В течение многих тысячелетий различные племена, этносы, народы осваивали Волго-Донское междуречье.

Стоянки первобытного человека, относящиеся к эпохе палеолита (70 тыс. лет назад), найдены в нижнем течении Волги. В V-II тыс. до н.э. нижневолжские земли населяли народы срубной, катакомбной и ямной культур.

С VII в. до н.э. по IV в. н.э. земли к востоку от Дона занимали сарматы. Через территорию Волго-Донского междуречья пролегал кратчайший путь из Азии в Европу, по которому прошли гунны, печенеги, половцы, гузы. На берегах Волги возникали государства: Хазарский каганат, Волжская Булгария, Золотая Орда; процветали города: Итиль, Саксин, Сарай Ал-Махруса, Сарай Ал-Джедид, Болгар, Укек, Бельджамен, Гюлистан...

Освоение Волго-Донских земель русскими началось с Х в., с походов князя Святослава и покорения Хазарии; продолжалось оно и в период Золотой Орды.

Окончательное закрепление нижневолжских земель за Россией произошло в XVIII в. Освоение поволжских и донских земель шло поэтапно: сначала, в XVI в. это было "сезонное население" - охотники, рыболовы, бортники, вольные донские казаки, беглые крестьяне и разбойники; В XVII-XVIII вв. происходит планомерное государственное освоение нижневолжских земель: строятся города-крепости на Волге - Самара, Саратов, Царицын, казачьи городки и "сторожи". Правительство переселяет сюда государственных, монастырских, помещичьих крестьян, расселяет немецких колонистов, украинских чумаков, крепостных рабочих шелковых и селитренных заводов. Такого рода колонизация продолжается до конца XIX в. С начала XX в. освоение нижневолжских земель ведется путем внутренних миграций.

В статье дан краткий обзор заселения Нижнего Поволжья и формирования цивилизации в Волго-Донских степях. Автор статьи в своих взглядах на проблему придерживается выводов известных саратовских исследователей XIX в. А.Ф. Леопольдова (1800-1875), А.Н. Минха (1833-1912), Н.И. Костомарова (1817-1885), Ф.Ф. Чекалина (1841- 1893).

Юго-восточные степи европейской территории России, расположенные к северу от Азовского и Каспийского морей, разделены на междуречные территории протекающих на юго-востоке рек: Дона, Волги, Медведицы, Хопра - и изрезаны речками поменьше (Елань, Терса, Бузулук, Иловля, Кумылга, Чир). Их некогда покрывала сеть более мелких речушек, которые вследствие изменения климата высохли и превратились в балки - Сухая Мечетка, Сухая Таловка, Сухая Саратовка и пр., озер и ильменей. Уже в древности плодородные речные долины с теплыми лагунами и лиманами привлекали древних охотников, рыболов и собирателей.

Стоянки первобытного человека, относящиеся к эпохе палеолита, найдены в нижнем течении Волги - Заикино пепелище. Сухая Мечетка, Пичуга (Волгоградская

стр. 89

обл.). Об этом свидетельствуют разнообразные наборы орудий, изготовленные из цветного кремня и окварцованного песчаника (преобладают орудия мустьерской группы); остатки охотничьей добычи, древесные угольки, сохранившиеся от древних костров.

Археологические памятники неолита представлены уже не только сезонными стоянками, но и долговременными поселениями. Одним из них является многослойный памятник каменного века - Шлях, расположенный на левом берегу Дона (Фроловский р-н Волгоградской обл.). В V-III тыс. до н.э. в междуречье Волги и Дона происходил переход к оседлой жизни; техника обработки орудий, изготовленных из кремня и кварцита, достигла высокого уровня; совершенствовались методы и приемы охоты и рыбной ловли. Поселения располагались в удобных местах, как правило, на берегах рек, в зарослях берегового и пойменного леса; охота и рыболовство перестали носить сезонный характер. Промысловыми видами животных в Нижнем Поволжье были лоси, олени, кабаны, бобры, зайцы, медведи; охотились на водоплавающую птицу: гусей, уток, журавлей, лебедей; в речках ловили щуку, сома, леща, окуня, а в Волге - осетра и стерлядь.

Богатые природные биологические ресурсы междуречья Волги и Дона, сформировавшиеся в теплом континентальном климате, устойчивые хозяйственные и культурные традиции способствовали расцвету культуры охотников, рыболовов и собирателей.

В III тыс. до н.э. произошли резкие колебания природных условий: климат стал более сухим и холодным, что повлекло за собой изменение всей местной биосферы - исчезли леса, обеднели травянистый покров и животный мир. Именно в это время в Волго-Донские степи пришли кочевники-скотоводы ямной и катакомбной, а во II тыс. до н.э. - срубной культур (Первомайский курганный могильник в Калачевском р-не Волгоградской обл.) Наличие в погребениях сосудов для пищи, украшений, костей животных свидетельствовало о развитых религиозных представлениях, в частности о загробной жизни.

Эти племена жили родовыми поселениями, занимались скотоводством, охотой, умели плавить металл; в погребениях, расположенных по берегам Дона, обнаружены железные пружинные ножницы, шило, бронзовое зеркало-подвеска.

Характерным для этого периода является создание могильной насыпи - кургана. Традиция сооружения курганных могильников-некрополей сохранилась у кочевников до позднего средневековья. Многочисленные курганные группы служили ориентирами на местности, являлись границами кочевок древних племен, были местами сбора сородичей, объектами поклонения. Именно в это время зарождаются культуры кочевников и происходит формирование новой экономической модели - кочевого и полукочевого хозяйствования, сохранившегося на территории Волго-Донских степей до XV в. н.э.

С VII в. до н.э. по IV в. н.э. в междуречье Волги и Дона жили ираноязычные сарматы. В формировании культуры сарматов значимую роль сыграли племена срубной культуры предшествовавшего бронзового века. Наряду со скотоводством сарматы занимались земледелием, обработкой железа, ткачеством. Находки в погребениях - железные ножи, мечи, фрагменты железных удил - подтверждают знакомство сарматов с железом. В захоронениях в достаточном количестве обнаружены краснола-ковые сосуды - кувшинчик, пелика, тонкостенный канфар, так называемые неапольские и танаисские амфоры, относящиеся к пергамским изделиям, привезенным из различных центров Малой Азии и греческих колоний Причерноморья. Изделия из керамики, стекла, бытовую утварь сарматы приобретали в обмен на продукты скотоводства через водный путь по Дону.

стр. 90

На территории Нижнего Поволжья археологами раскопано более 200 сарматских погребений. В Блюменфельском кургане (Старополтавский р-н Волгоградской обл.) найдены железные мечи с сердцевидными перекрестиями, наконечники копий, детали конской упряжки - железные удила, бляшки в виде головок птиц, художественные изделия из костей и клыков кабана. В курганном могильнике Сазонкин Бугор (Черноярский р- н Астраханской обл.) обнаружены золотые серьги-подвески в виде спаренных всадников на лошадях. Здесь же найдены золотая гривна из проволоки, которую носили на шее в качестве украшения; ожерелье из золотых, янтарных и сердоликовых бус, полусферические золотые бляшки, нашивавшиеся на одежду.

Время с конца II в. до н.э. по начало II в. н.э. считается расцветом сарматской культуры. На рубеже н.э. контакты сарматов Нижнего Поволжья расширились. В одном из курганов на левом берегу Волги (у села Калиновка Быковского р-на Волгоградской обл.) было открыто погребение, в котором, кроме бронзового котла, золотых гривны и браслета, найдены бронзовые и серебряные сосуды, изготовленные в Южной Италии.

Если все предыдущие эпохи в истории Волго-Донских степей известны только по предметам материальной культуры, то о сарматах имеются письменные свидетельства - сочинения античных авторов. О них писал Геродот; в первых веках н.э. сарматы царские, или языги, известны Страбону. Сарматы известны младшему современнику Геродота Псевдо-Гиппократу и жившему в IV в. до н.э. Эфору. Этноним "сарматы" зафиксирован в нескольких источниках рубежа IV-III в. до н.э. у Феофраста, Псевдо-Скилака, Евдокса. Согласно Деметрию Каллатийскому, сарматы в III-II вв. до н.э. обитали в Азии за Танаисом ¹ .

В сарматский период северное междуречье Волги и Дона было населено, по свидетельству Геродота, будинами и гелонами. Торговая фактория Гелон (V век до н.э.) служила центром волжско-камской торговли и была связана с Азовским морем по Хопру, Медведице и Дону ² .

Находки в сарматских захоронениях ³ (краснолаковая тонкостенная посуда, раннеримские воинские фибулы, бронзовые зеркала) подтверждают связи Волго-Донского междуречья с Причерноморьем ⁴ .

В фондах Волгоградского областного краеведческого музея хранится сильно деформированный бронзовый котел ⁵ конца I - начала II в. н. э. с греческой надписью на внутренней стороне венчика: "Богу Аресу Блекурскому из средств хранителя Бога Апполинария Приска". Наличие посвятительной надписи исключает торговый обмен, следов пребывания котла на треножнике на внешней стороне стенок не обнаружено. Вероятно, котел служил для отправления культа жрецам, которые жили на этой территории в течение длительного времени.

Страбон, сведения которого относятся к II-I вв. до н.э., в Волго-Донских степях помещает аорсов, сираков, роксоланов, пришедших в Сарматию с востока. Основной из причин их передвижения была военно- политическая активность гуннов, которые в конце III - первой половине II в. до н.э. наносили удары по восточноскифскому миру.

Нижнее Поволжье с древнейших времен служило воротами, ведущими из Азии в Европу. И наступление новой эры ознаменовалось нашествием гуннов, которое втянуло в это мощное перемещение многие степные племена и народы. После распада Гуннской державы эти народы, скрывавшиеся под общим названием "гунны", начали создавать свои объединения в Волго-Донских степях.

На востоке формируется новая сила - тюрки, согласно легенде, считавшие своими предками гуннского царевича и волчицу ⁶ . Тюркоязычная среда, начало утверждения которой в европейских степях положили гунны, стала распространяться на запад. В VI в. тюрки вышли к Волге, но не перешли ее, основав Западнотюркский каганат. После его распада в VII в. на его развалинах стали возникать новые государственные

стр. 91

объединения: Великая Болгария в нижнем течении Дона и Приазовских степях и Хазарский каганат на северо-западном побережье Каспийского моря. Под натиском арабов болгары и хазары отступили на север - в волжские и донские степи. Центром Хазарского каганата в VIII в. стала дельта Волги. Главными занятиями хазар были скотоводство и рыболовство. В Х в. хазары начинают заниматься земледелием. Поселения хазар обносились валами и рвами. Ставка кагана и столица государства располагались в городе Итиле, находившемся в устье Волги. Археологи так и не могут обнаружить его развалины; вероятно, после запустения он был смыт рекой, часто меняющей в этом месте свое русло.

Судя по описаниям, город Итиль тянулся на шесть километров вдоль берега и состоял из двух частей: на острове был построен кирпичный дворец-замок, соединенный с городом понтонными мостами; собственно же город состоял из глинобитных домов купцов и ремесленников и общественных зданий. На левом берегу Дона (ниже Переволоки) на рубеже VIII-IX в. существовал еще один город Хазарии - Саркел, обнесенный кирпичной стеной. Внутри укрепления находился торгово- ремесленный город с домами, караван-сараями и казармами.

Хазарских городов было мало; сама природа не располагала достаточными строительными ресурсами: в степи не было запасов строительной древесины и месторождений камня; стены крепостей, дворцов, домов были сложены из кирпича. И коревой образ жизни в Волго-Донских степях не претерпел серьезных изменений.

В VIII в. под давлением арабов болгары, так же как и хазары, начали откочевывать из донских и приазовских степей на север и, покочевав в степях несколько десятилетий, стали оседать в землях Волго-Камского междуречья, образовав вассальное Хазарскому каганату государство - Волжскую Булгарию, построив при слиянии Волги и Камы столицу - город Булгар. В IX в. началось противостояние хазар славянам. Сначала хазары наложили дань на некоторые славянские племена, но уже в 885 г. Олег ходил на ладьях в Итиль - сначала по Дону, а далее через Переволоку на Волгу и на Каспий. Хазары, находясь на пересечении торговых путей, идущих с Востока в Европу, не пропускали русские караваны, собирали таможенные пошлины, отбирали трофеи. В 964-965 гг. князь Святослав совершил походы против Хазарского каганата: "И пошел на Оку реку и на Волгу, и встретил Вятичей, и сказал Вятичам: "Кому дань даете?". Они же ответили: "Хазарам - по щелягу с сохи даем". В год 6473 (965 г.) пошел Святослав на хазар. Услышав же, хазары вышли навстречу во главе со своим князем Каганом и сошлись биться, и в битве одолел Святослав хазар и столицу их и Белую Вежу взял" ⁷ . Хазары были наголову разбиты Святославом, который взял их город на Дону - Саркел. После восстановления последнего значительную роль в городе стали играть недавние данники - славяне- вятичи, а хазарский город Саркел назвали по-славянски - Белая Вежа, что означает Белая Крепость. Почти двести лет после этого древнерусский степной городок стоял на перекрестке торговых степных и водных дорог (на левом берегу Дона южнее Переволоки) ⁸ .

В 968-969 гг., согласно арабскому географу Ибн Хаукалю, русы, под которыми он подразумевал норманнов, опустошили торговый центр Булгар на средней Волге, а затем обрушились на города Хазарии - ее столицу Итиль и Семендер на берегу Каспия ⁹ . Сын Святослава, Владимир, также предпринял поход на Волгу, встретился с волжскими болгарами и разбил их, на ладьях спустился вниз по Волге и в 985 г. взял город Итиль. Столица каганата была разграблена дружиной Владимира, а хазары обязались выплачивать им дань. Хазары затем слились с печенегами, гузами и половцами, которые открыли новую страницу в истории Волго-Донских степей.

До конца IX в. южное Поволжье было заселено пришедшими с востока печенегами, которые в 893 г. совершили переход за Дон в причерноморские степи ¹⁰ . После того как князь Ярослав в 1036 г. разбил печенегов, в восточноевропейские степи хлы-

стр. 92

нули новые кочевники - узы (гузы). В Х в. Поволжье буферные земли между хазарами и болгарами в среднем течении Волги заселили буртасы ¹¹ .

В VIII в. на Черном Иртыше кочевал народ, известный на Востоке под названием кипчаки, в Европе - куманы, а на Руси - половцы ¹² . В XI в. половцы появились в Волго-Донских степях. Хроника событий русско-половецких войн крайне разнообразна: победы и поражения, походы и нападения. В 1116 г. прекратила свое существование крепость на Дону - Белая Вежа. Печенеги и тюрки, защищавшие ее, были разбиты, "беловежцы" ушли на Русь и основали городок на Черниговском пограничье, окружив себя на новом месте прежними союзниками. Мстислав Владимирович (сын Владимира Мономаха) в конце 20-х годов XII в. загнал половцев "за Дон, за Волгу, за Яик", а к середине XII в. границы Рязанского княжества проходили уже по правому берегу реки Хопор (Хопер). В 1152 г. летописец писал о половцах, "что же их межи Волгою и Днепром".

К сожалению, в Волго-Донских степях почти не сохранились свидетели кипчакского присутствия - каменные половецкие изваяния, и совсем их нет в низовьях Волги ¹³ . Курганные захоронения также весьма незначительны, так как половцы предпочитали хоронить своих умерших в древних курганных насыпях, делая так называемое впускное захоронение, но в населенных районах, с установлением определенных мест становищ и кочевий, начинают появляться большие и малые курганы, а иногда и целые могильники. Один из них находится недалеко от Царевского городища (Волгоградская обл.). В захоронении обнаружены фрагменты железных удил и деревянного седла, берестяного колчана и пояса-крепления ¹⁴ . В женском захоронении найден головной убор бокка ¹⁵ , бронзовое зеркало, кусочки парчовой ткани.

Кочевья нижнедонских половцев продвинулись по степям до среднего течения Дона. Отдельное кочевье половцев занимало территорию Нижней Волги в районе г. Саксина, возникшего на руинах хазарской столицы Итиля. Оседая, кочевники использовали древние укрепления для своих поселений. Обычно они подновляли их и ставили на древние валы деревянные, обмазанные глиной частоколы. Так произошло с Белой Вежей, превращенной в зимнее становище. Белая Вежа и Саксин были торгово-ремесленными городами, вокруг которых простирались кочевья кипчаков-половцев. Этнический состав города Саксина был разнороден: гузы, хазары, болгары и нижневолжские половцы, которых летописцы называют саксинами. Вероятно, по причине смешанности населения на Нижней Волге нет святилищ с каменными статуями. Существование половецких поселений на старых городищах было недолговечным. Они так и не смогли оформиться в города с многочисленным населением, монументальными постройками, развитой администрацией и торгово-ремесленной структурами. Саксин упоминается в русских летописях под 1131 и 1153 гг. Просуществовал он вплоть до монгольского нашествия.

В 1222-1223 гг. по Волго-Донским степям прокатилась новая волна завоевателей - "татары остановились в Кипчаке". Второй поход монголов в кипчакские степи состоялся в 1228-1229 гг. и был направлен на Саксин, волго-донских кипчаков и волжских болгар. В середине 30-х годов XIII в. закончилось половецкое господство в Волго-Донских степях. Часть половецких кочевий отошла в Венгрию, Дунайскую Болгарию, Закавказье. Огромное число пленных половцев было продано в рабство. В Египте кипчакские воины стали гвардией султана - мамлюками; впоследствии они захватили власть в Египетском султанате. Новые правители провели переселения: одни половецкие курени были переселены в Волжскую Булгарию, другие - в степи Нижнего Поволжья. Основным разговорным языком Золотой Орды становится тюркский (половецкий), происходит ассимиляция монголов местным населением, и новый этнос стал называться татарами.

стр. 93

С середины XIII в. Нижнее Поволжье становится центром Золотой Орды: "рассыпались татары по улусам от Волги на запад по реке Медведице и Хопру и их притокам" ¹⁶ ; Волго-Донские степи "сделались средоточием монгольских кочевий, где располагались постоянные зимовки и, расширяясь, приняли вид городов" ¹⁷ .

В первые годы существования Золотой Орды монголы использовали города, разрушенные во время нашествий 1236-1242 гг. Столица Волжской Булгарии, город Булгар, до основания Батыем Сарая играл роль столицы Орды, в нем даже была начата чеканка золотоордынских монет. Самими монголами в XIII-XIV вв. в Волго-Донском регионе были построены обе столицы Золотой Орды - Сарай, основанный ханом Бату в 1250 г., и Сарай Ал-Джедид, основанный ханом Узбеком в 1330 г. Кроме того, появились Хаджитархан в устье Волги, Укек в ее среднем течении, Бельджамен выше Нового Сарая, Казань при слиянии Волги и Камы. В правление хана Узбека берега Волги застраиваются мелкими городами и поселками. На карте, составленной в 1367 г. венецианскими купцами братьями Франциском и Домиником Пицигани, от устья Камы до Астрахани на правом берегу Волги указано десять населенных пунктов и десять - на левом. В XIV в. татарские поселения располагались не только по берегам Волги: "О том, что наш край был населен в эпоху монгольского владычества более или менее повсеместно, свидетельствуют также находки золотоордынских монет не только по берегам Волги, но и на обширном от нее пространстве: в 1855 году был найден клад золотоордынских монет близ слободы Елань Аткарского уезда, в 1887 году близ села Никоновка Нижне-Ломовского уезда" ¹⁸ . Названия многих городов имеют тюркские корни - Елань, Аткарск (улус Иткара), Карабулак, Карамыш, Мелик, Балыклей.

Самым значительным городом Золотой Орды в XIII в. был Сарай (Сарай Ал-Махруса - Богохранимый Дворец). Находился он примерно в 60 км выше Астрахани (остатки этого города - Селитренное городище в Астраханской обл.). Проживало здесь примерно 75 тыс. человек. Город был столичным центром, куда приезжали иностранные посольства, миссионеры, русские князья, посещавшие Орду в течение двух столетий для получения ярлыков на княжения. Князья не только сами ездили в Орду, но и посылали туда различных лиц с дипломатическими поручениями. Специальные чиновники князей, осуществлявшие дипломатические отношения с Ордой, назывались киличеи.

Русские появились в Нижнем Поволжье в первые годы существования Золотой Орды: "Сюда приходили князья на коленопреклонение и новгородские удальцы на разбой" ¹⁹ . Вильгельм Рубрук, совершивший путешествие по монгольским кочевьям, побывал в поселке на левом берегу Дона, населенном пленными русскими, которые перевозили на лодках послов и купцов. В XIII в. в Нижнем Поволжье русское население было уже настолько значительным, что в 1261 г. при хане Берке, который сам принял мусульманство, было образована Сарайская епархия. Первым епископом сарайским был Митрофан. В его ведении находилась территория вверх по Волге и Дону от Сарая. В 1459- 1461 гг. епископы были переименованы из Сарайских в Сарские и Подонские. Сарская епархия "находилась между Волгой и Вороной и по Дону. К северу и северо-востоку граница ее неизвестна; там кочевали татары до пределов земли Мордовской. Можно полагать, что население христианское было здесь значительно, ибо признавалось нужным учредить духовное управление" ²⁰ . Резиденция епископа была в обеих столицах Орды - сначала в Сарае (Селитренное городище в Астраханской обл.), а позже - в Новом Сарае, столице Золотой Орды в XIV в. (Царское городище в Астраханской обл.). Православные церкви и часовни были не только в столицах, но и в других городах, где было русское население: в Бездеже (Бельджамене - Водянское городище в Волгоградской обл.), в Укеке (в среднем течении Волги близ Саратова). Нижнее Поволжье в XIII-XIV вв. было густонаселенной об-

стр. 94

ластью, что позволило исследователям назвать этот район "Приволжскими Помпеями" ²¹ .

Сокрушительный удар по золотоордынским городам нанес в 1395-1396 гг. Тимур. Нашествие его армии привело к запустению Поволжья и исчезновению поселений ²² .

В XV в. вдоль течения Волги образовались отдельные ханства; Казанское, Астраханское и Большая Ногайская Орда. "Полтора века все пространство от Рязанской губернии до того места, где Волга входила в пределы Астраханской епархии, оставалось почти все без жителей" ²³ . Венецианский посланник в Персию Контарини, проезжая в 1476 г. из Астрахани в Москву, нашел в междуречье Волги и Дона "ужасные и обширные пустоши" без дорог и жилья. Даже в XVI в. после присоединения Казани и Астрахани к Московскому государству, территория Волго-Донских степей была почти не заселена, так как "несмотря на все выгоды и удобства, охотников селиться в этом крае все-таки было мало, заселение его шло медленно и неохотно, потому что жизнь здесь и после татарской неволи была затруднительна и опасна" ²⁴ , хотя русские крестьяне цеплялись за край плодородных черноземов еще в период Золотой Орды. Так, в первой половине XIV в. на золотоордынской территории возникло два города - Елец и Тула, население которых, несомненно, было русским, а администрация - татарской. Хозяйственные постройки в русских поселениях, датированные XIII-XIV вв., обнаружены на Верхнем Дону (на территории Елецкого р-на Липецкой обл.) и в черте г. Воронежа (Шиловское поселение). Русскими первопоселенцами, осваивавшими Волго-Донские степи в XIV в., можно считать беглых разбойников, "татей", то есть всякого рода люмпенизированные элементы. Дикая, суровая местность - степи и дремучие леса - привлекали немало "гулящих людей и диких, как сама природа, инородцев, которые скрывались от преследования в дебрях дремучих лесов и в пещерах гор, безнаказанно производили буйства и грабежи" ²⁵ .

После присоединения к Москве Казанского и Астраханского ханств, с середины XVI в. территории между Хопром и Медведицей осваивает так называемое сезонное население: русские и мордовские охотники, звероловы, бортники. Замедведицкий край осваивался также охотниками и бортниками; так, "некоторые крестьяне Шацкого ²⁶ уезда еще в 1652 году владели уже на оброке бортными ухожьями, рыбными ловлями и бобровыми гонами на реке Медведице и по ее притокам: Терсе, Князевке с Баландинским юртом, Карамышу, Идолге и Колышлею" ²⁷ .

Еще до присоединения Казани и Астрахани буферные земли в Волго- Донских степях - Поле - активно осваивали казаки. В XVI в. донцы селились на "ничейной" земле. С одной стороны, они были оплотом и орудием распространения российской государственности и культуры на юго-востоке, с другой - казаки жили за пределами оборонительной засечной черты, обозначавшей границы Московского государства, и были врагами порядка и власти. Иван Грозный посылал против них "войско под начальством воевод, чтобы хватать и вешать удалых" ²⁸ .

Освоение Нижневолжских земель связано с организацией общероссийской сторожевой и станичной службы ²⁹ . В XVI в. к уже существовавшим сторожам добавлялись вновь созданные во главе "со стоялыми головами", комплектовавшиеся из служилых людей нескольких городов и посылавшие свои собственные станицы в разные стороны по территории Дикого поля. В 1571 г. сторожи располагались следующим образом: правая - у Волги под Караманским лесом в устье р. Балыклей, вторая - на левом берегу Дона в "Вешках" выше Медведицы и Хопра, третья - на р. Оскол, четвертая -на р. Сейм. Вскоре под натиском крымцев и ногайцев крайняя восточная сторожа была отодвинута с берега Волги под Тилеорманский лес, находившийся между Волгой и Доном при впадении Вороны в Хопер ³⁰ . Сторожу под Тилеорманским лесом оберегали "дети боярские из Мещеры, мещерские поместные атаманы, цненская и мок-шанская мордва и казаки из Шацка" ³¹ .

стр. 95

""По росписи 1578 года, - писал историк Саратовского края А.А. Гераклитов, - мы видим, кто именно в предшествующем году стоял на этой стороже и в какую сторону делались от нее разъезды. Вот что говорят документы: "В четвертом месте голова стояла меж Дону и Волги под Тилеорманским лесом с весны; из Мещеры станичная голова Посник Башкан с товарищи, стал на месте апреля в 29 день, а людей с ним было его товарищи да атаманы мещерские, да мордва дненская да макшанская да шацкие казаки, всего 56 человек. Посника обменил Борис Свищов, стал на срок в Шацком на другое воскресенье Петрова поста июня в 16 день, а на месте стал июля в 13 день, а людей с ним... 56 человек. Бориса обменил голова Рохманин Вышеслевцев стал на срок в Шацком на Семен день сентября в 1 день в неделю, а на месте под Тилеорманским лесом стал в пятницу на другой неделе после Семена дня, сентября в 13 день. А людей с ним было... 55 человек. А разъезды станицами от тех голов были: направо вверх по Елани до Меловых гор... а налево разъезды были станицами к Волге до Змеева камени, который камень лежит против Медвежья острова Усть-Кереши. А с вестьми станичниками бегали, которые переезжали сакмы воинских людей едучи к Меловым горам - в Шацкой, а которые станичники переезжали сакмы воинских людей едучи к Волге к Медвежью острову, те станичники половина бегали с вестьми к головам под Тилеорманский лес, а другая половина бегала в Темников"" ³² .

В 1571 г. на юге находились 73 сторожи. Сторожевая полоса, выдвинутая вперед от укрепленных городков на 5-6 дней пути, на востоке ограничивалась Волгой. Сторожевые и станичные отряды должны были вести наблюдение за ногайскими сакмами (путями), которыми татары пользовались еще во времена Золотой Орды. Их описание находим в "Выписке Разряда о построении новых городов и черты", составленной в 1681 г.: "И в те времена Ординские цари и Нагайские мурзы с татары приходили в Российские места войною сакмами:

По 1-й, из-за Волги на Царицынской и Самарской перевозы, и через Дон на Казарский брод и на урочище Казар, где ныне Воронеж, на Рязанские и Коломенские места:

По 2-й, перешодъ через реку Волгу, а Дону реки не дошодъ, промеж рек Хопра и Суры, через реки Лесной и Польной Воронежи, на Ряжские, и на Рязанские, и на Шацкие места, которую сакмою и Батый в войну на Русь шол". Этими сакмами ногайцы продолжали пользоваться и в первой половине XVII в. Кроме того, существовал еще один шлях "вверх по Волге реке нагорною стороною к Казани, а от Казани на Нижегородские и Муромские и Касимовские и иные тамошние места" ³³ .

Отношения Москвы с Ногайской ордой, кочевавшей на "луговой" стороне Волги, были неустойчивыми. Иван IV использовал разногласия и внутренние конфликты в Орде. В середине XVI в. Ногайскую орду и Русское государство связывали союзнические отношения, мирза Исмаил выступил на стороне Ивана IV в его борьбе против Астраханского и Казанского ханств, но эти отношения не были стабильными. Жители Ногайской орды в поисках стабильности перекочевывали на "крымскую сторону" и уходили на запад. На переправах через Волгу скапливались стада, караваны, отары. Чтобы остановить уход своих подданных, Исмаил просил Ивана Грозного поставить русские военные заставы или крепости на трех главных ногайских переправах: на Переволоке (место, где Волга ближе всего сходится с Доном), на Иргизе (Большой и Малый Иргизы - левые притоки Волги), на Самарском устье (в устье Самары).

В 1578 г. главой Ногайской орды стал Урус - сын Исмаила. В отличие от отца, он был враждебно настроен по отношению к России. Во время его правления ногайцы в союзе с крымцами много раз разоряли русские "украины" (в это время как раз и были отодвинуты на запад русские сторожи). Для защиты окраинных юго-восточных земель правительство Федора Иоанновича строит на Волге города-крепости, расположенные на трех перевозах. В 1586 г. Урус пишет русскому царю: "Ты на четырех

стр. 96

местах хочешь городы ставить: на Уфе, да на Увеке, да на Самаре, да на Белой Воложке" ³⁴ . В 1586 г. был поставлен Воронеж на левом берегу Дона - не только для защиты от крымцев и ногайцев, но и для закрепления придонской части Поля, а также воздействия на вольных донских казаков. В этом же году была построена крепость Самара.

Город Саратов первоначально был построен на левом берегу Волги на месте татарского поселения, о котором повествует "Рубруквис, который летом 1253 года, направляясь из Крыма в стан Батыя, нашел урочище на левом берегу Волги в 10 длинных днях пути от Дона" ³⁵ . На карте братьев Пицигани (1367 г.) на левом берегу Волги напротив Увека обозначен город Sataki, ниже по течению Волги, напротив Переволоки - остров Zizera. На карте 1459 г. космографа Фра Мауро на правом берегу Волги значится город Сарытау. Шерефетдин Булгари в 1581 г., повествуя о распространении мусульманства, упоминает следующие города: Казань, Уфу, Алатур, Симбир, Сары-Тау, Сары-Чин, Табул. В грамоте царя Федора Иоанновича астраханским воеводам Сицкому и Пушкину от 1591 г. Саратов, лежащий на левом берегу Волги, назван "новым городом" ³⁶ .

Город Царицын первоначально находился на острове Царица. Как такового города еще не было, и агент английской торговой компании Христофор Борро, проехавший в 1579 г. вниз по Волге, писал, что видел на Царицынском острове караул из 50 стрельцов, поставленных для защиты проходящих судов от нападения степных кочевников. Царицын был основан в 1589 г. ³⁷ , Саратов - в 1590 г., впоследствии оба города были перенесены на правый берег. Оба топонима происходят от названия татарских городов: Сары-Чин - желтый песок (Царицын), Сары- Тау - желтая гора (Саратов).

Города строились очень быстро, в течение трех-четырех месяцев. Все необходимые материалы для укреплений: бревна для крепостных стен, гвозди, пушки, порох -переправлялись на баржах по Волге, недостающие материалы добывались на татарских городищах ³⁸ . С момента основания города назывались крепостями, или острогами. Вероятно, учитывались топографические особенности фортификационных сооружений: стен, башен, валов. "А на Царице город стоит на горнее стороне невелик, стоячий тын, башни рублены, круглые, на горе стоит невысоко" ³⁹ , - так описал новую крепость купец Ф.А. Котов, путешествовавший в Персию в 1623 г. и проплывавший мимо Царицына.

Во главе крепости стоял воевода. Основное население городов- крепостей составляли "дети боярские", сотники стрелецкие, стрельцы. Каждой крепости, как военному укреплению, полагалось иметь пушкарей, кузнеца, толмача для общения с "инородцами", воротника, сторожа. "Иноземный список" наемников составляли литовцы, немцы, "новокрещены", черкасы (малороссийские казаки), нанимавшиеся на службу русским государством, так как в незаселенных украинах юго- восточных земель служилых людей на месте невозможно было "прибрать". В 1629 г. в приказе Казанского дворца констатировалось, что "вольные люди в Казани и в верховных городах охотою в стрельцы не прибираются". В XVII в. сторожи посылаются из Казани. Так, в 1624 г. в Дворцовых разрядах было записано: посланы из Казани головы: "в Темников - голову с татары Якова Зюзина с дворяны ездити и с детьми боярскими - Ивана Нарманского голову, с иноземцы - Сергия Онучина голову, Матвея Змеева посылали на заставу" ⁴⁰ .

Все города возникали на дворцовых землях и находились в ведении приказа Большого Дворца. В XVII в. к этому приказу было отнесено 40 городов, с которых собирали подати, а также дворцовые села, черные волости, рыбные ловли, бобровые гоны, бортные и другие промысловые угодья. Прилежащие к городам земли раздавались служилым людям в качестве "земельных дач": боярским детям и сотникам по

стр. 97

50-30 четвертей пашни в каждом из трех полей и по 8 четей (четвертей) земли в поле; десятникам - 7 четей, стрельцам - 6 четей. Сюда же переселялись и дворцовые крестьяне ⁴¹ . Таким образом, каждое новое поселение становилось не только военным укреплением, но и пунктом постоянной русской оседлости. Под защитой городов-крепостей возникали новые очаги русской колонизации Волго-Донских земель, а дворцовые крестьяне и служилые люди были здесь первыми поселенцами, положившими начало хозяйственному освоению края: "С водворением русских не только стали заселяться пустоши, находившиеся здесь в виде городищ, селищ и тому подобных пространств, но начали вспахиваться девственные земли, среди лесов появились русские села и деревни... Вместе с русским человеком появляется и водворяется в этой стороне господствовавшая на Руси система трехпольного хозяйства" ⁴² .

Но несмотря на строительство городов-крепостей, набеги кочевников на юго-восточные земли не прекращались. Помимо татар, их совершали калмыки, которые умело пользовались условиями местности, погодой, посылали небольшие отряды на разведку, используя в качестве проводников "местных ногаев", на которых впоследствии и списывали свои набеги. Так, в 1635 г. калмыцкий тайша Джайчин говорил русскому послу К. Артемьеву: "И те, де ногайские и едисанские татаровья... наводят на всякое дурно и велят ему Джайчину с улусы кочевать меж Волги и Яика блиско Астрахани и аманат в Астрахань давать не велят и везде бывают в вожах у калмык" ⁴³ . По шерти (договору) 1657 г. калмыки должны были кочевать "по Крымской стороне" до Царицына, а "по Ногайской стороне до Самары", но договор этот постоянно нарушался.

В 1717 г. Нижнее Поволжье подвергалось крупному набегу крымских и кубанских татар. 18 июля 1717 г. разъезд из казаков Верхне-Чирской станицы встретил на р. Сал, "на Каргальской россоши" 15 тысяч кубанцев и крымцев, двигавшихся вверх по Дону, через Иловлю, Медведицу и междуречье Хопра и Медведицы. Татары разграбили окрестности Царицына, Саратова, Пензы, Симбирска, Петровска, увели 12 тыс. пленных и угнали свыше 163 тыс. голов скота. Сенат, рассмотрев положение, сложившееся в Нижнем Поволжье, принял решение о строительстве новой сторожевой линии. Генерал-майор Г.С. Кропотов получил приказ провести изыскания в районе Царицына и Дмитриевска (Камышина), чтобы подготовить проект оборонительных укреплений. Обследование местности показало, что сторожевую линию удобнее всего возвести между Царицыном и Паньшином. Строительство продолжалось три года и было завершено в 1720 г. В стратегически важных участках линии расположились крепости: Царицынская, Мечетная, Грачевская, Осокорская, Донская и 25 форпостов. Для несения сторожевой службы сюда были переведены четыре полка из Пензенского уезда. В последующие годы было принято решение для укрепления Царицынской сторожевой линии создать Волжское казачье войско, а между Камышином и Царицыном поселить 1057 семей донских казаков ⁴⁴ для защиты тех мест, где "кубанская орда великие озлобления российскому народу, живущему в низовых местах, чинила и в полон людей брала, и скот отгоняла" ⁴⁵ .

Для дальнейшей защиты юго-восточных границ России в 1723 г. по всем учрежденным форпостам и караулам было решено "сделать по три маяка или пирамиды, высотой в три сажени, снабдить хворостом или зажигательным материалом, при маяках иметь конный караул, а маяки содержать драгунами и малороссиянами, слободскими или донскими казаками". В списке крепостей находились Астрахань, Петровск ⁴⁶ и "малая цитадель Царицын, в них довольно по одному канониру и пушке, и на год амуниции, новый транжмент оставить, как есть до времен" ⁴⁷ .

10 марта 1732 г. вышел указ "О поселении казаков на Царицынской линии, об отводе для оного земель; о снабжении казаков знаменами, бунчугом, пасекою и печатью, о имении им суда по казацкому обыкновению, о небытии в их городках казен-

стр. 98

ным кабакам, о ловлении им в реках, речках и озерах рыбы безоброчной ⁴⁸ , а 24 марта 1732 г. - указ "Об отводе места по Царицынской линии под поселение донских казаков" ⁴⁹ .

В 1769 г. через Царицын проехал путешественник - натуралист академик С.Г. Гмелин и составил описание службы донских и волжских казаков на Царицынской сторожевой линии. Он писал: "Если хочешь бедную тварь в свете себе представить, то должно на память привести донского казака на линии стоящего. При величайшей бедности, в которой казак едва сухим хлебом голод свой в состоянии утолить бывает, должен в худой одежде сносить тяжесть жары и жестокость стужи" ⁵⁰ .

В 1727 г. для защиты юго-восточных рубежей России от казахов, подступавших к Яику, и для предотвращения возможного военного союза калмыков с крымцами было принято решение разместить драгунские и пехотные полки близ российской границы. 31 августа 1771 г. был утвержден доклад Военной коллегии "О прибавке гарнизонных батальонов и об учреждении легких полевых полков", в соответствии с которым в четырех крепостях Царицынской сторожевой линии (Донской, Асакарской, Грачевской, Мечетной) создавались гарнизонные роты, а в Царицыне - гарнизонный батальон, с подчинением их царицынскому коменданту ⁵¹ . Десять полков были поставлены в городах Поволжья: Пензе, Самаре, Саратове, Царицыне. "Вольная служба" себя изжила, а с ней закончила свою двухсотлетнюю историю военно- стратегическая колонизация Волго-Донских земель. Города-крепости "потеряли свое назначение во второй половине XVIII века с покорением Крыма и со вступлением крымских и ногайских татар в подданство России" ⁵² .

Одним из важнейших путей заселения Нижнего Поволжья была монастырская колонизация, начавшаяся с конца XVI в. Уже в 1597 г. монастыри Черняев, Саввино-Сторожевский, Троицкий и Чудов имели по Хопру и Медведице рыбные и звериные ловли, бобровые гоны, бортные леса. 15 марта 1588 г., еще до основания городов-крепостей на Волге, была дана грамота Троице-Сергиевскому монастырю на рыбные, бобровые и прочие промыслы. В 1632 г. московский Ново-Спасский монастырь получил первую, а в 1653 г. вторую жалованную грамоту на рыбные ловли на Волге и на реках Терса и Большой и Малый Иргиз ⁵³ . В 1606 г. московский Чудов монастырь получил рыбные промыслы на Волге. В 1685 г. монастырем было основано село Архангельское, а затем и другие села, насчитывавшие по второй ревизии (1744-1747) 622 души; в селе Покровском с деревнями, также принадлежавшими Чудову монастырю, числилось по второй ревизии 804 души. Ново-Спасский монастырь владел на территории края четырьмя селами, в которых, согласно той же ревизии, проживало 1162 души ⁵⁴ .

В середине 50-х годов XVII в. на территории Нижнего Поволжья появляются старообрядцы. Еще больше увеличивается поток приверженцев старой веры после церковных соборов 1654 и 1667 гг. В основной массе они оседали на территории Войска Донского на притоках Дона - Медведице, Хопре, Чиру. Многие старообрядцы жили в казачьих городках, увеличивая их население в несколько раз. А в "дальних местах" они основывали новые поселения. Так, в 1672 г. священником Иовом была основана первая пустынь старообрядцев с "ведома войска" на р. Чир, примерно в 50 верстах от казачьего городка Нижний Чир. А в двух верстах от нее им же была создана женская обитель. При преемнике Иова Досифее старообрядцы стали пахать землю и построили мельницу ⁵⁵ . В XVIII в. они начали осваивать "луговую" сторону Волги. В 1762 г. на Иргизе поселились приверженцы старой веры, пришедшие из Польши.

В XVIII в. происходит планомерная колонизация края: на государственные земли переселяются татары, мордва, малороссы, великороссы, немцы. Пахотные земли передаются дворянам с целью заставить "переселить крестьян в этот пустынный край". Так, именным указом Петра I были пожалованы боярину Льву Нарышкину ⁵⁶ в 1691 г.

стр. 99

земли в Поволжье "со всеми лесами, лугами, дикими полями и степями на реках Хопре. Медведице, Вороне, Елани и прочих, текущих по Саратовской и другим губерниям, со впадающими в них речками и истоками" ⁵⁷ .

Указом от 30 сентября 1779 г. Екатерина II пожаловала "светлейшему князю Таврическому генерал-аншефу Григорию Александровичу Потемкину" около 200 тыс. десятин нетронутой сохой земли вместе с девственным лесом по Хопру и впадающим в него речкам и балкам. В 1780 г. Потемкин перевел сюда из своих имений в Рязанской губернии 915 крепостных крестьян. Донскому полковнику Себрякову была пожалована земля на берегу реки Медведицы. Бекетов, назначенный астраханским губернатором, получил земли в окрестностях Царицына, между речками Ельшанка и Сарпа, а также на острове Сарпинском. Эти земли частично уже были заселены малороссами; Бекетов поселил на своих землях 300 крестьян, положивших начало селам Бекетовка и Отрада ⁵⁸ . А.Н. Минх писал, что, любуясь этой красивой местностью, большей частью покрытой в то время густым лесом, а также в связи с общим обилием природных богатств - лесов, рыбы, хлеба и фруктов, Бекетов назвал селение "Отрадным". Здесь он построил роскошный дворец, где провел последние дни своей жизни и умер 9 июня 1794 г. ⁵⁹ .

В августе 1765 г. в Царицын в сопровождении землемеров и офицера прибыли первые колонисты. Место для поселения было выбрано в 28 верстах от Царицына, при впадении в Волгу реки Сарпы. Одновременно по Волге был доставлен плот казенного леса для строительства ⁶⁰ .

27 марта 1767 г. была дана Жалованная грамота Сарептскому Евангелическому обществу "на вечное владение" землей, выбранной для поселения в 1765 г. первыми немецкими колонистами, положившими начало освоению нижневолжских земель немецкими крестьянами, ремесленниками и промышленниками ⁶¹ . Хутора и селения немецких и швейцарских колонистов были разбросаны по право- и левобережью Волги, Медведицы, Таловки. Самым значительным немецким поселением была Сарепта, расположенная на Ергенинских склонах и речке Сарпе. Сарептское владение насчитывало пять тысяч десятин. В отличие от остальных немецких колоний, Сареп-та была знаменита своими виноградниками. Там также произрастали диковинные для этих мест растения: касторовое дерево, спаржа, орехи, гранаты, оливки, кипарис, китайская индигоноска, сахарный тростник. Процветало производство горчицы, горчичного масла, сарептского бальзама, пива, нардека (арбузного меда), часов, бумаги. "Рай на берегу Волги" принес в заволжские степи европейскую культуру, науку, достижения техники - это был оазис среди степей, населенных кочевниками и беглыми крестьянами. В 1775 г. в районе Сарепты были открыты минеральные источники Ре-зундбрун и Шенбрун, целительные свойства которых использовались для лечения желудочных заболеваний и радикулита. В 1780 г. на водах побывали два брата графы Орловы, граф К.Р. Разумовский с семьей, генерал Н.И. Бахметьев, князь П.А. Вяземский и др. ⁶² .

Сарепта была важна и с военно-стратегической точки зрения. В 1768 г. здесь была построена крепость с шестью бастионами, которые соединялись подземными ходами. С трех сторон Сарепта была укреплена валами, рвами, рогатками; в крепость вели трое ворот: Царицынские, Астраханские и Моздокские ⁶³ .

Несмотря на то, что кочевники продолжали совершать набеги на поволжские земли (в 1738 г. в Нижнем Поволжье появились кубанцы и каракалпаки в количестве 20 тыс. человек, которые "учинили разорение и побили многое число людей" в окрестностях Саратова и Царицына) ⁶⁴ , в середине XVIII в. начинается хозяйственно- промышленное освоение Заволжья: ведется разработка эльтонской соли, развивается селитренное производство, открываются шелкоткацкие фабрики.

стр. 100

24 февраля 1747 г. с учреждением комиссарства по добыче соли на о. Эльтон ⁶⁵ началось заселение заволжских земель. Для транспортировки соли в заволжские степи приехали украинские чумаки и возчики из Волжского казацкого войска и войска Донского, "сходны" из Украины и "жительствующие в войске Донском рахинские малороссияне". Всего "приписано было в ведении... экспедиции Эльтонского соляного промысла 26 836 душ" ⁶⁶ . От о. Эльтон пролегали три солевозных тракта: один на Николаевскую слободу по левобережной стороне и на правую сторону в Камышин, второй - на Царицын, третий - по заволжской стороне на Саратов. Безопасность перевоза соли обеспечивалась караулами Царицынской крепости. Вдоль соляного тракта чумаки основали ряд слобод с прилегающими хуторами: слободы Николаевская, Бобыли, Капустин Яр, Царевка, Покровская, Узморская, Красный Яр, Даниловка, Среднеахтубинские городки, Заплавинский городок.

По указу 1797 г., "желая, чтобы добыча соли на Елтонском озере в вящую обращалась для империи нашей пользу и вывозка оной всегда была благонадежной, в трех слободах Покровской, Николаевской, Зауморской приписать к вывозу соли магазейны". Чумаки вели интенсивное освоение заволжских земель: занимались скотоводством, земледелием, торговлей, нанимались пахать поля и строить дома немецким колонистам, распахивали целину для других переселенцев.

Заселению Заволжья способствовало и развитие селитренного и шелкового производства. Так, в 1757 г. в Сенат поступил доклад, составленный по жалобам помещиков Тамбовского и Козловского уездов, чьи крестьяне под воздействием распространяемых слухов "о дозволении крестьянам, оставив помещиков, переходить в Царицын", бегут в Поволжье для поселения на шелковых заводах ⁶⁷ , а 3 ноября 1765 г. был утвержден указ Сената "О заведении шелковых заводов в Царицыне по реке Ахтуба" ⁶⁸ . Всего в 1758 г. только на Ахтубе поселилось до 3 тыс. человек с женами и детьми.

В XVIII в. заселение края осуществлялось вместе с его хозяйственно- экономическим освоением и развитием коммуникаций: водных и степных дорог, шляхов, скотопрогонных земель, почтовых трактов. В основном это были пути, известные купцам и путешественникам еще в XV-XVI вв.

В 1722 г. в Сенат поступило предписание "послать с Москвы нарочного до Царицына и далее до Астрахани прямой дорогой, велеть вымерять ему версты и поставить столбы с подписями, как по Новгородской и другим дорогам сделаны". Далее следовал указ, "чтоб как реки замерзнут", измерять версты реками, начав от Москвы, Москвою-рекою, Окою и Волгой до Астрахани и ставить только по городам, "кои стоят по берегам помянутых рек, сколько от города будет верст". На основании указа был составлен список почтовых станций и измерено расстояние между ними: от речки Таволжанки до Хоперской крепости - 22 версты, Михайловского городка - 27, Правоторжского юрта - 24, Усть-Хоперского колодца - 21, Разлива, "что весной бывает от Хоперского колодца" - 12, Усть-Медведицкого городка - 15, Клецкого Чегапака - 18, Кременской станции - 23, Новогригорьевского - 20, Сироценской станции - 23, речки Сокораи - 30, Грачевской станции - 12, города Царицына - 28, речки Ахтубы -26, Царева пруда - 31... (Всего от Москвы до Астрахани было 1412 верст). На протяжении всего тракта вдоль дороги возникали станции почтовые и хутора ⁶⁹ .

11 мая 1737 г. был издан сенатский указ "Об осмотре и описи мест, лежащих около Царицынской линии и о сочинении оным ландкарт" ⁷⁰ . 5 июня 1764 г. астраханский губернатор Бекетов принял решение о выделении средств на постройку Кизлярской дороги и на "заведение как по ней, так и по Волге до Царицына местечек" ⁷¹ .

Заселение Нижнего Поволжья продолжалось в XIX веке. В начале века в поволжских степях жили переселенцы из Курской, Рязанской, Тульской, Воронежской, Тамбовской, Орловской, Тверской, Полтавской, Черниговской, Калужской, Пензенской, Смоленской, Казанской, Владимирской, Нижегородской, Московской губерний. Пе-

стр. 101

реселенцам выделили земли в уездах: Саратовском, Вольском, Царицынском, Камышинском, Хвалынском; много земель было выделено на "луговой" стороне Волги.

В XIX в. наблюдается очередная волна организованных переселений украинцев в Нижнее Поволжье. Так, в 1819г. было решено переселение 410 душ из "Слободско-Украинской губернии Харьковского уезда слободы Деркачей и Черкасской Лозовой войсковых обителей" на казенную землю, называемую Дикопроезжею степью (Царицынский уезд) на положении государственных крестьян. В 1834 г. крестьяне из Харьковского уезда переселяются в Енотаевский и Черноклинский уезды Астраханской губернии. В 1834 г. выходит императорский указ, в котором называются губернии, из которых производится переселение: это ряд губерний центральной России и три украинских - Слободско-Украинская, Полтавская, Черниговская.

В конце XIX в. переселение в поволжские степи прекращается. В 1903 г. саратовский губернатор П.А. Столыпин доносил правительству о нехватке земель, пригодных для обработки. Крестьяне арендовали землю у казаков Войска Донского, а многие семьи даже попытались переселиться в Сибирь и Закавказье. Так, из села Вязовка Аткарского уезда в 1878 г. несколько семей переселились в Оренбургскую губернию, а 47 семей молокан через Царицын, Моздок и Тифлис ушли в Закавказье в Ардаган на земли ушедших из Карской области турок ⁷² .

В начале XX в. освоение нижневолжских земель велось за счет внутренних миграций: после столыпинской реформы возникли сотни хуторов и отрубов, просуществовавших до 30-х годов.

Завершилась трехсотлетняя история российского заселения нижневолжских земель, где "довольно пестро здесь сидят потомки пахотных солдат, несших в старину сторожевую службу и взятых со всех сторон русского государства, казаки, или черкасы, как их называли встарь, русские выходцы и переселенцы разных великороссийских губерний, малороссы, мордва, немцы" ⁷³ .

Так в течение многих столетий осваивались различными племенами, этносами, народами Волго-Донские степи, лежащие на окраине европейского континента.

ПРИМЕЧАНИЯ

¹ А. С. Скрипкин. К определению содержания понятия "сарматская эпоха". - Проблемы истории и культуры сарматов. Волгоград, 1994, с. 28.

² Л.Л. Голицын, С.С. Краснодубровский. Увек. - Труды Саратовской ученой архивной комиссии (далее - СУАК). Т. III. 1891, вып. 2, с. 57.

³ Первые хронологические и этнические определения сарматских памятников связаны с началом их археологических исследований в конце XIX - начале XX в. Накопившийся в дореволюционное время материал по сарматской культуре был обобщен в трудах М.И. Ростовцева. В первой четверти XX в. археологические исследования проводили экспедиции П.С. Рыжкова и П.Д. Pay. В конце 40-х - начале 50-х годов археологические исследования на Дону и Волге, связанные со строительствам Волго-Донского канала и Волжской ГЭС, осуществлял Институт археологии АН СССР. В 70-е - 90-е годы археологические исследования сарматских памятников в Волго-Донском ареале проводили А.С. Скрипкин, В.И. Мамонтов, А.Д. Матюхин.

⁴ Ф.Ф. Чекалин. Саратовское Поволжье с древнейших времен и до конца XVIII века. Саратов, 1892, с. 10.

⁵ Волгоградский областной краеведческий музей. Инв. N 8051.

⁶ Л.Н. Гумилев. Древние тюрки. М., 1993, с. 21.

⁷ Изборник. Повести древней Руси. М., 1986, с. 33.

⁸ Левый берег Дона сейчас затоплен Цимлянским водохранилищем, и город находится на его дне. Открытию древних хазарских городов способствовали донские казаки. Добывая строительный материал, они разбирали стены древней крепости и городища как на левом берегу Дона (поселение, отождествляемое с крепостью Саркел - Белая Вежа), так и на правом (Цимлянское городище).

стр. 102

⁹ А.П. Новосельцев. Хазарское государство и его роль в истории Восточной Европы и Кавказа. М., 1990, с. 224-228.

¹⁰ У Древней Руси с печенегами были самые разносторонние отношения; в 915 г. был заключен мирный договор, в 920 г. русы "воеваша" печенегов, в 944 г. князь Игорь заключил союз с печенегами для совместного похода на Царьград. В 965 г. при князе Святославе печенеги участвовали в русском походе на Ха-зарию.

11 Ф.Ф. Чекалин. Указ. соч., с. 28.

¹² Китайские летописцы знали кипчаков в III-II вв. до н.э. Русские узнали их в XI-XII вв.: "половцы, рекше команы".

¹³ От печенегов и половцев не осталось никаких письменных источников; археологические же находки на территории Волго-Донского междуречья крайне невыразительны, поэтому сведения о пребывании кочевников на Нижней Волге и Дону основаны лишь на древнерусских летописях. Правда, среди купцов, торговавших с половцами в XII-XIII вв., бытовали половецкие словники. К началу XIV в. они были объединены в так называемый Половецкий словарь, дошедший до нашего времени в рукописи 1303 г., хранящийся в библиотеке св. Марка в Венеции.

¹⁴ Такие пояса-крепления отмечены на половецких статуях.

¹⁵ Бокка - головной убор замужней женщины, состоявший из трубки-основы и изогнутого под углом навершия, пришитого к трубке; каркас обтягивался тканью и обшивался бусами.

¹⁶ А.Ф. Леопольдов. Исторический очерк Саратовского края. М., 1848, с. 3.

¹⁷ Государственный архив Саратовской области (далее - ГАСО), ф. 407, oп. 1, д. 1898, л. 20.

¹⁸ СУАК, т. II, 1889, вып. 1, с. 21.

¹⁹ ГАСО, ф. 407, oп. 1, д. 1898, л. 25.

²⁰ А.Ф. Леопольдов. Указ. соч., с. 25.

²¹ Ф.В. Баллод. Приволжские "Помпеи". М.-Пг., 1923; Подробнее о золотоордынских городах, в том числе в Волжско-Донском междуречье, см.: Э.С. Кульпин. Золотая Орда (Проблемы генезиса Российского государства). М.,1998.

²² Подробнее см.: Б.Д. Греков, А.Ю. Якубовский. Золотая Орда и ее падение. М., 1998, с. 249-274.

²³ ГАСО, ф. 407, oп. 1, д. 1898, л. 26.

²⁴ Г. Жуковский. Краткая история города Саратова и Саратовской губернии. Саратов, 1881, с. 6.

²⁵ Там же.

²⁶ Шацк впервые упоминается в 1553 г. в составе Рязанских земель.

²⁷ А.Н. Минх. Замедведицкий край до реки Карамыша. - Труды СУАК. Т. I. 1898, вып. 3, с. 280.

²⁸ Н.И. Костомаров. Очерк истории Саратовского края от присоединения его к Русской державе до вступления на престол Николая I. - Памятная книжка Саратовской губернии на 1858 год. Саратов, 1858, с. 4.

²⁹ Первое упоминание о постоянной страже, обязанной наблюдать за движением ордынцев и извещать об этом воевод пограничных городов, находится в грамоте митрополита Алексея от 1360 г., в которой он дает благословение "всем христианам, обретающимся в пределе Червленного Яру (Червленый Яр - в XIV в. все степное пространство между реками Воронежем, Доном, Хопром и Великой Вороной. - Е.С. ) и по караулам возле Хопор и Дону" ( Д.И. Иловайский. История Рязанского княжества. М., 1884, с. 94-95).

³⁰ А.А. Гераклитов. История Саратовского края в XVI- XVIII веках. Саратов, 1923, с. 129-130.

³¹ В.П. Загорский. История вхождения Центрального Черноземья в состав Российского государства в XVI веке. Воронеж, 1991, с. 179-182.

³² А.А. Гераклитов. Указ. соч., с. 130.

³³ Известия Тамбовской ученой архивной комиссии (далее - ТУАК). Вып. 33. Тамбов, 1892, с. 49; В. Черменский. Очерки по истории колонизации Тамбовского края. - ТУАК. Вып. 54. 1911, с. 193.

³⁴ Н.Б. Голикова. Очерки по истории городов России конца XVII - начала XVIII века. М., 1982, с. 48.

³⁵ Ф.Ф. Чекалин. Указ. соч., с. 137.

³⁶ В.А. Осипов. Очерки по истории Саратовского края. Конец XVI-XVII в. Саратов, 1976, с. 17.

³⁷ Известный исследователь XIX в. А.Ф. Леопольдов полагал, что Царицын основан в 1556 г.

³⁸ В 1893 г. во время сильного разлива речки Царицы, на берегу которой стояла первая, так называемая малая царицынская крепость на правом берегу устья обнажились остатки строения из квадратного кирпича и обломки голубых изразцов, очень похожих на изразцы золотоордынских городов, откуда, весьма вероятно, и доставлялся строительный материал для Царицынской крепости.

³⁹ Хождение купца Федота Котова в Персию. М., 1958, с. 29.

⁴⁰ Дворцовые разряды. Т. I. 1612-1628. СПб., 1850, с. 627.

стр. 103

⁴¹ Дворцовые крестьяне обеспечивали хлебом города-крепости.

⁴² Г.И. Перетяткович. Поволжье в XV-XVI веках. Очерки из истории края и его колонизации. М., 1877,с.270-271.

⁴³ Российский государственный архив древних актов (далее - РГАДА), ф. 119, 1636 год, д. 1, л. 73. Волжское казачье войско из шести станиц. Казачьи поселения располагались в четырех пунктах: Дубовка (именовалась городком, в ней находилось управление Волжского казачьего войска), станицы: Волжская, Средняя, Балыклейская, Караваинская, Антиповская.

⁴⁵ Российский государственный военно-исторический архив (далее - РГВИА), ф. 349, oп. 2, д. 474, л. 2.

⁴⁶ Город Петровск был основан в верховье реки Медведицы и назван в честь Петра I.

⁴⁷ РГАДА, ф. 248, oп. 2, кн. 456, л. 295-297.

⁴⁸ Полное собрание Законов Российской империи (далее - ПСЗ). Т. 8. М., с. 647.

⁴⁹ Там же, с. 737.

⁵⁰ Цит. по: А.Л. Пронштейн. Земля Донская в XVIII в. М., 1961, с. 303-304.

⁵¹ ПСЗ. т. 18, с. 186-191.

⁵² Ф.Ф. Чекалин. Остатки древних земляных сооружений в пределах Кузнецкого уезда. - Саратовский сборник. Саратов, 1881, с. 175.

⁵³ Материал для составления санитарного описания Саратовского уезда. Вып. 1. Саратов, 1889, с. 1-41.

⁵⁴ А.А. Голомбиевский. Вотчины Московских монастырей в Саратовском крае по описям 1763-1764 годов. - СУАК, т. III, вып. 1, с. 246-250.

⁵⁵ В.Г. Дружинин. Раскол на Дону в конце XVII века. СПб., 1889, с. 78-79.

⁵⁶ Лев Кириллович Нарышкин - дядя и крестный отец Петра I, брат матери царя Натальи Кирилловны Нарышкиной.

⁵⁷ А.Н. Минх. Историко-географический словарь Саратовской губернии. Т. I. Саратов, 1902, с. 567.

⁵⁸ Материал для составления санитарного описания..., с. 2.

⁵⁹ А.Н. Минх. Историко-географический словарь..., с. 73- 74.

⁶⁰ Там же, с. 893, 895, 898.

⁶¹ ПЗС. т. 18, с. 64-66.

⁶² Минеральный источник. Саратовский край. Исторические очерки, воспоминания, материалы. Вып. 1. Саратов, 1893, с. 48.

⁶³ А.Ф. Леопольдов. Статистическое отделение Саратовской губернии. Саратов, 1839, с. 65.

⁶⁴ А.Н. Минх. Историко-географический словарь..., с. 1128.

⁶⁵ ПСЗ, т. 12, с. 661-663.

⁶⁶ РГВИА, ф. 379, oп. 1, д. 278, л. 1.

⁶⁷ ПСЗ, т. 15, с. 154-155.

⁶⁸ А.Н. Минх. Историко-географический словарь..., с. 110.

⁶⁹ Фонды Еланского историко-краеведческого музея Волгоградской области. Научно-вспомогательный фонд. Инв. N 17, л. 96.

⁷⁰ ПСЗ. т. 10, с. 143-144.

⁷¹ Там же, т. 15, с. 786-787.

⁷² Сборник статистических сведений по Саратовской губернии. Т. VI. Вып. 2. Аткарский уезд. Саратов, 1896,с. 139.

⁷³ Материал для составления санитарного описания ..., с. 2.

Постоянный адрес данной публикации: