Автор: Константин Затулин

Годовщина "оранжевой революции" полностью подтверждает, что драма в истории повторяется только в виде фарса. Революционеров свозили на Майдан автобусами и поездами; их, как водится, заманивали под образа вождей гривной и зрелищем. Но ремейк не состоялся. Состоялись вторые после сентябрьского кризиса политические похороны, на этот раз под знаменами. Киевляне, которых местные радиоголоса с утра 22 ноября наперебой призывали повязать оранжевые ленточки на автомобили, предпочли объезжать Майдан стороной.

Опросы, проведенные ВЦИОМом, Киевским международным институтом социологии и Севастопольским отделением Центрального НИИ экономики Украины по инициативе Института стран СНГ в конце ноября, - то есть на самом старте избирательной кампании по выборам депутатов всех уровней, намеченным на 26 марта будущего года, - свидетельствуют, что дела у "оранжевых" складываются худо. Только 27% из трех тысяч опрошенных по всей Украине продолжают верить, что "помаранчевая" революция была во благо страны, 46% респондентов придерживаются противоположного мнения. Среди них и те 14% (а в Центральной Украине - 22%), которые за этот год из ее сторонников превратились в противников. Число сочувствующих или не приемлющих революцию, конечно, не одинаково в разных частях Украины: так, на западе страны 53% населения продолжают верить в Майдан, а в Крыму 74% населения не верят, как и раньше (или же они избавились от положительных иллюзий за прошедший год). Но разочарование повсеместно. Герои Майдана, вознесенные им на гребень политической власти на Украине, так ею попользовались, что отношение к Виктору Ющенко и Юлии Тимошенко в целом по стране ухудшилось соответственно у 34 и 28% опрошенных.

Почему оранжевый цвет дискредитировал себя гораздо раньше, чем красный, всего за полгода-год? Потому что Оранжевой революции в отличие от Октябрьской на самом деле не было. Был переживший свой срок Леонид Кучма, не хотевший уходить. Был искренний протест, который одних привел к Виктору Ющенко, а других, как ни

стр. 11

странно на первый взгляд, - к Виктору Януковичу. И был натуральный политический раскол Украины на Восток и Запад, у каждого из которых были свои цели во внутренней и внешней политике. Было еще многое другое - например, состоявшийся благодаря Верховному суду, Верховной Раде и самому Кучме государственный переворот. Но революции, которой клялись на Майдане в верности, не было. Что, собственно, и показал первый и, я уверен, последний год стопроцентно "оранжевой" власти. Отмена поправки Джексона-Веника да мучительная реприватизация "Криворожстали", которая пока никого конкретно не осчастливила, - с такими более чем скромными приобретениями при наличии всем известных потерь положительное сальдо не складывается, и кредит доверия власти у населения вряд ли будет продлен надолго.

Злорадство по этому поводу не только дурно пахнет, коль скоро мы в России продолжаем, даже риторически, называть Украину братской. Злорадство в политике глупо и непрагматично само по себе. Прагматичнее беспокойство. Обстановка, в которой на Украине стартует предвыборная кампания, - вот что должно нас беспокоить. Хотя годовщина Майдана и была фарсом, но фарс был опасным, как всякая попытка гальванизировать труп. Разделившиеся в своем лагере лидеры "оранжевых", к которым, отметим, принадлежит и сам глава государства, нашли утешение в том, что публично, по всем каналам телевидения, объявили крестовый поход против оппозиции. Они соревновались в оскорблениях, фактически записывая половину населения Украины в преступники или в наследники бандитского режима. Тренировки в ненависти к оппозиции - в духе вопроса "Почему они не сидят?" - были продолжены на предвыборных съездах и смотрах тех партийных и межпартийных рек, болот и рукавов, на которые разделилась обмелевшая помаранчевая Миссисипи. Ссылка на то, что поведение в духе Франкенштейна объясняется ревностью "оранжевой" власти к возвращающей себе популярность оппозиции, не может быть оправданием. Особенно после стресса, пережитого населением год назад, после первой в истории независимой Украины массовой "охоты на ведьм", сиречь "участников фальсификации выборов".

Это заставляет прийти к определенным выводам. Во-первых, новые власти Украины, как Бурбоны, ничему не научились. У нас уже был повод удивиться, когда президент половины Украины Виктор Ющенко вместо компромисса предложил востоку и югу своей страны розги. "Оранжевая" власть продолжает разделять Украину. Теперь подтверждается, что это не временное заблуждение. Это курс, которым "оранжевые" не могут не следовать, поскольку речь идет именно об идейной колонизации инакомыслящей Украины, о ее исторической переориентации, что не может быть безразлично России. Чего стоит одна только попытка уравнивания сторонников Степана Бандеры в правах с ветеранами Великой Отечественной войны, за которое по всей юго-восточной Украине твердо выступают всего 4% опрошенных, в то время как, например, в Крыму однозначно против - 75%.

Во-вторых, как ни приятна леди Ю нам, российским гетеросексуалам, отчаявшимся найти женщину в собственной политике, Тимошенко бессмысленно пока рассматривать как союзника. Она, конечно, готова играть во все игры со всеми, но политически продолжает бороться за симпатии Майдана (это, кстати, подтверждается социологией, которая вопреки рассказам о растущей поддержке нашей героини на юге и востоке сулит ей там всего 5% поддержки. В Севастополе - 1,26%). Вот и пусть играет на Майдане, а не нами.

И, наконец, самое главное - мы не сможем проигнорировать будущие выборы на Украине. Субъективно, возможно, очень хочется. Хочется принять деятельное участие в расширении того рва на российско-украинской границе, который в уходящем году принялись рыть наши стратегические партнеры. Но не получится. Даже если забыть про все, что не позволяет до конца разделить Россию и Украину, - корни, культуру, религию, язык и соотечественников, - все равно останется газовая труба. Ее нельзя изъять из политики, пока политики решают ее судьбу. И разные политики могут решить эту судьбу по-разному.

Безусловно, даже самые заядлые украинские борцы с "московством" не возражают против низких цен на российский газ. Еще бы, ведь сегодняшняя цена на розничный газ для украинских потребителей существенно ниже, чем для потребителей в России.

Вполне понятно, когда участники наших опросов на западе и востоке Украины, придерживающиеся порой диаметрально противоположных взглядов на ключевые вопросы внутренней и внешнеполитической повестки дня, голосуют против повышения цен на российский газ с тем же единодушием, с каким в Туркмении голосуют за Туркменбаши (против повышения цен на газ по Украине в целом высказываются 90%, в западных областях - 86%, в центральных - 92%, на юго-востоке - 90% респондентов).

Это означает, что продемонстрированная Россией решимость пересмотреть цены на газ и за его транзит реально превращается в ключевой дискуссионный момент избирательной борьбы. Неспособность договориться с Москвой по газовым вопросам уже внесла свою лепту в падение рейтинга партий провластной политической коалиции - и еще до реального повышения, до начала отопительного сезона. В поисках ответа на извечный славянский вопрос "кто виноват?" и Россия, и Ющенко, и оппозиция на Украине ведут сейчас борьбу за интерпретацию проблемы. Исход этой борьбы если и не решит "на все сто" судьбу выборов и будущее политических сил, то существенно на них повлияет.

Объективно говоря, существует всего три возможных варианта политического ответа на поставленный вопрос, коль скоро в экономические резоны никто не склонен верить. Либо в грядущем повышении цен на газ виновата путинская Россия, озлобленная на Украину за 2004 год. И понятно, что и Ющенко, и Ивченко, и др. заинтересованы в таком ответе. Либо виноваты "Ющенко, Ивченко и др.", - и тоже понятно, кто и почему на этом настаивает. Либо, наконец, всему виной оба "антинародных режима". Коммунисты России пока не обрели себя в этой теме (видимо, чувствуя оскомину у нашего населения при одном намеке на дальнейшие поблажки Украине), но ее уже подхватили растерявшие рейтинг коммунисты Украины. Не исключено, что своими открытиями в этом духе вскоре поделятся с нами "искатели третьего пути" - от правых в России, спрятавших в гардероб свои

стр. 12

оранжевые надежды, до Литвина с Морозом, перетягивающих друг у друга все центральное на Украине.

Россия была бы круглой дурой - а ею, к сожалению, она бывала не раз, - если бы дала сбить себя с толку и пошла на попятную, разжалобленная или испуганная подобными разговорами, большими и малыми черномырдиными и прочими любителями низких цен и больших откатов. Дело даже не в том, что снятием своих требований мы сделаем проштрафившимся у избирателя властям Украины царский подарок под выборы. И не в том, что, поддавшись на шантаж в стиле Ивченко, мы на веки вечные обрекаем себя на безоговорочное донорство в экономических связях. Мы должны найти в себе мужество однажды прямо сказать Украине и другим бывшим союзным республикам, что не рассматриваем отношения с ними как шведский стол, за которым они всегда могут выбирать себе права, а мы - только обязанности. Что, создавая России геополитические проблемы, ГУАМы, "альянсы" и "кордоны", отказываясь от Единого экономического пространства, готовясь вместе с истериками из Грузии к вступлению в НАТО, вытравляя с улиц и телеэкранов общий русский язык, Украина должна представлять последствия этого для российско-украинских отношений. И у власти, и у оппозиции в Украине, включая сентиментальных и стыдливых друзей дешевого российского газа, перед глазами всегда может быть пример Белоруссии, по-прежнему получающей этот газ по цене 47 долларов за тысячу кубометров.

У нас есть скромные основания надеяться на то, что такая логика вполне понятна пятидесяти миллионам наших соотечественников и бывших сограждан на Украине. Они ведь в массе своей за вступление в ЕЭП (68% опрошенных), против введения в Украине визового режима с Россией (72%) и даже готовы к членству в ОДКБ вместе с Россией, Белоруссией, Казахстаном и другими странами СНГ (55%), чего у них прежде никто не спрашивал. Всего 24% склонны видеть Украину в НАТО, при том, что 52% этого не хотят. И даже если весьма высока доля желающих вступить в Европейский союз (49% за, 30% против), то это только потому, что никто, в том числе и мы в России, не объяснял им того, что быть одновременно и в ЕЭП, и в ОДКБ, и в ЕС, не говоря уже о НАТО, невозможно. Люди на Украине запутаны настолько, чтобы хотеть туда, куда их не приглашают (ЕС), но они достаточно мудры, чтобы в отличие от заигравшихся в политику понять, что не надо рваться туда, куда их так затягивают (НАТО). Вот и в вопросе об исторической правоте или неправоте России они тоже в состоянии разобраться. Тем более если им станет ясно, что при других властях и при другой политике Украины вопрос о ценах на газ, как и многие другие, может быть решен по-иному.

В начале года в России было модно упрекать президента Владимира Путина за вмешательство в украинские дела, за однозначность выбора. Но в прошлый раз на Украине и выбирали одного. Россия при Путине, как и Запад, поддержали каждый своего не по глупости, а потому что спор между Ющенко и Януковичем почти сразу приобрел принципиальный характер: задолго до первого тура все другие кандидаты оказались в нем статистами. Россию Путина можно и нужно было упрекать только в том, что, приняв неизбежное стратегическое решение, она в тактике, в деталях, в инструментарии передоверилась своему украинскому попутчику Леониду Кучме. Россия оказалась вопиюще непрагматичной.

Прошел год. Никто в России, насмотревшись на происходящее у соседей, уже не упрекает всерьез Путина за его нынешнюю прагматичную украинскую политику. В следующем году на Украине будут выбирать 450, а не одного: нет нужды складывать все яйца в одну корзину. В конце концов не надо ходить к гадалке, чтобы догадаться: после выборов марта 2006 года Украине предстоит путь компромисса и парламентско-правительственных коалиций. Все, что мы хотели бы знать: будут ли условием или жертвой такого компромисса на Украине идеи демократизации и федерализации, придание государственного статуса русскому языку, отказ от геополитических происков и соучастия в чужой игре против России?

Таким образом, без решающей, принципиальной ставки и теперь не обойтись. Этой ставкой в борьбе с конкурентной России идеей - нет, не демократии, а разрыва Украины с нами - могут быть только идейные политические силы. Это и есть главное пожелание Партии регионов и другим силам оппозиции, которые пусть медленно, но обретают собственное политическое лицо.

Permanent link to this publication: