Libmonster ID: UA-11778
Author(s) of the publication: А. Г. Шляпников

Share this article with friends

11. Опять в Армавире

Вооруженный отряд и дипломатическую миссию мы оставили в Минеральных Водах, остальной отряд благополучно добрался до Армавира. Здесь надо было отобрать и надежных и подходящих для путешествия по степному району автомашин. Это дело я поручил старому механику Н. И. Назарову. С железнодорожной администрацией договорился о предоставлении отъезжающим классных вагонов и платформ для грузовых машин.

В Ставрополь послал в губисполком т. Петрову телеграмму о том, что "за Минеральными Водами путь испорчен местными и чужими станичниками. Георгиевск подвергся налету 600 казаков. Все выступления - плод контрреволюционной провокации. Примите меры в районах, прилегающих к Георгиевску. Как дела в Торговой? Временно остаюсь в Армавире".

Железнодорожники ст. Минеральные Воды сообщили мне уже в пути, что казаки прислали делегатов для переговоров и стрельбу прекратили. Получив такое сообщение, я послал командующему Беленковичу телеграмму, что "в дороге получил сведения, что станицы выслали парламентеров. Сделайте все для разрешения кризиса мирным путем. Много данных о провокации, следует быть осторожным. Требуйте воздействия станичников на тот отряд налетчиков, который в Георгиевске".

1 июля были подготовлены три классных вагона для делегатов и отправлявшихся в Москву состоявших при отряде партийных и советских инструкторов. Автомобили и бензин были размещены на шести платформах.

Т. Матрозова я определил как главу делегации, снабдив его следующим мандатом:

"1 июля 1918 года. Исх. N 244. Армавир.

Предъявитель сего член Центрального исполнительного комитета Всероссийского Совета рабочих, крестьянских, солдатских и казачьих депутатов т. И. И. Матрозов делегируется мною по делам продовольствия в г. Москву. Предписываю всем учреждениям и лицам оказывать т. Матрозову и едущим с ним 23 делегатам неукоснительное содействие по немедленному их продвижению в г. Москву, для чего предоставлять им соответствующий подвижной состав и внеочередное продвижение.

Настоящее мое предписание относится равно как к железнодорожному пути, так и водному.


Продолжение. См. Вопросы истории, 2002, N 7 - 9.

стр. 88


Народный комиссар труда, Общий руководитель продовольственного дела Юга России А. Шляпников.

Член коллегии Народного комиссариата труда, помощник руководителя А. Падэрин".

Ехавшие должны были добиться приема у В. И. Ленина и сообщить ему о создавшемся на Северном Кавказе положении. Ставропольским делегатам, кроме того, я дал письмо к В. И. Ленину. 2 июля все отбыли на Ставрополь.

Ставропольскому же уполномоченному, т. Ермолову, я предложил направить делегацию на Астрахань, для чего отправлял вместе с ними восемь автомобилей.

Из Армавира нам удалось связаться со штабом Калнина в Тихорецкой и получить от него сведения о положении на его фронте. Разговор по прямому проводу происходил днем 1 июля, вот его содержание: "Леонов, начальник оперативной части: На немецком фронте затишье. Как у вас, в Армавире, дела? Прибыл ли к вам Дербентский полк? Великокняжеский фронт. Сводка военных действий 30 июня. На левом фланге от ст. Ильинка без перемен. У Развильной наши продвинулись вперед, противник оказывает слабое сопротивление. У Развильного разъезда весь день шел бой. Нами занято село Павловское. За обладание Николаевкой идет бой. Успешно нашими войсками заняты Ивановка, Сандаты, Ново-Егорлыкская. От неожиданного удара противник бежал, не оказывая сопротивления. У ст. Крученой и в Торговой противник потерял 150 человек убитыми и ранеными. Захвачен автомобиль и 40 лошадей. На вопрос, скоро ли будет очищен путь, и когда будет можно пустить поезда, и есть ли на таковое надежда, по мнению главкома, - не раньше, как через две недели, с исправлениями, так как много взорвано мостов и разобрана линия. Зависит от технической обстановки".

Эта сводка показывала, что главкому Калнину удалось направить удар в тыл противнику, наседавшему на "оборонцев" Медвеженского уезда. Успешное продвижение наших войск от Тихорецкой подавало нам некоторые надежды на восстановление утраченной железнодорожной связи.

Из Минеральных Вод телеграфировали: "Вернулся с боя, жду вашего распоряжения. Эйненкель".

Наш комендант т. Широков связался по прямому [проводу] с Минеральными Водами и вызвал Эйненкеля, запросив у него подробности о положении дела под Георгиевском и Прохладной. Тот ответил: "Насчет Георгиевска ничего неизвестно. Станицы Александрийская и Подгорная взяты нами; оружие казаки сдали. Запросите комиссара Шляпникова, чтобы он сделал распоряжение об отправке меня обратно, так как я нахожусь на станции без дела. Бой мы выдержали, у меня один раненый.

Т. Широков: Мы приедем завтра на Минеральные Воды. 23 часа ночи отправляемся, и лично переговорите с т. Шляпниковым относительно вашего возвращения.

[Эйненкель:] Хорошо".

В тот же вечер нам удалось связаться прямым проводом и с Екатеринодаром, вызвать главного комиссара Чекпрода т. Дунаевского и переговорить с ним. В то время в Новороссийской бухте стояли военные суда германо-турецкого флота. У меня сохранилась запись переговоров, начинающаяся с ответа Дунаевского о германо-турецких судах: "До сих пор в бухте, просят 12 тыс. пудов угля. Даем только до Севастополя. В общем поладим. С Минеральными сообщения нет. Что вам известно? Чувствуем себя по-прежнему. Если не пришлете то, что обещали и зачем поехали, а это можно сделать, так как Вы у Шляпникова, - будет хуже". (Екатеринодарцы просили дать им 5 миллионов рублей. Эти деньги им были отпущены по мандату т. Островской, о чем им и сообщили.) Когда ожидать? Сегодня начинается совещание партии, прибыло свыше десяти (представителей). Приедет ли Падэрин? Спросите Шляпникова, если он тут. Я думаю вместо Кизляра из Минеральных Вод гнать (продовольственные грузы) на Петровск. Его мнение?

стр. 89


Монахов (инструктор ЦИК) в Новороссийске: Лехно (тоже) приехал. Конкретно сделать ничего не удается. Приезжать не нужно, справимся, раз выслали обещанное (деньги). Кто едет с обещанным? Какого числа выехал? Откуда и что вы послали?

Дунаевский: Ничего не понимаю. Кого вы сюда (в Екатеринодар) посылаете? Считаю что это нарушит весь продовольственный план".

В этой фразе скрывается условность. Т. Дунаевский просил денег не для осуществления продовольственного плана, а для подготовки отступления из Екатеринодара и Тамани в полном порядке. Деньги в сумме пяти миллионов были отправлены с артельщиками, под охраной и в сопровождении верных людей, но говорить открыто по телеграфу было неосторожно, поэтому Дунаевский "ничего не понимал" и не догадался.

Причины нашего возвращения из Минеральных Вод в Армавир весьма беспокоили т. Дунаевского, и он просил "говорить прямо, что с Минеральными Водами?"

Как раз в тот же час где-то были перерезаны провода, это бывало тогда часто, и от нас ему отвечали: "Я же говорю, что с Минеральными сообщения нет - порваны провода".

При переговорах присутствовала т. Н. Островская, только что приехавшая из Екатеринодара за деньгами. Наш ответ т. Дунаевскому был:?"Мне Островская уже сообщила то, что хотел спросить у вас. Регистрируйте все проходящие грузы. Немедленно сообщайте мне.

Дунаевский: Съезда в Армавире не будет из-за событий. Ни я, ни Крипов, ни Мержанов, ни москвичи не можем оставить ни на день своих постов. Всего хорошего".

В Екатеринодаре отчетливо понимали опасность создавшегося положения, и готовились к борьбе, и предусмотрительно намечали порядок вывода находившихся под Ростовом и на Таманском полуострове, в районе Темрюка, своих войск.

На 4 июля был назначен съезд уполномоченных Чекпрода, но создавшееся в крае неблагоприятное военное положение не давало уверенности в том, что люди съедутся. Все были заняты мыслями об ограждении государственного имущества, спасении его, кто как мог.

Армавирскому агенту т. Асланову я поручил вызвать меня по телеграфу, как только съедется хоть часть уполномоченных. Ночью на 2 июля мы покинули Армавир и вернулись на Минеральные Воды.

12. В Минераловодском районе

Утром 3 июля часовой сообщил мне, что явилась делегация казаков станицы Александрийской и просит принять ее. Явившиеся трое казаков предъявили документы за подписями местного совета и попросили выслушать их.

По их рассказам, в нападении на Георгиевск их станица не принимала участия. Кто напал, они также не знали и в свою очередь под руководством своего комиссара выставили сторожевое охранение в направлении к Георгиевску на случай нападения на станицу. Они протестовали против внезапного обстрела станицы с броневика и последовавшего затем требования о выдаче всякого оружия, обысков и ограблений, которым подверглись их жилища.

Обвинение их в убийстве каких-то делегатов было напраслиной на них, ибо никаких делегатов они не видели и никого не убивали. Обращаясь ко мне, делегаты просили помочь им именем центра урегулировать дело и посетить их станицу. Я обещал посетить их станицу, если они выполнили все приказания военных властей и помогают исправить железнодорожный путь, ими разобранный. Станичники уверили меня, что все уже сделано. Я запросил т. Беленковича, он подтвердил, и я обещал приехать в станицу, в тот же день, 3 июля, после 2 часов дня. Представители вернулись от меня в станицу, чтобы оповестить станичников. Уходя, они оставили мне постановление общего собрания, состоявшегося утром того же 3 июля.

стр. 90


Случай на ст. Минеральные Воды и столкновения с ближайшими к ней станицами меня очень интересовал: на нем и по нему я хотел выяснить, как и откуда работает провокационная пружина, какие действия Советской власти используются контрреволюционерами - казачьими офицерами, кулаками, попами, торгашами и тому подобными элементами, нашедшими себе приют и привольное житье в станицах, для поднятия станичников с оружием в руках против Советской власти.

Я поручил своим товарищам собрать все материалы, относившиеся к имевшему место столкновению на Минеральных Водах, начавшемуся 30 июня и катившемуся вдоль железнодорожной линии на Прохладную и далее. Мне были доставлены приказы командующего Беленковича и его бронепоезда.

Военные действия в районе начались с налета крупного отряда казаков, численностью до 600 сабель, на г. Георгиевск, расположенный в начале линии на Св. Крест. Разведки никакой не было, и точно никто не знал, откуда появился этот отряд. В районе много было бандитских казачьих и горских вооруженных грабительских шаек, нападавших на хутора, станицы и даже поезда. Подозрения Обычно падали на ближайшие к месту происшествия станицы, поселки, аулы. И в случае с нападением на Георгиевск пятигорские власти решили, что виноваты соседние станицы. Вместо предварительной проверим на месте или путем вызова станичного комиссара или членов совета, начали сразу же с "решительных" действий в виде посылки вооруженных отрядов и бронепоездов для разоружения ближайших станиц. Этим моментом воспользовались контрреволюционные элементы и под видом Самообороны и самоохраны казачества вступили в бой с войсками Пятигорского отдела.

Ход дальнейших событий, на основании документов, развивался следующим образом. Получив от военного комиссара задание подавить банду, напавшую на Георгиевск, командующий войсками начал поход с разоружения станиц Александрийской, Подгорной и Лысогорской, заподозренных в налете на Георгиевск; Сам Георгиевск в лице рабочих и отряда партийцев в это время героически защищался, обороняя расположенный там арсенал.

Нападение бандитов было отбито. Наступления т. Беленковича со стороны Минеральных Вод и т. Егорова из Владикавказа на Прохладную, возможно, оттянули те части казаков, участвовавших в налете, дома которых были в Александрийской, Подгорной и Лысогорской, и этим облегчили положение оборонявшихся товарищей в Георгиевске.

Лишь 30 июня, в день нашего прибытия на ст. Минеральные Воды, командующий т. Беленкович издал обращение "Ко всем казакам и гражданам станиц Александрийской, Подгорной и Лысогорской", в котором писал:

"Приказываю вам с получением сего немедленно выдать все имеющееся огнестрельное нарезное оружие и прекратить всякие военные действия против советских войск, а также и восстание против Советской власти. В противном случае я объявляю вас изменниками Родины и Революции и иду на вас вверенными мне моими войсками.

В случае же исполнения данного приказа казаками и гражданами о выдаче оружия, а также зачинщиков и подстрекателей я с своей стороны от имени вверенных мне войск заявляю, что ни одно насилие или личное оскорбление мною допущено не будет, порукой этому послужит моя честь инвалида. Говорю прямо: мы не идем против казаков, наша задача - борьба с врагами власти трудового народа. Пусть те из вас, кто хочет войны, выделится и выйдет к нам навстречу. Ибо вы не одни в станицах: там есть невинные дети, женщины и старики, а с детьми, женщинами и стариками не ведем мы войну, и вести таковую считаю позором для своего оружия. Срок для выполнения данного приказа даю до 11 часов утра сего 30 июня 1918 года. После чего ответственность за дальнейшие последствия остается на вашей совести. Я сделал все, что должен был сделать перед боем с родными братьями честный солдат. Ваш ответ я получу через ваших делегатов.

Командующий войсками Пятигорского отдела Беленкович".

стр. 91


Вместе с этим воззванием каждой из трех станиц были вручены следующие требования:

"1) Возвращение оружия и освобождение арестованных броневику "Интернационал N 2".

2) Прекращение осады г. Георгиевска и отвод осаждающих частей по своим местам.

3) Не противодействовать восстановлению железнодорожных путей, мостов и линий связи, разрушенных казаками.

4) Прекращение обстрела вспомогательных поездов под белым флагом, а также и всех советских частей.

II. С своей стороны официально заявляю, что с прекращением военных действий я и вверенные мне войска обязуемся не только не производить разоружение мирных станиц, но в случае нападения с какой бы то ни было стороны оказывать всякую помощь.

Примечание: Довожу до сведения казаков и граждан станицы Пятигорского отдела о том, что я назначен Терским народным советом с особыми полномочиями для короткой реорганизации Красной армии и изгнания из нее всех хулиганов и преступных элементов, а также что все советские части, как красноармейские, так казачьи, находятся в моем распоряжении и непосредственном подчинении. Командующий войсками Пятигорского отдела".

Кроме обращения т. Беленковича и предложенного им требования, с особыми приказами и требованиями выступала еще и команда броневика. Мне были доставлены три документа нижеследующего содержания:

"Команда Броневика N 25. 1 июля 1918 года. N 193. Кавказская армия.

Комиссару станицы Александрийской

Предписываю Вам немедленно выслать все население для исправления пути и собрать все без исключения огнестрельное оружие, револьверы, дробовые ружья, винтовки, шашки и кинжалы, арестовать всех контрреволюционеров и держать под арестом до нашего возвращения. Если таковые [предписания] не будут выполнены, то отвечает президиум и совет. После чего будут сделаны повальные обыски и если что найдется, то преступник будет на месте расстрелян. Также должна быть выслана охрана железной дороги. Комиссар Броневика Миронов.

Председатель (подпись неразборчива)".

Из этого документа видно, что команда броневика действовала на свой страх, значительно изменяя и преувеличивая требования, переданные станице накануне. В то время как командующий требовал выдачи нарезного оружия, команда броневика требовала шашки, кинжалы и охотничьи ружья. Последнее требование было способно только обострить отношения с казаками, а самый документ мог быть легко использован контрреволюционерами, что и имело место. Совершенно неуместны были угрозы совету и повальными обысками всему населению - угрозы, способствовавшие объединению всех элементов станицы против отряда.

Второй документ был в том же тоне. Приказ также исходил от команды броневика N 25, также от 1 июля 1918 г., но без номера, хотя и с громким подзаголовком "Кавказская армия", был адресован комиссару станицы Александрийской. В нем писалось: "Согласно Вашего постановления предписываем Вам в десять с половиной часов утра сдать оружие всякого рода, огнестрельное и холодное, бронированному поезду и все население чтобы было выслано для исправления пути. Если таковое не будет исполнено в указанное время, станица обратится в течение одного часа в развалины. Комиссар броневика Миронов. Председатель (подпись неразборчива). Секретарь (подпись неразборчива)".

Получив такое уведомление, население станицы собрало все свои пожитки, скот и ушло в поля. Оставшиеся старики и старухи да члены совета и комиссар станицы собрали разное старое оружие и сдали его броневику. Команда последнего вместе с другими отрядами произвела обещанный "поголовный обыск", также не давший оружия, но породивший очень много

стр. 92


разговоров о том, что во время обыска красноармейцы забирали то, что не было увезено казаками в степи.

После обысков, уже 2 июля, команда броневика N 25 отправила комиссару все той же Александрийской станицы третий приказ:

"Предписываю Вам всех выехавших из станицы жителей приглашать на место жительства. Обстрел производиться не будет лишь только в том случае, если Вы примете на свою обязанность охрану железной дороги и арестуете всех контрреволюционеров, и по возвращении нас привести к поезду и найти тех, кто убил делегатов. Комиссар С. Попов. Секретарь (подпись неразборчива)".

Совет, вернее члены его президиума, и станичный комиссар вернули жителей в станицу и 3 июля устроили общее собрание, на котором вынесли нижеследуюшее постановление: "Общего народного собрания населения станицы Александрийской, Пятигорского отдела Терской области, состоявшегося 3 июля 1918 г. н.ст., [постановление]. Обсуждая приказание комиссара броневика N 25 от 2 июля н/ст. за N 191 относительно: 1) Приглашения жителей возвратиться в станицу, 2) О принятии на свою обязанность охраны железной дороги. 3) Об аресте всех контрреволюционеров. 4) Привести к поезду тех лиц, кто убил делегатов.

Мы единогласно постановили: по первому пункту приказание выполнено, и жители станицы со степи съезжаются в станицу. По пункту второму: охрана железной дороги в юрте станицы Александрийской выставлена с оружием, что же касается пункта третьего и четвертого, об аресте контрреволюционеров, то таковых мы указать не можем именно потому, что события вспыхнувшего пожара войны вытекли не по вине каких-либо единоличных лиц, а произошло это только лишь потому, что произведенным в ночь на 27 июня сего года обстрелом станицы с требованием снесения оружия, без никаких предупреждений, личных или письменных, со стороны властей высшей сферы не было сделано впредь, до получения приказа N 5 командующего войсками Пятигорского отдела товарища Беленковича от 30 июня 1918 г. н. ст., полученного лично от товарища Беленковича нашими делегатами и обнародованного ими нам того же 30 июня в первом часу дня, и ввиду того, что бой разгорелся на два фронта, а главное на фронте Георгиевском, то в короткий момент, при всех наших желаниях, остановить эту братоубийственную бойню мы не были в состоянии, и только 1 июля в 9 часов утра удалось отозвать враждующих и прекратить огонь. Что же касается убийства делегатов, то нам о их приезде как ранее, так и теперь ничего не известно. В силу таких обстоятельств мы, трудовое население Александрийской, просим т. Беленковича и Пятигорский окружной народный совет по данному вопросу назначить следственную комиссию. С станицы же Александрийской снять осадное положение и разрешить трудовому населению выехать на степные работы, так как озимые хлеба и сенокосные поля созрели и требуют уборки.

Для представления настоящего постановления и личного ходатайствования перед т. Беленковичем о снятии осадного положения избираем из своей среды граждан: Петра Коровина, Василия Шипилова, Константина Моисеева и Павла Дуплина, а копии с настоящего постановления этим же делегатам лично представить в Пятигорский окружной народный совет и доставить комиссару броневика N 25.

Ниже следуют девяносто подписей".

Требование о выдаче лиц, убивших делегатов, было основано на полученных, оказавшихся ложными, сведениях о захвате теми же станицами делегатов, отправившихся в Москву на Съезд советов через Святой Крест, на Астрахань.

Эти же слухи, я теперь уже не помню, откуда они были получены, но вызвали и у нас тревогу за судьбу И. И. Матрозова и уехавших с ним 23 делегатов.

Я поручил тогда же, 3 июля, запросить по прямому проводу Ставрополь, что нам удалось. Вот запись этих переговоров, из которых мы кое-что узнали и о военном и внутреннем положении в Ставропольской губернии.

стр. 93


"Я комиссар путей сообщения Пархоменко. Что скажете?

Назаров: Скажите, при каких обстоятельствах отправилась делегация в Москву?

Пархоменко: На Петровское Ставропольской губернии], а потом лошадьми на Астрахань. Это поехал комиссар путей сообщения. Это выехала не вся делегация а только часть.

Назаров: Где находится т. Матрозов?

Пархоменко: Не знаю.

Назаров: До нас дошли сведения, будто бы он был арестован.

Пархоменко: Собственно, я этой личности не знаю.

Назаров: Секретарь Всероссийского совета профсоюзов, член ЦИКа, который должен был отправиться с вашей делегацией.

Пархоменко: Из делегации никто не был арестован. Вальяно вернулась. Остальные уехали.

Назаров: А действительно ли что-либо случилось с делегацией?

Пархоменко: Я думал, что касается специально путей сообщения, а о делегации подробно может сообщить вернувшаяся Вальяно, которая придет минут через 15.

Назаров: Попросите ее сюда.

Вальяно: Я комиссар просвещения, Вальяно.

Назаров: Скажите, что с т. Матрозовым? До нас дошли слухи, что он арестован.

Вальяно: Об этом я ничего не знаю. Из Ставрополя он выехал на трех грузовиках на Астрахань.

Назаров: Вместе с делегацией?

Вальяно: Да, вместе с делегацией.

Назаров: Имеются ли какие сведения о дальнейшей их поездке?

Вальяно: Никаких сведений не имеется.

Назаров: Что нового в Ставрополе?

Вальяно: Все то же; нового почти нет. В каком смысле спрашиваете? О положении на фронте или в политическом?

Назаров: И в том и другом.

Вальяно: Положение на фронте улучшилось. А внутреннее положение все по- старому. В связи с повальными обысками и арестами было много недоразумений, расстрелов. Было вынесено постановление губернским исполкомом о прекращении самовольных арестов, обысков и расстрелов.

Назаров: А почему вы вернулись от делегации?

Вальяно: Считала поездку более 500 верст по Астраханской губернии этапичной (так в тексте. - Ред.). Не зная детальной дороги. Считаясь со старым положением политическим в Ставрополе и отъезд всех членов исполкома, за исключением президиума, с целью агитации по уездам.

Назаров: Далеко ли вы доехали? И вместе ли вы выехали с Матрозовым?

Вальяно: С Матрозовым выехала из Армавира, доехали до Ставрополя вечером этого же дня. В их распоряжение поступило три грузовых автомобиля, с которыми они и выехали, а о дальнейшем ничего не знаю.

Назаров: Значит, у вас нет сведений, что они арестованы?

Вальяно: Нет никаких.

Назаров: Проверьте в штабе Красной армии и если это верно, то чтобы освободили их немедленно.

Вальяно: Хорошо, исполню. А имеются ли у вас сведения, где именно арестован Матрозов?

Назаров: Имеются туманные сведения. Места не знаю, даже приблизительно не знаем.

Вальяно: Наведу справки и сделаем все для его освобождения, в случае если эти слухи подтвердятся.

Назаров: Тогда сообщите нам Минеральные Воды".

Мы успокоились лишь тогда, когда получили сообщение от Ставропольского уполномоченного Ермолова, провожавшего делегатов, в котором он

стр. 94


писал: "Приехал благополучно. Отправил на трех автомобилях часть отряда. Сейчас выезжаю Сам. В Ставрополе все спокойно. В уездах есть недоразумения с мобилизованными. Приняты соответствующие меры. Все автомобили Чекпрода расходуются на военные нужды. Надо ли высылать Шляпникову (в тексте пропуск для неразобранного слова. - Ред.)? Куда высылать, отвечайте. Чувствую себя тоже неважно".

Под вечер я решил поехать в станицу Александрийскую, на общее собрание станичников. До ст. Виноградной мы поехали поездом, захватив с собой на платформе автомобиль. Для сопровождения в пути и в станице я предполагал взять кого-либо из отряда стоявших там войск т. Беленковича, но никто из них без оружия ехать туда не соглашался. Вооруженная же охрана нам не была нужна. Сопровождать меня поехали А. Н. Падэрин, Н. И. Назаров, Б. Д. Пинсон.

У въезда в станицу нас встретил старик-казак с хлебом и солью на подносе, покрытом самодельным полотенцем. Поздоровались, познакомились с членами совета, комиссаром станицы - казаком-фронтовиком средних лет.

Открыли собрание прямо на площади. Слово дали мне.

Я начал свою речь с выражения сожаления о напрасно пролитой крови, предостерегая казаков от той провокации, которую сеяли среди них враги трудового народа, сторонники старых порядков. Происшествие под их станицей было ярким примером той злой провокации, которая столкнула часть их граждан с войсками и местной властью.

Затем я рассказал казакам и казачкам, загорелым на полевых работах, но по случаю собрания принарядившимся, о том, как живут крестьяне и рабочие в центре, о голоде, который создали помещики и капиталисты своей борьбой против народной власти.

Чутко прислушивались казаки и к тому, что я говорил о внешней политике, о причинах, побудивших нас заключить "похабный" Брестский мир.

После меня выступали другие, говорили и сами казаки. В общем собрание прошло хорошо, и мы благополучно вернулись обратно. Из станицы приехал с нами их делегат, который настаивал на необходимости расследовать события, просил вернуть холодное и охотничье оружие, а также снять осадное положение.

Я отправил станичного делегата вместе с нижеследующим письмом к представителю Терского областного народного совета т. Иванченко.

"Препровождаю к Вам представителя станицы Александрийской, предлагаю немедленно прекратить отбирание холодного оружия, а также выяснить совместно с т. Беленковичем возможность возвращения и охотничьих ружей. Лично предлагаю их отдавать под ручательство местного комиссара.

Для выяснения причин волнения предлагаю Пятигорскому окружному народному совету назначить следствие, в коем Вам необходимо иметь своего представителя.

Лично выступал на собрании, впечатление хорошее.

Все просят о снятии осадного положения для полевых работ; полагаю, что это необходимо удовлетворить немедленно, так как такое состояние мешает сельскохозяйственным работам.

Ответ прошу сообщить по телеграфу.

Холодное оружие отбирается вопреки приказа командующего Беленковича.

Виновникам сделать строгое внушение. Кроме того, еще раз прошу принять меры против ограбления.

Народный комиссар труда А. Шляпников".

Одновременно я отправил письмо Пятигорскому окружному совету, в котором писал, что "события последних дней в станице Александрийской требуют строгого расследования. Поступившие ко мне устные и письменные заявления заставляют меня предложить Вам немедленно организовать следственную комиссию. Буде окажутся виновными провокаторы, подстрекатели или бестактные представители власти, предать Революционному суду. Результат следствия сообщите мне.

Народный комиссар труда А. Шляпников".

стр. 95


Исполнительный комитет Пятигорского окружного народного совета еще 1 июля обсуждал создавшееся в станицах округа положение и по докладу представителей станицы Незлобной принял следующее постановление: "Заслушав доклад представителей станицы Незлобной о положении в станице Незлобной, постановили:

1) Созвать отдельный съезд для выработки мер к улажению конфликта.

2) Послать делегатов к командующему войсками Пятигорского округа Беленковичу и комиссару Терского народного совета Булле с предложением прекратить военные действия в связи с созывом съезда, если это возможно по стратегическим соображениям.

3) Для командировки в качестве делегатов к Беленковичу и Булле единогласно избраны Блок и Фридирко".

Ограбления, против которых я просил принять меры, производились проникавшими в отряды нечестными армейцами. Повальные же обыски, особенно после боев, во время которых население разбегалось или бывало на полевых работах, производимые отрядами, давали легкую возможность преступным элементам пользоваться чужой собственностью в личных целях. Их проделки ложились пятном уже на весь отряд. Да и отряды, бывали случаи, выходили из повиновения начальников, своевольничали.

На почве этого своеволия произошел в те дни серьезный конфликт между командующим войсками Пятигорского округа Беленковичем и чрезвычайным военным комиссаром г. Пятигорска т. Анджиевским. Г. Г. Анджиевский, будучи членом Пятигорского комитета РКП(б) и чрезвычайным военным комиссаром города, занялся подготовкой к обороне Пятигорска и взял решительный тон в борьбе с хулиганством, распущенностью как отдельных граждан, так и недисциплинированностью и своеволием некоторых воинских частей, находившихся в подчинении т. Беленковича. Издал приказ, которым ограничивалась власть командующего в городе.

Т. Беленкович выступил против распоряжений т. Анджиевского и отправил телеграмму в окружной народный совет, в которой писал:

"Объявляю гражданам г. Пятигорска о том, что изданный приказ N 5 за подписью "Чрезвычайного военного комиссара Анджиевского", коего я не назначал и не уполномочивал, - аннулируется и не подлежит выполнению. Командующий войсками Пятигорского округа Беленкович".

Эта телеграмма т. Беленковича вызвала глубокое возмущение в совете и подозрения, что в лице командующего они имеют авантюриста типа Автономова, а поэтому решили выступить против него публично.

На заседании исполнительного комитета Пятигорского совета 6 июля эта телеграмма подверглась обсуждению, и принятое решение в тот же день было опубликовано в виде протокола. Из этого протокола видно, как сильно реагировал на телеграмму руководящий орган Пятигорска.

"Протокол N 48 заседания исполнительного комитета Пятигорского совдепа от 6 июля 1918 года.

Исполнительный комитет, заслушав телеграмму командующего войсками Пятигорского округа гражданина Беленковича, направленную в окружной народный совет, об аннулировании приказа N 5 чрезвычайного военного комиссара г. Пятигорска т. Анджиевского, постановил: выразить энергичный протест по поводу вмешательства командующего войсками в деятельность городского военного комиссара, отвечающего в пределах города только перед исполнительным комитетом Пятигорского совдепа. Исполнительный комитет подтверждает приказ N 5 чрезвычайного военного комиссара и заявляет, что он не допустит никакого вмешательства в дела совета.

Исполнительный комитет требует от Терского народного совета отозвания командующего войсками Пятигорского округа гражданина Беленковича, как игнорирующего Советскую власть.

Исполнительный комитет обращается ко всем совдепам Терской области с предложением присоединиться к протесту против действий Беленковича.

стр. 96


Мы верим, что все советы, заботящиеся о сохранении авторитета Советской власти, единогласно присоединятся к нашему протесту.

Тов. председателя совета Купцов.

Секретарь В. Молодов".

Этот протокол мне доставили члены народного совета Терской области, кажется т. Бутырин и Иванченко, на другой день, 7 июля.

Исполнительный комитет принципиально был прав в этом деле. Телеграмма т. Беленковича имела антисоветский запах: советская конституция не давала прав командующему "назначать" комиссаров исполкома. Наоборот, командующие назначались исполкомом или его военным органом.

Но я считал, что делать из этого случая областной скандал, да еще во время военных операций, дело опасное. Нужно было воздействовать на т. Беленковича, но иным путем, а не открытым призывом ко всем советам области заклеймить его действия. Поэтому я решил принять все зависящие меры, чтобы локализовать конфликт, если не ликвидировать его полностью. С этой целью я отправился 8 июля в г. Пятигорск и пригласил к себе в вагон председателя совета и т. Анджиевского.

Но на мое приглашение откликнулись и другие партийные и советские деятели Пятигорья того времени. На совещание в вагон пришли товарищи Иванченко, Анджиевский, Гиловерин, Блок, Кофанов, Козюра, Никитин и двое товарищей, фамилии которых начинались на буквы "З" и "Р", но разобрать в сохранившейся у меня записке я не мог. Во время этой встречи мы обсудили вопросы, связанные с организованной т. Анджиевским обороной Пятигорска, вполне одобрили их, а затем перешли к рассмотрению и конфликта, возникшего с Беленковичем.

Со всеми собравшимися товарищами я имел длительную беседу в присутствии тт. Пинсона, Падэрина, стараясь рассеять подозрения пятигорцев относительно Беленковича, к которому за неделю пребывания в полосе военных действий я успел присмотреться, внимательно следя за его действиями. В нем было много партизанской удали, когда он покидал на своего начальника штаба руководство последним и сам шел в цепи или в гуще наступавшей колонны. Но это импонировало, ободряло рядовых бойцов: сам командующий шел, вернее, ковылял с ними на деревянном костыле.

Но он страдал также и болезнью того времени, партизанщиной, когда не считался с интересами революционного дела в целом, а подчинял его лозунгу "все для войны" и вмешивался в дела железнодорожные, советские, продовольственные. Забирал вагоны, "реквизировал" у советских же организаций их товары и, наконец, дошел до конфликта с исполкомом.

Г. Г. Анджиевский - душа Пятигорской организации РКП (б), понимал, что многое из действий т. Беленковича и его вольницы способно скорее вредить организации Советской власти в районе, чем обеспечить ей путь, и, будучи по натуре агитатором и пламенным борцом, он взял на шит своего же командующего, вместо того, чтобы вызвать его в совет или в комитет РКП (б) и там указать ему правила поведения советского деятеля и место в советской системе.

Случай с т. Беленковичем и поведение его отрядов и команд в районе Минеральных Вод свидетельствовали об отсутствии партийного влияния как на командный состав, так и на красноармейцев. Только это обстоятельство порождало такое положение, когда бойцы за дело Советской власти превращались в командиров над ней.

Все эти мысли я высказал товарищам и попросил их не делать дальнейших шагов, дискредитирующих т. Беленковича в тот момент, когда он руководит операциями против казаков, очищая железнодорожный путь через Прохладную. Если же товарищи и Пятигорский комитет находят, что совместная работа их с Беленковичем невозможна, тогда давайте другого командующего, проведем его назначение, а Беленковича отзовем.

На последнее они ответили, что своего кандидата у них нет и его должен дать Терский народный совет или Совнарком, находившийся во Владикавка-

стр. 97


зе. Все соглашались с моими соображениями о вреде, какой может произойти от продолжения борьбы с Беленковичем в момент боевых действий, но оговорились, что последнее его выступление показало способность на авантюры.

Я не отрицал, что поведение Беленковича может дать повод к подобному подозрению, но считал его мало основательным, так как его выступление ограничилось посылкой телеграммы и никаких других мер против Пятигорского совета или шагов к ним Беленковичем не было сделано. Кроме того, я лично и через партийных работников своего отряда имел наблюдение за действиями и Беленковича и его отрядов, обещая со своей стороны полную поддержку Пятигорскому комитету РКП(б) в случае повторения Беленковичем выступлений против окружного совета или исполкома, не останавливаясь и перед арестом его.

Мое заявление вполне удовлетворило товарищей, и они дали мне обещание не делать со своей стороны никаких дальнейших шагов по организации общественного или советского протеста против командующего.

С т. Беленковичем я имел по этому случаю длительную беседу, в которой доказал ему неуместность его выступления, ошибочность его по существу и опасность, которую она [его телеграмма] содержит, если стать на тот путь, который она подразумевает. Он защищался ссылкой на свои полномочия, данные ему Терским совнаркомом. Я предупредил его, что все полномочия должны вмещаться в советскую систему, а не игнорировать ее, что Пятигорская организация и исполком присматриваются к нему с опаской и он должен оправдать их доверие.

Т. Беленкович, видимо, и сам не ожидал, что его непродуманная телеграмма в окружной совет будет иметь такое последствие, и с возмущением отвергал подозрения о каких-то его авантюристических замыслах.

Я рекомендовал ему подтянуть и свои команды, наблюдать за их действиями не только во время боя, но и после него, когда противник побежден и начинаются охранительные действия. Именно последние действия вызывали протесты населения и порождали возмущения.

Урок, данный т. Беленковичу, не пропал даром. Он взялся энергично за чистку своих частей, поскольку боевая обстановка это позволяла. Сам он не напоминал уже о своей телеграмме и вел себя по отношению к совету весьма корректно.

Приказ N 5 т. Анджиевского (к сожалению не сохранился у меня) вызвал запрос казачьей фракции Терского народного совета во Владикавказе еще до выступления против него т. Беленковича, на заседании 28 июня. Вот что находим мы в отчете об этом деле:

"Представитель казачьей фракции, Бадаев, выступает с внеочередным заявлением.

В Пятигорске, говорит он, объявлено военное положение, некто Анджиевский облечен чрезвычайными полномочиями, и за его подписью опубликован приказ, в котором он грозит расстрелом всем хулиганам, пьяницам, провокаторам и контрреволюционерам. Казачья фракция полагает, что военное положение может быть объявлено только областной властью. Если же каждый начальник округа будет самостоятельно вводить у себя военное положение, то у нас ничего не получится. А затем эти расстрелы, без суда, по единоличному распоряжению каких-то лиц, могут создать большие недоразумения. Среди расстрелянных могут оказаться и невиновные люди.

С ответом на запрос казачьей фракции выступает комиссар внутренних дел т. Фигатнер.

Я хочу, говорит он, коснуться событий в Пятигорском отделе. Месяца два тому назад, когда покойный т. Буачидзе выезжал в Пятигорск для ликвидации Нижевясовских банд, мы встретились в Минеральных Водах с т. Автономовым. С его участием было устроено совещание в Ессентуках, где, между прочим, впервые нам встретился полковник Шкуро. Он был приглашен т. Автономовым для организации партизанских отрядов, которые должны были действовать против немцев и гайдамаков.

стр. 98


Однако очень скоро в районе Кисловодска стали появляться какие-то небольшие контрреволюционные банды. Ввиду подозрительности поведения Шкуро он был арестован Кисловодским совдепом и препровожден во Владикавказ.

Шкуро заявил т. Буачидзе, что он не виновен нисколько и не имеет никакого отношения к контрреволюционной работе, что он дает честное слово в этом и просит его освободить. К сожалению, т. Буачидзе поверил тогда ему и отпустил его на все четыре стороны. Шкуро заявил, что он поедет к Автономову, а сам очутился в Боргустане, где стал организовывать партизанские отряды.

27-го утром его отряды окружили Кисловодск со стороны станицы и со стороны Боргустана, ворвались в город и заняли его. Есть слухи, что они расстреливали красноармейцев, но, повторяю, это пока не проверено. Но установлено, что несколько членов совдепа расстреляно.

Сейчас отряды Шкуро находятся в 10 верстах от Ессентуков, причем вся станица переселилась в горы. Роль казаков ст. Кисловодской неизвестна, но в нападении на г. Кисловодск они принимали участие.

Пятигорский совдеп принял все необходимые меры для борьбы с контрреволюционными бандами. Если там действуют отряды авантюриста, изменившего своему честному слову, если там создалась угроза Советской власти, то как мог совдеп не объявить военного положения? Если там банды расстреливают членов совдепа, то ничем иным, кроме [как] угрозой полевого суда и расстрела совдеп ответить не мог. Советская власть должна быть беспощадной в подавлении контрреволюционного мятежа. После т. Фигатнера выступил и дал объяснения военный комиссар т. Бутырин.

Я немного опоздал и не слышал запроса казачьей фракции. Но из смысла ответа т. Фигатнера понял, в чем дело. И дополнительно сообщу следующее. Т. Анджиевский получил чрезвычайные полномочия отсюда. Несмотря на тревожное положение, он не сразу объявил военное положение, а все время ставил нас в курс событий. Я сам ему говорил, что пока военного положения не вводи, но если надо будет, то введи хоть раз осадное положение. Вы знаете, что произошло с Пятигорским отделом, и если бы Анджиевский не ввел военного положения, то задача областной власти была бы наказать его за бездействие. Вот каково положение вещей. Там оперирует небольшой отряд кубанских казаков, но с ними если не все станицы, то определенная их часть.

Валиев: Если там действуют отряды Шкуро, то почему расстреливать пьяниц, хулиганов, контрреволюционеров и т.д.? Вот на какой запрос мы не получили ответа. А если надо защищать отечество, то, конечно, можно вводить и военное положение.

Председатель т. Богданов: Я отвечу вам. Туда послан отряд Беленковича, и он им подтвердит или не подтвердит распоряжения Анджиевского. Ему даны все полномочия на основании чрезвычайных полномочий, которыми народный совет облек Совет народных комиссаров. Что же касается приказов Анджиевского, то как можно защищать отечество среди пьяни и хулиганов. Вы знаете, что в тревожные моменты с этим злом борются особенно строго.

Григорьев (казак): Какие полномочия даны Беленковичу?

Богданов: Неограниченные.

Григорьев: Даже больше полномочий Анджиевского?

Богданов: Да, неограниченные. По поводу незаконных действий Беленковича, если таковые будут, вы можете входить с запросом в народный совет.

Букановский (казак): Я поддерживаю заявление казачьей фракции, ибо, по нашим сведениям, к отрядам Шкуро присоединилась только малая часть терских казаков. Поэтому все эти неограниченные полномочия могут создать недоразумения.

Богданов: Вы знаете отлично, что Советом народных комиссаров приняты еще меры предосторожности на этот случай. Туда командирован член

стр. 99


Совета народных комиссаров т. Иванченко вместе с представителем вашей фракции.

Букановский: Значит, им предоставлено право контролировать действия Беленковича?

Богданов: Да, т. Иванченко для общего наблюдения.

Валиев настаивает на том, чтобы была вынесена резолюция по запросу казачьей фракции.

Богданов: По наказу, внеочередное заявление даже не обсуждается. Кажется, вам было ясно сказано, что все меры приняты. Мы послали туда даже комиссара, хотя сил у нас здесь немного".

Казаки лучше, чем т. Беленкович, поняли, против кого направлен приказ т. Анджиевского, поэтому и обрушились всей силой на него.

Все станицы около Минеральных Вод: Александрийская, Подгорная, Лысогорская, Незлобная, г. Георгиевск и станица Георгиевская отозвали своих казаков, выдали оружие, подчинились.

Город Георгиевск, население которого пережило осаду, пострадал от грабежей, имел жертвы убитыми и ранеными. Арсенал отстояли, казаки не смогли одолеть защитников его; угрожаемые с тылу Беленковичем, отступили.

13. В Георгиевске

Город Георгиевск до моего приезда был подчинен по всем вопросам заготовки хлеба ставропольскому уполномоченному Чекпрода. Уполномоченный отделения Чекпрода в Георгиевске имел своего агента во Владикавказе. Между представителями Чекпрода и терскими представителями власти происходили столкновения, дело доходило до взаимных угроз предания суду и т.п.

Еще во время пребывания в Ставрополе я получил телеграмму от георгиевского уполномоченного Елина, следующего содержания:

"Сообщаю полученную на мое имя телеграмму из Владикавказа:

"В силу предоставленной властью областным компродам права отвода агентов Чекпрода вы не можете считаться таковым в пределах Терской республики до утверждения вас комиссаром. Предлагаю вам отменить все ваши распоряжения, касающиеся Терской республики, не делать таковых распоряжений впредь до выяснения вопроса о вашем назначении. Неподчинение повлечет предание суду военно-революционного трибунала. Председатель Совнаркома Пашковский. Комиссар продовольствия Элердов", в силу коей вынужден временно действия в Терской области приостановить, несмотря на то, что хлеб, вывозимый из Ставропольской губернии, находится на станциях территории Терской области. Прошу срочно указаний. Чекпрод Елин".

Надо было на месте выяснить положение, урегулировать взаимоотношения, а также распорядиться относительно контроля за агентами Чекпрода, разосланными тт. Якубовым и Дунаевским без всякой системы, ездившими без дела и без контроля в отдельных вагонах и т.д. Т. Елину я поручил проверку всех путешествующих продовольственников.

Всероссийская здравница - Пятигорск, Железноводск, Ессентуки, Кисловодск - предъявляла требования на продукты. Продовольствие требовалось и во Владикавказ, и в Грозный. Надо было дать указания уполномоченному Чекпрода, как действовать. Для Пятигорска и других курортных мест, которые были использованы как места лечения наших раненых, нужно было выдать продукты. Я дал письменное распоряжение:

"Уполномоченному Чекпрода Георгиевского отделения т. Елину. Ввиду особых условий, предлагаю изъять из общего правила для Терской области и включить Пятигорский отдел Терской области в наряд снабжения, но при непременном выполнении следующих условий: 1) введение карточной системы, 2) содействие Чекпроду в борьбе со спекуляцией, как на границе Ставропольской губернии, так и внутри отдела, 3) принятие на учет всех хлебных запасов, 4) норма пайка не должна превышать 3/4 фунта печеного хлеба или

стр. 100


1/2 фунта муки на человека, 5) все товары, могущие служить предметом обмена на хлеб, должны быть немедленно взяты на учет.

Народный комиссар труда, общий руководитель продовольственного дела Юга России А. Шляпников.

Член коллегии Народного комиссариата труда, помощник руководителя А. Падэрин".

[Отдал также распоряжение:] как только откроется путь на Каспий - направлять хлеб по обеим линиям - на Моздок и Беслан, на Кизляр и Грозный, но не скоплять его в районах Кубани и Ставрополя.

Все эти вопросы мы решили в Георгиевске, только что выдержавшем казачью осаду.

Нужно было удовлетворять хлебом и войска, боровшиеся с казачьими бандами. В нашем распоряжении находилось некоторое количество сахарного песку, который был тогда уже большой редкостью. Мы уполномочили т. Елина выдать сахар Пятигорскому отделу по списку больных, отпустили в распоряжение совета некоторое количество сахара и для аптек. Ему же предложили удовлетворить требования войск на хлеб и сахар.

Осада объединила вокруг Георгиевского совета не только небольшие пролетарские элементы, но и прочую бедноту города, которая также выступила против казаков с оружием в руках.

В городе мы имели беседы с партийцами, с членами совета и работниками профессиональных союзов. Отогнав казаков от города, все они продолжали свое дело. Сама вооруженная борьба становилась почти повседневным явлением.

Перед самой осадой г. Георгиевска в нем состоялся областной съезд профессиональных союзов. На съезде были рассмотрены вопросы борьбы с безработицей, постановки культурно-просветительной работы, рабочий контроль, организация отделов труда при советах и другие. Работники профдвижения подробно ознакомили нас с работами съезда, прошедшего под влиянием большевистских идей, отклонившего попытки социал-демократов меньшевиков повернуть его на путь "нейтралитета" к Советской власти. В качестве доказательства солидарности терских организованных рабочих с большинством объединенных профессиональными союзами пролетариев нашей страны представители профсоюзов вручили нам решения съезда.

По вопросу о безработице съезд принял решение, по которому успешное преодоление ее обусловливалось "созданием строго обдуманного и жизненного плана последовательных и широких мероприятий в духе социалистического строительства народнохозяйственной жизни, направленных к восстановлению и поднятию производительных сил страны" 1 .

Кроме этого общего положения, съезд рекомендовал ряд [таких] мер, как объединение и расширение местных предприятий, организация ремонтных мастерских, сооружение гидростанций и т.п.

Особое внимание уделил съезд постановке культурно-просветительной работы, рекомендовал организовывать на местах ячейки и образовательные комитеты.

Решение съезда о рабочем контроле требовало введения его в действие "во всех отраслях промышленности и народного хозяйства, согласно Положения рабоче- крестьянского правительства о рабочем контроле" 2 .

В целях охраны труда в промышленности и сельском хозяйстве съезд считал нужным организацию при советах рабочих, крестьянских, красноармейских, казачьих депутатов отделов труда 3 .

Все принятые съездом решения свидетельствовали о том, что передовые организованные пролетарии Терека не противопоставляли и не обособляли своих интересов от Советской власти, а шли в ногу с ней во всех вопросах.

К сожалению, многие подробности, рассказанные нам в Георгиевске, о работах этого интересного рабочего съезда не сохранились ни среди документов, ни в памяти.

стр. 101


14. На всероссийской здравнице

За время пребывания в Минеральных Водах я вместе с помощником и рядом политических работников несколько раз посещал Пятигорск, Кисловодск и Ессентуки. Везде знакомились с положением дела и с состоянием лечебного государственного хозяйства.

Во всех этих лечебных местах было много бывших солдат, лечившихся от контузии, ранений и болезней империалистической войны. Многие санатории были переполнены ими. Красноармейцев, раненых и больных, было мало по сравнению с другими категориями лечившихся. Во всех этих городах, и особенно в Пятигорске, было много офицеров, военных чиновников, ожидавших движения, но не минеральных вод. В особняках жили старые владельцы, буржуазные гости слетались к ним со всех концов центральной России.

Кавказскими минеральными водами и лечебными заведениями ведал тогда уполномоченный Высшим советом народного хозяйства т. Ершов. Он и познакомил нас с положением курортов, а также со своей работой по реорганизации управления курортами. Работа, проделанная им и его ближайшими помощниками, была полезная, заслуживала одобрения и поддержки, которую мы ему и оказали там.

Доклад обо всем этом он составил мне и письменный, также на имя президиума ВСНХ 4 .

Советские и городские власти Кисловодска устроили в нашу честь вечер в помещении "Гранд отеля". На вечере выступали с боевыми речами местные деятели, в том числе и городской голова, отразившие налет банды полковника Шкуро. Следы битвы виднелись на зданиях Тополевой аллеи. Жертвы налета были уже похоронены - их было 19 убитых; 40 раненых лежали в госпиталях. Мы посетили их.

Кругом бурлили вспышки восстания: на равнинах поднимались казаки, в горах вооружались кабардинцы, карачаевцы. Все готовились решать вековой спор о земле с оружием в руках. И все прогулки по ближайшим горам - на Машук в Пятигорске, на Красное Солнышко, на Синие Камни и Лермонтову скалу в Кисловодске - можно было совершать лишь с винтовкой за плечами: чужаку там угрожала бандитская рука.

В Кисловодске мы подробно узнали, как началось выступление полковника Шкуро. Первый набег его был на ст. Боргустанскую, от которой он потребовал мобилизации двухсот всадников с оружием для борьбы с Советами. В это время весь его отряд не превышал 80 всадников кубанских казаков.

Когда станичные власти сообщили о появлении Шкуро в Боргустанскую станицу и в Пятигорск, оттуда были направлены против Шкуро войска. Некоторые элементы станицы воспользовались набегом Шкуро и выразили пожелание организовать из казаков для защиты Советской власти отряд в 300 всадников. Это предложение поддержал присутствовавший в станице председатель Окружного народного совета Радзевич и внес добавление, чтобы отряд был не только из казаков, но и красноармейцев. На этом и порешили. Числа 23 июня была сформирована первая сотня. В нее вошли 90 казаков и 8 красноармейцев. Этот отряд выступил утром на поиски Шкуро.

В дороге командир сотни повел агитацию за присоединение к отряду полковника Шкуро. Один из красноармейцев убил из винтовки командира. Тогда казаки, обнажив шашки, бросились на красноармейцев, двоих зарубили, третьего ранили, у одного в это время взорвалась бомба, и он был ею убит, четверым удалось спастись. Казаки ушли к Шкуро.

После этого все население ст. Боргустанской было обезоружено.

Заходил Шкуро еще в Суворовскую и Бекешевскую станицы, требовал мобилизовать казаков, а 27-го напал на Кисловодск, увел за собой часть казаков станицы того же имени. Выбитый из Кисловодска, ушел в горы по направлению к Баталпашинску. Видимо, некоторые части его отряда орудовали под Ессентуками, пытались 28-го взять город, но были отбиты. К нача-

стр. 102


лу июля в его отряде насчитывалось до 1000 сабель, преимущественно кубанцев, и лишь незначительная доля из них были терцы. Так начал свою бандитскую карьеру кубанский герой белогвардейщины.

Политический и административный центр был в Пятигорске. Окружной народный совет там развивал большую работу, стараясь объединить вокруг себя все трудовое казачество и иногородних. Но эта работа в конце июня была сорвана бандитским выступлением Шкуро. Это выступление было заклеймено советской частью, лучшей частью передового казачества Пятигорского округа в воззвании следующего содержания:

Воззвание Казаче-крестьянской фракции Пятигорского окружного народного совета.

"Дорогие станичники, казаки и крестьяне! Ваши избранники при Пятигорском окружном народном совете в казачье-крестьянской фракции, учитывая все невзгоды и лишения, выпавшие на долю казаков и крестьян за время войны и междоусобицы в стране, полагали начать работу в окружном совете при мирной обстановке и всю свою деятельность направить по пути полнейшего умиротворения в крае, ибо только в этом случае возможна плодотворная работа в интересах всего трудового народа.

Вполне рассчитывая на вашу поддержку, избранная вами окружная власть, сплотив свои ряды, в ближайшем будущем надеется избавить население всего нашего края от нашествия разного рода банд и хулиганов, будь это контрреволюционеры или всуе прикрывающиеся революционными лозунгами, и затем немедленно призвать все население к сотрудничеству, чтобы возможно скорее добиться улучшения экономического состояния нашего края.

Так думают люди, проникнутые истинным желанием честно трудиться. Так думали вы на первом демократическом съезде в Пятигорске. Так полагаем и мы - ваши избранники.

Но не так думают другие люди, желающие бесконечной крови и смуты. Темные силы мутят народ, расстраивают сплоченные ряды трудового казачества и безжалостно толкают его на братоубийственную войну, никогда не могущую принести трудовому народу нужного успокоения и порядка.

Под станицей Боргустанской с бандой хулиганов, частью из казаков-кубанцев и частью из одураченных горцев, появился какой-то авантюрист Шкуро, потребовал от станицы, под угрозой расстрела в случае неисполнения требования, двести лошадей, двести винтовок и сто казаков. Об этом Боргустанский станичный народный совет немедленно донес Пятигорскому окружному народному совету, которым и принимаются соответствующие меры к самому беспощадному подавлению злонамеренной затеи бандита Шкуро, которая немедленно будет подавлена, чего бы это ни стоило окружному совету, и участники ее понесут самое беспощадное наказание.

Не в том дело, граждане станичники, казаки и крестьяне, что появляются бессовестные бандиты, Шкуро и ему подобные авантюристы, а в том, что эти безрассудные попытки производятся о расчетом на поддержку населения, с каковой целью распускаются самые бессовестные провокационные слухи и сулятся всевозможные обещания, лишь бы натравить одну часть населения на другую и зажечь пожар братоубийственной войны.

Вот почему нам - казакам и крестьянам - нужно раз навсегда спросить себя: хотим ли мы войны и братской крови или мы этого не хотим, и раз навсегда бесповоротно дать единственно верный и разумный ответ всем бандитам и их военачальникам - свое твердое и бесповоротное: "НЕТ!"

Ибо мы хотим только мирной созидательной работы, спокойствия за целость нашей жизни и нашего трудового имущества. И этого мы, ваши избранники, - и тут, в Пятигорске, и там, во Владикавказе - добиваемся и, уверены, добьемся в содружестве работ всей трудовой семьей прямыми, честными бескровными путями.

Вот почему мы, ваши избранники, призываем вас в этот грозный момент сохранить полное спокойствие и не делать никаких необдуманных выпадов.

стр. 103


Вот почему мы самым громким братским голосом призываем вас сплотиться вокруг избранного вами окружного совета.

Призываем вас только ему верить, только его поддерживать, только его и уполномоченных им лиц приказания и распоряжения исполнять!

Долой же всех провокаторов и контрреволюционеров! Не надо нам самозваных строителей жизни! Мы сами - кузнецы своего счастья, сами взяли в руки свою судьбу и как сумеем скуем ее, устроим судьбу нашу - жизнь - так, как это нам, трудовому народу, будет нужно!

Да здравствует наше братское единение всей трудовой семьи Пятигорского округа: казаков, крестьян, горцев и рабочих! Да здравствует власть, ею созданная! В единении - сила! Все за одного и один за всех! Смело, вперед, за лучшее лучезарное будущее трудового народа!

Казачье-крестьянская фракция Пятигорского окружного народного совета.

Пятигорск, 27 июня 1918 года".

Возвратившись на Минеральные Воды, я сделал запрос по телеграфу в тихорецкий штаб о положении дела на их фронтах и 5 июля, в тот же день, имел следующий ответ начальника штаба: "С немцами переговоры оборваны, но военные действия пока не открыты. Линия Тихорецкая - Песчанокопская вчера была в критическом положении. Банды были в Песчанокопской и в 40 верстах от Тихорецкой. Все эти оборонцы, стоящие по линии, как открылось действие - разбежались. Было что-то кошмарное и ужасное, но сейчас позиция закреплена. Поставлены порядочные войска".

Немцы прервали переговоры для того, чтобы этим путем задержать наши войска под Батайском и не дать им возможности подойти на помощь тихорецким войскам, сражавшимся против Деникина. Таким путем германцы помогали белогвардейцам в их военных задачах.

Мне нужно было снестись со штабом в секретном порядке, но у меня не было шифра с ними, и поэтому я послал к т. Калнину двоих гонцов, И. С. Киселевского и М. А. Балтышкина, которым поручил передать ему секретный пакет.

Поручение имело прямое отношение к появлению на группах Минеральных Вод Автономова. Его появление в разгар казачьих выступлений породило много предположений, слухов. Сам он держался в тени, но репутация опасного авантюриста прочно следовала за ним, порождая различные надежды. Чтобы окончательно решить вопрос об Автономове и его работе, а также и волновавший всех вопрос о вооружении казаков, я написал т. Калнину следующее письмо.

"Секретно. Командующему войсками Кубано-Черноморской республики т. Калнину.

Дорогой товарищ!

Несколько дней тому назад я встретил в Минеральных Водах известного на Юге бывшего командующего отрядами на Украине - Автономова. Целый ряд советских работников обратился ко мне с вопросами о том, как и почему появился здесь Автономов, от кого получил свои полномочия и т.п. Высказывались всяческие опасения, пожелания его удаления и т.п.

Будучи отрезан от Центра, я не имею возможности проверить отношение народного комиссара по военным делам к Автономову, не могу также снестись по вопросу о целесообразности формирования в данный момент казачьих отрядов. Около Автономова уже начинаются какие-то интриги. Между Автономовым и Беленковичем уже в первый день начались взаимные угрозы, и мне пришлось решительно выступить и умиротворить обоих. Около него увиваются представители франко-английской миссии. На неладах между Беленковичем и Автономовым кое-кто уже строит свою политику. Говорят о секретных собраниях Автономова с казачьими отделами при советах. Атмосфера создается неприятная. Лично Автономов производит располагающее впечатление, но его я совершенно не знаю ни по прошлой деятельности, ни по теперешним планам. От Вас желаю получить о нем сведе-

стр. 104


ния, а также сообщение, кем и на какое дело он уполномочен. Если эти полномочия даны Вами или Вам подведомственными лицами или учреждениями, тогда я прошу Вас временно отозвать его, дав ему какую-либо другую работу. Если требуется более официальное отношение по сему случаю, сообщите телеграфно, будет сделано. С товарищеским приветом, народный комиссар труда - общий руководитель продовольственным делом Юга России А. Шляпников".

7 июля мои гонцы были уже в Тихорецкой и вручили командующему мое письмо. В тот же день А. Н. Падэрин, Б. Д. Пинсон, телеграфист нашего отряда П. Г. Черемухин имели по моему поручению переговоры со штабом в Тихорецкой. Вот что мы узнали о положении дела там:

"У аппарата Балтышкин. Сегодня прибыл. Порученное отдал. Т. Калнин отправляет в Екатеринодар к Орджоникидзе. Ехать или вернуться?

Падэрин и др.: Вернуться.

Балтышкин: Хорошо, возвращусь. Калнин сейчас подойдет.

Падэрин и др.: Может ли говорить с Москвой?

Балтышкин: Нет, с Москвой не может. Даже с Царицыном не может. Радиостанция есть в Екатеринодаре, а из Екатеринодара уже поступают в Царицын, так что у нас отсюда радио не может прямо говорить с Царицыном, а через Екатеринодар.

Падэрин и др.: Наверное ли Вы знаете, что в Екатеринодаре есть передатчик?

Балтышкин: Должно быть и то и другое.

Падэрин и др.: Попросите Калнина, а пока сообщите новости.

Балтышкин: Переговоры с немцами о перемирии прерваны по заявлению немцев. Причины неизвестны, но просили воздержаться от военных действий. Сейчас военных действий нет. На Царицынской ветке вправо и влево идут бои с наступающей армией Деникина и Краснова. На Черноморском фронте спокойно. Германо-турецкий флот заходил в бухту Новороссийск и ушел без конфликтов.

Падэрин и др.: До какой станции возможно железнодорожное движение к Царицыну?

Балтышкин: До ст. Ея.

Вот я, Калнин, слушаю.

Падэрин и др.: Сообщите положение дел на вашем фронте? Какие силы двигаются от Царицына?

Калнин: Связи с Царицыном не имеется. Аэроплан не вернулся. Силы противника серьезные. Идут бои по всему фронту. Последнее время кадеты остановлены и дано им несколько сражений. Страшно трудно бороться с местными контрреволюционерами, которые вырастают на месте при первом появлении пяти или шести человек из лагеря Алексеева. Сообщите точно свой адрес, я вам дам ежедневно сводку, дабы ориентироваться в положении дела. С центром связь восстановить очень трудно. Моя радиостанция до Царицына не хватает. Не мог ничего передавать кроме воздушной связи.

Падэрин и др.: Скажите, какие станции заняты кадетами на участке Тихорецкая- Царицын?

Калнин: Последняя станция Белая Глина. Под последней идут сейчас бои.

Падэрин и др.: Ежедневные сводки направляйте Минеральные Воды, о следующей перемене уведомим.

Калнин: Кланяйтесь моей жене. Она при вашем поезде".

Через день вернулись гонцы из поездки в Тихорецкую и принесли мне маленькую записку от т. Калнина, в которой он отвечал мне на запрос об Автономове: "Т. Шляпников! Ваше сообщение относительно Автономова я передал т. Орджоникидзе. Никаких мандатов и полномочий я Автономову не дал. Относительно организации казачьих войск я предполагаю, что в данное время это лишнее, ибо еще не разоружены те банды, которые были созданы. Глаком Калнин. 7/VII-18 г.".

В Ставропольской губернии положение ухудшалось с каждым днем.

стр. 105


6 июля уполномоченный Чекпрода Ермолов телеграфирует мне:

"Из Ставрополя сообщают [о] производстве обысков, арестов. Служащие отделения требуют выдачи ликвидационных за четыре месяца. Особенно требуют шофера. Секретарь биржи труда арестован, по слухам, расстрелян только потому, что он в качестве бывшего председателя корпусного суда уволен в чине генерал-майора. Завтра срочно еду в Ставрополь. Разрешите более упорных уволить, предав суду, как саботажников. Прошу срочного указания".

Этот факт с требованием "ликвидационных" говорил о том, что дела там архитрудные. Дело шло о ликвидации не Чекпрода, а всей власти. И я дал указание: "Никаких выдач вперед - предавайте суду".

Наступление добровольческих, деникинских войск на Ставропольскую губернию и одержанные ими "успехи" над крестьянской самообороной явно поднимали дух присмиревшей было контрреволюции, свивавшей свои гнезда в казачьих станицах и некоторых аулах разноплеменного населения Кавказских гор.

Сообщение т. Калнина о трудностях борьбы с внутренней контрреволюцией, возникавшей в виде крупной силы там, где меньше всего ее можно было ожидать, было явление, свойственное обострению классовой борьбы начала гражданской войны на всем Северном Кавказе.

К Деникину потянулись родственные элементы с Кубани, с Терека и даже с предгорий Кавказа. 8 июля перешел полотно железной дороги около станции Киан отряд полковника Шкуро, с огромным обозом, держась направления на Ставрополь. Об этом переходе нас известили железнодорожники. Шкуро, или Шкура, как называли его местные жители, шел на соединение с силами генерала Деникина.

Утром 9 июля мы сообщили в Ставрополь о направлении к ним полковника Шкуро. О том же поставили в известность и т. Беленковича. Но оказать военную помощь Ставрополю или дать воинскую силу для погони за Шкурой мы не могли, так как все силы были втянуты в борьбу за освобождение путей на Прохладную - Владикавказ - Грозный и Прохладную - Моздок - Кизляр.

Что делалось за ст. Прохладной - в Моздоке, в Кизляре - мы не знали, а ходили слухи о положении там самые разнообразные. Говорили о разгонах советов, об арестах и избиениях коммунистов.

На ст. Минеральные Воды ко мне явилась прибывшая из Кизляра бригада машинистов и кочегаров паровоза, находившегося в распоряжении строителя ветки инженера Никольского. В бригаде состояли: Высоцкий И., Онисимов Н., Овчаров В., Саквареидзе И., Никитин Д., Курносеков Н., Ткаченко Ф.

Машинисты сообщили мне, что т. Никольский отпустил их вместе с паровозом еще 2 июля. Где он был сам, они уже не знали. Связаться по телеграфу с Кизляром мы не могли. Бригаду из семи товарищей и красавец паровоз С-302 я закрепил за своим поездом и с этого дня ездил только с ними.

Хлебные грузы из Кубани и Ставрополя шли маршрутами, забивая станции, разъезды, тупики. Многие сотни вагонов ожидали открытия пути на Каспий. Железнодорожники просили убрать составы, но куда их направлять? До освобождения Прохладной и дальнейших путей можно было пустить на Георгиевск и этим облегчить положение станции. Это мы и сделали.

Из Екатеринодара известия были неутешительные. Положение на фронте было неустойчивое. 6 июля из Екатеринодара т. Дунаевский телеграфировал, что ко мне выехали гонцы с письмом С. Орджоникидзе за денежным подкреплением. Числа 9 или 10 июля на ст. Минеральные Воды я встретился и с Орджоникидзе и условился вместе с ним ехать во Владикавказ.

В те же дни приехал с Черноморского побережья Артем (Сергеев), тоже за денежными подкреплениями и полномочиями для заготовки и переброски железнодорожных материалов в Кизляр.

Несмотря на восстания, вспыхивавшие повсеместно и имевшие прямую связь с наступлением генерала Деникина, мы ни на один миг не прекращали работы по выполнению намеченного плана заготовки хлеба и вывоза его

стр. 106


морским путем. Лишь прямое вооруженное вмешательство врагов останавливало нашу деятельность и вынуждало нас "отвлекаться" и заниматься военными делами.

Т. Артему я дал следующие полномочия: "Предъявитель сего т. Сергеев уполномочивается мною на производство эвакуации имущества из угрожаемых неприятелем местностей. Всем советским, железнодорожным и воинским организациям предлагается беспрекословно оказывать ему всяческое содействие".

Утром 9 июля А. Н. Падэрин запросил штаб т. Беленковича о положении на прохладненском фронте. К аппарату подошел его адъютант, и между ними произошел следующий разговор:

"Я адъютант Клименко.

Я помощник Шляпникова Падэрин. Скажите, какое положение, взята ли Прохладная, правда ли, что Моздок занят казаками? Какие операции намерен предпринять товарищ Беленкович? Свободен ли путь до Владикавказа?

Клименко: Пути на Владикавказ нет. Моздок занят казаками. Прохладной наносится нынче решительный удар. Пущено в ход все, что можно, и, наверное, нонче возьмут Прохладную. Наши сегодня были в 4 верстах от нее. Сегодняшнюю ночь был виден свет прожекторов. Вероятно, освещал интернациональный броневик, N 26. Больше ничего не могу сказать.

Падэрин: Кто из вашего отряда захватил вагон N 501 инженера Водопьянова с весьма ценными документами и бумагами? Товарищ Шляпников просит, чтобы товарищ Беленкович отдал распоряжение о немедленном возвращении вагона N 501 на Минеральные Воды, в распоряжение инженера Водопьянова. Нужно принять меры, чтобы все документы и материалы, находящиеся в вагоне, были бы доставлены в полной сохранности, вместе с вагоном инженера Водопьянова.

Клименко: Вагон N 501 был покинут инженером Водопьяновым. Мы же видели, что он был пуст, взяли к себе в штаб, и в нем помещается т. Беленкович со штабом. Все бумаги, ценные и не ценные, а также все вещи находятся в полной сохранности. Каждый клочок бумажки был спрятан. Что касается относительно возвращения вагона, то возвратить сейчас не можем, мы уже давали телеграммы т. Мишурову, который прислал тоже телеграмму относительно вагона. Давал он телеграмму в том, что можете прислать кого-либо с предписанием за получением всех бумаг и вещей; вагон возвратить сейчас невозможно. Как только прибудем Владикавказ, то наверное сейчас возвратим.

[Падэрин:] Передайте т. Беленковичу, что т. Шляпников решительным образом просит вернуть вагон Водопьянову. До свидания.

[Клименко:] Передайте т. Шляпникову, что производить военные операции в классном вагоне невозможно и что вопрос о вагоне двух-трех дней. И опять, повторяю, как только прибудем во Владикавказ, возвратим, так как у нас во Владикавказе имеется вагон.

[Падэрин:] Хорошо".

После этого нам оставалось лишь ожидать результата предпринятого наступления.

Пытаюсь всеми способами дать в Москву весточку о том, что здесь делается. Пользуюсь открытием линии на Св. Крест и послал через него телеграмму:

"Москва. Совнарком, председателю. Копии: Цюрупе, Ногину.

Нахожусь в полной оторванности от центра. Путь Царицын-Тихорецкая прерван алексеевскими бандами в районе Торговой. Контрреволюционные провокаторы стараются поднять казачество, возбуждая его против Красной армии, распространяя провокационные слухи о том, что Красная армия будет отбирать хлеб, деньги, лошадей. Однако провокаторам удается поднять лишь незначительные банды, увлечь их на разгром желдорпутей, телеграфа. 27 июня отряд казаков с полковником Шкуро напал на Кисловодск, занял город, но продержался несколько часов, вынужден уйти в горы. В эти же дни

стр. 107


начались волнения в станицах между Минеральными Водами, Георгиевском и Прохладной. Во многих местах путь был разобран, однако станицы до Георгиевска удалось успокоить, путь восстановить, и теперь идут бои за Георгиевском до Прохладной. Сил стянуто достаточно, в бою участвуют бронированные поезда, артиллерия. Дорога на Кизляр будет скоро восстановлена. Тихорецкая - Царицын - повреждены мосты, требует ремонта, очищения от банд. На колесах имеется свыше трехсот вагонов продовольствия. Часть стягиваю [на] Кизляр, но путь неудобен для погрузки - пропускает не более двух поездов в день. Содействуйте очищению линии Грязи - Царицын - Тихорецкая. Подобные события тормозят работу по заготовке, подрывают дело снабжения. По восстановлении линии Царицын приеду в Москву для принятия ряда неотложных мер. Сообщайте, что делается центре. N 319 Шляпников".

Искал возможностей завязать связи с Царицыном, посылая телеграммы разными путями: "Царицын председателю Совдепа, копии Чекпрод Якубову, Военный комиссариат. Путь до Прохладной очищен от банд. Моздокский отдел поднял казаков, необходимо послать силы в Кизляр для охраны дороги, грузов и очищения пути от банд. Следует войти в переговоры с трудовым казачеством и двинуть силы на Моздок. Срочно шлите обмундирование, снарядов и патронов для Терской, Черноморской, Кубанской областей и Ставропольской губернии. Нужны деньги. Как обстоит дело с движением военных сил по линии Царицын - Торговая? Алексеевские банды стремятся в направлении Ставрополь и, вероятно, на Армавир. От вас нужно действовать решительно и быстро. Отряд Шкуро, появившийся в Терской области, ушел по направлению Ставропольской губернии через станцию Киян. Сообщите, где Сталин, каковы известия из центра в связи с убийством Мирбаха. Телеграфируйте Владикавказ. N 320 Шляпников".

Наконец открывается путь на Прохладную и далее. Об этом нам стало известно сначала от т. Елина из Георгиевска, где стоял в то время штаб т. Беленковича. Вот что сообщил нам уполномоченный Чекпрода:

"Я Елин. Сейчас нашел делегацию Ростовского фронта, которая едет в Совет народных комиссаров. Делегат передает, что Беленкович разрешил вам поездку через Георгиевск на Святой Крест, может быть, на Прохладную, путь свободен. Направление будет зависеть после ваших личных переговоров с Беленковичем, который находится сейчас в Георгиевске.

Вопрос: Известно ли вам о Кизляре и Моздоке. Вы говорили, будто Моздок занят, и имеете ли вы точные сведения.

Ответ: Вчера Беленкович точных сведений не имел. По слухам он узнал, когда еще Прохладная была в руках казаков. Теперь Прохладную Беленкович взял. Относительно Кизляра и Моздока придется мне сейчас с ним переговорить и вам сообщу. А на Святой Крест путь восстановлен.

Вопрос: Относительно делегации, которая отправилась на автомобилях из Ставрополя в Астрахань, имеете ли вы сведения, где она находится?

Ответ: Про ту делегацию не знаю.

Вопрос: А какие имеете сведения о Тихорецкой-Великокняжеской и Царицыне, скажите нам.

Ответ: Делегат передает: Царицын-Великокняжеская идут бои. Точных сведений не знает, но говорит, что в субботу должно было положение измениться, туда из Тихорецкой послали сильные подкрепления.

Вопрос: А какое положение станции Белоглинской?

Ответ: Оттуда казаки выбиты в субботу.

Вопрос: Это официально или по слухам?

Ответ: Это передает делегат, который вчера выехал оттуда.

Вопрос: А как фамилия делегата?

Ответ: Чистов, с ним Воробьев.

Вопрос: Вы говорили с Ермоловым и слыхали ли вы, что делается в Ставрополе?

Ответ: Через час буду говорить.

стр. 108


Вопрос: Еще вопрос. Значит, на Прохладную можно ехать, дорога восстановлена?

Ответ: Да, да. А относительно Моздока и Кизляра сообщу вам через час после личных переговоров с Беленковичем.

Вопрос: Пожалуйста, когда вызовете Ставрополь Ермолова, попросите Петрова, пусть нарисует вам точное положение Ставрополя и сообщит точно об участи делегации, главное же - о Матрозове. Нам передают, что Матрозов арестован, а его автомобиль отобран.

Ответ: Хорошо. Благодарю".

Вслед за этим сообщением т. Елина приходит к нам и телеграфное извещение "всем всем", в том числе и мне, о победных действиях т. Беленковича. Вот что сообщал он со ст. Солдатской:

"Из Солдатской 22. От Прохладной до Туапсе наркому Шляпникову. Славный бесстрашный броневик "Победа N 1" во главе со старым революционным товарищем Тулеповым, храброй революционной командой с Минераловодской батареей сегодня 9/7 15 ч. 25 м. ворвался в Прохладную, разгоняя всю банду контрреволюционеров, и соединился с равным ему броневиком "Интернационалом" и такими же воинами Владикавказского гарнизона, покрыл себя неувядаемой славой революционной храбрости и истинной преданностью революции и Советской власти. Таким же бесстрашным он был в целом ряде боев под Александрийской, Георгиевской и далее, грудью прокладывая дорогу. Честь и слава борцам за Советскую власть. Да здравствует Советская власть, да здравствует Третий Интернационал. Командующий войсками Пятигорского округа Беленкович".

Но воспользоваться открытым путем на Владикавказ в тот день мы не могли: на 10 июля был назначен съезд уполномоченных Чекпрода в Армавире, и нужно было подождать известий оттуда, прибыли ли люди. Обстановка была малоблагоприятная, но выждать было нужно. Вечером из Армавира Асланов сообщал, что "пока никто не приехал. В случае прибытия достаточного числа участников съезда телеграфирую дополнительно. Ставим на колеса маршрутный поезд с хлебом".

Наши опасения, что съезд уполномоченных не состоится и 10 июля, подтвердились полностью. Утром того дня мы вызвали по прямому проводу уполномоченного по Армавирскому отделу Асланова, который сообщил, что "по настоящее время никто не прибыл. Судя по тому, что никого нет, полагаю, что съезд может не состояться. Если приедет достаточное число участников съезда, я телеграфирую вам дополнительно или вызову по прямому проводу.

У нас все спокойно, за исключением района Новоалександровского, где, по полученным сведениям от наших агентов, сгорело три вагона хлеба в амбаре в последнем пожаре. Пожар возник в связи с военными операциями. Вчера отдано распоряжение о погрузке имеющегося на местах хлеба и отправке его на Армавир для формирования маршрутного поезда. В станице Новотроицкой - 7 вагонов, в Новоалександровской - 5 вагонов, Отрадно-Ольгинской - 13, Гулькевичи - 10, Кармалиновской - 2. Кроме того, принято реквизированного Курганной конторой через уполномоченного Поволоцкого четыре вагона хлеба на колесах. Есть поступления хлеба с других пунктов - Чемлыкской, Григори полисе кой, откуда еще точных сведений не поступало".

Население всех станиц охотно сдавало излишки зерна на деньги и на товар. Нигде не приходилось в то время применять какие-либо меры понуждения, кроме запрещения железным дорогам принимать хлебные грузы от частных лиц.

Спекулянты из Астраханской губ., из Закаспийского края, из Баку и даже Тифлиса тучами носились по Кубани и Ставрополью. Подводами, иногда сами казаки и крестьяне целыми обозами везли хлеб на Царицын, на Астрахань и там выгодно меняли его на мануфактуру.

Ставропольский уполномоченный писал мне, что к нему "со всех сторон поступают сведения от агентов, что хлеб увозится спекулянтами в гро-

стр. 109


мадных размерах по границе Астраханской губернии и Терской области. Местные сельские совдепы не только не в состоянии прекратить спекуляции, но нередко, отчасти под влиянием сельских сходов, отчасти по своему усмотрению, выдают разрешение на вывоз хлеба спекулятивным путем. Кордоны из красноармейцев, в большинстве местных жителей, тоже не задерживают спекулянтов, но свободно пропускают их. У губернского исполнительного комитета и у меня совершенно нет реальной силы для противодействия спекуляции. Крестьяне везут хлеб в Царицын и Астрахань, привозя оттуда большое количество мануфактуры и других товаров.

Ввиду изложенного прошу вас оказать содействие к прекращению спекулятивного провоза хлеба командированием в мое распоряжение для установки кордона на границах Астраханской губернии и Терской области дисциплинированного отряда из уроженцев голодающих губерний в количестве от 500 до 1000 человек с достаточным количеством оружия, а также принять меры к прекращению спекулятивной купли хлеба и продажи товара в городах Астрахани и Царицыне. Уполномоченный Чрезвычайного комитета продовольствия и снабжения К. Ермолов".

Для борьбы со спекулятивным провозом хлеба т. Ермолов требовал до 1000 человек вооруженных "уроженцев голодающих губерний", при помощи которых намеревался поставить кордоны на границах губернии. Если бы мы могли тогда получить 1000 вооруженных рабочих из центра, то смогли бы проделать с ними более важную работу, чем использовать их на кордоны!

Перед отъездом из Минеральных Вод решил отправить просимое денежное подкрепление Екатеринодару, а также дать последние указания главному комиссару Чекпрода Дунаевскому, деньги и препроводительное письмо следующего содержания были отправлены в Екатеринодар 10 июля:

"Главному уполномоченному Чекпрода, товарищу Дунаевскому.

Дорогой товарищ!

Вчера и сегодня ждал известий о том, прибыли ли уполномоченные на съезд. Видимо, объективные условия слишком неблагоприятны для съезда в данный момент. Асланов телеграфировал, что приезжих нет. Продолжаю продвижение на Владикавказ и Кизляр. Необходимо поставить в известность центр о происходящем здесь и потребовать целый ряд мероприятий. Может быть, придется временно съездить в Москву, поэтому приходится очень сожалеть, что съезд не состоялся. Однако с подателем сего пришлите мне отчет о положении дел и копии отчетов с мест.

Перевожу на Ваше имя еще 3 600 000 рублей. 400 000 рублей переведены на имя Куроедова, N 292, для заготовок шпал и других материалов по постройке ветки Кизляр-Каспий. Примите их на учет.

Прохладная взята, теперь имеется возможность двигаться дальше. Сегодня встретился с Орджоникидзе и, вероятно, до Владикавказа едем вместе.

В дороге встречал большое обилие назначенных Вами агентов и советую быть осторожным при выборе сотрудников, а также соблюдать систему при назначении. Люди катаются без толку, часто с параллельными заданиями сталкиваются несколько агентов.

Как дела в Новороссийске? Принят ли на учет сахар? Какое его количество? Необходимо использовать и его для обмена. Много ли удалось собрать мануфактуры? Если есть запасы, двигайте сюда.

Сообщите, что нужно еще для продовольственных заданий.

С товарищеским приветом. Народный комиссар труда, Общий руководитель продовольственным делом Юга России А. Шляпников".

В дополнение к нему я еще послал телеграмму т. Дунаевскому с предложением организовать созыв съезда и назначил его на ст. Минеральные Воды.

Хотя соединенными усилиями войск Владикавказского и Пятигорского отделов Терской республики и удалось разбить казаков под станицей Прохладной, но положение еще не было закреплено, и оба командующие - тт. Егоров и Беленкович - торопили меня с проездом; так как я им был нужен

стр. 110


на Прохладной, то я отдал распоряжение об отправлении, предупредив т. Орджоникидзе о своем выезде и пожелании встретиться во Владикавказе.

15. В станице Прохладной

Красавец паровоз С-302 был украшен зелеными ветками, между которыми уютно расположился пулемет, а за прикрытием кустов и пулеметная команда. Вооруженная команда с винтовками наизготовку расположилась в паровозной будке, предохраняя машинистов от каких-либо неожиданных ударов, обеспечивая им свободное распоряжение машиной. В двух последних вагонах ехала 1-я рота Красного Варшавского полка, готовая к бою в любую минуту.

Все сотрудники, партийные работники, продовольственники были вооружены винтовками, имели каждый свое окно, свое поле обстрела на случай нападения. Так тронулись мы со ст. Минеральные Воды мимо станиц, только что сложивших свое оружие перед советскими войсками.

По обе стороны железной дороги тянулись полосы возделанной земли, засеянной кукурузой, пшеницей. Кукурузные поля тянулись густым зеленым кустарником, пшеница убиралась, обмолачивалась или складывалась в огромные скирды. На полях было людно: спешили покончить полевые работы, так как не были уверены в том, что завтрашний день будет спокойный.

На пути, около ст. Виноградной, где было разобрано железнодорожное полотно, лежали рельсы, свернутые почти в кольцо. Здесь научились быстро портить железнодорожный путь: пригоняли несколько волов, брали цепями за рельсы и волокли с насыпи. На этом же месте поступили хитрее: развернули рельсы и волами загнули их в кольцо, чтобы труднее было исправить. В таком случае ремонта требовалась замена погнутых новыми рельсами.

На разъездах и станциях стояли наши войска. Население станиц как нив чем не бывало прогуливалось тут же. Молодежь уже увивалась около красноармейцев. Не было видно только стариков. Гармонь и удалые песни неслись из вагонов. Тут же пробуют пулемет, подогревают на кухне пищу, воду.

В Прохладной мы были в обед 11 июля. Здесь еще была обстановка боя. На станции меня встретили командующий войсками т. Егоров, его штабные работники, начальник его артиллерии т. Смирнский. Познакомились.

В одной из ближайших к станции избушек помещался командующий, и [он] пригласил меня, моего помощника и своих командиров к себе на обед. За обедом, который подавала молодая казачка, передавались различные эпизоды борьбы под Прохладной.

Т. Егоров нам сообщил, что от бежавших из Моздока он узнал, что казаки и правые социалисты-революционеры совершили там переворот, разогнали совет, арестовали коммунистов, красноармейцев, всего несколько сот человек, и многих убили. Все это совершалось именем казачье-крестьянской власти. Вождями этого переворота были инженер Бичерахов, брат полковника Бичерахова (находившегося тогда на службе англичан со своим отрядом сначала в Персии, а потом в Баку и Дагестане), да правый социалист- революционер Орлов. За спиной этих людей стояли кулаки Моздокского отдела, сбежавшие туда же чиновники, атаманы, офицеры.

По окончании беседы я отдал командующему войсками Егорову приказание: "Предлагаю неотложно принять все меры к очищению железнодорожной линии Прохладная-Кизляр от всяческих контрреволюционных банд, восстановить пути и охранять идущие в область товары для обмена на хлеб и хлеба, идущие голодающим крестьянам и рабочим центральной России".

Дав такое приказание войскам Терской республики, я счел своей обязанностью обратиться к казакам Моздокского отдела: "Именем Всероссийского центрального исполнительного комитета съезда советов рабочих, крестьянских и казачьих депутатов, именем Совета народных комиссаров РСФСР предлагаю вам немедленно прекратить военные действия и разойтись по станицам, не мешать трудовому населению убирать хлеб, содействовать желез-

стр. 111


нодорожным рабочим восстановить пути, выдать зачинщиков восстания против Советской власти. Станица Прохладная, спровоцировавшая восстание, должна выдать орудия и пулеметы. Невыполнение настоящих требований в течение срока, указанного командующим советскими войсками, будет принято как вызов центральной Советской власти".

Эта телеграмма была немедленно передана в Моздок. Ее содержание вожди восставших скрыли от казаков: ни в одном бюллетене, издававшемся тогда в Моздоке, не была она помещена. Казачьи генералы и офицеры прикрывали свои выступления тем, что они боролись только с местной властью и ее извращениями, а центральную, далекую от них, они платонически охотно признавали.

Т. Смирнский, командовавший артиллерией отряда т. Егорова со стороны Владикавказа, представил мне гаубичную батарею и ее бойцов. Все они и он сам, командир батареи, уже полгода шли с боями из-под Эрзерума, где они стояли и где застала их Октябрьская революция. Это те самые гаубицы, рассказывал мне артиллерист Смирнский, которые участвовали во взятии турецкой крепости Эрзерум и которые ныне пробивают себе путь на родину через аулы и станицы, всюду поддерживая революционную советскую власть.

Чего только не перевидали, чего не претерпели загорелые артиллеристы гаубичной батареи, шествуя то походным порядком, то грузились на платформы, но всегда зорко оберегая гаубицы, отбиваясь от желавших их разоружить мусульман, грузин, лезгин и, наконец, казаков. По кому только не стреляли в горах и на плоскостях короткие жерла зеленоватых гаубиц. И пробились до советской власти, и тут твердо стали в ряды Красной армии, защищая завоевания трудящихся.

И таких воинских частей прошло за зиму и весну 1918 г. с Кавказского фронта сотни тысяч. Многие погибли, особенно первые дивизии и полки: на них врасплох нападали мусульманские части, население. Их брали в штыки и православные меньшевики Грузии. Их спаивали в станицах православные казаки, а потом разоружали, грабили, убивали.

Последующие части поняли, что вернуться на родину живыми они смогут только опираясь на свое оружие, ибо власти во всех районах бывшего фронта и тыла Кавказской армии относились к ним враждебно и желали только одного - отобрать склады интендантского имущества, забрать их вооружение и вооружить "своих".

Когда солдаты поняли угрожавшую им опасность, тогда двинулись на железные дороги и походным порядком, организованно, сплоченно проложили себе дорогу силой, опрокидывая тех, кто смел преградить им дорогу. В таких случаях артиллерия помогала пехоте и, если помеха была со стороны деревень, аулов, станиц - все сжигалось и сметалось с лица земли в немногие минуты.

Но горе тем солдатам, которые продавали или променяли на водку свое оружие - их грабили, с них снимали шинели, а нередко и просто уничтожали.

В числе пробившихся была и гаубичная батарея советских войск Владикавказа. Т. Смирнский с гордостью заявил, что его батарейцы сохранили дисциплину на той же высоте, на какой она была под Эрзерумом. И секрет этого заключался в том, что солдаты поняли, что без борьбы им не выйти из кольца смерти, в которое их загнало сначала царское, а затем буржуазно-эсеровско- меньшевистское Временное правительство.

А гаубицы бухали по врагам, музыкальной равномерностью аккомпанируя трескотне пулеметов. Казаки все время пытались вернуть Прохладную и держались от нее на расстоянии огня. Прощаясь с командирами, мы пожелали им скорейшей победы, а они сообщили, что приготовили нам к приезду маленький сюрприз во Владикавказе. Поезд тронулся. Я поручил позвонить бригаде на паровоз, чтобы он проходил замедленным ходом через линии наших войск: мне хотелось посмотреть работу незаметных и неизвестных героев, артиллеристов гаубичной батареи. Она разместилась под железнодорожной насыпью, орудия вздернули свои пасти к небу и плевали в него ог-

стр. 112


нем. Рослые артиллеристы стояли по своим номерам и как часы двигались следом за жерлом. Каждый их взмах руки вызывал рев и далекий разрыв. Так под эхо пулеметов и уханье гаубиц прошли мы линию своих войск, направляясь в столицу Терской народной республики - во Владикавказ.

16. Во Владикавказе

По мере того как наш C-302 набирал скорость, скрылась станица, а вместе с ней удалялся от нас и грохот орудий, и винтовочная перекличка одиночек, и рокот пулеметных машин. Прохладная осталась позади. Кругом расстилались желтые поля пшеницы да зеленые рощи кукурузы. Кое-где на полях виднелись "мирные" земледельцы с винтовками за плечами, не покидая их даже во время работы.

За ст. Прохладной поезд, не останавливаясь и тихо скользя, постукивая на рельсовых стыках, пробежал мимо утопавшей в зелени ст. Котляревской. За Котляревской железнодорожный путь пересекает мутный Терек. Поезд медленно проходил деревянный железнодорожный мост. По сторонам виднелись изрытые бесом Терека котловины, русла, ручьи. Вдоль линии бежали станицы, хутора, около ст. Муртазово начались аулы и поселки осетин, ингушей.

По мере приближения поезда к Владикавказу, со всех сторон наступали горы, передвигались, разворачивались перед нами своими черными и снеговыми хребтами. За ст. Эльхотово открылись прекрасные виды и на ближайшие к городу горы. На станциях, разъездах и в поле - всюду вооруженные люди, с кинжалами у пояса или винтовкой за плечами.

На ст. Беслан наш поезд вывели каким-то кружным путем на Владикавказскую ветку и приблизительно через полчаса мы въехали в столицу Терской народной республики, во Владикавказ.

На перроне вокзала выстроился почетный караул, тут же были представители республиканской военной и гражданской власти. Вышли и мы из наших вагонов. Познакомились с ожидавшими нас представителями власти и получили приглашение прибыть на заседание Совнаркома.

Военный комиссар т. Бутырин подвел меня к почетному караулу - роте красноармейцев, состоявшей из китайцев и под командою китайца. В этом и был сюрприз, о котором намекнул мне в Прохладной командовавший войсками Владикавказского отдела т. Егоров.

Я принял рапорт командира караула, обошел по его фронту, соображая на ходу, что сказать красноармейцам-китайцам. И я решил в своем выступлении подчеркнуть международную солидарность пролетарских элементов в русской революции, общность стоящих перед трудящимися социалистических задач в борьбе со всеми эксплуататорами и угнетателями. Раскрепощенный, многоязычный и разноплеменный Кавказ представлял собой частицу боровшегося за свои идеалы угнетенного человечества. Так и сказал, выразив еще свое глубокое удовлетворение и тем фактом, что те пролетарии, которых русские капиталисты и помещики вывезли из Китая в надежде на дешевую и безропотную эксплуатацию, объединились под красными знаменами с трудящимися Терской республики против общего врага рабочего класса и трудового крестьянства. В заключение я высказал пожелание научиться вместе с русскими рабочими и крестьянами бить и побеждать врагов, а затем с победными знаменами вернуться в родной край и своим революционным опытом помочь закабаленным трудящимся Китая добыть независимость и советскую власть.

После этой маленькой церемонии военный комиссар Терской республики т. Бутырин повел нас в Совет народных комиссаров. Меня сопровождали А. Н. Падэрин и Б. Д. Пинсон. В Совнаркоме нас встретили председатель - Юрий Гаврилович Пашковский, и все наркомы, и многие ответственные политические работники края: Ф. Махарадзе, Богданов, Фигатнер, Элердов, Андреев, Соколов и другие. На этом свидании я познакомил членов Совета

стр. 113


народных комиссаров с возложенными на меня задачами, а также информировал их о создавшемся положении на Кубани, Черноморском побережье и в Ставропольской губернии. Зачитал присутствовавшим предложение Моздокскому казачье-крестьянскому совету, которое я сделал в тот день из Прохладной, а также и распоряжение командующему войсками Владикавказского отдела т. Егорову об очищении железнодорожного пути на Кизляр.

Короткую информацию о положении Терской республики сделал Ю. Г. Пашковский, подчеркнув, что через несколько дней откроется съезд народов, населяющих республику, на котором я смогу узнать ближе создавшееся положение. Мое предложение Моздоку и т. Егорову они одобрили, видели в этом прямую поддержку их со стороны представителя центра.

Более внимательное ознакомление меня с положением дела в республике взяли на себя председатель Совнаркома Ю. Г. Пашковский, военный комиссар Бутырин, наркомвнудел Фигатнер, народный комиссар продовольствия Элердов и нарком труда и промышленности Е. Богданов, а о положении дел в Грузии обещал дать мне сведения и оценку старейший член партии Ф. Махарадзе. На этом официальная часть была закончена. Присутствовавшие пожелали отметить эту встречу и сфотографироваться всем, а также, по кавказскому обычаю, отобедать.

Только во Владикавказе я узнал последние московские новости о выступлении левых социалистов-революционеров. Во Владикавказе была радиостанция, которая в определенные часы ловила пускавшиеся из Москвы сообщения "всем, всем". Сама станция была маломощная и с Москвой могла работать только через передаточную, находившуюся в Астрахани.

Из радиостанции мне доставили два отрывка: один об аресте мятежников, сообщавший, что "вчера ночью от т. Антонова получено следующее сообщение: в 11 часов по Владимирскому шоссе догнали поповцев, сопротивление было короткое. У них убито 2, арестовано 5. С нашей стороны потерь нет, захвачено два орудия, четыре пулемета, 6 автомобилей, кроме того четыре грузовика, 15 лошадей, снаряды и масса патронов. Лес и имение Севрюгина оцеплены. Вновь захватываются пленные и продолжается преследование по Владимирскому шоссе".

Другая "всем" из Москвы, за N 279, давала более подробную информацию о том, что было в Москве 6 - 7 июля. "Товарищ Дзержинский, председатель ВЧК, о событиях 6 и 7 июля:

"Прибыв на место преступления 5 и увидев подложные документы Чрезвычайной комиссии, я сейчас же догадался, что это могло быть дело рук левых социалистов-революционеров. Нужно было моментально, сейчас же поехать в отряд Попова, отряд Чрезвычайной комиссии, руководимый левым социал-революционером Поповым, куда убийца мог скрыться. Я, не подозревая, отправился с тремя товарищами без вооруженного отряда, не сомневаясь, что мне удастся разыскать убийцу. Председатель ЦИК Свердлов был также уверен, что личная моя поездка к отряду Попова даст возможность установить не только место пребывания убийцы, но выяснить, насколько это убийство не личное, а заговор всей партии.

Приехав в отряд Попова, я на мой вопрос, где находится Блюмкин, получил ответ, что его в отряде нет и что он поехал в госпиталь. Я потребовал, чтобы мне привели дежурных, которые стояли у ворот и которые могли бы удостоверить, что действительно Блюмкин уехал на извозчике. Таковых мне не привели.

Заметив колебания Попова, а также увидев шапку скрывшегося Блюмкина на столе, я потребовал открытия всех помещений, приказав отряду, вооруженному с ног до головы, остаться на своих местах, и в сопровождении трех товарищей, с которыми я приехал, начал обходить помещение.

В это время в сопровождении нескольких десятков вооруженных матросов подошли ко мне члены ЦИК левые эсеры Прошьян и Карелин, заявив мне, что напрасно ищу Блюмкина, что Блюмкин убил графа Мирбаха по распоряжению ЦК эсеров.

стр. 114


В ответ на это объявление я объявил Прошьяна и Карелина арестованными, сказав присутствовавшему при этом начальнику отряда Попову, что если он, подчиненный мне, не подчинится и не выдаст мне их, то я моментально пущу ему пулю в лоб, как изменнику.

Прошьян и Карелин тут же заявили, что они повинуются моему приказанию. Но вместо того, чтобы пойти в мой автомобиль, они вошли в соседнюю комнату, где заседал ЦК, и, вызвав Спиридонову, Саблина, Камкова, Черепанова, Александровича, Трутовского и начальника их боевой дружины Фишмана и других, меня окружили со всех сторон матросы 6 . Вышел Саблин и приказал мне едать оружие. Тогда я обратился к окружающим матросам и сказал: позволят ли они, чтобы какой-то господин разоружил меня, председателя? Матросы заколебались. Тогда Саблин, приведши 50 матросов из соседней комнаты, и при помощи Прошьяна, который схватил меня за руки, обезоружили.

После того когда отняли у нас оружие, то Черепанов с триумфом сказал: "Вы стоите перед совершившимся фактом, Брестский договор сорван, война с Германией неизбежна. Мы власти не хотим, пусть будет избран [гетман] 7 , как на Украине, мы уйдем в подполье. Вы можете остаться у власти, но вы должны бросить лакействовать у Мирбаха. Пусть Германия займет 8 до Волги. Муравьев идет к нам..." (Ввиду затухания искры прием дальше стал невозможен).

Это изложение событий вскоре было дополнено другими, и политическое положение в центре было прекрасно понято. Партия левых социалистов- революционеров, вошедшая в коалицию с РКП(б) и представители которой занимали ряд ответственных постов в составе правительства, изменнически стала на авантюрный путь, стремилась всеми силами спровоцировать возобновление войны между РСФСР и Германией.

Эта воинственно-авантюристская политика поддерживалась агентурой Антанты и всей буржуазной контрреволюцией, желавшей путем возобновления войны удушить ненавистную Советскую власть. И партия "левых" социал- революционеров в своем интеллигентском патриотическом ослеплении стала исполнительницей надежд и вожделений контрреволюции.

На Северном Кавказе в то время коалиция РКП(б) с ПСР-левыми доходила местами до прямого блока на съездах. В Терской области партия социал- революционеров имела прочное и давнее влияние, обеспеченное развитием "трудового крестьянства" в районе. События в Москве были правильно поняты во Владикавказе: местные социалисты-революционеры так же оценили действия своего ЦК, как и коммунисты, - авантюрой, гибельной для революции.

12-го приехал во Владикавказ и чрезвычайный комиссар Северного Кавказа С. Орджоникидзе, привезший постановление ЦК РКП(б) о создании во Владикавказе Краевого партийного центра и оформившего его избрание на партийной конференции в Екатеринодаре 1 - 3 июля 1918 года.

В тот же день я отправил по телеграфу на Кизляр и по радио на Астрахань телеграмму председателю Совнаркома В. И. Ленину, в которой извещал, что... 9 В Кизляр отправил еще телеграмму инженеру Никольскому, назначив ему вызов к аппарату на утро 13 июля. В ответ получил сообщение, что т. Никольский 2 июля в два часа ночи выехал "неизвестно куда". Видимо, испугался казачьего наступления на Кизляр и преждевременно сбежал для "доклада в центр", покинув на произвол судьбы доверенное ему большое дело.

13 июля железнодорожное сообщение Владикавказ - Беслан - Минеральные Воды, освобожденное усилиями красноармейских частей Пятигорского и Владикавказского отделов 9 июля, вновь было прервано. Благодаря несчастной случайности казакам удалось опять занять ст. Прохладную, тем самым перерезать сообщение и движение грузов.

Под вечер 12 июля наши войска повели наступление из ст. Прохладной на ст. Приближную, в которой у казаков стояла артиллерия, обстреливавшая станцию Прохладная. Наступление поддерживал броневик, и оно развива-

стр. 115


лось весьма успешно: попытки казачьих частей перейти в наступление были отбиты и опрокинуты. Надвигалась ночь. В это время двое красноармейцев, находившихся в прожекторном вагоне бронепоезда, решили помыть руки в имевшемся там бензине, плеснули неосторожно бензином на динамо, щетки которой дали искру, бензин вспыхнул, произошел взрыв запасов бензина и снарядов. Взрыв в тылу у наших наступавших частей и огромное пламя пожара на станции Прохладная внесли замешательство в ряды красноармейцев, которым воспользовались казаки для контрнаступления. Вот что сообщал по этому делу областной военный комиссариат в те дни.

"В задачу отрядов, отправленных в район ст. Прохладной и Георгиевска, входило только восстановление разрушенного контрреволюционерами железнодорожного полотна и установление правильного железнодорожного движения.

С занятием ст. Прохладной задача эта была разрешена. В связи с решением Народного совета дальнейшая борьба с контрреволюционным движением должна была направиться по пути переговоров с Моздокским казачье- крестьянским советом. Был издан приказ о приостановке всяких боевых операций.

Но, как у нас уже сообщалось, казачьи отряды производили дважды наступление на ст. Прохладную, оба раза отбитые войсками народной власти. Но в районе ст. Приближной была установлена артиллерия противника, из которой ст. Прохладная все время обстреливалась. Обеспечить спокойное движение по железной дороге при таких условиях не представлялось возможным. В то же время выяснилась безрезультатность мирных попыток Народного совета, нежелание господ, засевших в Моздоке, предстать на народный суд на предстоящей 4-й сессии областного съезда.

В связи с этим, отрядам, расположенным в районе Прохладной, было дано распоряжение занять стратегические пункты и отодвинуть противника от ст. Приближной, чтобы лишить его возможности обстреливать станцию Прохладную и железнодорожное полотно.

Несмотря на незначительность сил, под прикрытием броневика отряд наш перешел в наступление вечером под 13 июля. Наступление развивалось вполне успешно. Правый фланг почти занял ст. Приближную. Но в это время с броневиком случилось несчастье.

Бронированный поезд состоит из передового бронированного вагона, затем паровоза, опять бронированного вагона и, наконец, площадки с орудиями. В передовом бронированном вагоне случайно разлился бензин, который попал в мотор прожектора. Внутренность вагона запылала и вскоре стали взрываться шрапнельные снаряды, которые там находились. Мотор взорвался. Команда вагона успела соскочить и отцепить вагон, но паровоз неожиданно загудел в тревожный свисток.

Картина взрыва вагона на темном фоне ночи и тревожный свисток паровоза внесли некоторый беспорядок в ряды наступающих советских войск. Взрывы шрапнельных снарядов заставили броневик отойти назад, вслед за ним отступила и рота, шедшая в наступление в центре. Правый и левый фланги, которые могли быть отрезаны, также начали отступать. Восстановить сразу порядок темною ночью нельзя было. Отряды контрреволюционеров, воспользовавшись этим, перешли в наступление. Несколько кавалерийских отрядов противника ворвались почти до самой станции и стали забрасывать штаб ручными гранатами.

Командующий т. Егоров во главе своего небольшого кавалерийского отряда бросился на противника и отогнал его. Дав распоряжение приступить к эвакуации имущества отряда, боевых припасов и снаряжений, т. Егоров с несколькими товарищами выдвинул вперед два пулемета и в течение двух часов отбивал пулеметным огнем наступавшего противника.

Эвакуация станции проходила беспрерывно. Были вывезены все боевые припасы, почти весь железнодорожный состав, вся артиллерия, автомобили и пр. Часть имущества была направлена в сторону Георгиевска, но почти все

стр. 116


боевые припасы и снаряжение, в том числе вся артиллерия, были направлены в сторону Муртазова.

В руках противника осталось только два вагона с продовольствием, два испорченных пулемета, один грузовой, один легковой автомобиль, которые нельзя было вывезти вследствие порчи накануне. У легкового автомобиля было сломано колесо, кроме того на станции остался санитарный отряд.

Отряд отступавших советских войск уже за станцией Прохладной был приведен в полный порядок и укрепился было у моста через Терек, но ввиду малочисленности его, по распоряжению командующего т. Егорова, фронт был оттянут к ст. Муртазово.

Потери советских войск очень незначительны и не превышают за все время ведения боевых операций 50 человек в общей сложности убитыми и ранеными.

К фронту Муртазова в настоящее время стянуты значительные силы, и положение советских войск там чрезвычайно прочно.

Получены сведения от командующего Беленковича (Георгиевский район), что он подходил на броневике к самой Прохладной.

Положение в районе Георгиевска совершенно спокойное. Железная дорога охраняется молодыми казаками. У Беленковича скапливаются значительные силы революционных отрядов.

В настоящее время советские войска усилены отрядами, выдвинутыми демократией трудовых народов области; кабардинский народ предлагает к услугам народной власти уже сформированный отряд в 6 тысяч человек.

Победа, выпавшая на долю контрреволюционных сил благодаря несчастному случаю, является временным успехом, и в ближайшие дни силы врагов революции будут раздавлены".

Ободренные удачей, казаки передвинули свой фронт до станицы Котляревской и попытались сжечь деревянный железнодорожный мост через Терек. Ночью казаки подкрались на мост, облили его нефтью и подожгли. Заметившая огонь команда нашего броневика разогнала казаков, а подоспевший на помощь отряд потушил огонь. Мост был слегка поврежден, но легко и скоро был исправлен.

Со стороны Минеральных Вод успешно действовали войска Пятигорского отдела под командой А. М. Беленковича. Его отряды достигли Св. Креста, население коего сдало оружие, в том числе 19 орудий. Взрыв на ст. Прохладная вечером 12 июля внес также дезорганизацию в правый фланг частей т. Беленковича, которые подались назад к Георгиевску. Принятыми мерами отступление было задержано и позиции к 13 июля были закреплены у ст. Солдатской.

(Продолжение следует)

Примечания

1. См. резолюции в приложении (не публикуется. - Ред.).

2. См. резолюцию в приложении (не публикуется. - Ред.).

3. См. резолюцию в приложении (не публикуется. - Ред.).

4. См. доклад в приложении (не публикуется. - Ред.).

5. В помещение германского посольства, где был убит гр. Мирбах. - Примеч. Шляпникова).

6. Так в тексте. - Ред.

7. В сообщении было пропущено одно слово. - Примеч. Шляпникова.

8. Россию. - А. Ш.

9. Текст телеграммы отсутствует. - Ред.


© elibrary.com.ua

Permanent link to this publication:

https://elibrary.com.ua/m/articles/view/ПУБЛИКАЦИИ-За-хлебом-и-нефтью

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Україна ОнлайнContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://elibrary.com.ua/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

А. Г. Шляпников, ПУБЛИКАЦИИ. За хлебом и нефтью // Kiev: Library of Ukraine (ELIBRARY.COM.UA). Updated: 05.04.2021. URL: https://elibrary.com.ua/m/articles/view/ПУБЛИКАЦИИ-За-хлебом-и-нефтью (date of access: 12.04.2021).

Publication author(s) - А. Г. Шляпников:

А. Г. Шляпников → other publications, search: Libmonster UkraineLibmonster WorldGoogleYandex


Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Rating
0 votes
Related Articles
Снова о Павле Строганове
Catalog: История 
3 days ago · From Україна Онлайн
Трансформация и историческое наследие в государствах европейского Востока.
Catalog: История 
3 days ago · From Україна Онлайн
О. ФАЙДЖЕС, Б. КОЛОНИЦКИЙ. Вглядываясь в русскую революцию: язык и символы 1917 года.
Catalog: История 
3 days ago · From Україна Онлайн
Одесские записи
Catalog: История 
3 days ago · From Україна Онлайн
The most perfect modification of the special and general theories of relativity is considered. It is shown that equations of the gravitational field of General Relativity (GR) should be considered as equations of spatially inhomogeneous gravithermodynamic state of only utterly cooled down matter. This matter can only be the hypothetical substances such as ideal gas, ideal liquid and the matter of absolutely solid body. The real matter will be inevitably cooling down for infinite time and never will reach the state that is described by the equations of gravitational field of the GR.
Рассмотрена наиболее совершенная модификация специальной и общей теорий относительности. Показано, что уравнения гравитационного поля общей теории относительности (ОТО) следует рассматривать как уравнения пространственно неоднородного гравитермодинамического состояния лишь предельно остывшего вещества. Этим веществом могут быть только гипотетические субстанции – идеальный газ, идеальная жидкость и вещество абсолютно твердого тела. Реальное же вещество обречено остывать бесконечно долго, так никогда и не достигнув состояния, описываемого уравнениями гравитационного поля ОТО.
Розглянута найбільш досконала модифікація спеціальної та загальної теорій відносності. Показано, що рівняння гравітаційного поля загальної теорії відносності (ЗТВ) слід розглядати лише як рівняння просторово неоднорідного термодинамічного стану гранично остиглої речовини. Цією речовиною можуть бути тільки гіпотетичні субстанції – ідеальний газ, ідеальна рідина і речовина абсолютно твердого тіла. Реальна ж речовина приречена остигати нескінченно довго, так ніколи і не досягнувши стану, що описується рівняннями гравітаційного поля ЗТВ
Основна мета цього дослідження – виявлення наукових оман і найбільш значних непорозумінь в сучасній астрономії, космології і фізиці. Більшість з них викликано як суто математичним підходом, так і ігноруванням філософського осмислення фізичної реальності. І як наслідок цього, – недостатньо глибоким розумінням сутності деяких фізичних явищ і об'єктів. І, перш за все, це стосується явищ і об'єктів, що розглядаються в спеціальній і загальній теоріях відносності.
С. Е. РУДНЕВА. Демократическое совещание (сентябрь 1917 г.): история форума
4 days ago · From Україна Онлайн
Тридцатилетняя война и германская политика Франции
Catalog: История 
4 days ago · From Україна Онлайн

Actual publications:

Latest ARTICLES:

ELIBRARY.COM.UA is an Ukrainian library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
ПУБЛИКАЦИИ. За хлебом и нефтью
 

Contacts
Watch out for new publications: News only: Chat for Authors:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Ukraine Library ® All rights reserved.
2009-2021, ELIBRARY.COM.UA is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Ukraine


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones