Ю. С. СКУБКО. ЮАР НА ПУТИ К ЭКОНОМИКЕ ЗНАНИЙ: НАУКА, УНИВЕРСИТЕТЫ, ИННОВАЦИИ. М.: Ин-т Африки РАН, 2011. 146 с., ил.

В Предисловии к рецензируемой монографии Л. Л. Фитуни написал: "Книга посвящена проблемам развития научно-образовательного потенциала ЮАР и некоторых передовых технологий. Автор собрал и творчески проанализировал обширный фактический материал, в работе много интересных наблюдений и выводов. Советская наука знала Ю. С. Скубко как перспективного исследователя, впервые в отечественной африканистике обратившегося к теме научно-

технического прогресса в тогда еще расистской ЮАР. В 1985 г. была опубликована его первая монография "Новые явления в экономике ЮАР", фундированная и тщательная экономическая разработка, в целом ряде аспектов не потерявшая своей научной значимости и по сей день. В... новой книге меньше экономики, но больше идеологии. Судя по тексту монографии, взгляды автора явно выпадают из господствующего в мире позитивного отношения к антирасистской трансформации в ЮАР" (с. 9).

Здесь хочется поспорить. Дело в том, что "антирасистская трансформация в ЮАР" с каждым годом становится все более расистской, правда, с противоположным знаком, и Ю. С. Скубко об этом прямо и откровенно, пренебрегая лицемерной политкорректностью, написал, что я отношу к достоинствам его работы. Не он первый. О тяжелых последствиях "позитивных действий" по выдавливанию белых профессионалов из различных сфер деятельности, прежде всего из государственных структур, писали и пишут в последние годы и в самой ЮАР, и у нас: А. Б. Давидсон, И. И. Филатова, Г. В. Шубин и другие, но Ю. С. Скубко, пожалуй, высказался резче и расставил точки над "i". Что касается господствующего в мире положительного отношения к новой расовой политике современного южноафриканского руководства, то здесь впору вспомнить о глобальной ханжеской американской морали, один из постулатов которой: вне критики негры (можем политкорректно идентифицировать их афроамериканцами, афроюжноафриканцами и даже афрофранцузами) и геи, что бы они ни натворили. Мода ныне в мире на двойные стандарты: в белых расистов всякий горазд кинуть камень, а вот попробуй тронь черных...

Первая монография автора по экономике ЮАР (приятно, что Л. Л. Фитуни вспомнил об этой давней работе) действительно была основательной, экономически фундированной, но и только. Создавалась она в самом "оруэлловском" 1984 г., и всю политику и идеологию, выходящую за рамки официальной, приходилось из нее вычищать, а автор (тогда молодой, только что защитившийся сотрудник сектора Юга Африки Института Африки АН СССР), никогда не отличавшийся ортодоксальными взглядами, в результате уже и без того был "невыездной".

Рассмотрю по порядку некоторые основные разделы и выводы рецензируемой монографии. Очень интересен, и он первый в отечественной литературе, очерк истории южноафриканской науки в первой главе. В этой сравнительно небольшой по населению стране - десять Нобелевских лауреатов, в том числе четверо удостоены высшей мировой награды за научные открытия (остальные - за литературные достижения и вклад в дело мира) - больше чем во многих развитых странах. Автор, обладающий несомненными литературными задатками, увлекательно рассказал и об ученых-лауреатах (победитель желтой лихорадки Макс Тейлер, создатель компьютерной томографии Алан Кормак, разработчик кристаллографической электронной микроскопии Аарон Клуг и один из первооткрывателей "в области генетической регуляции развития органов и программируемой клеточной смерти" Сидней Бреннер) и о не менее выдающихся ученых и организаторах науки - кардиохирурге Кристиане Барнарде и изобретателе радаров и создателе крупнейшего в Африке научного центра КСИР Безиле Шонберге. Не упускает Ю. С. Скубко и случая показать "русский след": два Нобелевских лауреата, Бреннер и Клуг, - выходцы из входившей в состав Российской империи Прибалтики, а Кристиан Барнард, оказывается, отрабатывал на подопытных животных свои будущие операции по пересадке сердца нелегально (приехал как турист) в Московском институте им. Склифософского вместе с профессором В. Демиховым, которому делать подобные операции на человеческом сердце тогда (Барнард их начал в 1967 г.) не позволили.

Все четверо южноафриканских научных нобелевских лауреата, кто раньше, кто позже, эмигрировали (в Англию и США). Недавно к "нобелевским эмигрантам" присоединился лауреат 2003 г. по литературе, талантливый писатель-африканер Джон Кутзее (уехал в Австралию), обвиненный АНК в белом расизме.

В период и после Второй мировой войны, в 1940-1980-е гг., страна совершила огромный научный и технологический рывок, завершила индустриализацию и стала единственным в Африке развитым государством (автор рассказывает, в частности, об организации производства жидкого топлива из угля и об атомном проекте). Обычно об этом периоде говорят как о времени расистского режима апартеида, о сверхэксплуатации черного населения, что, безусловно, правда, но не вся. Автор с успехом восполняет "пробел в правде" и рассказывает об огромном творческом вкладе белых ученых и ИТР, квалифицированных рабочих, предпринимателей, учителей (да и чиновников, которые иногда бывают, о чем мы уже забыли, не ворами, а государственными деятелями), без которых не возникло бы никакого промышленного гиганта континента. Ю. С. Скубко полагает, что черная рабочая сила была необходима и широко использовалась, но в в качестве

"ведомого, а не ведущего колеса". Такая постановка вопроса еще остается достаточно спорной. Но с чем нельзя не согласиться, так это с тем, что сегодня в стране уже есть грамотные и продуктивные черные ученые и инженеры, хоть их единицы среди моря полузнаек с дипломами и без. А свыше 90% научной продукции по-прежнему дает все то же, ранее привилегированное, а ныне едва терпимое меньшинство.

Глава о научно-образовательном потенциале раскрывает большие, но скорее убывающие, чем возрастающие возможности ЮАР в этих областях в постапартеидный период, особенно в части кадрового обеспечения науки и высоких технологий, поскольку, как отмечается уже в Заключении, "пополнение из преимущественно "научного планктона" небесполезно, но настоящих ученых, годных для инновационных прорывов, остается все меньше" (с. 122-123). Причина - в форсированном вытеснении белых квалифицированных кадров, а где-то уже и индийцев, из различных сфер деятельности (замена лучших специалистов "с ненужным цветом кожи" на худших "с нужным цветом кожи"), а также в массовой "утечке мозгов", уже не только белых, в условиях, по сути, криминального беспредела по всей стране. Главный барометр качества жизни - ее средняя продолжительность - показал резкое снижение, с 64 до 43 лет, в постапартеидный период. Автор отмечает, что "при сохранении сравнительно неплохих формально-экономических показателей явственно изменилось к худшему функциональное состояние страны" (с. 19).

Глава о развитии некоторых приоритетных технологий рассказывает об успехах и проблемах страны в развитии био- и нанотехнологий, медицины, энергетики, исследовании космоса и др. Автор пишет и о крупнейших провалах последнего времени: тяжелом энергетическом кризисе, вызванном вопиющим непрофессионализмом принятых на службу "по облегченным критериям" новых руководителей министерств, ведомств и госкорпораций; закрытии после десятилетних усилий и многомиллиардных капиталовложений крупнейшей инновационной программы страны (создание модульных ядерных реакторов 4-го поколения) и эмиграции практически всего занятого в проекте квалифицированного персонала; превращении эпидемии СПИДа в пандемию в результате предписанного вождями страны лечения свеклой вместо антиретровирусных препаратов и других "художествах" малосведущего и все более коррумпированного верхнего эшелона.

Отмечая выдающиеся успехи многочисленной индийской общины страны, потомков рабов на сахарных плантациях Наталя, сумевших в очень короткий исторический срок, еще при апартеиде и несмотря на его дискриминационные ограничения, подняться вверх по социальной лестнице и занять высокие профессиональные ниши рядом с белыми, автор не очень верит в возможности африканцев полноценно заменить белых в науке и высоких технологиях, во всяком случае, в обозримом будущем. О "неподготовленности подавляющего большинства африканского общества к полноценному участию и вхождению в современное общество (экономику, политику, социальную сферу) и следующем отсюда постепенном сползании ЮАР в слаборазвитость в постапартеидный период" писала еще в 2006 г. наша коллега Л. А. Демкина в своей работе "Некоторые аспекты социально-экономического развития южноафриканского общества после 1994 г." (Ю. С. Скубко ее неоднократно цитирует). Пенять ли здесь на колониализм и расизм или на то, что к моменту колонизации африканцы были еще на очень низкой стадии развития (первобытно-общинный строй, у индийцев все-таки был феодализм), или еще на что-то, - судить не берусь. Но думаю, что это реальность, игнорировать которую было бы глупо.

Интересно отметить, что автор монографии и ее ответственный редактор дают прямо противоположные оценки существующей в настоящее время социально-политической среды для развития науки. Л. Л. Фитуни пишет, что "для науки в стране, идущей путем модернизации, не менее финансовой поддержки важны социальные "гарант-факторы", реализованные в институтах успешно развивающегося современного общества, включая сюда и модернизированные политические институты... Представляется, что существующие подходы правительства АНК к перспективному развитию науки в интересах модернизации южноафриканского общества, включая расширение возможностей для чернокожих ученых в ЮАР, как раз и ориентированы на решение названных выше задач" (с. 12) На мой взгляд, то, что "ориентированы", и это отражено в правительственных документах, - бесспорно, но практика все более четко демонстрирует погружение в слаборазвитость.

Ю. С. Скубко подробно говорит о деградации общественно-государственных институтов, все большей безответственности и некомпетентности проводимой ими политики, в том числе и применительно к рассматриваемой сфере (с. 14, 19, 122). Впрочем, и сам Л. Л. Фитуни признает снижение жизненных стандартов и "провал в третий мир" у белых, но не у черных. Все относи-

тельно: среди сотен тысяч убитых (а если говорить об ограбленных, покалеченных, изнасилованных и зараженных СПИДом - то миллионов) в ходе охватившего страну в постапартеидный период криминального беспредела белых - только около четверти, остальным тоже вряд ли стало лучше.

Хорошо иллюстрирует некоторые общие оценки и выводы монографии раздел Приложение ("Деградация ряда районов крупнейших южноафриканских городов" - из информационного сайта для путешествующих www.allexplore.com), красочно описывающее состояние, до которого сегодня доведена немалая часть еще недавно великолепных городов страны (с. 125-126).

Прежние несправедливые и дискриминационные ограничения на передвижение и проживание были сняты. Плохо стало всем.

Здесь можно заметить, что процесс вторжения "третьего мира", пусть не так быстро и явно, идет и в Европе, и в Америке, и в России, где в Москве, например, едва ли не большая часть преступлений совершается выходцами из азиатских республик бывшего СССР. Не случайно, согласно последним опросам общественного мнения, на предстоящих президентских и парламентских выборах во Франции может победить с большим перевесом праворадикальный Национальный фронт, предлагающий выдворять из страны "зажигающих в пригородах" арабов и африканцев.

Кроме критики у Ю. С. Скубко есть и конструктивные предложения: "Представляется, что в долгосрочных интересах страны было бы необходимо перенаправить силы и средства южноафриканского государства с "широкомасштабного усиления экономической власти черных" путем внедрения все более дискриминационных расовых квот и искусственного "вскармливания" нового класса черных капиталистов на действительно необходимые обществу реформы и практические меры. Например, такие как обеспечение общедоступного, бесплатного и качественного образования на всех уровнях, всеобщего медицинского и социального страхования, элементарного правопорядка и безопасности жизни людей всех рас. Это обернулось бы и реальным улучшением положения малоимущего большинства населения страны, и положительными сдвигами в ее экономическом и научно-техническом развитии" (с. 123).

Правда, выполнимость этих предложений вызывает сомнения, поскольку, даже если отвлечься от внутренних препятствий и брать более широкий международный контекст, приход АНК к власти совпал с распадом блокового противостояния и утверждением нового класса глобальных собственников и управленцев, стоящих над традиционным миром. Попадая в поле глобального неолиберального монополизма, государственные управляющие системы перерождаются, и интересы наций-государств, насущные нужды их населения все более игнорируются. Но это уже отдельная тема.

В исследовании Ю. С. Скубко постоянно присутствует тема параллелей и сравнений с Россией. Есть много общего на современном этапе развития, но некоторые сравнения - явно не в пользу нашей страны. Так, в ЮАР имеется довольно мощный, причем производственный, а не компрадорско-паразитический, частный бизнес, и "откатывает" чиновникам при получении правительственных контрактов лишь около трети южноафриканских компаний, о чем в России можно только мечтать (правда, уровень коррупции в Южной Африке тоже быстро растет).

В Заключении автор выражает сдержанный оптимизм (мол, бывает и хуже): "У Южной Африки имеются неплохие заделы в развитии составляющих ядро нового технологического уклада био-, нано- и информационно-коммуникационных технологий, и, несмотря на весь нарастающий негатив, ЮАР все еще не утратила определенные возможности для инновационного развития... деградация и коррупционное перерождение аппарата власти здесь не дошли до той тотальной стадии, как во многих странах Африки и некоторых других местах, когда никакая успешная модернизация вообще не представляется возможной без радикального общественного переустройства... Еще многое зависит от политической воли руководства страны" (с. 123).

Мир вступает в новую эпоху больших перемен и стали возможны самые неожиданные варианты развития событий ("взрыв" в Северной Африке и на Арабском Востоке). Группа БРИКС с участием ЮАР и России может остаться очередным лишь претендующим на значимость клубом встреч, а может, скажем, при обрушении финансовой пирамиды доллара, стать центром кристаллизации мирового золотого, платинового, бриллиантового пулов, поддерживающих новую систему международных расчетов, ну и так далее.

А вообще хочется по-хорошему позавидовать следующему за нами и более молодым поколениям ученых-обществоведов: им предстоит столько переосмыслить в быстро меняющейся геополитической картине мира, разрушить замшелые, а иногда сравнительно новые исторические мифы, которые сегодня боязно трогать. Иначе останемся все вечными должниками у

освобождающихся от пут наследия колониализма сомалийских пиратов, как русские в Прибалтике - у маленького, но гордого местного апартеида, как белое население бывшей реакционной расистской ЮАР - у "прогрессивных" черных расистов...

Из недостатков работы можно назвать некоторую поспешность и небрежность написания отдельных разделов книги (где-то текст художественно отшлифован, но иногда встречается нагромождение "многоэтажных" предложений), не обходится и без повторов, иногда, правда, с развитием излагаемых идей. Все это не умаляет, однако, отмеченных серьезных достоинств монографии.

В заключение скажу, что можно соглашаться или не соглашаться с автором монографии по тем или иным вопросам, но в любом случае книга захватывает потому что, как верно заметил в Предисловии Л. Л. Фитуни, "с первой до последней страницы это - записки неравнодушного".

Permanent link to this publication: