Акмола стала не только первой новой столицей на постсоветском пространстве, но и первой столицей, проект застройки которой вынесен Нурсултаном Назарбаевым на международный конкурс. Уже 10 июня состоится презентация северной столицы всему миру. В столице казахской виртуальной реальности Акмоле побывала наш корреспондент ИРИНА Ъ- ТЕЛИЦЫНА.

Патриотически настроенные казахстанцы смотрят на застроенные "хрущевками" улицы, а видят сказочный город будущего. Со скоростными трассами, пятизвездными отелями и небоскребами. Почти как на первом генплане Акмолы-столицы. Назарбаеву он, правда, не понравился. Не было в нем полета. Местные архитекторы занялись решением прозаических проблем -- избавлением от комаров, например. Прорезали весь город каналами "с целью снижения уровня грунтовых вод и спасения города от обилия комаров". Берега реки Ишим действительно закамышены и заболочены, и от комаров житья нет, но разве это требуется от генплана будущей столицы? Президент сказал, что генплан не подходит. Объявлен международный конкурс. И хотя проекты только поступают, строительство не прекращается ни на минуту.

Целиноград

В бывший Целиноград я ехала поездом. От последней российской станции 876 км. И все степью. В Тоболе в вагон вошли две древние старухи в шалях, казашка помоложе и девушка со свадебным платьем под мышкой. Жених с дружком внесли огромные мешки. Отгуляв свадьбу в доме невесты, ехали в дом жениха -- он из другого района. Машина застряла из-за бурана, пришлось пересаживаться на поезд. Гости ждут, уже традиционную лошадь зарезали. А невестина родня одарила сватов по обычаю нарядами. Богаче воротник -- больше чести. Сквозь рассказ матери и дрему доносятся реплики соседей по вагону.

-- В Жанатасе людей осталось 16 тысяч... В Аркалыке листовки... только о новой столице... буржуйку в квартире топим... сосед свой дом подцепил трактором, ему больше тыщи никто не давал -- весь немецкий поселок уезжал... в холод-то в Алматы перебрался... ему что, не на попутках ведь...

Из рейсового "пазика" с кондукторшей я вышла в центре. Возле палатки повстречала белобрысого парня. Мороз, а он в одной рубашке. Под мышкой кобура. В кобуре пистолет. Купив кока-колу, парень зашел в ближайший exchange, где и поменял мне доллары на тенге по самому высокому курсу -- 76,6. Рубль котировался 1:12.

Устроиться в Акмоле оказалось совсем непросто. В трехзвездном "Туристе" мест нет. В "Интуристе" все забронировано. В бывшей гостинице совмина Казахстана "Ишим" предлагают двухместку без удобств и список телефонов частных квартир. Больше отелей в столице нет. Двадцать этажей пятизвездной "Астаны" будут только летом. Заполняю анкету на бестуалетную комнату. Тетенька в окошке тут же находит для журналистки из Москвы одиночку с телевизором и холодильником "Орск". Еще есть ванна с краном на уровне колен и душем, шланг которого -- из страшного сна про психбольницу для бомжей. Ужасно холодно, как, впрочем и во всем городе с тремястами тысячами жителей, потому что обе акмолинские ТЭЦ работают в режиме недоотпуска тепла. На окраинах регулярно отключают свет.

Из окна номера открывается вид на казахстанский Белый дом с трубами автономной котельной. Справа от него доделывают пристройку в форме юрты к такому же зеркальному зданию парламента. А слева от администрации президента стоит двухэтажный ЦУМ. Строили его всем миром. Когда-то каждый работник каждого городского предприятия должен был отработать на стройке этого универмага. Говорят, что скоро его снесут и построят новый, более соответствующий городу-мечте.

Телевизор отлично показывает приключения Бруно Медзенго из оэртэшного сериала. Только посмотреть мне не удалось. Навязчивый сосед, узнав, что рядом поселили журналистку, жаждал общения. Из Талды-Кургана. Предприниматель. Садыбек. Приехал за лицензией и пробует сунуться на местный рынок с дешевым китайским кирпичом. Рассчитывает на льготы для инвесторов.

-- Да еще до переноса столицы все стройки были поделены! Они везут кирпич из Турции по полтенге, а в здании он у них идет уже по 25. Посчитала накрутку? Кто ж меня сюда пустит?

С трудом оторвавшись от Садыбека, я пошла гулять. На улице женщины в рыжих жилетах разгребают снег. Раз в неделю все предприятия выходят на уборку территории. Все это называется почти ностальгически. "Чистая пятница". В трех минутах ходьбы от центральной площади находится строительная площадка министерства финансов. Контур необъятный. Само министерство пока напротив -- в неказистом зданьице, за которым пустырь.

На проспекте Республики, который турки быстренько облицевали нарядными панелями, высотка министерства нефтяной промышленности гордо вздымается над пепельного цвета домишками, подлежащими сносу.

Акмолинцы говорят: "Рожу помыли, а кое-что забыли".

С внутренней стороны проспекта сидят у облупленного подъезда две пенсионерки, мать и дочка. Разговорились. В Россию хотят. Пенсия-то приличная, ради внучки. На фирме сокращения. Начальник новый, из Алматы своих привез. Делопроизводство на казахском. Северян потеснили. Гаишники брать стали, у южан научились... Обычная зарплата 11 880 тенге (это $155,5). Студент квартиру для вечеринки снял за 2000 тенге, те же деньги, что полгода назад за месяц аренды... Итальянцы, бедненькие, мерзнут.

Мужчина лет сорока менял мне в ту же пятницу деньги. Шапка облезлая, а под ней полная геополитических идей голова.

-- Сколько мы сеялок в год делали! А какие ракеты! Надо было гайки туго завернуть, задавили бы эту Америку. Они бы в Ирак сунуться не посмели. Во Вьетнам попробовали, мы им кузькину мать показали!

-- А теперь-то что делать?

-- Подождем, посмотрим.

И он кинулся к человеку в дубленке, подъехавшему в джипе:

-- Рубли, доллары, марки? Они до пяти, уже закрылись.

В автобусе, возвращаясь в гостиницу, я слушала тот же ропот... Казашка лет 38, из Кокчетава, муж и зять в автокатастрофе погибли, в столицу искать работу, две недели безрезультатно. На рынке бывший инженер-радиотехник бойко предлагает кроликовые шубы.

Самая непыльная и выгодная работа -- это торе. Набирают только мужчин в полном расцвете сил. А работа как у бабушки у подъезда: почему нет горячей воды? подними-ка окурок, участковому пособить. Столичный ужин из свиной отбивной, "Божоле" и вкусной жареной картошки, зачем-то названной фри, обошелся мне в $10. Частный ресторан с пятью столиками. Открылся всего три недели назад на проспекте Республики. Когда реконструкция проспекта дошла до квартиры 28-летней Оксаны Сандульской, она наняла тех же турецких строителей и переделала жилплощадь в ресторан. Владелица еще не осознала смену собственного статуса, в поте лица бегает с подносом, помогая официантке Борагыз, и растерянно улыбается иностранным клиентам, которые не верят, что им подали цыпленка.

"Куданазарбаевчастоездит"

Акмолу можно было бы назвать "Цесной". "Цесна" -- хозяин заводов, газет и других полезных новой столице производств. Строительного концерна, например. Ее рекламные щиты попадаются на улицах с той же частотой, что и дублированные на русский лозунги почему-то строго голубым по белому "С новой столицей -- в новое тысячелетие!". Четыре месяца назад мэром Акмолы (городским акимом) стал первый президент "Цесны" Адильбек Джаксыбеков.

Офис корпорации в центре города внешне ничем не отличается от стандартных госучреждений. В кабинет гендиректора Николая Мещерякова я шла через две охраны по коридору с живыми папоротниками, который привел в холл с видеокамерами и козлиными шкурами в рисунках: юрты, костры, человечки. Из открытой двери бухгалтерии доносился нежный женский голос:

-- Говорят, швейцарцы набирают на работу. На площади сидят, попробуй. У нас все занято.

Секретарь Мещерякова демонстрирует европейские манеры. Спрашивает, с молоком ли делать чай, кофе. (Даже русские казахстанцы, угощая, наливают молоко автоматически.) Оттого, может, что ее шеф студенческие годы провел в Челябинске.

Мещеряков -- энтузиаст Акмолы.

-- Гиганты встали, а у меня 40 предприятий отлично работают. В столице услуги казахстанцев будут востребованы, их уровень повысится. Наши люди раньше половины таких стройматериалов не видели. А общепит какой был? Мы ресторан купили, чтоб не стыдно было деловых партнеров приглашать. Надоело свои напитки и деликатесы перед ужином завозить.

Впрочем, оснований для энтузиазма у него достаточно. "Цесне" принадлежат два из двенадцати городских ресторанов и одно из двух казино. Их завсегдатаи, "новые казахстанцы", были и в провинциальной Акмоле. В 15 минутах езды от центра стоит поселок Чубары, все дома с колоннами и арками. А после переезда многочисленных чиновников рядом с Чубарами появились три десятка аккуратных желтеньких домиков с независимым от города тепло- и водоснабжением. Горожане называют это место по- разному: министерский поселок, депутатская улица и "куданазарбаевчастоездит".

Сам президент Назарбаев живет в 15 км от Акмолы, в резиденции "Кызылжар". Одноэтажный особняк с евроначинкой. Раз в неделю, если график позволяет, Нурсултан Абишевич тренируется на корте в центре города. Побывал в обоих здешних театрах, обещал отремонтировать. Скучает по алма-атинской горнолыжной трассе.

Белое изобилие

Чуть больше двух месяцев остается до международной презентации "Акмола -- моя столица". В конце февраля объявили конкурс песен о новой столице, в середине марта -- конкурс столичных гербов. Перевод названия города как "белая могила" признали неверным. "Ак мол" -- белое изобилие, в конце XIX века на этом месте была ярмарка молочных товаров. Разумеется, крупнейшая в северном Казахстане.

Все предприятия города обязали соблюдать "требования благоустроенности, санитарного состояния, эстетики, наглядности и информативности".

Приступила к работе режиссерско-постановочная группа. Возглавляет ее заместитель акима Толеген Мухамеджанов, по первому образованию композитор, по второму историк. До этого был главой оперного театра.

Секретарь Мухамеджанова, оторвавшись от компьютера:

-- Девушка! Вы из Москвы? Как правильно Плачидо Доминго или Пласидо?

Заглядываю в монитор. "Просим вас оказать содействие гастролям мировых звезд, таких как Монсеррат Кабалье, Лучано Паваротти, Плачидо Доминго". "Или все-таки Пласидо?"

В приемную вбегает юноша с папкой:

-- Запросите Гидрометцентр, в городе наверняка есть Гидрометцентр, какая сила ветра в июне? Мне надо доложить, из чего делать сцену.

Дверь кабинета открывается. К Мухамеджанову кидаются и юноша с папкой, и мама музыканта с баяном.

-- Сначала дамы... Починим ваш баян. Шесть тысяч долларов? Скольких конкурсов лауреат? Сделаю все возможное.

Вслед за ними проникаю в кабинет. Справа от стола висит портрет президента.

-- Перенос столицы -- это правильно выверенный шаг. Центр Евразии. Не ветра и комары главное. Вспомните Петербург. Я живу в общежитии, но участвую в эпохальном событии. Впервые испытал буран, специально прошел по улице без машины. Ощущения острые.

-- Можно представлять столицу, будь она хоть деревней, лишь бы жил президент?

-- Москва, извините, тоже не сразу строилась. Приезжайте в июне, и вы не узнаете Акмолу. А в презентации главное не красивый город с архитектурными сооружениями. Через новую столицу мы прорубаем окно в огромный мир. Будет выставка всего самого лучшего, что есть в Казахстане.

-- Кумыс, шубат, ряженка?

-- Сельское хозяйство тоже. Нефть, медь, космос, новые технологии. Будет спектакль "Аблай-хан", он в трудный для казахского народа период объединил все три рода на борьбу с джунгарами.

-- Потому что Назарбаев перенес столицу из южного жуза в северный?

-- А почему Эйзенштейн снял "Ивана Грозного"? И мы про Аблай-хана исторический фильм снимем. Уже был разговор о сотрудничестве с Никитой Михалковым.

"Аблай!"

Из 14 областей Казахстана выбегают с факелами команды спортсменов. Они бегут по степи. Вот уже 50 км бегут от совхоза до совхоза. Местные жители смотрят на них с любопытством:

-- Кто вы, богатыри?

-- Мы бежим в самый прекрасный город Казахстана, нашей независимой республики. Что ты хотела бы передать президенту, апа?

-- Долгих ему лет жизни, сынок!

Дальше бегут спортсмены с факелами. Из разных концов Казахстана. Вот уже новенький VIP-зал аэропорта пробежали, пять новых бань Акмолы миновали. Мимо "Диснейленда", первой станции метро, крытых кортов, шикарных ресторанов и жилых высоток с зеркальными стеклами, в которых отражается восходящее над молодой республикой солнце. Бегут спортсмены. В один час, в одну минуту подбегают 14 команд к главной площади Акмолы. Самые достойные сыны республики поджигают самый большой факел. Президент смотрит на его огонь и читает наказы избирателей из самых убогих деревушек и из самых больших городов.

Улыбнулся президент, и, словно по его сигналу, на 43 площадках города началось всенародное ликование.

Заиграли и запели во Дворце республики звезды казахстанской сцены. Даже те, кто давно живет в Лондоне и Париже. Поплыли по реке Ишим плоты с артистами. Тысячи горожан на берегу вспомнили сцены казахской истории. Вот враги убивают родителей Аблай-хана. Вот его воспитывают пастухи. Вот раскрывают они юноше, что он Чингизит.

Вот сходятся два огромных войска. Джунгарский богатырь ростом с гору трижды выкликает соперника. Семнадцатилетний Аблай-хан вырывается из рук наставника и разрубает джунгарина. Проносится над всей необъятной степью его родовой крик: "Аблай!!!"

Войско ринулось в атаку, и казахи победили. Скрестились в звездном небе над Акмолой лазерные лучи, и зазвучал дивный голос Паваротти.

Поняли тогда гости иностранных держав, какая могучая страна Казахстан и сколько спрятано в ней сил и талантов.

Permanent link to this publication: