ELIBRARY.COM.UA is an Ukrainian library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: UA-5863

Share with friends in SM
Заглавие статьи БОРЬБА ЗА ТРОПИЧЕСКИЕ ЛЕСА, НЕПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ И ЦЕЛЕВЫЕ ПРОЕКТЫ НА СОЛОМОНОВЫХ ОСТРОВАХ
Автор(ы) ЭДВАРД ХВАЙДИНГ
Источник Международный журнал социальных наук,  № 48, 2005, C. 13-29

Восточная и Западная Меланезия

Я проанализирую последние события в глобальном противостоянии на Меланезии, островной группе в южной части Тихого океана (рис. 1). Конкретно я обращусь к ситуации в Марово Лагун на Соломоновых островах, районе, где я в течение нескольких лет проводил полевые этнографические исследования, начиная с 1986 г. Я разбираю конфликты, в которых участвуют представители того, что мы условно можем назвать "Западом" (главным образом неправительственные организации, занимающиеся охраной окружающей среды и соблюдающие экологические правила туристы), "Востоком" (главным образом азиатские представители транснациональных компаний) и "Остальные" (одна из групп меланезийцев, которых обычно называют "населением Марово"). В настоящее время основными антагонистами являются Восток и Остальные, а Запад играет не столь заметную роль, по сравнению с той, которую он играл в колониальные времена в таких территориальных образованиях, как "Британский протекторат Соломоновы острова".

Я уделяю особое внимание важной международной проблеме сохранения первозданной природы, а именно тому аспекту, который можно определить как "альтернативное использование тропических лесов", показываю, какие альтернативные методы использования разработали и применили вокруг Марово Лагун действующие там хозяйствующие субъекты. Примеры, которые я исследую, должны рассматриваться в более широком контексте, как характерные для других этнических групп, населяющих острова в южной части Тихого океана, и для других районов мира, которые, как считается, "не идут по магистральному пути развития", но где ведется разнообразная традиционная хозяйственная деятельность, и где действуют зарубежные хозяйствующие субъекты. В центре моего внимания будут отношения в 1990-е годы между меланезийскими сельскими жителями, ведущими натуральное хозяйство, и некоторыми малоприятными иностранными гостями, а также ситуации, когда сталкиваются интересы местных групп кровных родственников, которым принадлежит земля (их члены заинтересованы в сохранении и поддержании условий для ведения нарочито "простой" деревенской жизни), западных борцов за сохранение окружающей среды (заинтересованных в сохранении богатой девственной природы Марово Лагун) и азиатских компаний, занимающихся заготовкой и транспортировкой леса (их интересуют богатые лесные ресурсы на высоких островах вулканического происхождения, которые обрамляют лагуну). Я буду доказывать, что "постколони-


Эдвард Хвайдинг - профессор и заведующий кафедрой в Университете Бергена, Норвегия. Он двадцать лет занимался изучением Соломоновых островов и в течение нескольких лет проводил полевые исследования в Марово Лагун. Из написанных им книг назовем Guardians of Marovo Lagoon (1996), Islands of Rainforest (2000 г., соавтор Т. Бейлисс-Смит) и две книги на языке марово для использования в местных школах. Email: edvard.hviding@sosantr.uib.no

стр. 13


Схема 1. Меланезийская Южная Океания

альные" конфликты и ситуации, возникшие в Меланезии под влиянием глобализации к концу двадцатого столетия, характеризуются взаимным недоверием, подчас непониманием моральных и политических установок "другой стороны". Однако отсутствие взаимопонимания не мешает конструктивному взаимодействию между ме-

стр. 14


стным и глобальным. Случается, что именно в рамках современных "проектов развития" взаимодействие множества очевидно противоречивых намерений различных сторон дает продуктивный результат. Позвольте обратить ваше внимание на важную роль, которую играют неправительственные организации в Меланезии, которая привлекала этнографов классической школы благодаря разнообразию "культов предметов, привезенных чужеземными кораблями", и распространению системы обмена между населением островов, находящихся на значительном расстоянии. Это регион, где контакты с внешним миром были неотъемлемым элементом истории культуры (Knauft, 1998; Lindstrom, 1993; Malinowski, 1922; Worsley, 1957). На протяжении 1990-х годов государства Меланезии - Папуа и Новая Гвинея, Соломоновы острова и Вануату - стали сферой беспрецедентно высокой активности и инвестиций европейских, североамериканских и австралийско-новозеландских неправительственных организаций. Такая ситуация, вероятно, была уникальной для "развивающегося" мира, принимая во внимание небольшое население и невысокий мировой статус (информационное, политическое и стратегическое значение) этих островных государств в Тихом океане. Эти сферы традиционно закрыты для слабых государств и развиваются без их участия.

Опираясь на мои наблюдения и наблюдения коллег, работающих в регионе, интересно проследить, как современная жизнь меланезийского сельского и особенно городского населения может вписаться в современные формы организации, которые подпадают под понятие "проект" и предусматривают совместное участие определенных сообществ и зарубежных или находящихся под иностранным влиянием неправительственных организаций. В центре современных проектов вопросы морального свойства, взятые из западных парадигм "развития". Это чаще всего "устойчивое развитие", "женщины и развитие" и "развитие с опорой на местные сообщества". Некоторые из этих заимствованных моральных категорий и их проявления противоречат местным традиционным понятиям о иерархии, главенстве, системе землепользования и родственным обязательствам. Взять, к примеру, равное представительство на деревенских сходах (оно трактуется неправительственными организациями так, что женщины и мужчины незнатного происхождения пользуются таким же правом голоса, как и вожди) и общину как основной субъект развития, что предполагает те или иные права на землю каждого жителя деревни. Я коснусь этих противоречий позже, сначала немного об истории региона в контексте истории южной части Тихого океана и влиянии на нее мировой экономики.

История глобализации Тихого океана

Южная часть Тихого океана, которую в геополитическом контексте часто называют Океанией, была для Запада не только овеянными романтикой Южными морями. Европейцы проявляли живой интерес к ее экзотическому населению, среди которого были и благородные дикари, и дикие каннибалы (Smith, 1985). В эпоху открытия Тихого океана произошло много неожиданных встреч на борту европейских судов и на берегах тихоокеанских островов, часто эти встречи производили большее впечатление на пришельцев, чем на местное население. Последние были странниками, уплывавшими за линию горизонта, и не придававшими "первому контакту" такого значения, как капитан Кук и его современники-европейцы (Thomas, 1991).

После первых контактов южная часть Тихого океана в XIX в. втягивалась в международное разделение труда, по мере того как пионеры глобального капитализма обосновывались на разбросанных в океане островах в поисках сандалового дерева, гуано, копры и неквалифицированной рабочей силы для плантаций сахарного тростника в новой колонии Австралия. Искали они и лучшую долю, поскольку зачастую сами были жертвами промышленной революции и других трансформаций в Европе. Первоначальная фаза капиталистической глобализации достигла кульминации к середине девятнадцатого столетия. Тогда Гаваи и Фиджи стали крупными производи-

стр. 15


телями сахара, обитатели даже крохотных островков начали производить копру, высушивая на солнце скопившиеся у них избытки кокосовых орехов, между европейскими имперскими державами началось острое соперничество за небольшие клочки суши, разбросанные в океане (Firth, 2000).

В силу очевидных причин часть Тихого океана, носящая название Меланезия, играла важную роль в колониальные времена, непростая ситуация сложилась там в постколониальный период. Острова Меланезии - крупные, покрытые лесом и малонаселенные - по-прежнему остаются важной целью для транснациональных охотников за ресурсами. Единственная разница состоит в том, что теперь эти охотники азиатского, а не европейского происхождения. Меланезия состоит из нескольких независимых государств (Папуа Новая Гвинея, Соломоновы острова, Вануату и Фиджи) и две относительно крупные зависимые территории (Новая Каледония, удерживаемая Францией, и Западное Папуа под контролем Новой Гвинеи). Менее чем восьмимиллионное население региона говорит на четвертой части языков мира. Вануату, где двухсоттысячное население говорит на 110 языках, многие считают страной с самым большим разнообразием культур в мире. По-разному участвует Меланезия и в происходящих в последние десятилетия процессах глобализации. Государства и зависимые территории региона бурно развиваются благодаря расширяющимся связям с внешним миром, Западным и Восточным. В Новой Каледонии и Папуа Новой Гвинее освоены одни из наиболее крупных месторождений золота, меди и никеля. Вануату стало международным налоговым раем. Тропические леса и прибрежные воды Соломоновых островов и Папуа Новой Гвинеи являются одним из последних мировых ресурсов для крупномасштабной экспансии в основном азиатских компаний, занимающихся заготовкой, транспортировкой леса и ловлей тунца.

В меланезийских государствах большинство земли и внутренних морей находится в собственности местного населения, которыми оно распоряжается по нормам обычного права. Последнее слово в решении вопроса о том, можно ли допускать масштабную добычу ресурсов, принадлежит местным провинциальным властям и лицам, которые по нормам обычного права являются собственниками, последних представляют вожди. Одновременно Меланезия стала последней границей развития западной индустрии туризма и важной сферой деятельности неправительственных организаций в области охраны окружающей среды и устойчивого развития. За последние десятилетия правительства стран Меланезии до срока уходили в отставку и свергались, последние примеры тому перевороты в мае и июне 2000 г. на Фиджи и Соломоновых островах.

Позвольте мне вернуться к Соломоновым островам. Эта страна, входящая в Британское содружество наций, стала независимой только с 1978 г., ее население, составляющее 450 тыс. человек, говорит примерно на 80 разных языках. Несмотря на то, что Соломоновы острова располагают богатейшими природными ресурсами и плотность населения там наиболее низкая во всем тихоокеанском регионе (за исключением Папуа Новой Гвинеи), по состоянию на 2003 г. страна находилась в очень тяжелом положении. Некогда оказывавшие Соломоновым островам существенную помощь Всемирный банк, Международный валютный фонд и Европейский союз очень пессимистично оценивали сложившуюся там ситуацию, считали страну почти банкротом. Она держалась на плаву в финансовом отношении только благодаря денежным вливаниям из Тайваня в обмен на поддержку последнего Соломоновыми островами в ООН и другие политические уступки. Нараставшие в 2000 и 2001 годах споры вокруг земли и классовая борьба едва не привели к гражданской войне и поставили эту богатую ресурсами нацию на колени.

Эти печальные обстоятельства не стали трагедией для всего населения Соломоновых островов. В тысячах деревень вокруг архипелага мужчины, женщины и дети по-прежнему живут натуральным хозяйствам, добывая средства к существованию подсечно-огневым земледелием, рыболовством, охотой и собирательством в тропиче-

стр. 16


ском лесу и на коралловых рифах. Все внутренние моря и большинство земли на Соломоновых островах находятся в собственности общины на основании неписаных норм обычного права, и такой порядок закреплен в конституции. Каждое домохозяйство Соломоновых островов как составная часть традиционной социальной группы владеет частью принадлежащих ей средств производства. Это обеспечивает местным жителям средства к существованию в периоды упадка национальной экономики.

Насыщенная глобализация

За десятилетия до того, как страна начала скатываться вниз, там появились транснациональные корпорации, устремившие свои алчные взоры на обширные лесные ресурсы Соломоновых островов, богатые тунцом прибрежные воды и неразработанные месторождения золота (результаты геологической разведки указывали на то, что его запасы могли быть сопоставимы с запасами ведущих золотодобывающих стран). Взявшись за выкачивание ресурсов из провинций, эти корпорации не тратили много времени на переговоры со слабыми национальными правительствами. Куда там: на Соломоновых островах было принято специальное законодательство, дающее право любой иностранной компании вести переговоры с непосредственными владельцами ресурсов, ставшими предметом интереса компаний. В 1990-е годы деревни, расположенные на берегах Соломоновых островов, стали ареной насыщенной глобализации, этот процесс идет и в наши дни.

Позвольте мне объяснить: под "насыщенностью" я подразумеваю плотность локально-глобальных связей во времени и пространстве. Если рассматривать события 1990-х не только в свете контактов сельских жителей с компаниями, занимающимися заготовкой и вывозом леса, рыболовством и добычей полезных ископаемых, но и с защитниками окружающей среды, туристами и другими представителями внешнего мира, можно утверждать, что многое происходило очень быстро, активируя разнообразные глобальные связи и системы, при этом участники этих процессов на Соломоновых островах были на удивление немногочисленны (Hviding, Bayliss-Smith, 2000). В такой постколониальной ситуации ложная интерпретация политических событий и других фактов колониальной истории привела к обескураживающей неопределенности в отношении к происходящему. Чувство неопределенности распространилась на все хозяйственные субъекты, местные и иностранные, которые столкнулись друг с другом в ходе насыщенной глобализации. Когда судьба природы и ресурсов Соломоновых островов оказалась поставленной на карту, местные жители получили хотя бы одно преимущество, - они прекрасно понимали, что для них главное. Многие примеры по всей Меланезии свидетельствуют о том, что представители зарубежных компаний и неправительственных организаций часто не очень понимали суть происходящего (Hviding, 1993, 1998; Filer, 1997). Пока компании продолжали добывать древесину и рыбу (а нередко еще и полезные ископаемые), сложилась ситуация, когда в "традиционных" общностях, которым принадлежали ресурсы, велись нескончаемые споры за долю в доходах, а богатели немногие. С другой стороны эти общности, бывшие плоть от плоти традиционной культуры, все более жестко и компетентно вели переговоры с экономическими и политическими представителями внешнего мира, превращаясь в сильные институты. Это запутанные и часто непредсказуемые проявления глобализации. Таким образом, можно отметить, что глобализация необязательно предполагает унификацию, культурную или другую. Во время fin-de-siecle споров, которые выводят нас на двадцать первый век, мы говорим о нарастающем глобальном распространении капиталов, товаров, продукции средств массовой информации, средств связи. Однако сам факт того, что мы можем проследить экспорт чего-нибудь в русле этих глобальных потоков, не позволяет нам предсказать или понять, что происходит в разных конечных пунктах, куда это что-то поступает. Я подчеркиваю это, чтобы развеять укоренившееся представ-

стр. 17


ление, что такие удаленные уголки планеты как Соломоновы острова и населяющие их люди по определению являются только жертвами давления глобальных сил мировой экономической системы. Они также необязательно добровольно и с энтузиазмом участвуют в спасении первозданной природы, которым занимаются экологически ориентированные неправительственные организации или правительственные структуры.

Неправительственные организации в современной Меланезии: расцвет "проектов"

Можно сказать, что активная деятельность неправительственных организаций в современной Меланезии, о которой говорилось выше, образует особую среду, которую в других государствах назвали бы "гражданским обществом". В более широкой перспективе ситуация в сегодняшней Меланезии указывает на наличие региональной общности, где на основе местных традиций были выработаны понятия, описывающие виды социальной практики и человеческого существования. Типичный местный набор таких особых, но связанных между собой "отраслей", существует на Соломоновых островах. Все жители, на каком бы языке они не говорили, придерживаются особой разновидности кастома (kastom), понятия, утвердившегося в гибридном англо-меланезийском языке, относящегося к общности, которая считала и продолжает считать, что живет по особому своду традиций и моральных норм и занимается определенными видами современной деятельности.

Меланезийский кастом и его проникновение в разные культуры интенсивно изучались этнографами, работавшими в Папуа Новой Гвинее, Соломоновых островах и Вануату, государствах, куда вошли общности с разными языками и культурными традициями (White, Lindstrom, 1993; Foster, 1997). Остальным современным "отраслям", в том значении как они описаны выше, уделялось значительно меньше внимания. На Соломоновых островах кастом сегодня сосуществует в тесном взаимодействии с другими понятиями, сложившимися в гибридном англомеланезийском языке. Это лоту (lotu) (церковь и христианство), гавуна (gavuna) или гавман (gavman) (правительство [особенно решения исполнительной и законодательной власти, регламентирующие занятия сельского населения]), биснис (bisnis) ([любая форма] местного предпринимательства), кабани ([обычно иностранные] крупные капиталистические предприятия), дивелопман (divelopman) ([обычно местные] предприятия, надежно обеспечивающие конвертацию местных ресурсов в деньги, и - применительно к предшествующей дискуссии - наиболее молодая отрасль порожек (porojek) ("проект", [инициированная неправительственными организациями деятельность в сельской местности, обычно касающаяся сельских хозяев]). Порожек занимает уникальное место в этом наборе, поскольку он может включать элементы из других "отраслей", он отличается от дивелопман тем, что считается исключительно внешней "отраслью", возникшей в результате присутствия неправительственных организаций.

Приоритетность кастом не мешает тому, что он за редким исключением считается по местным понятиям совместимым с другими, дополнительными сферами деятельности. Местная форма христианства и правительственные структуры в сельской местности, предпринимательство и иностранный капитализм - все это считается второстепенным по сравнению с тем, что считается соответствующим историческому сложившемуся образу жизни. Сегодняшний расцвет "проектов" есть следствие их долгой и нелегкой притирки к местным реалиям, которые выражаются понятием кастом. Жители сельских районов Меланезии считают, что их микрокосмос не только связан с внешними силами, но и порожден ими.

При разном уровне понятийной кодификации "отраслей" в других независимых тихоокеанских государствах, находящихся восточнее, между Меланезией и Полинезией, таких как Фиджи, Тонга и Самоа, наблюдается похожая картина. Подобные

стр. 18


явления зафиксированы также в других "заброшенных" местах Азии, Латинской Америки и странах Карибского бассейна. Особый интерес представляет то, что сегодняшний бум инициированных неправительственными организациями проектов связан с широким распространением христианских миссий в колониальные времена (вспомним упомянутый выше вклад неправительственных организаций в формирование гражданского общества). Проекты реализуются на основе узнаваемых меланезийских и тихоокеанских организационных форм, построенных на материальном накоплении, налаживании новых связей и определенном характере взаимоотношений между дающим и берущим. В то же время "проекты" могут являть собой новые модели потребления, распоряжения ресурсами и накопления доходов. В этом отношении "проекты" в трех вышеупомянутых странах Меланезии в одинаковой мере являются частью и кастом и современности, а, если взять возникающие в ходе реализации "проектов" формы обмена, то разница между подарками и товарами вовсе исчезает.

Хотя концепция порожек в современном гибридном англо-меланезийском языке происходит от английского слова "проект", она только при поверхностном рассмотрении кажется идентичной своему прототипу. Концептуально отличаясь от кастома (а также от гавуны, лоту, бисниса, кабани и дивелопмана), каждый конкретный порожек в некотором отношении похож (или к ужасу моралистов из неправительственных организаций его делают похожим) на правительство, церковь, малый или крупный бизнес, местный и даже частный. Есть немало свидетельств тому, что представители неправительственных организаций и их местных хозяев (реализация "проектов" обычно зависит от базы в одной или нескольких деревнях) могут успешно сотрудничать при разной мотивации и целях участия в проекте. Их интересы могут быть даже принципиально несовместимы, когда, например, эколог из неправительственной организации берется развернуть "борьбу за сохранение первозданной природы с опорой на местные общности", игнорируя местных лидеров, чьи полномочия освящены космологическими представлениями, или даже стараясь вторгаться в сферу их властных функций. Эти трения и последующее сотрудничество можно рассматривать как форму результативного взаимодействия "местного" и "глобального", когда первое постепенно трансформирует второе, - процесс, который опять же перекликается с историей деятельности христианских миссий в Океании.

Намерения иностранцев в Марово Лагун. I. - Экологические туристы

Я долго общался с населением Марово Лагун. Это примерно 11000 человек, которые живут на берегу этой лагуны, образованной огромным и экологически уникальным коралловым рифом в Нью-Джорджии на Западных Соломоновых островах (рис. 2). Меня поразили их последовательные и по большей части успешные попытки взять и удерживать контроль над ситуациями, когда на их земле находятся чужаки, от которых можно ожидать действий, направленных на лишение местных жителей статуса полновластных хозяев богатых тропических сырьевых ресурсов, на которые зарятся нынешние и зарились прежние пришельцы, статуса закрепленного в обычном праве. Я не раз подробно анализировал, как населению Марово Лагун и, несомненно, другим обитателям побережья в южной части Тихого океана, удавалось из поколения в поколение успешно справляться с притоком чуждых им людей, идей и предметов. Живя на островах, расположенных в регионе, история которого в значительной мере была историей миграций, обмена между островами и войн между ними, население Марово приобрело навыки быстро оценивать тех, кто неожиданно прибывал на их берег (Hviding, 1996).

Сегодня на Соломоновы острова и Марово Лагун приезжает более разнородный контингент представителей Запада, чем в колониальный период. Тогда европейцы - так называемые "люди с кораблей" - были представлены колониальными чи-

стр. 19


Схема 2. Марово Лагун, обозначены крупнейшие населенные пункты

новинками, плантаторами, торговцами, миссионерами и немногочисленными искателями приключений. Перед переворотом 2000 г. и последовавшими за ним кровавыми событиями среди европейцев, находившихся на Соломоновых островах, были помимо банкиров, дипломатов и консультантов в столице Хониаре, предприниматели различных мастей, чиновники и технические специалисты компаний, занимающихся заготовкой и вывозом леса (обычно не "европейцы", а "китайцы", т. е. азиаты, но не японцы), австралийские геологи и шахтеры, работающие на золотодобывающих шахтах, туристы, среди которых были и ветераны второй мировой войны из США (впрочем, и из Японии тоже), и неохиппи из Германии, добровольцы из американского Корпуса мира и британские Добровольцы, работающие за границей (Voluntary Services Overseas [VSO]), ориентированные на работу с местным населением сотрудники проектов развития, защитники окружающей среды и активисты других неправительственных организаций, новые харизматичные проповедники

стр. 20


Евангелия, группы, снимающие документальные фильмы, и несколько этнографов. Список можно продолжить.

На протяжении 1990-х годов все эти иностранные визитеры разъезжали по бесчисленным островам, составляющим Соломоновы острова, встречая по пути местных жителей, говоривших на разных языках. Очень немногим представителям Запада случалось встретиться с себе подобными, неожиданными были встречи с продвинутыми людьми с Востока, которые обеспечили быстрое и хищническое освоение природных ресурсов морей, рифов и тропических лесов. Представителям расположенных в Юго-Восточной и Восточной Азии компаний, занимающихся заготовкой и вывозом леса и рыболовством, было неинтересно разговаривать с западными идеалистами, у которых были другие виды на тропические леса и рифы. Эти встречи людей с Запада, людей с Востока и меланезийцев так или иначе были связаны с природой. Она была нужна и работникам иностранных компаний, которым приходилось немало потрудиться, чтобы получить разрешение центральных, провинциальных и местных властей на вырубку и экспорт тропических деревьев, и предпринимателям, занимающимся туристическим бизнесом, которым хотелось обустроить небольшой комфортабельный курорт, где состоятельные люди могли бы заниматься подводным плаванием, и неправительственным организациям для осуществления проектов "устойчивого развития" и "сохранения уникальной природы", опираясь на местные сообщества.

Сначала несколько слов об экологическом туризме на Соломоновых островах. Эта "отрасль" в Марово Лагун одна из тех, где занято наибольшее число местного населения, в последнее время она частично финансируется через "проекты с опорой на местные сообщества" Всемирным фондом дикой природы и правительством Новой Зеландии. Более 150 лет назад предприимчивые капитаны торговых судов, которым первым удалось побывать на Соломоновых островах, были поражены тем, что местное

стр. 21


население не было удивлено встречей с ними. С тех пор эти места все больше ценят туристы, которые ищут экзотических приключений вдали от исхоженных маршрутов и хотят погрузиться в мир тропического леса и коралловых рифов и в качестве дополнительного приза получить возможность лицезреть деревни, где население ведет традиционный образ жизни. В официальных публикациях, где нет налета сенсационности, некоторые районы Соломоновых Островов, такие как Марово Лагун, представляются первозданным тропическим раем, о котором можно только мечтать. Тем не менее, официальная реклама всегда утверждала, что борющаяся за лучшую долю страна под названием Соломоновы острова - это на самом деле "острова, потерянные во времени". Это определение меньше всего подходит к стране, где основным предметом экспорта были нераспиленные деревья, ценные минералы и консервированный тунец, где между ополчениями двух главных островов, Гуадалканал и Малаита, не утихает вооруженный конфликт, к стране, которой фатально не везет с июня 2000 г., когда после военного переворота там начался хаос, приведший к коллапсу инфраструктуры и экономики, включая, как и следовало ожидать, туристическую отрасль. В 2003 г. Соломоновы острова по-прежнему назывались "Островами потерянными во времени" на сайте австралийского туристического агентства, которое специализируется на приключениях (www.hideawavholidavs.com.au). Это было похоже на недоразумение, поскольку раздел сайта "Путешествие на Соломоновы острова" в свете последних событий содержал такое краткое сообщение правительства Австралии: "Советуем австралийцам отложить все поездки в отпуск на Соломоновы острова".

На другом сайте (www.uepi.com), принадлежащем Tropical Paradise Pty. из Квинсленда, небольшой, дорогой, эксплуатируемый австралийцами, курорт для любителей подводного плавания, который давно существует на Марово Лагун, предлагает варианты "культурной программы" в дополнение к подводному плаванию на девственно чистых рифах в водах, отличающихся самым большим в мире разнообразием морской флоры и фауны. Повседневная сельская жизнь в Марово, как везде на Соломоновых островах, состоит из рутинных занятий: добывания пропитания в лесу и в море, хождения в церковь, разговоров о местных делах за ужином. Ничто из этого не превалирует в культурных программах для туристов. Нам сообщают, что "...путешествие на каноэ вверх по древней реке вполне можно считать формой духовного просветления, которое начинается, когда вы плывете по реке, окруженной джунглями, нетронутыми разрушительной деятельностью человека". Дальше: "Это путешествие для искателей приключений, которые не боятся промочить ноги". В прежней версии сайта курорта Уепи, предлагавшей более разнообразный досуг, упоминались "...традиционные сказители, страшные воины и слушание ритуальных барабанов...", а об одном конкретном месте писалось "...на подходе [к деревне] вы вспомните роман African Queen, вас будет приветствовать верховный вождь. Степень удовольствия, которое вы можете получить от общения с ним, зависит от вашего денежного вклада. Вождь много знает и он мудр, необходимо только стимулировать его интерес к проблемам, которые вас волнуют". Хотя тон сайта курорта Уепи по сравнению с 2003 г. стал более мягким, в нем по-прежнему преобладают обещания полноценного экологического туризма с посещением мест, где сохранился уникальный традиционный уклад жизни. Сообщения на сайте перекликаются с несколькими другими сайтами, в них говорится об организации "домиков" для экологических туристов вокруг лагуны, некоторых на средства зарубежных организаций, занимающихся охраной природы.

Большинство "культурных мероприятий с выездом", предлагаемых гостям курорта Уепи, разработано самими сельскими жителями на основании только довольно туманно сформулированных представлений о том, что туристы хотят видеть и делать. В близлежащих от Марово Лагун деревнях довольно мало людей с хорошим образованием и знанием внешнего мира. Это бывшие школьные учителя, директора школ, государственные служащие или предприниматели, мужчины и женщины, которые ездили за границу в связи с добровольной ра-

стр. 22


ботой на церковь, различные организации (в том числе неправительственные) и правительство. Эти люди контролируют большинство ситуаций, связанных с пребыванием туристов, от имени деревенских общин (часто представляя более традиционно ориентированных вождей, которые могут помешать их работе с туристами), они берут плату за каждого посетившего их деревню туриста (что, по их словам, напоминает сложившуюся в колониальный период практику взимания "подушного налога"). Они следят за тем, чтобы отправить европейских гостей обратно на курорт до темноты, чтобы уберечь их от малярийных комаров и молодых неженатых романтиков. К тому же присутствие туристов нежелательно на вечерних трапезах селян. Существует твердый тариф на каждого туриста, который занимается подводным плаванием на рифах, принадлежащих данной общине, и участвует в сопровождении проводников в походах в лес, с осмотром дохристианских захоронений и культовых мест. Приемы работы с туристами из курорта и исполнения их желаний, держа их в стороне от идущей своим чередом деревенской жизни, складывались в Марово Лагун на протяжении десятилетий, с тех пор как поблизости был создан курорт Уепи. Это стало типичным методом "интеграции" отдыхающих на курорте в местную жизнь.

Если прием туристов, живущих на курорте, довольно хорошо организован, то в отношении путешествующих с рюкзаками искателей приключений дело обстоит иначе. Конечно туристы с рюкзаками тоже Мужчины с Корабля (в том числе и женщины), но они ведут себя не так, как должны вести себя Мужчины с Корабля. У населения островов Нью-Джорджия, не работающего на постоянной основе в туристической отрасли, давно сложилось мнение, что путешественники с рюкзаками (в отличие от туристов с курорта) принадлежат к большой международной компании World Traveller, которая составила путеводитель по Одинокой Планете. Люди с рюкзаками обычно появляются в деревнях неожиданно, высаживаясь из курсирующего между островами парома (с путеводителем в руке). Когда их спрашивают, какую работу они здесь выполняют (обычный вопрос, с которым обращаются к пришельцам на островах Нью-Джорджия, в мире островов и морских путешествий), они отвечают, что они путешествуют по миру и стеснены в средствах. "Лиц для контакта", перечисленных в путеводителе по Одинокой Планете, обычно не оказывается на месте. Они могут заниматься своим обычным делом, предпринимательством, или таких людей может просто не существовать, поскольку их имена искажены настолько, что неузнаваемы для местных жителей, и тогда вождь деревни обычно отдает путешественников на попечение школьного учителя или специальных людей, которые прилично знают английский, бывали за границей и способны держать пришельцев под контролем.

Жителей островов Нью-Джорджия отличает гостеприимство по отношению к чужакам, прибывшим, пусть и неожиданно, на их берег, на протяжении XX столетии они не прибегали к старому способу обращения с пришельцами - их убийству. В последнем издании путеводителя по Одинокой Планете, в подробном разделе о Марово Лагун авторитетно утверждается, что "найдется, где остановиться" (Honan, Harcombe, 1997, p. 167) даже в тех деревнях, где еще не построены упоминавшиеся "туристические домики" для "экологических туристов". Пристроив туристов с рюкзаками, им устраивают предсказуемую для местных жителей и уже ставшую стандартной программу. Она предусматривает необильное угощение едой, настолько "местной", чтобы туристы сочли ее настоящей деревенской едой, посещения по отработанной программе мест, связанных с охотой за головами, или мест, где происходили события Второй мировой войны, рассказы о жестоких междоусобных войнах и каннибализме, пешие прогулки, рыбалку. Обычно "путешественникам по миру" советуют пожертвовать оговоренную сумму на нужды деревенской церкви и покинуть остров на следующем пароме.

Еще неорганизованным туристам советуют не совершать морские прогулки вокруг лагуны на взятых внаем каноэ. Среди причин называют недружелюбность живущих "выше" или "ниже" людей, сильный ветер. Им говорят, что не следует плавать без ме-

стр. 23


стных жителей, поскольку в море полно голодных акул и обитающих в соленой воде крокодилов. Это очень напоминает ситуацию столетней или большей давности, когда вожди известных прибрежных общин Нью-Джорджии монополизировали контакты с европейскими торговцами и судовладельцами, убедив последних, что живущим по соседству местным жителям нельзя доверять (Cheyne, 1971, p. 305; более полную дискуссию и подходы к оценке прошлых и настоящих контактов см. Hviding, 1998).

Сегодня для туристов с рюкзаками дорога из рая в царство тьмы может иногда показаться довольно короткой, и далеко не все "путешественники по миру" покупаются на отработанную "стратегию общения". В нескольких недавно помещенных в Интернете отчетах о путешествиях (наиболее яркие примеры можно найти в Hviding, 1998, p. 39 - 41), жители нескольких мест на Соломоновых островах, включая райский уголок Марово Лагун, описываются как ловкачи, которыми руководит жажда денег. Их христианский фундаментализм не мешает земельным спорам между кровными родственниками, а меркантильность выражается не только в поборах с туристов, но и в отсутствии уважения к красотам природы. Так ориентированный на сохранение природы и познание других культур экологический туризм превращается в потенциал для вырабатывания расистского стереотипа Другого, чьи поведение и мораль не соответствуют стандартам, благодаря которым, по мнению евро-американских искателей приключений, с живущими "в племенном укладе" местными жителями можно играть на одном поле. Вместо этого потенциальное игровое поле превращается в место, где стороны очень плохо понимают друг друга.

Намерения иностранцев в Марово Лагун. II - борьба за тропические леса

Давайте обратимся к другому типу важных контактов в современной Меланезии, сосредоточившись на спорах вокруг того, надо ли сохранять или вырубать тропические леса. В Папуа Новой Гвинее и на Соломоновых островах, которые до недавнего времени располагали нетронутыми лесными ресурсами, этот конфликт на протяжении 1990-х годов доминировал в политике на местном и национальном уровнях (Barlow, Winduo, 1997). Для этнографов степень запутанности и сложности противоречий между так называемыми "местными, живущими на природе" (теми, кому принадлежат леса), "новыми западными" сторонниками сохранения природы (теми, кто хочет спасти лес) и восточными капиталистическими компаниями, занимающимися заготовкой и вывозом леса, показательна в плане определения реальных взаимоотношений между вышеназванными субъектами и существующих точек зрения. Некоторые современные участники борьбы за тропические леса на Соломоновых островах, а именно азиатские компании, занимающиеся заготовкой и транспортировкой леса, довольно предсказуемы для местных жителей. Компании не скрывают, что им нужно как можно быстрее получить право на вырубку нетронутых лесных массивов, и они откровенно заявляют, что готовы платить за это наличными. Отношение к компаниям, т. е. разрешат им вырубку леса или нет, зависит от того, заплатят ли они наличными сумму денег, которая по местным меркам считается огромной. Иногда получается так, что даже заплатив, компании не получают добро на начало работы, поскольку денежная сделка приводит к новому конфликту вокруг находящегося в коллективной собственности леса. Нынешние обитатели Соломоновых островов считают других иностранцев более интересными и экзотическими людьми. Это главным образом австралийцы, американцы и европейцы, представляющие организации, занимающиеся сохранением природы, - Гринпис, Всемирный фонд дикой природы и экологические течения, недавно созданные в рамках старых христианских церквей. Этот посланец Запада нового типа приходит и говорит: "Не рубите деревья в тропическом лесу" Он довольно туманно объясняет пользу нетронутых тропических лесов, вроде того, что американские, австралийские и европейские "экологические туристы" будут платить местным жителям за удовольствие ходить по таким лесам.

стр. 24


Жители Марово, как и другие обитатели Соломоновых островов считают тропический лес, где по "объективным" причинам все бурно растет на плодородной почве, и который по "субъективным" причинам является своеобразным страховым агентством, в некотором роде препятствием для осуществления человеческих задумок. Для расчистки участков и возделывания клубневых культур, зеленых овощей и фруктовых деревьев крестьяне должны вести постоянную борьбу с расползающимися в стороны и тянущимися вверх побегами, которые с поразительной скоростью наступают из леса. Способность человека достичь состояния мана ("сила", часто поддерживаемая специальными ритуалами), когда посаженный им сад хорошо растет, находится в непримиримом противоречии с силами роста, которыми обладает "дикий" лес. Хотя бурно растущий зеленый тропический лес с его невообразимым разнообразием биологических видов является непосредственным конкурентом местных жителей в борьбе за сельскохозяйственные площади, они, жители, не колеблясь, отметят пользу подсечно-огневого земледелия с постоянной ротацией, которое позволяет лесу восстанавливаться без посторонней помощи. В повседневной жизни лесу нужно помогать и потому, что он является хранилищем погребений и других сакральных мест, которые подтверждают законность земельных прав живущих поколений.

В противоположность тому, что думают и говорят защитники природы, на самом деле на крупных покрытых лесом островах, входящих в состав Соломоновых, осталось очень мало нетронутого ("девственного") тропического леса еще до начала лесозаготовительного бума 1990-х годов (Bayliss-Smith, Hviding, Whitmore, 2003). На протяжении столетий поколения крестьян, занимающиеся подсечно-огневым земледелием, рубили большие и маленькие деревья и сжигали их, чтобы получить удобренную золой почву для посадки садов. Задолго до того как почва истощалась, они перемещались в другое место, а на месте вырубки довольно быстро вырастал новый лес. Через пятьдесят лет на месте расчищенного участка вырастали деревья такой же ширины и высоты (часто той же породы), что были там прежде. Тем временем люди сажали полезные деревья, которые давали фрукты, лекарства, строительные материалы и многое другое. Так трудами многих поколений большинство тропических лесов на Соломоновых островах было превращено в подверженные влиянию человека экосистемы зрелых вторично выросших лесов с заметной долей домашних деревьев (Hviding, Bayliss-Smith, 2000; Hviding, 1995). Таким сельские жители видят лес, и это видение объясняет их позицию, что деревья надо рубить, если лес должен приносить пользу людям, которые в нем живут.

Для жителей Марово их лес не "природа", по отношению к которой они занимают господствующее положение. Как и у других этнических групп, живущих в похожих условиях, в их языке даже нет слова для обозначения "природы" (Hviding, 1996; Strathern, 1980). Принимая как данность то, что лес во многих случаях является их соперником, они, тем не менее, как могут, заботятся о нем, чтобы он приносил им пользу. За долгое время между людьми и лесом сложились такие отношения, при которых последний является для людей своеобразным "культурным ландшафтом", но эти отношения не видны непосвященным наблюдателям, для которых лес - это только "природа" и разнообразие биологических видов. С одной точки зрения подсечно-огневое земледелие разрушительно: оно меняет растительность на нижнем ярусе влажного тропического леса. С другой точки зрения именно циклический характер подсечно-огневого земледелия позволяет сохранять лес и почву как единую экосистему и культурный ландшафт, которая постоянно трансформируется и служит живущим и работающим там людям.

Сложность осуществления проектов сохранения природы с опорой на местные сообщества

Пока жители Марово выращивают свои клубневые культуры, зеленые овощи и фруктовые деревья и дают расти преобра-

стр. 25


женному их трудом лесу, огромные массивы почти нетронутого леса, находящиеся в глубине острова, стали в последние годы ареной, где столкнулись интересы иностранцев. Пока Восток валит там лес, Запад пытается этот лес спасти. Те, кто не является ни людьми с Востока, ни людьми с Запада, но остается владельцами лесов, по-разному участвуют в восточных и западных проектах. Есть два альтернативных пути: разрешить вырубку леса (по большей части более выборочную и не такую хищническую, как, например, в Индонезии или Амазонии) или присоединиться к инициативам в рамках проектов сохранения природы "с опорой на местные сообщества". Интересно, что жители одной из первых деревень в Марово Лагун, откликнувшихся на призыв Всемирного фонда дикой природы принять участие в "программе сохранения природы с опорой на местные сообщества" (в начале 1990-х годов), потребовали взамен снабдить их бензопилами, а также топливом, маслом и запасными частями, чтобы они могли с меньшими усилиями валить свои деревья и делать из них толстые доски для строительства новой церкви. Это, как было заявлено, освободит их от тяжелой повседневной работы, и у них появится время, чтобы помогать женщинам. Всемирный фонд дикой природы ответил, что организация не может финансировать покупку и использование бензопил. По логике защитников природы это было немыслимым делом, хотя свои экологические резоны они и не сделали достоянием гласности. Приглашенные к сотрудничеству жители деревни ответили через секретаря местного совета Марово, что, если дело обстоит именно так, то Всемирный фонд дикой природы может убираться из Марово Лагун и желательно побыстрее. Прошло немного времени, и "программа Всемирного фонда дикой природы по сохранению природы Меланезии" была изменена таким образом, что стала предусматривать использование бензопил для местных целей, "вписывающихся в концепцию устойчивого развития". В дальнейшем валка и обработка леса землевладельцами стала основой слабой отрасли "экологической заготовки древесины", которая финансируется разными неправительственными организациями, включая церкви (Hviding, Bayliss-Smith, 2000).

К 1999 г. Марово Лагун стала ареной борьбы за сохранение лагуны и прилегающих земель в качестве "природного достояния", борьбу эту различными методами вели Всемирный фонд дикой природы, Гринпис и правительство Новой Зеландии. Оно инициировало и стало лоббировать предложение включить Марово Лагун в список заповедников всемирного значения, который составляет ЮНЕСКО (Hviding, Baylyss-Smit, 2000, ch. 12). Защитники окружающей среды приложили немало усилий, чтобы наладить хорошие отношения с местными жителями, которые являются фактическими владельцами потенциального заповедника мирового значения. Однако в деревнях часто говорили, что экологические организации, хотя и работают на Соломоновых островах с разрешения правительства, осуществляют собственные проекты, которые подчас противоречат местным приоритетам и представлениям. Знающие ситуацию не понаслышке политики Марово, криво улыбаясь, рассказывали мне, насколько защитники окружающей среды (которые вынуждены сосуществовать, хотя и не без конфликтов с компаниями, занимающимися заготовкой и вывозом леса) зависят от жителей деревень. Они высказывали предположение, что хорошо оплачиваемые иностранные консультанты по охране окружающей среды придутся ко двору только в том случае, если они будут работать в рамках успешных и хорошо привязанных к местным условиям проектов, которые будут стабильно, из года в год, финансироваться неправительственными организациями или напрямую правительствами, как это делает правительство Новой Зеландии. Сельские жители начинают признавать полезность защитников природы, если последние снабжают их подвесными лодочными моторами (и даже одной, а то и двумя бензопилами), финансируют находящиеся во владении деревень домики для экологических туристов и тому подобное.

Сотрудничество в осуществлении проектов между западными защитниками природы (их деятельность зависит от наличия

стр. 26


доступа к тропической природе, которая нуждается в защите), и сельским населением Соломоновых островов (эта природа является для них средой, в которой они повседневно живут), приводит лишь к минимальному взаимопониманию проблем тропических лесов по тем аспектам, где, казалось бы, невозможно найти точки соприкосновения между местным и глобальным. Осуществляемые неправительственными организациями программы освоения ресурсов без ущерба природе и экологического туризма определенным образом связаны с глобальными моральными ценностями, которые помимо прочего включают западное понимание незападных "Других". Признается необходимость знания этих "Других" и среды их обитания. В условиях Меланезии появляются интересные элементы взаимодействия: неправительственным организациям позволяют "использовать" деревни и тем самым оправдывать свое существование в обмен на снабжение жителей деревень нужными товарами. Современные "проекты с опорой на местные сообщества", осуществляемые неправительственными организациями, вписываются в традиции поклонения жителей Меланезии предметам, привезенным чужеземными кораблями. Наиболее приоритетной целью современного вождя является "наложить лапу" на один, а лучше несколько проектов или порожек, как их называют на местных языках и пиджин-инглиш Соломоновых островов. Обладающий властными амбициями вождь может стремиться заполучить порожек для своих людей, разрешив неправительственной организации включить его деревню в список "местных сообществ", с которыми эта организация сотрудничает для осуществления устойчивого развития. Добиться участия деревни в порожек, значит, обеспечить канал получения денег, товаров и услуг.

Итак, на осуществление проекта выделяются деньги, которые поступают в деревню, и там разворачивается работа защитников природы, направленная на продвижение глобальных ценностей. Она становится элементом повседневной жизни (само)избранных "местных сообществ". Такое сложное сочетание традиционного и нового не является исключительно меланезийским феноменом. Например, Стефани Кейн в The Phantom Gringo Boat описывает, как в джунглях глухого уголка Панамы, месте традиционного обитания индейцев, уживаются шаманы, солдаты войск специального назначения, контрабандисты кокаина, работающие на Мануэля Норьегу, защитники тропического леса и многие, многие другие (Kane, 1994). Роман Анны Цинг In the Realm of the Diamond Queen повествует о том, как в далеких горах Борнео хаотично сосуществуют такие противоречивые сущности и понятия как компании, занимающиеся заготовкой и вывозом леса, военные патрули, современные противозачаточные средства, взаимные обвинения в охоте за головами (Tsing, 1993).

В таких местах как Марово снова и снова можно наблюдать, как местные жители отказываются действовать в соответствии с безупречными экологическими нормами, которые им стараются привить экологические туристы, ищущие гармонии с природой, или неправительственные организации, борющиеся за сохранение первозданной природы. Поближе узнав местных жителей, защитники природы и экологические туристы начинают понимать, что те корыстны, утилитарно подходят к решению проблем и обладают другими чертами, которые не в чести у экологов. У нынешнего поведения местных жителей глубокие исторические корни. Следуя примеру многих меланезийцев, живших в колониальный период, население Марово отказывается быть подчиненной, контролируемой стороной. Вождь, за которым закрепилась репутация надежного помощника Гринписа, может неожиданно продать права на вырубку леса, принадлежащего его кровнородственной группе, какой-нибудь алчной малазийской компании. Поступая так, он следует понятной местным жителям стратегии сохранять и осуществлять контроль над ситуацией во имя улучшения условий их жизни. Говоря проще, рай - это вовсе не рай, а его жители не одухотворенные благородные дикари, а практичные и цивилизованные предприниматели. Традиционный уклад местной жизни и первозданная природа в исторической перспективе обречены, их не-

стр. 27


возможно спасти ни от глобального капитализма, ни от алчности местных жителей. По крайней мере, такое впечатление может сложиться, когда видишь трудности, с которыми сталкиваются защитники природы в сегодняшней Меланезии, регионе, население которого всегда находило соответствовавшие их интересам подходы к новым людям и проектам.

События новейшей истории южной части Тихого Океана показывают, что наиболее крупные международные организации, занимающиеся сохранением первозданной природы, не всегда добиваются успехов в работе с местным сельским населением, которое по-прежнему контролирует природные ресурсы. Если освоение ресурсов тропических лесов и коралловых рифов (в таких регионах как Меланезия, где они принадлежат самим местным жителям) будет соответствовать параметрам устойчивого развития, и транснациональные компании не будут добывать их в широких масштабах, необходимо предоставить собственникам ресурсов альтернативные источники доходов и средства для развития местной инфраструктуры. Чтобы добиться этого, те, кто стремится наладить сотрудничество с местными собственниками ресурсов, должны применять новые подходы, меньше полагаясь на привнесенные извне представления и планы о том, как все должно происходить. Глобальное (т. е. оторванные от жизни нравственные установки и научные выкладки, на которых строится деятельность неправительственных организаций) должно учитывать и ассимилировать местное (т. е. порожденные местными условиями жизни проблемы и традиционные знания сельских жителей), но не пытаться его обойти. (Hviding, 2003). Требуется также, чтобы неправительственные организации признали, что местные жители достаточно компетентны, подтверждением чему являются бесчисленные спорные ситуации, возникающие в ходе быстро нарастающего проникновения иностранцев на их территории.

События, связанные с реализацией "целевых проектов" в Марово Лагун на Соломоновых островах, наглядно продемонстрировали высокий уровень подготовленности и компетентности сельского населения, для которого средой обитания является та самая первозданная природа, за сохранение которой борются неправительственные организации. В таких местах, как Соломоновы острова, где кровнородственные группы владеют и распоряжаются землей и рифами на основе прав, передающихся из поколения в поколение, эти группы являются теми местными организациями, в сотрудничестве с которыми можно добиться положения, когда будет сохранена и первозданная природа и привычные условия жизни для местного населения. Последние события, когда жители Соломоновых островов из кровнородственных групп, владеющих землей, заняли лидирующие позиции в ряде действующих в стране неправительственных организаций, занимающихся охраной природы, - это хороший задел на будущее, который будет способствовать более продуктивному соединению местных и глобальных интересов, что позволит сохранить природу в первозданном виде без ущерба стремлению местных жителей к лучшей жизни.

Библиография

Bayliss-Smith Т., Hviding E., Whitmore T. C. Rainforest composition and histories of human disturbance in Solomon Islands // Ambio. 2003. V. 32. P. 346 - 352.

Cheyne A. The Trading Voyages of Andrew Cheyne, 1841 - 1844 / Ed. Shineberg D. Canberra: Australian National Univ. Press, 1971.

Custom Today. Special issue of Anthropological Forum / Eds White G. M., Lindstrom L. 1993. V. 6. No. 4.

Filer C. The Melanesian way of menacing the mining industry // Environment and Development in the Pacific Islands / Eds Burt B., Clerk C. Waigani: Univ. of Papua New Guinea Press; Canberra: Australian National University, National Centre for Development Studies (Pacific Policy Paper 25), 1997. P. 91 - 122.

стр. 28


Firth S. The Pacific Islands and the globalization agenda // The Contemporary Pacific. 2000. V. 12. P. 178 - 192.

Honan M., Harcombe D. Solomon Islands. Hawthorne, Vic: Lonely Planet Publications, 1997.

Hviding E. Indigenous essentialism? "Simplifying" customary land ownership in New Georgia, Solomon Islands // Bijdragen tot de Taal-, Land- en Volkenkunde. 1993. V. 149. P. 802 - 824.

Hviding E. Of Reef and Rainforest: A Dictionary of Environment and Resources in Marovo Lagoon. Bergen: Centre for Development Studies, University of Bergen, in collaboration with Western Province Division of Culture, 1995.

Hviding E. Guardians of Marovo Lagoon: Practice, Place, and Politics in Maritime Melanesia. Pacific Islands Monograph Series, 14. Honolulu: Univ. of Hawaii Press, 1996.

Hviding E. Western movements in non-Western worlds: towards an anthropology of uncertain encounters // Suomen Antropologi. 1998. V. 23. No. 3. P. 30 - 51.

Hviding E. Between knowledges: Pacific Studies and academic disciplines // The Contemporary Pacific. 2003. V. 15. P. 43 - 73.

Hviding E., Bayliss-Smith T. Islands of Rainforest: Agroforestry, Logging and Eco-Tourism in Solomon Islands. Aldershot: Ashgate, 2000.

Knauft B. From Primitive to Postcolonial in Melanesia and Anthropology. Ann Arbor: Univ. of Michigan Press, 1998.

Kane S. The Phantom Gringo Boat: Shamanic Discourse and Development in Panama. Washington: Smithsonian Institution Press, 1994.

Lindstrom L. Cargo Cult: Strange Stories of Desire from Melanesia and Beyond. Honolulu: Univ. of Hawaii Press, 1993.

Logging the Western Pacific: Perspectives from Papua New Guinea, Solomon Islands and Vanuatu. The Contemporary Pacific / Eds Barlow K., Winduo S. Special issue. 1997. V. 9. No. 1.

Nation Making: Emergent Identities in Postcolonial Melanesia / Ed. Foster R. J. Ann Arbor: Univ. of Michigan Press, 1997.

Malinowski B. Argonauts of the Western Pacific. L.: Routledge and Kegan Paul, 1922.

Smith B. European Vision and the South Pacific. New Haven, L.: Yale Univ. Press, 1985.

Spriggs M. The Island Melanesians. Oxford: Blackwell, 1997.

Strathern M. No nature, no culture: the Hagen case // Nature, Culture and Gender / Eds MacCormack C, Strathern M. Cambridge: Cambridge Univ. Press, 1980. P. 174 - 222.

Thomas N. Entangled Objects: Exchange, Material Culture, and Colonialism in the Pacific. Cambridge, MA: Harvard Univ. Press, 1991.

Tsing A. L. In the Realm of the Diamond Queen: Marginality in an Out-of-the-Way Place. Princeton: Princeton Univ. Press, 1993.

Worsley P. The Trumpet Shall Sound: A Study of "Cargo" Cults in Melanesia. L.: MacGibbon and Kee, 1957.

Orphus

© elibrary.com.ua

Permanent link to this publication:

https://elibrary.com.ua/m/articles/view/БОРЬБА-ЗА-ТРОПИЧЕСКИЕ-ЛЕСА-НЕПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫЕ-ОРГАНИЗАЦИИ-И-ЦЕЛЕВЫЕ-ПРОЕКТЫ-НА-СОЛОМОНОВЫХ-ОСТРОВАХ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Семен ВисюлькаContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://elibrary.com.ua/semeneee

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

БОРЬБА ЗА ТРОПИЧЕСКИЕ ЛЕСА, НЕПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ И ЦЕЛЕВЫЕ ПРОЕКТЫ НА СОЛОМОНОВЫХ ОСТРОВАХ // Kiev: Library of Ukraine (ELIBRARY.COM.UA). Updated: 16.11.2014. URL: https://elibrary.com.ua/m/articles/view/БОРЬБА-ЗА-ТРОПИЧЕСКИЕ-ЛЕСА-НЕПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫЕ-ОРГАНИЗАЦИИ-И-ЦЕЛЕВЫЕ-ПРОЕКТЫ-НА-СОЛОМОНОВЫХ-ОСТРОВАХ (date of access: 06.08.2020).

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Rating
0 votes

Related Articles
Французская политическая публицистика накануне Великой революции. Ж.-Г. Туре
8 days ago · From Україна Онлайн
Партизаны и подпольщики Дона и Кубани. 1941-1942 гг.
12 days ago · From Україна Онлайн
Ф. Рузвельт и социальное законодательство США
Catalog: Право 
12 days ago · From Україна Онлайн
Согласно физикам XX века некакого времени «самого по себе». Нет времени, которое существовало бы без связи с тем, что происходит в физическом мире. Время всегда и везде выступает не «вообще», а конкретно — в каждом данном физическом явлении оно свое. Это именно то время, которое длится в ходе данного явления в данном месте пространства
Catalog: Физика 
14 days ago · From someone
Торговая конкуренция в Сибири в конце XIX - начале XX в.
Catalog: История 
15 days ago · From Україна Онлайн
Спорные вопросы аграрной истории России первой половины XIX в.
Catalog: История 
15 days ago · From Україна Онлайн
Министерство внутренних дел Франции и студенческие волнения 1968 г.
Catalog: История 
15 days ago · From Україна Онлайн
Народно-республиканское движение во Франции и послевоенная европейская интеграция
Catalog: История 
15 days ago · From Україна Онлайн
Что такое простата?
Catalog: Медицина 
18 days ago · From Україна Онлайн
The monograph explores the current problems of macroeconomic analysis and forecasting using new methods and models. The decisions of problems of transformation of the value of goods in their prices of manufacture, modeling of the expanded reproduction, researches of influence of taxes and inflation on economic growth, etc. are shined. The main paradoxes of post-Keynesian and neoclassical macroeconomic models are explained. A new macroeconomic model of economic growth has been developed, which makes it possible to measure the impact of different types of technological progress on the dynamics of gross domestic product, employment, and inflation. The author has revealed the regularities of economic growth in the USA and Ukraine, which are of practical importance. The prerequisites for accelerating economic growth in Ukraine have been formulated.
Catalog: Экономика 
27 days ago · From Valeriy Kalyuzhnyi

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
 

Actual publications:

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

ELIBRARY.COM.UA is an Ukrainian library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
БОРЬБА ЗА ТРОПИЧЕСКИЕ ЛЕСА, НЕПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ И ЦЕЛЕВЫЕ ПРОЕКТЫ НА СОЛОМОНОВЫХ ОСТРОВАХ
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Ukraine Library ® All rights reserved.
2009-2020, ELIBRARY.COM.UA is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Ukraine


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones