Автор: С. В. СЕМЕНЦОВ

Кандидат архитектуры С. В. СЕМЕНЦОВ, Институт исследований Санкт- Петербурга и Северо-Западного региона

Северная столица застроена удивительно гармонично, ее архитектура не имеет аналогов ни в отечественном, ни в европейском градостроительстве. В 1989 г. исторический центр города, насчитывающий десятки тысяч зданий XVIII - XIX вв., а также уникальные пригородные дворцово-парковые ансамбли ЮНЕСКО включила в список охраняемого всемирного наследия. Как и многих крупных городов мира, его история соткана из кружева легенд и имеет огромную мифологическую ауру.

Традиционно считается: Петр I создал новую столицу на пустом месте, а застраивали ее по единому генеральному плану (по западноевропейским канонам) только иностранные архитекторы. Однако изучение архивных материалов и коллекций чертежей показало: мифы не всегда соответствуют действительности, и реальная история города гораздо ярче - она начинается не с 1703 г., а по крайней мере - с XIV в.

Санкт-Петербург - прямой преемник развития Приневья со времен Новгородской республики. До его освоения на этой территории была уже развитая и устоявшаяся система расселения, формировавшаяся на протяжении столетий. Небольшой новгородский сторожевой пост в устье Невы под руководством воеводы Пильгусия впервые упоминается в древнерусских летописях 1240 г.

В 1300 г. во время одного из крестовых походов шведы захватили земли вдоль этой реки и основали в устье ее притока Охты крепость Ландскрону. На следующий год новгородцы взяли ее штурмом и сожгли. В 1323 г. в истоках Невы они выстроили каменную крепость Орешек, и через несколько месяцев здесь был подписан мирный договор между Новгородом и Швецией. Вся территория Приневья оставалась в составе Новгородской республики вплоть до присоединения ее Иваном III к Великому княжеству московскому в 1478 г.

К концу XV в. на территории будущего Санкт-Петербурга с пригородами находилось 994 - 998 селений разной величины. За XV - XVIII вв. здесь не раз проходили опустошительные войны, несколько раз менялся состав населения. Так, в свое время Московское правительство вывезло отсюда десятки тысяч строптивых новгородцев, заменив их лояльными людьми из Подмосковья, но сами селения оставались.

В 1580-х годах Приневье оккупировали шведские войска, юридический же его переход в состав Швеции был оформлен Столбовским договором 1617 г. И эта территория стала называться Ингерманландией, а крепость

стр. 122

Орешек - Нотебургом. Коренное население насильственно переводили из православной веры в протестантскую. В результате (по подсчетам специалистов) в Россию бежало более 50 тыс. человек, в основном русские и древние угро-финны (водь, карелы, ижора, весь, лопь). Вместо них шведы из своей провинции Финляндии переселили сюда почти 60 тыс. финнов, савакотов и эвремейсов. Православные составляли тогда менее 6% населения.

На месте древних русских сел и деревень появились шведские господские мызы и поселения. Даже основанный в 1611 г. торговый город Ниен возник на землях древних русских рыбацких и торгово-ремесленных селений "на усть Охты". Рядом, на другом берегу Охты (ее стали называть Черной речкой) в 1658 - 1661 гг. на месте укрепленного двора шведского королевского наместника возвели крепость Ниеншанц. В свое время этот двор был построен на месте русского селения Венцище, известного еще с XVI в.

С XVII в. сохранились подробные шведские землемерные карты, где указаны селения, границы владений, пашни, пастбища и трассировка дорог. Значительная часть селений была переименована на шведский и финский манер, другие сохранили свои древние названия, известные еще с XV в. из русских Писцовых книг. Одновременно по-фински стали звучать названия многих рек, озер, лесов и урочищ.

В сентябре 1702 - мае 1703 гг. войска под командованием Петра I вернули все эти территории в состав Российского государства. Шведское население из Ниена бежало на север, в город Выборг, а финское осталось. 27 мая 1703 г. на небольшом Заячьем острове в дельте Невы основали Санкт-Петербургскую земляную крепость в шесть бастионов. Чуть севернее, за узкой протокой, расположился русский военный лагерь. Так началась история северной Пальмиры.

Площадь застройки составляла многие квадратные километры. Одновременно строили десятки "городских слобод", различные государственные ведомства, причем многие из них на территориях селений, известных еще с XV-XVII вв. Например, Летний дворец и Летний сад* Петра Великого - на месте усадьбы шведского майора Конау, зимний домик царя - на бывшем дворе шведа Лейя, а в Ниене основали Большую Охтенскую слободу. Известные с XV в. села Хотшино, Кипенское, Храпши в XVIII в. стали Гатчиной, Кипенью, Ропшей...

* См.: В. А. Коренцвит. Летний сад. - Наука в России, 2002, N 6 (прим. ред.).

стр. 123

Отмечено более 55 ранних селений, на месте которых сразу начали возводить городские слободы. Одновременно многие древние дороги преобразовывали в улицы. И сейчас в современной планировке города десятки улиц и проспектов проходят по историческим дорогам. А в Ленинградской области сохранились тысячи километров дорог, известных по крайней мере с XVII в., среди них - значительные отрезки 17 государственных шведских трактов, соединявших Ниен и земли Ингерманландии с Выборгом, Нарвой, Кексгольмом, Нотеборгом, Ямом, Новгородом.

Все это позволяет утверждать, что несмотря на многовековые политические, социальные и этнические изменения, система расселения в Приневье в XV - XVII вв. оставалась вполне стабильной. Именно на ее основе, а не "с нуля", как утверждают некоторые, был построен Санкт-Петербург, и такая преемственность продолжалась вплоть до первой трети XX в.

Одна из главных особенностей градостроительного развития северной столицы - сохранение единства многонационального состава населения, а также возведение храмов разных конфессий. С древнейших времен Приневье являлось зоной соприкосновения двух великих религий -православия и католицизма, а затем и протестантизма. Многовековая притирка привела к тому, что постепенно сформировалось полиэтническое население, состоящее из славян (новгородских словен и псковских кривичей), угро-финнов (води, веси, чуди, карелы, ижоры, лопи) и скандинавских викингов (варягов). В шведский период в этот "этнический котел" добавилось значительное количество финнов (савакотов и эвремейсов) и немного шведов, немцев и голландцев. Этнические процессы ускорились при Петре Великом. По его распоряжению для постоянного поселения и сезонных работ в Санкт-Петербург ежегодно призывали десятки тысяч человек со всей России. Среди них были коренные славяне из центральных и северных губерний России - Новгородской, Московской, Архангельской, Вологодской, Костромской, Псковской, Ярославской, татары и башкиры из Поволжья, немцы, эстонцы, латыши и литовцы из Прибалтики и многие другие. Из европейских стран приглашали офицеров, ученых, архитекторов, художников, музыкантов, мастеровых, поваров, кондитеров, гувернеров, учителей, врачей (немцы, голландцы, англичане, шотландцы, итальянцы, швейцарцы, норвежцы, шведы, греки, французы...). Чуть позд-

стр. 124

нее на берегах Невы появились грузины, армяне, молдаване, украинцы, белорусы.

Еще в 1717 г. генеральный план Санкт-Петербурга, разработанный французским архитектором Ж. Б. А. Леблоном, предусматривал компактные слободы для проживания людей той или иной национальности с культовыми храмами. И хотя этот документ остался нереализованным, принцип создания условий для проживания в северной столице представителей сразу многих наций и народностей стал одним из главных в развитии города. Появились Русские, Татарская, Английская, Французская, Греческая, Немецкая слободы. Наряду с ними с 1720-х годов открывали специальные постоялые дворы (прообраз современных гостиниц) для иностранцев, для них готовили национальные блюда и кушанья. В зонах национального расселения строили церкви соответствующих религий. В 1749 - 1750 гг. на Невском проспекте возвели храмы семи разных конфессий. В XVIII в. в городе действовали русский, немецкий, французский, итальянский театры. В XIX в. было открыто много национальных школ.

Мировой опыт градостроительства стали изучать еще со времен Петра I, и при создании северной столицы отбирали наиболее ценное и приемлемое для суровых российских условий. Так, из Голландии заимствовали приемы создания застройки на низменных, затопляемых местах, технические правила прокладки каналов, конструкции подъемных мостов, фундаментов зданий и сооружений. Дворцы и торжественные общественные здания проектировали по французским, итальянским и германским образцам. Голландские, французские и английские сады и парки в XVIII - XIX вв. стали прообразами выдающихся ансамблей самого Санкт-Петербурга и его пригородов. Фортификация Голландии и Франции отразилась на многочисленных крепостях, редутах, батареях и фортификационных сооружениях. Но все это объединялось с российскими традициями.

Вплоть до середины 1710-х годов Петербург строили наши мастера как традиционный российский город с деревянной застройкой, живописными криволинейными улочками, садами и огородами. Однако уже к концу 1720-х годов петербургская архитектура соединяла в себе итальянские и французские реминисценции барокко, ренессанса и классицизма с отечественной строительной практикой. Одновременно внедрялись голландские образцы: мазанковые здания, маленькие сади-

стр. 125

ки, интерьеры с расписными плитками*. А с 1740-х годов Ф. Б. Растрелли начал создавать на берегах Невы шедевры собственно петербургского барокко. Тогда же модным стал интерьер на китайские и японские сюжеты, и во дворцах появились особые помещения, выполненные в соответствующей манере. С начала 1760-х годов преобладающим стал французский классицизм: сотни зданий были построены в этом стиле. Затем, в ходе русско-турецких войн вошли в моду мусульманские мотивы в архитектуре. В результате с 1770 - 1780- х годов "мавританские" кабинеты, залы, торжественные бани были обязательной принадлежностью каждого дворца и особняка. Фасад же зданий оставался классицистическим.

Словом, не случайно еще в 1830-х годах стало формироваться мнение о необходимости специального проектирования петербургской застройки как энциклопедии зодчества всех стран и народов. Архитектурный историзм 1840-х годов в нашем городе - не абсолютно новое явление, в нем лишь более ярко проявилось то, что существовало с XVIII в.

В XVIII - XIX вв. в Санкт-Петербурге творили русские зодчие И. К. Коробов, П. М. Еропкин, А. Н. Воронихин, швейцарец Д. Трезини, французы Ж. Б. А. Леблон, Ж. Б. М. Валлен-Деламот и О. Р. Монферран, итальянцы Д. Кваренги и К. И. Росси, немцы Л. О. Бонштедт, Ф. К. фон Кленце и М. Е. Месмахер, шведы К. К. Андерсон и Ф. Ф. Лидваль, испанец А. А. Бетанкур и многие другие.

Интересно, что если в XVIII в. многие деревянные дома в городе были типично русскими по стилю, то в XIX в. стали возводить кирпичные здания, используя формы отечественного зодчества XII - XVII вв. Так формировался единый "петербургский стиль".

Столь же разнообразна была петербургская архитектура второй половины XIX - начала XX в. Многие выдающиеся памятники европейского зодчества стали образцами для петербургских архитекторов эпохи "историзма" - итальянский ренессанс, французское и немецкое барокко, английские викторианские стили, австрийский, немецкий и французский модерн. Мотивы всех этих стилей, а также традиционно русские нашли отражение в застройке улиц города.

XX в. прошел под знаком господства индустриальных направлений: конструктивизма (20 - 30-е годы), пост-

* См.: О. А. Агеева. Невские "врата царствия Российского". - Наука в России, 2002, N 1 (прим. ред.).

стр. 126

конструктивизма, индустриализма (60 - 90-е). Между ними (конец 30-х - 50-е годы) сформировался "сталинский ампир", возвращавший многие идеи и формы классицизма 1820 - 1830-х годов.

Итак, петербургские ансамбли всегда формировались по канонам различных архитектурных стилей. Только на главном - Невском - проспекте выстроены здания 13 стилей, и они гармонично уживаются между собой. Объясняется это тем, что организация внешнего облика города традиционно развивалась в рамках регулярного генерального плана, которых за трехсотлетнюю историю было 19 (в настоящее время разрабатывают 20-й); первый единый генеральный план появился в 1717 г.

В результате сложившейся многовековой традиции создана уникальная градостроительная система северной столицы и ее дворцово-парковых пригородов. Единая композиция простирается на сотни километров, в центре которой - самое широкое течение Невы (около Зимнего дворца - почти 1 км). Вокруг него и сформированы основные ансамбли: Дворцовая и Исаакиевская площади, Петропавловская крепость, Стрелка Васильевского острова, Адмиралтейство со знаменитым "петербургским пятилучием".

Город на Неве - один из немногих в мире, где строительство почти всегда осуществляли не только по проектам архитекторов, но и под их контролем. Это правило ввел его основатель Петр I, и с тех пор оно неукоснительно исполнялось. С начала XVIII в. существовали подробные своды архитектурных и строительных требований для всей территории Санкт-Петербурга и его пригородов. В 1830 - 1840-е годы они были оформлены в Своды законов и строительных уставов, обязательных к исполнению всеми, даже императором. Любые архитектурные и строительные работы в центре города контролировал сам монарх, он лично утверждал проекты для главных улиц города. Границы зоны императорского архитектурного контроля определялись в указах. Именно такое положение дел помогло создать город удивительной архитектурной гармонии.

Permanent link to this publication: