ELIBRARY.COM.UA is an Ukrainian library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: UA-1142

Share with friends in SM
Заглавие статьи Древняя история. ЗАГОВОР КАТИЛИНЫ
Автор(ы) В. СЕРГЕЕВ
Источник Исторический журнал,  № 2, Февраль  1937, C. 86-96

1

Последние 2 века до нашей эры ознаменовались глубоким экономическим и политическим кризисом Римской республики. К этому времени рабовладение как господствующий способ производства окончательно утвердилось на Апеннинском полуострове, разоряя и вытесняя свободных мелких земледельцев и ремесленников. Города наполнились толпами не имевших средств существования люмпенпролетариев, живших подачками общества. К этому периоду относятся также грандиозные восстания рабов (сицилийское и спартаковское), потрясшие до основания Римскую республику. Путем огромного напряжения всех сил Риму удалось тогда справиться с этими революциями рабов.

В связи с основным противоречием между рабами и рабовладельцами развертывается ожесточенная борьба внутри правящего класса, между оптиматами (нобили), всадниками (денежная аристократия) и популярами (демократы), за власть и, в конечном счете, за наиболее эффективные способы выхода из этого затяжного кризиса.

Политическая жизнь Рима последнего века республики напоминала кипящий котел: восстания, государственные перевороты, заговоры, проскрипции чередовались с калейдоскопической быстротой. В процессе острой классовой борьбы все больше и больше обнаруживалась неспособность рабовладельческой демократии справиться с создавшимся положением. Некогда всемогущий, сенат постепенно оттеснялся на второй план неприкрытой диктатурой рабовладельцев - сначала Суллы, а затем Цезаря. В этой обстановке ожесточенной классовой и политической борьбы и возник эпизод, который вошел в историческую литературу под названием "Заговора Катилины".

После смерти Суллы на высшее руководство римской политикой стали претендовать Красс, Цезарь и Помпей. Все они происходили из старинных аристократических фамилий, причем Красс и Помпей особенно выдвинулись в период диктатуры Суллы. Спекулируя на конфискованных имуществах проскрибированных римских граждан, Красс приобрел колоссальные богатства, которые он широко использовал в целях привлечения сторонников из числа различных слоев римского гражданства. Широкие раздачи зерна и угощений создали Крассу огромную клиентеллу, главным образом среди разорившейся знати и люмпенпролетариата. Еще больший вес среди римских рабовладельцев приобрел Красс после того, как ему удалось самым беспощадным образом расправиться со спартаковским восстанием.

Наряду с Крассом в 60-х годах I века на политическую арену выступает также молодой, тогда еще малозаметный, Гай Юлий Цезарь. Не обладая богатством и славой Красса и не имея сколько-нибудь серьезного влияния на политику, дальновидный и хитрый Цезарь вел себя крайне осторожно, стараясь пока держаться в тени и действовать через третьих лиц. Трезво взвесив обстановку, Цезарь, несмотря на свое аристократическое происхождение, становится на сторону популяров и вскоре превращается из разорившегося нобиля в вождя демократической партии популяров.

Однако все шансы на власть были все же на стороне Помпея, находившегося тогда в зените славы, увенчанного победами, имевшего многочисленную клиентеллу, огромное богатство и дружившего с влиятельными

стр. 86

трибунами. Обеспокоенные быстрым ростом влияния своего соперника, Красс и Цезарь заключили молчаливое соглашение и стали изыскивать способы для того, чтобы привлечь симпатии римских граждан на свою сторону и тем самым ослабить огромное влияние Помпея, приобретенное им в результате победоносных войн на Востоке.

Одним из таких способов была аннексия Египта. Со дня смерти правителя Египта Птоломея X (80 год), не оставившего прямых наследников, присоединение Египта было одним из самых важных вопросов римской политики. Перспектива захвата Египта, богатейшей страны Средиземного моря, находила горячее сочувствие среди римского гражданства, в особенности среди всадничества и городской демократии. Для всадников захват Египта означал расширение откупных операций, а для городского плебса - получение дешевого хлеба. По личным мотивам на аннексии Египта более всего настаивали и первый богач Рима Марк Лициний Красс и его друг, и союзник Юлий Цезарь.

В качестве цензора Красс в 65 году предложил обложить Египет податью, рассматривая это как первый шаг к полной аннексии. Но сенат на проект Красса смотрел как на демагогический маневр, чреватый многими опасными последствиями.

Оппозиция сената заставила Красса и Цезаря искать обходных путей для осуществления своих планов. С этой целью они решили войти в соглашение с группой обиженных сулланцев, обвиненных в подкупе избирателей и на этом основании лишенных консульского звания (66 год). К обиженным сулланцам, ставшим в оппозицию к оптиматам, примкнул также и Луций Сергий Катилина, вычеркнутый из списков кандидатов по обвинению во взяточничестве во время преторства в Африке.

Пользуясь общей политической анархией, непопулярностью и слабостью сената, отведенные кандидаты решили не отступать и составили тайный союз, или заговор. Во главе заговора стоял Гней Пизон, принадлежавший к римской "золотой молодежи", "подстрекаемый к перевороту бедностью и дурными наклонностями". Заговорщики предполагали устранить консулов, проведенных оптиматами, уничтожить наиболее видных членов сената и провозгласить консулами самих себя. Заговор Пизона был открыт, но дело замяли из боязни назвать имена Красса и Юлия Цезаря, поддерживавших заговорщиков. Пизон получил даже назначение и отправился в Испанию.

После от'езда Пизона главой заговора становится Катилина.

Луций Сергий Катилина родился в 108 году. Он происходил из древнего патрицианского рода Сергиев, из которого вышли многие военные и общественные деятели. Что касается самого Катилины, то он даже в изображении его врагов представляется сильной личностью, сочетавшей в себе самые противоположные качества.

"Физически крепкий, он невероятно легко переносил голод, холод и недосыпание. Морально смелый, он был коварным, непостоянным, лживым, неискренним, жадным до чужого, расточительным в своем, пылким в страстях: красноречия в нем было достаточно" - так характеризует Катилину римский историк Саллюстий1 .

Катилина, с первых дней своего юношества находившийся в стесненных материальных условиях, поправил свои материальные дела во время сулланских проскрипций. Будучи одним из близких людей Суллы, Катилина выполнял самые кровавые поручения диктатора, занося в проскрипционные таблицы, как виновных, так и невиновных людей, своих друзей и родственников, в их числе своего брата и мужа своей сестры.

Сулланские проскрипции, сопровождавшиеся огромными конфискациями и аукционами проскрибированных имуществ, обогатили многих друзей Суллы, в том числе и Каталину.

"Конец резни наступил не прежде, чем Сулла наполнил богатствами всех своих приверженцев"2 .


1 Саллюстий. Заговор Катилины. Гл. 5.

2 Саллюстий. Заговор Катилины. Гл. 51.

стр. 87

Бюст Цезаря. Берлинский музей.

В 67 году Катилина был претором провинции Африки. В 66 году он явился в Рим и выставил свою кандидатуру на консульство на 65 год, но был отведен по формальным мотивам, вследствие обвинения его в лихоимстве и злоупотреблении властью.

Потерпев неудачу на выборах 65 года, Катилина выставляет свою кандидатуру на консульство на 63 год и вновь терпит поражение. На консульство 63 года имелось семь кандидатов, в их числе Цицерон и Катилина. Выборная кампания происходила в напряженной общественной атмосфере. Противники Катилины - оптиматы и всадники, - группировавшиеся около Цицерона, распускали самые невероятные слухи, компрометировавшие катилинариев. Говорили, что Катилина заставлял всех своих сторонников приносить страшную клятву в верности и пить при этом человеческую кровь, смешанную с вином, что он собирал вокруг себя молодежь и учил ее презирать все окружающее, грабить, убивать, не признавать ни морали, ни стыда, ни принятых на себя обязательств.

Не менее страшные вещи рассказывали о самом Катилине. Утверждали, что он совершил самые ужасные преступления, и что нечистая совесть не дает ему покоя. Прибавляли, что, и самая внешность Катилины как нельзя более соответствовала его внутренней сущности: бледное лицо, тусклые, неприятные глаза, порывистая походка и т. п.

При заведомой враждебности наших источников к Катилине едва ли приходится сомневаться, что значительная доля приписываемых ему пороков должна быть отнесена за счет богатой фантазии его врагов - Цицерона и Саллюстия.

По городу циркулировали страшные слухи о подготовлявшемся государственном перевороте, пожаре Рима, убийстве консулов, грабежах и пр. Красс и Цезарь из опасения быть скомпрометированными вскоре отстранились от Катилины.

Перепуганные всякого рода слухами о заговорщиках, все "благонамеренные люди" подали голоса за представителя оптиматов Цицерона, выбирая из двух зол меньшее. Но, вообще говоря, Цицерон в это время не пользовался симпатией ни в одном общественном слое, и положение его в течение всего его консульства было непрочно. С одной стороны, это об'яснялось его личными качествами: оскорбительной для окружающих хвастливостью и заносчивостью, с яругой стороны - и это, конечно, основное, - различием интересов оптиматов и всадников, которых он стремился слить в один господствующий класс, чтобы создать себе социальную опору. Прежние неудачи не заставили Катилину отказаться от своего намерения добиться консульства на следующий, 62 год. Учитывая неудачи предшествующих лет, Катилина с тем большим рвением бросается в предвыборную кампанию 63 года в расчете стать консулом в 62 году.

2

С этого года, собственно, и развертываются главные события, связанные с заговором Катилины. Для привлечения на свою сторону возможно боль-

стр. 88

шего числа выборщиков Катилина развил бешеную агитацию среди самых различных слоев населения; среди обремененных долгами, страстно желавших от них избавиться высших классов - сенаторов и всадников, среди аристократической "золотой молодежи" главного "питомника Катилины", по выражению Цицерона, среди разорившихся сулланских солдат и демократов - марианцев - и вообще всех недовольных людей, обремененных долгами и нуждой.

"Близким и доверенным человеком Катилины становился всякий негодяй, развратник, промотавший свое состояние в игре и пьянстве, или человек, обремененный огромными долгами, желавший избавиться от своих пороков и злодеяний... К нему стекались всякие убийцы, святотатцы... наконец, все, кого мучили позор, нищета и сознание своих преступлений... Катилина обещал кассацию долгов, проскрипции богачей, гражданские и жреческие должности, хищения и все, чем сопровождаются гражданская война и произвол победителя", - говорит Саллюстий1 .

Стремление избавиться от долгов, растущих в связи с финансовым кризисом в Риме и Италии, служило платформой, на которой объединялись самые разнородные элементы рабовладельческого Рима в своей симпатии к Катилине.

Число заговорщиков все время росло, росла также и популярность Катилины. Среди заговорщиков находились многие известные сенаторы и всадники Рима: Лентул Сура, Гай Цетег, М. Порций Лека, Габиний и другие, к которым впоследствии примкнули некоторые именитые муниципалы и деятели колоний.

По мере того как число заговорщиков росло, начинала оформляться и программа заговора. В разгар избирательной кампании на состоявшемся собрании заговорщиков Катилина нарисовал печальную картину состояния Римского государства и наметил основные пункты своей программы.

"Все ведь, - говорил Катилина, - хорошо знают, что в настоящее время власть находится в руках олигархов, повелевающих подвластными царями и народами и получающих с них дань. Влияние, могущество и почет сосредоточены в их руках, или в руках угодных им лиц, или клиентов. Всем же остальным гражданам достались в удел отстранение от государственных должностей, судебные преследования и крайняя бедность.

В то время как они утопают в роскоши, срывают горы и роют пруды, подобные морям, у нас дома нищета, неоплатные долги, бедность в настоящем и будущем, у нас нет ничего, кроме тела и души, между тем как все может быть. Для освобождения от всех зол необходимо, однако, завоевание свободы, за которой уже само собой следуют честь, слава и богатство. Они владыки мира, а мы бесправная, жалкая чернь. Между тем как, по существу дела, наше положение совершенно не безнадежное. Нас много, мы сильны и способны, победа в наших руках.

Настоящее положение, - указывал далее Катилина, - как нельзя более благоприятствует нашим планам. Большинство на нашей стороне, между тем как власть находится в руках людей, неспособных совершить что-либо значительное"2 .

В случае удачи государственного переворота Катилина обещал провести кассацию долговых обязательств, конфискацию имений богатых, передел земли, новое распределение магистратур и т. д., - словом, осуществление всей демократической программы популяров.

Все свои стремления и всю свою деятельность Катилина связывал с интересами плебса, совпадавшими с его собственными интересами: "Только тот, кто сам несчастен, может быть верным заступником несчастных; не верьте, раненые и обездоленные, обещаниям невредимых и счастливых; если вы хотите восполнить прорехи, возместить утраты, то взгляните на мои долги, мое имущество, мою отвагу: наименее робким и наиболее по-


1 Саллюстий. Заговор Катилины. Гл. 14, 21.

2 Там же. Гл. 20.

стр. 89

Помпей. Музей в Копенгагене.

страдавшим должен быть призванный вождь и знаменосец пострадавших"1 .

Первым шагом, к осуществлению своей программы Катилина считал избрание его консулом.

"Делайте со мной, что хотите: выбирайте меня своим вождем или распоряжайтесь мной как рядовым солдатом: я весь целиком и душой и телом буду принадлежать вам. Надеюсь, что я с вашей помощью, будучи консулом, доведу наше предприятие до желанного конца. Перед вашими глазами лежат богатства, почет, слава, все, что вы так страстно всегда желали"2 .

Стремление к диктатуре, выступающее в вышеприведенной речи Катилины, было совершенно в духе того времени. К диктатуре стремились Помпей, Цинна, Карбон, Лепид, Красс, Цезарь и Катилина.

Поведение Катилины в сенате становилось все более нервным и резким. Так, при обсуждении нового закона о подкупе выборщиков, направленного в первую очередь против него, Катилина гневно заметил, что если сожгут его дом и имущество, то он потушит раздутый пожар не водой, а развалинами.

На требование же Цицерона об'яснить смысл речи, произнесенной Катилиной на конспиративном собрании заговорщиков, последний ответил: "В нашем государстве имеются два тела: одно слабое, но с сильной головой (сенат), а другое - сильное, но со слабой головой (народ), и если это второе тело меня поддержит, то оно, пока я жив, не будет без головы".

Сенаторы были крайне смущены странными репликами Катилины, но молчали: одни - потому, что были с ним втайне согласны, другие - потому, что выжидали более благоприятного момента для открытого выступления против Катилины.

Выборы консулов происходили под председательством консула 63 года Цицерона, одетого по-военному и под охраной вооруженной свиты. Катилина вновь потерпел поражение.

При энергичной поддержке Цицерона выбраны были консулами Л. Мурена и Юний Силан. Поддерживая кандидатуру противников Катилины - людей, "заслуживших всеобщее одобрение" и "никому не угрожавших", - Цицерон действовал от лица "всех добрых граждан, боявшихся государственного переворота и дрожавших за свое положение и богатство"3 .

Потеряв последние надежды на легальное получение консульства, Катилина вынужден был пойти на открытый государственный переворот. С захватом власти приходилось особенно торопиться по двум причинам: во-первых, вследствие ожидавшегося выступления Цицерона в сенате с разоблачением заговорщиков и, во-вторых, по причине предстоящего возвращения в Рим Помпея, который мог помешать заговорщикам.

Генеральное выступление должно было произойти в конце октября 63


1 Цицерон. За Мурену. Гл. 25.

2 Саллюстий. Заговор Катилины. Гл. 20.

3 Цицерон. За Мурену. Гл. 51.

стр. 90

года. На 25 октября участниками заговора было намечено выступление военных частей в Этрурии, Кампании и Апулии.

В ночь же с 26 на 27 октября предполагалось произвести резню оптиматов и убить консула, объединявшего вокруг себя все "благонамеренное гражданство".

Однако план Катилины не удался. Цицерон собрал через доносчиков достаточный материал о планах заговорщиков, чтобы запугать сенаторов и добиться вручения ему мандата на об'явление города на военном положении. 21 октября Рим был об'явлен на осадном положении. Консулу вверялись чрезвычайные полномочия пресекать революционные брожения, арестовывать граждан и производить набор войск.

Введение чрезвычайного положения свидетельствовало о серьезности происходящих событий.

"Граждане были потрясены, вся физиономия города изменилась. После беспечности и веселия, плода долгого мира, внезапная печаль об'яла всех: повсюду сумятица, суетня, всеобщее недоверие и к месту и к окружающим, не было войны, но не было и мира, всякий по своему страху судил об опасности"1 .

В ночь на 7 ноября состоялось конспиративное заседание заговорщиков в доме сенатора М. Порция Леки, сочувствовавшего заговорщикам. На этом заседании был в окончательной форме выработан план предстоящего государственного переворота и распределены роли между участниками заговора.

Организация восстания была хорошо продумана. По плану заговорщиков, Италия разбивалась на несколько районов, куда посылались надежные люди. Сборным пунктом войск был выбран хорошо укрепленный город Пренесте, находившийся недалеко от Рима. Важнейшей задачей заговорщиков, остававшихся в Риме, являлось устранение Цицерона, которого решено было убить в его собственном доме.

Однако и на этот раз заговорщики не достигли желаемой цели. Осведомленный через своих людей о готовящемся покушении, Цицерон принял соответствующие меры предосторожности и остался жив. "Не успело разойтись ваше собрание, как я уже обо всем был извещен. Я усилил стражу, оберегавшую мой дом, и тем, которых ты рано утром ко мне прислал с поклоном, велел отказать: были же это те же самые, которых я заранее назвал многим высокопоставленным лицам, предсказывая, что они придут ко мне в это самое время"2 .

На другой день, 8 ноября, в храме Юпитера Статора на Палатине, находившемся в укрепленном месте и охраняемом усиленной стражей из всадников, было созвано экстренное собрание сената по делу о раскрытии заговора. На этом историческом заседании сената консул Цицерон произнес блестящую речь против Катилины, изобразив цель заговора и его организаторов в самых ужасных и мрачных красках. Своим неожиданным и в высшей степени резким выступлением в сенате Цицерон надеялся дезорганизовать своих противников и удалить главу заговора из Рима. К более же радикальным мерам Цицерон, никогда не чувствовавший себя очень прочно в сенате, прибегать не решался.

"Долго ли еще ты будешь, Катилина, злоупотреблять нашим терпением? Долго ли еще в своем безумии ты будешь издеваться над нами? Что ты делал в две последние ночи и о чем ты совещался, - все это известно каждому из нас. Этого мало. Он является на заседание сената, принимая участие в обсуждении общественных вопросов. Боги бессмертные, в какой мы живем стране! Что это за государство? Что за город? Здесь, среди нас, отцы сенаторы, в этом высоком собрании мужей, долженствующих быть цветом и украшением вселенной, вместе с нами сидят люди, замышляющие гибель мою и других моих коллег, намеревающиеся внести в этот город и во все страны мира пожар и убийства. И я, консул, не только спокойно вижу, но и спрашиваю их мнение об общественных делах. Даже, словом не


1 Саллюстий. Заговор Катилины. Гл. 31.

2 Цицерон. Речи против Катилины. I, 10.

стр. 91

Цицерон. Музей во Флоренции.

смею оскорблять тех, кого давно следовало бы предать казни...

При таком положении дел, Катилина, тебе остается только продолжать дело, начатое тобою. Уходи вон из города! Его ворота для тебя давно открыты. С нетерпением манлиево войско ждет тебя как своего вождя. Только захвати, пожалуйста, с собой всех твоих сообщников, если же всех нельзя, то, как можно больше поочисти от них город"1 .

Застигнутый врасплох, Катилина поддался на провокацию Цицерона и отправился в добровольное изгнание. С этого времени Катилина вступил на путь подготовки вооруженного государственного переворота и открыто порвал с сенатом.

Цицерон торжествовал победу. "Наконец-то, квириты, - говорил он во второй речи, произнесенной на народном митинге на следующий день (9 ноября), - удалось мне Луция Катилину, как ни неистовствовал он в своей бешеной отваге, как ни дышал злобой, как ни стремился погубить свое отечество своими нечестивыми деяниями, как ни угрожал нам и нашему городу мечом и огнем, - наконец-то, повторяю, удалось мне его, уж не знаю, сказать ли "изгнать" или "выпустить" или "почтить напутственной речью при его добровольном уходе". Он ушел, удалился, умчался, исчез, не будет уже более этот изверг внутри наших стен мечтать о их разрушении. Это значит, что мы хоть одного этого вождя междоусобной войны, несомненно, победили; мы не будем чувствовать его кинжала у своей груди, не будем вздрагивать, находясь на Марсовом поле, на Форуме, в Курии, и в покоях наших домов"2 .

Удаление Катилины из Рима Цицерон считал только началом поднятой им кампании. Предстояло еще разрешить не менее сложную задачу - очистить город от соучастников и приверженцев Катилины, наполнявших Рим.

"Представьте себе теперь, что за ним последуют его друзья, вся эта позорная артель беспутных негодяев, - как рады будем мы, как счастливо будет государство, какой славой покроется мой консулат! Вожделения этих людей уже превысили всякую меру, их дерзкая отвага вышла "из пределов допустимого и выносимого"3 .

3

После от'езда Катилины в Этрурию в Риме во главе движения стал П. Корнелий Лентул. Оставшиеся в Риме заговорщики (Лентул, Цетег, Габиний, Статилий и др.) повели усиленную агитацию среди низших слоев города, привлекая на свою сторону наряду со свободными также и рабов.

"Его (Лентула - В. С. ) агитация не ограничивалась крутом полноправных граждан, но распространялась на людей всякого рода, если только они в его глазах могли быть полезными для войны хоть чем-нибудь"4 .

В письме к Катилине Лентул категорически убеждал его оставить предрассудок в отношении рабов, об'явить их свободными и призвать к оружию. Колебания Катилины в отношении рабов в настоящий критический момент, говорил Лентул, могут принести неисчислимые бедствия.


1 Цицерон. Речи против Катилины. I, 1, 4, 9, 10.

2 Цицерон. Речи против Катилины.

3 Там же. II, 10.

4 Саллюстий. Заговор Катилины. Гл. 39.

стр. 92

"Помни, Катилина, - писал Лентул, - что ты как храбрый муж находишься в критическом положении. Ищи помощи у всех, не гнушайся никем, даже самыми низшими"1 .

На словах же он поручал своему посланнику Вольтурцию передать Катилине: "Чего он еще ждет после того, как сенат об'явил его вне закона? Почему он медлит прибегнуть к помощи рабов?"2

Лентул вступил также в соглашение с представителями галльского племени аллоброгов, случайно находившимися тогда в Риме. Недовольные действиями римских властей, делегаты аллоброгов пришли в Рим с ходатайством об облегчении взимаемых с них поборов. Лентул решил использовать недовольство аллоброгов. Он сообщил им о готовящемся перевороте и обещал кассацию долгов в случае успеха заговора при условии их поддержки. Но и здесь заговорщиков постигла неудача. Не поверив химерическим обещаниям Лентула и, с другой стороны, рассчитывая на щедрую награду со стороны сената, аллоброги сообщили о предложении Лентула своему патрону Фабию Санге, который донес об этом Цицерону.

По приказанию консула, аллоброги были арестованы, приведены в сенат и подтвердили о состоявшемся между ними и заговорщиками соглашении, показав при этом полученные ими верительные грамоты за подписью и печатями руководителей заговора.

Вовлечение в заговор аллоброгов и рабов и предполагавшаяся отправка из Рима в лагерь Катилины оружия доставили в распоряжение Цицерона богатый материал, которым он мог запугать и перетянуть на свою сторону колебавшиеся элементы не только в сенате, но и на народных митингах.

В речах, произнесенных в первых числах декабря непосредственно под впечатлением ареста делегатов аллоброгов, Цицерон в фантастических красках рисовал ужасающую картину последствий заговора:

"Еще раз прошу вас: приложите все свое усердие к спасению государства, подумайте о всех бурях, которым мы идем навстречу, если вы их не предотвратите. Вы знаете, кто такие те, которые ждут решения своей участи от строгости вашего суда: это не Тиберий Гракх, пожелавший вторично стать народным трибуном, не Кай Гракх, попытавшийся возобновить аграрное движение, не Л. Сатурнин, убивший Г. Меммия, - уличены те, которые остались в Риме ради поджогов, ради вашего поголовного избиения, ради выдачи города Катилине; уличены они своими письмами, своими печатями, своими почерками, своими признаниями. Вы знаете, они поднимали против нас аллоброгов, подстрекали рабов, призывали Катилину; их замыслом было произвести такую резню, чтобы некому было даже почтить погребальным плачем, имя римского народа, воздать последний дар слез похороненному властелину мира"3 .

Цицерон использовал колебания средних прослоек римского общества и в решительный момент перетянул их на свою сторону.

"Дело в том, что все ремесленники и торговцы при своем преобладающем большинстве, или, правильнее сказать, весь этот класс, до чрезвычайности склонны ценить внешний покой. Да и понятно: все их ремесло, вся работа, весь заработок в тесной зависимости от посещающих их граждан, требуют мирной обстановки; и если с закрытием торговых помещений неизбежно уменьшается выручка, то на что же пришлось бы рассчитывать этим людям тогда, когда их заведения сделались бы добычей пламени?"4

По предложению Цицерона, все заговорщики были арестованы. На следующем заседании сената (5 декабря) состоялся чрезвычайный суд, приговоривший арестованных к смертной казни. Предложения отдельных сенаторов, в том числе Юлия Цезаря, заменить смертную казнь пожизненным заключением, были отклонены большинством сената.

"Не судьба самих заговорщиков, - говорил Катон, - должна беспокоить


1 Саллюстий. Заговор Катилины. Гл. 46.

2 Там же. Гл. 39.

3 Цицерон. Речи против Катилины. IV, 4.

4 Цицерон. Речи против Катилины. IV, 17.

стр. 93

Развалины форума в Риме.

нас, а наша собственная безопасность. Все прочие преступления можно преследовать после того, как они уже совершены, это же злодеяние, если его не предупредить, не даст вам времени подумать о своем спасении. После того, как город будет взят вооруженной рукой, побежденным уже ничего не останется. Заклинаю бессмертными богами вас, для которых отечество дороже, чем ваши дома, виллы, картины и статуи, станьте на защиту того, что вам так дорого, и сохраните возможность им пользоваться. Вспомните, что дело идет не о правильном платеже и обидах, нанесенных союзникам, а о нашей собственности, свободе и жизни"1 .

Попытка Лентула и Цетега поднять в последний момент рабов, слуг и вольноотпущенников, "смелых и готовых на все", и с оружием в руках отстоять свою жизнь не удалась. Приговор был приведен в исполнение в тулинской тюрьме, где арестованные были удавлены в присутствии самого Цицерона. "Они мертвы", - сказал Цицерон, выходя из тюрьмы, приветствуемый радостными криками собравшейся толпы.

Цицерон спешил расправиться с заговорщиками, осужденными в чрезвычайном порядке, с нарушением закона судебной процедуры, ввиду усиливавшегося революционного брожения и начавшейся гражданской войны.

Кроме заговорщиков, замечает Саллюстий, было немало людей, отправившихся к Катилине. Нити заговора из Рима тянулись по всем направлениям - через всю Италию, Галлию, Испанию и Африку. Всюду находились приверженцы Катилины. Сильнее же всего движение было в Этрурии, стране крупного землевладения и рабовладения, очаге постоянных восстаний и заговоров. Здесь разорившиеся сулланцы об'единились под командой султанского центуриона Гая Манлия.

"Шире, чем это думают, - говорил Цицерон в сенате 5 декабря, - рассеяны семена этого зла; оно не только охватило Италию, но уже и проникает за Альпы, уже незаметно образовало гнезда во многих провинциях"2 .

В Риме повсюду происходили ночные собрания, сообщали о чудесах и предзнаменованиях, готовились к войне и восстанию. Сенат брал на учет имевшееся у граждан оружие. В Апулии, классической стране рабских движений, разгоралось восстание рабов, в Капуе волновались гладиаторские


1 Саллюстий. Заговор Катилины. Гл. 52.

2 Цицерон. Речи против Катилины. IV, 6.

стр. 94

школы и т. д. Положение становилось серьезным и напряженным.

Таким образом, Катилина после вынужденного от'езда из Рима и об'явления его вместе с Манлием врагами отечества оказался во главе обширного революционного движения, захватившего, самые разнородные элементы римского общества. В письме к сенатору Квинту Катуллу, написанному вскоре после вынужденного от'езда из Рима, Катилина рассматривает поднятое им восстание как движение, направленное прежде всего на охрану интересов бедной и обездоленной части народа:

"Верный своей привычке, я взял на себя публичную защиту всех несчастных граждан; сделал я это вовсе не потому, чтобы не мог уплатить долговых обязательств, выданных от моего имени... а потому, что видел недостойных людей, облеченных почетом, тогда как чувствовал себя отстраненным по ложному подозрению. На этом основании я избрал достаточно почетный в моем положении путь, дающий мне надежду на сохранение оставшегося у меня достоинства"1 .

Армия, сочувствовавшая Катилине, была достаточно велика, но в высшей степени пестра по своему социальному составу и слабо организована. Массу сторонников Катилины составляли сельский плебс и городской люмпен-пролетариат, "всегда жадный до переворотов", но экономически совершенно бессильный и не имевший в этом отношении никаких перспектив. Это была деклассированная масса, легко возбуждавшаяся, но так же легко остывавшая, неустойчивая в своих политических симпатиях и при первой неудаче терявшая равновесие.

"Между тем плебс, который сначала, по своей склонности к переворотам, вполне сочувствовал гражданской войне, после раскрытия заговора изменил свой образ мыслей, стал проклинать намерения Катилины, превозносить до небес Цицерона, радоваться и ликовать, как рабы, отпущенные на свободу"2 .

В этом аспекте становится понятным пессимистический взгляд Саллюстия на исход движения катилинариев.

"Силы плебса, - говорит Саллюстий, - уменьшились, а могущество олигархов возросло. Они держали в своих руках выборные должности, провинции и все государство, сами были ни для кого не уязвимы и благоденствовали, а тех, которые были склонны относиться мягче к плебсу, запугивали судебными преследованиями. Но при малейшем колебании всякий раз снова возникала надежда на переворот, и дух старой борьбы охватывал умы плебса. Поэтому, если бы Катилина вышел победителем или даже только не побежденным из первого сражения, великий разгром и бедствия постигли бы, конечно, государство, а победители не могли бы слишком долго пользоваться плодами побед: у них, утомленных и ослабевших, отнял бы власть и свободы тот, кто оказался бы, в конце концов, сильнее их"3 .

Ко всему этому надо еще прибавить недостаточность вооруженной силы у катилинариев. Войско Катилины едва ли превышало 20 тысяч человек, и притом было очень плохо вооружено. Уже одно это обстоятельство предвещало трагический исход поднятого восстания.

Громадным преимуществом "партии благонамеренных", возглавляемой Цицероном, был значительный численный перевес военной силы, наличие государственного аппарата и финансов. В спешном порядке из Рима в Этрурию, Апулию, Кампанию и другие очаги революционных брожений были посланы преторы и легаты со специальным поручением, набрать армию и держать ее в боевой готовности. Была организована целая система шпионажа и доносов. За раскрытие конспиративных тайн заговорщиков назначались определенные награды: рабу - свобода и 100 сестерций, свободным гражданам - 200 сестерций и безнаказанность за участие в заговоре. Гладиаторские школы из Капуи были переведены в другие города. Повсюду расставлялись патрули и пикеты.

Римская государственная машина еще раз одержала крупную победу. Цицерон с полным основанием мог


1 Саллюстий. Заговор Катилины. Гл. 35.

2 Там же. Гл. 48.

3 Там же. Гл. 39.

стр. 95

заявить: "Все предусмотрено, приготовлено и устроено, отцы сенаторы, не только благодаря моим исключительным заботам и стараниям, но еще в большей мере благодаря решимости римского народа удержать в своих руках верховную власть и сохранить неприкосновенными наши общие ценности"1 .

Известие о ликвидации заговора в Риме и казни заговорщиков расстроило ряды каталинариев. Многие, примкнувшие к движению из корыстных расчетов в надежде на богатую добычу, получение должности и пр., отпали. С оставшейся же частью армии, малочисленной и плохо вооруженной, но преданной своему делу и вождю, Катилина обходным путем, горными тропинками и непроходимыми дорогами, намеревался идти в Галлию. Там он надеялся найти поддержку у воинственных галльских племен, в любой момент готовых присоединиться к движению против Рима.

Но и это не удалось. Против Катилины из Рима были посланы две армии: под командой Г. Метелла Целера и консула Гая Антония, прежнего друга и соучастника Катилины. Окруженный враждебными армиями, Катилина вынужден был вступить в открытый бой с противником, значительно превосходившим его силами. По римскому обычаю, перед битвой он созвал солдат и произнес перед ними горячую, полную энтузиазма речь, призывавшую их к героической защите свободы, чести и личного достоинства.

"Мы сражаемся за отечество, свободу и жизнь, - говорил Катилина, - между тем как наши враги проливают свою кровь за интересы немногих... В нашей власти спасти жизнь добровольной ссылкой, но это была бы постыдная жизнь. Многие из нас могли бы влачить жизнь в Риме на чужой счет, но вы, как подобает сильным людям, презрели такие низкие и неблагородные средства к спасению. В бою отвага - лучшее ручательство за успех, во власти победителя - назначить условия мира. Хорошо зная вас, воины, и припоминая ваши подвиги, я имею большую надежду на успех"2 .

Генеральное сражение произошло в горных теснинах Этрурии, при Пистории, в 62 году. Армия римских консулов купила победу дорогой ценой. Повстанцы держались с изумительной стойкостью и почти все до одного погибли на поле битвы. Среди павших геройской смертью на поле сражения находился и сам Катилина, проявлявший огромную выдержку, храбрость и распорядительность в бою. "Катилина был найден далеко от своих, посреди врагов. Он еще дышал, и на лице его отражался его неукротимый и свирепый дух. Каждый из его солдат так же мало щадил свою жизнь, как и жизнь врага"3 .

Цицерон за раскрытие заговора и спасение отечества получил почетный титул "отца отечества".

Крах движения катилинариев вконец расстроил ряды популяров и на некоторое время поднял престиж оптиматов и сената. Разгромленная и распыленная, римская демократия, в главной своей массе состоявшая из городских деклассированных элементов, с этого времени становится орудием в руках военных диктаторов, удельный вес которых повышался с каждой новой удачной войной, ростом армии и разложением городской республики (полиса).

Римский полис закономерно перерождался в Средиземноморскую империю. Заговор Катилины составляет важное звено в длительном и сложном историческом процессе перерождения города-государства - Рима в Римскую империю, качавшемся во II веке до нашей эры с Пунических войн и завершившемся во II веке нашей эры при династии Антонинов.

Разгром Катилины нанес тяжелый удар республиканской демократии, превращавшейся в охлократию (городская чернь), поддерживавшую императорскую власть. На данной ступени исторического развития гегемония рабовладельческого Рима и Италии в Средиземноморском бассейне, внешне сглаживавшая противоречия внутри правящей общины, могла быть сохранена только силами империи, т. е. перманентной военной диктатуры.


1 Цицерон. Речи против Катилины. IV, 14.

2 Саллюстий. Заговор Катилины. Гл. 53.

3 Там же. Гл. 81.

Orphus

© elibrary.com.ua

Permanent link to this publication:

https://elibrary.com.ua/m/articles/view/Древняя-история-ЗАГОВОР-КАТИЛИНЫ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Легия КаряллаContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://elibrary.com.ua/Kasablanka

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

Древняя история. ЗАГОВОР КАТИЛИНЫ // Kiev: Library of Ukraine (ELIBRARY.COM.UA). Updated: 05.06.2014. URL: https://elibrary.com.ua/m/articles/view/Древняя-история-ЗАГОВОР-КАТИЛИНЫ (date of access: 11.08.2020).

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
1021 views rating
05.06.2014 (2259 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Related Articles
Офицерство российской армии в годы первой мировой войны
Catalog: История 
2 days ago · From Україна Онлайн
Представления идеологов либерализма в начале XX в. о государстве
2 days ago · From Україна Онлайн
В. Ф. Сокульский и история русского маслоделия
Catalog: История 
2 days ago · From Україна Онлайн
Становление иезуитской миссии в Новой Франции в 1611-1630 гг.
Catalog: История 
2 days ago · From Україна Онлайн
Французская политическая публицистика накануне Великой революции. Ж.-Г. Туре
13 days ago · From Україна Онлайн
Партизаны и подпольщики Дона и Кубани. 1941-1942 гг.
17 days ago · From Україна Онлайн
Ф. Рузвельт и социальное законодательство США
Catalog: Право 
17 days ago · From Україна Онлайн
Согласно физикам XX века некакого времени «самого по себе». Нет времени, которое существовало бы без связи с тем, что происходит в физическом мире. Время всегда и везде выступает не «вообще», а конкретно — в каждом данном физическом явлении оно свое. Это именно то время, которое длится в ходе данного явления в данном месте пространства
Catalog: Физика 
19 days ago · From someone
Торговая конкуренция в Сибири в конце XIX - начале XX в.
Catalog: История 
20 days ago · From Україна Онлайн
Спорные вопросы аграрной истории России первой половины XIX в.
Catalog: История 
20 days ago · From Україна Онлайн

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
 

Actual publications:

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

ELIBRARY.COM.UA is an Ukrainian library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
Древняя история. ЗАГОВОР КАТИЛИНЫ
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Ukraine Library ® All rights reserved.
2009-2020, ELIBRARY.COM.UA is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Ukraine


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones