых местах видны дополнительные его наслоения - они разной тонировки. Вообще складывается впечатление, что в четырех корытцах разный по составу воск, и мало что осталось от первоначальной общей заливки. Похоже, что какое-то время после очередного заглаживания текстов на четвертой странице воск стал растрескиваться и выпадать. Тут, вероятно, владельцу и пришла мысль обновить заливку, но прежде для лучшей связи воска с деревянной основой он изрезал донце ковчежца пересекающимися насечками.

20 - 30-летнему возрасту книги не противоречит и уровень писарского мастерства проповедника. Делал он это, вероятно, не разогревая писала, в весьма теплом помещении или вне его в жаркий день. Он успевал быстро и безошибочно, написав букву, вызволить из воска острие писала и тут же начать им выводить новую букву На рукописи в нескольких местах хорошо видно, как спешил писец, оставляя острием на воске короткие отчерки, следы перехода от знака к знаку, словно в скорописи, хотя начертания древних букв ближе к печатным. Понятно, для накопления такого опыта, сопряженного с большим чутьем капризных особенностей воска, требовалось время, быть может, немалое.

Значит, и сам наставник, обучая других, совершенствовался в ремесле чистописания. Более того, старея вместе с этой книгой, поновляя ее, он вновь и вновь поверял бренностью жизни значение писавшихся на воске

стр. 51


библейских текстов. Так продолжалось, пока не произошло нечто, повлиявшее и на судьбу учителя, и на участь его книги. Удастся ли "вычислить" имя одного из первых христианских проповедников в Новгороде, опять-таки покажет время. А что касается книги, то извлеченная из древнего пропитанного водой навозного слоя, она, некогда ухоженная и целиком читаемая, ныне нуждается в серьезной починке.

Восковые страницы местами беспорядочно рассыпались на сотни сравнительно крупных и на тысячи мельчайших, перемешанных с грязью, невыразимо легких, предательски хрупких и не желающих склеиваться кусочков. В других же местах тончайшие пластинки воска со следами букв почти приросли к разбухшей от воды деревянной основе и их невозможно отслоить без риска полной утраты. Но расслоение необходимо как ради сохранения деревянных резных створок (путем укрепления их в полиэтиленгликолях), так и для приведения в порядок всего облика рукописи с целью демонстрации в музее и, главное, прочтения. Таковой предста-

стр. 52


ла перед исследователями эта древнейшая в славянском мире датированная книга, именуемая ныне Новгородской Псалтырью.

Эта книга станет образцом, с которым будут сравнивать другие ранние славянские и древнерусские книги, до сих пор датированные предположительно. А В. Л. Янин и А. А. Зализняк рассматривают ее не только с исторической, но и языковедческой точки зрения, сопоставляя и с материалами древнерусской книжной традиции, а также со сведениями, полученными из древних берестяных грамот, в первую очередь новгородских * . Естественен и взгляд на нее как на предмет, характеризующий одну из областей музыкального мира древнего Новгорода, т. е. документ о начале церковной певческой традиции, которой впоследствии так прославятся его жители. Не случаен тот факт, что первым проводником новой религии среди них явилась именно книга Богодухновенных песен: согласно древнейшему изобретению людей, самый лучший способ запомнить новое - надо его пропеть.

В первые же дни после обнаружения археологами обломков книги В. Л. Янин и АА Зализняк пытались решить вопрос о характере записей, сделанных на уцелевших крупных восковых кусках. Если бы они оказались бытовыми, какие, например, часты в берестяных грамотах, искать места для остальных, "плавающих" кусочков воска было бы бессмысленно. Однако, к счастью, на воске стали прочитываться слова из канонических псалмов, известных по более поздним спискам. Так отыскался ключ к дальнейшему осмысленному изучению и восстановлению памятника. И все же поиск не приведет к полной расшифровке книги. Ибо на каждой ее странице, исключая первую, очевидны большие невосполнимые потери воска с текстами. А это значит, что плавающие кусочки из мест утрат, выстроенные группами по сходству знаков или просто пустые, составят, в конце концов, почти бесполезное приложение ко всему тому, что удастся восстановить.

Чем же важна, скажем, для языковеда работа по восстановлению канонического текста, в сущности повторяемого в поздних списках Псалтыри? Она позволит выявить разночтения между текстом воскового рукописания, который отныне будет основным, и его известными списками. Поразительно, но отличия в словах, знаках, начертаниях букв были замечены уже на первой табличке в псалме 75.

По сравнению с другими она имеет наименьшие утраты. Да и толщина крепкого воскового слоя в ее ковчежце самая большая. Кстати, сделанный с нее фотоснимок - а это момент извлечения из культурного слоя - сопровождал начальные и будет сопровождать последующие публикации этого памятника.

Вообще со съемок первичного состояния страниц найденной рукописи и бесчисленных восковых обломочков началось не только всестороннее ее изучение, но и подготовка к починке. Фотографировали и все поэтапные результаты работы. Многие снимки останутся неотъемлемым документальным приложением к восстановленному подлиннику.

Оглядываясь на первые дни и недели, когда мы все были равны в своей беспомощности перед столь неожиданной и, казалось, способной вконец разрушиться находкой, многое хотелось бы пережить и начать заново, предупредить, исправить. Копаясь временами в непролазной древней навозной жиже, хотелось бы и саму эту драгоценность найти иначе. Но все это - лишь вздохи. А на практике у нас руководством к действию были, с одной стороны, конкретный момент работы, а с другой - неизвестность будущего. Ведь книга, хотя и в плачевном состоянии, пока что перед нами. Что с ней будет завтра, если уже сейчас из-под восковых кусочков-недотрог, из раскисающей массы все увереннее ползут едва приметные червячки? Понятно, надо ее сфотографировать пока не поздно во всех деталях и поворотах в лучах яркого света... Словом, на пороге тревожной неопределенности я взглянул на эту рукопись, прикоснулся к ней и ощутил безнадежность своего положения. Однако и медлить было нельзя: реальной виделась утрата если не всего памятника, то значительной его части. Начались робкие попытки поиска путей к его восстановлению.

Повторю: книга состоит из неоднородных материалов - дерева и воска. Вопрос решался бы, наверное, проще, если бы ее створки были выструганы из можжевельника, поскольку археологические находки, изготовленные из этой древесины, нередко сохраняют свои формы при естественной сушке. Но липовые створки, пролежав тысячу лет в мокром слое земли, к сожалению, утратили свои здоровые свойства и нуждаются в специальной долговременной укрепительной обработке с использованием полиэтиленгликолей. А чтобы осуществлять такую обработку, необходимо от створок отделить залитый некогда в их ковчежцы воск.

Но последний обнаружил свои капризы. Если он был в виде разновеликих обломков, доходящих до крохотных кусочков, то осыпался со страниц, теряя свое первоначальное местоположение, где попало оказался вдавленным в деревянную основу. Его россыпи прослеживаются как поверх относительно здоровых участков восковых табличек, так и под ними. Все эти обломки требуется собрать на отдельную поверхность; позднее какое-то их количество найдет свое изначальное место в ковчежцах, а остальные войдут в число так называемых плавающих. Во-вторых, кое-где воск представлял собой крупные участки с трещинами, которые не потеряли своего изначального места в ковчежцах. В этом случае он легко или трудно мог быть снят и большими или маленькими обломками перенесен на другую основу, а спустя время возвращен на прежнее место. Наконец, еще часть воска находилась в виде тонкослойных небольших участков с многочисленными трещинками. При этом он был сцеплен с деревянной основой, и попытки снять его с места привели бы к невосполнимым разрушениям. Оставалось лишь надеяться, что эти мелкие участки уцелеют после обработки деревянных створок в полиэтиленгликолях.

К сказанному добавлю: воск - материал очень нежный, он боится излишнего тепла, например, излучаемого яркими лампами. Правда, именно при таком освещении в сочетании с теплом чутких пальцев удалось выправить некоторые пострадавшие, похоже, от большого жара обломки. Вместе с тем в данной книге воск об-


* См.: В. Л. Янин. Звездный час отечественной археологии. - Наука в России, 2001, N2 (прим. ред.).

стр. 53


ладает своеобразной хрупкостью, происходящей от невидимых глазом трещинок.

И тем не менее разрозненные восковые кусочки предстояло как-то подсоединить один к другому, склеить. Для этого требовался умеренно быстросохнущий клей, например, такой, какой практикуется при

восстановлении древних берестяных грамот, - полибутилметакрилат (ПБМА). Но мысль об его использовании была отвергнута, ибо он разбавляется ацетоном. Отсюда тревога: воск - не береста, вдруг в ацетоне он начнет расщепляться. Памятен и другой случай, укрепивший нас в мысли о неудобстве использования ПБМА в сочетании с воском. В 1978 г. было решено подлинные обломки лирообразных гуслей XI в. дополнить новой древесиной * . И выяснилось: свойства подлинных обломков, к тому времени уже обработан-


* См.: В. И. Поветкин. "Музыкальная" археология. - Наука в России, 2003, N 1 (прим. ред.).

стр. 54


ных в химической лаборатории Эрмитажа полиэтиленгликолями, не соответствовали нормальной древесине. Пропитанные этим составом, они в значительной мере отторгали клей. И хотя подсоединить к ним части из современной древесины с помощью ПБМА удалось с большими трудностями, в дальнейшем экспонат требовал бережного хранения именно из-за неполноценного соединения его частей.

Специалисты по реставрации фресок посоветовали нам снимаемый с деревянных створок книги воск в требуемом порядке располагать на новой основе, покрытой густым липким медом - "родственным" ему материалом. Но результаты проб оказались далеки от желаемых...

Спустя какое-то время я все же взял пару восковых кусочков, на которых не было следов букв, и смазал их края раствором ПБМА. Соединил. Некоторое время выждал. Вроде бы склеились, причем значительно лучше, чем с помощью, например, разжиженного скипидаром воска: и крепче, и стыки тоньше. Так забрезжил путь к реальной починке древней рукописи.

Разумеется, использование ПБМА будет иметь свои сложности: его липкие свойства не во всех случаях окажутся достаточны и удобны. Словом, к нему надо будет постоянно приноравливаться: разбавлять или, напротив, извлекать пользу из его загустевшего состояния, успевать своевременно убирать неминуемые подтеки или, наоборот, пользоваться ими для упрочения склейки. Излишки клея, выступающие на поверхности скрепленных восковых обломков, можно удалить ваткой, намотанной на пинцет и пропитанной ацетоном (выходит, зря ранее беспокоились о возможном его отрицательном воздействии на воск). Наконец, отметим важнейшее свойство данного клея - его обратимость; все, что вдруг окажется неверно приклеенным, можно, растворяя ацетоном, отклеить.

Извлеченные из культурного слоя створки восковой книги отнюдь не тотчас удалось освободить от вязкой, плотно прилипшей к ним навозной массы. Чтобы уберечь древесину от усыхания, все три створки вместе с наслоениями были помещены в ванночки с водой. Причем ее наливали ровно столько, чтобы она не покрывала воск, иначе многочисленные его обломочки всплывают и теряют свое место в ковчежцах. Сложнее обстояло дело со средней створкой - двухсторонней, имеющей с обеих сторон ковчежцы с воском. Для нее, а спустя время, и для остальных стали использовать марлевые обкладки, пропитанные раствором полиэтиленгликоля (30% ПЭГ-1500), что замедляло процесс усыхания древесины. Тогда же появилась возможность снимать кусочки воска с деревянных створок и переносить их на другую основу.

В первую очередь снимали рассыпанные где и как попало, их первоначальные места в ковчежцах еще предстояло отыскать. АА Зализняк пытался определить их принадлежность к конкретным табличкам и даже местам текста, поэтому группировал с соответствующими записками и номерами в специальных коробочках. Потом, когда поняли, что они слишком перемешаны, их стали располагать на нескольких кусках прозрачного листового стекла - так было удобнее перемещать с места на место, составлять группы по различным признакам и схемам.

Перемещая обломки воска по стеклу, их одновременно следовало вымыть водой, кисточкой очистить от навозной жижи. С одними кусочками, если они были целые, работа шла легко. Другие, имевшие невидимые трещины, вдруг разваливались на более мелкие кусочки; их почти невозможно было удержать и восстановить в прежнем положении, но еще сложнее - склеить.

Места на страницах, освобождавшиеся от обломков воска, также очищали от грязи. Обнажившиеся участки той или иной деревянной створки время от времени пропитывали раствором полиэтиленгликоля. В ковчежце оставались только те крупные и мелкие обломки воска, которые бесспорно составляли часть документального текста. Так заканчивался один и наступал новый этап работы.

Упомянутые документальные остатки текста в непотревоженном виде следовало перенести на стекло. Здесь также каждый кусочек воска сначала отмывали от грязи, высушивали, после чего приклеивали к предыдущему. Постепенно из склеенных кусочков создавалась стройная картина. Наибольшие трудности возникали, когда требовалось снять тонкие участки воска, которые некрепко держались на деревянной основе, отстали от нее, но были слишком измельчены. По одному их перенести не удавалось: или все сразу, или группами. Однако из-за присутствия в ковчежце влаги лопаточку под них не подвести и, значит, не снять: невесомые, они сразу же расплываются со своих мест, после чего им чрезвычайно сложно придать прежнее положение. Выход в таких случаях один: "тяжелое" место сверху покрыть жидким клеем и подождать, пока он "схватит" пленкой мельчайшие кусочки воска. Потом можно воспользоваться лопаточкой и все перенести на стекло. Здесь нужно поджать кусочки один к другому и подклеить их снизу. После того, как все высохнет, осторожно ацетоном растворить верхнюю клеевую пленку.

Так постепенно четыре страницы рукописи были почти освобождены от воска. Лишь на второй и третьей оставили небольшие тонкие, крепко держащиеся на деревянной основе восковые участки.

По мере освобождения створок книги от воска каждую из них щетинной кистью и водой очищали от липкой навозной массы, в результате чего выявлялись следы резных знаков и узоров. Сфотографированные в таком состоянии створки далее направляли в лабораторию консервации мокрой археологической древесины Новгородского государственного музея-заповедника. И пока створки книги проходили там необходимые стадии укрепления деградированной древесины, отделенные от них восковые тексты также приводили в порядок. Среди бесчисленного множества восковых обломочков следовало отыскать те, которые могли бы составить дополнение к сохранившимся частям рукописи. Значительная сложность предопределялась тем, что на каждой табличке, особенно на второй, третьей и четвертой, имелись очевидные невосполнимые утраты. Заранее было ясно: какое-то количество восковых кусочков со следами текста будет "плавать".

На отдельных стеклах расположили четыре склеенные восковые таблички, точнее, то, что от них уцелело и нуждалось в восполнении. При этом они были склеены достаточно крупными частями: так удобнее их перево-

стр. 55


рачивать при приклейке к ним дополняющих кусочков. В конце восстановительной работы можно будет склеить эти крупные части в одно целое.

Незаменимым подспорьем в работе оказались канонические тексты 75 и 76 псалмов, специально подготовленные и потом постоянно уточнявшиеся А. А. Зализняком. Они выверялись не только постранично и построчно, но и побуквенно: под каждую страницу под стекло подкладывали бумажный лист с соответствующими словами, благодаря чему было ясно, какой знак и какую букву подыскивать к тому или иному месту утраченного текста. Причем в некоторых случаях припавшие один к другому восковые кусочки сообщали не то слово или не тот знак, которые предполагал текст более поздних списков Псалтыри. Обнаружение таких различий чрезвычайно важно для языкознания. Не менее важным было и то, что с каждым таким, пусть и небольшим открытием полнее можно было распознать особенность почерка человека, некогда владевшего этой книгой. Узнавались также написание и количество знаков, использовавшихся в данной рукописи, а значит, и вообще в славянском мире тысячу лет назад. Пополнявшийся таким образом багаж палеографических сведений в конце концов позволял иногда находить требуемые обломочки воска даже по очень незначительным на них остаткам букв.

Подобный поиск осуществим только при тесном сотрудничестве с языковедом. Более того, здесь сказался весь многолетний опыт реставрации и разностороннего изучения древних берестяных грамот, накопленный в Новгородской археологической экспедиции, в особенности усилиями ВЛ. Янина и АА Зализняка. Если разрывы в бересте можно назвать плоскостными или слоеными, то изломы воска разнохарактерны: то они в виде выпуклых или вогнутых идеально отполированных линз, то многогранны, как некие минералы. Правда, нередки случаи, когда многогранность эта едва заметна, мелкозерниста. Надо пристально вглядываться, чтобы убедиться: составляемые обломочки действительно "встали" на свои места. Не раз я обманывался: и буква соответствовала месту склейки, и общие изгибы, изломы соединяемых частиц, казалось, идеально сходились. Однако по истечении времени собранное, скрепленное место приходилось отклеивать.

Подсказкой в этой работе служили многие внешние признаки, отразившиеся на восковых кусочках. На лицевой их стороне, например, иногда прослеживались, кроме букв, остатки титлов и горизонтальных с порожками междустишных разграничительных линий. Особую группу составили "чистые" восковые обломки. Сборка последних трудна, но и важна, так как на них потом могут быть прослежены не до конца заглаженные следы прежде писавшихся текстов. Значительное количество чистых обломков на четвертой странице удалось, в конце концов, расположить в нужном порядке благодаря тому, что на оборотной их стороне отпечатались следы некогда прорезанных в ковчежце длинных пересекающихся, так называемых клеевых насечек. Подспорьем было и то, что разные по толщине кусочки "намекали" на примерный район первоначального расположения.

Если собираемые по кусочкам восковые таблички, как указывалось, были размещены на четырех специальных стеклах, то для рассыпавшихся обломков и мельчайших частиц мы использовали сначала несколько отдельных стекол, а потом их число сократили до одного. Но в любом случае кусочки воска раскладывали группами по сходству знаков, букв или иных показателей. Особенно было важно не перепутать, где у обломочков верхний, а где нижний край.

Простое вертикальное расположение восковых обломочков в большинстве случаев, исключая участки расслоения, определяли по их оборотной стороне, где сохранялись различимые через увеличительное стекло отпечатки волокон деревянной основы. Но верх-низ следовало выявлять - разумеется, с помощью линзы - по тем следам на лицевой стороне воска, которые были сделаны острием писала. Владелец книги держал пишущий инструмент по отношению к табличке не вертикально, а с наклоном, как мы обычно держим ручку. Писал правой рукой. Значит, острие писала всегда было направлено в глубь воска наискосок справа налево, в результате чего в левой верхней части каждого следа - точки, линии, буквы - получался небольшой восковой характерный валик, гребень, иногда будто оплавленный. Вот по таким, казалось бы, незначительным признакам решался весьма серьезный вопрос: кусочек воска, в заранее верном положении взятый на лопаточку, легче находил свое место на табличке.

Сначала клеем намазывали торцы обломочков. Через несколько минут становилось понятно, удовлетворительно ли они склеились. Если не очень, тогда дополнительно подклеивали с оборотной стороны.

Вся эта работа не терпит суеты. Чем мельче и тоньше кусочек воска, тем сложнее задача его перемещения. Любой восковой обломочек, особенно маленький, ни в коем случае нельзя брать пинцетом. Это, пожалуй, потруднее, чем, скажем, кузнечными клещами перенести с места на место соломинку, не сломав и не раздавив ее. Нужный обломочек воска аккуратно поддевали с правого бока миниатюрной лопаточкой, а левый подталкивали пальцем, или, когда обломочек был слишком мал, деревянной лучинкой. Снятый таким образом кусочек воска со стекла переносили на нужное место.

Очень часто требовалось просто передвигать кусочки, распределяя их по группам. Для этой цели как нельзя лучше пришлась гладкая поверхность стекла. Но были и сложности, связанные, как ни покажется странным, с оседанием на стекле пыли в виде мелких ворсинок. За работой проходили недели, месяцы, и постепенно ворсинок накапливалось столько, что они становились явной помехой. Крепкие по отношению к нежным и легким восковым кусочкам, они цеплялись к ним, путались между ними, не способствуя ни нормальному их снятию со стекла, ни последующей их приклейке. Сдунуть их невозможно: разлетится и воск. При механическом же удалении они волочили за собой обломочки воска - ясность в расположении последних нарушалась. Оставалось одно: все восковые кусочки один за другим перенести на новое чистое стекло. А это занятие долгое и кропотливое, но время от времени оно диктовалось необходимостью.

Если за сутки почти беспрерывного напряженного поиска удавалось подсоединить к какой-либо странице хотя бы крохотный кусочек, то это вое-

стр. 56


принималось не напрасной потерей времени, более того - победой. Необходим был отдых вниманию и глазам. Но проходило время, и свежим взглядом вновь отыскивались восковые кусочки, которыми восполнялись пострадавшие тексты. И все же не нашедших своего места, плавающих обломочков остается много. Последние попытки что-либо прибавить к пострадавшим табличкам целесообразнее осуществлять уже не на стекле, а непосредственно на деревянных створках. В их ковчежцах, как известно, оставались незначительные восковые вкрапления со следами текста. Значит, картина имеющихся текстов будет полнее, и потому возможны какие-то дополнения. Кроме того, в каждом ковчежце сохранились следы деревообрабатывающего резца; они также могут указать на прежнее местонахождение некоторых разрозненных восковых обломков.

Пришло время, когда каждая табличка в виде нескольких крупных собиравшихся до сих пор на стекле кусков может быть склеена воедино. После этого они будут готовы к перемещению в соответствующие ковчежцы. Понятно, что степень полноты табличек различна. Первая собрана почти целиком, утраченные кое-где буквы без особых трудностей мысленно восстанавливаются и не препятствуют прочтению стихов. Заметные утраты остаются в центре четвертой таблички, хотя и дополнений к ней тоже было сделано немало. Но еще больше потерь наблюдается на второй и третьей табличках, при том, что и к ним были дополнены очень значительные участки текста. Склеенные воедино куски рукописи по высыхании образовали крупные массивы, даже величиной с табличку, которые, поддев снизу широкой тонкой лопаточкой или совочком, можно спокойно переносить в ковчежцы. Так осуществилась подготовка к следующему рабочему периоду.

Вспомним, что створки книги в течение нескольких месяцев проходили специальную обработку - вода в деградированной древесине замещалась постепенно отвердевающими полиэтиленгликолями. Особое беспокойство вызывала средняя створка, на обеих сторонах которой оставались недоснятыми мелкие восковые кусочки. К счастью, они сохранились, выдержав все лабораторные испытания. Но была и другая озабоченность. Известно, что не во всех случаях археологические деревянные находки после химической обработки способны сохранить свои первоначальные размеры. Именно такой случай подстерегал нас. Изготовленные в древности из нежной липовой древесины и пострадавшие в земле створки книги после обработки в полиэтиленгликолях дали усадку во всех поперечных относительно древесных волокон направлениях. Створки, а вместе с ними и ковчежцы стали уже изначальных. Значит, надо находить решение, как разместить в них восковые таблички.

Решение такого рода должно быть сопряжено с приведением в порядок всех трех створок. Ведь каждая из них, хотя и прошла известную укрепительную обработку, все же остается в виде разрозненных больших и некоторых маленьких обломков. Кое-где между составляющими частями имеются трещины, зазоры, они нуждаются в восполнениях, возможно, из современной здоровой древесины, или же из древесномучной клейкой пасты, а вероятнее всего, из сочетания таковых.

Означенные трещины, разломы, проходящие в створках сверху донизу, следовало бы в местах стыковки (где нет утрат) просто склеить. Но учитывая усадку створок и необходимость размещения в ковчежцах восковых табличек, трещины придется расширить, подгоняя соответствующие вставки.

Данное решение представляется выгодным для каждой восковой таблички, в особенности, для второй и третьей, в ковчежцах которых от древности остаются наглухо прикрепленными некоторые восковые остатки со следами букв; наконец-то они окажутся в едином поле с родными текстами, собиравшимися на стекле. Кроме того, в итоге будет возможна музейная экспозиция памятника в наиболее близком к оригиналу состоянии.

В ходе восстановительных работ предлагались и другие варианты музейного хранения и демонстрации памятника. Поводом послужили изыскания АА Зализняка на предмет наличия каких-либо следов воскового письма на донцах ковчежцев. По этой причине потребуется с помощью специальных приборов исследовать верхний слой деревянной основы каждой из четырех восковых табличек. Значит, как считает В. Л. Янин, возвращать собранные из кусочков таблички на прежние их места в ковчежцы не представляется возможным, пока не состоятся означенные исследования. А потому склеенные восковые таблички для музейного показа можно расположить на копиях створок, изготовленных из современной липовой древесины. По другому варианту, таблички можно оставить на прозрачном стекле, подложив под них документальные фотографии створок книг.

Таково на сегодняшний день состояние древнейшей славянской рукописи. Завершен первый этап работы - памятник спасен. Но до показа его в музейной витрине, вероятно, еще далеко. Предстоит кропотливая работа по изучению поверхности деревянных ковчежцев, обнаружению возможных следов надписей, оставленных острием писала в тех местах, где восковая заливка была слишком тонка. Осуществление такого исследования возможно лишь при наличии специальной оптической и компьютерной техники.

В 2002 году А. А Зализняк и С. В. Трояновский по приглашению Британской академии наук побывали в Оксфорде в Центре по изучению древних документов. Они познакомились с лабораторными возможностями своих коллег и убедились: подобные условия для изучения деревянных створок Новгородской Псалтыри могут быть созданы и у нас с использованием отечественной аппаратуры.

Новгородский государственный музей-заповедник такую аппаратуру уже приобрел. Она потребуется для изучения древних берестяных грамот, свинцовых печатей и пломб, монет и многих других предметов. Но первым исследуемым предметом будет восковая книга - на рубеже минувших тысячелетий утерянная и на переломе новых двух неожиданно обретенная.


© elibrary.com.ua

Permanent link to this publication:

https://elibrary.com.ua/m/articles/view/Проблемы-Поиск-Решения-ОБРЕТЕНИЕ-НОВГОРОДСКОЙ-ПСАЛТЫРИ-ИЛИ-РЕСТАВРАЦИЯ-ДРЕВНЕГО-ВОСКОВОГО-РУКОПИСАНИЯ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Бельбек ТахумовContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://elibrary.com.ua/Scientist

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

Проблемы. Поиск. Решения. ОБРЕТЕНИЕ НОВГОРОДСКОЙ ПСАЛТЫРИ, ИЛИ РЕСТАВРАЦИЯ ДРЕВНЕГО ВОСКОВОГО РУКОПИСАНИЯ // Kiev: Library of Ukraine (ELIBRARY.COM.UA). Updated: 18.06.2014. URL: https://elibrary.com.ua/m/articles/view/Проблемы-Поиск-Решения-ОБРЕТЕНИЕ-НОВГОРОДСКОЙ-ПСАЛТЫРИ-ИЛИ-РЕСТАВРАЦИЯ-ДРЕВНЕГО-ВОСКОВОГО-РУКОПИСАНИЯ (date of access: 28.07.2021).


Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Rating
0 votes
Related Articles
Превращаясь в пыль, литий неизбежно поднимается в воздух и отравляет все живое вокруг. Самое меньшее, чем грозит литиевая пыль – это слепота. Погибает рыба, питьевая вода становится непригодной для употребления. Кроме того вода является главным ресурсом для добычи лития. Ее катастрофические сокращение отмечают местные жители всех разрабатываемых месторождений.
Catalog: Экология 
21 hours ago · From Naina Kravetz
БОЛГАРСКИЕ СЛУШАТЕЛИ АРТИЛЛЕРИЙСКОГО ОФИЦЕРСКОГО КЛАССА (1901-1914 годы)
Catalog: История 
Yesterday · From Україна Онлайн
ДИНАСТИЧЕСКАЯ ДИПЛОМАТИЯ В РОССИЙСКО-ФРАНЦУЗСКИХ ОТНОШЕНИЯХ 1856-1870 годов
Catalog: Право 
Yesterday · From Україна Онлайн
ФРАНЦИЯ И РАСШИРЕНИЕ ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА НА ВОСТОК
Yesterday · From Україна Онлайн
ЗАРУБЕЖНАЯ ИСТОРИОГРАФИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ ПРАВИТЕЛЬСТВ М. ТЭТЧЕР И ДЖ. МЭЙДЖОРА (1980 - 1990-Е ГОДЫ)
Catalog: История 
2 days ago · From Україна Онлайн
ЛОРД ПАЛЬМЕРСТОН В ЕВРОПЕЙСКОЙ ДИПЛОМАТИИ
Catalog: История 
2 days ago · From Україна Онлайн
ОБЩЕЕ СОБРАНИЕ ОТДЕЛЕНИЯ ИСТОРИКО-ФИЛОЛОГИЧЕСКИХ НАУК РАН
Catalog: История 
2 days ago · From Україна Онлайн
ВАЖНЫЕ АСПЕКТЫ ИЗУЧЕНИЯ ИСТОРИИ США XIX ВЕКА
Catalog: История 
2 days ago · From Україна Онлайн
ИМПЕРАТОР БОКАССА I И ВЛАСТЬ В ПОСТКОЛОНИАЛЬНОЙ АФРИКЕ
Catalog: История 
5 days ago · From Україна Онлайн
СРАЖЕНИЕ ЗА КРИТ В МАЕ 1941 ГОДА
Catalog: История 
5 days ago · From Україна Онлайн

Actual publications:

Latest ARTICLES:

ELIBRARY.COM.UA is an Ukrainian library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
Проблемы. Поиск. Решения. ОБРЕТЕНИЕ НОВГОРОДСКОЙ ПСАЛТЫРИ, ИЛИ РЕСТАВРАЦИЯ ДРЕВНЕГО ВОСКОВОГО РУКОПИСАНИЯ
 

Contacts
Watch out for new publications: News only: Chat for Authors:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Ukraine Library ® All rights reserved.
2009-2021, ELIBRARY.COM.UA is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Ukraine


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones