ELIBRARY.COM.UA is an Ukrainian library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: UA-1274

Share with friends in SM
Заглавие статьи История партии большевиков. С. М. КИРОВ В ЦАРСКОМ ПОДПОЛЬЕ
Автор(ы) М. СОКОЛОВ
Источник Исторический журнал,  № 12, Декабрь  1937, C. 29-39

Три года исполнилось со дня злодейского убийства С. М. Кирова озверелой троцкистско-бухаринской бандой фашистских шпионов и диверсантов.

В лице тов. Кирова большевистская партия и советский народ потеряли одного из самых замечательных и любимых своих сынов - бесстрашного революционера, народного трибуна, пламенного борца за коммунизм.

Известие об убийстве тов. Кирова всколыхнуло весь советский народ. Миллионы сердец сжались в общенародном горе. Миллионы рук соединились в борьбе за беспощадное искоренение предателей революции, изменников родины - наймитов фашистских разведок.

Много заклятых врагов народа разоблачено и уничтожено нами за эти три года. Но борьба не закончена. И память о тов. Кирове зовет нас на дальнейшую борьбу за окончательное искоренение всех врагов партии и народа, за окончательное торжество великого дела коммунизма, которому отдал всю свою жизнь незабвенный товарищ Киров.

1

Жизнь тов. Кирова - это живой кусок истории нашего героического народа и его великой ленинско-сталинской партии: истории трех революций, гражданской войны и победоносного строительства социализма в нашей стране.

Кирова знает вся страна как одного из ближайших соратников великого Сталина, члена центрального штаба большевистской партии и любимого

стр. 29

руководителя ленинградского пролетариата. Миллионы знают Сергея Мироновича как бывшего секретаря ЦК КП(б) Азербайджана и руководителя бакинского пролетариата; знают его как бывшего члена Реввоенсовета XI армии, руководителя героической обороны Астрахани в 1919 году и одного из виднейших борцов за победу Октябрьской социалистической революции да Северном Кавказе.

Менее известна революционная деятельность Кирова в подполье во времена царизма. Между тем уже тогда С. М. Киров сформировался как убежденный ленинец, мужественный пролетарский революционер-большевик и несгибаемый борец против самодержавия и капитализма.

Восемнадцатилетним юношей вступил Киров в социал-демократическую организацию в Томске. За его спиной было тяжелое, сиротское детство в уржумском (бывшей Вятской губернии) Доме призрения малолетних детей и безрадостная юность в Казани, где он учился в низшем механико-техническом училище на копеечную стипендию, предоставленную ему как лучшему ученику Уржумским благотворительным обществом. Но уже там начались его знакомства с политическими ссыльными, чтение нелегальной литературы и первые шаги в подпольной революционной работе.

В Томск Киров приехал летом 1904 года с мечтой об учебе в местном технологическом институте. Скоро он нашел себе работу чертежника при городской управе и начал посещать общеобразовательные курсы, организованные тогда группой радикально настроенных преподавателей института. Однако долго учиться ему не пришлось. На Дальнем Востоке шла кровавая и позорная для царизма война с Японией, В стране подымалась революция. И 18-летний Сережа Костриков (настоящая фамилия Кирова) весь отдается революционной работе. Через своих товарищей по общеобразовательным курсам - рабочих Егора и Иосифа Кононовых - он знакомится с бежавшим из нарымской ссылки Г. Пригорным и входит в руководимый последним социал-демократический кружок. Здесь Киров со всей энергией берется за изучение марксистской литературы, в особенности произведений Ленина, отвечавших на самые боевые вопросы современности. Произведения Ленина оказали огромное влияние на формирование мировоззрения молодого Кирова, ставшего на путь революционера-профессионала.

В своих воспоминаниях о Кирове тов. Крамольников приводит такой характерный случай. Однажды на собрании кружка зашел спор о том, какая профессия лучше. Студент Левин настаивал, что лучше всего стать инженером: во-первых, легче подойти к рабочему, во-вторых, сама работа такая, что вот построишь мост и всегда будешь ощущать, что сделал большое полезное для народа дело.

Киров горячо ему возражал.

- Мост мы строим, - заявил он, - не меньше чем вы: это мост к свободе и социализму. У Ленина есть книга, которая прямо указывает, что нам делать. Я эту книжку прочел и думаю, что Ленин прав, говоря, что лучшая профессия - это быть профессиональным революционером.

От изучения марксистской литературы, от дискуссий на собраниях кружок постепенно перешел к активной революционной работе. Из членов этого кружка, по поручению Томского комитета РСДРП, был организован так называемый подкомитет, на который возлагалась задача - проводить агитационно-пропагандистскую работу в массах. Киров был самым молодым членом этого подкомитета. Но он сразу проявил себя как преданный партийный боец, опытный массовик и умелый конспиратор. Он первый, например, поднял в подкомитете вопрос о том, что выпускаемые прокламации часто носят отвлеченный характер, и предложил зачитывать их предварительно на летучках с передовыми рабочими, для того чтобы включать в эти прокламации конкретные требования рабочих, понятные и близкие им.

Однажды, в ноябре 1904 года, подкомитету с помощью телеграфиста, который был связан с организацией, удалось перехватить телеграмму генерала Стесселя царю о подготовке сдачи японцам Порт-Артура. По предложению Кирова, эта телеграмма была отпечатана отдельной листовкой в форме издававшихся в то время в Том-

стр. 30

О. Костриков. 1910 год.

ске официальных правительственных телеграмм. Эта листовка с комментариями Томского комитета РСДРП успешно продавалась на улице по 3 копейки за экземпляр на виду у полиции.

Этот случай так ободрил членов подкомитета, что они скоро рискнули и на такой трюк, как использование известного томского архиепископа Макария (впоследствии московский митрополит) в роли... распространителя антирелигиозной литературы (!)... Дело обстояло таким образом. Узнав, что архиепископ Макарий усиленно распространяет какую-то миссионерскую брошюру, подкомитету удалось через сочувствующего семинариста в значительное количество экземпляров этой брошюры вложить социал-демократическую прокламацию под заголовком "Царь и бог". А после богослужения "святой владыко", благословляя молящихся, торжественно вручал им... первую антирелигиозную прокламацию Томской социал-демократической организации (!)...

Пришел новый, 1905 год и с ним петербургское "кровавое воскресенье" (9 января), возвестившее всему миру о начавшейся в России революции. Весть о петербургских расстрелах вызвала величайшее негодование широких народных масс. Перед социал-демократическими организациями повсюду стала задача подготовки достойного ответа на это кровавое преступление царизма. И Томский комитет РСДРП решил ответить на эти расстрелы революционной демонстрацией.

Киров руководил в это время группой, занимавшейся печатанием на ми-

стр. 31

меографе и гектографе нелегальной литературы и ее распространением. Но теперь Сергей Миронович становится душой этой подготовляемой демонстрации.

12 января (старого стиля) томские либералы устроили свой очередной банкет, приурочив его к традиционному университетскому "татьянину дню". Сергей Миронович во главе большой группы партийцев и рабочих проникает на этот банкет и превращает его в революционный митинг, на котором распространяются прокламации и раздаются призывы к стачке и демонстрации.

Затем 16 января, ночью, Киров участвует на строго конспиративном совещании руководства предстоящего выступления, где разрабатывается план демонстрации и формируется по количеству наличного оружия (12 револьверов) вооруженный отряд для охраны демонстрантов от нападения полиции. Киров, разумеется, - активный член этого отряда. В назначенный день - 18 января 1905 года - Киров смело шагает по улицам Томска во главе большой колонны демонстрантов-рабочих и студентов. Рядом с Кировым с красным знаменем в руках идет его ближайший друг - молодой рабочий-печатник Иосиф Кононов. По сторонам и на флангах - вооруженные револьверами партийные товарищи. Организованно, с пением революционных песен прошли демонстранты всю Большую и Почтамтскую улицы и только у моста после упорного и кровавого боя с полицией и конной жандармерией демонстрация рассеялась.

Шедший рядом с Кировым знаменосец Иосиф Кононов был убит. Много демонстрантов было избито и ранено. Сам Киров был жестоко избит, и шашкой у него было рассечено пальто. Но было также немало раненых среди полицейских и казаков. А главное - это была первая в Томске революционная уличная демонстрация, первый открытый бой с реакцией и мощный призыв к революционной борьбе против самодержавия. И этот призыв был услышан. Начались забастовки рабочих и студентов. На студенческой сходке в университете был публично изорван портрет царя Николая II. Весть об этой демонстрации проникла и заграницу, где она была описана в большевистской газете "Вперед" (N 12 от 29 марта 1905 года).

Вечером того же дня Киров узнал, что красное знамя демонстрации, кем-то сорванное с древка, находится в кармане пальто убитого Иосифа Кононова. Знамя могло попасть в руки полиции. И Сергей Миронович хитростью проникает в покойницкую университетской клиники, где достает это, залитое кровью знамя, чтобы потом снова поднять его над головой демонстрантов 26 января - на похоронах своего убитого друга.

Похороны убитого Кононова вылились в большую революционную демонстрацию. В пробу в красной рубашке лежал убитый. Друзья его несли венки с красными лентами. Демонстрацию охраняла боевая партийная дружина, готовая к отпору полиции. Среди демонстрантов распространялась социал-демократическая прокламация "В венок убитому товарищу", составленная Кировым совместно с группой товарищей. Эта замечательная прокламация имела большой успех у демонстрантов. Она очень понравилась и Ленину, поместившему ее целиком в траурной рамке в газете "Вперед".

Похороны прошли спокойно. Полиция и казаки хотя и гарцовали вокруг кладбища, но напасть на демонстрацию не решались. Таково было влияние первой в Томске революционной демонстрации 18 января.

Как оценили итоги и уроки этой демонстрации сами ее организаторы и участники?

На заседании подкомитета Киров прежде всего обратил внимание товарищей на результаты первых выстрелов демонстрантов по казакам. От неожиданности выстрелов ряды нападавших на время смешались, некоторые попадали с лошадей, другие повернули вспять. На этом основании Киров делал единственно правильный большевистский вывод: надо впредь лучше организовываться и вооружаться...

Меньшевики, естественно, завопили о бесполезности таких вооруженных выступлений, ведущих-де только к напрасным жертвам... Но им дали решительный отпор, и в числе главных защитников большевистской тактики во-

стр. 32

оружейной борьбы с царизмом выступал тов. Киров.

Томский комитет РСДРП решает организовать новую, более мощную революционную демонстрацию. Вопрос об этом обсуждается на нелегальном собрании 2 февраля 1905 года. Это собрание было выдано провокатором, и 47 его участников - среди них и Киров - были арестованы и заключены в тюрьму. Арест не сломил, однако, боевого духа Кирова и его друзей. Начальник Томского губернского жандармского управления полковник Романов в своем рапорте томскому губернатору жаловался, что арестованные по дороге в тюрьму, "несмотря на присутствие чинов полиции пели хором революционные песни", а затем "сговорившись, на допросе отказались давать какие-либо показания, даже статистические о себе данные, а также отказались и от подписи протоколов и постановлений"1 .

Об арестованном Кирове (Кострикове) полковник Романов сообщал особо: "Участвовал в сходке 2 февраля сего года. От показаний по настоящему делу отказался. При обыске в общей квартире его с Никоновым найдено много нелегальной литературы, принадлежащей Кострикову, и его писем, в которых весьма резко очерчиваются события 12 и 18 января сего года в Томске, а также имеются указания на то, что Костриков занимается распространением нелегальной литературы. Во время содержания под стражей вел себя весьма дурно, не подчиняясь требованиям тюремного начальства..."2 .

Два с лишним месяца провел Киров в Томском "исправительном арестантском отделении N 1", и, выйдя оттуда 6 апреля 1905 года, он снова с головой уходит в подпольную партийную работу "и сразу же принимает активное участие в организации первомайской массовки (18 апреля старого стиля). Кирову поручается заведывание нелегальной типографией Томского комитета партии. Киров неутомим: он печатает и. распространяет нелегальную литературу, посещает рабочие собрания, занимается устной пропагандой, ведет небольшие кружки...

Летом 1905 года Киров избирается членом Томского комитета РСДРП. И внутри единой тогда в Сибири социал-демократической организации Киров решительно борется против трусливого оппортунизма меньшевиков, отстаивая необходимость вооруженной борьбы с царизмом. Узнав о решениях III с'езда партии и меньшевистской конференции, Киров стремится глубже вникнуть в суть партийных разногласий. Вокруг него собирается кружок, начавший глубокое изучение большевизма. Его квартира в доме старухи Кононовой - матери его убитого друга - скоро становится своего рода штабом большевиков Томской организации РСДРП.

За этой квартирой начинается слежка. Вокруг дома начинает прохаживаться шпик - "филер", "агент наружного наблюдения" по официальной терминологии охранки. И как только Киров уходил из дому, шпик под видом его приятеля заходил к старухе Кононовой и начинал ее расспрашивать о ее жильце.

- Приятель, приятель, а штаны синие и усы жандармские, - рассказывала с возмущением Кононова.

Тов. Киров, узнав о посещении шпика, решил проучить и отвадить его. Для этого Киров инсценировал: однажды свой уход на работу, а потом, быстро возвратившись, спустил назойливого шпика со второго этажа вниз по крутой лестнице.

* * *

Первая русская революция развертывалась в то время вширь и вглубь. Популярнейшим лозунгом массового рабочего движения стало требование всеобщей политической стачки. Перед Сибирским союзом РСДРП встала задача - организовать стачку по всей линии Сибирской железной дороги. Эту же задачу ставил перед собой и Томский комитет. Но в связи с тем,


1 Дело департамента полиции (VI делопроизводство) о 47 лицах, задержанных на противоправительственной сходке в Томске 2 февраля 1905 года. Лист дела N 85 (хранится в Московском архиве революции).

2 Дело департамента полиции (VI делопроизводство) о 47 лицах, задержанных на противоправительственной сходке в Томске 2 февраля 1905 года. Лист дела N 115 (хранится в Московском архиве революции).

стр. 33

что Томск расположен несколько в стороне (в 80 километрах) от главной железнодорожной магистрали, центр тяжести всей этой работы был перенесен на ближайшую к Томску станцию Тайга, где находились большие железнодорожные "мастерские, в которых работало свыше тысячи рабочих. Туда, на станцию Тайга, Томская организация и направляет Кирова. Здесь он организует местный комитет РСДРП и нелегальный профсоюз, ведет революционную пропаганду, часто выступает на рабочих митингах, иногда прямо в цеху с паровоза, часто скрываясь с помощью рабочих от охотившихся за ним полицейских шпиков.

В октябре 1905 года Киров организует и возглавляет стачку железнодорожников станции Тайга. Умело подготовленная и хорошо организованная, эта стачка закончилась успешно и явилась составной частью всероссийской октябрьской забастовки, нанесшей царизму чувствительный удар. Надо отметить, что внутри Томского комитета РСДРП Киров все время отстаивал большевистскую тактику доведения стачки до вооруженного восстания и захвата власти.

Всероссийская забастовка в октябре 1905 года вынудила царизм об'явить манифест о "свободах". Манифест был лживым. Вслед за ним прокатилась по всей стране организованная властями волна погромов. Томск не составил исключения. Через три дня после опубликования царского манифеста о "свободах" - 20 октября 1905 года - в Томске организуется крупнейший черносотенный погром. Толпа черносотенцев с хоругвями и царскими портретами в руках после окончания церковной службы направилась громить собравшийся в театре Королева революционный митинг. Началось зверское избиение рабочих, студентов, женщин и молодежи. На помощь собравшимся рабочим выступила, однако, социал-демократическая боевая дружина, в рядах которой был и С. М. Киров, вернувшийся в это утро со станции Тайга.

На помощь погромщикам прибыли казачья сотня и батальон пехоты. Находившихся на митинге рабочих и студентов загнали в здание Управления Сибирской железной дороги. Здание было окружено войсками. Озверелые погромщики сломали в театре мебель, вынесли ее на улицу и подожгли ею осажденное здание.

Только героизм и самоотверженность социал-демократических дружинников спасли жизнь большинству осажденных. С большим трудом им удалось очистить от баррикад двери черного хода, охваченного уже огнем. Затем организованно - сначала женщины, потом молодежь и, наконец, взрослые мужчины - покидали здание, спасаясь бегством в темные переулки. Тов. Киров с револьвером в руке стоял на площадке второго этажа, прикрывая выход осажденных. Его пули метко поражали погромщиков, пытавшихся проникнуть в здание. Киров последним покинул горящее здание.

Велики были жертвы этого погрома: 153 трупа были положены для опознания только в покойницких университета.

Этот погром не мог, однако, остановить революционной борьбы масс: он только убедил многих колебавшихся, что с царизмом нужна беспощадная борьба с оружием в руках.

Под руководством большевиков, при активном участии Кирова началась спешная организация социал-демократических боевых дружин. С большими трудностями заготавливалось оружие. Студенты-технологи изготовляли бомбы и петарды. В воскресные дни за городом дружинники обучались стрельбе и метанию бомб. И вот, когда через месяц - в ноябре - состоялись похороны умершего от тифа Писарева, друга Кирова по совместной работе на станции Тайга, они охранялись уже социал-демократической боевой дружиной в 200 человек. Этого количества дружинников было достаточно для того, чтобы похороны, вылившиеся в большую революционную демонстрацию, прошли спокойно.

На 6 декабря, в день "тезоименитства" кровавого царя, черносотенцы опять готовили свое выступление. Но им противостоял уже вооруженный отряд в 300 с лишним человек, а вместе с дружиной еврейской самообороны - в 500 человек. Новый погром был отменен...

стр. 34

Секретный корпус и прогулочный двор томской тюрьмы, где содержался в заключении С. М. Киров.

Рис. Кузьмина.

Наступил новый, 1906 год. По Сибири гуляли карательные отряды генералов Рененкампфа и Меллер-Закомельского. Томск был на военном положении. В городе происходили повальные обыски и аресты. Партийная организация была разгромлена. Киров только случайно избежал ареста: полиция его не застала дома, а он, наткнувшись на обыск, поспешил скрыться.

Но 30 января 1906 года, накануне предполагавшегося от'езда из Томска, Киров был арестован на квартире казначея организации студента-технолога Царевского (это был второй арест Кирова). По донесению полиции, у Кирова "было найдено 16 прокламаций", и ему "пред'явлено обвинение по второй части 132-й статьи Уголовного уложения, и мерой обеспечения его личности избрано поручительство в сумме 200 рублей, до представления коего он содержится под стражей..."1 .

Томскому комитету РСДРП вскоре удалось найти какого-то либерального адвоката, внесшего за Кирова 200 рублей залога, после чего его удалось вырвать из тюремных стен.

Кирова ждала большая и важная партийная работа: ему поручается оборудовать новую большую типографию, законспирированную самым совершенным образом и пригодную также для хранения оружия.

Киров совместно с Поповым, Шпилевым и Решетовым упорно и неутомимо работает над выполнением этого партийного поручения. В специально приобретенном доме на окраине города (по Аполинарьевской улице, N 17) они сами выкапывают огромное подземелье и оборудуют его с исключительным техническим совершенством.

Типография была оборудована всей техникой, необходимой для печатания газеты. Уже было отпечатано несколько прокламаций по гранкам, набранным в другом месте. Но вот 19 июля, на рассвете, полицейским налетом на этот дом Киров совместно с Поповым и Шпилевым был арестован и заключен в секретный корпус томской загородной тюрьмы (это был уже третий арест Сергея Мироновича). Типографию, однако, несмотря на самые тщательные поиски и даже раскопки с помощью саперов обнаружить не уда-


1 Дело I департамента министерства юстиции (III уголовное отделение, I делопроизводство) об обыске, произведенном 16 января сего года в квартире Моисеевых. Листы дела NN 15 и 16 (хранится в Московском архиве революции).

стр. 35

лось. Только три года спустя эта типография, уже заброшенная, была случайно обнаружена полицией. Вот как описывал тогда оборудование этой подпольной типографии начальник томской охранки ротмистр Карпов:

"...Под всем домом Грацианова устроено было фундаментальное секретное помещение с деревянными потолками и полом высотой около сажени, сообщающееся посредством искусно замаскированных выходов с имеющимися в двух нижних квартирах дома подпольями и снабженное электрическими проводами для сигнализации, ведущими в квартиру верхнего этажа дома, причем для того, чтобы невозможно было определить существование этого секретного помещения в доме по стуку, между полом нижних "квартир и потолком секретного помещения насыпан был слой глины толщиной около аршина, а равно и секретно устроенные дверцы, запирающие выходы из помещения в подполья, сделаны ввиде кареток, сбитых из толстых досок, наполнены также глиной и ввиду их большой тяжести вследствие этого снабжены роликами, двигающимися по устроенным для них рельсам, и крепкими внутренними замками, невидимыми со стороны подполий..."1 .

Это можно только дополнить описанием остроумного устройства электрической сигнализации. В прихожей первого этажа была повешена металлическая вешалка, от которой под штукатуркой шел провод к электрическому звонку в подполье. И стоило только кому-нибудь повесить сюда пальто или фуражку - в подполье раздавался предупредительный звонок: сигнал, что пришел посторонний, так как свои этой вешалкой не пользовались.

Семь месяцев провел Киров в предварительном заключении, и только 14 февраля 1907 года, вместе с Поповым и Шпилевым, он очутился на скамье подсудимых томского окружного суда.

В связи с тем, что подпольная типография так и не была обнаружена, после семимесячного "следствия", суд вынужден был прекратить дело и освободить обвиняемых Попова и Шпилева. Но за Кировым числилось другое, прежнее "дело", по которому он данным судом и был приговорен к заключению в крепость на 1 год 4 месяца. Эти в общей сложности 2 года, проведенные в тюрьме, в обстановке жесточайшей реакции, заполнены Кировым непрерывной и мужественной борьбой с тюремной администрацией, рядом самых разнообразных в тюремных условиях революционных демонстраций, а также систематической и упорной работой над повышением своих знаний и своего марксистского самообразования.

"Часто по ночам, - писал Киров в своей автобиографии, - одиночный корпус томской загородной тюрьмы оглашался душераздирающими криками прощавшихся с товарищами и с жизнью смертников, которых уводили на казнь"2 . Понятно, что в такие минуты тюрьма гудела и ревела как бушующее море...

В тюремной жизни были и комические случаи. Об одном из них, происшедшем непосредственно с Кировым, вспоминает тов. Шпилев.

Однажды заключенных погнали в тюремную церковь. В ней была возможность видеться с заключенными из других камер, поговорить с ними, узнать новости о "воле" у новичков и передать кое-что на "волю" через покидающих тюрьму по отбытии срока заключения. Конечно, заключенные меньше всего думали о молитве... Это заметил тюремный поп, который стал с амвона громить "политиков" за крамолу и безбожие... Тогда Киров, обладавший хорошим тенором, запел "Марсельезу". Его голос подхватили другие заключенные, и гнусавое пение попа сразу потонуло в мощных звуках революционной песни...


1 Дело департамента полиции. Особый отдел. N 563. Донесение ротмистра Карпова от 10 апреля 1909 года. Листы дела NN 20 - 21 (хранится в Московском архиве революции).

2 Эта автобиография была написана С. М. Кировым для энциклопедического словаря Русского библиографического института "Гранат". Она помещена в четвертом и пятом выпусках 41-го тома этого словаря (стр. 187 - 197), в разделе "Деятели СССР в Октябрьской революции".

стр. 36

Два года тюремной жизни не сломили Кирова. Наоборот, он здесь политически вырос и еще больше закалился как непримиримый и несгибаемый пролетарский революционер.

* * *

Было лето 1908 года, когда перед Кировым открылись, наконец, двери тюрьмы. Со смешанным чувством бродил он по знакомым улицам Томска. Надо было снова браться за работу. Но оставаться в Томске, где его теперь знает каждый шпик, ему дальше нельзя. И он, установив кое-какие старые партийные связи, уехал в Иркутск.

В Иркутске Киров провел около года. Трудное это было время: все придушено тяжелой пятой столыпинской реакции, партийные организации разгромлены, многие околопартийные обыватели отошли от движения и даже изменили ему. Положение партийного профессионала в таких условиях исключительно трудное: нет работы, угла и покоя.

Но Киров с натурой борца, с его суровой жизненной закалкой стоически преодолевал все трудности и невзгоды.

Он начинает работу по восстановлению партийной организации. Завязываются новые связи с массами - дело налаживается. И вдруг провал... и вынужденный поспешный от'езд из Иркутска в... "неизвестном направлении". Что же случилось? Оказывается, в это время в Томске и была случайно обнаружена подпольная типография, оборудованная Кировым вместе с друзьями еще три года назад. В доме, где в глубоком подполье была типография, уже три года спокойно проживали различные полицейские "чины". И вот 7 апреля 1909 года в квартире стражника Савинкова вдруг провалилась печь и весь дом с'ехал набок... Тут-то и было обнаружено так тщательно замаскированное подполье вместе с кое-какими разрушенными остатками бывшей типографии. Охранка немедленно откликнулась, завела новое "дело" и, вспомнив при этом Кирова с друзьями, разослала повсюду телеграммы с требованием разыскать, арестовать и направить их в Томск.

Понятно, что, узнав об этом, Киров решил немедленно уехать, и куда-нибудь подальше...

Своим новым местожительством Киров избрал Владикавказ (теперь город Орджоникидзе). Сюда звал его Серебренников Иван - старый товарищ по Томску. Кирову шел тогда 24-й год. После боев первой русской революции и томского тюремного "университета" он был теперь политически развитым, опытным и закаленным партийным борцом. Зорким глазом искушенного подпольщика стал он присматриваться к новой обстановке, изучать людей, подбирать и организовывать партийные силы.

Используя приобретенные им в подполье опыт и "квалификацию", Киров становится сотрудником выходившей тогда во Владикавказе легальной газеты "Терек". Это была типичная для того времени либеральная газетка, с претензией на прогрессивность. Ее хозяин-издатель, некто Казаров, смотрел на нее как на чисто коммерческое предприятие.

"Пишите о чем хотите, - говорил он сотрудникам своей редакции, - но, во-первых, чтобы это было интересно для читателя (покупателя) и, во-вторых, чтобы не подводить меня под штраф".

Киров в редакции сразу занял руководящую роль: сперва он заведующий редакцией, а впоследствии фактически становится редактором. Он постепенно дает газете новое, политическое содержание. В ней начинают появляться политические статьи, достойные нелегального партийного органа. Газета "Терек" становится центром, вокруг которого начинают группироваться друзья и сочувствующие.

Однако работа в газете не могла полностью удовлетворить самого Кирова: его натура партийца-массовика тянулась к непосредственной революционной работе в массах. И, преодолевая огромные трудности, он постепенно налаживает и эту работу.

Социал-демократическая партийная организация Владикавказа была разгромлена еще в 1906 - 1907 годах, после поражения революции 1905 года. Здесь оставались только отдельные товарищи, не связанные между собой. И Киров ставит себе задачей восстановить партийную организацию и наладить ее работу в массах.

стр. 37

Киров завязывает знакомство с рабочими местных мелких промышленных предприятий: типографии, Алагирского серебро-свинцового завода, железнодорожных мастерских. И осенью 1910 года в лесу, за городом, собирается первая во Владикавказе в период реакции нелегальная рабочая массовка, на которой Киров, по воспоминаниям товарищей, выступает с яркой политической речью.

Так, в условиях жесточайшей реакции и отлива революционного движения, в городе, переполненном военщиной, полицейскими и чиновниками, боролся Киров за дело партии, за подготовку новой победоносной революции.

Прошли два года.

Полиция не забывала о томском подпольщике Сергее Кострикове (Кирове). Еще с апреля 1909 года, со времени обнаружения в Томске потайного подземелья, полиция безуспешно разыскивала Кирова по всей стране. 31 августа 1911 года, через два с лишним года после начала этих поисков, Кирова арестовывают во Владикавказе. Это был четвертый по счету арест Сергея Мироновича. И опять тюрьма: сначала во Владикавказе, потом с партией арестантов в длительный этап из города в город, по всем пересыльным тюремным клоповникам, вплоть до самого Томска. И только через два месяца, 4 ноября 1911 года, Кирова приводят, наконец, в Томск и сажают в хорошо знакомое ему томское "загородное отделение N 1"...

Начались опять допросы, с которыми тюремщики не спешили. И только через шесть с половиной месяцев, 16 марта 1912 года, Киров предстал, наконец, перед томским окружным судом по обвинению в "преступлении", совершенном им шесть лет назад.

Но этот процесс закончился, однако, провалом полиции. Во-первых, ей не удалось доказать, что "журналист Костриков" участвовал в оборудовании обнаруженного подземелья; во-вторых, что это подземелье и было именно подпольной типографией, а не мастерской фальшивомонетчиков, на чем и настаивал защитник Кирова, требуя привлечь к ответственности полицейских - жильцов этого дома. Наконец, суд не мог не считаться с начавшимся в стране новым революционным под'емом.

И Киров был оправдан... "за отсутствием улик".

Киров спешит обратно во Владикавказ: надо продолжать начатую с таким трудом работу, тем более что в стране подуло уже другим ветрам: начался под'ем рабочего движения. Ленские расстрелы вызвали могучее эхо забастовок и массовых выступлений рабочего класса по всей стране. Период реакции закончился. Близилась новая революция.

Киров снова в редакции газеты "Терек". Его радостно приветствуют друзья. И снова сверкают в газете его политические передовицы, разоблачающие прогнивший строй царской России с ее куцей "конституцией" и кровавым самодержавным царем. Читатели быстро узнают своего любимого журналиста несмотря на новый псевдоним "С. Киров" вместо обычного раньше "Миронов"1 .

3 ноября 1912 года в газете появляется большая статья Кирова под названием "Простота нравов", в которой он разоблачает реакционных депутатов IV государственной думы, этих погромщиков и чиновников, раболепствующих перед царизмом.

"Глядя на наш четвертый парламент, - писал Киров, - очень легко уподобиться тому оттоману, который, посетив французскую палату депутатов, воскликнул: благодарю аллаха, избавившего мою родину от столь гибельного испытания!.. Трагизм России заключается в том, что она в политическом отношении переросла анекдотического турка. Ей уже не к лицу славословить страны, в которых "слава богу" нет парламента. И тем не


1 Этот литературный псевдоним и стал впоследствии новой фамилией Сергея Мироновича Кострикова, под которой он теперь известен всему миру. История этой новой фамилии рассказана одним из сотрудников газеты - Дзахо Гатуевым: "Миронов приехал утром, вновь вступил в работу: сидели вместе, придумывая новую фамилию. Фамилия не давалась... Кто-то предложил заглянуть в календарь. На сегодня в нем значилось "Кир". "Быть тебе с сего числа Кировым, Сергей Миронович", - решили мы. Он рассмеялся: "Недурно, персидский царь в подполье...".

стр. 38

менее ей приходится "гордиться" народным представительством, в котором паяцы вроде Пуришкевича играют роль посланников народа".

Эта статья привела в ярость правившего Владикавказом "наказного атамана Терского казачьего войска", предложившего прокурору Владикавказского окружного суда привлечь к уголовной ответственности и сурово наказать издателя газеты Казарова и автора статьи Кирова...

Началось следствие. Возникло новое "дело". Но после годичного "расследования" "дело" это все же было прекращено: в стране подымалась новая революционная волна, и гласный суд по такому "делу" мог доставить неприятности самим "властям предержащим"...

* * *

Продолжая сотрудничать в "Тереке", Киров, однако, главное свое внимание уделяет нелегальной партийной работе.

Он организует подпольные кружки рабочих, проводит собрания и беседы, посещает рабочие квартиры, восстанавливает и сплачивает местную партийную организацию. К нему приезжают за советом рабочие-революционеры из других городов Кавказа: из Грозного, и Минеральных вод.

На Алагирском заводе, где работало около 200 рабочих, Киров организует воскресную школу, в которой он сам преподает русский язык. И вот результаты...

В 1913 году Владикавказ праздновал трехсотлетие дома Романовых. По этому "торжественному случаю" администрация Алагирского завода устроила собрание, на котором управляющий заводом выступил с напыщенной верноподданнической речью.

На собрании присутствовал и Киров, окруженный своими "учениками" из воскресной школы. И не успел оратор закончить свою речь, как со всех сторон посыпались записки с вопросами. И все о ленских событиях.

Потом начались устные вопросы: рабочие стали говорить о заработной плате и о своей тяжелой жизни. Поднялся шум, и "торжественное собрание" было сорвано.

Видно, Киров был неплохим учителем "русского языка", а рабочие Алагирского завода - неплохими его учениками...

* * *

Наступил 1914 год, а с ним и мировая империалистическая война.

По Владикавказу прокатывается волна казенного "патриотизма". Киров крепко стоит на большевистских позициях. Мобилизованным на фронт товарищам он говорит о важности революционной работы в армии и советует, как практически организовать эту работу.

С удесятеренной энергией продолжал он свою революционную борьбу: и легально - в слегка завуалированных статьях в "Тереке" - и главным образом в подполье в массах рабочих и трудящихся города.

Неустанно на своем партийном посту готовил Киров торжество новой победоносной революции.

Так молодой революционер, овладевший великим учением марксизма-ленинизма, закаленный в огне революции 1905 года и связавшийся с широкими массами трудящихся, стал одним из самых передовых борцов за свержение царизма и капитализма и за победу социализма в нашей стране.

* * *

Жизнь С. М. Кирова была героической, но короткой. В самом расцвете сил и таланта ее оборвала злодейская пуля троцкистско-зиновьевского выродка.

Но всю свою краткую жизнь Киров до конца отдал служению народу, революции, социализму, и память о нем никогда не угаснет. Жизнь и деятельность С. М. Кирова - это увлекательная книга борьбы и побед, которую надо изучать, чтобы на ней воспитывать новое поколение преданных и бесстрашных борцов, за коммунизм.

Orphus

© elibrary.com.ua

Permanent link to this publication:

https://elibrary.com.ua/m/articles/view/История-партии-большевиков-С-М-КИРОВ-В-ЦАРСКОМ-ПОДПОЛЬЕ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Ксения ПетрашкевичContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://elibrary.com.ua/Kanara

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

История партии большевиков. С. М. КИРОВ В ЦАРСКОМ ПОДПОЛЬЕ // Kiev: Library of Ukraine (ELIBRARY.COM.UA). Updated: 06.06.2014. URL: https://elibrary.com.ua/m/articles/view/История-партии-большевиков-С-М-КИРОВ-В-ЦАРСКОМ-ПОДПОЛЬЕ (date of access: 09.08.2020).

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Rating
0 votes

Related Articles
Офицерство российской армии в годы первой мировой войны
Catalog: История 
5 hours ago · From Україна Онлайн
Представления идеологов либерализма в начале XX в. о государстве
5 hours ago · From Україна Онлайн
В. Ф. Сокульский и история русского маслоделия
Catalog: История 
5 hours ago · From Україна Онлайн
Становление иезуитской миссии в Новой Франции в 1611-1630 гг.
Catalog: История 
5 hours ago · From Україна Онлайн
Французская политическая публицистика накануне Великой революции. Ж.-Г. Туре
11 days ago · From Україна Онлайн
Партизаны и подпольщики Дона и Кубани. 1941-1942 гг.
15 days ago · From Україна Онлайн
Ф. Рузвельт и социальное законодательство США
Catalog: Право 
15 days ago · From Україна Онлайн
Согласно физикам XX века некакого времени «самого по себе». Нет времени, которое существовало бы без связи с тем, что происходит в физическом мире. Время всегда и везде выступает не «вообще», а конкретно — в каждом данном физическом явлении оно свое. Это именно то время, которое длится в ходе данного явления в данном месте пространства
Catalog: Физика 
17 days ago · From someone
Торговая конкуренция в Сибири в конце XIX - начале XX в.
Catalog: История 
18 days ago · From Україна Онлайн
Спорные вопросы аграрной истории России первой половины XIX в.
Catalog: История 
18 days ago · From Україна Онлайн

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
 

Actual publications:

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

ELIBRARY.COM.UA is an Ukrainian library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
История партии большевиков. С. М. КИРОВ В ЦАРСКОМ ПОДПОЛЬЕ
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Ukraine Library ® All rights reserved.
2009-2020, ELIBRARY.COM.UA is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Ukraine


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones